Готовый перевод The Walking Dead: The Road to Woodbury / Ходячие Мертвецы: Дорога к Вудбери: Глава 18

Глава 18

Грузный, разложившийся кусачий в рваном медицинском халате бросается на Лилли и почти смыкает свои гнилые зубы на её шее, когда Мартинесу удаётся одним выстрелом снести верхнюю часть черепа твари.

Фонтан отвратительной, чёрной крови бьёт в потолок, оставляя брызги на лице Лилли, когда она отскакивает от дверей. Ещё больше кусачих появляются у грузовика. Шум оглушает Лилли, она пятится к стене.

Губернатор, по-прежнему связанный, отскакивает назад, подальше от натиска мертвецов. Гейб заряжает винтовку и с воплем выпускает шквал выстрелов по мёртвым тканям и гниющим черепам. Мозговое вещество распускается подобно чёрным хризантемам, наполняя фургон копотью и зловонием. Всё больше и больше кусачих роятся у дверей, несмотря на обстрел.

- БРЮС, РАЗВЯЖИ МЕНЯ!

Голос Губернатора, еле слышный в незатихающем гуле мертвецов, оглушившем Лилли, заставляет Брюса приблизиться с ножом. Между тем, Мартинес и Лилли открывают залп выстрелов. Сверкают огнестрельные вспышки, не стихает гул, опустошаются целые обоймы, пули пробивают глазницы, челюсти, скользкие лысые черепа и гнилые лбы. Поражённые ткани, чёрная кровь и жидкость сочатся из открытых дверей фургона.

Нож Брюса перерезает верёвки, связывавшие Губернатора, и через несколько секунд он, окончательно освободившись, хватает в руки винтовку.

Воздух полыхает от выстрелов. Вскоре пятеро выживших пассажиров фургона сгруппировались у стены, отделяющей кабину водителя, обрушивая адский огнестрельный шквал на мертвецов в дверях грузовика. Чудовищный оглушительный шум усиливается металлическим фюзеляжем фургона. Некоторые выстрелы бьют мимо цели и пули рикошетом отскакивают от металлических стен, извергая потоки искр.

Искалеченные зомби падают на пол фургона подобно домино, некоторые соскальзывают наружу с мокрого пола, другие падают в кучу. Шквал продолжается ещё десять секунд , в течение которых люди покрываются слоями крови и ошмётками плоти. Осколок стали пробивает бедро Лилли и глубоко застревает, отзываясь жгучей болью.

В течение одной единственной минуты, бесконечных шестидесяти секунд времени, которые показались Лилли вечностью, все до единого патрона были всажены в мёртвую плоть, и все до единого мертвеца теперь лежат в куче у дверей фургона или соскальзывают вниз на тротуар, оставляя за собой кровавые следы на рифлёном выступе.

Последние оставшиеся тела застревают в дверях фургона, и в ужасной, режущей слух тишине, Гейб, Мартинес и Губернатор перезаряжают винтовки, а Брюс бросается к дверям. Он сбрасывает оставшиеся тела на тротуар, и они с шлепком падают на асфальт. Лилли вынимает использованный магазин из пистолета и он падает на пол с характерным металлическим звуком. Её лицо, руки и одежда покрыты кровью и желчью. Она заряжает пистолет, в ушах у неё звенит.

В то же время Брюс запирает двойные двери, повреждённые петли издают громкий скрежет, который едва заглушает звон в ушах Лилли.

Щёлкает задвижка, запирая их в залитой кровью камере. Однако худшая часть происходящего, та часть, которая привлекает теперь всеобщее внимание – мимолетно замеченный ими пейзаж за дверями фургона. Лес по обе стороны дороги и едва различимые в темноте холмы вдалеке кишат тенями.

* * *

То, что они увидели до того, как Брюс запер двери, не поддаётся объяснению. Все они и прежде видели стада, некоторые были огромными, но это стадо не поддаётся описанию - масса мертвых, подобную которой никто не видел с тех пор, как пару месяцев назад вспыхнула чума. Почти тысяча плетущихся трупов, на всех мыслимых стадиях разложения, тянутся настолько широко, насколько глаз может видеть. Толпы рычащих зомби заполонили кромку холма по обе стороны от 85 шоссе.

Передвигаясь медленно и вяло, огромное количество мертвецов, грозящее массовым уничтожением, напоминает чёрный ледник, бесцельно перемещающийся вдоль леса, по полям и дорогам. У некоторых мертвецов едва осталась плоть на костях, их рваная похоронная одежда в темноте напоминает клочья мха. Другие смыкают челюсти в воздухе с непроизвольным подёргиванием подобно змеям, покинувшим разворошённое гнездо. Бесконечное стадо, с его мертвенно бледными лицами, напоминающими перламутр, производит впечатление огромного, движущегося прилива инфицированного гноя.

Первобытный страх, вызванный этим зрелищем, заставляет всех присутствующих нервничать. Гейб поднимает винтовку на Мартинеса.
- Ты тупой грёбаный сукин сын! Посмотри, что ты наделал! Посмотри, во что ты нас втянул!

Прежде, чем кто-либо успевает среагировать, Лилли нацеливает свой Ругер на Гейба. Звон в ушах не позволяет ей услышать того, что он говорит в ответ, но она знает, что он говорит серьезно.
- Я разнесу тебе башку, если не отойдёшь, мудак!

Брюс набрасывается на Лилли, приставляя перочинный нож к её шее.
- Сука, у тебя около трёх секунд, чтобы бросить этот грёбаный...

- Брюс! - Губернатор наставляет свою винтовку на Брюса. - Отойди!

Брюс не двигается. Лезвие остаётся прижатым к горлу Лилли, Лилли держит пистолет нацеленным на Гейба, а Мартинес наводит свою штурмовую винтовку на Губернатора.
- Филипп, послушай меня, - тихо говорит Мартинес, - я обещаю, что прикончу тебя прежде, чем сдохну сам.

- Просто успокойтесь, блядь! – Костяшки пальцев Губернатора белеют на рукояти винтовки. - Только так мы сможем выбраться из этого кошмара все вместе!

Фургон содрогается от натиска новых зомби, заставляя всех вздрогнуть от неожиданности.

- Что ты задумал? - спрашивает Лилли.

- Прежде всего, опустите эти чёртовы пушки.

Мартинес бросает испепеляющий взгляд на Брюса.
- Брюс, отойди от неё.

- Делай, что он говорит, Брюс. - Губернатор держит дуло винтовки нацеленным на Брюса. Жемчужина пота скатывается по переносице Губернатора. - ОПУСТИ ЭТОТ ГРЕБАНЫЙ НОЖ ИЛИ Я ВЫШИБУ ТЕБЕ МОЗГИ!

С яростью, пылающей в его тёмных миндалевидных глазах, Брюс неохотно опускает свой нож.

По очереди они медленно опускают пушки, и фургон вновь содрогается.

Мартинес последним опускает свою винтовку.
- Если доберёмся до кабины, сможем убраться отсюда.

- Нет! - Губернатор смотрит на него. - Мы приведём это чёртово стадо прямо в Вудбери!

- Что ты предлагаешь? – холодно спрашивает Лилли Губернатора. Её мучает ужасное ощущение, что она снова попадается на хитрость этого сумасшедшего парня, ощущение, будто в её душе образовалась крошечная чёрная дыра. - Мы не можем просто сидеть здесь.

- Как далеко мы от города? Меньше двух километров? - Губернатор спрашивает почти риторически, осматривая залитый кровью фургон, переводя взгляд с коробки на коробку. Он видит запасные части артиллерийских установок, гильзы, боеприпасы. - Позволь спросить, -говорит он, обращаясь к Мартинесу, - ты, кажется, продумал этот государственный переворот, как настоящий военный. У тебя случайно не припрятан гранатомёт в одном из ящиков? Что-то помощнее простой гранаты?

* * *

У них уходит меньше пяти минут на то, чтобы найти боеприпасы, загрузить ручной гранатомёт, выработать стратегию и занять позицию, и на протяжении этого времени, большинство указаний даёт Губернатор, заставляя всех двигаться, пока орда окружает фургон, как пчёлы, роящиеся в улье. К тому времени как оставшиеся в живых готовы принять меры, число мертвецов, окруживших фургон, настолько велико, что грузовик вот-вот перевернётся.

Приглушённый голос Губернатора , исходящий из фургона и ведущий отсчет... " три, два, один"... не понятен мертвецам, их гнилые уши припали к внешней стене автомобиля.

Первый взрыв выносит двери фургона, как если бы они держались на взрывоопасных болтах.

Взрыв подбрасывает полдюжины ходячих в воздух. Снаряд, выпущенный из фургона, пробивает плотную толпу трупов как раскалённая кочерга ломоть масла. Снаряд приземляется в десяти метрах от фургона.

Взрыв охватывает по меньшей мере, сотню, может больше, трупов вблизи автомобиля. Его звук, содрогающий землю, возносящийся к небесам и эхом раскатывающийся по верхушкам деревьев, мог бы сравниться с рёвом пролетающего мимо реактивного самолёта.

Обратная тяга выбрасывает дым и пламя вверх и наружу, создавая конвекцию пламени размером с баскетбольную площадку, превращая ночь в день, а ближайших зомби в пылающие человеческие останки, некоторые из них практически испаряются, другие становятся похожими на танцующие колонны огня. Гигантский пожар покрывает площадь в пятьдесят квадратных метров вокруг фургона.

Гейб первым выпрыгивает из фургона. Чтобы не вдыхать едкие испарения мёртвой плоти, сгорающей в напалмовом вихре, он повязал шарф вокруг лица. Следом за ним бежит Лилли, прикрывая одной рукой рот, и зажимая в другой руке Ругер. Тремя быстрыми выстрелами она поражает нескольких ходячих на своём пути.

Им удаётся добежать до кабины, открыть двери и забраться внутрь, сбросив искажённые, кровавые останки Бройлеса вниз. В течение нескольких секунд задние колёса буксуют, но, в конечном итоге, фургон резко двигается с места.

Грузовик пробивается сквозь колонну зомби, превращая ходячих трупов в гниющее желе на тротуаре, сшибая группу мертвецов на крутом повороте, что вырисовывается впереди. И когда они достигают участка дороги с кривой малого радиуса, Гейб выполняет последний этап побега.

Он выворачивает колесо, и фургон съезжает с дороги и движется вверх по склону лесистого холма.

Неровная дорога становится настоящим испытанием для шин и подвески, но Гейб держит ногу на педали газа, и фургон с задним приводом движется по мягкой грязной поверхности холма, виляя так сильно, что трое мужчин едва не выпадают из зияющего отверстия в задней части грузовика.

Когда они достигают вершины холма, Гейб даёт по тормозам и фургон с заносом останавливается.

Не больше минуты уходит на то, чтобы нацелить пусковой модуль миномёта, в виде низкого широкого железного цилиндра, который Мартинес поспешно приделал к пулемётной установке. Дуло направлено вверх под углом в сорок пять градусов. К тому времени, как они приготовились стрелять, по меньшей мере, две сотни мертвецов начали взбираться по холму к фургону, привлечённые шумом и светом фар.

Мартинес приводит в боевую готовность пусковую установку и выпускает снаряд.

Миномёт издаёт грохот, снаряд взмывает ввысь, огибает дугу над долиной, оставляя за собой тонкий, светящийся, неоновый след. Взрывной снаряд соприкасается с землей посреди моря ходячих мертвецов. В четырёхстах метрах от фургона появляется небольшое грибное облако дыма и пламени, различимое в течение нескольких миллисекунд до того, как раздаётся чудовищный грохот, и образуется вспышка, озаряющая ночное небо ярчайшим оранжевым светом.

Горящие части тела взмывают в небеса, смешиваясь с грязью, обломками, и ошмётками омертвевших тканей. Ударная волна пламени движется по крайней мере на сто метров во всех направлениях, обращая сотни кусачих в пепел. Ни один автоклав не смог бы кремировать умерших быстрее и тщательнее.

Остальные ходячие, привлечённые огненным зрелищем, неуклюже разворачиваются и тащатся к зареву.

Подальше от Вудбери.

* * *

Они возвращаются в город с проколотым колесом, пробитой защитой картера, разбитыми окнами, и выбитыми задними дверями. Они продолжают оглядываться назад, чтобы убедиться, что их не преследует гигантское стадо, но не замечают ничего, кроме нескольких заблудших мертвецов, ковыляющих вдоль фруктовых садов. Только оранжевое свечение на горизонте отражает последствия стычки со стадом ходячих.

Никто не замечает, как Гейб молча передаёт Губернатору за спиной Мартинеса полуавтоматический пистолет 0,45 калибра с перламутровой ручкой, пока не становится слишком поздно.
- У нас с тобой есть незаконченные дела, - выпаливает Губернатор, прижимая дуло пистолета к затылку Мартинеса, когда фургон заезжает за угол.

Мартинес делает глубокий, мучительный вдох.
- Покончим с этим.

- У тебя плохая память, сынок, - говорит Губернатор. - Ты забыл, какого рода дерьмо творится за стеной. Я не собираюсь избавляться от тебя, Мартинес... по крайней мере, не сейчас... сейчас мы нужны друг другу.

Мартинес ничего не говорит, просто смотрит в металлический гофрированный пол и ждёт, когда ему придёт конец.

Они въезжают в город с запада, и Гейб оставляет фургон перед ареной на парковке для служебного транспорта. Шум толпы до сих пор эхом доносится с трибун, и по свистам и воодушевлённым возгласам можно определить, что бои, должно быть, уже превратились в настоящий хаос. Эксцентричного ведущего шоу не слышно вот уже больше часа... но никто не решился уйти.

Гейб и Лилли вылезают из кабины и обходят фургон. Покрытая слоем запёкшейся крови, с забрызганным кровью лицом, Лилли ощущает покалывание на коже, характерное для чувства беспокойства, и сжимает рукоять Ругера, закреплённого на поясе. Она не может здраво мыслить. Она чувствует себя измотанной, шокированной и опьянённой, будто находится в полусонном состоянии.

Она видит Мартинеса, когда обходит фургон, безоружного, с покрытыми сажей руками, его грустное точёное лицо забрызгано кровью. Губернатор, стоящий позади Мартинеса, приставляет к его затылку дуло пистолета.

Лилли инстинктивно достаёт свой Ругер, но прежде, чем она успевает направить его на Губернатора, тот выдаёт предупреждение.

- Выстрелишь, и твоему возлюбленному придёт конец, - шипит на неё Губернатор. - Гейб, забери у неё пушку.

Гейб выхватывает пистолет из рук Лилли, и Лилли остаётся только смотреть на Губернатора. В ночном воздухе откуда-то сверху доносится голос.

- Эй!

Губернатор наклоняется к Мартинесу.
- Мартинес, скажи своему приятелю, что у нас всё в порядке.

На козырьке крыши над ареной установлен пулемёт. Длинное перфорированное дуло под углом направлено на грязную стоянку, у которой стоит молодой приятель Мартинеса, высокий чернокожий мужчина из Атланты по имени Хайнс, не причастный к тайной попытке свержения Губернатора.

- Что, чёрт возьми, происходит? - кричит он им сверху. - Ребята, вы, похоже, побывали на войне!

- Всё в порядке, Хайнс! - кричит в ответ Мартинес. - Пришлось разобраться с несколькими кусачими, вот и всё!

Губернатор незаметно приставляет дуло пистолета к пояснице Мартинеса.
- Эй, парень! - Губернатор кивком указывает на тёмную рощу по другую сторону главной дороги. - Сделай одолжение, разделайся с парочкой бродячих, увязавшихся за нами в лесу, - затем Губернатор указывает на фургон. - Когда закончишь, там в фургоне два тела, нужно сделать пару выстрелов в голову и отвезти тела в морг.

Пулеметная турель издаёт скрип, и ствол поднимается вверх. Все оборачиваются и замечают движение на другой стороне улицы. Несколько силуэтов появляются из-за деревьев, последние увязавшиеся за ними бродячие.

Пулемёт на крыше арены издаёт чудовищный рокот, заставляя каждого вздрогнуть от резкого шума, сноп искр предшествует появлению снаряда, и Губернатор ведёт Мартинеса к зданию.

Бронебойные патроны обстреливают ходячих, появляющихся из лесной чащи. Мгновение зомби исполняют чудовищный танец марионеток, раскачивающихся при землетрясении, туман крови брызжет из пробитых черепов. Хайнс опустошает целый патронташ 0,762 миллиметровых патронов. Когда ходячие, наконец, превращаются в дымящиеся мясистые кучи кишок, парень по имени Хайнс испускает победный визг и оглядывается по сторонам.

Губернатор, Мартинес и остальные исчезают за поворотом.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/36752/186366

Переводчики: laluzz