Готовый перевод Anywere but here / Anywere but here: Now Hiring

Какую кнопку нажимать?

Вот эту, глупышка. Больше показывать не буду!

~~~|*/\*|~~~

Меня зовут…

Блядь, постойте. Это ужасно.

~~~|*/\*|~~~

Зовите меня Дабл Тап…(примеч. перевод. Дабл тапом называют два быстрых точных выcтрела подряд по одной цели. Это довольно трудный стрелковый прием.)

Да, так звучит получше.

Зовите меня Дабл Тап. Рита настояла, чтобы я задокументировал несколько ебучих сновидений, которые я вижу последнее время, в надежде как то прекратить это, или хотя бы понять, откуда они взялись. Это не один и тот же сон, как вы могли подумать, но некоторые из них настолько похожи, что, может, это и так. И это… Короче говоря, пока я сижу здесь, с этим рекодером, я буду говорить о себе. Может, это тоже поможет.

Несколько лет назад, точнее не вспомню, полностью сломленный, с пистолетом в отвратительном состоянии, я хотел попробовать себя в роли телохранителя. В лучшем случае, я заработал бы достаточно денег, чтобы купить еды и оплатить комнату еще на одну ночь. В худшем случае, мне бы уже никогда не понадобились еда или укрытие, и очередной неопознаваемый пони присоединился бы к бесчисленным телам, разбросанным по Пустоши. Это была последняя надежда, хотя можно и назвать это попыткой самоубийства. У меня не было даже кьютимарки. Что я терял, в конце концов?

Наверное, перед тем, как рассказывать об этом, нужно вернуться немного назад…

Мой папа был торговцем, а мамы я ни разу не видел.

У тебя её глаза, говорил он. Он был забавным: настоящий склад плохих шуток, всегда на позитиве, несмотря на то, что он был просто мусорщиком, едва наскребающим на жизнь…
Я...

Простите…Где я остановился?

Свои ранние годы я провел с ним в пути, передвигаясь от одного поселения к другому, наблюдая, как он продает припасы и хлам, подобранный на помойках. Когда я вырос, он дал мне попробовать продать что-нибудь из того, что он насобирал, но я был не очень хорош в этом деле. Это было не лучшее детство и иногда было туго, но я был счастлив, и мы были вместе. Какое то время...

Когда меня почти можно было назвать жеребцом, мой бок все еще был пуст, как и в день, когда я родился, мы оказались разделены бандой рейдеров, пока шли от Старой Эплузы к Новой. Он сказал мне бежать, так что… Я так и поступил

Больше я его не видел…

Так я оказался бездомным… Без денег, без кьютимарки, без семьи. Я начал думать, что я сам был причиной тому, что я никогда не встречал маму. Что она ненавидела меня и не хотела видеть. Я думаю, многие близкие из Новой Эплузы чувствовали то же самое, что и мать. Никто из них не пытался приютить меня.

Хотя это не совсем правда. Была одна мертвячка, которая позволила мне провести одну или две ночи в ее магазине, но у меня были небольшие трудности с тягой к присвоению чужих вещей, так что… В общем, вышло некрасиво.

Я был молод, но я был достаточно взрослый, чтобы работать, и вокруг была куча вариантов. Проблема была в том, что мне ничего не подходило. Я не был в хорош в продаже всяких штук, создании всяких штук или их ремонте. У меня не получалось даже забирать крышки у пьяных пони. Выполнение дополнительных работ еле-еле помогало мне держаться на плаву. Это были темные времена.

Одной ночью, может где то через год после того, как я последний раз видел папу, я подобрал раздолбаный пистолет с одного из рейдерских трупов, что я перетаскивал утром, и я решился. Все или ничего. Был один торговец, который выдвигался следующим утром. Я прикрыл свои бока, спросил, нанимает ли он охрану, и вот оно.

Началось все без особых событий. Только я, путешествующий торговец и пара вьючных браминов. Было сухо, жарко и скучно. Я был удивлен, насколько я скучал по этому, я почти почувствовал ностальгию. Сухость и жара никуда не делись, но, после того, как мы прошли, как мне показалось, где-то полпути, проблемы нашли нас. Стоит упомянуть, что я никогда раньше не стрелял. Конечно же я не счел нужным говорить об этом пони, которого я защищал. Стрелять ведь просто, так? Просто целишься и жмешь курок.

Я чертовски медленно вытягивал из кобуры раздолбанный пистолет своей магией, пока небольшая группа рейдеров двигалась на нас. Если бы они использовали огнестрел, я вряд ли сейчас сидел бы здесь и делал эту запись. Хотя, даже с...хм... огневой мощью на моей стороне, не думаю, что у меня было преимущество. Торговец укрылся между своими браминами и не понимал, почему я не стреляю. Я задал себе тот же вопрос, когда серой кобыле с зажатым в зубам ножом оставалось несколько шагов до меня.

"Целишься и стреляешь", сказал я себе.

Когда эта кобыла с ножом была так близко, что я мог почувствовать жар, вырывающийся у нее из ноздрей, я бросился на нее с пистолетом, взмахивая им от себя и прижимая его ей к виску. Я думаю, она знала, что мертва еще до того, как я нажал на курок. Звук выстрела был для меня не в новинку, однако в упор это звучало громко и меня проняло. Я был слишком шокирован тем, что я сделал, чтобы уклониться от брызнувшей на меня крови и ее тела, движимого инерцией.

Пистолет выпал из моего левитационного поля, когда ее труп врезался в меня, но это не имело значения. Я сфокусировался на выпавшем у нее изо рта ноже. Я поднял его в воздух, переворачивая его, пока я лежал под безвольной мертвой тушей. Второй рейдер был достаточно близко, чтобы я мог разглядеть белки его глаз. Я увидел ту же самую сумасшедшую, мерзкую улыбку, что была у одного из тех, кто забрал у меня папу. Я хотел взять и вырезать эту улыбку с его блядского лица. Я не осознавал этого, но нож последовал по линии моего взгляда. Он крутился, мерцая в солнечном свете, пока не погрузился по самую рукоятку в мягкую глазницу рейдера. Его копыта подломились и он уронил голову в пыль.

Третий рейдер запнулся. Он только начал поворачиваться, когда я увидел свой пистолет на земле. Он подумал о том же, ныряя к оружию. Будучи единорогом, я имел преимущество. Затвор дернулся, пустая гильза отскочила от его передней ноги, когда я пробил дыру в его черепе, попав в подбородок.

Я не могу точно сказать, сколько я лежал там, под стремительно остывающим безжизненным телом. До этого я ни разу ни забирал жизнь, а сейчас, меньше, чем за минуту, я забрал три, не получив и царапины. До этого я никогда не считал себя удачливым, но потом я перестал так думать. Я только что избежал смерти, это была моя первая драка, и я уложил трех пони, даже не понимая, что делаю.

Замечательное чувство. Я хотел бы, чтобы этот торговец, укрывающийся между своих браминов был моим отцом, чтобы эти рейдеры были той же самой бандой, что разрушила мое подобие жизни... Но я знал, что это никогда не будет правдой. Я никогда не врал себе. Я знал, что мой папа мертв. Я мог только предполагать, что моя мама так же была давно мертва.

Чувство удовлетворенности прошло, и я хотел большего. Я хотел увидеть, насколько далеко может завести меня моя удача. Я хотел затопить Пустошь кровью. Я уже видел, что защита караванов не даст мне этого. Мне было наплевать на добродетель или целомудрие, или попытки изменить Пустошь. Я хотел мести. Я хотел убивать.

Эта схватка оставила мне немного больше, чем просто чувство удовлетворения. Что-то, о чем я перестал думать задолго до этого события. Позже этим днем я заметил, что что-то появилось у меня на боках. Игральные кости. Змеиные глаза (примеч. две единицы). Тогда я не понял этого, но теперь, кажется, это приобрело больше смысла для меня. Я поставил свою жизнь на кон и выиграл. А две единицы должны означать неудачу, так что...

Да, это делало что-то с удачей. Может, всем вокруг меня не везло?

Как бы то ни было...А? Что случилось?

Ой! Не обращай на меня внимания. Я не знала, что ты—

~~~|*/\*|~~~

Глава один – Наём

|[o8- ]|[ /_\ ]|[БАР]|

Смешанный с виски дэш уже вовсю струился по кровеносной системе Дабл Тапа, ускоряя его восприятие до того, чтобы все происходило на скорости, близкой к нормальной. Без виски, чтобы замедлить его, слова могли тянуться мучительно долго, и даже самая короткая беседа могла тянуться вечно. Он был в замечательном месте, и это значило, что его ночь только начиналась.

— Я считаю, что все нормально с Красным Глазом! — объявил он на весь "Кристальный Шар".
— Я уверен у него есть абсолютно уважительная причина разместить своих солдат напротив этого места!

Пони в баре уже научились игнорировать Тапа, когда он становился разговорчивым, и бармен отказывалась выкидывать его, потому что спутник единорога был весьма щедр. Конечно, Тап был слишком пьян и обдолбан, чтобы понять, что он имел преимущество в виде денежного иммунитета.

— И знаете что? — бутылка подплыла к его губам, потихоньку выливаясь ему в горло по мере того как он наклонял ее.— Нахуй Диджея Пон3! Что он сделал для пустоши? У Красного Глаза есть целый гребаный город! Он разгребает это дерьмо, пока самодовольный говнюк сидит на своей заднице в студии дни напролет!

Широко улыбаясь, Тап крутанулся на стуле, оглядывая заведение в поисках собеседников. Поиск не увенчался успехом, хотя он заметил поднимающуюся в конце бара единорожку с wild синей гривой, бросающей на него испепеляющий взгляд и молча выбегающую из помещения.

— Может, если бы вы, ублюдки, поддержали его, — крикнул Тап ей вслед, — ему бы не понадобились рабы!

Маленькая грифонша рядом с ним хихикнула, когда взглянула на важного единорога, кладя пригоршню монет на стойку. Бармен со вздохом сгребла их.

— Почему бы тебе не поговорить о чем-нибудь другом, а? — Ее глаза сверкали золотом даже через пьяную дымку в его глазах, но на светящийся красный светодиод ее взрывного ошейника было больно смотреть. Улыбка расползлась вокруг клюва грифонихи, брови выгнулись под краями ее защитных очков.

О, и правда! — Она положила свои когти на стойку, ее ПипБак свободно болтался на ее запястье, когда она наклонилась к беспокойно выглядящей кобыле на другой стороне.— Есть какие-нибудь свежие сплетни? Что-нибудь о кобылах Министерств? Моооожет новые подробности? Хоть что-нибудь?

Бармен нахмурила брови.
— Пожалуйста, прекрати спрашивать меня об эти проклятых кобылах Министерств, Рита. Ты же знаешь, меня не интересует это дерьмо.

— Но кобылы Министерств... Они же... — Рита запнулась. Тап мог представить шестеренки, крутящиеся у нее в голове, пока она пыталась построить предложение. — Любой скажет вам, что они - важная часть истории Эквестрии! Настолько же важная, как принцессы! По сути...

Дабл Тап уже научился игнорировать Пахариту, когда та становилась разговорчивой. Она едва прикоснулась к своему мартини, крохотный зонтик еще балансировал на кромке стекла, а она уже бредила о кучке пони, умерших более чем за две сотни лет до ее рождения. Абсолютно не к месту. Хорошо было лишь то, что она не бредила о кобылах Министерства в замедленном движении. Это было самым страшным.

Бутылка на полке засветилась, когда Тап дотянулся до нее своим телекинезом, рывками подтягивая ее к себе. Вместо того, чтобы смотреть на него, бармен выжидающе глядела на Риту. Маленькая грифонша улыбнулась и выложила другую пригоршню крышек, затем вернулась к своему занятию - щелканью клювом. Очередной клиент поднялся на копыта и выкатился из бара, что, конечно же, означало больше крышек.

Волнение мелькнуло в глазах бармена, когда Тап немного ссутулился вперед, и немедленно исчезло, когда он с ухмылкой поднял голову и посмотрел на нее: "И еще!"

Она сделала смачный фэйсхув.
— Ох, срань господня...

— Я слушал его выступления и у этого жеребца есть план! Он знает, что делает, — Единорог приподнялся на стойке, устремляя все свое внимание на бармена. — Как только он все восстановит и заставит работать, ему не нужны будут рабы! Он возродит Пустошь! А все, что делает этот сраный Диджей - это проигрывает унылые, старые, всех заебавшие записи о том, как же все хуево! Теперь скажи мне, кто из них лучше перестраивает общество?

Даже не глядя на Риту или стойку, бармен потянулась за еще одной порцией крышек.

Вскоре чье-то копыто вежливо опустилось на плечо Тапа. Если бы он не был в состоянии алкогольно-наркотического дзена, он вбил бы это копыто в глотку его владельцу. Но, поскольку он таки был, то единорог просто обернулся к обладателю копыта - нервному охраннику, вопросительно смотрящего на него из-под усыпанного бисеринками пота лба.

— Простите, — кашлянул земнопони. — Нам поступили жалобы о, эм... непристойном поведении. — Охранник нервно усмехнулся. Тап пробежал языком по зубам. — И приставании к окружающим. Теперь, я знаю, вы много для нас сделали в прошлом и вы были очень осторожны в работе с, — он понизил голос до шепота, — внутренними конфликтами. — Он сделал паузу, потирая лоб. — Может, вы бы могли...

Зрение Тапа сфокусировалось, оставляя только одного охранника вместо представленных им шести. Он сгреб копытом воротник жилета дрожащего пони и дернул на себя.

— Отъебись. — Сказал Тап просто и четко, так, чтобы слюна долетела до лица земнопони.

— Ладно. — Пискнул охранник.

Тап убрал копыто, и пони сразу опустился на корточки. Покрытый шрамами единорог повернулся обратно к бару, даже не удосужившись посмотреть, как охранник уходит.

Когда третья, как он считал, бутылка виски наполовину опустела, Тап начал выпадать из реальности. Это был только очередной шаг на пути к насыщенной событиями ночи. Тап даже сделал из этого что-то вроде развлечения в виде попыток угадать, что же происходило между моментами просветления. После этих попыток, если он не проваливался в темноту опять, он проверял свои варианты у Риты. Его восприятие было достаточно отточено, так что, даже если он был в стельку пьян, Тап обычно оказывался хотя бы наполовину прав.

Он вернулся как раз, чтобы услышать, как Риту несет.
—... плакаты, автобиографии, шары памяти, слухи о возможных потомках или еще какие-нибудь следы. Я думаю, это может дать нам информацию о них!

Бармен уже даже не смотрела на нее. Тап подумал, что она кивает, пока не понял, что она мягко билась головой о шкаф с ликером.

Тап повернулся к двери, отмечая кобылу в чем-то, вроде робы, медленно идущей к бару, как раз перед тем, как провалиться в темноту. Видимо, зрение вернулось к нему довольно быстро, он увидел затылок Пахариты, ремешок ее очков был захлестнут несколькими перьями . Она тихим тоном разговаривала с кобылой в робе.

—...серьезно рассматривается. Судя по вашей записи, — добавила одетая в робу кобыла, — я думаю, это абсолютно заслуженно. Все же это будет непросто. Я хочу дать вам понять, с чем вам придется столкнуться. Вот почему мы готовы щедро заплатить за...

Опять темнота. Они обсуждали контракт. Это было обычным делом. Если пони нужны были его услуги, они могли найти его в темное время суток в "Кристальном шаре" в Башне Тенпони. Он и Рита распространяли эту информацию, и в итоге дела у них шли неплохо.

Достаточно неплохо, чтобы позволить себе жить в Тенпони.

Свет и цвет вернулись вместе со слухом.

—...могу дождаться! — пискнула Пахарита, подпрыгивая на стуле, стул пискнул под ней. — Можете на нас рассчитывать, мы позаботимся об этом! Можно нам оставить эту папку у себя? Нам предстоит многое спланировать, чтобы сделать все подобающим образом, учитывая что... Ух, не могу поверить, что мы на самом деле собираемся сделать это! — Она крутанулась на стуле, ее глаза горели азартом. Несмотря на это, она понизила голос почти до шепота, когда наклонилась к пьяному единорогу.
— Эй! Нас только что наняли...

Даже не смотря на то, что сознание вновь ускользнуло от него, не было сомнений, что Рита только что получила заказ, и что когда работа будет выполнена, их ожидает солидный гонорар. Его интересовало лишь кто был целью. Тап убивал всех: от должников до лидеров банд, to vigilantes и работорговцев. Не было таких, кого он не мог бы убить с помощью продуманного плана, правильного снаряжения и капельки удачи. Перспектива какого-то испытания(проверки навыков) была довольно захватывающей.

Мир снова принял знакомые очертания как раз, чтобы Тап мог видеть, как кобыла в робе покидает бар. Пахарита смотрела на него, улыбаясь настолько широко, насколько это было возможно с клювом посреди лица.

— Ага... — пробормотала бармен, глядя, как шатающийся единорог берет еще одну бутылку из шкафа без разрешения.

Пол поехал под копытами Тапа, когда он медленно направился к выходу, Рита практически висела на нем

Они даже не дошли до лифта, когда она начала целовать его. Тап подумал, что ликер делает ее довольно несдержанной, пока прижимался к углу ее рта, где заканчивался клюв и начинались губы. С одной стороны, целовать грифона было довольно необычно, но сейчас это просто был очередной этап хорошей ночи. Она зарылась клювом ему в шею, мягко воркуя, задевая раскрытыми крыльями пассажиров, стоящих в другом конце лифта.

Пони терпели это неудобство молча, ну или настолько молча, насколько это позволяло их чувство достоинства. У Тапа была репутация пони, с которым лучше не конфликтовать напрямую. Ее крылья снова и снова хлопали и тыкались в

Когда он поднял взгляд повыше, у него открылся отличный вид на превосходную грифонью задницу . Ее хвост качался в воздухе, пока она качала бедрами, помахивая крыльями и улыбаясь ему назад.

Затем он провалился в темноту.

Без снов.

Идеально

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/37662/136178

Переводчики: Baloon_Party