Готовый перевод английский / русский: CHAPTER 2

Тот, кто называл себя Маляхом, прижал к своей бритой голове кончик иглы и застонал от удовольствия, как делал всякий раз, когда втыкаемое им острие входило и выходило из его плоти. Он уже начал привыкать к мягкому жужжанию электричества... так же как и к уколам иглы, проникающей глубоко в кожу и придающей ей цвет.

Я – шедевр.

Никогда целью нанесения татуировок не была красота. Целью было – изменение.

Со времен украшенных шрамами нубийских священников, живших около 4000 лет назад, до покрытых татуировками аколитов древнего культа Кибелы в Риме и современных мокко маори, люди покрывали свое тело татуировками, таким образом, принося свое тело будто бы в жертву: вынося физическую боль в процессе нанесения узора и преображаясь в совершенно иную личность.

Несмотря на грозное предупреждение Левита* 19:28, запрещающего истязание плоти, татуировки стали символом преображения миллионов людей в наши дни – всех, от аккуратно подстриженных подростков до законченных наркоманов и домохозяек из пригородов.

Нанесение татуировки на кожу демонстрировало степень преображения, одновременно являясь объявлением всему миру: я властвую над своим телом.Опьяняющее чувство контроля через физическую трансформацию пристрастило миллионы к практикам, попирающим плоть... пластические операции, пирсинг, бодибилдинг и стероиды... даже булимия и изменение пола. Человеческий дух требует превосходства над телом

На часах, которые принадлежали еще деду Маляха, пробил один час. Он поднял глаза вверх. 18:30. Оставив свое занятие, Малях набросил на обнаженное тело халат из японского шелка и вышел в холл.

Воздух внутри этого просторного дома был тяжелым от едкого запаха красок для кожи и дыма от свечей из пчелиного воска - он их использовал, чтобы стерлизовать иглы. Высокий молодой человек двигался по коридору мимо бесценных итальяннских древностей - гравюры Пиранези, кресла эпохи Возрождения, масляной лампы из серебра работы Багарини.

Проходя мимо панорамного окна, он не мог не восхититься классическим силуэтом, возвышающимся вдали на фоне неба. Искрящийся купол Капитолия светился на фоне темного зимнего неба, источая священную силу.

- Вот где он спрятан. – подумал мужчина. - Сокрыт где-то там.

Немного людей знало, что он существует... и еще меньше знало о его невероятной силе и том, насколько хитроумно он был спрятан. До сих пор он остается самой охраняемой тайной этой страны. Те единицы, кто знал правду, тщательно скрывали ее за завесой символов, легенд и аллегорий.

- Теперь же они открыли передо мной двери, - думал Малях.

Три недели назад благодаря тайному ритуалу, проведенному самым влиятельным человеком Америки, Малях взошел на тридцать третий градус посвящения, самый высокий ранг в старейшем из ныне существующих братств. Несмотря на новый ранг Маляха братья ничего ему не рассказывали. И не расскажут, это он понимал.

Здесь такой принцип не работал. Это были свои круги внутри кругов посвященных... братства внутри братств. Могли пройти годы, а Малях мог так никогда и не заслужить их полного доверия.

К счастью, ему ненужно было их доверие, чтобы завладеть самыми сокровенными их тайнами.

- Мое посвящение сделало свое дело.

Теперь, возбужденный от того, какие свершения его ожидают, Малях направился в спальню. Из расставленных по всему дому колонок слышалась мрачная мелодия редкой записи «Свет вечный» из Реквиема Верди в исполнении кого-то из певцов-кастратов*. Вот оно – напоминание о прошлой жизни.

Малях нажал кнопку на пульте, переключаясь на громогласный «День гнева». И под аккомпанемент гремящих литавр и параллельных квинт он бросился вверх по лестнице.

Пока он бежал, его желудок недовольно урчал. Вот уже два дня Малях постился, не потребляя ничего кроме воды. Так он готовил свое тело в соответствии с древними обрядами.
- Твой голод будет утолен на рассвете, – напоминал он себе. - равно как и твоя боль.

Малях с благоговением вошел в спальню, служившую ему убежищем, и запер за собою дверь. По пути в гардеробную, он приостановился не в силах оторваться от огромного позолоченного зеркала.

Поддавшись искушению, он обернулся к своему отражению. Не спеша, словно разворачивая бесценный подарок, Малях распахнул халат, обнажая свое голое тело. Увиденное привело его в трепет.

Я – шедевр.

Его тело было гладко выбрито. Сначала он опустил взгляд на свои ступни. На обеих были татуировки, изображающие чешуйки и когти ястреба. Чуть выше на мускулистых ногах были будто бы вырезаны колонны: на левой - спиральная, на правой – с вертикальными бороздами.

Боаз и Яхин*. Пах и нижнюю часть живота украшала резная арка, над которой на могучей груди красовался двуглавый феникс... глаза на каждой повернутой в профиль голове приходились как раз на место сосков Маляха. Его плечи, шею, лицо и гладко выбритую голову покрывала витиеватая мозаика древних символов и сигил**.

Я – произведение искусства... совершенствующийся образ.

Одному смертному довелось увидеть Маляха обнаженным восемнадцатью часами ранее.
- Боже! Ты же демон! – прокричал он в страхе.

- Ну если тебе так кажется, - ответил Малях, разделяя точку зрения древних народов о том, что ангелы и демоны - прообразы идентичные и взаимозаменяемые. Ведь все зависит от того, под каким углом на это смотреть: ваш ангел-хранитель, сумевший победить вашего недруга, воспринимался им демоном-разрушителем.

Малях склонил голову и теперь мог рассмотреть свою макушку. Ее, подобно короне, венчал нимб, внутри которого блестел крошечный круг бледной, неукрашенной татуировками кожи. Он оставался единственным девственно чистым участком на его теле, и Малях бережно хранил это "полотно".

Неприкосновенное пространство терпеливо ожидало своего часа... и сегодня ему надлежало быть заполненным. Хотя у Маляха еще не было того, что требовалось для завершения его шедевра, но он знал – этот момент стремительно приближается.

Воодушевленный собственным отражением, он уже чувствовал растущую в нем силу. Малях запахнул халат и подошел к окну, снова пристально всматриваясь в раскинувшийся перед ним город, полный тайн. Он спрятан где-то там.

Концентрируясь на предстоящем задании, Малях подошел к туалетному столику и стал аккуратно накладывать маскирующее средство на лицо, голову, шею так, чтобы татуировки стали незаметны.

Затем он облачился в одежду и прочие вещи, которые педантичной тщательностью готовил для этого вечера. Закончив, он еще раз подошел к зеркалу и придирчиво осмотрел себя. Удовлетворенный увиденным, Малях провел ладонью по своему гладкому черепу и улыбнулся.

- Он находится где-то там, – подумал он. - И сегодня кое-кто поможет мне его найти.

Выходя из дома, Малях был готов к тем событиям, которые вскоре должны были сотрясти здание Капитолия США. Ему довелось пройти длинный путь, чтобы сегодня все кусочки сложились воедино.

И сейчас наконец-то его последняя пешка вступила в игру.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/3890/12609

Переводчики: alexxuss, Torry