Готовый перевод Tarzan and the Lost Adventure / Забытое приключение Тарзана: 5

5

Уилсон положил сверток на землю перед Громвитчем и Кэнноном и снял промасленную ткань с оружия, боеприпасов и провианта. Там было четыре винтовки, два пистолета, небольшое количество боеприпасов, немного простой еды и фляга с водой.

- Мы немного поохотимся, найдем воду, а боеприпасов здесь достаточно, чтобы добраться до побережья, - сказал Громвитч.

- Я не собираюсь на побережье, - сказал Уилсон. - Делай, что хочешь. А я пойду за этим малым, который надрал мне зад. Я это ему с рук не спущу. Я был супертяжеловесом. Полагаю, в следующий раз я задам ему жару.

- Ну, не знаю, - ответил Громвич. - По мне так, какого черта нам не хватает? У нас есть еда и пушки. Не для того мы убежали из Легиона, чтобы скакать туда-сюда по джунглям.

Уилсон ответил:
- Мы собирались проверить историю, которую рассказал Блумберг, помнишь? Найти деньжат, пополнить наши запасы. Только так, когда мы покинем Африку, у нас будет больше, чем просто драная униформа.

- Даа, - протянул Кэннон. - И теперь нам не нужно ничего делить с Тэлэнтом.

Уилсон взглянул на него.
- Смотрю, это слишком радует тебя.

- Хорошо, не будем, - сказал Кэннон. - Но ведь не я убил его. Так случилось, что он мертв и теперь все принадлежит нам. Так что разделим на троих. В любом случае, я его недолюбливал. То, как он вел себя, вызывало у меня мурашки.

- Говорю тебе, нам нечего делить, - ответил Громвич. - Пока слова Блумберга не больше, чем ветер. То, что интересно звучало на заднем дворе форпоста легиона, сейчас, когда он мертв и мы знаем лишь приблизительное направление, и мы в настоящих джунглях, в конце концов, сейчас я не знаю.

- Он убит, потому что был дураком, - сказал Кэннон.

- Он убит, потому что Талэнт убил его, - сказал Громвич. - Порезал его, как индюшку.

- Просто не повезло, - сказал Уилсон. - Но я все еще верю в историю Блумберга.

И он действительно верил. В форпосте легиона Уилсон слушал, как Блумберг рассказывал истории о затерянном городе. Блумберг утверждал, что бывал там, прежде, чем стать легионером. Он хотел сбежать и вернуться туда, ограбить то место и стать богатым. Он утверждал, что там жили люди, добывающие золото пару сотен лет.

Блумберг говорил, что он был в охотничьей экспедиции за слоновой костью, заблудился и набрел на город, где его захватили в плен местные жители, добывающие золото, но потом он убежал. В доказательство он взял с собой горсть самородков.

Поэтому и Вилсон загорелся желанием покинуть гарнизон легиона. Блумберг собирался отвести их всех в то место и они вместе могли бы стать богачами. Но затем Талэнт и Блумберг подрались из-за банки фасоли - из-за банки фасоли! И Талэнт в приступе ярости вонзил нож в живот Блумберга и выпустил ему кишки. Их живая карта окропила кровью знаний покрывало джунглей.

- Ты должен подумать об этом, - сказал Громвитч. - Об этой его истории. Затерянный город золота, добываемого туземцами. Как

часто ты слышал такое? Должны ли мы поверить в его историю? Блумберг не показался мне человеком, который почувствовал бы себя плохо от вранья.

- А как насчет его самородков? - спросил Кэннон.

- Разными способами можно добыть золото, - ответил Громвитч.

- Я верю ему, - повторил Вилсон. - Я ничего не заработал до Африки, и здесь пока тоже. Хотелось бы покинуть Африку, имея немного деньжат. Если не найду никакого города, то может быть поохочусь за слоновой костью. Набрать нужно, чтобы хватило перебраться в Штаты, и чтоб в кармане еще немного осталось. Я выхожу прямо сейчас, все что у меня есть - только мои лохмотья. А еще, мне нужно вернуться в легион.

- Думаю, меня повесят сразу же, надумай я вернуться, - сказал Громвитч. - Поэтому я пас. Но мое мнение таково, что вернувшись туда, мы ничего не получим. Там ничего нет. И если поделить это на четыре части или три или две, то все будет то же самое - ничего. Ничего плюс ничего три раза, это все равно ничего. А сейчас у нас есть немного пищи и оружия, с помощью которого мы можем добыть еще. Мое слово - мы отправляемся к побережью.

- Я говорю не только о золотое, - сказал Вилсон. - Меня интересует тот малый, что начистил мне лицо. Я хочу наподдавать ему. Может быть попинаю немного.

- Не обижайся, - ответил Громвитч, - но побывав в этой передряге, я хотел бы снова встретиться с этим малым. Он раскидал нас, как куски бумаги, и я даже не уверен, что он был зол.

- Я с Уилсоном, - сказал Кэннон. - Этот чертов дикий человек и его лев. Что он о себе думает он, приказывая нам в Африке, как будто единолично владеет ею? К тому же, мне не нравится парень в нижнем белье, который смог побить меня. Так или иначе, это не слишком то порядочно, знаете ли?

Уилсон достал немного сушеного мяса из клеенчатой обертки, и передал её другим по кругу. Он сказал: - То, что я знаю, это одно. Все основные признаки, о которых говорил Бломберг... Насколько я помню. Мы пришли сюда. И эта пологая земля, как он сказал. Местность здесь постепенное понижается, и если ты смотришь на неё, то можешь не заметить этого сразу же. Все так, как сказал Бломберг.

- Может быть, - сказал Громвитч.

- Прошлой ночью, - сказал Уилсон, "прежде, чем все эти сложности начались, я забирался на дерево и смотрел, и я говорю вам, земля понижается. Она опускается на севере. Это заставляет меня думать, что Бломберг просто не говорил нам о подъемнике, и я не думаю, что он бы болтался здесь вокруг с нами все это время, если бы не говорил правду.

- Я не знаю, - сказал Громвитч.

- Вот тебе и сделка, - сказал Уилсон. - Это не подлежит обсуждению. Ты хочешь идти своим собственным путем, Громвитч, а мы дадим тебе ружье, патроны, ведь мы храним большую часть боеприпасов и всю жратву. Мы снабдим тебя, а ты возьмешь себе винтовку и пойдешь. Удачи тебе.

Громвитч рассмотрел предложение. Он удивился, действительно ли Уилсон действительно это имел в виду. И если он сделает это, было интересно оценит ли Кэннон это. А что, если он согласится, и тогда Кэннон задумается о том, что ничего деленное на два было даже лучше, чем ничего деленное на три?

Нет. Громвитч полагал, что он не должен рисковать. И кроме того, Уилсон был прав. Что там ждало для его на побережье - если бы он добрался до берега сам? И он не был уверен, что он может. Уилсон был, кроме прочего, хорошим руководителем.

Я пока останусь, - сказал Громвитч. Уилсон кивнул,а вместе с ним и Кэннон, но Громвитч заметил, что выражение лица Кэннона было разочарованным.

Тарзан и отряд Хэнсона, после момента воссоединения, начали двигаться. Они шли быстрым шагом, что хорошо сокращало время, направляясь на север. Тарзан решил остаться с ними до тех пор, пока он не почувствует, что они оставили человекообразных обезьян далеко позади. Не то чтобы он думал, что те будут их преследовать, и не из-за запаха оружия в лагере, но перестраховка была лучшей политикой. Также он сам и Джад-бал-Джа были хорошей страховкой.

Через некоторое время они остановились, чтобы передохнуть. Тарзан присел на землю, а Джейн подошла, чтобы присоединиться к нему. Девушка сказала: - А где твой лев?

- Он сам себе хозяин, - сказал Тарзан. - Он ушел на охоту. На кого-то из приматов, скорее всего. Он подумывал об их плоти уже давно. Он любит ее. Он говорит, что это очень вкусно.

- Ой, - только и сказала Джейн.

- Он приходит и уходит, когда ему вздумается. Иногда я не вижу его месяцами. На этот раз, он ушел, потому что он не одобряет моего общения с незнакомыми людьми. Джад-бал-Джа считает себя чем-то вроде нобиля.

- Наверное, это результат королевской крови, - сказал Джейн. Затем она добавила: - Я не знаю, что не поблагодарила вас должным образом. Без вас, и Джад-бал-Джа... я правильно говорю?

- Достаточно близко, - сказал Тарзан.

- Без вас и него... ну, я могла бы стать подругой обезьяны.

Тарзан улыбнулся. - Скорее рабыней. Вы бы собрали личинки для племени, чтобы они ели их.

- Рабыней?

- Они более похожи на людей, чем на обезьян. У них есть много вредных человеческих привычек. Рабство, например.

- Я не думаю, что хотела бы собирать и есть личинки, - сказал Джейн.

- Они на самом деле очень вкусны, - сказал Тарзан. - Наполнены протеином. Но вы бы все равно их не ели. Они бы заставили вас отдать их царю, а вам бы давали только листья. Вы можете жить на листьях, некоторые из которых довольно сочные, но ими нельзя хорошо наесться. Человекообразных обезьяны не понимают людей. Они иногда берут в рабы людей, но эти люди долго не живут. Они не понимают, чего от них хотят, их плохо кормят, и если они не умирают в скором времени от недостатка питания, то кто-то из обезьян может вдруг разозлиться и убить их.

- Я полагаю, что должна поблагодарить вас дважды, - сказала Джейн. - Не за что. Я должен спросить. Куда вы идете? Что вы делаете в этой части джунглей?

- Всё так, как как отец рассказал вам. Он пытается доказать существование тех, кто, как мы теперь знаем, существуют. Человеко-обезьян.

- Мы уходим все дальше от них, а не к ним.

- Это правда. Но это только потому, что папа собирался встретить нескольких других членов его экспедиции, идущих с другой стороны Африки, продвигаясь, чтобы встретить нас в месте, где, как отец считает, находится древний город. Мы надеемся вернуться сюда, сделать фотографии человекообразных обезьян или человеко-обезьян. Какими бы они ни были.

- Я не знаю ни о каком городе, - сказал Тарзан.

Хэнсон, пережевывая кусок сушеного мяса, подошел и присел рядом с ними. Тарзан сказал: - Джин только что рассказывала мне о своих планах.

- И что вы думаете? - спросил Хэнсон.

- Я думаю, что если вы получите доказательство существования больших обезьян, фотографии, тогда охотники придут и убьют их, - сказал Тарзан. - Вот что я думаю, и я не хотел бы этого. Я не хотел бы быть какой-либо частью этого.

- Мы научная экспедиция, - сказал Хэнсон.

- Это не имеет никакого значения, - сказал Тарзан.

Хэнсон промолчал одно мгновение. А затем сказал: - А Джин сказала вам об этом затерянном городе? Легенды называют его не иначе, как Ур. Если он существует, то это была бы замечательно находка.

- Я слышал о городе Уре, - сказал Тарзан, - но это легенда. И опять же, я не знаю ни об одном подобном городе в этой части джунглей.

- У меня был коллега, еще в университете, - сказал Хэнсон. - Профессор Барретт. Во время войны он был штурманом на тяжелом бомбардировщике, который пролетал над этой местностью несколько раз. Дважды он видел руины, как показалось ему, древнего города. Позже, когда он вернулся в Штаты, и получил ученую

степень в области археологии, и в конце концов, защитил докторскую диссертацию, но никак не мог выбросить этот город из своего мозга. Он начал исследовать этот район, обнаружив существование легенд о затерянном городе в этой части Африки. Город Ур. Предположительно, город золота. Конечно, в легендах,это всегда были города золота, не так ли?

- Существуют легенды о затерянных городах по всей Африке, - сказал Тарзан. - Некоторые из них являются правдой.

Тарзан думал о городе Опаре, когда говорил это. О земле Онтар и городах-близнецах Катне и Атне - один город золота, а другой - слоновой кости. Человек-обезьяна обнаружил и затерянный осколок Римской империи. Это, и многое другое, но он не позволил своему лицу показать все его мысли.

- Есть все больше оснований, чтобы исследовать его, - сказал Хэнсон. - Мой коллега, профессор Барретт был уже слишком стар, чтобы поехать на его поиски, но я был его учеником, и хочу отыскать этот город не только из собственного любопытства, а потому что хочу проверить работу всей его жизни. А человекообразные обезьяны - это моя личная страсть. Моя вторая экспедиция направляется в город с другой стороны. Мы надеемся встретиться в середине. Похоже, что это верный путь, по крайней мере, одна из наших групп достигнет этих руин.

- Но, не с Хантом во главе, - сказала Джин.

- Хант - хороший парень, - сказал Хэнсон.

- Может быть, - сказала она, - но он не сможет прочитать и карту метро, ​​не говоря уже о джунглях.

- Смолл с ним, - сказал Хэнсон.

- Смолл может читать карты, - сказал Джин, но он не отличает север от юга.

Хэнсон посмотрел на Тарзана. - Хант работал моим помощником, когда я был профессором в Университете штата Техас. А Смолл -талантливый студент. Они оба хорошие парни. Хант немного увлечен Джин, я думаю.

- Немного? - переспросила Джин.

- И она с ним.

- О, ради бога, папа. Я нахожу Ханта таким же интересным, как и математический анализ - а вы знаете, какие оценки у меня по математике.

- Они знают друг друга давно, - сказал Хэнсон, и у них уже перемешалась вся эта любовь и ненависть. Еще несколько месяцев, я думаю, что вся ненависть уйдет полностью. Теперь, когда они оба выросли и переполненные гормонами.

- Папа, ты ставишь меня в неловкое положение.

- Я сожалею, - сказал Хэнсон, но он не выглядел так, как будто это было на самом деле.

Какую прибыль вы ожидаете от этой экспедиции? - спросил Тарзан. - Ожидаете ли вы найти золото в городе?

Хэнсон улыбнулся. - Это может показаться вам фальшивым, но цель этой экспедиции является именно такой, как я и говорил. Чисто научная. Мы будем беднее, когда мы вернемся в Техас, чем тогда, когда уплывали в экспедицию - беднее в финансовых ресурсах, но богаче в научных знаниях и опыте.

Тарзан не сочувствовал людей, которые прибывали с других континентов, чтобы убивать животных, которых он любил, и он не сочувствовал тем, кто захочет грабить богатства Африки. А Хэнсоны, казалось, не попадали ни в одну из этих категорий.

Тарзан произнес: - Вы сказали, что у вас есть карта?

- Да. Мой старый профессор, доктор Барретт, сделал её много лет назад, по памяти. Она может быть немного не точной, но он считал, что в целом карта была правильной.

- В Африке, - сказал Тарзан, - простая ошибка может привести к большим разночтениям.

- Я принесу карту, - сказал Хэнсон и ушел.

Вдруг в деревьях раздался громкий крик обезьян. Джин и Тарзан подняли голову, и в следующее мгновение маленькая обезьянка выпрыгнула в поле зрения, что практически летела сквозь деревья, преследуемая одной большой и очень злой обезьяной.

- Нкима, - сказал Тарзан. - Она снова в беде. Как и обычно.

Нкима бросилась прямо с дерева, приземлившись на плечо человека-обезьяны, легко тряхнув его руку, и начала воинственно визжать на обезьяну, что преследовала её. Преследователь, увидев Тарзана и Джин, остановился на конце качающейся ветви и начал что-то злобно бормотать, обнаружив, что его добыча нашла себе убежище.

После минутной свирепой ругани преследующая Нкиму обезьяна повернулась, прыгнула в сторону, и было исчезла в листве.

Хэнсон вернулся с картой, когда Нкима бормотал что-то на ухо Тарзана и прыгал по его плечу. Хэнсон спросил: - А что это у нас здесь?

- Нкима, - сказал Тарзан. - Она говорит мне, что другая обезьяна ужасно испугалась её, что объясняет, почему та сбежала. Нкима не хотела обидеть ту обезьяну.

Джин засмеялась. - Она ужасно милая.

- В ней нет ни унции правды, - сказал Тарзан, поглаживая голову Нкимы. - К счастью для других животных она не так велика, как об этом говорит. Не так, как она сама думает об этом... Мы как раз обсуждали вашу карту.

Хэнсон присел на землю, развернул карту, чтобы показать её Тарзану. Тарзан изучал её мгновение. Он сказал: - Это не очень хорошая карта. Я знаю, что часть этих областей весьма хорошо. Тарзан положил палец на карту. - Здесь расположена гора. Потухший вулкан. Я никогда не был там, но я видел его на расстоянии. Тарзан снова прикоснулся к карте. - Лес, который изображен здесь, очень густой. Почти непроходимый.

- Это делает тем более вероятно предположение, что город может быть там, - сказала Джин. - Он может быть спрятан под покровом густой листвы.

Тарзан изучал Хэнсона в течение долгого момента. - Интересно, а вы осознаете, куда пытаетесь пробраться. Даже если это и не город, там есть, конечно же, дикие животные и дикие люди. Сам лес и местность, может убить вас. Ни один из вас не кажется мне достаточно хорошо подготовленным.

- Я бывал в Африке и раньше, - сказал Хэнсон. - Мы только недавно испытывали тяготы судьбы.

Тарзан показал. - Вы пойдете на север,и тогда сможете добиться большего.

Хэнсон сложил карту. Он был очень спокойным и вежливым, но Тарзан мог бы сказать, что он был зол. - Вы, наверное, правы. Но мы продолжим двигаться вперед. Мы не можем разочаровывать наших друзей.

Потом Хэнсон резко смягчился. - Но вы могли бы сделать мне одно одолжение. Я не имею права просить. Не после того, что вы уже сделали. И у меня нет никакой возможности заплатить вам. Но вы могли бы взять Джин обратно к цивилизации.

- Отец! Не относись ко мне, как к маленькой девочке. Я взрослая женщина.

- Ты моя дочь.

- Все может быть, но я уже достаточно взрослая, и я буду принимать свои собственные решения. Я иду. Независимо от того, что говоришь ты, или говорит Тарзан. Я ухожу.

Хэнсон вздохнул. Он знал, что бесполезно заниматься этим вопросом. После того, как Джин вознамерилась сделать что-то, она собиралась достичь этого, пойдя сквозь ад и потоп. Как сказал профессор Оливер, у нее была голова, как у быка, если бы эта бычья голова была выкована из стали.

- Я пойду с вами, - сказал Тарзан.

- Я не смогу вам заплатить, - сказал Хэнсон.

- Я не нанимаюсь за деньги, - сказал Тарзан. - Не оскорбляйте меня.

- Простите, - сказал Хэнсон. - Но почему вы поменяли свое мнение?

- Я полагаю, я пробыл среди людей слишком долгое время, - сказал Тарзан. - Я сокращаю духовный разрыв между глупыми и плохо подготовленными.

Хэнсон и Джин поглядели в лицо Тарзана, чтобы увидеть, есть ли там хоть капля юмора. Но его там, похоже, не было.

- Если вы пойдете на север без провожатого, то умрете, - сказал Тарзан. - Вы не являетесь человеком, который замыслил сделать что-то для того, чтобы причинить вред здешним животным. Вы, кажется, действительно заинтересованы в научных исследованиях. Но я нет. Но меня интересуют,как я уже сказал ранее, только приличные люди.

- Я полагаю, - сказал Хэнсон, - что это своего рода комплимент. Можно быть глупым, но приличным.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39202/144160

Переводчики: Alexafgan, LordGreystoke, Internal