Готовый перевод The Lying Game #5: Cross My Heart, Hope To Die / Игра в ложь #5:Я готова умереть, если это ложь.: 1 Drive-By Mom

Эмма Пэкстон уставилась на женщину в Бьюике.

Сначала она видела просто измученную женщину с морщинами на лице, впалыми щеками и потрескавшимися, тонкими губами.

Но затем она осознала, что под её тусклой кожей было знакомое сердцевидное лицо.

И если бы Эмма прищурилась, она могла бы представить ломкие и вьющиеся волосы женщины, снова блестящими и иссиня-черными.

И ее глаза - те глаза.

Ее словно ударило током.

Глаза - самая лучшая часть нашей внешности, Эмма, - часто повторяла ее мать, когда они стояли у зеркала в какой-нибудь захудалой комнатушке, в которой тогда проживали.

Они словно два бесценных сапфира.

Она вздохнула.

Это было ...

"Боже мой", прошептала она.

"Что ты сказала, Саттон?", - спросил Тэйер Вега.

Но Эмма едва ли услышала его.

Она не видела мать тринадцать лет, с тех самых пор как Бекки бросила ее в доме подруги, когда Эмме было пять лет.

Женщина подняла взгляд, и ее глаза - два синих сапфира - посмотрели прямо на Эмму.

Ее ноздри раздулись, как и испуганной лошадки, затем раздался оглушительный рев, и машина вырулила со стоянки в клубах выхлопных газов.

"Нет!" Эмма вскрикнула, вскочив.

Она перескочила через железное ограждение, окружавшее патио кафе, оцарапав при этом голень.

По ноге прокатилась боль, но Эмма не остановилась.

- Саттон! Что происходит? - спросил Тайер, бросаясь вслед за ней.

Она помчалась вслед за бьюиком, который выехал со стоянки и повернул налево, в ту сторону, где проживали Мерсеры.

Эмма последовала за ним через улицу, едва замечая сигналы автомобилей, летевшие ей вслед.

Раздавались злые гудки машин, и кто-то высунул голову в окно, прокричав: "Ты что делаешь?!". Эмма слышала тяжелое дыхание Тайера позади себя и его неровный бег, поскольку он пытался догнать ее, несмотря на поврежденную ногу.

Бьюик повернул на улицу, где проживали Мерсеры, и прибавил скорость.

Эмма заставила себя бежать еще быстрее, хотя ее легкие разрывались.

Но машине уезжала от нее все дальше и дальше.

Глаза девушки наполнились слезами.

Она вот-вот снова потеряет Бекки.

Может, оно и к лучшему, подумала я, все еще чувствуя дрожь от того, что почти вспомнила... или, по крайней мере, что являлось моей догадкой.

Что бы ни происходило, у меня было чувство, что Бекки вернулась в город не для счастливого семейного воссоединения.

Неожиданно заскрипели тормоза, и бьюик, взвизгнув, остановился так быстро, что в воздухе запахло горелой резиной.

Игравшие в кикбол на улице детишки закричали, и стоявший в нескольких дюймах от машины мальчик с ярко-красным мячом в руках, в ужасе замер.

- Эй! - позвала Эмма, бегом направляясь к машине.

Она пробежала через газон Дональдсонов, перескочив через их украшенное кокопелли ограждение и ловко увернувшись от столкновения с роговидным кактусом.

- Эй! - снова закричала она, врезавшись в заднюю часть машины и бросаясь на багажник, чтобы не дать бьюику тронуться.

Она ударила рукой по зеркалу заднего вида.

Выхлопные пары обожгли ей колени.

"Подожди!", - закричала она.

Ее глаза встретились со взглядом Бекки в зеркале заднего вида.

Её мать смотрела на нее.

Её губы приоткрылись.

На долю секунды показалось, что время остановилось для Эммы и ее матери, которые смотрели друг на друга в зеркале, отрезанные ото всего остального мира.

Мальчик отбежал на тротуар, сжимая в руках свой мяч для кикбола.

В каменном фонтане Стотлеров плескались птицы.

Негромко жужжала газонокосилка.

Колебалась ли Бекки, потому что думала, что Эмма была Саттон?

Или она думала об Эмме, вспоминая все те хорошие моменты, которые у них были?

Сидя в кровати, читая главы "Гарри Поттера".

Наряжаясь в ту дешевую - "все-за-доллар" - одежду, которую Бекки приносила домой из магазина эконом-класса.

Делая шалаш из одеял во время грозы.

В течение пяти лет их было двое: мать и дочь против всего мира.

Но затем Бекки отвела взгляд.

Мотор снова взревел, и Бекки исчезла из виду в клубящемся облаке пыли.

Эмма подавила всхлип.

Она повернулась... и замерла.

Позади нее тихо ехала полицейская машина.

Водитель опустил окно, и Эмма затаила дыхание.

Это был офицер Квинлан.

- Мисс Мерсер, - ехидно протянул Квинлан, его глаза были скрыты за солнцезащитными очками-авиаторами.

"Что здесь происходит?"

Эмма обернулась, когда бьюик, дребезжа, скрылся за углом.

На долю секунды она ощутила надежду, что Бекки уехала, потому что появились копы, а не потому что хотела удрать от дочери.

- Это был ваш друг? - спросил Квинлан, тоже глядя вслед машине.

- Ммм.. нет. Мне показалось, что я узнала ее, но я... это не так, - сбивчиво закончила Эмма, жалея, что улицу патрулировал не какой-нибудь другой коп.

Квинлан и так уже достаточно знал о ней... по крайней мере, думал, что знает.

У него была пятидюймовой толщины папка с делом на мою сестру-близнеца, в основном из-за опасных проделок под названием "Игра в ложь", которые она проделывала на пару со своей гоп-компанией.

Как, например, в тот раз, когда Саттон позвонила в полицию, чтобы рассказать им, что видела рыскающего около площадки для гольфа льва, или когда она заявила, что слышала плач ребенка в одном из мусорном контейнеров, или когда ее машина "застряла" на железнодорожных путях, только для того чтобы чудесным образом вновь завестись и избежать столкновения с идущим поездом.

По большей части из-за последней шутки мои друзья и разозлились на меня.

Они собрались вместе, чтобы сыграть ответную шутку, которая была настолько опасной, что я отказывалась думать об этом даже сейчас.

Видео, на котором было видно, что кто-то, чье лицо было скрыто, душит меня, просочилось в интернет.

И как раз это видео привело ко мне Эмму.

Квинлан подозрительно прищурился.

- Ну, если ты все же ее знаешь, убедись, чтобы она ездила поосторожнее. Кто-нибудь мог пострадать.

Он взглядом указал на группу детишек, которые с интересом наблюдали за ними с тротуара.

Эмму охватило раздражение.

Она скрестила руки на груди.

- У вас что, нет других дел? - беспардонно поинтересовалась она.

Перегибать палку было в стиле Саттон, и иногда казалось, что она переняла это у сестры.

Наконец, подбежал тяжело дышащий Тайер.

- День добрый, офицер, - осторожно поздоровался он.

- Мистер Вега, - Квинлан принял утомленный вид при виде Тайера - он доверял ему немногим больше Саттон.

Тайер покровительственно положил свою руку на руку Эммы.

Меня передернуло.

Я знала, что Тайер лишь пытался оказать ей поддержку, но все же ревновала.

Я была не из тех девушек, которые делятся, даже со своей собственной сестрой.

И тем более не своим парнем.

Наконец, Квинлан медленно покачал головой.

- Еще встретимся с вами обоими, - сказал он и укатил.

Тайер провел руками по волосам.

- Дежа вю. По крайней мере, в этот раз в меня никто не врезался.

Эмма слабо рассмеялась.

В ночь убийства сестры Саттон и Тайер были вместе в Сабино Каньоне.

Он удрал домой из реабилитационного центра в Сиэттле, чтобы увидеться с Саттон, но романтическая прогулка под луной вскоре испортилась.

Сначала она увидела мистера Мерсера, разговаривавшего с какой-то женщиной, которую они приняли за его любовницу.

Затем кто-то угнал машину Саттон и врезался в них на ней, раздробив Тайеру ногу.

Сестра Саттон, Лорел, усадила Тайера в машинуи отвезла его в больницу, оставив Саттон в каньоне.

После чего Саттон встретила мистера Мерсера, своего приемного отца, и он рассказал ей о женщине, с которой был. Ее звали Бекки, и она была дочерью мистера Мерсера... и биологической матерью Саттон.

Но Эмма не была уверена в том, что случилось дальше.

Все, что она знала, - Саттон мертва.

С момента своего приезда в Тусон, Эмма пыталась собрать целую картину того, что произошло в каньоне.

Каждая добытая ею улика подводила немного ближе к правде, и, тем не менее, она все еще была далека от решения этой загадки.

Она узнала, что Саттон, в ярости от предательства мистера Мерсера, убежала назад в Каньон... но куда она пошла потом? Как она умерла?

Эмма опустила взгляд и увидела тонкую струйку крови, стекающую в ее босоножек из царапины на ноге.

- Сейчас, - проговорил Тайер, проследив за ее взглядом.

Он вынул из кармана голубой платок и повязал вокруг ее ноги, аккуратно приложив его к ране.

- Не беспокойся, он чистый. Всегда держу его под рукой, чтобы предложить какой-нибудь потрясной, нуждающейся в утешении девчонке, - ухмыльнувшись, добавил он.

Когда полинявший кусок ткани потемнел от крови сестры, передо мной мелькнуло воспоминание.

Я увидела хмурящего брови Тайера, который протягивал мне тот же самый платок, чтобы я вытерла слезы с глаз.

Я не могла вспомнить, из-за чего плакала, но помнила, что спрятала лицо в мягкие складки ткани, вдыхая сладкий запах Тайера, впитавшийся в платок.

- Кто, говоришь, это был? - спросил Тайер, плотно завязывая платок возле лодыжки Эммы, чтобы закрыть царапину.

Эмма судорожно искала объяснение, готовя очередную ложь.

Но потом она посмотрела на парня, любившего ее сестру, в его ласковые, внимательно смотревшие на нее карие глаза, и сказала правду:
- Моя настоящая мама.

Тайер заморгал.

"Серьезно?"

"Серьезно".

"Как ты поняла, что это она? Я думал, вы никогда не встречались".

- Она оставила мне фотографию, - ответила Эмма, думая о записке, которую Бекки оставила в забегаловке под названием "Подкова".

На протяжение нескольких жутких дней Эмма думала, что мистер Мерсер убил Саттон, чтобы удержать ее от разоблачения его романа.

Узнав, что Саттон видела мистера Мерсера в каньоне с женщиной, Эмма обыскала его офис и обнаружила, что он тайно платил женщине по имени Рейвен.

Она договорилась встретиться с Рейвен в отеле, но таинственная незнакомка заставила ее играть в "охоту на мусор" (*игра, участники которой должны найти и собрать за ограниченное количество времени определённые предметы*), которая окончилась запиской в придорожном кафе.

Рейвен оставила письмо и свою фотографию... вот только на ней была изображена Бекки.

Рейвен и Бекки исчезли, но мистер Мерсер все объяснил.

Именно по этой причине Эмма попросила Тайера встретиться с ней за чашечкой кофе.

Она хотела рассказать ему, что это не мистер Мерсер сбил Тайера в Сабино Каньоне в ту ночь, когда я умерла... и что женщина, которую Тайер видел с мистером Мерсером, являлась ее биологической матерью.

- Это была она, Тайер. Я уверена в этом, - настаивала Эмма.

- Я верю тебе, - тихо ответил он.

Позади них со скрежетом распахнулась дверь гаража, и ребята отступили в сторону, чтобы пропустить только что вымытый до блеска Лексус.

Несколько секунд они стояли молча, ничего не говоря.

- С тобой все будет в порядке? - наконец, спросил Тайер.

Эмма почувствовала, как ее губы задрожали.

- Она выглядела так... словно больна, правда?

- Должно быть, она и в самом деле нездорова, если не хочет поговорить с тобой.

Тайер потянулся и сжал ее руку, затем осторожно отстранился, словно боялся, что жест был слишком интимным.

Он неловко кивнул в сторону кафе.

- Пожалуй, мне пора домой. Но, Саттон... - он снова замялся.

- Если захочешь поговорить об этом, я рядом. Ты ведь это знаешь, не так ли?

Эмма кивнула, все еще погруженная в свои мысли.

Он прошел уже три квартала, когда она осознала, что его платок все еще повязан на ее лодыжке.

Я смотрела ему вслед.

Может быть он и Эмма были правы.

Может быть причиной странного поведения Бекки было то, что она была больна.

Но я не могла избавиться от чувства, что я встречала ее лицо раньше – пока я была жива, прежде, чем я стала безмолвной тенью Эммы.

И я гадала, не было ли это лицо последним, которое я видела при жизни.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/40546/152370

Переводчики: nezza, IreneBarkova, VeronicaV, erebant

Monica