Готовый перевод Short Fiction - Rob J. Hayes / Короткие рассказы - Роберт Хейс: The Kid - Малыш

Малыш повернул лицо настолько, что удар попал в щеку вместо носа, который он ломал только пару недель назад, и который по-прежнему адски болел. Он не имел ни малейшего желания повторить эксперимент.

Он рухнул на землю и ахнул. Грязь и воздух ворвались в его легкие в равной мере и кашель вырвался из его груди. Он cлышал смех других, ***но не сильно тревожился на этот счет.*** Кав плюнул на него, Бенбен и Ян согнулись попалам от своего ржача, а Лисса выкрикивала оскорбления в его сторону; что-то связанное с тем, что он упал как, что то более никчемное, чем лошадиное дерьмо.

Оскорбления Лиисы не могли навредить; она никогда не говорила с ним, кроме как смеялась над ним, но почему-то это вызывало чувство ножа в его груди. Больше, чем удар кулаком, больше, чем кашель; ее оскорбления делали ему больно.

Малышу удалось унять кашель и открыть глаза. Кав и Лисса больше не смотрели на него. Бенбен и Ян делали глупые лица. Никто вокруг не обращал на них никакого внимания; народ обходил их компанию, как будто даже не видели, что тут избивают. Один стражник разок взглянул на них, а затем вернулся к торговцу откашливающих специй из Сарза; который был тут не совсем незаконно, так как поставил палатку так близко к докам, но это упушение(хмурый вгляд), и было причиной достаточной для вымогательства.

- Считаю, что он понял, - сказал Кав. - Ты понял, Безымянный?

Малыш поднялся сначала колени, а потом встал на ноги; они (шатались) тряслись, но держали нормально. Его щеку жгло что-то яростное; он коснулся её рукой и поморщился. На руке осталась кровь.

- Да. Я понял, - сказал Малыш. Он опустил вгляд, на землю, чтобы никто из них не увидел темный сердитый вгляд на лице.

- Пойдемте к ***(o’er ta the) Ожогу*** . Думаю, мы сможем выпросить нам еду, если заставим Безымянного (умолять) побираться, - сказал Кав и двинулся в путь. Лисса прилипла к нему с боку, как блоха, прилипает к собаке. Бенбен прицельно пнул Малыша, а затем он и Ян поспешил за остальными.

Малыш стоял на месте в течение нескольких секунд; его руки сжимались и разжимались. Он прикусил язык так сильно, что почувствовал вкус крови, но проглотил крик ярости. Затем он сплюнул в грязь и бросился в догонку.

Ожог - меткое название. Место воняло обугленной плотью и потом. Жара делала всю площадь угнетающей, создавалась атмосфера "точку кипения" чувства, которое могло лопнуть пузырем снова и обернуться насилием в любой момент. Затем появились мухи. Малыш не имел слово для такого множества мух, но Малыш мог только посчитать, как значительное количество, как шесть. Они жужжали повсюду, летали повсюду, были повсюду; на мясе, на земле, на воде, на людях. Малыш ненавидел Ожог; обидно было вернейшим место для подобных ему, чтобы кормили в Коррале.***

Мясо всегда готовилось в Ожоге. Костры никогда не тушились, и до тех пор пока они горели, на них жарилось мясо; большая часть из которого обгорало до хрустящей корочки, но нищие не могли быть теми, кто выбирает, и малочисленная компания Кава, никогда ничего не получала если не нищие.

- Хорошо, Лошадиное дерьмо, - сказал Кав давая малышу новое прозвище на этот день, все остальные смеялись. - Получить o'er там" прошу нам немного еды. Ань не идут спрашиваю, откуда она пришла с этого времени ".

Малыш фыркнул, но пошел делать свою работе с поспешностью. Если он задержится или будет разубеждать, Кав еще раз побъет его, а Лисса станет оскорблять снова. Он взглянул на нее. Она не была красавицей; на самом деле это даже преувеличено, но что-то в ней было, что-то, что ему хотелось, чем она нравилась ему. Вместо этого она насмехалась над ним, а иногда даже участвовала в избиении, но только после того, как другие валяли его на землю.

Малыш побрел к ближайшему огню и стал ждать; выдав повару свой самый лучший "Я голодный сирота" взгляд. Повар проигнорировал его. Малыш решил, что лучше дождаться своей очереди; он давно понял, что если ты раздражаешь повара, то получаешь дерьмо, а если остальные получат дерьмо, то его наверняка еще раз изобьют.

- Ну, если это не маленькое безымянная дерьмо, - сказал повар, заметив Малыша. - Ты принес часть оплаты на этот раз?

Малыш фыркнул.

- Какой нахрен сюрприз. Здесь. - Толстый повар залез в бочку со старым мясом и вытащил несколько обугленных полос плоти. Малыш насчитал шесть и еще три; он запихнул их в карман по отдельности.

- Скажи Каву, что бы тащил свою тощую задницу сюда. ***У меня есть для него дело.***

Малыш заворчал и поспешил прочь, прежде чем кто-то побольше, постарше или вооруженый смог бы украсть его кусочки.

- Это все, что ты принес? - потребовала Лисса. Она вспотела и ее сальные волосы прилипли к голове. - Ты на самом деле бесполезное дерьмо.

Остальные ***вырвали выручку.*** Малышу с трудом удалось удержать одну полоску. Кав и Лисса взяли по две каждый, Бенбен и Ян взяли три на двоих.

- Повар ждет тебя, - сказал малыш Каву.

- Дерьмо. Который из них?

- Жирный.

Кав поднял кулак, тогда Малыш опустил глаза и указал. Кав ударил его в руку, прежде чем покинуть группу. Лисса пошла с ним и Малыш остался наедине с Бенбеном и Яном. Двумя братьями; родившимися в одно и то же время, хотя и спорили о том, кто вышел первый. Они оба были пухлолицые, глаза бусинками и с кривыми зубами. Единственным реальным различием между ними был изогнутый налево нос Бенбен, а у Яна вправо. Сломанные носы были доказательством превосходства Кава в маленькой группе.

- Давай сюда нам своё мясо, - сказал Бенбен. Ян повторил его слова.

Малыш запихнул полосу горелого мяса в рот и начал жевать жесткую кожу. Бенбен рассмеялся и ударил его в левую руку. Ян рассмеялся и ударил его в правую руку. Малыш захныкал и отступил на шаг, затем повернулся спиной к старшим мальчишкам.

Он поискал Кава и увидел, что тот стоит один у костра повара, высматривает мясо и стащил лишнюю(нечетную) полоску плоти. Он видел, как Лисса пошла за жирным поваром от костров. Они оба исчезли в одной из растрепанных лачуг и вновь появился через несколько минут; повар довольный собой вернулся назад к костру, а Лисса подошла к маленькой группе, вытерла рот и хмурилась на весь мир. Когда она вернулась Бенбен и Ян стали смеяться над ней и шутить. Малыш проигнорировал их всех; если Лисса была сердита, она вымещала это на нем, если замечала.

Кав разговаривал с жирным поваром; договаривался посмотреть на вещи. Кав ухмылялся и делал жесты показывая цифры пальцами, повар махнул мясистым кулак в угрожающей манере.

Через некоторое время переговоры закончились. Кав взял несколько больше мясных полосок, из свежей бочки на этот раз, и побрел обратно к своей группе. Малыш вытер пот с лица; он промок и остальная часть группы выглядели не лучше.

- Вот. - Кав передал полоску мяса каждому из его маленькой группы. Малыш получил самый маленький кусочек, но по крайней мере получил.

- Есть кое-какая работа, - сказал Кав, пежевывая полоску. - Наняты все. Только не ты, лошадиное дерьмо. Отправляйся домой и "не укради ничего".

Малыш подумал поспорить; если он поможет себе, то его не наймут, но решил отказаться от этого. Если Кав решит поспорить, то этим только зарабоешь больше крови.

Малыш не пошел домой сразу. Да и не сильно это напоминало дом в любом случае; больше похож на коллекцию старых, покрытых грязной соломой и с чем-то напоминающих четыре стены и крышу. У них было более хорошее место несколько недель назад, пока куча вооруженных взрослых не выпнули их и не заявили, что теперь это их собственность.

Малыш пошел навестить своего друга. Потребовалось много, чтобы выжить в Коррале и это вдвойне верно для животного; их видели либо в качестве источника пищи или переносчиков болезней и вредителей. Как-то друг Малыша выжил и, несмотря на очевидное недоверие к людям, стал доверять Малышу. Это было, подумал он, вероятно, чиз-за того, что с ним кормить его.

Малыш даже придумал имя собаке. Он не может иметь имя, но его друг заслужил, чтобы он назвал зверя Коричневатый по причине его окраса меха.

Малыш свистнул, когда подошел к обгоревшим развалинам дома, где жил Коричневатый. Он не получил никакого ответа. Он осмотрелся, убедился, что никого нет, а затем сел, положил свежее мясо перед собой и свистнул еще раз.

Тень отделилась от стены слева от него. Она подполза к Малышу и понюхала его и укусила его за протянутые пальцы. Затем оно пятнистый мясо на пол и схватил его; проглотив его с жадностью.

Малыш вытащил полоску старой плоти из своего кармана, откусил половину, а вторую отдал Коричневатому. После того, как мясо исчезло они поиграли немного; Коричневатому нравилось гоняться следом. Он мог наброситься из разрушенного дома, лая на малыша и унестись прочь, когда он приближался. Иногда Малышу удавалось поймать собаку, и они боролись на земле; катаясь и хватая(кусая) друг на друга. Когда они устали, то просто лежали там. Малыш смеялся и разговаривал со своим другом, Коричневатый слушал и дремал, иногда он чесался, иногда Малыш чесал его.

Когда начало смеркаться Малыш понял, что пора идти. Если бы он не вернулся домой к тому времени, когда остальные вернуться, то они могут *смортеть за ним*, или, по крайней мере, избить его, когда он вернется обратно. Он сказал своё прощаний и оставил Коричневатого сидеть в разрушенном доме; глядя ему вслед большими карими глазами.

Через несколько дней все дети вокруг доков были в волнении и справедливое число взрослых тоже. Малыш не мог сказать, что он был удивлен; это случалось не каждый день, когда кто-то с большим именем, проходил через Коррал пусть только экипаж с пятью большими именами.

Вешатель Юрил так они называли его из-за его предпочтения вешать народ. Он въехал в город с Ариком Холодный молот, Алруном Пол лошади, Святым, Не Прощающим Бобом и пятью другими, о которых Малыш никогда не слышал. Они тянули четыре человека за собой и говорили, что собираются повесить публично. Также говорили, что эти четыре человека были членаби банды во главе с Эйриком Соколиный глаз и после повешивания, Юрил и его команда охотников за головами отправится за самис Соколиным глазом.

Плотная толпа собралась вокруг площади, которую Вешатель выбрал для исполнения казни; казалось, будто половина Корра собралась, что-ы посмотреть. К счастью Кав, Бенбен и Ян были более искусными в толкание, ударами локтями и пробивании себе пути сквозь толпу так, что Малыш и Лисса прошли вслед за ними, решив получить хороший вид на зрелище.

Когда Малышу удалось впервые взглянуть на Вешателя Юрила, то он был удивлен и немного разочарован. Он ожидал увидеть молодого человека, мужчина в самом расцвете сил, человека с волосами на голове. Юрил же был лысый с большими серыми бровями и густыми седыми волосами на щеках. Лицо его было жесткое, угловатое и морщинистое и, хотя человек держал себя прямо, как стрела, он явно был в годах.

Юрил наблюдал за толпой во время поспешного возведения виселицы, затем порылся рукой в одном из карманов его камзол и протянул листок бумаги своему товарищу.

Второй человек представлял собой гораздо более яркую фигуру в черном кожаном жакете и длинном, коричневом пальто(плаще). Он был высокий, худой и статный, с небрежной улыбкой, коротко подстриженными волосами цвета дерева и пыльной соломы.

- Святой, - Лисса вдохнул рядом с Малышом. Он выхватил её взгляд,*** которым она искала она смотрела*** на красивого мужчину с румянцем блестящим на ее грязных щеках.

*** Там было не так много для Святом сказать;*** он зачитал имена четырех мужчин, перечислил несколько преступлений, в которых, по правде говоря, большинство народу в пустыне были виновны, а затем отошел, так что бы собравшаяся толпа могла видеть осужденных.

Это заняло больше времени, чем ожидал Малыш для мужчин, чтобы умереть. Их душили, били, пинали, и превратили лицо первого в красный, а затем грязно-фиолетовый цвет. Двое из них обосались, а один обосрался. Затем все закончилось, и четыре трупа раскачивались, которые всего несколько минут стояли четырмя живыми людьми.

Некоторые из охотников за головами смеялись над чем-то сказанным Святым, но Малыш не слышал; толпа уже начинала расходиться и стоялглухой рев неустановленного шума. Малыш смотрел на Вешателя Юрила; старый охотник за головами смотрел на трупы качающиеся на виселице. Он казался спокойным.

- Иди поговори с ним, Безымянный, - сказал Ян.

Малыш энергично покачал головой в качестве ответа.

- Давай заговори с ним или я выбью из тебя дерьмо, - сказал Кав, с гадкой ухмылкой на лице.

С громким вздохом Малыш повернулся и направился к виселице. Он остановился у подножия непрочного выглядящий деревянной конструкции и стал ждать; глядя вверх на спину старого охотника за головами, который все еще наблюдал за качающимися от морского бриза телами.

- Юрил, - сказал Святой. - У тебя появился новый друг.

Палач(вешатель) повернулся и посмотрел вниз на Малыша; его глаза были ярко-голубые под густыми бровями.

- Есть что-то, чтобы сказать, мальчик? - Сказал Вешатель, его акцент в растягивании слов пустыни.

Малыш пытался придумать что-то, что бы сказать, но ум оставался пустым; что можно было сказать, самому срашному и уважаемому охотнику за головами во всей пустыни?

- За что повесили? - слова вырвались из уст Малыша, прежде чем он мог что-то получше, и он опустил глаза, прежде чем Вешатель мог рассердиться.

Вешатель Юрил засмеялся. У него был глубокий голос и глубокий смех, но это, кажется, полный юмора, а не угрозы. Старый охотник за головами присел на ступень виселицы.

- Ты, наверное, думаете, что по какое-то глубокой основательной причине, а? Или, может быть, потому что мне нравится, как тела крутятся на ветру? Или, может быть, я думаю, что это единственный реальный способ наказать человека за его преступления?

- Гм...

- Правда этих это не касается. Еще в Пяти Королевствах просто вешали, когда имели дело с преступниками поэтому, когда я пришел к пустышю, то продолжил бороться с ними таким образом. Довольно скоро люди стали называть меня "вешатель". В эти дни это имя наводит страх на тех, кто совершает преступления, поэтому я решил, что стоит его сохранить.

- Ты выглядишь немного юнным, чтобы быть преступником, но не беспокойся; заступишь за линию, и мы сможем найти веревку достаточно длинную для тебя.

Глаза Малыша расширились и его колени подогнулись. Вешатель снова засмеялся, протянул руку и взъерошенные волосы Малыша.

"Продолжай. Off с вами, - сказал Вешатель, улыбаясь. - И возьми это. - Он бросил Малышу серебряный. Малыш поймал монету, сказал поспешно и испугно спасибо и отступили назад к Каву и остальные почти так же быстро, как его ноги могли двигаться.

Кав не был счастлив, а когда Кав не был счастлив, то и остальные не были счастливы, а когда никто не был счастлив, то, как правило, это плохо оборачивалось для Малыша .

Сначала последовали тычки и насмешки, но это происходило достаточно регулярну, так что он научился бороться с ними на протяжении многих лет. Затем Кав отберет серебряный, который Малышу дал Вешатель. Для таких людей, как Малыш один серебряный небыл небольшым количество; на самом деле, это самое большое количество денег, которыми он когда-либо обладал, а Кав просто забрал их, при этом разбив нос, как способ сказать «спасибо». Сказать, что Малыш был раздражен, это преуменьшение, но он знал, что ничего не мог сделать, но терпеть, это то что он делал.

***Не было никакого способа Малыш мог знать вещи собирались получить гораздо хуже.***

Это произошло через несколько дней после инцидента, и, хотя остальные по-прежнему были недовольны тем, что он не закончился избиением для Малыша от рук самого страшного в пустыни охотника за головами,*** дела, казалось, успокоились***. Бенбена и Яна не было большую часть дня, а когда они вернулись Кав решил, что пришло время посетили Ожог, чтобы выпросить сколько то бесплатной еды.

Лидер маленькой группы обычно не приказывал Малышу выпрашивать для них; на этот раз он привел их к одному из костров сам. Это был толстый повар, тот, которому очень нравилась Лисса. Малыш ненавидел этого человека, но он никогда ничего не говорил.

- Ты за мясом? - спросил повара, хотя его глаза направленны на Лиссу.

- Оно уже приготовлено? - спросил Кав.

- Приготовленно достаточно, чтобы есть, - ответил повар, пожимая плечами.

Кав оторвал полоску прямо с вертела и жонглировал ей обеими руками в течение нескольких минут.

- Проклятье. Еще горячий. Вот Безымянный. Получай, что я тебе даю. Ты никогда не пробывал такого свежего мяса.

Малыш поймал предложенное мясо и впился в него. Оно было горячим, жирнм и тягучим, но приятным на вкус и заполнило грызушую дыру в животе. Он был настолько поглощен вкусом свежего мяса, что ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что Кав смеется над ним вместе с Лиссой, Бенбеном и Яном и даже повар хихикал.

Малыш перестал жевать. - Что смешного? - спросил он.

Кав ***почти согнулся попалам***, так сильно он смеялся. - Спроси у него ... - сказал он, указывая на повара. - Спросите у него, что это за мясо.

Малыш проглотил, наполовину недожеванный кусок мясо сполз вниз по его горлу. - Что это за мясо? - спросил он, не увереный, что хочет знать ответ.

- Собачатина, - ответил повар.

Раздался новый виток смеха. Кав склонился хлопая себя по ноге, Лисса опёрлась на него, чтобы держать себя в вертикальном положении, Бенбен указывал на Малыша и ревел тому в лицо, а Ян каталась по земле, как свинья в грязи.

Прошло несколько минут, прежде чем Малыш осознал это.

Он швырнул последний кусок мяса на землю, повернулся и побежал. Звук сурового смеха звенел в ушах.

Малыш помчался к разрушенному дому, помчался к дому Коричневатого. Он запыхался, в поту и на грани слез, но он заставил себя свистнуть все равно.

Ничего.

Малыш снова свистнул. Потом он позвал Коричневатого. Затем он обыскал руины. Затем он нашел кровь на большом камне и клок коричневого мехом рядом с ним. Потом его сташнило.

Малыш сидел там среди развалин дома Коричневатого; дрожащий и плачущий. Он не был уверен, как долго он плакал, только, что он плакал, пока больше не смог.

Когда он поднял голову, то обнаружил, что уже стемно. Ночь уже давно опустилась , но луна была низкой и полной и освещала город. Он знал, что он не может вернуться домой; не сейчас, и не когда-либо еще. Он также знал, что Каву нужно заплатить. Кав, Бенбен, Ян и даже Лисса. Им всем придется заплатить. Но повешение было слишком хорошом для подобных им; это был слишком быстрый, слишком чистый способ. Ему нужно было что-то гораздо хуже.

Малыш не пошел домой в тот день, и ни на следующий. Дело было не в том, что он был напуган, он выжидал; наблюдал, ожидал. У него был план; единственный способ, в которым он видел, как справиться со всей маленькой группой Кава. сам он не мог ничего им сделать; они были слишком большими, слишком сильными, их слишком много, и они всегда вместе. Но стража, которая охраняет Коррал, они могли бы сделать это за него.

Малыш знал, что существуют два преступления, которые приведут стражу *вниз тяжелые*; украсть у одного из них, или убить одного из них. Он намеревался подстроить Каву оба.

Сначала Малыш должен был найти цель. Это должнен быть стражник с деньгами, желательно с большим количеством денег. Малышу повезло, когда он нашел стражника, который прошелся по карманам какого-то пьяницы за пределами таверны. Пьяница выглядел чистокровный; кто-то важный, без сомнения, кто-то богатый. Стражник нашел небольшой кошелек у пьяного дурака, с четырьмя золотыми битами и горсткой серебра; богатство на самых обычных стандартов.

Стражник засунул в карман кошелек и продолжил свой путь. Малыш последовал за ним, оставаясь вне поля зрения, стараясь держаться в тени. Он получил свой шанс только после захода солнца.

Малыш знал стражника, знал его имя; Берри. Берри никогда не был приятен Малышу, как и никогда не был противен ему тоже. Некоторым людям просто не повезло, и Берри был одним из них. С таким богатством в карманах стражник хотел бы потратиться и Малыш знал, куда он пойдет; также знал, как он не будет туда добираться.

Малыш подождал, пока Берри не попадет в аллею, а затем позвал его по имени. Берри повернулся, положив руку на рукоять меча, подозрительный взгляд на его лице. Он расслабился, когда увидел, кто это был; никто не имел никакого повода бояться Малыша.

- Ты один маленькая какашка Кава. что тебе нужно? - сказал Берри.

Малыш подошел. Его рука скользкая от пота вокруг зазубренного осколка металла, который он использовал, как нож. - Кав сказал мне найти тебя.

- Что хочет этот маленький засранец на этот раз?

Просто пара шагов и Малыш бросился на Берри. Человек был ***good stretch*** выше, чем Малыш, но самодельный нож все же нашел шею Берри.

Берри попытался закричать; тут было ясно даже Малышу, но все , что вырвалось было громко булькающей и бъющей струёй кровью. Они упали на землю, Малыш сверху колол снова, снова и снова. К тому времени, когда он остановился, Берри был давно мертв, а Малыша покрывала кровь стражника на его руках, на его одежде, на лице, он был перепачкан в нее повсюду.

Малыша сташнило.

Он пошел работать в состоянии транса. Все, казалось, приглушеным и тусклым, но у Малыша не было времени, чтобы остановиться и подумать. Он взял кошелек у Берри и взял кольцо, которое стражник всегда носил. Он оставил тело в переулке, кто-то, несомненно, найдет его достаточно скоро.

Он нашел еще одного беспризорника; еще меньше и слабее. Он избил ребенка и забрал её лохмотья, затем Малыш отправился к докам. Там он нашел уединенное место и спрыгнул к воде; что-бы смыть засохшую кровь с кожи. Когда он закончил, то переоделся в новые, не покрытые кровью лохмотья. Пора было идти домой.

Малыш нашел себе хорошее место, скрытое от взгляда, где он мог ждать и наблюдать. Прошло несколько часов, прежде чем Кав и его группа покинули свой дом, вероятно, направился к Ожогу, чтобы поесть.

Ребенок ничего не ел с тех пор ... так как они заставили его съесть Коричневатого. У него было легкое головокружение от голода, но он не будет пока есть, пока не отомстит за своего друга.

Он пробрался в свой старый дом и подбросил улики; окровавленный нож, золотые биты и кольцо Берри. Затем он быстро выбрался оттуда и нашел капитана Эндрю.

- Ты тот маленький безымянный мальчик, который работает на Кава.

Малыш покачал головой. - Нет, больше нет. Кав зашел слишком далеко. Убив одного из ваших.

- Что? - Лицо капитана Эндрю стало темным и холодным.

- Сказал, что он зарезал одного из ваших в переулке. Взял золото. Даже показал нам нож, - сказал Малыш.

- Показывай.

Что Малыш и сделал. Он отвел капитан Эндрю к дому Кава и показал ему подброшенные улики. Капитан купился на этот крючок, леску и грузило. Правосудие в Коррале было быстрым, жестоким и слепым.

Стражники схватили Кава недалеко от Ожога, но они не остановились на этом; они также взяли Лиссу, Бенбена и Яна. Всех четверых сильно избили до того, как отволокли и Малыш наблюдал за всем этим.

В некоторых местах Кав и его группа, возможно, были казнены, но не в Коррале. Капитан Эндрю выбрал гораздо лучший вид наказания. Кава, Лиссу, Бенбена и Яна заклеймили, заковали в железные ошейники и отправили в свободный город Чад, чтобы продать в рабство. Проводить свою жизнь в рабстве и наказание. Малыш получил свою месть.

Он думал, что часть его должна чувствовать печаль, когда он смотрел, как их отправляют; для Лиссы, по крайней мере, он всегда чувствовал, что-то к ней. Но правда была в том, что он не чувствовал ничего, кроме холодного удовлетворения.

Пять лет спустя Малыш был хорошо известен в Коррале. Народ знал его, и многие боялись. Он имел репутацию жесткокого, безчеловечного и безжалостного, и эта репутация привела его на деловую беседу, чтобы присоединиться к реальной команде.

Два человека сидели напротив него. Мужчина был чернокожим южанином и очень большим. Женщина была с короткими цвета дерьма волосами и постоянной призрительной умешкой.

***Звучит, как ты знаешь один или два. Мы выглядиш слишком юнным для того, кто ... сам убивал.*** - Каждый раз, когда южанин начинал говорить, Малыш видел металлические зубы. - Я считаю, у тебя есть камни, что бы быть с нами в команде?

- Я делал фигню. Знаешь, что я делал. Я убивал, - сказал Малыш, убедившись, что он сбил усмешку у маленькой женщины.

Она фыркнула. - Мальчишка выглядит зеленым, как трава.

- Как твоё имя? - спросил южанин.

Малыш покачал головой. - Никогда не было слишком много нужды в нём.

- Да. Ну теперь оно тебе понадобится. Считай так, мы будем звать тебя Зеленый. Хорошо?

Зеленый усмехнулся. - Хорошо.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41527/268256

Переводчики: bazalmont