Готовый перевод Jim Butcher - Spider-Man -The Darkest Hours / Джим Батчер - Человек-паук. Самое тёмное время: Глава 12

Тренер Кайл был прав. Район был не из лучших.

Дом Сэмюэля Ларкина был густо покрыт граффити и запустением. В пределах видимости ни одного не разбитого уличного фонаря. Окна на нижних этажах забраны решётками и заколочены досками. Машин вокруг почти не было, а те, что стояли, выглядели слишком дорого для местных жителей — кроме одного старого «Олдсмобиля», который стоял на кирпичах и был ободран до голого скелета.

Самое показательное: в субботу днём на улицах почти никого не было. Я заметил одну седую женщину, которая шла с жёстким лицом и целеустремлённой походкой. Несколько парней в бандитских цветах сидели на или вокруг одной из дорогих машин, с гремящим на всю улицу бумбоксом. И всё. Никаких прохожих, идущих в угловой магазин. Никто не выносит мусор и не идет к почтовому ящику. Никаких детей, играющих на улице в такую приятную погоду.

Я вкратце ввёл Фелицию в курс дела о Сэмюэле, и она слушала молча, пока мы не добрались до места.
— Ты водишь меня в самые лучшие места, — сказала она. — Который дом?

— Тот, возле которого сидят те дружелюбные парни с бумбоксом.

— Я так и знала, — сказала Фелиция.

Мы подошли к зданию, и парни уставились на нас холодными взглядами. Они сидели так, что из-за поясов торчали рукоятки пистолетов или их очертания проступали сквозь незаправленные футболки. Никому из них не было больше девятнадцати. Одному, наверное, и пятнадцати не было.

— Хой, — сказал один из более крупных парней, с вызовом в голосе. — Белый Хлебушек. Куда это ты намылился?

Я махнул рукой, не сбавляя шага, как будто это был вежливый вопрос, а не угроза.
— Навещаю друга.

Парень поднялся, агрессивно подпрыгнул и встал прямо у меня на пути.
— Я тебя не знаю. Может, лучше свалишь? — Он посмотрел на Фелицию за моей спиной. — Ты совсем тупой, что притащил сюда такую кралю. Вообще соображаешь куда пришел, мужик?

Я остановился, огляделся и почесал затылок.
— А разве это не «Улица Сезам»? Я уверен, что мистер Снаффалупагус где-то здесь.

Парень передо мной разозлился и приблизился вплотную, глядя мне в глаза. Его приятели издали недружный, рычащий смех.
— Ты нарываешься, мужик? Так и схлопочешь пулю, если не уймёшься.

Блин, раздражает. Будя я в маске - отобрал бы у этих пацанов оружие и напугал их до усеру. Но Питер Паркер, по совместительству учитель естествознания, не может в одиночку разобраться с целой бандой. Если начнется разборка, Фелиция точно вмешается. Она может постоять за себя не хуже любого из моих знакомых, но сейчас было не время и не место чтобы нарываться на драку.

Я поднял руки:
— Извини, приятель, просто шучу. Я пришёл к Сэмюэлю Ларкину.

— Что тебе до него?

— Я его баскетбольный тренер, — сказал я.

Это вызвало тихий смех.
— Ну конечно, блин. — Он покачал головой. — Пора тебе проваливать.

— Нет, — тихо сказал я. — Мне нужно увидеть Сэмюэля Ларкина.

Парень задрал рубашку и положил руку на рукоятку полуавтомата, торчащего за поясом.
— Я не буду повторять.

Я молча встретил его взгляд и не двинулся. Он ожидал, что я отступлю, я это видел, и с каждой секундой он все больше нервничал. У него была рука на пистолете, у всех его друзей было оружие, и я должен был быть безумцем, чтобы не бояться. Он ожидал, что я либо отступлю, либо достану своё оружие, либо нападу — что угодно, только не буду стоять спокойно. Приёмы задир не изменились со времён моей школы — вызвать страх и управлять людьми с его помощью. Конечно, тогда они не носили оружие так открыто. И если кто-то из них отступал, это обычно означало лишь небольшое унижение. Но в зависимости от того, насколько жёсткой была эта банда, отступление могло стоить этому парню лидерства — а это могло означать его жизнь или по крайней мере всё, что он считал ценным.

Я понизил голос так, чтобы слышал только он:
— Не надо. Пожалуйста.

Он сглотнул. Затем его плечо напряглось, чтобы выхватить пистолет.

— Джордж, — прогрохотал сверху низкий голос. — Это ты там наезжаешь на моего тренера?

Я поднял голову и увидел хмурое лицо Сэмюэля, выглядывающее из окна на четвёртом этаже.

Джордж, видимо, отвёл взгляд, упёр руки в бока и нахмурился, глядя на Сэмюэла.
— Не знаю я никакого "Джорджа".

Сэмюэль закатил глаза:
— А, точно. Ты теперь просто Джи. Да. В "Джордже" слишком много букв.

— А у тебя слишком длинный язык, — сказал Джордж с угрозой.

Сэмюэл хрипло рассмеялся:
— Джи, ты всегда был забавным парнем. — Затем он посмотрел на меня: — Здоров, тренер Паркер.

— Мистер Ларкин, — ответил я, кивая. — Есть минутка поговорить?

— Ща открою, — сказал он. — Не обижайся на моего кореша Джи. Никто никогда не давал ему обнимашек или щенка, или чего-то такого, так что он вырос с плохим характером.

Я кивнул ему и направился к двери.

Сзади Джордж шагнул перед Фелицией и сказал:
— А ты, девочка, ничего. Может, останешься здесь, потусуешься со мной? Я и мои ребята защитят тебя от плохих элементов.

Фелиция сняла очки и улыбнулась ему. Это была не красивая улыбка. Это была немного жутковатая улыбка, в стиле Ганнибала Лектора.

— Я и есть плохой элемент, — сказала она, оскалившись. — Вопрос, которым ты должен задаться: кто защитит тебя и твоих ребят от меня?

Джордж рассмеялся, но смех через пару секунд захлебнулся.

Фелиция продолжала улыбаться и сделала шаг к нему.

Джордж с опаской отступил назад.

— Молодец, Джи, — сказала она. — Умный ход. Умные мужчины сексуальны.

Дверь зажужжала, и я открыл её для Фелиции. Она прошла внутрь, бросив на прощание ослепительную улыбку Джорджу, и исчезла в подъезде.

Я кивнул Джорджу, поднёс палец к виску и покрутил им.

— Ага, — сказал Джордж, качая головой, когда дверь закрылась. — Сумасшедшие белые.

Лифт не работал, так что мы поднялись по лестнице на четвёртый этаж и нашли квартиру Ларкинов. Я постучал. Сэмюэлю потребовалась минута, чтобы открыть. Он вышел, прикрыв за собой дверь, чтобы мы не видели квартиру.

— Мистер Наука, — сказал он. Он перевёл взгляд с меня на Фелицию.

— Я, честно говоря, не ожидал увидеть такое роскошное зрелище, вплоть до того момента, когда ко мне начнут приезжать вербовщики из колледжей.

Фелиция спросила меня, с приторной сладостью:
— Насколько сложно играть в баскетбол без коленных чашечек?

Я положил руку ей на плечо и сказал Сэмюэлу:
— Спасибо, что вмешался с этими парнями внизу.

Он пожал плечами:
— Если тебя здесь убьют, у моих знакомых будут большие проблемы. Это не потому, что ты мне нравишься, Мистер Наука.

— Ага. Я вижу, какой ты враг народа, — сказал я. — Я зашёл узнать, не разобрался ли ты с прививками.

— Ну конечно, — сказал он. — Как только мой водитель вернётся с лимузином, он отвезёт меня к моему личному врачу. Док сейчас в отпуске на Фиджи, но мой личный самолёт ждёт, чтобы меня туда забросить.

Я пару секунд смотрел на него безразличным взглядом. Затем сказал:
— Я серьёзно.

— Тогда ты тупой, — ответил он, без горечи, прямо. Он уставился на меня на секунду и сказал: — Блин. (опять же, сказал о совсем не "блин") — Ты правда думал, что я смогу попасть к доктору?

— Я думаю, ты очень хочешь этого, — сказал я. — Я подумал, может, я смогу чем-то помочь.

— И ты пришёл сюда?

Ещё и бабу свою привел. И встал против Джи. — Он покачал головой. — Ты либо смелый, либо тупой, либо сумасшедший, Мистер Наука.

— Я не его баба, — резко сказала Фелиция.

— А меня зовут Паркер, — сказал я, снова удерживая Фелицию за руку. — Слушай, Сэмюэль, если я могу тебе чем-то помочь, я хочу это сделать.

— Например? — сказал здоровенный парень. — Ты вернёшь моего отца в Нью-Йорк, к маме? Чтобы он устроился на работу, чтобы у мамы было время заботиться о нас? Может, ты сделаешь так, чтобы её артрит прошёл? — Он покачал головой. — Этого не случится.

— Я знаю, — сказал я.

— Ты хоть знаешь каких-нибудь докторов? — спросил он.

— Не… не докторов медицины, — сказал я. Я не думал, что у докторов типа Октавиуса, Коннорса, Осборна или Бэннера завалялись свежие вакцины. У Рида Ричардса, возможно, и были, или он знал кого-то, но мне не хотелось просить его о помощи в таком… обычном деле. Расписание Мистера Фантастики и так забито под завязку космическими устройствами, безумными латверийскими диктаторами и угрозами для всей вселенной.

— И проку тогда с тебя? Учитель естествознания по совместительству спасёт нас, городских детей. Ты как будто вылез из тупого прикола.

Пальцы Фелиции сжались в кулаки, как она делает, когда на ней перчатки с когтями.

— Спокойно, — сказал я ей. — Сэмюэль. Слушай. Если ты не хочешь моей помощи, то можешь просто сказать мне. Не нужно пытаться оскорбить меня и мисс Харди, чтобы я разозлился и ушёл.

В течение долгой минуты Сэмюэль молчал, а потом дверь его квартиры открылась. Вышла маленькая девочка, лет четырёх или пяти. Она была милее целой банки пуговиц: маленькие розовые бантики в волосах, синий комбинезон и розовая футболка.

— Сэмм’л, — прохрипела она, протирая глаза. — Крис’фер всё время пинает меня.

Сэмюэль бросил на нас быстрый, нервный взгляд, затем повернулся, встал на колени и заговорил с девочкой, поднимая её на руки
— Ты сказала ему прекратить?

— Да, но он спит.

— О, — сказал Сэмюэл, и голос его стал тёплым и нежным. — Ну, он не хотел. Ты же знаешь, правда?

— Он не перестаёт.

— Угу, — сказал он. — Как насчёт того, чтобы я уложил тебя в свою кровать?

Она нахмурилась:
— А Кролик Питер?

Он фыркнул:
— Ладно. И Кролик Питер. Но только один раз.

Девочка улыбнулась ему:
— Лады.

Сэмюэль поцеловал её в макушку и поставил на пол.
— Иди. Я сейчас приду.

Девочка кивнула, бросила на меня и Фелицию застенчивый взгляд и убежала внутрь.

Сэмюэл медленно поднялся и закрыл за ней дверь. Затем повернулся к нам, явно чувствуя себя неловко.
— Мой младший брат много ворочается во сне, — объяснил он. — Они спят на одной кровати. Ей иногда тяжело.

— Прекрасный ребёнок, — сказал я.

Сэмюэл взглянул на дверь и улыбнулся.

— Да, она… — Он замолчал на мгновение, и улыбка угасла. — Она милашка.

— Ладно, — сказал я. — Закончили с оскорблениями?

Он дернул плечом:
— Ты, вроде как, желаешь добра. Но вам не стоило сюда приходить. Опасно. — Он взглянул на Фелицию и кивнул, как бы извиняясь. — Особенно для вас, мисс Харди. Но вы ничего не сможете сделать.

— Сэмюэль, — сказал я. — Может, я смогу поговорить с кем-то. Возможно, я сумею...

— Мне этого не нужно, — сказал Сэмюэль, и голос его стал жёстким. — Мне не нужна твоя помощь. Твоя благотворительность. Я сам справлюсь.

— Даже если это будет означать отстранение от игр? — сказал я.

Он пожал плечами:
— Блин. Я настолько хорош, что парни из колледжей даже не посмотрят на это. Как только они меня увидят — дело в шляпе.

— Им будет трудно тебя увидеть, если тебя отстранят. Я проверил регламент. Ты не сможешь играть до конца сезона.

Он пожал плечами:
— Тогда я че-нибудь еще придумаю. Мне не нужна твоя помощь, Мистер Наука.

Я тяжело выдохнул:
— Всем иногда нужна помощь.

— Только не мне, — сказал он. — Приятно, что ты зашёл, но мне это не поможет. Лучше просто вали.

— Уверен? — спросил я. — Это может многое значить в долгосрочной перспективе. Убедиться, что ты в команде.

— Моя жизнь. Я разберусь. — Он пожал плечами. — Если я не смогу играть, я займусь чем-то другим. Моя мама больше не может справляться одна.

— Джи и его приятели, похоже, к тебе хорошо относятся, — заметил я.

— Мы выросли здесь вместе, — кивнул Сэмюэль. — Мне не нравится, чем они занимаются, но… люди должны как-то жить.

Я постоял минуту, чувствуя себя глупо и неловко. Затем кивнул ему и сказал:
— Что ж, тебе решать. — Я вытащил клочок бумаги из блокнота и написал свой номер. — Но вот мой номер. На случай, если передумаешь.

— Не передумаю, — сказал он, даже не пытаясь взять бумагу.

— На всякий случай, — сказал я. — Оставь варианты открытыми.

Он мрачно посмотрел на меня и покачал головой. Затем взял бумагу и сказал:
— Просто чтобы ты от меня отстал.

Мы шли к ближайшей станции метро, и Фелиция всё это время пристально смотрела на меня.

— Иногда я не понимаю, как тебе это удаётся, — сказала она.

— Что именно?

— Думать о других. Ты по уши в проблемах, но переживаешь о каком-то нахальном задаваке. Идёшь к нему через весь город.

— Я должен, — сказал я.

— Почему?

— По той же причине, по которой я не уезжаю из города.

— А именно?

— Если я позволю страху перед Древними заставить меня бросить свою жизнь, если я убегу от всего, что считаю важным, они меня уже убили. Если бы я не пришёл сюда, то через неделю я бы чувствовал себя отвратительно, потому что бросил Сэмюэля на произвол судьбы, даже не попытавшись помочь.

— Если будешь жив через неделю, — заметила она.

— Верно, — сказал я. — Я планирую, что так и будет. Это одна из причин, почему я столько выживаю.

Фелиция покачала головой:
— Похоже, он неплохой парень, если не обращать внимания на его наглость.

— Ага, — сказал я.

— Ты сделаешь всё, чтобы ему помочь, правда?

— Да.

— Даже несмотря на то, что ты уже по уши в аллигаторах, — сказала она с усмешкой.

— Когда я не в

них?

Она рассмеялась, и мы какое-то время шли в дружеском молчании. Я остановился у входа в метро.

Она склонила голову:
— Что такое?

— Ненавижу эту мистическую ерунду, — сказал я с раздражением. — Слишком расплывчато. У меня одни догадки. Теории. Пустой звук. По части эмпирических данных у меня почти ничего. Мне нужен кто-то, кто действительно сталкивался с Древними, кто знает их.

— Похоже, они не любят выходить на публику. Сомневаюсь, что кто-то, кто был достаточно близко, чтобы видеть их в деле, выжил и может рассказать.

— Но без какой-либо информации я в тупике. Нет записей, нет доказательств...

Внезапно меня осенило, и я вынужден был сидеть и хмуриться, пока мой мозг перебирал варианты.

— В чём дело? — спросила она.

— Доказательства есть, — сказал я. — Или могут быть.

— Что?

— Ренфилд Декс, — сказал я.

— Кто?

— Он был маленьким дружком Морлуна. Человек. Занимался для него мелкими делами. Он был там, когда Морлун умер. — Я вздрогнул. — Морлун плохо с ним обращался. Когда я повалил Морлуна, Декс взял пистолет у оглушённого охранника и выпустил всю обойму в грудь Морлуна.

Глаза Фелиции расширились:
— Значит, там были двое, когда Морлун умер. Декс и ты.

— Ага.

— Тогда нам нужно поговорить с Дексом. — Она нахмурилась. — Какая у него фамилия? Где он?

— Я не знаю, — сказал я. — Но когда полиция прибыла на реактор, они нашли пистолет на месте происшествия. Я уверен, они сняли отпечатки. Если мы сможем достать их, возможно, мы его опознаем. У полиции должны быть его файлы, даже если оружие вернули владельцу.

— Разве они бы уже этого не сделали?

— Сомневаюсь, — сказал я. — Такая работа требует много человеко-часов, и это не похоже на то, что они нашли орудие убийства. То, что осталось от Морлуна, когда они добрались туда, вряд ли поместилось бы в термос. Единственные преступления — это незаконное проникновение и нападение на охранника.

Она прищурилась в раздумье:
— Звучит как нечто находящееся в самом низу их списка приоритетов. Но они ведь не оставляют комнату вещественных доказательств открытой для публики, — сказала она.

— Фелиция, — сказал я. — Я уверен, что если кто и сможет найти способ их достать, так это ты.

Она просияла:
— Мило с твоей стороны так говорить. Даже если от этого в воздухе немного попахивает лицемерием, о великий блюститель закона.
Я нахмурился:
— Не начинай.
Она улыбнулась, довольная тем, что подколола меня.
— Что ты собираешься делать?

— То, что должен был сделать прошлой ночью, — сказал я. — Я просто надеялся этого избежать, потому что каждый раз, когда я туда иду, меня либо избивают до полусмерти чем-то, либо отправляют в какую-нибудь причудливую реальность, где меня избивают до полусмерти, либо мой астральный двойник отделяется от тела, так что меня избивают до полусмерти сразу в двух измерениях. Всё плохо. Всегда плохо. Каждый раз я клянусь себе, что больше никогда не пойду на Бликер-стрит.

— Ооо, — сказала Фелиция. — Он.

Она кивнула, поднимаясь:
— Я позвоню в офис, и посмотрим, что можно сделать по поиску Декса. Быстрое описание, пожалуйста?

— Белый мужчина, от двадцати пяти до тридцати пяти, рост примерно метр семьдесят, прямые каштановые волосы, одна из тех небрежных козлиных бородок, глаза ореховые. Очень худое лицо, длинный нос.

Она кивнула:
— Поняла.

Я положил руку на её плечо:
— Береги себя.

— Всегда, — сказала она с улыбкой. Она легко коснулась моей руки и исчезла в метро.

Я скользнул в пустой переулок, надел маску и отправился навестить доктора Стивена Стрэнджа, Верховного Чародея.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41867/160359

Переводчики: vantrop