Готовый перевод Jim Butcher - Spider-Man -The Darkest Hours / Джим Батчер - Человек-паук. Самое тёмное время: Глава 14

— Правильно ли я поняла, — сказала Мэри Джейн, садясь напротив меня за кухонный стол. — Ты пошёл к Доктору Стрэнджу за помощью, а он дал тебе волшебные бобы?

— Ну... Он мне их не давал. Это Вонг дал.

— Вонг.

— И это не бобы. Это камни.

— Волшебные камни. И он сказал, что они помогут?

— Нет, — сказал я.

— А Вонг?

— Нет, — сказал я. — Вонг дал мне ланч. И камни. И вот это. Но он мне ничего не говорил. — Я пододвинул к ней листок бумаги, который Вонг положил в пакет, пока я уплетал сэндвичи.

Ветчина была дорогой, медово-копчёной, такую тётя Мей может позволить себе только раз в год, на Рождество, и она была восхитительной. Хлеб был пшеничным, да, но домашним и свежим, и Вонг сбрызнул его итальянской заправкой и каким-то образом раздобыл свежий помидор, а не те пенопластовые имитации, что продают в моём магазине. Это было вкусно.

Может, мне стоит попросить у Вонга уроков кулинарии. Если бы только он не был таким умником.

— Альгамбрские Агаты, — прочитала Мэри Джейн. — Издавна используются для заточения самых свирепых не-смертных физических сущностей. Прикосновение к плоти добровольной или бессознательной сущности резонирует со статичным карманным измерением, из которого нет простого способа выбраться. — Она нахмурилась. — Статичное карманное измерение?

— Маленькая реальность, где почти ничего не происходит и где время течёт не так, как везде, — сказал я. — Это как тюремная камера и морозильник в одном флаконе.

— Но магическая, — сказала она.

— Ну... есть квантовые теории, которые указывают, что нечто подобное возможно, но...

Она потянулась к одному из камней:
— Значит, ты просто касаешься Древнего волшебным камнем — и фьють?

Я мягко перехватил её запястье, прежде чем она коснулась камня:
— Я не уверен, что именно они делают, а чего не делают, — сказал я. — Но очевидно, что они могущественны и опасны. Думаю, лучше не рисковать.

Она моргнула и отдёрнула руку:
— Ох.

— Вот в чём дело, — сказал я. — Они должны хотеть туда попасть. Или быть без сознания. Иначе камень не работает.

— Вот как, — сказала Мэри Джейн. — Ну. Это осуществимо, да? Я имею в виду, ты можешь просто вырубить их и сунуть камень им в ухо. Разве нет?

Я хмыкнул:
— Я взорвал здание вместе с Морлуном. Газовый взрыв. Его одежда обгорела, а он вышел гол, как сокол, и без единого синяка. Ему лишь чуть растрепало волосы. Я пробивал им кирпичные стены, бил по голове телефонным столбом, сбрасывал с крыши тридцатиэтажного здания — безрезультатно.

Мэри Джейн скрестила руки:
— Значит, волшебные камни всё-таки не помогут?

— Если только я не придумаю, как вырубить Древних, — сказал я с набитым ртом. — Или уговорить их сделать это добровольно.

— Ясно, — тихо сказала она.

Повисла одна из тех напряжённых тихих пауз

— Как прошёл экзамен? — спросил я.

— Ммм? — Она слегка помотала головой и выдавила фальшивый смех. — Не беспокойся. Это не важно.

— Ещё как важно, — тихо сказал я.

Она нахмурилась, глядя на стол:
— Письменную часть я сдала.

— Ой-ёй.

Она закатила глаза и раздражённо взмахнула руками:
— Это так глупо.

Я дошла до проверки вождения и запаниковала. Я не могла вспомнить ничего из того, что должна была помнить. Ну, знаешь, на дороге, вокруг полно машин, и всё такое, я переволновалась, и всё смешалось перед глазами. Мне как будто не хватало воздуха.

— А, — сказал я. — И что случилось?

— Я просто пыталась понять, что делать, наблюдая за профессионалами. Ну, я думала, они знают, что делают, верно?

— За профессионалами?

Она кивнула:
— Таксистами.

Я поперхнулся. Я не мог сдержаться. Я опустил голову и попытался закашляться, будто у меня что-то попало не в то горло, чтобы подавить смех, прежде чем он мог обидеть её. Я поднял на неё глаза через мгновение, и моё лицо покраснело от напряжения.

Она вздохнула и покачала головой с лёгкой, виноватой улыбкой:
— Давай уж.

Я рассмеялся.

— Я просто не понимаю, — сказала она, когда я пришёл в себя. — С чего меня так заклинило. Это же не так уж сложно.

— Имеешь в виду экзамен по вождению?

— Да.

Я задумался:
— Ты сказала, тебе не хватало воздуха?

— Да.

— Похоже на приступ паники, — сказал я. — Такое случается.

Мэри Джейн скривилась:
— Серьезно? Я раньше смеялась над моделями, которые говорили, что у них такое бывает перед показом. Я никогда не думала, что это реально. — Она покачала головой. — Может, стоит пойти и провериться не свихнулась ли я.

— Возможно, это слишком радикально на данном этапе, — сказал я. — В смысле, речь идёт о реакции на психологическое давление — которого у тебя в последнее время было предостаточно. Ты была бы сумасшедшей, если бы у тебя не было пары нервных тиков.

Я не упоминал ничего конкретного. Не было нужды вспоминать неприятные подробности. Её похищение и заключение после её мнимой смерти. Наш разрыв. Наше счастливое воссоединение, но всегда с убийцами-маньяками, в костюмах или без, скачущими туда-сюда по сцене. Всё это время — постоянные перелёты на самолётах, поездах и автомобилях (признаю, за рулём был кто-то другой) по всему миру для участия в показах, для фотосессий в экзотических местах, посещения открытий и вечеринок и всех прочих обязанностей знаменитости.

Добавьте сюда боль, травму, ужас. Хорошо перемешайте. Всего этого было более чем достаточно, чтобы выбить кого угодно из колеи.

— Тогда почему я чувствую себя такой слабачкой? — спросила она.

— Не знаю, — сказал я. — Иногда я сам чувствую себя слабаком. Слушай, Эмджей, это не проблема. Если надо, я буду возить тебя сам, пока ты не сдашь экзамен.

Она нахмурилась и покачала головой:
— Нет. Я сделаю это сама. Я сдам его в понедельник утром. Если ты можешь справляться с бессмертными, неостановимыми монстрами, я справлюсь с DMV.

— Полегче, Суперчика. Если собираешься заводить себе заклятого врага, не начинай с DMV. Найди кого-нибудь попроще. Доктора Дума, Магнето.

Она улыбнулась мне — скорее потому, что я постарался пошутить, чем потому, что это было смешно. Она взглянула на камни:
— Не уверена, что мне нравится этот Стрэндж, — сказала она.

— Док нормальный, — сказал я. — У меня такое чувство, что он делает всё, что может. У него есть ограничения.

— Мне плевать на ограничения, — сказала Мэри Джейн практичным тоном. — Мне не плевать на тебя. Он тебе не помогает, а ты — то, что важно для меня.

Я убрал руку с её запястья и переплёл свои пальцы с её тёплыми пальцами:
— Думаю, ты не совсем объективна.

— А зачем мне быть объективной? — спросила она. Она наклонилась и мягко, тепло поцеловала мою руку.

Я отодвинул еду, обошёл стол и поцеловал свою жену. Она ответила на поцелуй со страстным вздохом, её руки обвились вокруг моей шеи, сжимая так крепко, как только можно.

Она боялась.

Как и я.

И поцелуй стал нашим целым миром. Она стала моим целым миром. Я позволил её теплу, её желанию, её любви омыть меня и ответил тем же. Слова были бы пустой тратой ощущений. Поэтому я поднял её на руки и понёс в спальню, где страх какое-то время не мог до нас добраться.

Я не планировал засыпать, но я не спал всю ночь после довольно напряжённой стычки с Райно и последующей игры в «Увернись от Древнего», так что, как только я расслабил тело и разум, это было, видимо, неизбежно. Я проснулся от звуков тихих голосов в гостиной.

Я встал с кровати, надел костюм, натянул поверх джинсы и толстовку и вышел в гостиную.

— Ничего не происходит, — говорила Фелиция. — Даже ты, должно быть, уже это поняла.

— Поверь мне, милая, — сказала Мэри Джейн ядовито-дружелюбным голосом, — я не воспринимаю тебя как угрозу.

Я подумал, не надеть ли маску и не выйти ли через окно. Что бы я сказал или не сказал, сделал или не сделал — ссоры не избежать. Хотя это не выглядит очень героически — так убегать и прятаться. С другой стороны, врываться в разговор тоже было неблагоразумно. Так что я пока остался на месте и слушал.

— Угрозу? С чего бы мне быть для тебя угрозой? — спросила Фелиция. — Просто потому что я действительно могу помочь Питеру — в отличие от того, чтобы размахивать помпонами и печь ему печенье?

Если колкость и задела Мэри Джейн, по голосу этого не скажешь — что, вероятно, означало, что задела.
— Ах да, твои рабочие навыки. Не сосчитать, сколько раз я жалела, что не умею угонять машины или красться в наряде из «Мы из Стриптиза». Это было бы так полезно Питеру в его повседневной жизни, если бы я только могла расстегнуть молнию на топе чуть ниже пупка.

Фелиция издала злобный смешок:
— Звучит смело, особенно, от подружки Человека-Лобстера. Кстати, я уже говорила, как я восхищалась твоей игрой в этом прекрасном фильме? Думаю, сцена в розовом бикини была самой трогательной, хотя на съёмках, наверное, было холодно. Тебе наняли актёрского тренера, чтобы научить тебя кричать от ужаса, или они просто тыкали тебе в лицо неудачными фотографиями с плохой причёской?

— Это было травматично, — сказала Мэри Джейн. — Слава богу, нашёлся кто-то, кто захотел разделить со мной свою жизнь и помочь мне оправиться. А твой муж утешает тебя после тяжёлого рабочего дня, Фелиция?

— Если я когда-нибудь найду того, кого смогу выносить, — сказала Фелиция, — я хотя бы определюсь, когда выйду за него замуж, а не буду метаться туда-сюда, как маленький пустоголовый шарик для пинг-понга.

В этот момент здравый смысл покинул помещение, и я услышал достаточно.

Я толкнул дверь спальни и сказал очень тихим, очень ровным голосом:
— Фелиция. Это моя жена.

Фелиция сжала губы, прежде чем выдать тот поспешный ответ, который уже вертелся у неё на языке. Она скрестила руки и отвернулась от нас с Мэри Джейн, натянутая как струна, и направилась к окну.

— Эмджей, — сказал я тем же тихим голосом. — Это моя подруга. И твоя. Ты это знаешь.

На лице Мэри Джейн мелькнула вспышка гнева, но затем она закрыла глаза, мотнула один раз головой и кивнула мне:
— Я просто...

— Мы все на взводе. Это неправильный способ справляться, — тихо сказал я. — Вы обе лучше этого. Мне нужно, чтобы вы объявили перемирие. Пожалуйста.

Фелиция закатила глаза на моё отражение в окне. Она снова была в костюме Чёрной Кошки, хотя накинула поверх прозрачную цыганскую юбку и кожаную куртку — обе тёмно-синие — и для случайного взгляда это могло сойти за клубный наряд.
— Ладно, — сказала она. — Эмджей?

— Да, — сказала Мэри Джейн размеренным тоном. — Нет причин, по которым мы не можем быть вежливыми.

— Спасибо, — сказал я с преувеличенным терпением. Этим я явно нарывался на неприятности, но, боги и рыбки, они же взрослые люди.

— Мои остатки обеда в холодильнике? — спросил я жену.

— Да. Ешь, — сказала Мэри Джейн.

Я хмыкнул и сделал это, достав остатки бутербродов уровня Шангри-ла от Вонга из холодильника. Я принёс их к столу со стаканом молока и спросил Фелицию:
— Ты достала отпечатки?

— Да, — спокойно сказала Фелиция.

— Хочу ли я знать, как? — спросил я.

— Это имеет значение?

Я впился зубами в свой сэндвич:
— Для меня — да, наверное.

— Потому что я могла нарушить закон?

— Да.

— А, — сказала Фелиция. — То есть так же, как Райно нарушает закон. В смысле это то, что, по твоим словам, делает его плохим парнем. То, что он постоянно нарушает закон.

— Ну, я сказал...

— Я имею в виду, логически рассуждая, если бы ты задержал его за что-то незаконное, я должна ожидать, что ты будешь относиться ко мне так же. Если я скажу тебе, что нарушила всевозможные законы, чтобы достать отпечатки, ты сдашь меня, Питер?

Мэри Джейн ничего не сказала, но её губы сжались, а глаза сузились.

— Нет, — сказал я. — Не будь смешной.

— А, — сказала Фелиция. — Ну, тебе будет приятно узнать, что я не нарушила ни одного закона.

Это меня немного удивило. Думаю, это отразилось на моём лице, потому что Фелиция рассмеялась:
— Всё, что мне нужно было сделать, — это связаться с Ламонтом. Я сказала ему, в чём дело и что я работаю с тобой, и он был рад дать мне копию.

Я моргнул:
— Правда? Почему?

Фелиция захлопала ресницами:
— Я спросила его лично.

Я фыркнул и покачал головой:
— Ты бесстыжая.

— О, благодарю, — сказала Фелиция. — Мне сказали, сегодня ты тоже добился некоторого успеха? Эмджей говорила что-то о волшебных камнях.

— Это ещё неизвестно. Я не вижу, чем они нам помогут — по крайней мере пока. — Я объяснил про камни и показал ей страницу с описанием. — Ты смогла что-нибудь узнать по отпечаткам?

— Слишком рано, — сказала она. — Оливер хорош, но понадобится несколько часов, чтобы начать пробивать их по всем базам данных.

Я кивнул:
— Ладно. А пока нам нужна информация. Думаю, нам стоит выдвинуться и немного понаблюдать за этими уродами, узнать, чем они занимаются, где остановились.

Она решительно кивнула:
— Я уже на шаг впереди. Думаю, нам стоит...

Моё паучье чутьё начало шевелиться — медленное покалывание, которое легко пробежало по позвоночнику и коже головы.

Мэри Джейн выпрямилась, её глаза расширились, когда она увидела моё лицо:
— Питер?

— Мой паучий маячок, — тихо сказал я. — Он близко.

— Что нам...

— Тссс, — сказал я, пытаясь сосредоточиться на ощущении. Вот. Электронный сигнал, который излучает маячок, резонировал с тем, что заставляло работать моё паучье чутьё. Он был к югу от нас и приближался быстро.

В этот момент куртка Фелиции запищала. Она сунула руку внутрь, достала очки и надела их на мгновение. Затем тихо выругалась:
— Моя отслеживающая краска, — сказала она. — Ближе чем в трёхстах метрах. — Она подняла глаза, внезапно широко раскрытые: — Питер, нам нужно уходить сейчас же.

Моё паучье чутьё странно дрогнуло, и я начал чувствовать первые проблески первобытного ужаса, который Древние вызывали во мне.

— Слишком поздно, — пробормотал я. — Они здесь.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41867/160361

Переводчики: vantrop