Готовый перевод Half-Made World (by Felix Gilman) / Недоделанный мир: Глава 28. Дожди

Глава 28.

ДОЖДИ

К западу от западного рубежа первым делом испортилась погода. Десять проклятых дней шли дожди, и все грузовики Лоури увязли в грязи. Летательные аппараты тяжелее воздуха не могли подняться. Даже палатки снесло оползнем и каким-то образом дюжинам людей Лоури удалось утонуть. Утонуть, мать его, в дурацкой грязи за мили от реки или моря! Столько грязи, что даже Машины могут пробуксовывать и утонуть в её глубинах. Дождь лил ручьями, которые колотили по черепу Лоури. Из-за стены дождя в пяти футах от лица ничего не было видно.

Все сигналы от устройства в золотых часах женщины доходили слабо из-за постоянных сбоев по причине дождя, эфирные вибрации тонких молоточков и рычажков терялись... тонули, чёрт их возьми. Четыре артиллерийских орудия и две самоходки завязли в грязи. Два телеграфных аппарата вышли из строя, один из двух усилителей тоже, несмотря на все попытки сделать их водонепроницаемыми. патрули уходили и возвращались с опозданием на день или не возвращались вовсе, словно их смыло. Ружья заклинивало так, что было большой удачей, что они не напоролись на Агента; он перестрелял бы их. Они ползли вперёд. Продираясь на фут, соскальзывали назад на шесть дюймов.

Через десять дней дожди прекратились без каких-либо объяснений и предупреждений; просто остановились, облака разошлись солнце принялось жарить во всю, а через десять минут линейщики начали париться и печься в своей промокшей униформе. Несколько человек запрокинуло головы и подставили солнцу бледные лица.

- Ну, теперь пошли, - орал Лоури, - Давайте, двигайтесь. Пошли, пошли.

Чёртова здешняя погода. Бессмысленная и, в конце концов, просто непристойная. Каковой и должна быть в землях по ту сторону творения, ещё не приведённых в порядок. Как же Лоури хотелось увидеть всю эту землю покоренной и образумившейся.

***

Дождь ливанул с безоблачного неба без предупреждения — просто небеса вдруг сошли с ума. Склон впереди превратился в ревущий поток грязи. Первой потерей оказались лошади. Одну сбило, и она поломала ногу. Другая убежала в дождь и скрылась из виду. После произошедшего Кридмур и Лив двигались пешком от укрытия к укрытию — от одной пещеры или скального навеса до другого, как только такую крысиную нору заливало, шли к следующей.

Очень скоро укрытий не осталось.
- На возвышенность, - кричал Кридмур, - Выше!, - На плече он тащил хрупкое генеральское тело. Лив, шатаясь, шла следом, поскальзываясь в грязи; иногда Кридмур нёс и её. Казалось, дождь зарядил на годы, словно собирался идти вечно. Его дробь и непрекращающиеся удары вымыли из черепа Лив все чувства, кроме самосохранения, и даже оно вскоре покинуло её; оставалось только плестись в кильватере Кридмура. Время от времени он разговаривал с ней, но в сером аду падающей воды она едва видела, как шевелятся его губы.

Она выпила остаток настойки; укрывшись от дождя дрожащими руками она осушила последние капли из флакона. Лив рисковала передозировкой, но не рассчитывала выжить под дождём. На какой-то неподдающийся вычислению блаженные отрезок времени она вообще не испытывала никаких чувств; казалось, что она идёт за Кридмуром, но уверенности в этом не было; дождь стал ласковым, а их цель ясной и осмысленной.

Но всё прошло. Когда настойка покинула её тело, сутавы скрутило болью, голова запылала. Лив лежала в пещере, а снаружи лил дождь, и остатки тошнотворно-приторного яда выпотевали через покрытую мурашками кожу. Показалось, что Кридмур, наклонившись, вытерает её лоб. Почудилось, что рядом мама держит её за руку, что-то шепчет, ругает за слабость. Лучшая подруга Агата с факультета математики предложила зелёный чай и размешивает яд грязным ножом. Красные значки холмовиков ползали и переливались по стенам пещеры, казалось, что из тёмной глубины пещеры из-под чёрной лохматой, буйной гривы за ней наблюдают любопытные чужие глаза на мертвенно бледном лице. Она решила, что умирает, но не умерла.

Когда она пришла в себя, то уже не была в пезере, а возможно, и никогда там не была. Она тащилась по грязи, Кридмур тащил её за плечо, подталкивал генерала и кричал:
- Быстрее Лив! Они приближаются.

Дождь всё ещё лил.

***

На них напоролся патруль Линии.

В поисках укрытия они брели, увязая по щиколотку, по равнине, казавшейся состоящей из бесконечных грязи и дождя. Кридмур впереди, сгорбившись, тащил на руках генерала. Лив тащилась позади, крича:
- Кридмур!

Он проорал в ответ:
- Не останавливайтесь, - единственное, что она услышала за дождём.

- Куда мы идём?

- Откуда мне знать? Вперёд. На запад, на восток, назад, где шляется это чёртово солнце? День или ночь? Откуда мне знать, просто...

И тут из-за завесы грохочущего дождя, словно из-за портьеры, прямо перед ними вышел патруль. Больше десятка марширующих как попало линейщиков одетых в чёрную промокшую и прилипшую к телу униформу. Когда они увидели Кридмура, их рты распахнулись от удивления и изнеможения. Кридмур тоже на краткий миг растерялся, из-за дождей притупились даже его острые чувства хищника.

Он толкнул генерала в руки Лив. Линейщики, преодолевая сопротивление падающего дождя, вскинули ружья. Она опрокинула генерала в грязь и сама ничком упала рядом.

Когда она снова подняла голову, Кридмур исчез. Она слышала, как его Ствол выстрелил раз, другой. Между порывами дождя она видела красные вспышки и какое-то движение. Линейщики в панике кричали. Она разглядела падающие фигуры, одетые в чёрное — одну, другую, третью — сколько же их? Грязь потемнела и заблестела от крови, тут же смытой дождём. Генерал пытался подняться. Он выкрикивал бессмысленные приказы, призывал кого-то:
- Ко мне! Вперёд за Республику! Атакуйте их левый фланг; чёртовы орудия!
Лив сначала попыталась удержать его, а потом отпустила. Он всё равно свалился на скользской от крови и дождя грязи и лежал на спине, отдавая приказы небесам. За грохотом Ствола Кридмура выстрелы ружей линейщиков казались тихим треском. Потом всё одновременно стихло.

Она плакала, и дождь смывал слёзы и грязь с её лица.

Кридмур поднимал её на ноги:
- Пойдём дальше.

***

Дождь прекратился внезапно. Небо очистилось, и над миром вспыхнуло солнце. Всё вокруг засияло так ярко, что казалось объятым пламенем.

Они стояли в широкой глубокой долине. Земля перед ними поднималась сквозь полосы зелёного и коричневого кустарника, что делало склон холма похожим на лежащую на боку женщину, загорающую на солнце, скрытом за белыми облачками.

Грязь под ногами Лив уже высохла, покраснела и потрескалась.

Кридмур огляделся, прикрыв глаза. Воздух был совершенно чист, и явно, что на мили вокруг нет ни одного линейщика.

- Запад. Скоро мы не сможем довериться солнцу, но пока запад там, так что: Вперёд.

Он взял генерала на руки и полез на вершину холма.

***

И вновь они стояли на склоне холма среди сосен и болиголова, оглядывая долину. Под ними склон сползал кремниевой осыпью, переходящей в сухое ложе реки. Как могло такое получиться, что после такого дождя русло оставалось сухим? Странное место.

Далеко внизу по обеим берегам русла что-то сверкало на солнце. То ли золото, то ли алмазы.

По другую сторону долины раскинулся густой тёмный лес. Лив не знала, как называются эти деревья. Она страшно проголодалась, ослабела, и, кажется, у неё начиналась лихорадка.

Кридмур осматривал отдалённый лес, одной рукой прикрываясь от солнца, а другую положив на Ствол.
- Говорят, заметил он, заговорив, - что если кто-нибудь потрудиться забраться далеко на запад, там будет море. Об этом рассказывает множество придурков, забиравшихся так далеко. Море. Просто, как на древнем востоке, опоясанном старыми морями, охлаждаемымом плеском их ласковых волн.

Кридмур не был голоден, слаб или болен; с ним этого никогда не случалось.

- Но западное море — штормовое и бешеное. В самом деле, те немногие, кто его видел, едва могли угадать, где кончается земля и начинается море; так изменчива, буранна, туманна, болотиста и полностью сумасшедша та земля; она открыта всем ветрам и покрыта ледниками, волнистыми, как морская вода. А небо, говорят, падает и пульсирует зелёно-голубым космическим звёздным светом. А само холодное море исходит паром и бушует подобно пожару. Думаю, там полно призраков. Там, где рождаются демоны, мир ещё не сотворён. На этом краю отделяется мир. К счастью, не думаю что нам придётся забраться так далеко. Уверен, наши преследователи отстанут гораздо скорее... Ага!

В руке у него появился Ствол и выстрелил по дальнему склону.

Кридмур повернулся к Лив и улыбнулся:
- Олень! Снова вернулись сытые дни, Лив! Оставайтесь с нашим престарелым другом. Поговорите с ним о нашем деле. Вспосмните профессию, Лив... мы хотим, чтобы этот бедный старик встал, пошёл и выболтал свои секреты.

- Я не могу.

- Лив, слушайте внимательно. Это именно то, зачем вы здесь. Всё что я знаю, так это то, что, может, именно ради этого вы и появились на этой земле. То, что ему известно, может положить конец Великой Войне. Мир, Лив. Вам поставят памятники.

- Не понимаю, о чём вы говорите, Кридмур.

- Великолепно. Рад слышать, что мы уладили этот вопрос. За работу. Я скоро вернусь.

Он полез в свой мешок в поисках ножей и верёвки.

- Он в милях отсюда. Что если его стащат другие животные? - Лив ненавидела отчаяние, прозвучавшее в её голосе, но она была так голодна.

Он ухмыльнулся:
- И какое животное на это отважится?

Затем, придерживая шляпу одной рукой, он заскользил вниз по осыпи. Кридмур двигался быстро и азартно, как весьма и весьма молодой человек.

Когда он отдалился на порядочное расстояние (он никогда не отходил так далеко, чтобы терять её из виду, но Лив понадеялась, что он не посмотрит в её сторону) она выкопала из земли острый кремень и отломала ветку ближайшего дерева. Та была крепкой, и Лив ужаснулась тому, насколько она ослабела. Она села спиной к долине и попыталась заточить палку, превратив её в оружие, та сломалась в её руках. Лив слишком ослабела, чтобы заплакать.

Она взяла себя в руки..

Сев, скрестив ноги, напротив генерала, она осторожно и мягко повернула его лицо так, чтобы глаза смотрели на неё.

- Секреты, говорил Кридмур. Выбалтывайте ваши секреты. Чего им от тебя нужно, бедный старик?

Его глаза снова ушли в сторону, и она отпустила его, и вздохнула.

- Должно быть ты был великим генералом, если ьак страшно им нужен.

Лив сидела перед генералом и решала, что делать дальше.

- Под дождём вы отдавали приказы.

Он принялся бормотать чушь.

- Подождите. Тише, тише. Что вы вспомнили? Где вы? Всё ещё там?

Он продолжал бормотать.

С некоторым смущением она села ровно, выпрямила спину, расправила худые плечи и, сделав голос насколько можно более глубоким, спросила:
- Каково ваше задание, сэр?

Это мелькнула короткая вспышка интереса, понимания?

Он принялся мочиться.

***

Кридмур шумно безжал вверх по осыпающемуся склону, у него за плечами болтался олень со шкурой, покрытой красно-чёрными полосками. Лив подумала, хотя и не сильно разбиралась в оленях, что окрас довольно необычен. Кридмур швырнул его наземь и весело потёр окровавленные руки:

- Есть ли у нашего друга какой-нибудь прогресс? Сказал он что-нибудь интересное?

- Нет, мистер Кридмур. Вы ожидали за час добиться результата?

- Зовите меня просто Кридмур. И вы совершенно правы; пока ещё рано.

Кридмур развёл костёр. Он взглянул в слезящиеся глаза генерала, порылся в мешке и вытащил флакон, в котором Лив опознала лекарство от лихорадки, украденное из Дома. Агент накапал его в старческую глотку, потом ненадолго задумался и предложил флакон Лив. Она трясущимися руками отмерила себе лекарство.

Кридмур вытащил нож из-за голенища:
- Ну? - он неопределённо махнул рукой в сторону деревьев, - соберите хворост, - он воткнул острие ножа в шкуру и принялся свежевать.

Она отправилась в левок собирать хворост. Это был странное и необычное занятие, но она слишком устала, чтобы задумываться над этим.

Она принесла ветки и в соответствии с его указаниями сложила их крест накрест.

Он разделывал животное прямо перед ней. Это мерзкое зрелище заставило рот наполниться слюной. Мягким общительным тоном он объяснял, что сейчас делает. Кридмур нарезал мясо на тонкие полосы, одни из которых развесил сушиться на токих колючках, а другие принялся готовить.

- За отсутствующих друзей, - он вгрызся в полоску плоти, - Мои друзья чудовища, и их давно следовало бы повесить, однако, я буду скорбеть по ним. Не из-за того, что они заслуживают скорби, но потому, что сам её не заслуживаю, но надеюсь, они будут скучать, когда меня не станет.

Его голова склонилась:
- Итак. Чёрная Рот. Кмнжальщица Мэри. Стивен Слаттер. Кин. Вошборн Вздёрни-Повыше. Пьянчуга Куфи. Аббан Лев. Дэнди Фэншо, - при последнем имени его голос дрогнул.

Он поднял голову и моргнул. Сентиментальность, казалось, оставила его так же быстро, как и пришла.

- А с другой стороны, чёрт с ними со всеми; они мертвы, а мы живы, - он рассмеялся, - отсутствующие друзья.

Лив задохнулась и поднесла руку ко рту; она поняла, что совершенно забыла о Магфриде, который без неё ужасно перепугается.

***

После еды Кридмур уселся в тени и вытащид из кармана небольшой роман в мякгой обложке. Он осторожно раскрыл страницы, дождь пробрался в мешок, и книга вздулась и покорёжилась. «История для детей» выглядела не лучше.

- Кто-то должен беречь от мух сушащееся мясо, Лив. Не составит ли вам труда взять на себя первую смену?..

Лив провела остаток дня, стоя на краю крутого обрыва и отгоняя мух сосновой веткой. Ноги распухли, и она едва таскала собственный вес. Нервы горели, гудели и тупо ныли, она мало о чём могла думать, кроме своего успокоительного. Пока они продолжали идти на запад, получить его не было никакой надежды. Суррогат можно было выделить из кое-каких трав, но она слабо представляла себе, как. В любом случае она не знала ни одной из тех странных трав, что росли на этом краю мира. Казалось они созданы без какого-либо соответствия расчетам или разумным правилам ботаники.

К примеру: среди деревьев, где она собирала хворост для готовки, росли колючие серовато чёрные сорняки, и она была здорово озадачена, когда наклонившись, чтобы получше их рассмотреть, увидела, что листья и лепестки окружены подёргивающимися сегментированными лапками, похожие на мушиные или лапки жуков, словно различия между животными и растениями в этом месте не имели пока чёткой и ясной границы. Ей весьма не понравилось то, как зелёные цветы медленно повернулись к ней.

Лив приказала себе быть сильной: держаться, если надо, на силе воле, чтобы сохранить рассудок. Она махала веткой туда-сюда и наблюдала за мельтешащими мухами. Вскоре она забылась за работой.

Кридмур уснул за своим романом. Дважды он вскакивал и стрелял, что означало появление в ближайшем кустарнике животных. Первым оказался белый кролик, а вторым — тоже кроликоухий, но больше похожий на собаку зверь. Он их тоже освежевал и нарезал мясо на полосы.

Незадолго перед тем, как уснуть в последний раз, Кридмур поднял голову и помахал, привлекая внимание Лив.

- Да, мистер Кридмур?

- Забыл вам сказать. Этот старый псих, что обоссал вас сегодня, никто иной, как генерал Орлан Энвер — строитель и герой Республики Красной Долины, величайший из великих людей в истории запада.

Он широко ухмыльнулся, его глаза подмигнули. Казалось, ему доставило необычайное удовольствие открыть этот секрет.

Потом он откинулся на спину, уснул окончательно и вскоре храпел, как Машина.

Генерал тоже спал. Лив с изумлением разглядывала его.

***

Звёзды скрылись. Они отличались. Паутина огней висела над западным краем мира. Одна яркая звезда вспыхнула и сгорела, потом другая, третья, а потом паутина скрылась во мраке.

***

Утром они спустились в долину.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/43069/190783

Переводчики: Khalifstork, tamika