Готовый перевод Half-Made World (by Felix Gilman) / Недоделанный мир: Том пятый. THE BATTLE OF NEW DESIGN Глава 47. RAISING THE ALARM

ТОМ ПЯТЫЙ

БИТВА ЗА НОВЫЙ ПОРЯДОК

Глава 47.

ПОДНИМАЯ ТРЕВОГУ

Лив села в кровати, спиной к холодной деревянной стене и под тонкой старой простынёй подтянула к себе колени. Озабоченные Морторны у себя в спальне предавались любви, приглушённые, порой визгливые звуки мешали ей заснуть. В окно молча залез Кридмур. Она почти не удивилась.

Он приложил палец к губам, кивнул в сторону спальни Мортонов и улыбнулся.

Она поздоровалась:
- Добрый вечер, мистер Кридмур.

- Снова привет, Лив.

- Я всё думала, где ты. Что теперь?

Он отошёл от окна и прислонился к стене. Его окровавленная одежда порвалась, волосы спутались, и он казался ужасно усталым. От него воняло кровью, нефтью, кислотами.

- Кого ты убил, Кридмур?

- Очень мерзкое чудовище, Лив. Никого из горожан. Кстати, как ты здесь оказалась? Они тебя не обидели?

- Кридмур, как ты смеешь об этом спрашивать?

Он пожал плечами.

- Кридмур, я поговорила с их президентом. Предложила им объединиться с тобой против Линии. Сказала, что с тобой можно бы было договориться. Они мне не поверили. Я была права?

Кридмур покачал головой и вздохнул. Потёр морщинистый лоб двумя пальцами левой руки. Одарил её странной лукавой и грустной улыбкой, своенравной и покорной одновременно, будто улыбка сказочного отравителя до которого слишком поздно дошло, что он выпил не из той чаши, что, в конечном счёте, он провёл самого себя, что его время и возможности выбора иссякли, что слишком поздно хитрить, и поэтому он наконец свободен…

Ей стало так тошно, и внезапно она чуть не расплакалась.

- Лив, они меня нашли. Выбора не было. Его вообще никогда не было; мы такие как есть. По-своему так даже легче.

- Кридмур, ты трус.

- Да. Как бы там ни было, я пришёл сюда, чтобы тебя предупредить. Линия всего в часе или двух отсюда. Они знают, где находится этот город. Они явятся сюда до заката. Признаюсь, моя худшая половина ждёт этого зрелища. Я точно не знаю, какое у них есть при себе оружие. По меньшей мере, два пулемёта и два лёгких орудия. Наверное, зажигалки, и, возможно, землетряски, психобомбы, отравляющий газ, кричалки, колючая проволока, кошмары. Я подумал, что ты заслужила хотя бы того, чтобы не умереть во сне. Я предлагаю тебе тотчас же убежать. Или предупредить город. Или можешь последовать за мной, если хочешь. Ты знаешь, куда я собрался.

Он исчез в окне.

К тому времени как Лив оделась, и нацепив часы и охотничий нож, вышла за ним на улицу, его и след простыл.

***

«А теперь к Генералу, Кридмур».

«Думаю, я её разочаровал. Она ждала от меня лучшего».

«Что ж, глупо с её стороны. Кридмур, для жалости к себе нет времени; идём к Генералу».

«Есть».

***

Лив стояла на улице и прислушивалась.

Кридмур ушёл, а город был пустым, тихим, тронутым шепчущим дождиком. Было тепло, и земля под ногами размякла.

Она подумала, что он, вероятно, пошёл на юг, мимо дома судьи Вудбери, мимо маленького восьмиугольного книгохранилища, через грязную квадратную площадку, которую использовали как здание суда, центр общественной жизни, уголок оратора… мимо всего этого к длинному низкому зданию, названному доктором Бредли больницей, где город держит Генерала под тайной опекой. В том направлении было тихо, как и во всех остальных… но опять же, Кридмур, казалось, не хотел убивать. Может быть, он выкрадет Генерала и исчезнет без кровопролития.
В тишине ей подумалось, что она, возможно, могла бы услышать, как приближается Линия – могла бы услышать как приглушённо шлёпают и скользят в грязи их сапоги – но, конечно, тут был только дождь.

В тишине её посетила мысль, что, вероятно, она могла бы услышать, как приближается Линия – могла бы услышать как приглушённо шлёпают и скользят в грязи их сапоги – но, конечно, тут был только дождь.

Жажда последовать за Кридмуром была очень сильной, настолько сильной, что она почти с тоской уставилась на юг в ночь, в дождь, мимо дома судьи Вудбери, где из окон лился золотой свет – она слышала, что Вудберри просыпается до рассвета, чтобы изучать свои книги с законами – и не только потому, что она понадобится Генералу, что было весьма уважительной штукой, но так же из-за неправильных, не поддающихся уговорам, безрассудных причин, которые ей не хотелось изучать слишком тщательно, учитывая обстоятельства…

Вместо этого она поступила ответственно: повернулась к ним спиной и решительно свернула на север, к дому президента.

***

«Что-то тут не так, Кридмур».

«Тут всё не так».

Ни звука из больницы – ни криков, ни стонов, ни неистовства умирающих людей – вряд ли это вообще больница! Кридмур подумал, что это непременно изменится, когда Линия поравняется с городом. Мягкий свет от свечей сиял по краям занавешенных холстом окон. Возможно, даже здесь кто-то боялся спать в темноте…

«Я чувствую его запах. А ты? Или что там за чёртова хрень у вашей братии вместо нюха».

«Да, Кридмур, есть в этом месте что-то неправильное».

«Вы никогда раньше не были такими трусами».

«Не будь безрассудным, Кридмур. Есть кое-что помимо запаха – едва различимые вибрации – сгустки и пустоты – мы ощущаем окружающее. Наши братья кричат нам по всей земле и из нашей Ложи. Сейчас нельзя допустить ни малейшей ошибки».

«Походу разберёмся, не так ли?»

Двери не было -- лишь чёрное отверстие, занавешенное просмолённой парусиной. Кридмур отмёл её в сторону и шагнул из дождя внутрь.

Комната расходилась налево и направо. Она с левой стороны огибала угол в виде перевёрнутой вправо буквы «L» – он был загромождён кроватями: ржавеющими раскладушками, походными спальными мешками, тяжёлыми сооружениями из дуба… и занавесками: из шёлка, холста, сукна, овечьей кожи, переплетённого тростника… и разбитыми лампами, и двумя мигающими свечами – и все кровати, кроме одной, были пусты.

«Вот он где. В кровати в дальнем углу».

«Кридмур, тут есть и другие… они бодрствуют и вооружены».

«Да. Я их слышу. О, ладно…»

«Они знают: мы здесь. Они прислушиваются к нашему разговору».

Кридмур крутнулся, оружие наизготове, и вгляделся в темноту позади себя. Он тот час же сердито вскрикнул и бросился закрывать рукой мигающие глаза, ибо в другом конце комнаты внезапно вспыхнул ослепительный свет: ни от огня, ни от газа, а от холодного, белого, искрящегося неона ужасных машин Линии.

Он сморгнул боль в глазах. Чёрные силуэты превратились в три… нет, четыре фигуры… они наблюдали за ним из дальнего конца длинной комнаты, с расстояния в тридцать, тридцать пять футов, на него, будто обвиняющие перста несчётных свидетелей были нацелены винтовки. Винтовки и тяжёлые, ярко светящие, переносные электрические фонари. Словно для того, чтобы подменить слабеющее зрение, ноздри Кридмура расширились; чтобы эти люди не несли, на них не было запаха Линии. Впрочем, для внезапной ярости Кридмура, это ничего не меняло; они сделали ему больно. Вздумали поймать его в ловушку… Кридмур поднял собственное оружие, и фигура в середине его обвинителей – в длинном сюртуке, с растрёпанными волосами, опирающаяся левой рукой на палку – лицо серое, похоже на кожу, в возрастных пятнах, с гладким шрамом от ожога по всей длине, старое, но враждебное; Кридмур увидел с каким напряжением жилистые пальцы сжимают ту палку… а правая рука старика выставила напоказ… И старик открыл свой искривлённый шрамом рот и прокричал:

- Стой! Убьёшь меня и убьёшь нас всех!

Кридмур задержал руку всего на секунду. Как раз достаточно, чтобы увидеть: очертания в правой руке мужчины это… проклятье!.. ещё одна из подлых игрушечек Линии… и если Кридмур не ошибся, если правильно опознал замысловатые молоточки, преобразователи звука, тарелочки и камеры жуткой штуки, это – граната.

***

Стража остановила Лив в тридцати ярдах от дома президента. Сильные, одетые в меха руки протянулись из теней, схватили её и закрыли ей рот.

«Они прятались в холмах от Линии и Ствола, -- подумала она, -- сражались таким образом годами, конечно они знают как прятаться, как нападать из теней».

Один из них нагнулся над её плечом. Его борода царапала её лицо, и у него дурно пахло изо рта. Он прошептал:
- Вы сюда по какому делу?

Она тоже прошептала:
- Здесь Линия. Может в часе отсюда. Я пришла предупредить президента.

- И откуда бы вам это знать?

- Вы должны эвакуироваться. Вы должны эвакуировать хотя бы детей. Вы должны спасти Генерала. Вы должны…

- Идёмте с нами.

***

Лоури стоял, руки сложены за спиной, и следил, как молоденький рядовой Карр забирается на дерево. Неуклюже лезет. Карр пыхтит, задыхается и бранится. Рядовой Карпентер, рядовой Даггер и рядовой Не-Помню-Имени улюлюкают и подбадривают:
- Давай, Карр! Вперёд, вверх, Карр!

Нога Карра соскользнула с ветки и он почти упал, остановившись только из-за того, что сильно стукнулся подбородком о дерево и отчаянно ухватился за ветки. Он завопил.

- Не падай! – прокричал Лоури. – Не смей твою мать падать, Карр!

- Никак нет, сэр. Никак нет, сэр. Благодарю вас, сэр. Никак нет, сэр.

- У тебя, Карр, единственная исправная подзорная труба. Не смей падать.

Несмотря на ужас, Карр выполнил свой долг; уменьшаясь с расстоянием, он карабкался всё выше и выше, и, наконец, Лоури с трудом слышал его голос. В итоге Карр поднялся на довольно высокий сук и растянулся на нём, его правая рука обхватывала ветку, в то время как левая медленно дотянулась к поясу и вынула бесценную трубу. Он потряс её и разложил одной рукой, из-за чего сук заколыхался, и попадали листья. Он выглянул из ветвей, осматривая Новый Порядок.

Солдаты с надеждой ждали. Дух воспрянул. У линейщиков снова появился достойный враг и цель, они приосанились, глаза стали собранными, и они прекратили вести изменнические разговоры. Тщательно проверялись и перепроверялись механизмы оружия, хотя по общепринятому мнению, как твердил субалтерн Милл, противник считался мертвечиной под колёсами, этим он подразумевал, что не ожидает от Нового Порядка мало-мальски серьёзного сопротивления.

Этим утром Лоури пришло на ум, что после смерти Кольера и дезертирства Гейджа, и смерти Фёнстрома тоже, и так далее, и так далее, он, пожалуй, остался самым старым человеком в отряде. Несомненно, только он когда-то сражался с Республикой… и, хотя он был в Чёрной Шапке всего лишь мальчишкой, он был умным мальчишкой, во всяком случае, достаточно умным, чтобы выжить, тогда как тысячи погибли, и он не забыл, что хотя Республика много болтала о добродетели и чести, она дралась грязно, подло, бесчестно и коварно…

Лоури схватил пленника сзади за кожаную рубашку и рывком поднял его на ноги. Парня звали Хейворт.
- Кончай распускать сопли, парень. Скажи мне снова: сколько у них пушек?

***

- Мистер Президент, - сказала Лив, - Линия…

- Да, мадам. Мы знаем.

Хобарт сидел за письменным столом, глаза красные, а лицо напряжённое и усталое, на нем была залатанная, выношенная, ветхая ночная рубашка и колпак, а поверх всего этого старое одеяло. Он отважился высунуть руку из одеяла за деревянной кружкой здешнего ужасного кофе из коры и корней. Он давно не спал, уж это-то было понятно, но его измученные глаза блестели от возбуждения.

- Мы знаем, мадам. Знаем. Неужели вы думаете, что мы выживали при Линии все те годы и не выучили пару-тройку вещей о войне? Неужели вы думаете, что мы здесь всё забыли? Вы думаете, мы так низко пали со времён наших мужественных отцов?

- Но…

- У нас есть разведчики, и связь… Мы знаем эти леса. К сожалению, из донесений выяснилось, что у них есть пленник. – Он покачал головой. – Очень грустно. Очень грустно. Скажите мне, мадам, откуда вам известно, что Линия близко?

- Здесь Кридмур, сэр. Он мне сказал. Вы должны…

- Кридмур?

Помощник наклонился поближе к плечу президента и тихо сказал:
- Агент Ствола.

- Да, - оборвал Хобарт. – Да, я знаю. Ладно, и что такое имя*? Они звери. Хуже собак: собака придёт когда её кличут, но не крыса или змея… Зачем удостаивать их имён?

__________
* И что такое имя? -- цитата из "Ромео и Джульета" В. Шекспира.

“What’s in a name? That which we call a rose by any other name would smell as sweet.

И что такое имя? Что зовем мы розой,
Зовись она иначе, запах тот же!

- Сэр, - сказала Лив, - он здесь. Он прошёл мимо вашей охраны.

- Мы этим займёмся. Он хочет, чтобы мы знали о близости Линии, не так ли? Он хочет, чтобы мы сражались с ней вместо него, так ведь?

- Я не знаю, не знаю, почему он мне об этом сказал. Он сказал, что чувствует себя обязанным меня предупредить. Сэр, вы должны эвакуировать горожан.

- И это говорит Кридмур, не так ли?

- Я это говорю, мистер президент, Кридмур ушёл за Генералом, возможно, вы всё ещё можете его остановить…

- Мы знаем, что делать с Кридмуром.

- Вы прожили здесь слишком долго. Вы забыли Ствол, Линию, на что они способны. Хобарт, вы должны спасти, что сумеете…

Он наклонился вперёд и впился взглядом в её глаза.
- Я ждал этого дня с тех пор, как вступил в должность. – Он говорил очень сухо. – Каждый из моих предшественников ждал этого дня. Я не совсем такой как они, но отказываюсь слушать хоть слово супротив них по этому вопросу: каждый человек Нового Порядка с нетерпением ждал дня нашего возвращения в мир. Вместо этого мир пришёл к нам. Так намного лучше. Ради этого дня мы воспитали сильными своих молодых мужчин и женщин. Сегодня, мадам, сегодня нас испытают. Мы покажем себя достойными отцов. Мы покажем себя готовыми вернуться в мир и снова продолжить великое старое дело.

- Вы должны спасти Генерала. Кридмур…

- Генерал в полной безопасности.

- Тогда вы должны его эвакуировать. Его нужно спасти. Пошлите с ним в леса десять человек, бегите, я пойду с ними и…

- Нет. Помимо всего прочего, это было бы плохо для боевого духа. Он останется здесь наблюдать за нашей победой.

- Вы глупец, Хобарт. Вы недальновидное напыщенное чудовище. Не видать вам победы. Это станет ещё одним бессмысленным ужасом в полной ужасов истории. Может хотя бы эвакуируете женщин и детей? Линия здесь не для того, чтоб сражаться с вами -- чтобы уничтожить вас под корень, вас позабудут, если вы спрячете женщин и детей в дубовой роще, их оставят в покое, вы сможете отстроиться…

- Нет. Нет, мадам. Нет. Никакого бегства не будет, не в этот раз. Мы сохранили живой искру отваги и мужества. Мы будем сражаться.

- Вы позабыли, как устроен мир, который вы оставили за спиной. Мужество не спасёт вас… вы позабыли их оружие.

- Пока мы говорили, подняли тревогу, - сказал Хобарт. – Это так?
Помощник президента кивнул.
- Поднимают тревогу. Вы её слышите?
И впрямь, послышались выстрелы, приглушённые звуки далёких колоколов, шлепки ног, треск и стук барабанов, визг старых погнутых оловянных свистков, и – так быстро и так громко, что Лив подскочила в кресле – три винтовочных выстрела один за другим, потом пауза, и снова три выстрела.
- На этот раз никакого бегства. Мы сотрём со своего славного дела позор поражения. Вы увидите, на что мы способны, мадам. Мистер Халгинс, может заберёте её и посадите куда-нибудь, где она не сможет вмешиваться? Нас ждёт работа.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/43069/199042

Переводчики: tamika, Elizabeth1