Готовый перевод Seanan McGuire - October Daye 3 - An Artificial Night. / Шеннон Макгвайр - Октобер Дей 3 - Искусственная ночь.: Глава 30

ЛЕС БЫЛ ПОЛОН ВЗДОХОВ. Ветра не было, но ветви склонились друг к другу, шепча о боли, крови и потерях. Я вернулся в лес Акации, и меня это вполне устраивало; она была единственным существом на землях Слепого Майкла, которое мне было жаль оставлять. Повернулась, пытаясь сориентироваться. Я стояла в лесу, когда темнота рассеялась, уже проснувшись. Кровавый путь был наименее болезненным из всех трех. Наверное, потому, что предполагалось, что конец будет самым болезненным.

Что-то было не так. Темнота вокруг деревьев усилилась, и подлесок увял. Лес был единственным местом на этих землях, которое казалось живым, а теперь ощущалось, что он умирает. «Акация?» - позвала я. Ответа не было.

О, корни и ветви. Она помогла мне перед поездкой; она осталась, чтобы поговорить со своей дочерью, после того как была прервана поездка. Слепой Майкл, должно быть, все видел. Это были его земли, и он явно был сильнее ее. Потеря детей, ослабила его. Поэтому ему нужен кто-то - кто угодно - чтобы преподать урок. Акация не была невиновной, но и виноватой тоже не была.

Я сняла меч с плеча и начала обнажать его, не желая пересекать равнины без оружия в руках. Мои ладони скользнули по луке, и я посмотрела вниз. Моя правая рука была в крови, вытекающей из тонкого пореза, который безболезненно открылся поперек запястья. Не было никаких признаков свертывания крови, она просто продолжала кровоточить.

"Кровавая дорога," - сказала я, осознавая. Порезов будет все больше, и больше, пока я не истеку кровью там, где стою. Это было не то, что я ждала, но и сюрпризом не стало; время было ограничено. Я и так это знала. У меня никогда не было вечности - ее не бывает у подменышей - а теперь время истекало. Слепой Майкл все еще должен был умереть.

Времени было катастрофически мало, ночь очень длинной, и все это было его преимуществом. Все, кроме меня и крови. Кровь указала мне путь, когда ее смешали с воском и связали в свечу; почему она не помогла мне, когда была чистой?
“Сколько миль до Вавилона?" - прошептала я, вытирая кровь с губ, прежде чем рвануть к опушке леса, пробежав между деревьями в окутанную туманом ночь. Кровь знала дорогу, и поэтому я доверяла крови, не сомневаясь в своих шагах, пока бежала в серости.
Не успела я убежать далеко, как увидела вдалеке зарево костра, горевшего на поляне герцогства Слепого Майкла. Всадники снова собирались. Хорошо. Это означает, что он будет там, и я смогу его найти.

По крайней мере, королевство не мешало мне. Я споткнулась о несколько камней, но этого и следовало ожидать; я бежала по земле, которую не видела, и если бы не спотыкалась, то подумала, что попала в ловушку.

Мне действительно нужно научиться больше думать.

Я услышала крики Всадников, когда пробежала равнину почти до середины. Они казались рассерженными, и я не могла их винить; с их точки зрения, Луидэд и компания вмешались в их большой праздничный парад. Конечно, их большой праздничный парад состоял из похищений и промывания мозгов, но что такова в маленькой ужасной пытки между друзьями? Не осталось ничего, что могло бы отвлечь меня, и никого, кого можно было бы спасти. Это было почти облегчением; иногда приятно вернуться к истокам. Я убью Слепого Майкла или умру, пытаясь это сделать. Убить или быть убитым. Жить или умереть.

На лбу у меня открылся порез, и кровь заливала глаза, пока я бежала через герцогство к свету. Никто не остановил меня, даже когда я ворвалась на поляну с криком: "Майкл!”

Там собрался весь двор, чтобы отпраздновать то, чему я помешала. Это было уже слишком. Я споткнулась, удивилась, и два всадника вышли из толпы, чтобы схватить меня, прижав мои руки к бокам.
"Деритесь со мной, ублюдки!" - я отчаянно брыкалась, пытаясь освободиться. Они только смеялись.

Слепой Майкл сидел там, где я помнила, высоко на троне—маленькая часть меня, которая хотела, чтобы я закончила поездку, всегда знала, где он. Для этой предательской части меня он все еще был моим Богом.

Должно быть, он увидел, как крошечная часть моего сердца засверкала в глазах, потому что рассмеялся и сказал: "У меня было достаточно времени, чтобы поработать над ней. Пусть она подойдет ко мне.”

Всадники отпустили мои руки и встали в ряд с остальными, образовав широкий круг вокруг своего господина. Скорее всего верное решение. Если я проиграю, они будут рядом, чтобы забрать тело; если выиграю, они будут достаточно близко, чтобы уничтожить меня. Пессимизм не лучшее средство в большинстве ситуаций.

Я смотрела на них, сплевывая кровь на землю, пока шла к Слепому Майклу. На нем были доспехи, которые он надел для поездки, но зеркальный блеск исчез, погребенный под пылью и пятнами засохшей крови. Его сверхъестественное самообладание тоже исчезло, сменившись гневным раздражением.

Он удерживал мое внимание только мгновение. Затем его привлек стулу рядом с ним, на котором сидела Акация, с желтыми пустыми глазами и расширенными зрачками.

“Что ты с ней сделал?" - требовательно спросила я.

Слепой Майкл нахмурился, его брови сошлись над ледяными глазами.
"Не смей так со мной разговаривать, - его слова для меня имели такое же значение как семь заповедей. Я почувствовала, как на внутренней стороне моей левой руки открылся еще один порез, добавив к остальным еще одну струйку крови. - Никогда не говори со мной в таком тоне.”

Было трудно двигаться, когда он смотрел на меня сверху вниз, но мне удалось поднести руку ко рту, слизывая свежую кровь с пальцев. Давление его слов и взгляда ослабло, превратившись в раздражающее жужжание на задворках моего сознания. Моя сила всегда исходила в основном от крови. Даже он не мог коснуться меня, пока она у меня есть.

“Я буду говорить с тобой, так как захочу, - сказала я. - А теперь спускайся и сразись со мной.”

"Почему? - он прищурил глаза. Мое зрение распалось, приходя со всех сторон сразу, он заставил меня смотреть глазами Охоты. - Ты моя. Почему я должен бороться с тем, что принадлежит мне?”

"Я не твоя!" - закричала я. Когда зрение вернулось в норму, меня пронзила острая боль. Я не могла поверить, что все так и закончиться: он был слишком близко ко мне.

"Ты ездила Верхом. Ты моя.”

«Я остановилась до окончания».

"Это не имеет значения, ты принадлежишь мне. Все здесь принадлежит мне, - он повернулся и почти нежно провел рукой по щеке Акации. Когда-то там была любовь, до того, как он изуродовал ее. - Как мне напугать ее на этот раз? Последний раз, когда она предала меня, это было ее лицо. Какой она должна быть сейчас? Она страдает за тебя. У тебя есть право голоса в ее боли.”

"Отпусти ее, Майкл.”

Он повернулся ко мне, улыбаясь: "С чего бы это?”

"Потому что, если ты не сделаешь это сам, мне не придется тебя заставить.”

Он рассмеялся.
"О, маленький Подменыш, незаконнорожденная дочь Амандины. Почему ты думаешь, что можешь заставить меня что-то сделать? Возможно, если бы ты приняла мое любезное предложение и стала моей прекрасной невестой, то могла бы иметь некоторое влияние, но ты отклонила его. Теперь ты не под защитой моей сестры. Она не может спасти тебя."

«Тогда я спасу себя, - посмотрела на него, выплевывая еще один глоток крови. - Мне она не нужна».

"Нет, ты пришла за собой. Глупая маленькая героиня, - он просунул руку между подушками своего трона и вытащил мой нож, прижав его к щеке Акации. Его улыбка не дрогнула. - Удивительно, что хоть кто—то из детей или внуков моего отца выжил.”

"Отдай мне мой нож и отпусти ее.”

"С чего бы это?- он не потрудился обернуться. - На колени.”

Я упала на колени, прежде чем поняла, что он сказал. Удар о землю оставил новые порезы на ногах и коленях. Отекли. Мы шутили, пока я истекала кровью.
"Выкуси", - прорычала я, заставляя себя встать. Это было нелегко, мои ноги все время пытались подогнуться.

“Красивые слова, но ты недостаточно сильна. Иди умри где-нибудь в другом месте.”

"Заставь меня", - сказала я, стиснув зубы и стараясь не упасть снова. Кровь заливала мне глаза, я вытерла ее рукой. Затем остановилась, недоверчиво смотря вниз.

Моя свеча лежала у основания его трона. Я не могла услышать, что она зовет меня из за свежей крови повсюду, но как только я увидела ее, то поняла. Это имело определенный безумный смысл: очевидно, здесь вообще ни когда не убирались, и как только я выбросила свечу, она превратилась в просто мусор. В прошлый раз я отказалась от ее защиты — но это было тогда, а не сейчас. Если смогу до нее дотянуться, то смогу выбраться при свете свечи.

"Не собираюсь умирать," - сказала я.

“Разве нет? - он ухмыльнулся. - Жаль. Если ты не умрешь, мне не нужно тратить время на то, чтобы убить тебя."
Он повернулся к Акации и провел ножом по ее лицу. Ее глаза оставались стеклянными и рассеянными, даже когда кровь начала стекать по щеке.

Кровь стекала по моим пальцам и по мечу Сильвестра, когда я направила его на него, металл сверкал пурпуром и золотом в свете костра.
"Оставь ее в покое и дерись со мной! - закричала я. - Будь мужиком, ублюдок, а не богом! Или ты слишком боишься?"
Мое последнее слово разнеслось по площади, как боевой клич. Это был вызов, который он не мог проигнорировать после провальной поездки.

Слепой Майкл бросил мой нож на колени Акации и встал, прищурив невидящие глаза.
“Ты действительно думаешь, что можешь бросить мне вызов?- пророкотал он. - Ты, которая отвергла свое наследие, чтобы жить как ничтожество? Ты дура, Октобер, дочь Амандины. Ты забыла своего бога?"

“На самом деле я скорее атеист," - ответила я.

«Понимаю, - он улыбнулся, протягивая ко мне пустую руку. Я думала, что слышу, как Всадники вокруг нас кричат с триумфом; затем они исчезли, голоса исчезли, когда туман поднялся, чтобы закрыть пейзаж. - Но церковь - это такое тихое, гостеприимное место. Там нет боли, маленький подменыш. Нет смерти. Нет необходимости в мечах."

Меч в моих руках исчез, растворившись в тумане. Я сжала пальцы, пытаясь найти его, но нащупала только воздух. В ярости подняла глаза и встретилась взглядом с пустыми глазами Слепого Майкла. Его улыбка не дрогнула. Не могу отвести взгляд.

"Нет боли, - прошептал он. - Нет смерти, нет необходимости сражаться. Вернись, маленький Подменыш. Вернись ко мне и будь со мной всегда.”

Белизна его глаз расширилась, совсем как у его сестры, я тонула.
«Я не твоя», - сказала я, выдавливая слова одно за другим. Становилось трудно двигаться и думать, и что-то в глубине моего сознания терпело поражение, готовое снова прыгнуть в его объятия.

Какая часть меня принадлежит ему? Какая часть меня была готова предать все остальное? Я втянула щеку, пытаясь использовать кровь, которая, как я знала, была там, но я ничего не почувствовала на вкус; его магия была слишком сильна, он не попадется в эту ловушку дважды.

"Не хочу этого," - прошептала я, осознавая, как слабо это прозвучало. Он сделал еще шаг ко мне, и я упала на колени, глядя на него. На этот раз боли не было. Либо я потеряла больше крови, чем думала, либо он был настолько силен — в любом случае, это практически означает что я облажалась."

"А почему бы и нет?- спросил он, прижимая руку к моей щеке. Мое зрение изо всех сил пыталось вернуться к множественному восприятию. Я ловила мимолетные взгляды других глаз, наблюдающих, как Подменыш, истекая кровью, склоняется перед своим господином и хозяином. - Без меня ты пропадешь.”

О, дуб и Ясень, Луидэд, Сильвестр, Квентин, мне жаль. Я думала, что на этот раз поступаю правильно. Думала, это важно.

"Я не ... потерялась ... " - он заполнял собой весь мир. Не осталось ничего, кроме Слепого Майкла и тумана, и кратких, прерывистых видений, которые я крала у других глаз.

“О, но это так, - сказал он. - Ты заблудилась. Ты больше не можешь попасть ни туда ни обратно. А теперь закрой глаза и позволь мне отвести тебя домой.”

Домой? Домой. Все, что мне нужно было сделать, это закрыть глаза, и он позаботится обо всем остальном. Он сделает мир таким, каким он должен быть. Знаю, что истекаю кровью. Знаю, что его дом-не что иное, как волшебство и ложь. Но все это звучало так правильно, а я так устала.

Я опустила голову, дрожа. У меня хватит сил попробовать еще раз; если я потерплю неудачу... все ставки сделаны.
" Да, - прошептала я. - Отвезти меня домой. Слепой Майкл выпрямился и убрал руку с моей щеки, снова уверенный в том, что вернул меня.

Только это мне и было нужно.

Он сделал шаг назад, и я рванула вперед, роясь в грязи. Земля не имела текстуры, это был просто туман. Он рассмеялся у меня за спиной: “Что ты делаешь, маленький Подменыш? Что ты надеешься найти?”

Моя рука наткнулась на что-то, и я схватила это в слепой надежде. Во рту у меня появился привкус крови, во лбу на мгновение вспыхнула острая боль, а потом вспыхнула свеча ярким голубым пламенем, сияя, как звезда, рассеивая туман. Джекпот. Я встала и повернулась к Слепому Майклу, вытирая кровь с глаз свободной рукой.

Каждый дюйм моего тела был покрыт кровью, вытекающей из бесчисленных порезов, покрывающих все мое тело. Сосредоточиться становилось все труднее, и не из-за того, что он сделал; кровавая дорога требует платы.
“Я не пойду с тобой," - прошипела я.

Он выглядел почти испуганным. Хорошо для него. Меч Сильвестра лежал в пыли между нами; он шагнул к нему, и я двинулась ему навстречу, держа свечу перед собой, как щит.
“Ты действительно думаешь, что можешь угрожать мне?" - требовательно спросил он.

Было бы более убедительно, если бы его голос не дрожал.
"Да," - ответила я и улыбнулось. Во рту у меня был привкус крови, и сейчас это меня успокаивало. Пока я чувствовала вкус крови, он не мог поймать меня.

Слепой Майкл бросился к мечу. Он был ближе, чем я, поэтому я даже не пыталась его опередить; вместо этого я отпрыгнула назад, схватив нож с колен Акации.
"Брось, Майкл. Это даже не честный бой. Ты старше и сильнее меня. А теперь опусти меня!”

Он сжал меч Сильвестра, выражение его лица выдавало беспокойство. Когда в последний раз его что-то пугало? Всадники шептались в темноте, но никто из них не вышел вперед, чтобы помочь ему. Он сражался со мной в одиночку.
“Ты ниже меня," - сказал он, стараясь говорить уверенно.

“Не похоже, что ты в это веришь," - сказала я. Дразнить его было весело, но у меня не было времени на шутки. Я достаточно расслабилась, чтобы в его глазах я выглядела беззащитной, показала ему что моя бдительность ослабла, а затем сделала выпад.

Трудно бороться с тем, чего не видишь, а Слепой Майкл не мог видеть меня. У него была сотня заимствованных ракурсов, но ему не хватало самого важного из них - своего собственного. Он дико замахнулся, когда я приблизился, и я даже не попытался блокировать удар. Меч ударил меня по предплечью, оставив длинный неглубокий порез между плечом и локтем. Это был скользящий удар - он болел, но не сильно, он не покалечил меня. Хорошо. Моя собственная атака зависела от того, сможет ли он победить, хотя бы на мгновение. Он думал, что одержал победу; Я видела это по тому, как он опустил клинок, не потрудившись парировать удар.

Мое плечо ударило его в грудь, сбивая с ног. Этого он не ожидал. Идиот. У меня не было ничего, кроме ножа, в то время как он был в доспехах и с мечом—в чем, собственно, польза от прямого нападения на него? Разоружить его было гораздо лучше.

Он сильно ударился о землю, меч Сильвестра выскользнул из его руки. Я приземлилась ему на грудь, упираясь коленями в предплечья и прижимая лезвие ножа к его горлу.
“Что нужно, чтобы убить бога?" - хладнокровно спросила я.

"Ты не можешь причинить мне боль," - сказал он.

"Жаль, что ты в это не веришь, - я надавила, сильнее прижимая лезвие к его коже. Моя кровь заливала все вокруг, не давая возможности сказать, действительно ли я причиняю ему боль. - Как давно ты сам не дрался, Майкл? Как давно ты начал прятаться за спинами детей?”

"Я..."

“Как долго?" - закричала я. Он перестал вырываться, глаза закрылись, и я подняла глаза, чтобы увидеть, как Всадники смотрят на меня в едином ужасе. Они, наконец, поверили, что я это сделаю. Что убью их господина. …

И не смогла. Что бы я ни сделала, это не причинит ему вреда. Он должен страдать вечно. Я вздрогнула и опустила голову, пытаясь успокоиться настолько, чтобы перерезать ему горло.

Потом рука Акации легла мне на плечо, и рядом со мной в пыль упал нож.
"Убей его или отпусти, дочь Амандины, но не пытай его, - сказала она. - Сделай свой выбор. У тебя мало времени.”

Я подняла голову: “Акация...”

Она посмотрела на меня сверху вниз, короткие завитки волос обрамляли ее лицо. Очевидно я отвлекла Слепого Майкла, и это, должно быть, разорвало его хватку, позволив ей вырваться. “Нет. Ты слишком часто позволяешь другим решать за тебя. Убей его или оставь в живых, но сделай это сейчас. Больше никаких игр.”

“Не знаю, что делать. ”

"Ты всегда знаешь. Просто не слушаешь себя," - она покачала головой, повернулась и пошла прочь. Всадники расступились, пропуская ее, все еще молча, все еще смотря на меня.

Выбор. О, кровь Оберона, выбор.

Зажав свечу в зубах, я прижала нож к горлу Слепого Майкла. Пламя лизнуло мою щеку, наполняя воздух горячим запахом горелой крови, когда я протянула руку и взял нож Акации. Я чуть не выронила его, когда металл ударил меня по руке. Железо - он был сделан из железа. Неужели я действительно думала, что смогу убить одного из Перворожденных одним серебром? Это просто не вариант. Не реально.

Мой отец был человеком; я могу выдержать прикосновение железа, хотя и с трудом. Я заставила свою руку сомкнуться вокруг рукояти, глядя на Слепого Майкла сквозь тонкую дымку крови, затуманившую мои глаза. Я искала в себе ненависть, но не смогла найти. Нашла жалость и гнев, но не ненависть. Он сошел с ума. Он причинял людям боль, потому что не знал ничего лучшего; он давно не знал ничего лучшего. Освобождает ли это его от ответственности, за то что он сделал? Нет. Правильно ли я поступлю, если буду пытать его?

Нет. Не правильно.

"Извини, - сказала я. - Не могу простить тебя."
Подняла руку, соединив два ножа вместе, и вонзила их ему в горло.

Железо рассекает плоть фейри, словно это сухие листья и воздух. Вот для чего существует железо: оно убивает нас. Серебро может сделать это так же хорошо, если его использовать правильно. У Акации был железный нож, у Дэйра - серебряный, и я держала их вместе, нанося удары.

Он закричал, когда лезвия пронзили его кожу; это был высокий, детский крик, последний вздох того, кто думал, что он непобедим. Мое зрение на мгновение распалось, разделившись между сотней пар глаз, прежде чем я почувствовала, как они тоже сжимают грудь и закрывают глаза. В тот момент я была Слепым Майклом; я была сломлена; истекала кровью; умирала.

А потом не осталось ничего, кроме крови. Пошлина была уплачена — я просто не знала, кто их заплатил и было ли это сделано вовремя. Он или я? Извечный вопрос. Я рухнула на труп Слепого Майкла, закрыв глаза. На самом деле это не имело значения; он был мертв, я победила, и могу больше не бороться.

Дети больше не будут страдать из-за него. В конце концов я доказала, что являюсь истинной дочерью рода Оберона, как бы я ни пыталась это отрицать; я была героем и умирала, как герой, и это было правильно, потому что так должно было быть. Я сделала долгий, медленный вдох, расслабляясь, кровь стекала по моим щекам, словно тяжелые алые слезы.

С меня хватит.

Темнота была почти вежливой, когда пришла за мной, окутывая мой угасающий разум. У меня было время подумать, смогут ли ночные призраки найти меня в землях Слепого Майкла; там была только темнота и сладкий вкус крови.

С меня хватит.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/45774/182425

Переводчики: Vikuxa_ya