Готовый перевод Sara Shepard - Ali’s Pretty Little Lies (Pretty Little Liars' special) / Сара Шепард - Милая ложь Эли (Предыстория 'Милых обманщиц'): SWITCHEROO

РЕЗКАЯ ПЕРЕМЕНА

Жили-были две одинаковые близняшки - Элисон и Кортни. Идентичные во всех отношениях: блондинки с длинными волосами, огромными светло-голубыми круглыми глазами, личиками в форме сердечек и обаятельными улыбками, от которых таяли сердца.

В 6-летнем возрасте они нарезали круги на сочетающихся по цвету сиреневых велосипедах у своего дома в Стэмфорде, штат Коннектикут, и распевая “Frère Jacques” (прим. "Братец Якоб" - популярная французская детская песенка).

В 7 они вместе залезали на горку для больших девочек и скатывались, крепко держась за руки.

И хотя родители выделили им по спальне (у каждой над кроватью был балдахин, как у принцесс), но частенько заставали их спящими в обнимку на одном матраце для близнецов. Все объясняли это непередаваемой связью двойняшек. Девочки пообещали друг другу навсегда остаться лучшими подругами.

Но обещания ежедневно нарушают.

Во 2 классе всё стало меняться. Началось это с мелочей: неодобрительные взгляды, одна пихнула другую, та возмущённо вздохнула. Потом Кортни пришла на Элино субботнее занятие по искусству, настаивая на том, что она - Эли. Кортни села за парту сестры, когда той нездоровилось.

Кортни представлялась Эли в разговоре с доставщиком, новыми соседями с щенком, а также старой аптекаршей. Может, она притворялась сестрой, потому что Эли сияла чуть ярче, что нельзя было не заметить. Возможно, в Кортни проснулась зависть. А может, у Кортни не было другого выбора.

"Эли меня заставила, - сказала Кортни родителям, когда её поймали на лжи. - Она сказала, что если я не притворюсь ею на день, со мной и вами произойдёт что-то ужасное, со всеми нами". Но когда они спросили Эли, та лишь выпучила глаза. "Я бы никогда ей такого не сказала, - простодушно ответила она. Я люблю и сестру, и вас".

Кортни и Эли вдруг стали кричать друг на друга на игровой площадке. Однажды во время обеда Кортни заперла Эли в ванной и не выпускала. Обеспокоенные учителя вызывали родителей девочек. Соседи стали подзывать детей к себе, когда на горизонте появлялась Кортни, из страха, что им она тоже навредит.

Последней каплей стал во всех отношениях идеальный весенний денёк, когда родители застали Кортни сидящей на сестре и душащей её. Вызвали врачей. Психиатры изучили обеих девочек. Эли сохраняла самообладание, а вот Кортни впала в панику. "Она первая начала, - настаивала девочка. - Она мне угрожала. Она хочет, чтобы меня не было".

"Параноидная шизофрения, - произнесли доктора замогильным голосом.

Излечение возможно, но потребует большого труда". Однако окончательное решение приняла Эли - со слезами на глазах она сказала, что сестра должна ехать.

Далее они определились с клиникой. И Кортни уехала: прочь от семьи, от всего, что знала. Родители убеждали, что она вернётся домой, как только ей станет лучше, но шли недели, месяцы. О Кортни вдруг словно . . . забыли.

Порой семья напоминает кукурузный початок: снаружи выглядит идеально, а очистив видишь гнилые зёрна. В случае ДиЛаурентисов, девочка, которая считалась жертвой, может запросто оказаться мучительницей. Что если отослать Кортни - часть гениального плана Эли.

И может быть, просто может быть, Кортни лишь желала того, что по праву заслужила - счастливую жизнь.

В конце концов, это Розвуд—и это самые загадочные близняшки Розвуда. А как вы знаете, в Розвуде всё и всегда не так, как кажется на первый взгляд.

Первое, что услышала Кортни ДиЛаурентис, проснувшись в то утро перемен - тиканье настенных часов. Они столь бесхитростно намекнули ей, что время не стоит на месте, всё когда-нибудь закончится.

Она оглядела незнакомую спальню. Родители покинули Стэмфорд несколько лет назад, чтобы перестать стыдиться того, что упекли родную дочь в психушку.

Они переехали в Розвуд, штат Пенсильвания, несметно богатый городок в 20 милях от Филадельфии, где даже собаки носили ошейники от Шанель. А раз ДиЛаурентисы там никого не знали, то и не пришлось рассказывать о чокнувшейся дочурке из лечебницы. Они даже сменили фамилию: Дэй-ДиЛаурентис сократили до просто ДиЛаурентис, надеясь, что это убережёт их от любопытных соседей из Коннектикута.

Гостевая, в которой остановилась Кортни, пахла нафталином, в ней стояла двухъярусная кровать со старым клетчатым стёганым ватным одеялом, плетёный комод выглядел слишком убого даже для палаты психушки, а на маленькой книжной полке со сколами располагались кулинарные журналы и коробки с подписями "НАЛОГИ" и "ОТЧЁТЫ". Шкаф был забит новогодними украшениями, шерстяными пледами, которые связала бабушка, и ужасными свитерами, носить которые было немыслимо. Другими словами, комната была наполнена всем, что семья хотела забыть—включая Кортни.

Кортни отшвырнула декоративную занавеску и вышла в коридор.

Огромный дом в Викторианском стиле был спланирован так, что с верхнего этажа открывался вид на большую комнату, это позволяло Кортни наблюдать за тем, что происходит в кухне. Старший брат склонился над столом с миской хлопьев Frosted Flakes. Сестра крутилась около стола. Прекрасные белокурые волосы Эли мягкими волнами спускались по спине, а розовая футболка только подчеркивала идеальный цвет кожи. Она подняла стопку газет и заглянула под них. Затем открыла ящик, где хранилось столовое серебро и резко захлопнула его.

- Что такое, Элисон? - спросила миссис ДиЛаурентис, на ней было серое платье-халат от Diane von Furstenberg и туфли на высоком каблуке. Она выглядела так, словно шла на собеседование, а не везла дочь в новую психиатрическую лечебницу.

- Кольцо не могу найти, - огрызнулась Эли, открыв мусорное ведро и заглянув внутрь.

- Какое кольцо?

- Естественно, с инициалами, - Эли открыла очередной шкаф, а затем громко хлопнула дверцей. - Только его я ношу, наверное, каждый день. - Она резко обернулась и уставилась на брата. - Ты его взял?

- Зачем оно мне? - мгновенно ответил Джейсон.

- Потому что я его не могу найти, - огрызнулась Эли. - Так же, как и кусок флага, - она одарила брата язвительным взглядом.

Джейсон вытер рот салфеткой.

- Даже если бы я знал, что этот идиотский кусок у тебя, по идее его мог взять кто угодно—даже помогавшие прятать. Пункт о краже, припоминаешь?

- Может, ты взял его, чтобы кому-то отдать, - она перевела взгляд на второй этаж.

Кортни отошла от перил. Вернувшись в комнату, она открыла чемодан, украшенный цветами, который был у нее с 3 класса, и стала изучать его содержимое. Внутри была футболка, почти такого же цвета, как на Эли сегодня. Также там были джинсы цвета индиго, прямо как у Эли. Она переоделась в эту одежду.

Капсула времени была старой традицией Розвуд Дэй, частной школе Эли и Джейсона, а найти кусок флага было редкой удачей для шестиклассника. Все выходные Эли хвасталась, что нашла остатки капсулы времени—хотя именно Джейсон указал Эли, где нужно искать флаг, так что было бы не совсем справедливо утверждать, что флаг нашла именно она. Два дня назад Эли, сидя на кухне, украшала свой флаг, бросая на Кортни, смотревшую телевизор в гостиной, высокомерные взгляды. Как бы говоря Кортни: "У меня есть всё! А ты даже не можешь выйти из дома".

Но у Эли уже не было того высокомерного выражения лица, когда накануне пропал флаг. В одиночестве в своей жалкой комнатке для гостей, Кортни провела пальцами по шелковой ткани и серебряным рисункам Эли - логотип Шанель,Луи Витон, скопление камет и звезд. Кортни нарисовала маленький колодец желаний в углу, ей хотелось оставить свой след на том, что было столь важным для ее сестры. Она пообещала себе, что вернет флаг. Но Джейсон заметил, что флаг у нее, когда проходил мимо ее комнаты, он вошел и сказал:
-Ты правда хочешь, чтобы между вами стало все еще хуже?-Тогда он забрал у нее флаг, прежде чем она смогла хоть что-то ответить.

Кортни собиралась уже закрыть чемодан, когда взгляд упал на брошюры, которые лежали в отделении для документов. "Больница Эддисон-Стивенс" - гласила надпись. На титульной странице был изображен букет ирисов. Такие же цветы родители приносили на похороны бабушки.

Она открыла буклет и уставилась на первую страницу." Мы помогаем детям и подросткам эффективно развивать навыки самообладания и даем им возможность вернуть веру в себя, чтобы они могли возвратиться домой и в школу" - было написано в буклете.

Слезы подступили к ее глазам. Она находилась в больнице с девяти лет, она провела там три долгих года. И тем не менее, она привыкла к Рэдли, так же,как мышь привыкает жить в клетке, она видела столько ужасных вещей там и больше никогда бы не хотела стать свидетелем тех происшествий. С тех пор, как объявили, что больница закрывается и на ее месте будет отель люкс класса, Кортни была уверена, что семья заберет ее в Розвуд и она будет жить с ними. Когда отец забирал ее в пятницу, он так и сказал:
-Это будет пробный визит, который, возможно, превратится в нечто более постоянное.

Но по какой-то причине за 24 часа обстоятельства изменились. Прошлым вечером миссис ДиЛаурентис зашла в комнату Кортни и сказала той, чтобы она паковала свои вещи, всучив ей буклет больницы в руки.
-Мы думаем, так будет лучше для тебя,- проворковала она, поглаживая волосы дочери.

Кортни пролистала страницы брошюры, смотря на фото пациентов. Они должно быть модели - они выглядели слишком счастливыми. Она слышала ужасные вещи о той больнице от детей, которые там были. Люди называли ее"дом смерти", потому что очень много детей совершили самоубийства именно там. Другие называли ее "Башня Рапунцель" так как родители оставляли своих детей там на многие годы. Там не было ни интернета, ни телевизора, а также были запрещены телефонные звонки. Медсестры там были, как персонажи из книги Пролетая на гнездом кукушки, а доктора не испытывали муки совести, привязывая детей к кроватям, чтобы те оставались спокойными. Тем не менее родителям нравилось это заведение, ведь снаружи все выглядело красиво, а так же это больница была очень дорогим заведением, а ведь это означало, что она самая лучшая, не так ли?

Но она не собиралась отправляться туда. Всю ночь она продумывала план, как избежать поездки туда. Теперь все кусочки плана были на своих местах...все кроме удачного случая. И она надеялась, что он очень скоро подвернется. Через 45 минут родители должны были отвезти ее.

Она засунула брошюру клиники в чемодан с вещами, а сам чемодан оставила наверху у лестницы. Затем она спустилась вниз. Что-то привлекло ее внимание в окне. Четверо девочек стояли за кустом и о чем-то шептались. Они были того же возраста, что и Кортн,и и она могла слышать их голоса через стекло.

-Я пришла сюда первая. Флаг мой!-сказала блондинка, в юбке для игры в хоккей и белой футболке.

-Я была здесь еще до тебя,-ответила вторая девочка. Она была немного полненькой и у нее были каштановые вьющиеся волосы. -Я видела, как ты вышла из дома пару минут назад.

Третья девушка топнула ножкой, на которой красовался сиреневый замшевый башмачок.

- Ты тоже только что сюда пришла. Я была здесь до того, как вы обе сюда пришли.

Кортни пробежалась языком по зубам. Они тут ради флага Эли?

Девочки посмотрели на ту, которая выходила из соседней двери, это должно быть Спенсер Хастингс. Миссис ДиЛаурентис упоминала о ней в пятницу за ужином, а мистер ДиЛаурентис состроил кислую мину. Он сказал, что родители Спенсер такие показушники, постройка третьего дополнения к их дому, превратило хороший сарай в шикарные аппартаменты для старшей дочери. Как будто спальни недостаточно?

-Ты видишь их?- Кортни спросила Эли, которая стояла у стойки, нервно листая журнал и с наушниками в ушах.

Джейсон ушёл, а родители, судя по доносящимся звукам, всё ещё одевались на втором этаже.

Эли вскинула голову и сорвала наушники.
- А?

- К тебе пришли какие-то девочки. Одна из них живёт в соседнем доме.

- Она на заднем дворе? - Эли казалась раздражённой, подходя к окну. Выглянув, она нахмурилась. - Спенсер не видно. Слава Богу.

- Ты с ней не дружишь?

Эли фыркнула.
- Нет. Она стерва.

"А ты нет?" - подумала Кортни.

Эли резко обернулась к сестре, как будто та сказала это вслух. Её губы расплылись в неприятной улыбке.
- Милая рубашка. Вот только где-то я такую уже видела.

Кортни выхватила из корзинки банан.
- Мне цвет понравился.

- Ну, конечно, - Эли неспешно подошла к стойке и взяла из открытой коробки пончик.

- Осторожней, - приблизилась к ней Кортни. - От пончиков толстеют.

Конфитюр капнул Эли на подбородок.
- Как и от еды психлечебниц, чиканушка.

Кортни вздрогнула.

Она не чиканушка, и Эли это известно.
- Не надо так.

- "Не надо так", - передразнила Эли, скорчив гримасу.

У Кортни засосало под ложечкой. Пародируя её, Эли всегда говорила гнусавым голосом зомби.
- Прекрати, - резко сказала она.

- Прекрати, - спародировала Эли.

Кортни почувствовала, как внутри все начинает пылать гневом, однажды этот огонь уже доставил ей много неприятностей. Хотя на и прилагала все усилия, чтобы подавить это чувство, все же оно вырвалось наружу.
- Знаешь что?- вскрикнула она. - У меня твой флаг из капсулы времени.

Глаза Эли расширились.
- Я так и знала. Верни.

-Его больше нет.-ответила Кортни. -Я отдала его Джейсону. А он не хочет его возвращать тебе.-Это было не совсем правдой, но это версия звучала намного лучше.

Эли сердито посмотрел на Джейсона, который только что вновь появился в дверях.
- Это правда? Ты знал, что мой флаг у нее?

Джейсон перевел взгляд с одной сестры на другую, он отметил, что они одинаково одеты.
- Ну, да Эли, но...

Эли заметила что-то у Джейсона в кармане, оттуда выглядывал блестящий кусочек синей ткани. Она наполовину вытянула его, ее глаза расширились, когда она заметила колодец желаний, между лягушкой и словом "удивительно", написанного округлыми буквами. Она перевела взгляд на Кортни
- Это ты нарисовала это?

Джейсон забрал у Эли флаг и засунул обратно в карман.
- Эли, да ладно тебе.

Эли расправила плечи.
- Ты всегда на её стороне!

- Я ни на чьей стороне, - сказал Джейсон.

- Нет, на её! - Эли сердито посмотрела на Кортни. - Слава богу, я сказала маме, что ты угрожала мне прошлой ночью. Знаешь, ведь именно поэтому они везут тебя в "Заповедник".

Глаза Кортни расширились.
- Я ничего не делала!

Эли опустила подбородок.
- Может, делала. А может, и не делала. В любом случае, тебе здесь не рады, сучка.

- Хватит, Эли! - крикнул Джейсон.

- "Хватит!" - насмешливо спародировала Эли. Уходя, она толкнула его. Джейсон отлетел в сторону и врезался в кованую книжную полку.

Все зашаталось, а блюдо с видом Нью Йорка вот-вот должно было упасть. Джейсон бросился вперед, но было поздно. Тарелка разбилась о деревянный пол.

Наступила оглушающая тишина.

Джейсон пристально посмотрел на Кортни, замершую в углу.

- Зачем ты с ней связываешься? - прошипел он.

- Я не могла ничего поделать, - тихо сказала Кортни.

- Нет, могла, - сказал Джейсон. А затем, разочарованно застонав, он толкнул заднюю дверь.

У Кортни внутри всё перевернулось.
- Джейсон, подожди! - пронзительно закричала она, подбегая к окну. Джейсон был её единственным союзником—нельзя позволить ему злиться на неё. Но когда она выглянула в окно, Джейсон уже скрылся из виду. А вот 4 девочки по-прежнему нерешительно толклись у кустов.

Она глянула через плечо на кухню. Осколки блюда "New York City" были разбросаны по всему полу.

Совсем скоро ее мать вернется и обнаружит беспорядок. Она позовет 2 своих дочерей, чтобы узнать, что произошло. Одна спуститься по лестнице. А что если вторая дочь будет на улице, разговаривать с девочками со школы? На улице не может быть Кортни, она же никого не знает и более того, ей запрещено выходить из дома.

Вот она. Возможность. Если сейчас выйти, родители решат, что она - Эли, а не Кортни. Она впервые притворится сестрой без подачи Эли.

Во-первых, сказала она себе, нужно вести себя как она. Иначе никто не поверит. Поэтому она закрыла глаза и приняла типичную позу сестры. Красивая стерва. Королева школы, манипулирующая людьми и разрушившая её жизнь.

Кожу стало покалывать.

Это было не так уж и сложно: Кортни была королевой среди популярных девушек в Рэдли, забив лучший стол в комнате отдыха, выбирая, какую программу смотреть по телевизору, занимая первое место в конкурсе талантов. И даже перед тем, как отправиться в Рэдли, дети любили ее больше,чем сестру. Люди чувствовали себя непринужденно с Кортни ; они выбрали ее первый для игры в вибивногоl , они объединялись с ней для арт-проектов , она получила больше валентинок , чем кто-либо другой в классе . Эли же, иногда, отталкивала людей. Она была слишком настойчивой. Она кричала на детей, когда взрослые не видели, обижалась, когда не получала лучший подарок от секретного Санты, а однажды ударила котенка девочки, которая та принесла на занятие Расскажи и Покажи. Да, Эли была очень красивой, даже немного красивее Кортни, но она была не самой любимой. Вот почему она так старалась убрать Кортни из картины. Она хотела быть единственной сестрой.

Кортни заметила стоящие у двери голубые босоножки на танкетке и обула их, хотя они принадлежали Эли.

Чтобы ее мать окончательно убедилась, где была она и где не было ее сестры, она разбила еще одну тарелку, которая стояла на полке. Тарелка с грохотом разлетелась на мелкие кусочки, тяжело было не заметить этот шум. Кортни открыла дверь и увидела девочек, которые пару секунд назад громко спорили, а теперь молча смотрели на нее.

По запуганным, преисполненным почтения выражениям лиц она поняла, что уже одурачила их.

Разумеется, они приняли её за Эли.

- Выходите, - крикнула она самым уверенным в себе тоном, на который только была способна.

Девочки не двигались.

- Серьезно, я знаю, что вы здесь, - сказала она. - Но если вы пришли за флагом, его уже нет. Кто-то его украл.

Спенсер первой выскочила из кустов. Остальные последовали её примеру. И всё . . . получилось. Они приняли её за Эли, задавали вопросы. Ответы столь органично вылетали у неё изо рта, словно эта роль ей идеально подходила.

Появившаяся на крыльце миссис ДиЛаурентис настороженно глянула на девочек, стоящих на заднем дворике—они точно не были подругами Эли. Но посмотрев на дочь, она ничего не заподозрила. Её тоже легко было провести. А после того, как она закрыла дверь, в течение пары минут семья оказалась в машине.

Они уехали. И всего-то.

Кортни было так радостно, волнительно и страшно, что она едва могла продолжать вести себя равнодушно при разговоре с девочками. Было такое чувство, что она сейчас взорвётся. Ей хотелось крепко обнять каждое дерево заднего дворика.

К тому моменту, как Кортни вернулась в дом, она чувствовала себя так, словно только что сбегала до Рэдли и обратно. Несмотря на лёгкость в голове, было трудно шевелить конечностями. Она осмотрелась на кухне. На полу по-прежнему были разбросаны осколки посуды. Ваза тоже была опрокинута.

Казалось, по тихому дому эхом разносятся призрачные звуки и голоса, совсем недавно звучавшие здесь.

Неистовые, отчаянные крики.

Принуждение сесть в машину, обернувшееся дракой.

Уверения в том, что они перепутали близняшек.

В доме было тихо, слышны были лишь шаги Кортни, обутой в босоножки своей сестры.

Её план сработал. Но внезапно её охватила паника. Теперь ей придётся продолжать в том же духе.

Нельзя позволить окружающим догадаться, что в "Заповеднике" не та девочка. Ей нужно придумать способ, как остаться дома навсегда.

Она побежала наверх, в комнату сестры, перепрыгивая через ступеньки.

Кортни пробежалась глазами по черно-белому покрывалу на кровати, вырезкам из журналов и фотографиям друзей Элли, которые весели на стенах, встроенному шкафу, полному одежды. Она бросилась к кровати Элли и засунула руку под матрац. Дневник ее сестры так же как и вчера был там. Она села и начала читать с того места, на котором остановилась.

Но когда она дочитала до конца ее желудок сжался от страха. В дневнике были записи только о Наоми Зейглер и Райли Вульф, а из этого следовала, что у девушек были свои шутки, которых никто кроме них не смог бы понять и конечно же секреты, которые Кортни никак не могла знать.Было ясно, что она не могла продолжать дружить с Наоми и Райли, ей необходимо поссориться с ними и найти новых друзей, вот только кто подойдет на эту роль?

И тут она вспомнила о тех четырех девочках, которые были сегодня в их дворе. Спенсер, Ария, Эмили и та, которая была полненькой. Она схватила выпускной альбом Элли с пятого класса и пролистала страницы. Ханна - вот как ее звали. Ни одна из них не подписала альбом, ни с одной из них Элли не была хорошо знакома. Отлично.

Раздался хлопок.

Она вздрогнула и засунула дневник обратно под матрац. Прошел всего лишь час. Они уже вернулись? Неужели они все узнали?

Она выглянула в центральное окно. У обочины стояла чёрная машина с работающим двигателем, но водителя было не разглядеть.

Послышались шаги, затем скрипнула ступенька.

Она замерла, в то время как кто-то не спеша шел по коридору. В дверном проеме возник человек и Кортни чуть не закричала.

Джейсон смотрел на неё с прищуром.
- Они уже забрали её?

Кортни кивнула, всё ещё не осмеливаясь вдохнуть.

Джейсон сжал губы.

- Надеюсь, теперь ты счастлива, да, Эли?

Он покачал головой и вновь зашагал к своей комнате. Дверь хлопнула так громко, что стены ходуном заходили.

Через несколько минут послышалась песня Эллиота Смитта.

Кортни провела по лицу руками. Он назвал её Эли.

Она подошла к зеркалу. На девочке в отражении были рубашка цвета фуксии и босоножки на танкетке. Блестящие волосы, лицо в форме сердечка и озорная улыбка. В следующую секунду она слегка запрокинула голову и перебросила волосы через плечо, как бы сделала Эли, и ахнула. Получилось!

Её волной окатила эйфория. Она установит в школе свои правила. Станет изумительной. Превратится в улучшенную версию Элисон ДиЛаурентис. Она же, чёрт возьми, это заслужила. А сестра? Кортни подумала о выражении лица Эли, когда родители запихнули её в машину, о жизни, которую ей придётся провести в "Заповеднике". Но что сделано, то сделано. К тому же, справедливость восторжествовала.

Она распрямила плечи, восхищённая собственным отражением.

Внезапно кое-что вспомнив, она ринулась обратно в гостевую, открыла верхний ящик уродливого бюро и вытащила серебряное кольцо, которое выкрала вчера вечером, когда Эли сняла его, чтобы помыть посуду. Кортни поднесла его к лампе. С лицевой стороны была выгравирована маленькая Э. Улыбнувшись сама себе, она надела его на указательный палец правой руки, как и носила Эли.

Затем она снова уставилась на девочку в зеркале.
- Я - Эли, - сказала она отражению. - И я изумительная.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/45892/183118

Переводчики: sme4ever, Vishenkaa