Готовый перевод Short Trips / Короткие путешествия: A Visit from Saint Nicholas

Зазвенели бокалы, и пара высокопоставленных военных пробормотали друг другу поздравления.

На стенах висел серпантин, в углу стояла пластмассовая Рождественская елка, светясь разноцветными огнями.

Бригадир решительно ходил по комнате среди сотрудников ЮНИТ, пытаясь разбавить рабочую атмосферу грубоватыми шутками.

Вечеринка была тихой и формальной, атмосфера пресной, но гости вроде бы неплохо проводили время.

Все, кроме Сары Джейн Смит.

Ей было скучно.

Она опиралась на офисный стол, теребя в руках пирожок.

- Рождество может быть таким нелепым, - с досадой прошептала она Доктору.

- Все было совсем по-другому, когда мы были детьми.

Когда я была маленькой девочкой, я с нетерпением ждала Сочельника.

Я всегда смотрела в окно перед тем, как пойти спать, надеясь увидеть оленей, летящих по небу.

А когда мы просыпались Рождественским утром, мы в спешке открывали подарки.

Сара Джейн замолчала и на мгновенье задумалась.

- Мне нравилось повторять имена оленей.

Танцор, Дикарь и...

Доктор ждал, пока она силилась вспомнить.

На ее лице отразилась досада, она прижала пальцы ко лбу.

- Я же помнила! - пожаловалась она.

Доктор развеселился.

- Сара, - прервал он ее мыслительный процесс.

- Насколько тебе нравится вечеринка Бригадира?

- Ну, она немного... скучная, - ответила она, виновато оглядываясь, на случай, если Леттбридж-Стюарт был в пределах слышимости.

- Тогда пойдем.

Я знаю, как помочь тебе вспомнить.

Клемент Кларк Мур смотрел на кровать с балдахином, на которой лежала и тихо храпела его жена Катарина.

Она пережила утомительный день, организуя слуг и детей, чтобы убедиться, что все готово к завтрашнему дню.

После более взволнованных, чем обычно, чаепития и ванны, дети повесили свои чулки над камином и помолились.

Теперь они свернулись калачиком в своих кроватях, мечтая, без сомнений, о жареном мясе и сладких пудингах.

Слуг отослали в их комнаты.

Ничто не потревожит сон его жены до утра.

Было тихо.

Завернувшись в теплый халат и надев шелковый колпачок на редеющие волосы, Клемент тихо прошел в соседнюю комнату и осторожно закрыл за собой тяжелую дверь.

Он осмотрел свой рабочий кабинет.

Полки, заполненные книгами и бумагами, окружали отполированный деревянный стол и кожаное кресло.

В камине все еще тлели угли.

Угасая, огонь все еще давал комнате немного света и тепла.

Клемент зажег свечи на каминной полке.

Он со вздохом селом в знакомое кресло и постучал пальцами по кожаной поверхности стола.

Стол был огромным и изысканно аккуратным, достойным землевладельца и профессора теологии, которому он принадлежал.

Клемент гордился своими достижениями - он был успешным ученым и хорошим отцом.

Но сегодня Клемент что-то задумал и не мог заснуть прежде, чем выразит свои мысли на бумаге.

В ТАРДИС Доктор устанавливал пункт назначения.

Сара Джейн уцепилась за консоль, затем были знакомые рывок и вой, когда путешествие началось.

- Куда мы летим? - с улыбкой спросила она.

Ей нравилась непредсказуемость Доктора.

-Ну же, подскажи!

- Надеюсь, Манхэттан.

- О! Катание на коньках в Рокфеллер Центре? - попыталась угадать она.

- Или рождественские огни на Тайм Сквер?

- Не совсем... Но я думаю, тебя понравится!

Сильная дрожь, сопровождавшаяся жутким грохотом, сбила Сару с ног.

Доктор ухватился за консоль, внимательно изучая показания приборов.

Он пожал плечами и улыбнулся.

- Не о чем волноваться.

Сара Джейн вновь обрела равновесие, когда ТАРДИС перестала трястись.

Шум затих, и Доктор, совершенно не обеспокоенный, хлопотал в одном из складских помещений ТАРДИС.

Он вернулся к консоли с ворохом одежды.

- Тебе это понадобится, - сказал он, передавая Саре Джейн старомодную длинную шубу.

- Мех? - спросила она, наморщив нос.

- Часть времени, моя дорогая.

Он надел тяжелую шинель поверх своего бархатного пиджака, поправил оборки рубашки и жестом указал на выход.

- Пойдем?

Он толкнул дверь, и внутрь ворвался морозный воздух.

Без предупреждения из глубины ТАРДИС вновь раздался оглушительный грохот.

- Какие-то проблемы? - спросила Сара Джейн.

- Мы сможем вернуться обратно?

- Да, конечно. Так или иначе...

Сара Джейн привыкла к странностям Доктора и его машины, так что она не слишком волновалась.

Отчаянно желая увидеть Нью Йорк, она выглянула из-за него, ожидая яркие огни и шум Большого Яблока.

От удивления она открыла рот.

Вместо ожидаемого городского пейзажа, ТАРДИС приземлилась на краю заснеженного просторной заснеженной лужайки, высокими и тонкими голыми вязами.

С другой стороны от лужайки стоял трехэтажный особняк в колониальном стиле.

Дорога дугой проходила через лужайку к боку дома, а ступени шли от террасы к галерее с впечатляющими двойными входными дверями.

Полная луна освещала блистающий белизной пейзаж.

Эту сцену застилала мягкая тишина.

Идеальное воплощение традиционной иллюстрации из рождественской книжки.

Сара Джейн вышла из ТАРДИС и ступила на нетронутый снег.

- Сюда, - поторопил Доктор, взяв ее за руку.

- Я думаю, мы как раз вовремя!

Клемент открыл ящик стола и достал оттуда перо и чистый лист бумаги.

Окунув перо в чернильницу, он поставил дату во главе листа, 24 декабря 1822 года и аккуратно написал заголовок
"Заметки для новой работы над греческим словарем"

Он потянулся за томиком древнегреческой поэзии и пролистал страницы.

Найдя нужную ссылку, Клемент поерзал на кресле, устраиваясь поудобнее.

Он поднес перо к бумаге, но не мог придумать, с чего начать.

Его разум начал блуждать.

Как правильно подойти к его теории?

Несколько минут он смотрел на лист бумаги, потом опять в книгу.

Бесполезно - пустая страница вызывала тревогу.

Чувствуя усталость и отсутствие вдохновения, Клемент решил все-таки пойти спать.

Он продолжит тогда, когда сможет собраться, возможно, после праздников.

Клемент осторожно вернулся в спальню, снял халат и забрался под теплое одеяло.

Удовлетворенно вздохнув, он как раз собирался повернуться на бок и уснуть, когда на лужайке за окном вдруг раздался жуткий грохот.

- Что! - воскликнул он, приподнявшись на кровати.

Обернувшись на Катарину, не желая разбудить ее, он вскочил с кровати.

Она не шелохнулась.

Клемент бросился в свой кабинет и, с колотящимся сердцем, распахнул ставни и выглянул в окно.

Он ничего не мог разглядеть через толстое стекло.

Он подождал.

Прошла минута, вновь раздался гром - и на этот раз кто-то разговаривал.

Открыв створки, Клемент высунулся из окна.

- Кто там? - крикнул он, стараясь быть как можно тише.

Но теперь все было тихо.

Лужайка перед поместьем была залита лунным светом, выпавший снег светился так ярко, что было светло почти как днем.

Высунувшись дальше из окна и почувствовав мороз североамериканской зимы на своем лице, Клемент взглянул налево и направо, всматриваясь в деревья по краям парка.

Он ничего не увидел и собирался вернуться в теплый кабинет, когда произошло невероятное.

В центре лужайки приземлились миниатюрные сани, запряженные маленькими оленями.

В санях сидел невысокий старичок.

На заснеженной лужайке Клемента, Сара Джейн Смит топала ногами, пытаясь согреться.

Река Гудзон протекала неподалеку, и ее щеки занемели от ледяного ветра.

Закутавшись поглубже в шубу, она нетерпеливо вздохнула.

- Доктор, ты не собираешься рассказать, что мы здесь делаем?- прошипела она.

- Тут красиво, но очень холодно!

Когда ты сказал, что мы проведем Рождество на Манхэттане, я подумала не об этом.

Сара Джейн с тоской посмотрела на ТАРДИС, стоявшую под голыми ветвями высокого вяза.

Мягкое свечение ее окон отражалось от снежного окружения.

По крайней мере, там было тепло, подумала она, в рабочем ТАРДИС состоянии или нет.

И тут она услышала шум, звон колокольчиков высоко над ней.

Клемент на мгновение закрыл глаза и открыл снова.

Теперь старичок быстро размахивая вожжами, взывал к своей упряжке хрипловатым голосом: " Эй, Быстрый! Танцор!
Эй, Дикарь! Эй, Скакун! Комета! Амур! Эй, Гроза и Тайфун! Живей на крыльцо! А теперь к чердаку! Наддайте! Гоните на полном скаку!"

Сверкнув крошечными копытами, олени вновь взлетели в воздух.

Клемент моргнул и сосчитал их, пока они исчезали из поля зрения - точно, восемь.

Он рывком закрыл окно и потряс головой.

Он был рациональным человеком, но ничуть не сомневался в том, чему только что стал свидетелем.

С мальчишеским волнением, Клемент почувствовал трепет и то, как его лицо расплылось в улыбке.

Вот это приключение!

Он услышал топот и скрип на крыше.

Руководствуясь инстинктом, он пробежал через спальню, мимо спящей жены, и бросился по длинному коридору к детской.

Позже он понял, как удивительно, что он достиг такой скорости - в его-то годы!

Он резко остановился у дверей детской и прислушался.

Осмелившись чуть-чуть приоткрыть дверь, он заглянул в пустую комнату.

Лунный свет лился сквозь открытые окна, играя на полу детской и освещая красочные ковры и коробки с игрушками.

Из детской в спальню младшей дочери, где спали она и ее няня, вела дверь, но было тихо.

Потревожить не смеет даже юркая мышь...

Растерявшись, Клемент начал колебаться и сомневаться в себе.

Затем у камина раздался тихий стук.

Клемент пристально разглядывал пухлого человечка, стоявшего перед ним.

Он был похож на веселого старого эльфа, подумал Клемент.

Человек был с ног до головы одет в меха, куртку и сапоги покрывали пятна сажи.

Его глаза мерцали, на круглых красных щеках были ямочки.

Его вздернутый нос был красным, как вишня, забавный рот улыбался.

В зубах зажата трубка, которой он периодически пыхтел.

Толстая, длинная, белая борода струилась по бочкообразному животу, и, самое главное, за спиной у него был тяжелый мешок, набитый с горкой книгами, играми, игрушками, фруктами, коробками с орехами и веточками падуба.

Пухлый человечек посмотрел прямо на Клемента и одарил его широкой улыбкой, переросшей в смех, от которого его круглый живот затрясся как желе.

Клемент не смог не рассмеяться в ответ.

Двое мужчин ничего не сказали друг другу, но незнакомец подмигнул Клементу и кивнул, подтверждая, что бояться нечего.

Без дальнейших промедлений, маленький человек принялся за работу.

Он наполнил все чулки над камином, включая те, что принадлежали родителям.

Тряпичная кукла для младшей девочки, игрушечная труба для младшего мальчика...

В каждый чулок он насыпал горсть орехов и положил блестящую новую монетку.

После того, как он положил последний подарок, мужчина резко повернулся к тому месту, где, как вкопанный, застыл Клемент.

Он постучал пальцем по носу и кивнул, прежде чем войти в камин и исчезнуть в печной трубе.

На секунду Клемент застыл без движения, изумленный увиденным.

Вернувшись к жизни, он галопом бросился назад в спальню.

Пробежав мимо Катарины, он метнулся в свой кабинет и снова открыл окно.

Он услышал тихий свист и то, как хриплый голос произнес: "Всем счастливого Рождества и доброй ночи!"

Клемент нехотя закрыл окно и опустился в мягкое кожаное кресло.

Он сидел так около часа, покачивая головой и по-детски улыбаясь.

Постепенно очнувшись от задумчивости, он взял лист со стола и взглянул на написанное.

Заметки для новой работы над греческим словарем, ну да, конечно!

Клемент усмехнулся про себя.

Чувствуя вдохновение и мальчишеский энтузиазм, он оттолкнул лист в сторону, взял новый из ящика стола и начал заново.

Канун Рождества, 1822 год

Рождество на пороге. Полночную тишь

потревожить не смеет даже юркая мышь...

И он продолжал писать.

Замерзая на лужайке, Сара в недоумении смотрела на заснеженную крышу.

- Ага, вот и он. - сказал Доктор.

- В карманах шубы ты найдешь пару морковок, Сара Джейн.

Точнее, восемь.

Они тебя понадобятся.

И Сара вдруг поняла почему.

Доктор шагнул вперед, поднимая руку в приветственном жесте, когда восемь небольших оленей аккуратно, как снежинки, приземлились на лужайку перед ними, из их ноздрей шел пар.

- Привет, старина! Сто лет не виделись, - рассмеялся Доктор, в то время как Святой Николай соскочил с саней и похлопал его по спине.

Доктор выудил из кармана серебряную фляжку и предложил ее другу.

- Это моя подруга, Сара Джейн Смит.

Кажется, она хотела познакомиться с твоими оленями...

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/46258/189820

Переводчики: shadowcat93