Готовый перевод Remember11 - age of infinity / Remember11 - эра бесконечности: Пролог

Я чайка.

私はカモメ

Так сказала первая побывавшая в космосе женщина, Валентина Терешкова,

Совсем одна на борту советского корабля Восток-6, плывущему по космическому пространству, такому холодному и пустому миру...

Как же ей, должно быть, было одиноко...

И всё же она смогла найти в этом одиночестве окрыляющее чувство свободы от всего сущего и выразить его, сравнив себя с чайкой.

"Я чайка"... такие красивые слова.

Сама я и близко ничего умного придумать бы не смогла.

Я попыталась бы сказать что-то ироничное, например "Я отчаялась". Хотя, можно ли это назвать иронией?

Быть запертой в крохотной металлической клетке не сахар, знаете ли.

А я сейчас там, где раньше полагали, рай находится.

На высоте 33 000 футов...

？？「Прямо за тобой сидит кто?」

Я понимаю, что больше ничего не вижу.

Кто-то, сидящий позади меня, прикрыл мои глаза ладошками.

？？「Прямо за тобой сидит кто?」

Кокоро: .......

？？「Прямо за тобой сидит кто?」

Я лучше...

Уберу чужие руки.

Скажу "Ангел?"

Удивлённо скажу "Ну и кто же"?

Быстрым движением, я стряхиваю руки с моих глаз.

Мальчик: Ну что ты такая скучная?～.

Мальчик: Чего грустишь, сестрёнка?

Если бы я имела счастье видеться с этим мальчиком, я бы его запомнила.

И его широкую улыбку.

Кокоро: Эээ... кто же ты?

Мальчик: Ха, вот для этого я и затеял игру.

Кокоро: Игру?

Мальчик: "Ты не знаешь игру про чайку?"

Кокоро: Может быть и знаю, всё же...

Мальчик: А здесь кто-то сидит?

Он потрепал своей рукой макушку несуществующего пассажира, который должен был сидеть справа от меня.

Мальчик: Нет никого, что ли?

Мальчик: И вряд ли появится...

Мальчик: Не скоро, по крайней мере.

Сказав это, он начал любоваться облаками из иллюминатора.

Мальчик: Не раньше, чем мы сойдём, не так ли?

Мальчик: Мы же в небе над Японией, так ведь?

Кокоро: Ну да...

Мальчик: Где бы мы не были: высоко ли в воздухе, глубоко ли под водой,

Мальчик: Наши встречи неслучайны... так ведь говорят?

Кокоро: Неслучайные встречи?

Мальчик перебрался через спинку сидения на ряд вперёд. Теперь он сидит напротив.

Мальчик: Приятно познакомиться.

Мальчик: Меня зовут Кусуда Юни.

Мне 11 лет, день рождения: 19 октября, под знаком весов.

Мальчик: С четвёртой группой крови.

Мальчик: Не знаю за дело ли, но мне говорят, что я странный.

Юни: Я люблю есть жаренных улиток, запечённых в масле с грибами, а вот всё, что содержит кондитерский крем терпеть не могу.

Юни: А как ты, Сестрёнка?

Кокоро: Ну, я...

Сражённая его напором, я могу сразу придумать, что ответить.

И этот Юни, без тени смущения, пересел вплотную ко мне.

Ну, "братик"...

Я далеко не так проста, как ты думаешь...

Юни: Что не так?

Юни наклонил голову.

Я перевожу свой взгляд на воздух позади него.

И любуюсь морем облаков, миром безграничной свободы...

Кокоро: Хммм~ Надо подумать~

Кокоро: Мы же над облаками, правда? Так, может быть, со мной играет ангелочек?

??: Боже, что я слышу?! Прямо как шутки моего дедушки...

??: Такие же унылые~

Сказал он звонко.

Как только он убрал свои ручки, я быстро оглянулась.

Мальчик: Хихихи...

Мальчик: Вот он я!

Если бы я встречалась с этим мальчиком раньше, я бы запомнила.

Он склонился над спинкой кресла с такой непосредственной улыбкой...

Кокоро: Прости, сестрёнка немного занята сейчас.

Кокоро: Я понимаю, как тебе скучно, но если ты хочешь поиграть, поиграй лучше со своей мамой.

Мальчик: С мамой? Но мамы здесь нет.

Кокоро: Ну тогда может с папой? Где он сидит?

Не говоря ни слова, мальчик помотал головой.

Кокоро: Как странно... Так значит... ты летишь совсем один?

Он закивал в ответ.

Кокоро: Ты ведь еще в школе учишься?

Мальчик: Ну да.

Кокоро: Даа~ Такой юный и уже путешествуешь. Это так круто!

Мальчик: Не так уж это и круто~

Он явно польщён, хоть и старается это скрыть.

Такой непосредственный.

Если бы не его острый язычок, я была бы очарована его детской непосредственностью.

Ну а теперь я сомневаюсь, что эта очаровательная греческая улыбка - его истинное лицо. Может быть, это только прикрытие его вредной сущности.

Хотя любой человек моего возраста не сможет определить, играет ли ребёнок, или искренен.

Впрочем, как и любой человек, испытавший и радости, и горести сего мира, я хочу видеть в этой непонятной улыбке то, чего мне так не хватает.

Кокоро: Так сколько же тебе лет?

Что-то я стала чересчур общительной.

Мальчик: 11... это пятое простое число!

Простое число?

Как студентка гуманитарных наук, я не очень часто слышу о таких понятиях.

Но определение помню со школы.

Это положительное число, которое делится на себя и на единицу. Но единица простым числом не является.

Мальчик: Мне нравятся простые числа.

Мальчик: Потому что у них только два делителя.

Мальчик: Не один, не три... а два...

Сказал он, как всегда, широко улыбаясь.

Я жалею, что уже потеряла способность так льстиво и заразительно улыбаться.

Вообще-то, мои исследования не связаны ни с делителями, ни с простыми числами. Они находятся на грани социологии и психиатрии.

Мальчик: А твой, сестрёнка, возраст ведь не простое число?

Сказал он ни с того, ни с сего.

Мальчик: Сестрёнке ведь двадцать лет?

Кокоро: Ого. Как ты догадался?

Мальчик: Хаха~, вот ЭТО круто~

Он наклонил голову вперед так, что его улыбка стала казаться вредной.

Юни: Меня зовут Кусуда Юни.

Юни: Будем знакомы, ладно?

Он протянул мне свою ладонь через спинку кресла.

Я взяла её.

Не привыкла я к таким жестам.

Но в этот раз, его маленькая легла удивительно легко, как, наконец, нашедший свое место потерянный фрагмент головоломки.

Кокоро: И кто же это?

??: Ну так кто же?

Кокоро: Вот я об этом и думаю.

??: И как ты думаешь, кто это?

Не думаю, что кто-то из моих знакомых есть в самолёте. Я села на него одна.

Так что, у меня нет ни малейшей зацепки.

Но голос выдаёт мальчика предподросткового возраста.

И ладошки, закрывшие мои глаза удивительно маленькие.

Кокоро: Всё без толку... Я сдаюсь, сдаюсь!

Я игриво подняла руки вверх.

??: Ты точно сдаёшься?

Кокоро: Угу.

?? Ну что же... Тогда я скажу!

??: Правильный ответ...

Юни: Кусуда Юни!

Как я и думала, оглянувшись, я увидела, мальчика, по виду, ученика начальной школы.

Он склонился над спинкой кресла, так непосредственной улыбаясь...

Кусуда Юни, значит... Не помню никого с таким именем, да и лицо бы я запомнила.

Кокоро: Приятно познакомиться, Юни.

Кокоро: У тебя красивое имя.

Спасибо.

А моим старшим друзьям оно не нравится. Они дразнят меня Юной Посудой.

Его застенчивая улыбка была дружелюбной и очаровательной.

Юни: Эй, сестричка? Можно я сяду рядом с тобой?

Здесь ведь не занято?

Я глянула на свои наручные часы.

До прибытия ещё далеко. Это будет долгое путешествие.

Кокоро: Присаживайся.

Я похлопала рукой по сиденью у окна...

Мальчик по имени Юни плюхнулся на сиденье так быстро. будто бы кресло могло от него убежать.

Кокоро: Знаешь, кое что из твоих слов мне непонятно... можно, я уточню?

Мальчик: Что именно?

Кокоро: Когда ты пел песню Кагоме, я услышала "Ёаке но бан" - "Рассветом освещенный вечер"

Кокоро: Если я правильно помню, будет правильнее "Цукио но бан" - "Лунным светом освещенный вечер"...

Юни: Освещённый лунным светом?

Кокоро: Правильно. Потому что фраза "Рассветом освещенный вечер" почти не имеет смысла.

Кокоро: На нашей планете, солнце поднимается на востоке, а вечером садится на западе... Ведь так?

Юни: Так ты пела эту песню, когда была маленькой?

Я пела "Рассветом освещённый вечер".

Я пела "Лунным светом освещённый вечер."

Я не пела эту песню, когда была маленькой.

Кокоро: Нет... вообще-то, я тоже пела её "Рассветом освещенный вечер".

Так почему ты думаешь, что "Лунным светом освещенный вечер" лучше?

Кокоро: Хммм, просто так было написано в книге, которую я читала очень давно...

Юни: Ага!

Я утвердительно кивнула.

Кокоро: На самом деле, я раньше не играла в эту игру с ладошками.

Кокоро: А, может быть, просто не помню.

Кокоро: Я на самом деле не помню многих вещей о времени, когда я была маленькой...

Юни: Так почему ты думаешь, что "Лунным светом освещенный" лучше?

Кокоро: Хммм, просто так было написано в рассказе, который я читала очень давно...

Юни: Хммм...

Юни: Но мне кажется, что "освещённый рассветом вечер" намного лучше.

Сказал Юни, сложив руки на коленях.

Юни: Кроме того, следующие строки: "Цуру то каме" - "Журавль и черепаха", "Усиро но сёомен" - "Прямо за тобой", верно?

Юни: "Рассвет" и "Вечер".

Юни: "Журавль" и "Черепаха".

Юни: "Прямо" и "За тобой".

Юни: Это всё противоположности.

Юни: Свет и тьма, инь и ян, мужское и женское, комплексные и обычные числа...

Юни: Целый мир сделан из элементов, которые противопоставлены друг другу, но.друг без друга существовать не могут.

Юни: Я думаю, в этом скрытый смысл песни Кагоме.

Юни: Вот поэтому "рассветом освещённый вечер" намного лучше подходит, чем "лунным светом освещённый вечер".

Кокоро: Таак~, теперь всё ясно~

Тихо застонать - вот всё, что мне оставалось.

Юни: Всё это говорит о том, что мой вариант правильный.

Юни: В этой песне вообще много мистического.

Кокоро: И что же там такого мистического?

Юни: Так... сейчас...

Юни: Например, что значит "кагоме"?

Как правильно трактовать символ "птица в клетке"?

Юни: Почему журавль и черепаха скользят. И по чему они скользят?

Юни: И это...

"Прямо за тобой -- кто?"

Пробормотав эту фразу, Юни снял очки.

И закрыы руками свои глаза, отвернулся.

Юни: Прямо сейчас я совсем ничего не вижу.

Юни: Другими словами, я не получаю те восемьдесят процентов информации о мире, за который отвечает зрение.

Юни: И хотя я сейчас получаю остальные двадцать, которые предоставляют мне остальные чувства.

Юни: Восполнить потерю восьмидесяти процентов я не могу.

Юни: Поэтому для меня остается тайной что делает позади меня моя сестрёнка, и какое у неё выражение её лица.

Юни: Сейчас, я даже не уверен, существует ли сестрёнка.

Юни: По крайней мере, пока я не открою свои глаза и не повернусь.

Но не только Юни не мог видеть моего лица, Я тоже не способна увидеть его лицо.

Только его спину.

Такую крохотную...

Кокоро: И сколько же тебе лет?

Спросила я его после небольшой паузы.

Юни 11.

Юни повернулся ко мне, но свои глаза он оставил закрытыми.

Затем, он стал смотреть на меня сквозь щели в пальцах.

Юни: Слава Богу...

Юни: ... ты всё еще здесь!

Его щёки поднялись в улыбке и он засмеялся.

Неподражаемым смехом одиннадцатилетнего.

Если прислушаюсь, услышу звук метели.

Идущий снаружи снег замёл все следы.

Задержав дыхание, направляюсь к большим железным воротам.

И вижу мигающий в темноте рядом с дверью красный огонек.

Теперь понятно, где находится управляющее замком устройство считывания карт.

Этот предательский красный огонёк выдал его местоположение.

Опустив руку в карман, я нахожу свой ключ-карту.

ＳＡＴＯＲＵ　ＹＵＫＩＤＯＨ

１３３１　２２２３　９８０１

Провожу пальцами по выгравированной надписи.

Юкидо Сатору...

Вот моё имя...

Как же оно мне нравится...

Переворачиваю карту пальцами.

вставляю её в слот и провожу.

Зажегся зелёный огонёк.

Дверь открывается с протяжным скрипом.

Оставив её открытой, делаю шаг в кромешную тьму, будто нарисованную кем-то.

Юни: Кокороночке ведь двадцать?

Сказал Юни ни с того ни с сего.

Я сказала ему своё имя "Фуюкава Кокоро", потому что мне не совсем нравится, когда меня называют сестрёнкой.

Тем не менее, ничего, что могло выдать мой возраст, я не сказала.

Кокоро: К-как ты узнал?

Юни: Хехе~, это круто?

Кокоро: Да. И как ты догадался?

Юни уселся на соседнее сиденье.

Юни: Хаха~, круто, правда?

Кокороночке ведь правда двадцать?

Сказал он, сразу после того, как я представила себя.

Я сказала ему своё имя (Фуюкава Кокоро), после небольшого разговора о цели моего путешествия.

Тем не менее, ничего, что могло подсказать ему мой возраст, я не рассказывала.

Кокоро: Как же ты узнал?

Юни: Хаха~ поражает?

Юни важно задрал нос.

Юни: Я похож га экстрасенса?

Кокоро: Xватит играть, просто скажи мнее~

Юни: Так... сейчас...

Юни: Хорошо, я скажу, после того, как ты пообещаешь выполнить мою просьбу.

Кокоро: Просьбу?

Юни: Понимаешь... У меня слабо получается так называемый "зюм".

Юни: "Зюм" - это когда повсюду слышится "зюм".

Юни: Чего?

Юни: Чего непонятного-то?

Юни: Когда самолёт начинает посадку, он быстро снижается со звуком "зюм". В это время ощущается некоторая лёгкость,.. будто бы можно подняться в воздух.

Кокоро: А, это...

Юни: Так, когда самолёт начнёт приземляться...

Посмотрев на меня как котёнок, Юни продолжил.

Юни: Ты... подержишь мою руку?

Тут я не смогла сдержаться и засмеялась.

Выражение Юни, тем не менее, оставалось серьёзным, что мне стало немного стыдно.

Всё-таки, несмотря на мудрые не по годам слова, внутри он остаётся ребенком.

Кокоро: Хорошо, теперь расскажи мне, как ты догадался.

Юни: Точно подержишь?!

Кокоро: Но помни, не так много мальчиков имело право коснуться моей руки.

Кокоро: Так будь благодарен!

С моего разрешения, он прыгнул мне на руки.

Это было так привычно, что я начала думать, встречались ли в прошлой жизни...?

Боюсь подумать, что нас могло связывать...

Ну ладно...

Кокоро: Ну? И как же?

Кокоро: Ты вроде собирался рассказать мне, откуда ты узнал мой возраст?

Юни: А, да, хорошо...

Когда он сказал это, Юни потянулся так, что, его руки оказались за моей головой.

Юни: Сейчас, сейчас...

Юни: Вот что я заметил в волосах Кокороночки...

Он показал мне нечто дрожащее.

Приглядевшись, я увидела в руках Юни --

Маленькое белое пёрышко, лёгким и мягким...

Тяжело подниматься по находящейся в секции Ｒ узкой спиральной лестнице, уходящей далеко ввысь.

Такое чувство, что идешь внутри гигантской рукотворной змейке.

Змейка обвивала огромную колонну, будто бы пытаясь сломать её.

Стальные ступени издают резкий, холодный звук, когда по ним ступаешь.

И было на другой день: напал злой дух от Бога на Саула, и он бесновался в доме своем,

а Давид играл рукою своею на струнах, как и в другие дни

в руке у Саула было копье. И бросил Саул копье, подумав: пригвожду Давида к стене;

но Давид два раза уклонился от него.

Слова, вышедшие из моего рта будто бы не были моими собственными.

Будто бы какой-то дух мне их нашёптывал.

Пригвожду Давида...

В третий раз точно получится...

Вход уже близко. К счастью, этому рукотворной рукотворной змейке забыли сделать голову.

А может быть, её просто отрубили...

Едва слышен тихий звук шестерёнок.

Ратл... Ратл...

Он звучит как подготовка заклинания, которое однажды изменит мир навсегда.

Кокоро: Пёрышко?

Юни: Ага, пёрышко.

Кокоро: Оно было в моих волосах?

Юни: Да, точнее, было на затылке.

Не понимаю, откуда оно могло там появиться.

Юни: Кокороночка, ты ведь не была сегодня в душе, верно?

Кокоро: Эй, это грубовато? И вообще-то, сегодня душ я принимала.

Юни: Неправда.

Кокоро: И почему же ты думаешь, что я лгу?

Юни: Потому что у тебя глаза немного красные.

Юни: Ты ведь ещё мало спала?

Сказав это, Юни вынул из своего кармана зеркало и показал мне.

Юни: Ведь так?

Мои глаза были немного красными, как и сказал Юни.

Я правда почти не спала этой ночью.

Я готовилась к перелёту, кроме того...

Я должна собрать как можно больше информации об одной "девочке", прежде чем с ней встретиться.

Когда я наконец добралась до кровати, уже начало светать.

Кокоро: Ладно, я на самом деле не очень много спала сегодня...

Кокоро: Но как всё это связано?

Кокоро: Как мой недостаток сна связан с пёрышком? Или с моим возрастом?

Юни: Так, так, так, не торопи меня...

Юни: Я объясню всё по порядку.

Юни сложил зеркало и спрятал его в карман.

Юни: Для начала, какое сегодня число?

Юни: Точнее, какое число, какого месяца, какого года?

Кокоро: 11 Января, 11 года, вторник.

Юни: OK～

Юни: А какой день бы вчера?

Кокоро: 10 Января, понедельник... День совершенолетия?

Юни: "Угу."

Юни: А теперь, я скажу откуда у тебя пёрышко.

Пока Юни говорил, пёрышко танцевало у него в руках.

Юни: Когда девушка надевает кимоно, она обычно набрасывает шерстяную шаль на плечи.

Юни: Шали из гусиных перьев наиболее часто встречаются.

Юни: И перо, которое я держу в руках, больше всего похоже на гусиное.

Юни: Мне можно дальше не продолжать?

Кокоро: Другими словами, Это перо было в шали, которую я надела поверх кимоно на церемонию совершенолетия?

Кокоро: И как же оно прицепилось к моему затылку?

Юни: День совершенолетия - одно из самых значимых событий в жизни, и ты приглашаешь на него всех своих друзей из начальной и средней школы, верно?

Юни: Даже если ты их совсем не узнаёшь...

Юни: И тебя мучает зависть оттого, что какая-то замухрышка стала красавицей.

Юни:Как бы то ни было, одна встреча следует за другой, ты узнаёшь много удивительных вещей, эмоции людей сливаются в единый поток, энергия так и витает в воздухе!

Юни: Трудно представить более волнующую атмосферу.

Юни: Захваченная этой оживлённой атмосферой...

Юни: Ты остаёшься на продолжение вечеринки вместе с наиболее близкими друзьями.

Юни: И ты почти того возраста, когда можно пить алкоголь легально.

Юни: Когда первое продолжение заканчивается, ты идешь на следующее, и это повторяется... пока ты не замечаешь, что солнце уже поднялось на востоке.

Юни: В итоге: недостаток сна, красные глаза, и даже нет времени принять душ...

Юни: И Кокороночка, с этим пером в волосах, едва успевает сесть на самолёт.

Юни: Ну, и как? Всё верно?

Он говорил это так увлечённо, что мне было жаль его расстраивать.

Глаза Юни блестели очень ярко, щёки покрыл румянец.

Кокоро: Ха... Очень интересный рассказ, хоть и выдуман на основе одного пёрышка.

Юни: Рассказ? Я ничего не выдумывал!

Юни: Это строгая логическая дедукция.

Кокоро: Да... ты так в этом уверен...

Юни: Ну да.

Кокоро: И всё же, эта твоя "строгая логическая дедукция" привела тебя...

Кокоро: К совершенно неверным результатам~!

Юни: ...Что?

Кокоро: Потому что~, я родилась в Феврале!

Кокоро: Поэтому моя церемония прошла в прошлом году.

Как только я сказала эти слова, Юни открыл рот, чтобы мне возразить.

Он так и остался открытым, настолько он был поражен.

Юни: Это неправда! Тогда откуда взялось это перо?

Юни: Откуда оно у тебя в волосах?

Кокоро: "Как знать~?

Юни: "Как знать~?"...

Кокоро: Ну... мы же над облаками...

Кокоро: Так что это может быть перо ангела.

Юни: Ангела?

Пробормотав это в удивлении, Юни отвернулся к окну.

Выражение его лица напомнило мне выражение лица щенка, встретившего собаку-робота.

Пытаясь сдержать смех, я тихо хихикнула.

Когда мой смех достиг ушей Юни, его шея напряглась

Юни: Ангелы никак не могут существовать!

Кокоро: Да ладно~?

Юни: Да, точно!

Кокоро: Всё-таки, это намного романтичнее объяснения с гусиным пером, так?

Юни: Так значит, если ты не знаешь, что правда, а что нет, ты используешь критерий романтичности и веришь в то, что сответствует этому критерию?

Кокоро: Время от времени...

Юни: Так значит, логическое объяснение чего-либо тебе совсем не интересно?

Кокоро: Ну я же сказала, что только время от времени.

Кокоро: Если это логическое объяснение существует, я приму его, если нет...

Юни: ... придумаешь что-то очень романтичное?

Кокоро: В точку.

Юни осматривал пёрышко в своей руке, лицо его было пустым

Будто бы его душа оставила хладное тело.

Юни: Эй, Кокороночка? Ничего, если это перо останется у меня?

Его лицо так и осталось каменным, только губы двигались.

Кокоро: Так, что же ты собираешься с этим делать?

Юни: Оно станет талисманом.

Кокоро: Талисманом?

Когда я спросила это, Юни поднял голову.

Юни: Да, талисманом.

Юни: Так я никогда не забуду, что встретил тебя, Кокороночка.

Удивительно, как обычно звучат его слова... вполне сопутствуют его возрасту.

Эта нечто грубоватое, прямое, доброе, что мальчики моего возраста успели потерять...

Если бы Юни был на семь лет старше, я бы не смогла спокойно сидеть в этом кресле: мне пришлось бы встать, чтобы охладиться.

Почему простые слова могут быть настолько романтичными...

Но сейчас, всё, что я могу сказать...

Кокоро: Ах~ Как миленько♪~

Ничего больше не говоря, я обняла Юни и потрепала его волосы своими руками.

Юни: Уу, Уу, дышать трудно..!

Юни: Я умру так... Слышишь! Я могу умереть у тебя на руках..!

Юни: Ну это ладно, но ты так можешь мне очки сломать!

Юни: И сломаешь их! Точно сломаешь!

Юни: Спасите меня! Кто-нибудь! Стюардесса!

Юни извивался как милый лесной зверёк.

Вьюга не обирается утихать.

Ветер такой силы, что приходится держаться одной рукой за стену, иначе свалишься.

А другой рукой прикрывать глаза от летящего снега.

Снегопад такой густой, что сколько не вглядывайся в даль...

... всё равно, ничего не увидишь.

Всё было таким белым.

Такой вот белоснежный, лишенный глубины мир.

Оступаюсь и чуть не падаю, когда вглядываюсь в даль, пытаясь восстановить перспективу.

Но успеваю схватится за стену обоими руками.

К слову, высота часовой башни примерно 15 метров.

Упавшему с такой высоты должно очень сильно повезти, чтобы отделаться несколькими сломанными костями.

Смотрю вниз, но...

всё поле зрения заполнено крутящимися хлопьями снега и стекающей с крыши позёмкой.

Как же мне такая погода нравится...

Ветер уносит саркастичные слова далеко-далеко.

Проклиная холод, достаю часы.

Я храню их в кармане,

Мне не нравится, когда что-то цепляют на руки.

На дисплее цифровых часов едва видны цифры.

Уже почти 4 часа.

Вот уже скоро...

Поднимаю глаза к темному, безжалостному небу.

В этот момент вспышка света развеивает тьму.

И от последующего оглушительного раската грома душа в пятки уходит.

Погода всё продолжает ухудшаться...

Похоже, эта вьюга будет продолжаться вечно.

Дамы и господа, говорит капитан воздушного судна.

В данный момент, мы проходим зону турбулентности, прошу всех пассажиров сесть на свои места и пристегнуться.

Возникнут некоторые неудобства, но они не скажутся на безопасности Вашего полёта.

Юни не обратил внимание на объявление.

Настолько он увлечён игрой со своим полярным мишкой.

Юни: Так! И так! И так!

Юни: Бразильский удар! Бразильский удар!

Юни: Бразильский удар? Так ты сам Армада ком Мартело!

Я застегнула его ремень безопасности.

И даже на это он не обратил внимание.

Кокоро: Ну, отлично...

Думаю, мне лучше его оставить одного.

Я хочу сделать одну вещь до прибытия.

Достаю тонкую папку из моей сумки.

Застегнув свой ремень безопасности и кладу папку на колени.

Папка подписана:

Расследования инцидента в муниципальной больнице города Авазюми. Сводка.

Открываю её на первой странице.

--Среда, 14 Января, 2009.

Этот ужасный инцидент произошел зимой 2009 года.

Местом действия стала муниципальная больница города Авазюми,

учреждении на 300 коек, известное как главный госпиталь в районе.

Было 4 часа утра.

Рассыпчатый снег падал с черного как деготь ночного неба.

Она была тихой как смерть, мир вокруг нее был тоже тихим; только шепот падающего снега нарушал тишину. до рассвета было еще далеко.

Одинокая фигура девочки появилась в центральных воротах госпиталя.

На "девочке" не было даже лёгкой куртки.

Снег падал прямо на ее голые плечи и волосы; она застыла, мир вокруг тоже.

На третьем этаже дежурила медсестра. Она заметила эту странную фигуру.

Со всех ног побежала ко входу, но силуэт "девочки" успел куда-то скрыться.

Госпиталь погрузился в сон

Пока что не было слышно ни звуков агонии, ни криков отчаяния.

Только слабые звуки спокойного и мирного сна заполняли коридоры.

В друг пронзительный крик нарушил тишину. Началось.

Крики умирающих в агонии людей- всё, что можно было расслышать.

А затем снова стало тихо.

Даже обслуживающий персонал не сразу понял, что произошло.

Медсёстры просто включали сигналы тревоги. Их звук, отражаясь от внутренних стен, заполнял больницу.

Дежурные доктора распределились по палатам.

Крики и проклятья раздавались повсюду, в каждой комнате, сливаясь в единый поток.

Пациенты выбегали из палат прямо в пижамах.

Эта толпа беспорядочно двигалась по госпиталю в поисках выхода.

Плачущая девушка... проклинающий всех мальчик... пожилая женщина, застывшая в луже крови...

В мгновение ока госпиталь превратился в подобие чистилища.

Один из докторов открывает дверь в больничную палату.

Просто неописуемое количество свежей крови было разбрызгано по стенами и по полу.

Даже пары крови образовали некое подобие тумана.

Этот тошнотворный кровавый аромат пробирал до самых костей.

Едва почувствовав его, доктор закрыл рот рот рукой, но это почти не помогло.

Он увидел два куска плоти,развалившиеся на своих кроватях.

Правая часть грудной клетки одного из них валялась неподалёку.

У него не было в груди сердца.

Он нашел его в углу комнаты. Оно было сплющено, будто по нему прошлись катком.

Так сильно его стукнули об стену.

Пока сердце сползало вниз, оно оставило за собой широкую полосу свежей крови.

Вдруг--

Кто-то схватил доктора за ногу.

Это был еще живой пациент.

Был едва слышен слабый звук воздуха, выходящего из порезанного горла.

Пораженный этой картиной доктор попытался закрыть горло своими руками.

Живой пациент

Это все тень...

Живой пациент

Тень... проявилась...

Это были его последние слова.

До сих пор никто точно не знает, что это может значить.

Быстро был составлен отчет, в соответствии с которым, первое преступное деяние случилось около служебного выхода.

Первой жертвой стал профессиональный охранник.

Он хотя бы пытался оказать сопротивление.

Потом преступница быстро переходила из одной палаты в другую, без разбора убивая всех пациентов на своём пути.

Она не щадила даже учеников начальной школы.

В прочем, не только пациентов: когда ей попадались под руку доктора и и медсестры, она их тоже убивала.

В итоге, 12 убитых и 19 раненых.

И всё это за 30 минут...

Преступница была загнана на крышу госпиталя и там арестована.

Орудием убийства были признаны огромные промышленные ножницы.

Вернее, только одна их половина.

Преступница орудовала только одной половиной.

Полиция провела обыск в больнице и квартире преступницы, но так и не смогла найти другую половину.

Мотив преступления также до сих пор остаётся неясным.

Преступница отказалась отвечать на вопросы и не проронила ни слова за всё время следствия.

Только один эпизод можно использовать для построения догадок...

Прямо перед тем как бросить её окровавленный клинок и сдаться полиции, "девочка" произнесла странную фразу.

"Я" - оно где?

На этом сводка расследования инцидента в муниципальной больнице города Авазюми заканчивается.

В сводке не указанно, что имя "девочки" - Инибущи Кейко.

Её возраст во время инцидента: -- 17.

Сейчас её 19.

Несмотря на малый возраст, по-нормальному её ждало неминуемое наказание.

Но так как, нормальной она не была,

в конце концов, её признали невиновной.

Окончательным решением уголовного суда было признание Инибуши Кейко страдающей DID (Диссоциативным расстройством личности)..

Простыми словами, несколько личностей.

Статья уголовного кодекса №39.

1. Страдающие психическими заболеваниями не могут быть осуждены.

2. Небольшие умственные расстройства служат поводом к смягчению наказания.

В данный момент, она содержится в определенном медицинском учреждении.

"Специальный Психиатрический Госпиталь для Исследования Аберраций"

Сокращённо -- SPHIA

Вот туда я и направляюсь.

Только для того, чтобы побеседовать с этой "девочкой".

Кокоро: Инибуши Кейко...

Я уже много раз перечитала содержимое этой папки, но вот уже который раз не могу сдержать идущую изнутри дрожь.

Если уж выбрала специализацию в криминальной психологии, необходимо приучить себя реагировать на такие вещи объективно и спокойно...

Но как подавить чувства, которые разрывают моё сердце?

Убившая столько невинных людей безо всякой на то причины самым жестоким образом, который можно только представить.

Она даже не щадила детей, никому зла не сделавших.

От какого бы недуга она не страдала, я не могу заставить себя и простить её.

Меня, если честно переполняет ненависть к Инибуши Кейко.

Юни: Тааак, таааак, ирааазтаааак

Одному из убитых было всего 9 лет...

Если бы он остался жить, был бы как Юни сейчас.

Сердце замирает, когда я смотрю, как Юни наслаждается игрой.

В углу тёмной-тёмной комнаты...

девочка сидела на полу, обняв свои коленки.

Ее крохотная спинка едва заметно дрожала.

*хлип*... *хлип*...

Она тихо хныкала.

К ней подошёл мальчик и положил свою руку её на плечо.

Она смотрела на него полными слёз глазами, затем так крепко обняла его, словно боялась, что он исчезнет, когда она отпустит.

Девочка: Мне страшно...

Девочка: Так страшно...

Не прекращая плакать, она обняла его ещё крепче.

Мальчик нежно погладил её мягкие волосы.

"Всё в порядке"

Прошептал он ей её мягко.

"Нечего тебе бояться"

"Что бы ни случилось... Я обещаю защитить тебя."

Девочка: Нет...

Девочка: Не сможешь...

Она произносила слова нервным, дрожащим голосом.

Девочка: Потому что я только...

Девочка: ...себя боюсь.

Девочка: Сама себя... представляешь?

"Ну и пусть..."

"Я всё равно буду тебя защищать. Вечно!"

Девочка: Вряд ли...

Девочка: Не выйдет...

Девочка: Потому что...

Девочка: Потому что... ласковый...

Её пальцы соскользнули к пояснице и вцепились в неё изо всей силы.

Девочка: Ты сам не заметишь, как умрёшь.

Я услышала резкий и странный шум в салоне самолёта, а затем, прекратила чувствовать гравитацию.

Лежавшая у меня на коленях папка выскользнула и поплыла по воздуху.
Она раскрывалась и закрывалась, будто рот задыхающейся рыбы.

Но прежде чем листочки успели выпасть, гравитация вернулась, а самолёт будто стал подниматься на крутых американских горках.

Но недолго, потом самолёт рухнул вниз с пугающей скоростью, будто собирался пробить Землю.

Слышу отовсюду раздающиеся, отчаянные мольбы о помощи.

Крики людей смешались в единый поток.

Юни: Кокороночка... мне страшно...

Юни прижался к моей груди.

Я положила ему руку на плечо и попыталась подбодрить.

Кокоро: А знаешь ли ты? Сколько людей погибло в автокатастрофах в прошлом году, за период в 365 дней?

Кокоро: 1000 примерно...

Кокоро: Цунами, землетрясения, удары молнии и лавины в сумме забрали ещё 128 жизней.

Кокоро: Число погибших на море тоже примерно 1000.

Кокоро: В среднем, за год убивают 250 человек.

Кокоро: Так вот... наши шансы погибнуть в авиакатастрофе примерно...

Кокоро: 0,0001%

Кокоро: И что это значит, дружище?

Юни: ......

Кокоро: Что, быть в воздухе безопаснее, чем оставаться на земле.

Кокоро: Ну что? Успокоился?

Юни не отвечал.

Вообще трудно что-либо сказать, когда дрожишь от страха, уткнувшись в мою грудь.

Часы бьют 4 раза, натужно и торжественно.

Проверяю время:

ровно 4:00--

Часы на башне настроены с точностью до минуты.

Их бой похож на грубый голос старца.

Снежинки танцуют в такт. Можно вообразить, будто у них есть крылья.

Хотя все, что можно увидеть... мигающие и переливающие частички света...

Будто множество ангелов танцуют в честь новой благой вести

Ещё немного...

Ещё совсем немного...

Ещё совсем немного... и увижу...

Ослепительную вспышку молнии на зловещем небе.

Даже звук боя был заглушен ревущим громом.

Гром не прекращался: он раздался и в во второй, и в третий раз; и каждый раз земля раздавалась, издавая полный ненависти стон.

Вспышки еще не раз осветили бледное небо.

И--

Тень проявилась в этих вспышках света.

Тень подбиралась ко мне, двигаясь по моим следам.

Кто это идёт...?!

Теперь нас беспорядочно толкало в разные стороны. Будто бы мы сидим в ковчеге, качающимся на гигантских волнах.

Пассажиры, бессильные сделать что-то более-менее разумное, просто пронзительно кричат.

А также плачут, визжат и молятся.

Я выглядываю в окно.

Интересно, как низко мы летим? Мир вокруг меня был погружен в серую тьму.

Сквозь сплошной туман можно разглядеть лишь краешек крыла самолёта.

Оно сильно напряжено, как плечо лука, и может треснуть в любую секунду.

С силой отталкиваю Юни от себя.

И усаживаю его на своё место, крепко застегнув ремень.

Кокоро: Если что-то случиться, оставайся здесь, ладно?

Юни: Если что-то случится?! Но что именно?!

Юни: Когда самолёт грохнется?

Кокоро: Да нет, всё отлично.

Кокоро: Всё хорошо будет, просто .. так безопасней... ладно?

Юни: Да нет же!

Юни: Мы грохнемся, и это страшно, Кокороночка!

Юни снова прижался ко мне

Привычным движением я усадила его на место и снова попыталась успокоить.

Кокоро: Дружище! Ты можешь просто выслушать, что скажет тебе сестрёнка?!

Кокоро: Оставайся, пожалуйста, на своём месте, лады?!

Юни: Почему я должен оставаться?!

Юни: Кокороночка, ты куда-то собираешься?!

Юни: Не уходи! Не оставляй меня одного!

Кокоро: Не глупи. Никуда я не уйду.

Кокоро: Даже если и захочу, куда я денусь?

Юни: Ну да...

Кокоро: Слушай, будь мужчиной. Не надо так больше, пожалуйста.

Кокоро: Вот. Я держу твою руку, как и обещала, видишь?

Я сжимаю Юнину ладошку.

Крупные слёзы стекают с его глаз.

В этот момент, вспышка молнии осветила небо за окном.

За ней последовал раскатистый гром.

Машинально отворачиваюсь от иллюминатора.

И увидела открытую папку на коленях.

И освещенное молнией лицо "девочки".

Кто идёт...?!

Кричу изо всех сил.

Стоящая у двери слабо различимой тень не реагирует...

Если бы не сильный ветер и снегопад разглядел бы, кто это там стоит.

Теперь даже силуэт трудно разглядеть из-за плотной пелены падающего снега.

Сатору: Кто идет...?

Кричу снова и снова.

Тень все не отвечает.

Просто медленно приближается.

Я начинаю чувствовать страх и отчаяние.

Я уже загнан на угол крыши этой странноватой тенью.

А тень не собирается останавливаться.

Вдали вспыхнули молнии.

Они были похожи на добротные клинки, пронзающие землю.

Силует освещается их светом--

И когда я могу разглядеть лицо тени... знакомое лицо...

Поражённый огромной молнией, самолёт рухнул вниз.

Теперь уже ясно: он неуправляем.

Это маленькое судёнышко мотало из стороны в сторону, как голову ползущего питона.

Вспышки молний прекратились. Только темнота окружала нас. Мои уши уже привыкли к воплям и крикам в салоне.

А обезумевшие пассажиры всё кричали и кричали. Сильный поток воздуха вдруг подул откуда-то. В нос ударил запах авиатоплива.

И в тот же момент--

Сатору: Ааа...

Я и сам не заметил, когда начал танцевать в воздухе.

Все ограничения сняты...

Время остановилось...

И снегопад тоже.

А я остаюсь в этом ослепительно белоснежном мире.

Окруженный частицами света.

Чувствующий отзвук колокола в воздухе.

Завороженный... этим торжественным ритуалом...

Даже, можно сказать, божественным...

Начинаю растворятся в этом свете.

Чувства уже покинули меня. Они бесполезны.

Чувствую, как из меня вытягивают моё сознание.

Погружаюсь в глубокий сон, как в давние времена...

Моя сущность... Я... теперь... не здесь...

Откуда-то слева раздался взрыв.

В один момент салон самолёта заполыхал.

Бежевая маска упала откуда-то сверху...

Она моталась взад и вперед, как тело повешенного...

(Должно быть, это конец.)

Так трудно принять мою горькую судьбу.

Я всё еще сжимаю правой рукой его маленькую ладонь...

Настойчиво и отчаянно просящую меня...

(Если бы я могла умереть за него.)

(Я совсем не хочу. чтобы эта частица тепла покинула мир.)

Кокоро: Пригнись!

Быстро надеваю кислородную маску на Юнино лицо и прижимаю его голову к коленям.

Юни: Кокоронка... Так страшно... Так страшно...

Юни: Спаси меня... Кокоронка.

Юни: Умирать не хочу, умирать не хочу, умирать не хочу, умирать не хочу...

Мы продолжаем снижаться.

Экипаж лайнера боролся до последнего.

Но огонь уже пробрался в кабину самолёта, и , будто издеваясь, полз по крыше, приближаясь к нашим головам.

Кокоро: Всё будет в порядке... я знаю!

Кокоро: Обещаю защитить тебя!

Крепко сжимаю Юнину ладошку.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/46449/186594

Переводчики: timnesteroff