Готовый перевод This Book Is Full of Spiders / Эта книга полна пауков: 25 Hours Prior to Outbreak

В английском языке должно быть слово, описывающее то ощущение, когда просыпаешься в незнакомой комнате и понятия не имеешь, где ты находишься.

Замотелешательство?

Было холодно, и каждый дюйм моего тела болел. Моего слуха коснулся хруст, словно челюсти хищника перемалывали кость. Я открыл глаза и увидел дракона, гордо возвышающегося на холме передо мной.

Дракон был на экране телевизора, под ним стояла игровая приставка, спутанные провода змеились по зеленому ковру. Моргнув, я сощурился от обжигающего солнечного света, льющегося через треснувшее окно. Повернув голову, я услышал хруст в шее и увидел Джона за компьютерным столом в углу пялящимся в монитор, в руке бутылка прозрачной жидкости, которую, могу поспорить, не стоило открывать рядом с открытым огнем. Я сел, поняв, что был накрыт чем-то, пока спал. На миг я решил, что Джон накрыл меня одеялом, но более детальный осмотр установил, что это было пляжное полотенце.

Джон взглянул на меня с компьютерного стула и сказал:
- Прости, я использовал запасное одеяло, когда у меня была протечка в машине.

Я огляделся в поисках животного хруста, и обнаружил Молли, лежащую рядом с кушеткой, с головой засунутой в коробку хлопьев «Капитан Кранч». Она ела так быстро, как только могла, стараясь удержать коробку лапами.

- Ты ей разрешил?

- А, да. Хлопья все равно залежались, а собачьей еды у меня нет.

На экране телевизора замер дракон – заставка компьютерной игры, в которую Джон по всей видимости играл, пока я спал.

- Который час?

- Около восьми.

Я встал и почувствовал, как в голове все поплыло. Потерев глаза, я почти вскрикнул от боли в ране. Плечо как будто прострелили, и, казалось, парочка эльфов пытались выбраться из моего черепа через виски при помощи крошечных кирок. Не в первый раз я просыпался у Джона в таком состоянии.

Мой телефон зазвонил. На экране высветилось «Эми». Я закрыл глаза, вздохнул и поднял трубку.

- Привет, детка.

- Привет, Дэвид! Я смотрю новости! Что случилось?

- А ты не должна быть на занятиях?
Эми завалила довольно простой английский в прошлом семестре потому что занятия по нему проходили с утра, и она каждый раз просыпала.

- Их отменили, - сказала она, - О, вот опять. Включи CNN.

Мимо трубки я попросил Джона переключить телевизор. Перед нами предстали кадры утреннего хаоса в госпитале, заполнившие экран. Название города было написано внизу. Национальные новости.

…В деле нет упоминаний о приеме наркотиков или умственных заболеваний. Фрэнк Бёрджесс проработал в департаменте полиции три года. Власти прочесывают территорию в поисках Бёрджесса, однако полиция заявила, что количество полученных им во время кризиса ранений, делает вероятность его обнаружения живым, я цитирую «крайне маловероятным». Тем временем госпиталь остается в карантине по причине риска заражения неназванной инфекцией, что лишь увеличивает тревогу потрясенного населения».

В кадре появился наш невероятно толстый шеф полиции, разглагольствующий перед целой батареей микрофонов.

- Господи, ну и разнесло же нашего шефа полиции, - сказал я Эми.

- Они сказали, пострадали тринадцать человек, и, вроде бы, трое погибли, хотя может быть больше. Вы слышали об этом прошлой ночью? Когда все случилось?

На моем конце была тишина. Слишком долго. Наконец, я ответил:
- Ну да, мы слышали.

- Ой-ой.

- Что?

- Дэвид, вы были там? Вы в этом участвовали?

- Что? Нет, да нет конечно. С чего ты взяла?

- Дэвид…

- Нет, ничего особенного. Просто парень сошел с ума, вот и все.

- Ты мне врешь?

- Нет-нет, что ты.

Она промолчала. Она знала тот же прием, что и психотерапевт. Чтобы заполнить тишину, я произнес:
- В смысле, мы там были, но не участвовали…

- Я так и знала! Все, я еду к вам.

- Нет, Эми. Ничего особенного, правда. Все закончилось. Мы просто оказались неподалеку.

- Эй, это я! – услышал я слова Джона и повернулся к телевизору.

Джона заполнило экран. Голос репортера произнес:
- …Но каждый час, пока Бёрджесс оставался на свободе, в городке росли страх и параноидальные настроения.

Голос Джона вклинился в эфир:
- … А потом мы увидели, как маленькая тварь забралась ему в рот. Я был не дальше двух футов и все видел отчетливо. Эта тварь была не из нашего мира. Не в смысле инопланетная, а скорее из другого измерения. Думаю, из того, что сегодня произошло, можно сделать вывод, что на способна как-то управлять разумом.

Я снова закрыл глаза и зарычал.

- Я еду к вам, - сказала Эми, - Сяду на автобус.

- Брось, твои занятия намного важнее. Если ты снова завалишь английский, они могут выкинуть тебя из страны. По-моему, об этом написано в Патриотическом акте.

- Мне пора, милый. Опаздываю на занятия.

- Ты же сказала, что ты не…

- Поговорим потом. Пока-пока.

Выключив телефон, я начал искать ботинки.

- Пойдешь домой?

- Здесь я оставаться не могу, Джон.

- Ага. Но, знаешь, в твоем доме была эта тварь.

- Думаешь, там есть еще одна?

- Не знаю, но…

- И что ты от меня хочешь? Чтобы я там санобработку сделал?

- Не, я просто хочу сказать, что эта штука залезла во Фрэнки и, похоже, захватила его разум. Ну, и эта тварь оказалась в твоей кровати. Думаешь, это случайность? Потому что можно предположить, что она там была из-за тебя.

Всегда можно быть уверенным, что мысли Джона пойдут именно в таком направлении.

- Это не важно. Твоя кушетка слишком короткая, шея болит от подлокотника. Такие дела.

- Ну, кровать тебе не достанется.

Я отобрал у Молли опустевшую коробку с хлопьями, которая приняла форму собачьей головы, и сказал:
- Кстати, в новостях ты выглядел сумасшедшим. Надеюсь, ты в курсе.

- Чего? Я правду сказал

- С какой, собственно, целью? Поверить в это могут только те, у кого уже поехала крыша. Я смотрю, у тебя открыт блог. Зачем? Чтобы поведать совершенно бредовую историю и стать еще одним интеренет-психом? От этого никому не станет лучше. Просто тебя будут считать сумасшедшим. Нас обоих будут считать сумасшедшими.

- Эй, а ты не опоздаешь к своему назначенному судом психиатру?

- Да пошел ты.

Я взглянул на часы. Он был прав.

* * *

Поездка через город была сюрреалистичной. Мне пришлось проехать мимо госпиталя (ладно, мне не пришлось, но любопытство взяло верх), и там пахло настоящей катастрофой. У перегородивших улицу барьеров были припаркованы новые фургоны. Копы стояли на постах, отворачивая поток машин от въезда в гараж. Через три квартала мне пришлось простоять на перекрестке пять минут, пока мимо громыхала колонна зеленых армейских грузовиков. Военные. Внезапно мне захотелось оказаться подальше отсюда.

У меня была робкая надежда, что офис психиатра будет сегодня закрыт, как если бы окончание беспредела со стрельбой отмечали в качестве национального праздника. Нифига. Наверное, людям приходилось отрабатывать свою зарплату.

Я ввалился в приемную до того, как успел осознать, что там уже кто-то есть. Наверное, стоило заглянуть в окошко или типа того: если бы я знал, то подождал бы снаружи, поскольку вероятность возникновения натянутых разговоров в приемной психиатра была весьма высока. Я пытался придумать удобный предлог, чтобы развернуться и выйти. Лучшее, что я смог придумать – схватить горшок с растением из угла и выйти с ним, как будто я изымаю его в счет арендной платы. Я решил этого не делать.

Дама в приемной даже не обернулась, когда я вошел, её взгляд был прикован к телевизору в углу, на экране которого канал Fox News освещал стрельбу. Господи Иисусе, день запоздавших новостей. В людей же постоянно стреляют, разве нет? Я сел на стул как можно дальше от неё, сгреб со стола журнал и раскрыл его перед своим лицом. Похоже, там было много статей о свадебных платьях.

- Знаете, это происходит повсюду, - сказала женщина в другом конце комнаты. Лет ей было наверное сорок пять, а светлые волосы имели отчаянный оттенок.

- Что – это? – спросил я.

- Одержимость демонами. По всему миру. Посмотрите новости с ближнего востока и поймете, что это распространяется как пожар.

- Ага.

- Сейчас, когда душ нет, это проще.

- Хмм, - я перевернул страницу свадебного журнала, прикидываясь полностью погруженным в рекламу. Единственное, что хуже, чем быть сумасшедшим, так это оказаться один на один с еще более сумасшедшим. Она продолжала говорить.

- Вы знаете, что Вознесение уже произошло? В 1961 году. Господь призвал все души на небеса, но тела остались здесь. Вот почему у нынешних людей как будто нет души – потому что её действительно нет. Слышали на прошлой неделе о человеке в угнанной машине, которого преследовала полиция? На заднем сидении у него был новорожденный. Он просто выбросил его в окно! Ребенка! Понимаете, нынешние люди ничем не отличаются от животных, потому что у них нет человеческих душ.

Я чуть опустил журнал и ответил:
- Это… Неплохая теория на самом деле.

- Это называют меткой Зверя. Но метки им не нужны. Их звериная сущность проявляется со временем сама.

Дверь со скрипом открылась, и из кабинета вышла симпатичная юная девушка. На один обескураживающий миг я подумал, что это и был мой врач, что она, может быть, подменяла сегодня. Но конечно она была всего лишь пациенткой, и доктор Теннет был сразу позади ней. Сумасшедшая в приемной встала и поблагодарила доктора, а затем вышла вместе с девушкой. Она приходила лечиться не сама, просто привела дочку.

* * *

Прямо с порога доктор Теннет спросил:
- Что у вас с глазом?

- Подрался с Джоном. Он сказал, что эти сеансы пустая трата времени, и заявил, что будь я проклят, если позволю оскорблять вас и вашу профессию.

- Похоже, вы не спали.

- Да как тут спать, когда такое творится? Вы смотрели новости? Они не нашли Фрэнки?

- Его уже не надеются найти живым, разве нет? Вы его знали?

- Что? Нет, откуда?

- Вы назвали его Фрэнки.

- Ну, мы вместе учились в старших классах. Но это было много лет назад. Я ни имею ничего общего с тем, что произошло, если вы это имели в виду.

- Не имел.

- Потому что я ни при чем.

- Прошу прощения, если вам показалось, что я обвиняю вас.

Я взглянул в окно как раз в тот момент, когда по улице прогрохотал зеленый грузовик.

- Почему тут так много военных грузовиков? Все это выглядит как-то чересчур, вам не кажется?

Не давая мне шанса сменить тему. Теннет сказал:
- Я бы хотел вернуться к тому, о чем вы мне говорили в прошлый раз: о необходимости прятать свою настоящую личность от мира и чувстве, что вы не сможете стать человеком, которому не нужно было бы ничего прятать. Вот и сейчас вам показалось, что я вас обвиняю. Я хотел бы поговорить об этом, если вы не против.

Я глядел в окно и грыз ноготь. Господи, я не хочу быть здесь. В этом кабинете, в этом городе, в этой жизни. Я просто хочу уйти. Я знал, что рано или поздно полиция возьмет Джона в оборот, поскольку он попал на ТВ прямо в том месте, которое они пытались оградить, а это значит, что рано или поздно они выйдут и на меня. Какого черта я тут делаю?

Потому что тебе некуда больше идти.

- Не знаю, - ответил я, - двадцать четыре часа на назад я сидел здесь, рассуждая о вере в безумные вещи, и на следующий день весь город сошел с ума. Так что, по мне так весь остальной мир теперь уравнялся со мной в сумасшествии, а значит меня нужно отпустить.
Я потер свои горящие глаза и добавил:
- Монстры существуют, доктор. И я слишком устал сегодня, чтобы сказать что-то еще.

- Я читал кое-что из того, что вы с вашим другом писали в интернете, - сказал он, - Иногда вы пишете о себе, как о выродке или чудовище.

- Ну, метафорически. В смысле, разве не все мы такие? Женщина в приемной только что говорила мне то же самое.

- Полагаю, инциденты, подобные вчерашнему, всегда пробуждают подобные настроения.

Улучив момент, я спросил:
- Можно задать вам вопрос, доктор?

- Конечно.

- Что если бы я попросил вас дать мне попользоваться вашим компьютером? Прямо сейчас, чтобы вы не успели ничего удалить.

- Конечно же там содержится конфиденциальная информация о пациентах, так что я не…

- Предположим, я пообещаю, что не будут её смотреть. Даже так, я просто хочу взглянуть на историю в вашем интернет-браузере. Как вы на это смотрите?

- Разумеется, это будет вторжением в личную жизнь. Там у меня номера кредиток и логины…

- Я говорю о порно, доктор. Обнаружатся ли там похотливые школьницы? Или что-нибудь межрасовое? Фантазии об инцесте?

- Мне кажется, вы хотите добиться от меня какой-то реакции. Если не в настроении продолжать сегодня, мы можем перенести на понедельник…

- Нет, послушайте. Когда я был с Эми и попросил её одолжить компьютер, она просто отдала его мне. Ни вопросов, ни сомнений. Она может просто смотреть через плечо, на каждый файл, который я просматриваю, и даже не моргнет. Ей нечего скрывать. Даже если бы у меня был сканнер мыслей, это ничего бы не изменило. Она отлично себя чувствует, будучи сама собой. Но если бы она зашла ко мне и попросила дать ей мой компьютер? Господи, да там столько всякого развратного дерьма, что если бы она увидела это, то вызвала бы полицию. Если бы она знала, что происходит у меня в голове, когда я вижу проходящую мимо девушку, она бы расплакалась.

- Значит, вы считаете, что должны скрывать какую-то себя, а она – нет, - кивнул он.

- Я хочу сказать, что со всеми так. В мире есть два типа людей: Бэтмен и Железный Человек. Бэтмен скрывает свою личность, так? Так что Брюс Уэйн каждый день и каждый миг знает, что если кто-то раскроет его секрет, то погибнет вся его семья, все его друзья, и все люди, которых он любит, будут запытаны до смерти ряжеными супезлодеями. Но Тони Старк не такой, он открыто заявляет о том, кто он. Он говорит всем, что он Железный Человек, ему по барабану. Над ним не нависает эта тень, ему не нужно возводить вокруг себя стены лжи. Так и любой из нас – или ты один из тех, кто скрывает свою сущность, потому что она, проявившись, все испортит из-за твоих тайных фетишей, зависимостей или преступлений, или ты не один из них. Эти две группы даже живут в разных мирах.

- И вы считаете, что вы Бэтмен?

Я закрыл глаза. Сколько, говорите, стоили эти сеансы за час?

- Я хочу сказать, что вы относитесь к той категории, что считает, что люди вокруг плохо отреагируют, если узнаю, что вы на самом деле думаете и во что верите.

- Но не потому, что они сочтут меня чокнутым. Они и без того так считают. Из-за того, как они отреагируют, узнав правду. Вы знаете людей. Ведь про это ваши книги, так? коллективная паника и все такое.

- Вы считаете, что правда приведет к массовой истерии.

Я пожал плечами и кивнул в сторону окна:
- Поглядите туда. Вы увидите.

- На самом деле это может оказаться правдой даже больше, чем вы считаете, - сказал он, - Не распространяйтесь об этом, но кажется, меня привлекут к работе над этим делом. Я имею в виду стрельбу в госпитале.

- Типа как аналитик или что-то такое?

- Да нет, нет. Я предлагаю свою помощь в общении с людьми. Понимаете, основная угроза – паника. Убедиться, что никто не поставит растяжку, что никто не будет поджидать у задней двери, чтобы выстрелить в темную фигуру на заднем дворе, которая окажется соседом. Страх может быть фатален, и я – вы видели мою книжную полку – я вроде как эксперт.

«Наверное, здорово иметь работу, где страх – это то, что случается с другими», - подумалось мне.

- Вы когда-нибудь боялись, доктор Теннет? – спросил я, глядя в окно.

- Конечно, но наши занятия касаются не меня…

- И кроме того, в вашем мире все имеет безобидное объяснение, да? Это всегда пчелы. Даже то, что произошло с Фрэнки. Вашим делом будет что – встать перед микрофонами и заверит все, что это все пчелы?

- Вы говорите так, словно я пытаюсь преуменьшить ваши страхи. Прошу прощения, если это так.

- Так есть ли что-то пугающее вас, доктор? Что-нибудь иррациональное?

- Конечно. Сейчас, я приведу один из самых моих постыдных примеров. Мне кажется, что я виноват и должен загладить ту историю с пчелами. Вы любите фантастику?

- Не знаю. Моя девушка любит.

- Хорошо, но вы знаете Star Trek и «поднимай нас, Скотти»? Как они телепортируют людей.

- Ага. Транспортеры.

- Вы знаете, как они работают?

- Да просто спецэффекты. Компьютерная графика или что там еще.

- Нет, я имею в виду в самой вселенной сериала. Они разбивают молекулы тела, пересылают по лучу и собирают вместе на другом конце.

- Ага.

- Вот это меня и пугает. Я не могу на это смотреть – слишком уж беспокойно.

- Не понимаю, - пожал я плечами.

- Ну, подумайте. Наши тела сделаны из нескольких типов атомов. Углерод, водород, кислород и так далее. А значит для этого транспортера нет никакого смысла разбивать все эти атомы и посылать каждый отдельный атом за много миль. Все атомы кислорода одинаковы, так что она посылает лишь схему нашего тела по лучу. А затем она собирает его в точке прибытия из ближайших атомов. Так что если на планете, куда телепортируешься, есть углерод и водород, она просто соберет тело из того, что есть под рукой, потому что результат будет тот же самый.

- Ага.

- Это больше похоже на факс, а не письмо. Только транспортер – это такой факс, который уничтожает оригинал. Настоящее тело, вместе с мозгом, испаряется. А это значит, что тот, кто появляется на другом конце – это не вы. Это точная копия, снятая машиной с человека, который уже мертв, его атомы летают внутри корабля. Только во вселенной сериала этого никто не знает.

- А вы тем временем умерли. Умерли навсегда. Все ваши воспоминания, эмоции и личность прекратили существовать прямо на этой платформе, навсегда. Жена и дети никогда не увидят вас снова. Все, что они смогут увидеть – ваша неестественная копия, появившаяся на другом конце. А поскольку технология телепортации используется повсеместно, все люди на корабле, которых вы знаете, это копии копий копий давным-давно умерших, испарившихся членов экипажа. И никто этого не понимает. Они снова и снова беззаботно заходят в транспортер, которая убивает 100 процентов тех, кто ею пользуется, но никто этого не понимает, потому что каждый раз она выплевывает совершенную копию жертвы на другом конце.

- Зачем вы рассказываете мне это? – уставился я него.

(объединено с предыдущим)

- Вы сами просили, - пожал он плечами.

Его лицо ничего не выражало. Я подумал о том азиате, обыденно исчезающим за волшебной дверью буррито и выходящем где-то еще. И в этот миг я почти задал Теннету вопрос о том, кто он, и что знает.

Не знаю. Быть может, это все равно ничего бы не изменило.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/47051/205648

Переводчики: limazulu