Готовый перевод Rick Riordan - The Kane Chronicles - Book Three - The Serpent's Shadow / Рик Риордан - Хроники Кейна - Книга третья - Тень змея: Глава 4

КАРТЭР

4. Я консультируюсь с Голубем Войны

Я БЫЛ ВЛЮБЛЁН В БАССЕЙН ДЛЯ ПТИЦ.

Многие парни вечно пишут смс или одержимы тем, что говорят о них девушки в Интернете. Что насчет меня? Я застрял у гадальной чаши.

Это было простое бронзовое блюдце на каменной подставке, стоящее на балконе за моей спальней. Но когда бы я не находился в своей комнате, я постоянно ловил себя на мысли, что украдкой бросаю на него взгляд, борясь с желанием помчаться к нему и проверить нет ли там Зии.

Странно, я даже не мог назвать ее своей девушкой. Как вы назовете кого-то, кто влюбляется в девушку, которая оказывается шабти, затем спасаете ее преврашая в настоящего человека только, чтобы услышать что она не разделяет ваших чувств? А Сейди еще называет свои отношения сложными.

В течение последних шести месяцев, с тех пор как Зия уехала, чтобы помочь моему дяде в Первом номе, чаша была нашим единственным способом связи. Я провел столько времени пялясь в эту чашу, разговаривая с Зией, что я с трудом помнил, как она выглядит без ряби заколдованного масла на ее лице.

Пока я дошел до балкона, сильно запыхался. С поверхности масла на меня смотрела Зия. Ее руки были скрещены на груди, глаза полны злости, будто бы готовые воспламениться в любой момент. (Первая гадальная чаша, сделанная Уолтом, действительно воспламенилась, но это уже другая история).

"Картер", произнесла она, "Я тебя задушу."

Она была прекрасна, когда грозилась убить меня. За лето она отрастила свои волосы так, что они спадали блестящими чёрными волнами на её плечи.Она уже не была шабти, в которую я когда-то влюбился, но её лицо всё ещё было красиво, словно скульптура — тонкий нос, полные красные губы, ослипительные янтарные глаза. Её кожа светилась тёплым румянцем, как из печи.

"Ты слышала о происшествии в Далласе," — догадался я. — "Зия, мне так жаль..."

"Картер, все слышали о происшествии в Далласе. Другие номы посылали Амосу ба, в качестве посыльных, требуя ответа. Даже маги из Кубы почувствовали волнения в Дуате. Некоторые утверждали, что ты взорвал половину Техаса. Другие говорили, что весь пятьдесят первый ном уничтожен. А кто-то говорил... кто-то говорил, что вы погибли."

Сострадание в ее голосе немного взбодрило меня, но в то же время я почувствовал себя виноватым.

"Я хотел рассказать тебе раньше," сказал я. "Но к тому моменту, когда мы поняли, что целью Апофиса был Даллас, мы должны были действовать незамедлительно."

Я рассказал ей о происшествии на выставке Тутанхамона, в том числе и о наших ошибках и потерях.

Я пытался понять чувства Зии. Даже спустя столько месяцев мне было сложно понять, о чем она думает. Даже от простого наблюдения за ней в моем мозгу происходило короткое замыкание. Большую часть времени я едва мог вспомнить, как выражать свои мысли нормальными предложениями.

Наконец-то она пробормотала что-то на арабском - вероятно, выругалась.

"Я рада, что вы выжили, но Пятьдесят Первый Ном уничтожен? "— она покачала головой, не веря своим ушам. — "Я знала Анну Гриссом. Она научила меня магии исцеления, когда я была младше ".

Я вспомнил красивую белокурую леди, которая играла с группой, и сломанную скрипку на краю воронки от взрыва.

"Они были хорошими людьми," сказал я.

"Некоторые из наших последних союзников," сказала Зия. "Повстанцы уже обвиняют вас в их смерти. Если ещё несколько номов перестанут доверять Амосу..."

Ей не нужно было заканчивать эту мысль. Прошлой весной, худшие из злодеев Дома Жизни сформировали ударную группу, чтобы уничтожить Бруклинский Дом. Мы победили их. Став новым Верховным Чтецом Дома Жизни, Амос даже помиловал их. Но некоторые отказались следовать за ним. Повстанцы были на свободе — собирая силы, настраивая других магов против нас. Словно нам не хватает врагов.

"Они винят меня?" - спросил я. -"Неужели они связались с тобой?"

"Хуже. Они передали тебе послание."

Поверхность масла зарябила. Я увидел другое лицо - Сару Якоби, лидера повстанцев. У нее была молочная кожа, черные, короткие волосы, и темные испуганные глаза, подведенные огромным количеством теней. В своей чистой, белой робе она выглядела как привидение Хэллоуина.

В комнате, где она стояла, мраморные колонны были выстроены стройными рядами. Позади нее с негодованием смотрели полдюжины волшебников - элитные убийцы Якобса. Я узнал голубые мантии и бритую голову Кваи, который был изгнан из Северной Кореи за убийство нескольких магов. Следом за ним стоял Петрович, украинец, который работал как ассистент нашего заклятого врага Влада Меньшикова, лицо его украшал шрам.

Других я не смог узнать, но я сомневаюсь, что кто-то из них был настолько скверным, как была эта Сара Якоби. Пока Меньшиков не освободил ее, она была сослана в Антарктиду за то, что устроила цунами в Индийском океане, жертвами которого стали более четверти миллиона людей.

"Картер Кейн" прокричала она.

Несмотря на то, что это было вещание, я знал, что это была лишь магическая запись, ее голос заставил меня подпрыгнуть.

"Дом Жизни требует чтобы ты сдался" сказала она. "Твои преступления непростительны. Ты должен отплатить своей жизнью."

Мой желудок едва успел упасть, до того как целая лента жестоких изображений показались на масле. Я увидел взрыв Розеттского Камня в Британском Музее, инцидент, высвободивший Сета и убивший моего отца на прошлое Рождество. Как Якоби узнала об этом? Я видел бой в Бруклинском Доме прошлой весной, когда Сейди и я на солнечной лодке везли Ра к армии Якоби. Изображения, которые она показала, заставили нас выглядеть агрессорами - группой хулиганов с благочестивыми полномочиями, нападающих на бедную Якоби и ее друзей.

"Ты освободил Сета и его собратьев", прокомментировала Якоби. "Ты разрушил священные правила магии и объединился с богами. При этом, ты разбалансировал Маата, впоследствии пробудив Апофиса."

"Это ложь!" сказал я. "Апофис восстал бы независимо от этого!"

Тогда я понял, что кричу на обычную видеозапись.

Кадры продолжали меняться. Я увидел высотное здание, охваченное огнем, в токийском районе Шибуя - штаб квартира 234-ого Нома. Летающего демона с головой в виде самурайского меча, унесшего кричащего мага через окно.

Я увидел дом предыдущего Верховного Чтеца, Мишеля Дежардена — некогда роскошный парижский особняк на улице Пирамид — сейчас в руинах. Крыша рухнула. Окна были разбиты. По мертвому саду разбросаны разорванные свитки и отсыревшие книги, а на входной двери, будто клеймо, тлел иероглиф Хаоса.

"Причина всему этому — ты," сказала Якоби. "Из-за тебя мантия Верховного Чтеца досталась преспешнику зла. Ты испортил юных магов, преподавая им путь богов. Ты ослабил Дом Жизни и оставил нас на растерзание Апофису. Мы не собираемся терпеть это. Любой, кто последует за тобой, будет наказан."

Изображение сменилось на Сфинкс Хаус в Лондоне, штаб-квартиру британского нома. Сейди и я бывали там прошлым летом, и нам удалось наладить с ними отношения после долгих часов переговоров. Я увидел, как Квай штурмует библиотеку, разбивает изваяния богов и сбрасывает с полок книги. Дюжина британских магов стояли в цепях перед своим захватчиком, Сарой Якоби, державшую блестящий черный меч. Предводителя нома, безобидного пожилого мужчину сэра Лестера, заставили преклонить колени. Сара Якоби подняла нож.
Затем взмахнула им, и сцена сменилась

С поверхности масла на меня уставилось омерзительное лицо Якоби. Ее глаза были темны, как пустые глазницы черепа.

"Кейны подобны чуме," сказала она. "Вы должны быть уничтожены. Сдавайтесь. Мы пощадим ваших последователей, как только они отрекутся от пути богов. Я не стремлюсь занять место Верховного Чтеца, но должна сделать это для блага Египта. Когда Кейны умрут, мы станем сильнее и объединимся вновь. Мы возместим тот ущерб, что вы причинили и отправим богов и Апофиса обратно в Дуат. Правосудие свершится быстро, Картер Кейн. Это твоё первое и последнее предупреждение.."

Изображение Сары Якоби растворилось в масле, и я опять остался наедине с отражением Зии.

"Да," сказал я дрожащим голосом. "Для серийного убийцы она довольно убедительна."

Зия кивнула. "Якоби уже переманила на свою сторону или уничтожила большинство наших союзников в Европе и Азии. Большинство недавних атак — в Париже, Токио, Мадриде — дело рук Якоби, но она обвиняет во всём Апофиса... или Бруклинский дом."

"Какая нелепость."

-Ты и я это знаем,- согласилась она.- Но маги напуганы. Якоби убеждает их, что если Кейны будут уничтожены, Апофис вернётся в Дуат и всё станет как прежде. Им хочется верить ей. Она говорит, что сотрудничество с вами — смертельный приговор. После уничтожения Далласа..."

"Я понял", отрезал я.

Злиться на Зию было глупо, но я чувствовал себя таким беспомощным. Всё, что мы делаем, оказывается неправильным. Я представил себе Апофиса, хохочущего в Дуате. Может быть, поэтому он все еще не атаковал Дом Жизни в полную силу. Ему было слишком весело наблюдать, как мы разрываем друг друга на части.

"Почему Якоби не адресовала своё сообщение Амосу?" — спросил я. "Он является Верховным Чтецом."

Зия отвернулась, словно проверяя что-то. Я не мог видеть большую часть места, в котором она находилась, но это, кажется, не было похоже на её комнату в общежитии Первого Нома, или на Зал Эпох. "Как сказала Якоби, они считают Амоса слугой зла. Они не будут говорить с ним."

"Потому что он был одержим Сетом." - догадался я. "Это была не его вина. Он был исцелен. Сейчас с ним всё в порядке."

Зия вздрогнула.

"Что?" - спросил я - "Разве с ним что-то не так?"

"Картер, это...это сложно. Смотри, основной проблемой является Якоби. Она захватила старую базу Меньшикова в Санкт-Петербурге. Это почти такая же крепость, как Первый Ном. Мы не знаем, что она замышляет или сколько у неё магов. Мы не знаем, когда она нанесёт следующий удар или где. Но она собирается напасть в ближайшее время."

Правосудие свершиться быстро. Это будет единственной опасностью для тебя.

Что-то мне подсказывало, что Якоби не решится вновь атаковать Бруклинский Дом, не после того, как ее унизили в прошлый раз. Но если она собирается захватить Дом Жизни и уничтожить Кейнов, то какая ещё у неё может быть цель?

Я встретился глазами с Зией и понял, о чем она думает.

"Нет" сказал я. "Они никогда не атаковали бы первый Ном. Это было бы самоубийством. Он сохраняется уже на протяжении пяти тысяч лет."

Картер...мы слабее, чем ты можешь себе представить. Мы никогда не были полностью укомплектованы. Сейчас, многие из наших магов исчезли, возможно, перешли на другую сторону. Все, что у нас есть эта пара пожилых людей и несколько брошенных и напуганных ребятишек, плюс Амос и я. Она развела руками с неким раздражением. "И половину времени я застреваю здесь."

"Подожди" сказал я. "Где ты?"

"Где-то слева от Зии", пропел мужской голос, "Привеееет!"

Зиа вздохнула. "Великолепно. Он только что проснулся"

Пожилой мужчина засунул лицо в магический кристалл. Он ухмыльнулся так, что были видны два зуба. Его лысая, морщинистая голова делала его похожим на старческого ребенка. "Зебры здесь."

Он открыл рот и попытался высосать масло из чаши, заставляя все картинки рябить.

"Нет, мой господин!" Зия толкнула его обратно. "Вы не можете выпить волшебное масло. Мы обсуждали это. Подойдите сюда, возьми печенье."

"Печенье!" пронзительно прокричал он. "Виииииу!" Старикашка пританцовывал, держа в руках вкусное угощение.

Престарелый дед Зии? Нет. Это был Ра, бог Солнца, первый божественный фараон Египта и заклятый враг Апофиса. Прошлой весной мы отправились на его поиски и привели его в чувство от полусна, надеясь на то, что он поднимется во всей славе и будет бороться с Хаосом за нас.

Вместо этого Ра проснулся совсем дряхлым и обезумевшим. Он прекрасно справлялся с печеньями, пускал слюни, и пел бессмысленные песенки. Сражаться с Апофисом? А не слишком ли много?

"Снова в роли няньки?" спросил я.

Зия пожала плечами. "После рассвета я здесь.Гор и Изида обычно присматривают за ним ночью, когда он плывет на своей солнечной лодке. Но в течение дня...ну, Ра расстраивается, если я не приезжаю, и ни один из других богов не хочет присматривать за ним. Если честно, Картер..." Она понизила голос. "Я боюсь того, что они могут сделать, оставшись с ним наедине. Они устали от него."

"Ууиии!" — кричал Ра на заднем плане.

Моё сердце сжалось. Ещё одна вещь, в которой я могу винить себя: я оставил Зию в нянях у бога солнца. Торча в тронном зале богов весь день и помогая Амосу руководить Первым Номом, у Зии практически не оставалось времени на сон, не говоря уже о свидании...даже если бы я мог набраться мужества, что бы пригласить её.

Конечно, всё это не имело бы значения, если бы Апофис действительно уничтожил мир, или Сара Якоби и её магические киллеры добрались до меня. На мгновение я подумал, что Якоби была права — если мир покосился из-за семьи Кейнов, то всем будет лучше без нас.

Я чувствовал себя таким беспомощным, что даже задумался о призыве силы Гора. Мне бы пригодилась некоторая уверенность в себе и мужество бога войны. Но я подозревал, что соединение мыслей Гора с моими не было хорошей идеей. Мои эмоции были в достаточном беспорядке и без чужого голоса в моей голове, подстрекающего меня.

"Я знаю это выражение лица," упрекнула меня Зия. "Ты не можешь винить себя, Картер. Если бы не ты и Сейди, Апофис уже бы уничтожил мир. Благодаря вам ещё есть надежда."

"План Б", подумал я. До тех пор пока не разберемся с этой тайной о тенях и как их можно использовать, я придерживался плана Б, что все равно означало мою с Сейди смерть, даже если он сработает.Но я не собирался рассказывать о нем Зии. С неё хватит плохих новостей.

"Ты права," сказал я. "Нам нужно кое-что выяснить".

"Я вернусь в Первый Ном сегодня вечером. Позвони мне тогда, окей? Мы должны поговорить о..."

Что-то прогрохотало за ней, будто бы на пол свалилась каменная плита.

"Собек здесь," прошептала она. "Терпеть не могу этого парня, Поговорим позже."

"Стой, Зиа," сказал я. "О чем поговорим?"

Но масло стало тёмным, и Зия ушла.

Мне нужно было поспать. Но вместо этого я расхаживал по своей комнате.

Комнаты общежития в Бруклинском доме были потрясающими — удобные кровати, HD телевизоры, высокоскоростной беспроводной Интернет и волшебным образом пополняющиеся мини-холодильники. Армия заколдованных мётел, швабр и тряпок поддерживала порядок в комнатах. Шкафы всегда были полны чистой, идеально сидящей одеждой.

Тем не менее, в своей комнате я ощущал себя как в клетке. Может потому что в качестве соседа по комнате у меня был бабуин. Хуфу не так много времени проводил здесь (обычно, он был внизу с Клео или играл с малышами, позволяя им ухаживать за своим мехом), но на его кровати виднелась впадина в форме бабуина, пачка овсяных хлопьев на тумбочке и качеля из шины, установленная в углу комнаты. Последнее Сейди сделала в качестве шутки, но Хуфу это так пришлось по душе, что я не смог его снять. А если честно, то я просто уже привык, что он всегда рядом. Теперь, когда большую часть времени он проводил с детсадовцами, я скучал по нему. Он все больше начинал нравится мне, располагающим к себе, раздражающим способом, чем-то напоминающим мою сестру.

[Да, Сейди. Этого стоило ожидать].

На мониторе ноутбука менялись заставки. Папа, такой спокойный и полон жизни, на раскопках в Египте в своем рабочем костюме цвета хаки, с засученными рукавами, обнажающими его темные мускулистые руки. Она показывал на расколотую голову статуи какого-то фараона. Папина лысая голова и козлиная бородка смотрелись слегка дьявольскими, когда он улыбался.

На другой фотографии дядя Амос играл на своем саксофоне на сцене джаз-клуба. Он носил круглые темные очки, синюю шляпу, и соответствующий шелковый костюм, как всегда безупречно подогнанный под него. В его косички были вплетены аметисты. Фактически, я никогда не видел Амоса играющего на сцене, но я любил это фото потому, что он выглядел таким счастливым и полным энергии - не таким, каким он был сейчас, когда груз лидерства свалился на его плечи. К сожалению, фото также напомнило мне Анну Гриссом, мага из Техаса со скрипкой, такую весёлую в начале того вечера незадолго до смерти.

Заставка сменилась. Я увидел мою маму, качающую меня на своем колене, когда я был ребенком. Я выглядел здесь довольно смешно, за что Сейди меня постоянно дразнит. На фото, на мне одета голубая футболка фирмы «Онези», испачканная в картофельном пюре. Я вцепился в мамины пальцы, с испугом наблюдая, как она качает меня вверх-вниз и будто бы думая: «Прекрати это!». Моя мама была красива как всегда, даже если на ней были одеты старая футболка и джинсы, а волосы скрыты под банданой. Она улыбалась мне, как будто я - самая потрясающая вещь в ее жизни

Было больно смотреть на это фото, но я продолжал смотреть на него.

Я вспомнил, что сказала мне Сейди: «Что-то происходит с душами умерших, и мы не сможем увидеть нашу маму снова, если не разберемся с этим».

Я сделал глубокий вдох. Мой отец, мой дядя, моя мама - все они магущесвенные маги. Все они многим пожертвовали ради восстановления Дома Жизни.

Они были старше, мудрее и сильнее меня. У них были десятилетия для занятий магией. А у Сейди и меня было всего девять месяцев. Тем не менее, мы должны были сделать то, чего не делал еще ни один маг - победить Апофиса в одиночку.

Я пошел к шкафу и достал свой старый чемодан для путешествий. Это была просто черная кожаная сумка для ручной клади, как и миллионы других, какие вы можете увидеть в аэропорту. В течении многих лет я таскался с ней по всему миру, путешествуя с отцом. Он учил меня жить только с теми вещами, которые я смогу унести.

Я отрыл чемодан. Теперь там ничего не было, кроме одной вещи: статуэтка, вырезанная из красного гранита, с выгравированными иероглифами. Имя - Апофис - было вычеркнуто и перезаписано со сдерживающими заклинаниями, но статуэтка все равно оставалась самым опасным объектом во всем доме - образ врага.

Сейди, Уолт и я сделали эту статуэтку в тайне от всех (не смотря сильные на возражения со стороны Баст). Мы доверились только Уолту, потому что нуждались в его способностях сау (прим. сау – маг, специализирующийся на изготовлении волшебных амулетов). Даже Амос не одобрил бы такой опасный эксперимент. Одна ошибка, одно неправильно произнесенное заклинание, и эта статуэтка могла бы превратить оружие против Апофиса на шлюз, который дал бы ему свободный доступ в Бруклинский Дом. Но мы должны были рискнуть. Если мы не найдем других способов уничтожения змея, то нам с Сейди придется использовать эту статуэтку для Плана Б.

"Дурацкая идея!" - послышался голос с балкона.

Голубь взгромоздился на перила. Было в его внешности что-то не голубиное: он выглядел бесстрашным, даже опасным; и я узнал этот голос, что был намного более мужественным и воинственным чем тот, который вы ожидаете услышать от члена голубиного семейства.

"Гор?" — спросил я.

Голубь покачал головой. "Могу ли я войти?"

Я знал, что он спрашивает это не из вежливости. Дом был сильно зачарован, чтобы не впускать сюда непрошеных гостей вроде грызунов, термитов и египетских богов.

"Я разрешаю тебе войти", с ноткой формальности произнес я, "Гор, в виде... эм... голубя."

"Спасибо." Голубь оторвался от перил и, переваливаясь, вошел внутрь.

— Почему голубь? — спросил я.

Гор взъерошил свои перья. "Ну, я думал выбрать сокола, но они редки в Нью-Йорке. Я хотел что-нибудь с крыльями, так что голубь - лучший выбор. Они ведь отлично адаптируются в городах, не боятся людей. Они - благородные птицы, ты так не думаешь?"

"Благородные," согласился я. "Это первое слово, что приходит мне на ум, когда я думаю о голубях."

"Правильно", подтвердил Гор.

Видимо, такого понятия как «сарказм» в древнем Египте не существовало, так как Гор, кажется, не особо понял его. Он перелетел на мою кровать и склевал несколько хлопьев, оставшихся от обеда Хуфу.

— Эй, — предупредил я, — если ты нагадишь на мои одеяла...

— Ох, да ладно тебе... Боги войны не гадят на одеяла. Хотя, был один случай...

— Забудь. Я ничего не говорил.

Гор перелетел на край моего чемодана. Он посмотрел вниз на статуэтку Апофиса.
— Опасно, — сказал он. — Слишком опасно, Картер.

Я не рассказывал ему о плане Б, но не был удивлён тем, что он знает о нём. Гор и я обменивались мыслями слишком часто. Чем больше я пользовался его силами, тем лучше мы понимали друг друга. Недостатком такой связи было то, что я не всегда могу её отключить.

— Это наш аварийный запасной план, — произнес я. - Мы пытались придумать что-то получше.

"Это наша запасная копия," сказал я. "Мы пытаемся найти другой выход".

— Гоняясь за тем свитком, — напомнил он. — Последняя копия которого сгорела сегодня Далласе.

Я подавил желание проткнуть голубя чем-нибудь. "Да. Но Сейди нашла шкатулку теней. Она думает, что это своего рода ключ к разгадке. Ты ведь ничего не знаешь об использовании теней против Апофиса, не так ли?

Голубь повернул голову в сторону. "Не совсем. Моё понимание магии довольно простое. Вонзать во врагов меч, пока они не умрут. Если воскреснут — пронзить ещё раз. Повторить по мере необходимости. По крайней мере, это работало против Сета."

"После скольких лет сражений?"

Голубь уставился на меня. "Что ты хочешь этим сказать?"

Я решил избежать спора. Гор был богом войны. Он любил сражаться, но победа над Сетом, богом зла, заняла у него несколько лет. И Сет был просто мелочью рядом с Апофисом — воплощением хаоса. Не думаю, что что-то сработало бы, если бы я тыкал в Апофиса мечом.

Я вспомнил о том, что сказала мне Баст ранее в библиотеке.

— Тот возможно знает больше о тенях, — сказал я.

— Возможно, — проворчал Гор. — Тот годится лишь на изучение своих старых свитков.
— Он изучал фигурки змея.
— Забавно, я только что кое-что вспомнил... давным-давно, египтяне использовали одно и тоже название для статуэток и теней, потому что они обе были уменьшенными копиями объекта. Они назывались Шу.

— Что ты пытаешь этим сказать?

Голубь взъерошил свои перья.
— Ничего. Это просто пришло мне в голову, пока я смотрел на статуэтку и слушал твой рассказ о тенях.

Я почувствовал холод между лопаток.

Тени...статуи.

Прошлой весной Сейди и я видели, как Дежарден, бывший Верховный чтец, проклял Апофиса. Было опасно проклинать даже низших демонов. Нужно уничтожить маленькую статую цели, при этом, полностью уничтожая и саму цель, стирая ее с лица земли. Одна ошибка - и все начинает взрываться, включая мага, который наложил это заклинание.

В Подземном мире Дежарден использовал самодельную статуэтку против Апофиса. Верховный чтец умер, совершая проклятие, и ему удалось лишь закинуть Апофиса немного глубже в Дуат.

Мы с Сейди надеялись, что имея более мощную, магическую статую и работая вместе, нам удастся наложить проклятие на Апофиса полностью, ну или закинуть его так далеко в глубины Дуата, чтобы он никогда не смог оттуда выбраться.

Это и был план Б. Но мы знали, что такое сильное заклинание, потребует огромного количества энергии и это может стоить нам наших жизней. Если, конечно, мы не найдем другой способ.

Статуи как тени, тени как статуи...

В моей голове начал формироваться План В, но идея была настолько безумной, что мне не хотел озвучивать ее.

— Гор, — осторожно спросил я, — у Апофиса есть тень?

Голубь моргнул своими красными глазами. "Что за вопрос! Почему ты...?" Он взглянул на красную статую. "Оу...Оу. Это действительно умно. Похоже на идею сумасшедшего, но очень умно. Ты думаешь, что книга Сетна об "Преодолении Апофиса", которую Апофис уничтожил...ты думаешь, она содержит секретное заклинание для..."

"Я не знаю, " ответил я. "Стоит спросить Тота. Может, он что-нибудь знает".

"Возможно, " неохотно согласился Гор. "Но я всё еще считаю, что лобовая атака - это самый лучший способ."

— А как же...

Голубь покачал головой.
— Вместе мы достаточно сильны. Ты и я. Нам нужно соединить силы, Картер. Позволь мне разделить с тобой твое тело, как я сделал это однажды. Мы можем возглавить армию из богов и людей и победить змея. Вдвоем мы будем править миром.

Мысль могла бы показаться заманчивой, если бы я не смотрел на жирную птицу с остатками хлопьев на оперении. Позволить голубю править миром - это определенно не сулило ничего хорошего.

— Поговорим об этом позже, — ответил я. — Сперва я должен поговорить с Тотом.

— Мда... — Гор взмахнул крыльями. — Он все еще в Мемфисе на своем нелепом спортивном стадионе. Но, если ты планируешь увидеть его, я бы не задерживался.

"Почему ?"

— Об этом я и хотел поговорить, — сказал Гор. — Вопросы, которые усложняются среди богов. Апофис разделил нас, нападая на нас поодиночке, точно также он сделал с твоими магами. Первым пострадал Тот.

— Пострадал... как?

Голубь вздулся. Пучок дыма вырвался из его клюва.
— О, боже. Мой хозяин самоуничтожается. Он не может удерживать мой дух долго. Поспеши, Картер. Я кое-как сохраняю богов вместе, удерживая от войны, и старый Ра мне в этом не помогает. Если ты и я не объединим наши армии вместе, то вскоре не будет никаких армий, чтобы объединить их.

— Но...

Из голубя вышел еще один завиток дыма.
— Все, мне пора. Удачи.

Гор вылетел в окно, оставив меня наедине со статуей Апофиса и несколькими серыми перьями.

Я спал, словно мумия. Это было приятным моментом. Неприятным было то, что Баст дала мне проспать аж до полудня.

"Почему ты не разбудила меня?" спросил я. "Мне нужно так много сделать!"

Баст развела руками. "Сейди настояла. У вас была бурная ночь вчера вечером Она сказала, что тебе нужен отдых. Кроме того, я кошка. Я уважаю святость сна.

Я был все еще зол, но часть меня понимала, что Сейди была права. Я израсходовал много магической энергии вчера вечером и действительно поздно лёг спать. Возможно — только возможно — Сейди заботилась обо мне.

[Я только что заметил, что она корчит мне рожицы, так что, возможно, я ошибся].

Я принял душ и переоделся. К тому времени, когда другие дети вернулись со школы, я чувствовал себя почти человеком.

Да, я сказал школа, старая добрая школа. Прошлой весной у нас были только уроки магии в Бруклинском доме, но с началом осеннего семестра Баст решила, что детям просто необходима доля нормальмной жизни. Так что теперь они ходят в академию в первой половине дня, а во второй половине и и по выходным обучаются магии.

Я был единственным, кто не посещал школу. Я всегда был на домашнем обучении. Мысль о шкафчиках, графиках, учебниках и питании в кафетерии при работе в Двадцать Первом Номе была уж слишком для меня.

Вы могли подумать, что другие дети жалуются на школу, особенно Сейди. Но на самом деле посещение школы действовало на них хорошо. Девочки были счастливы оттого, что у них появлось больше друзей (и менее глупые поклонники, как они утверждали). У ребят появилась возможность заниматься спортом с реальными командами, а не один-на-один с Хуфу, используя египетские статуи вместо колец. Что же касается Баст, она была счастлива получить тихий дом, чтобы растянуться и вздремнуть на солнышке растянувшись на полу.

Во всяком случае, к тому времени как ребята вернулись домой я успел обдумать разговоры с Зией и Гором. План, который я придумал вчера, всё ещё казался мне сумасшедшим, но я решил, что это может быть нашей лучшей попыткой. После совещания мы с Сейди и Баст, которые согласились со мной, решили что пришло время рассказать все нашим друзьям.

Мы собрались на ужин на главной террасе. Это отличное местечко для обеда, с невидимыми барьерами, которые защищают от ветра и с чудесным видом на Ист-Ривер и Манхэттен. Еда появлялась магически и всегда была вкусной. Тем не менее, я побаивался встреч на террасе. В течении девяти месяцев там прошли все наши самые важные собрания. Я начал ассоциировать посиделки за столом с различными стихийными бедствиями.

В то время, пока мы наполняли наши тарелки со шведского стола, наш страж крокодил альбинос Филипп Македонский счастливо плескался в своем бассейне. Прием пищи рядом с двадцати футовым в длину крокодилом отнимало какое-то время, чтобы привыкнуть, но Филипп был хорошо натренирован. Он только-что съел бекон, беспризорную водоплавающую птицу и случайно забредшего сюда монстра.

Баст сидела во главе стола с консервной банкой «Фэнси фист». Сейди и я сели вместе на против друг друга в конце. Хуфу нянчил малышей, несколько новичков делали домашние задания или пытались улучшить свое мастерство в заклинаниях, но большинство присутствующих здесь - десятки старших учеников.

Несмотря на прошлую ночь, все почему-то были в хорошем настроении. Я был по своему рад, что они еще не знали о существовании видеозаписи Сары Якоби о смертельной опасности. Джулиан продолжал кататься на стуле и ухмыляться, без особой на то причины. Клео и Жас шептались и хихикали. Даже Феликс казался оправившимся от шока после происшествия Далласа. Он создавал новых пингвинов-шабти из своего пюре и оживлял их.

Только Уолт был мрачным. У парнишки в обеденной тарелке не было ничего, кроме трех морковин и кусочка Желе-О. (Хуфу настаивал, что Желе-О обладало огромными целебными свойствами). Судя по тому, как напряжены глаза Уолта и скованны его движения, я догадался, что его боль была даже хуже, чем прошлой ночью.

Я обернулся к Сейди. — Что происходит? Кажется, что все такие... рассеянные.

Она посмотрела на меня. — Я постоянно забываю, что ты не ходишь в школу. Сегодня танцы, Картер. Придут ученики из других школ. Можем ли мы поспешить с собранием, а?

— Шутишь? — спросил я. — Я тут думаю о том, что нам делать с концом света, а ты переживаешь, как бы не опоздать на танцы?

— Я говорила тебе об этом миллионы раз, — настояла Сейди. — Кроме того, нам нужно отвлечься от всего этого. Теперь давай рассказывай всем о своем плане. Некоторым из нас все еще нужно решить, что одеть на танцы.

Я хотел возразить, но другие смотрели на меня выжидающе. Я прочистил горло.

— Ладно. Я знаю, что сегодня танцы, но...

— В семь — сказала Джаз. — Ты же придешь, не так ли?

Она улыбнулась мне. Она что флиртовала?

[Сейди только что назвала меня тупицей. Эй, у меня были другие вещи на уме].

— Эээ... в любом случае... — я запнулся. — Нам нужно обговорить то, что произошло в Далласе и что может произойти далее.

Это подорвало всем настроение. Улыбки исчезли. Мои друзья внимательно слушали, когда я рассказывал о нашей миссии в Пятьдесят первом номе, об уничтожении «Книги Преодоления Апофиса» и о находке в виде теневого ларца. Я рассказал им о требовании Сары Якоби сдаться и о беспорядке среди богов, о котором упоминал Гор.

Сейди присоединилась. Она рассказала о ее таинственной встрече с лицом в стене, двумя богами, и призраком нашей мамы. Она поделилась, что нутром чует, что наш самый лучший шанс победить Апофиса - сделать что-то с тенями.

Клео подняла руку. — Так... восставшие маги могут гарантировать тебе смерть. Боги не могут нам помочь. Апофис может появится в любое время и свиток, который мог нам помочь победить его, уничтожен. Но нам не стоит волноваться, так как у нас есть пустая коробка и расплывчатые догадки о тенях.

— Вау, Клео, — с восхищением сказала Баст. — В тебе явно есть что-то кошачье!

Я вжался руками в поверхность стола. Нужно было всего немного усилий, чтобы призвать силу Гора и разбить этот ларец вдребезги. Но я сомневаюсь, что это помогло бы моей репутации спокойного и держащего все под контролем лидера.

— Это более чем расплывчатые догадки, — ответил я. — Слушайте, вы все знаете заклинание проклятия, так?

Наш крокодил, Филипп, крякнул. Он хлопнул хвостом по воде в бассейне и обрызгал наш обед. Магические существа немного чувствительны к слову «проклятие»

Джулиан вытер воду со своего бутерброда запеченного с сыром.
— Чувак, ты не можешь проклясть Апофиса. Он же огромный! Дежарден пытался, и это убило его.

— Знаю, — ответил я. — С помощью проклятия ты уничтожишь фигурку, которая изображает врага. Но что, если бы ты мог сотворить заклинание, уничтожая более могущественную репрезентацию - что-то более связанное с Апофисом.

Уолт подался вперед, внезапно заинтересовавшись. — Его тень?

Феликс был так поражен, что уронил ложку, уничтожив пингвина из пюре.
— Погоди, что?

— Гор подал мне идею, — ответил я. — Он сказал мне, что в древние времена статуи назывались тенями.

— Но это было чисто символически, — произнесла Алисса. — Разве нет?

Баст опустила свою пустую банку из-под Фэнси Фист. Она все еще нервничала по поводу всех этих разговорах о тенях, но когда я объяснил ей, что либо она поможет, либо мы с Сейди умрем, она согласилась поддержать нас.

— Может быть, и нет, — сказала богиня кошек. — Я не очень-то хорошо разбираюсь в проклятиях, я же говорила. Грязное дельце. Но, возможно, что фигурка, используемая для экзарации, первоначально должна была представлять тень объекта, которая является важной частью души.

— Значит... — сказала Сейди. — Мы можем наложить проклятие на Апофиса, но вместо того, чтобы уничтожить статую, мы уничтожим его настоящую тень. Восхитительно, да?

— Сумасшествие, — ответил Джулиан. — Как вы уничтожите тень?

Уолт прогнал картофельного пингвина от своего Желе-О.
— Это не сумасшествие. Симпатическая магия - это все об использовании маленькой копии объекта, чтобы манипулировать настоящей целью. Это, возможно, целая традиция изготовлять маленькие статуэтки, которые представляют собой людей и богов. Может быть, в свое время, те фигурки действительно содержали в себе тень объекта. Есть множество историй о душах богов, проживающих в статуях. Если бы тень застряла в фигурке, у вас бы была возможность уничтожить ее.

— Можешь ли ты сделать такую фигурку? — спросила Алисса. — Что-то такое, что может связать тень... Апофиса?

— Возможно. Уолт взглянул на меня. Большинство сидящих за столом не знали, что мы уже создали фигурку Апофиса, которая могла быть использована в этих целях. — Даже если бы мы смогли, нам бы понадобилось найти тень. Тогда нам понадобится достаточно продвинутая магия, чтобы захватить и разрушить ее.

— Найти тень? — Феликс нервно улыбнулся, будто бы надеялся, что мы шутим. — Разве она не должна быть прямо под ним? И как вы ее поймаете? Наступите? Посветите на нее лучиком света?

— Это будет намного сложнее, — ответил я. — Древнегреческий маг Сетне, парень, который написал свою собственную версию Книги Преодоления Апофиса, я полагаю, что он создал заклинание, чтобы поймать и уничтожить тени. Вот почему Апофис так стремился уничтожить доказательства. Это его тайная слабость.

— Но свитка нет, — сказала Клео.

— Но, все еще есть кто-то, у кого мы можем спросить, — ответил Уолт. — Тот. Если кто и знает ответы на наши вопросы, то только он.

Напряжение вокруг нас, казалось, потихоньку исчезало. По крайней мере, мы дали нашим учениками капельку надежды, даже если это было слишком рискованно. Я был рад, что Уолт на нашей стороне. Его способности сау, могут быть единственной возможностью привязать тень к статуэтке, а его одобрение - повлиять на наших учеников.

— Нам нужно срочно посетить Тота, — сказал я. — Сегодня вечером.

— Ага, — согласилась Сейди. — Сразу после танцев.

Я уставился на неё. "Ты ведь не серьёзно"

"О, да, дорогой братец." Она озорно улыбнулась, и на секунду мне стало страшно от мысли о том, что она может использовать моё тайное имя, чтобы заставить меня подчиниться. "Мы собираемся на танцы сегодня вечером. И ты пойдёшь с нами."

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/47245/191535

Переводчики: Weklu21, roundtheworld14, Lelka_