Готовый перевод Rick Riordan - The Kane Chronicles - Book Three - The Serpent's Shadow / Рик Риордан - Хроники Кейна - Книга третья - Тень змея: Глава 5

Сейди

5. Танец со смертью

УРА, КАРТЕР. По крайней мере ты знаешь, когда передать мне микрофон, чтобы я рассказала о важных вещах.

Честно, он так трудится над его планами относительно Апокалипсиса, но у него нет никаких планов относительно танцев. Приоритеты моего братца сильно искажены.

Я не думаю, что поступила эгоистично, захотев пойти на танцы. Конечно, у нас есть серьезное дело, с которым нужно разобраться. И именно из-за этого я настаивала на вечеринке в первую очередь. Наши ребята нуждались в подъеме морального духа. Им нужена была возможность побыть нормальными детьми, завести друзей и пожить снаружи Бруклинского дома - того, за что мы боремся. Даже армии дерутся лучше, если они иногда отдыхают и развлекаются. Я уверена, что какой-нибудь полководец где-то это сказал.

К закату я была готова вести войска в бой. Я выбрала довольно хорошее черное платье без бретелек, наложила темные пряди в мои светлые волосы и нанесла легкий темный макияж, который придавал мне восставший-из-могилы вид. Я одела обычные туфли без каблуков (несмотря на то, что говорит Картер, я не ношу боевые сапоги все время; только 90% времени), серебряный амулет из шкатулки моей мамы и кулон, который подарил мне Уолт на мой последний день рождения, с египетским знаком вечности - шен.

У Уолта был такой же амулет в его собственной коллекции талисманов, который придавал нам магические линии связи и даже возможность вызывать человека в чрезвычайных ситуациях.

К сожалению, амулеты шен не означали, что мы встречались. Если бы Уолт попросил меня, я бы согласилась. Уолт был такой добрый, великолепный - действительно идеальный, по-своему. Возможно, если бы он заявил о себе немного больше, я бы влюбилась в него и смогла бы отпустить другого парня, божественного.

Но Уолт умирал. У него была эта глупая мысль, что это будет нечестно, если мы начнем отношения в таких странных обстоятельствах. Как будто это бы меня остановило. Таким образом, мы застряли в этой сводящей с ума неопределенности: флиртовали, болтали часами, иногда даже целовались, когда немного теряли бдительность - но Уолт всегда отходил и останавливал меня.

Почему вещи не могут быть простыми?

Я говорю об этом не потому что буквально врезалась в Уолта, когда спускалась по лестнице.

— Ох! — сказала я. — Потом я заметила, что он до сих пор был в своей старой рубашке, джинсах и без туфель. — Ты еще не готов?

— Я не иду, — сказал он.

Мой рот открылся. — Что? Почему?

— Сейди... я буду нужен вам, когда вы отправитесь к Тоту. Если я пойду с вами, мне надо отдохнуть.

— Но... — я заставила себя остановиться. С моей стороны было неправильно давить на него. Мне не нужна была магия, чтобы видеть, что ему было очень больно.

Сотни лет магических знаний в нашем распоряжении и ничего не помогает в нашем стремлении помочь Уолту. Я спрашиваю тебя: В чем смысл быть волшебником, если ты не можешь взмахнуть палочкой и сделать так, чтобы люди, которые тебе не безразличны чувствовали себя лучше?

"Правильно", сказала я. "Я - я просто надеялась..."

Все что я бы сейчас не сказала, казалось бы бессмыслицей. Я хотела потанцевать с ним. Боги Египта, я специально так разрядилась ради него. Предполагаю, что смертные ребята были неплохими, но в сравнении с Уолтом, они казались совсем мелкими. (хотя, в сравнении с Анубисом они были хорошенькими). Что же касается остальных парней Бруклинского дома - танцы с ними позволили бы мне почувствовать себя немного странной, если не сказать лишней, как если бы я танцевала со свои кузенами.

"Я могла бы остаться" - предложила я, кажется, это прозвучало не особенно убедительно.

Уолт выдавил улыбку. "Нет, иди, Сэди. Правда. Уверен, я буду чувствовать себя намного лучше, когда ты вернешься. Хорошо тебе провести время. "

Он прошмыгнул мимо меня и поднялся наверх.

Я несколько раз глубоко вздохнула. Часть меня действительно хотела остаться и присмотреть за ним. Идти на танцы без него казалось неправильным.

Я заглянула с Большую Комнату. Старшие дети смеялись и что-то обсуждали, готовые идти. Если бы я не пошла, они могли бы почувствовать себя обязанными тоже остаться.

Чувство, что в желудок был набит чем-то цементным. Вся радость и волнение неожиданно куда-то исчезли. Я месяцы проводила в бедственном положении приспосабливаясь к жизни в Нью Йорке после стольких лет жизни в Лондоне. Я была вынуждена сохранять равновесие между ролью молодого волшебника и трудностями, которые выпадают на долю обычной ученицы. Сейчас, когда мы выпала возможность как-то соединить эти две жизни и провести прекрасную ночь, все мои мечты провалились крахом. Я должна была пойти и делать вид, что мне весело. Но я делала это только из чувства долга, для того, чтобы другие чувствовали себя лучше.

Я задалась вопросом, действительно ли это было то чувство, которое чувствуешь, будучи взрослым человеком? Это ужасно.

Единственное, что подняло мое настроение было появление Картера. Он вышел из своей комнаты, одетый как молодой профессор, в пальто, галстуке, рубашке, застегивающейся на пуговицы и брюках. Бедный парень - конечно, он никогда не был на танцах со времен школьного выпускного бала. В этом смысле у него не было никакой подсказки.

"Ты выглядишь...замечательно". Я попыталась сохранить невозмутимый вид. "Как думаешь, не слишком траурный у тебя вид?"

"Заткнись," прорычал он. "Давай покончим с этим."

Школой, которую посещали я и наши ученики, была Бруклинская Академия для Гениев. Все называли ее БАГ (прим. bag - сумка, мешок). Шутки об этом у нас не кончались: студенты были баггинсами, гламурные девчонки с силиконовыми губами были пластиковыми багами, наши выпускники были старыми багсами, и, естественно, наш директор, миссис Лейрд, была Леди Баг.

Несмотря на такое название, школа была достаточно хорошей. Каждый, из учащихся был талантлив в той или иной области, будь то живопись, музыка или театральное мастерство. Расписание было достаточно гибким, с большим количеством свободного времени, что нам, волшебникам, играло на руку. Мы могли уйти на сражение с монстрами тогда, когда нам было необходимо и, как волшебникам, нам ничего не стоило выдавать себя за талантливых ребят. Алисса использовала магию земли для создания скульптур. Уолт специализировался на драгоценностях. Клео была восхитительной писательницей, она с легкостью могла пересказывать давно забытые истории со времен Древнего Египта. Что же касается меня, мне не нужна была магия. Я была прирожденной драматической актрисой.

[Перестань смеяться, Картер.]

Наш кампус располагался прямо в центре Бруклина, и что было бы неожиданным для вас это то, что он больше походил на парк, акры зеленых лужаек, ухоженные деревья и живые изгороди, даже небольшое озерцо с утками и лебедями.

Танцы проводились в шатре перед административным зданием. Оркестр играл в бельведере. Огни были натянуты между ветвями деревьев. Наставники обходили периметр, проводили так называемый "патруль за кустами", чтобы убедиться, что никто из старшеклассников тайком не улизнул.

Я старалась не думать об этом, но музыка и эта толпа напомнили мне о Далласе за ночь до этого - абсолютно противоположная по ощущениям вечеринка, которая окончилась очень плохо. Я вспомнила Джей Ди Гриссома, пожимающего мою руку, и желающего мне удачи перед тем, как уйти спасать жену.

Во мне вспыхнуло ужасное чувство вины. Я подавила его. Мои рыдания посреди танцев не принесли бы Гриссому никакой пользы. Кроме того, это никак бы не помогло моим друзьям наслаждаться происходящим.

Поскольку многие из нашей компании рассеялись в толпе, я повернулась к Картеру, который теребил галстук.

"Так", сказала я. "Тебе нужно потанцевать."

Картер с ужасом посмотрел на меня. "Что?"

Я позвала свою смертную подружку, красотку Лэси, которая была на год младше меня. Она многозначительно посмотрела на меня. (я знаю, трудно было бы сделать это по-другому.) У нее были изящные косички, она носила брекеты, и возможно, она была единственным человеком на этой вечеринке, который нервничал больше моего брата. Она видела фото Картера, и нашла его достаточно модным. Я не стала убеждать ее в обратном. В большинстве случаев, она обладала превосходным вкусом.

"Лэси-Картер", я представила их друг другу.

"Ты выглядишь так же как и на фото!" ухмыльнулась Лэси. Кромки брекетов чередовались розовым и белыми цветами, подходящими к платью.

"Ух" - сказал Картер.

"Он не умеет танцевать," сказала я Лэси. "Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты научила его"

"Конечно!" пронзительно прокричала она. Она схатила моего брата за руки и унеслась с ним в толпу.

Я начала чувствовать себя намного лучше. В конце концов, может мне и удастся повеселиться сегодня.

Я повернулась и столкнулась лицом к лицу с не столь любимой мной смертной - Дрю Танакой, главой популярного сообщества для девушек, в сопровождении своей супер модели.

"Сэди" Дрю бросилась на меня с распростертыми объятьями. Ее парфюм напоминал смесь роз и слезоточивого газа. "Я так рада, что ты здесь, дорогая. Если бы я знала, что ты придешь, ты бы могла прокатиться с нами в лимузине!"

Ее подруги изобразили сочувственные вздохи и усмехнулись, давая понять, что они вовсе не были искренними. Они были одеты практически одинаково, в свои новые шелковые дизайнерские платья, которые, без сомнений, заказали им их родители во время последней Недели Моды. Дрю была самой высокой и самой гламурной (я использую это слово как ругательство) с ужасной розовой подводкой для глаз и вьющимися черными волосами, что по-видимому было личной кампанией Дрю по возвращению такой популярной в 80-е года химической завивки. На шее у нее висел сияющий платиновый кулон с диамантом в форме буквы «Д» - возможно ее инициал, а возможно, оценка успеваемости в школе (прим. в США оценка «Д» - это один балл).

Я одарила ее натянутой улыбкой.
— Ого, лимузин. Спасибо за это. Но я сомневаюсь, что между тобой, твоими друзьями, и твоим эго, нашлось бы лишнее место.

Дрю надула губы.
— Это неприятно, милая! Где Уолт? Бедный мальчик всё ещё болен?

За ней некоторые из девушек кашлянули в кулаки, изображая Уолта.

Я хотела вытащить своих помощников из Дуата и превратить их в земляных червей для уток. Я была уверена, что справлюсь и я сомневалась, что кто-нибудь будет скучать по ним, но я сдержалась.

Лейси предупреждала меня на счет Дрю в мой первый учебный день. Они вместе ездили в какой-то летний лагерь - бла, бла, я действительно не вслушивалась в суть дела - и Дрю была там жутким тираном.

Однако, это не означало, что она может быть тираном и со мной.

— Уолт дома, — сказала я, — я говорила ему, что ты будешь здесь. Забавно, но это не слишком его заинтересовало.

"Как жаль" глубоко вздохнула Дрю. "Ты знаешь, а может он и не так уж и болен. Может быть это всего-навсего аллергия на тебя, ох. Такое случается. Я должна навестить его и принести ему куриного бульона, или чего-нибудь в этом роде. Где он живет?"

Она мило улыбнулась. В действительности, я не знала, так ли уж ей нравится Уолт, или она делала это назло мне, просто потому. что ненавидела меня. С другой стороны, мысль превратить ее в земляного червя казалась все более привлекательной.

Перед тем, как я могла бы совершить какой-либо опрометчивой поступок, знакомый голос за моей спиной произнес "Привет, Сэди."

Другие же девчонки коллективно вздохнули. Мой пульс изменился от "неспешного" до "ста двадцати ударов в минуту". Я повернулась, и действительно, бог Анубис обрушился на наши танцы.

И как обычно, он имел наглость выглядеть великолепно. Эта его манера так раздражала. Он носил узкие, черные брюки с черными кожаными ботинками и мотоциклетную куртку поверх футболки. Волосы его были взъерошены, будто он только что проснулся, и я сдерживала себя оттого, чтобы не провести руками и не прибрать их. Карие глаза блестели, будь то взгляд оттого, что он увидел меня или оттого, что он наслаждался тем, что видит меня взволнованной.

"О...мой...Бог," прохныкала Дрю. "Кто..."

Анубис проигнорировал ее (благослови его за это) и выставил вперед локоть приятный старомодный жест. "Могу я пригласить тебя на этот танец?"

"Думаю, да," пробурчала я.

Я протянула свою руку через его, и мы оставили пластиковых багов позади нас, все бормотали "Боже мой, боже мой!"

«Нет» - хотелось ответить им на самом деле. «Он - МОЙ удивительно горячий парень-бог. Найдите себе своего собственного».

Неровные брусчатки сделали танцпол опасным для танцев. Все дети, вокруг нас, спотыкались о них. Анубису было все-равно, когда девчонки оборачивались и с глупым видом таращились в его сторону, когда он вел меня через толпу.

Я была рада, что Анубис держал меня за руку. Меня переполняли эмоции, голова кружилась. Я была до смешного счастлива оттого, что он был здесь, и чувствовала себя виноватой потому что бедный Уолт сейчас находился один дома, в то время как я прогуливалась рука об руку с Анубисом. Ну а с другой стороны, я была спокойна что Уолт и Анубис не встретились сегодня здесь . Это было бы нелепо. Но это облегчение дало новую волну еще большего чувства вины. Боги Египта, я была растеряна.

Когда мы дошли до середины танцпола, оркестр неожиданно переключился с игры танцевальной мелодии на любовную балладу.

"Это твоих рук дело?" спросила я Анубиса.

Он улыбнулся, и это был недостаточный ответ. Он положил одну руку мне на бедро, другую руку вложил в свою, как настоящий джентльмен. Мы запарили в танце.

Я слышала о парении в танце, но мне понадобилось несколько минут для того, чтобы ощутить, что мы действительно парим в воздухе - на несколько миллиметров от земли, никто не мог заметить этого, но для нас этого было вполне достаточно для того, чтобы скользить по этим булыжникам, в то время как остальные только и делали, что спотыкались.

В нескольких метрах от нас, Лэси показывала Картеру как танцевать медленный танец, выглядел он достаточно неловко . [Да, Картер, это тебе не квантовая физика.]

Я пристально посмотрела в теплые карие глаза Анубиса и на его восхитительные губы. Однажды он поцеловал меня, это был мой день рождения, прошлой весной - и мне никогда не хотелось повторить это. Вы могли бы подумать, что у бога смерти холодные губы, но на самом деле это было не так.

Я попыталась привести свои мысли в порядок. Я была уверена в том, что Анубис здесь по какой-то причине, но сосредоточиться на этом было практически невозможно.

"Я думала...Эм", я вдохнула немного воздуха и еле-еле сдержала себя оттого, чтобы не пустить слюни.

Ох, Сэди, подумала я. Давай попробуем высказаться полными предложениями, сейчас, можно?

"Я думала, ты можешь появиться только в местах, где есть смерть," сказала я.

Анубис осторожно улыбнулся. "Это и есть место смерти, Сэди." Битва Бруклинских Верхушек, 1776 года. Сотни американских и британских солдат, покоятся прямо там, где мы танцуем.

"Как романтично" пробормотала я. "Получается, мы танцуем на могилах?"

Анубис тряхнул головой. "Большинство не были захоронены надлежащим образом." Поэтому я решил навестить тебя здесь. Эти привидения могут как следует развлечься этой ночью, совсем как эти новички."

Вдруг, вокруг нас закружили духи - светящиеся призраки в одеждах восемнадцатого века. На некоторых была красная униформа Британской армии. Другие были в разных милицейских нарядах. Они танцевали с призрачными леди в простых фермерских или причудливых шелковых платьях. У некоторых женщин были копны шикарных вьющихся волос, которые могли бы заставить завидовать даже Дрю. Казалось, что призраки танцевали под другую песню. Я напрягла ухо и смогла различить скрипку и виолончель.

Ни один обычный смертный, казалось, не замечал призрачного нашествия. Даже мои друзья из Бруклинского дома ничего не заметили. Я наблюдала за призрачной парой, вальсирующей прямо мимо Картера и Лейси. Пока Анубис и я танцевали, Бруклинская Академия, казалось, постепенно исчезала, а призраки становились все более реальными.

Один солдат был ранен мушкетом в грудь. У британского офицера из напудренного парика торчал томагавк. Мы танцевали между мирами, вальсируя бок о бок с улыбающимися, отвратительно убитыми фантомами. Анубис конечно знал, чем можно удивить девушку.

— Ты делаешь это снова, — сказала я. — Сбиваешь меня с толку или... называй это как хочешь.

— Есть немного, — признался он, — нам нужен уединенный уголок для разговора. Я обещал, что навещу тебя лично...

— Что ты и сделал.

— Но, это может вызвать неприятности. Это, возможно, последний раз, когда я вижу тебя. Кое-кто не в восторге от нашей ситуации.

Я сузила глаза. Мне показалось, или бог мертвых покраснел?

— Нашей ситуации, — повторила я.

Нас.

Это слово гулко отдалось в моих ушах. Я даже попыталась сохранить мой голос. — Насколько мне известно, официально нет никаких «нас». Почему это может быть наш последний разговор?

Сейчас он точно покраснел.
— Пожалуйста, просто послушай. Я так много должен тебе сказать. У твоего брата появилась правильная идея. Тень Апофиса - ваша надежда, но только один человек может научить вас магии, которая вам нужна. Тот может направить вас, но я сомневаюсь, что он откроет тайну заклинаний. Это слишком опасно.

— Подожди, подожди, — я все еще не оправилась от комментария о нас. И от мысли, что я возможно в последний раз видела Анубиса. Это послало клетки моего мозга в режим тревоги, и тысячи крошечных Сейди бегали в моем черепе, крича и размахивая руками.

Я пыталась сосредоточиться. — То есть у Апофиса действительно есть тень? И она может быть использована для проклятия...

— Пожалуйста, не используй это слово. — Анубис поморщился. — Но да, душа есть у всех, поэтому и тень есть у всех, даже у Апофиса. Я знаю многое об этом, так как я проводник мертвых. Я ведь должен иметь дело с душами. Могли бы его тень использовать против него? В теории, да. Но это опасно.

— Естественно.

Анубис и я прокружились сквозь пару призраков-колонистов. Пока мы танцевали, другие ученики смотрели на нас и перешептывались, но их голоса звучали отдаленно, будто они находились на противоположенной стороне водопада.

Анубис изучал меня с каким-то нежным сожалением.
— Сейди, я бы не направил тебя на этот путь, если бы был другой способ. Я не хочу, что бы ты умерла.

— Я могу согласиться с этим, — сказала я.

— Даже говорить о таком виде магии запрещено, — предупредил он, — но ты должна знать, с чем вы имеете дело. Шу является наименее изученной частью души. Это... как объяснить... душа в последней инстанции, последовательный образ жизненной силы человека. Ты слышала, что души нечестивых разрушаются в Зале Суда....

— Когда Аммит пожирает их сердца, — сказала я.

— Да.
Анубис понизил свой голос.
— Мы говорим, что это полностью разрушает душу. Но это не так. Тень останется. Иногда, очень редко, Осирис решает, эм... пересмотреть решение суда. Если кто-то был признан виновным, но проявляются новые доказательства, то есть способ извлечь душу из небытия.

Я пыталась понять это. Я почувствовала, будто мои мысли витают в воздухе, как и мои ноги, не имея возможности прикоснуться к чему-нибудь твердому.
— Так... ты говоришь, что тени могут быть использованы для, эм, перезагрузки души? Как резервное копирование компьютерного диска?

Анубис посмотрел на меня с удивлением.

— Уфф, прости, — я вздохнула, — я провожу слишком много времени с моим чокнутым братом. Он говорит, как компьютер.

— Нет, нет, — сказал Анубис, — это реально хорошая аналогия. Я никогда не думал об этом таким образом. Да, душа не полностью уничтожена, пока не разрушена тень, так что, в крайнем случае, с помощью правильной магии, можно перезагрузить душу, используя шу. Наоборот, если ты пытаешься уничтожить тень бога, тем более тень Апофиса как часть экз... эмм... того заклинания, что ты упоминала...

— Шу будет бесконечно могущественнее обычной статуи, — догадалась я, — мы могли бы уничтожить его, возможно, не уничтожив себя.

Анубис нервно огляделся по сторонам.
— Да, но ты понимаешь, почему этот вид магии является запретным. Боги никогда не хотели бы, чтобы смертный маг обладал такими знаниями. Вот почему мы всегда скрываем свою тень. Если бы маг мог пленить шу бога и использовать против нас, как угрозу...

— Верно, — у меня пересохло во рту, — но я на вашей стороне. Я использую заклинание только на Апофисе. Уверена, Тот поймет это.

— Возможно, — Анубис звучал неуверенно, — начните с Тота, по крайней мере. Надеюсь, он увидит необходимость помочь вам. Однако боюсь, вам понадобится лучшее руководство, более опасное.

Я сглотнула.
— Ты сказал, что только один человек может научить нас магии. Кто?

— Есть только один маг, достаточно безумный, чтобы исследовать эти заклинания. Суд над ним состоится завтра на закате. До этого вы должны будете навестить своего отца.

— Подожди. Что?

В павильоне раздался сильный порыв ветра. Рука Анубиса сжала мою.

— Нам нужно поторопиться, — сказал он, — есть еще кое-что, что я должен тебе сказать. Что-то происходит с душами мертвых. Они... Взгляни туда!

Он указал на ближайшую пару призраков. Женщина танцевала босиком в простом белом платье. Мужчина был одет в штаны и сюртук, как колониальный фермер, но его шея была скошена под забавным углом, будто бы он был повешен. Черный туман, как плющ, обмотал его ноги. Еще три шага вальса, и он был полностью охвачен этим туманом. Темные усики втащили его в землю, и он исчез. Женщина в белом продолжала плясать, видимо не зная, что ее партнер был схвачен лапами зловещего густого тумана.

— Что, что это было? — спросила я.

— Мы не знаем, — ответил Анубис. — Когда Апофис становится сильнее, это происходит чаще. Души мертвых исчезают, втягиваются дальше вниз, в Дуат. Мы не знаем, куда они направляются.

Я чуть не споткнулась.
— Моя мать. С ней все в порядке?

Анубис сочувственно взглянул на меня, я знала ответ. Мама предупреждала меня, что мы можем никогда больше не увидеться, пока мы ищем пути уничтожения Апофиса. Она отправила мне это сообщение, подстегивая к дальнейшим поискам тени змия. Это как-то было связано с ее затруднительным положением.

— Она пропала, — догадалась я, почувствовав, как сердце бьется о мои ребра, — надо что-то делать с тенями, да?

"Сэди", если бы я только знал. Твой отец - он делает всё возможное, чтобы найти ее, но-"

Сильный порыв ветра прервал его.

Вы когда-нибудь высовывали руку из движущегося автомобиля и чувствовали толчок воздуха против вас? Это было немного похоже, но в десять раз больше, мощнее. Сильный поток ветра оттолкнул нас с Анубисом в разные стороны. Я пошатнулась назад.

— Сейди...
Анубис потянулся ко мне, но ветер оттолкнул его еще дальше.

— Прекратите! — сказал скрипучий голос между нами. — Никакого проявления чувств на публике под моим присмотром!

Воздух принял очертания человека. Сначала это был только слабый силуэт. Затем он стал более видимым и красочным. Передо мной стоял человек в старомодном шлеме, очках, шарфе и в куртке бомбардировщика, как на фотографиях летчиков королевских военно-воздушных сил Великобритании во время Второй мировой войны. Однако он не был раненым и окровавленным. Его форма крутилась и изменялась. Я поняла, что он был собран из летающего мусора: облачков пыли, обрывков бумаги, кусочков пуха, сухих листьев - все это ходило волнами, но держалось вместе ветром так, что издалека его вполне можно было принять за обычного смертного.

Он покачал пальцем в сторону Анубиса.
— Это последнее оскорбление, мальчик! — Его голос был шипящим, словно воздух из воздушного шара. — Ты был предупрежден несколько раз.

— Притормози! — сказала я. — Ты кто такой? И вряд ли Анубиса можно назвать мальчиком Ему пять тысяч лет.

— Точно, — сказал авиатор. — Просто ребенок. И я не давал тебе разрешения говорить, девчонка!

Авиатор взорвался.Взрыв был настолько мощным, что у меня чуть не взорвались уши, и я приземлилась прямо на свою пятую точку. Все смертные вокруг меня - мои друзья, учителя и студенты просто на просто потеряли сознание. Казалось, что на Анубиса и призрака это не влияло. Авиатор появился снова, смотря на меня сверху вниз.

Я вскочила на ноги и попыталась призвать свой посох из Дуата. Не тут-то было.

— Что ты натворил? — спросила я.

— Сейди, все в порядке, — сказал Анубис. — Твои друзья просто без сознания. Шу снизил давление воздуха.

— Шут? — переспросила я. — Кто шут?

Анубис прижал пальцы к вискам. — Сейди... это Шу, мой прадед.

Тогда до меня дошло: Шу - одно из тех смехотворных благочестивых имен, которые я слышала ранее. Я попыталась угадать.— Ааа... Бог... шлепок. Нет, подождите. Дырявых воздушных шаров. Нет...

— Воздуха! — зашипел Шу. — Бог воздуха!

Его тело растворилось в торнадо мусора. Когда Шу сформировался снова, он был одет на древнеегипетский лад: белая набедренная повязка, обнаженный торс и гигантское страусиное перо, прорастающее из плетеной повязки на голове.

Он изменил древнеегипетский наряд на пилотский костюм.

— Придерживайтесь обмундирования пилота, — сказала я, — страусиные перья вам не идут.

Шу издал недружественный звук.
— Я предпочитаю быть невидимым, большое спасибо. Но вы, смертные, загрязняете воздух настолько, что делать это становится все труднее и труднее. То, что вы натворили за последнюю тысячу лет, просто ужасно! Вы, люди, никогда не слышали о «Днях бережного отношения к воздуху»? Совместном использовании машин? Гибридных двигателях? И это я еще не упоминал коров. Вы знали, что каждая корова отрыгивает и выпускает более ста литров метана ежедневно? А в мире полтора миллиона коров. Вы хоть представляете, как все это влияет на мою дыхательную систему?

— Ну...

Из своего нагрудного кармана Шу достал ингалятор и вдохнул.
— Возмутительно!

Я подняла бровь на Анубиса, который выглядел смертельно смущенным (или, возможно, бессмертно смущенным).

— Шу, — сказал он, — мы просто разговаривали. Если ты позволишь нам закончить...

— Ах, разговаривали! — замычал Шу, бес сомнения, выпуская свою порцию метана. — Держась за руки, танцуя и ведя себя неподобающим образом. Не притворяйся невинным, мальчик. Я был сопровождающим однажды, я знаю. Я держал твоих бабушку и дедушку отдельно на протяжении эпох.

Вдруг я вспомнила историю Нут и Геба, неба и земли. Ра приказал отцу Нут, Шу, держать двух влюбленных вдали друг от друга, чтобы у них никогда не было детей, которые могли бы однажды захватить трон Ра. Эта стратегия не сработала, но, видимо, Шу все еще придерживался ее.

Бог воздуха с отвращением махнул рукой в сторону лежавших без сознания смертных, некоторые из которых начинали стонать и шевелиться.
— И сейчас, Анубис, я нашел тебя в этом беззаконие, в этом болоте сомнительного поведения, в этой... этой...

— Школе? — предложила я.

— Да! — Шу кивнул так энергично, что его голова распалась на облако. — Ты слышал постановление богов, мой мальчик. Ты слишком сблизился с этой смертной. Вам запрещены дальнейшие контакты!

— Что? — закричала я. — Это просто смешно! Кто постановил это?

Шу издал звук, похожий на выдутую шину. Либо он засмеялся или пренебрежительно фыркнул.
— Совет в полном составе, девочка! Под руководством господина Гора и госпожи Изиды.

Я чувствовала себя так, будто сама разлеталась на куски мусора

Изида и Гор? Я не могла в это поверить. Удар в спину от двух моих предполагаемых друзей. Изида и я ещё поговорим по этому поводу.

Я повернулась к Анубису, надеясь, что он скажет, что это ложь

Он печально поднял руки.
— Сейди, я пытался сказать. Боги не могут непосредственно... гм, связываться со смертными. Это возможно, только если бог вселяется в человеческое тело и... и ты знаешь, что я никогда так не делал.

Я стиснула зубы и хотела возразить, что у Анубиса довольно хорошее тело, но он часто говорил мне, что может появляться только во снах или местах смерти. В отличие от других богов он никогда не вселялся в человека.

Это было так чертовски несправедливо. Мы даже по-настоящему не встречались. Мы лишь раз поцеловались шесть месяцев назад, а сейчас Анубису запрещалось видеться со мной навсегда?

— Вы, наверное, шутите, — я была не уверена, на кого я злилась сильнее: на суетливого бога воздуха или на самого Анубиса, — ты же не дашь им управлять тобой вот так?

— У него нет выбора! — закричал Шу. — Напряжение заставило его закашляться, так сильно, что грудь взорвалась пухом одуванчика. Он сделал еще один вдох из ингалятора. — Бруклинский озоновый слой... прискорбно! Теперь я закончил с тобой, Анубис. Никаких больше контактов с этой смертной. Это недопустимо. А что касается тебя, девчонка, держись от него подальше! У тебя есть более важные дела.

— Да неужели? — сказала я. — А как насчет вас, Мистер Мусорное Торнадо? Мы готовимся к войне и все, что вы можете сделать, это удерживать людей от вальса?

Давление воздуха внезапно поднялась. Кровь прилила к моей голове.

— Послушай, девочка, — зарычал Шу, — я уже помог тебе больше, чем ты того заслуживаешь. Я прислушался к молитве русского мальчика. Я привел его сюда из самого Санкт-Петербурга, чтобы он поговорил с вами. Так что, кыш!

Ветер отбросил меня назад. Призраки развеялись, словно дым. Люди, ранее лежавшие без сознания, зашевелились, прикрывая лица от летающего мусора.

— Русский мальчик? — закричала я сквозь шторм. — О чем, черт возьми, ты говоришь?

Шу превратился в мусор и кружился вокруг Анубиса, поднимая его с ног.

— Сейди! — Анубис попытался пробиться ко мне, но буря была слишком сильна. — Шу, по крайней мере, позволь мне сказать ей об Уолте! Она имеет право знать!

Я едва могла слышать его из-за ветра.
— Ты сказал Уолт? — закричала я. — Что с ним?

Анубис сказал что-то, но я не смогла разобрать. Потом шквал мусора полностью закрыл его

Когда ветер стих, оба бога исчезли. Я стояла в одиночестве на танцполе, окруженная десятками детей и взрослых, которые начинали просыпаться.

Я собиралась бежать к Картеру, чтобы убедиться, что он в порядке.
[Да, Картер, честно говоря, я собиралась]

Тогда какой-то молодой человек шагнул на свет на краю павильона.

Он был одет в серый военный костюм и шерстяное пальто, слишком тяжелое для сентябрьской теплой ночи. Его огромные уши, казалось, единственное, что держало его слишком большую шапку. Через его плечо была перекинута винтовка. Ему не могло быть больше семнадцати, и, хотя он определенно был не из одной из школ, присутствующих сегодня на танцах, он выглядел смутно знакомым.

Шу сказал Санкт-Петербург.

Да. Я встретила этого парня весной прошлого года. Картер и я убегали из Эрмитажа. Этот парень пытался остановить нас. Он был замаскирован под охранника, но проявил себя как маг из Русского Нома - один из слуг злого мага Влада Меньшикова.

Я вытащила свой посох из Дуата - на этот раз успешно.

Сдаваясь, парень поднял руки.

— Нет! — попросил он на русском. Затем, на ломаном английском, произнес: — Сейди Кейн. Мы... должны... поговорить.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/47245/191536

Переводчики: Weklu21, roundtheworld14, tstar