Готовый перевод Pinhoe's Egg / Яйцо семьи Пинхо: Глава 12

А в Алверскоуте внезапно началась лягушачья чума.

Никто такого ещё не видел. Их были тысячи, и в тени у них был зеленовато-красный оттенок. Они были везде. Люди натыкались на них, когда вставали с кровати в тот утро, находили их в чайнике, когда хотели заварить чай. И единственным обитателем деревни, который радовался чуме, был Безумчик. Он гонялся за лягушками по всему дроковому коттеджу. Его излюбленным местом, куда он загонял лягушек, стала спальня Марианны. Там он убивал их на прикроватном коврике Марианны.

Марианна собирала странные, маленькие чёрные останки. Казалось, что после смерти лягушки уменьшались и превращались во что-то тёмное и сухое с дырками.
"Нереально", - подумала она.
От них шёл знакомый для неё запах. Где же она чувствовала этот специфичный запах? Она знала, что и Джо был с ней, когда она его чувствовала в последний раз. Тогда, когда они украли чучело хорька? Нет. До этого. Когда Бабуля послала заряд магии в Фарлеев.

"Вот оно!" - подумала Марианна. - Это всё Бабуля.

Она спустилась вниз и положила сухие останки в мусорное ведро.
- Я собираюсь навестить Бабулю, - сказала она маме.

- Она опять хочет тебя видеть? - спросила мама. - не задерживайся. Я всё ещё нахожу банки с плесенью. Нам придётся прокипятить большую часть.

Хотя волна неудач прекратилась также внезапно, как и началась, её последствия всё ещё ощущались: в плесени, в наполовину заживших порезах, вывихнутых лодыжках и, похоже, это стало финальным действием заклятья, эпидемией надсадного кашля среди маленьких детей.

Мрачный кашель раздавался практически во всех домах, который Марианна проходила по пути в Делл. А нужные кирпичи красного цвета доставили в почтовый офис как раз тогда, когда она проходила мимо.

Тётя Джой стояла на лужайке над сломанной стеной, наблюдая за разгрузкой.
- Может я и получила свои кирпичи, - проворчала она Марианне, - но на этом и все. Твой дядя Симеон слишком занят ремонтом в Вудсхаусе, хромая со своей тросточкой, ты только представь себе! Всё ради той новой дамочки, которая говорит, что она Пинхо. Если он может работать с одной ногой, то почему помогает ей, а не мне? Будто мои деньги хуже, чем её!

В этих словах таилось гораздо большее, но Марианна лишь улыбнулась тётя Джой и пошла дальше. Как часто говорил отец, если остаться слушать россказни тётя Джой, то ты на всю неделю застрянешь, и то она всё равно будет продолжать ворчать.

Лягушки были кругом на всём пути до Делл, а пруд перед коттеджем просто кишил ими. Утки отказались от любых попыток искупаться и нахохлившись сидели на траве.

- Я не знаю, чем мы это всё заслужили, - посетовала тётя Дина, открывая дверь Марианне. - Любой решит, что мы оскорбили Моисей или что-то в этом роде. Входи. Она спрашивала о тебе.

Марианна прошагала в заставленную гостиную Бабули.
- Бабуля, - сказала она.

Бабуля повернула к ней свое изборождённое морщинами лицо.
- Я сейчас не в своём уме, - быстро проговорила она.

- Тогда тебе не следует заниматься магией, - ответил Марианна. - Лягушки повсюду в деревне.

Бабуля покачала головой, будто была огорчена поведением людей.
- Куда катится этот мир? Их не должно быть тут.
- А где они должны быть тогда? - с вызовом спросила Марианна.

Бабуля снова затрясла головой.
- Не надо тут важничать. Маленькие девочки не должны забивать свои головы подобным.

- Где? - повторила Марианна.
Бабуля опустила голову и стала мять свою свеженакрахмаленную юбку.
- Где? - не сдалась Марианна. - Это ведь ты послала этих лягушек куда-то, верно?

Очень нехотно Бабуля пробурчала:
- Джед Фарлей должен был оставить меня в покое.
- В Хельм Св. Марии? - уточнила Марианна.

Бабуля кивнула.
- И повсюду. Фарлеи теперь во всех деревнях кругом. Я забыла названия других мест. В последнее время память меня подводит, Марианна. Ты должна понимать.

- Отлично понимаю, - сказала Марианна. - Ты наслала на Хедьм Св. Марии лягушек прямо под носом у Замка Крестоманси, так что они просто не могли этого не заметить, и ты настолько разозлила Фарлеев, что они прокляли нас и прислали лягушек обратно к нам. И тебе не стыдно, Бабуля?

- Это всё Джед Фарлей, - сказала Бабуля. - Спрятался там, думает, что там я его не достану. И они за мной постоянно шпионят и прячутся. Это не я, Марианна. Это всё Эдгар и Лестер. Я не говорила им этого делать.

- Ты отлично знаешь, что Эдгар и Лестер никогда бы не наслали ни на кого лягушек! - сказала Марианна. - Ты мне просто отвратительна, Бабуля!
- Должна же я себя защищать! - запротестовала Бабуля.

- Нет, не должна. Только не таким способом! - ответила Марианна и грозно промаршировала прочь среди лягушек вниз по аллее и мимо стопки новых кирпичей. Чувствуя себя злее и смелее, чем когда-либо в своей жизни, она прошла к Дроковому Коттеджу, а затем обогнула его и подошла к сараю. Здесь папа и дядя Ричард старались распилить дерево так, чтобы при этом не распилить и лягушек.

- Бабуля наслала этих лягушек, - сказала им Марианна.
- Да ладно тебе, Марианна, - ответил папа. - Бабуля ни за что подобное не сделает.

- А вот и сделает. Уже сделала! - возразила Марианна. - Она наслала их на Хельм Св. Марии, но Фарлеи вернули их и наслали на нас порчу, так как Бабуля их рассердила. Папа, думаю, что мы сейчас посреди войны с Фарлеями и сами того не подозреваем.

Папа рассмеялся.
- Фарлеи не настолько дикие, Марианна. Эти лягушки - просто чей-то розыгрыш: ты же видишь, что это зачарованные создания, они же светятся. Беги отсюда и не забивай свою головку подобным.

Что бы Марианна ни говорила после этого, отец лишь смеялся и отказывался верить в неё. Она зашла в дом и попыталась рассказать правду маме.

- Ой, да ладно, Марианна! - сказала мама, беря чайник прихваткой в клубах дыма. - Говорю тебе: Бабуля совсем свихнулась в последнее время, но Фарлеи здравомыслящие люди. Мы сотрудничаем с ней по всей округе. Убери волосы под косынку и помоги мне тут, и забудь уже об этих чудовищных лягушках.

Марианна провела остаток дня, кипятя воду в чайниках в злом одиночестве. Она не верила, что Бабуля остановиться на лягушках. Она знала, что ей надо найти кого-то, кто ей поверит, пока Фарлеи не разозлились настолько, чтобы наслать на них что-то ужасное., но отец и мать, похоже, остались глухи к её словам. Временами ей хотелось просто промолчать о поступках Бабули и позволить бедам случиться. Но теперь она стала смелой, и чувствовала, что она обязана продолжить попытки. Она задумалась, кто ещё может ей поверить. Кто-то должен остановить Бабулю и объяснить всё Фарлеям. Кроме дяди Чарльза её никто в голову не приходил, дядя Чарльз работал в Вудсхаусе вместе с дядей Симеоном. Я поговорю с ним, когда он освободится от работы, решила она. Потому что это дело не терпит отлагательств.

К полудню лягушки стали настолько докучать, что дядя Ричард взялся за дело. Он запряг ослицу Долли в телегу, погрузил на телегу корзины и мешки. Затем позвал кузенов Марианны, всех десятерых, и прошёлся по домам, собирая лягушек.

Им передавали лягушек квакающими гроздями повсюду. Для тех, кто был слишком стар или неспособен из-за глухого кашля сам собрать лягушек, на дом были отправлены мальчики, которые вытаскивали лягушек из чайниц, вытаскивали их их шкафов, обучи и туалета, пока остальные охотились на лягушек в саду. Они выходили радостные с очередным дёргающимся и квакающим мешком и складывали их на телегу. Затем они переходили в следующий дом. Они поймали двести лягушек в доме священника и в два раза больше в церкви. Единственным местом, где лягушек было ещё больше, оказался Делл.

- В этом есть резон, - сказал дядя Ричард, отказываясь верить в вину Бабули. - В Делл ведь пруд.

Когда, наконец, телега была погружена доверху раздувающимися мешками и квакающими корзинами, и в округе не было видно ни единой лягушки, они отвели Долли по Дроковой Аллее к реки и выбросили туда лягушек. Но над тем, что произошло после дядя Ричард лишь недоуменно чесал затылок. Все лягушки при соприкосновении с водой, похоже, полностью растворялись. Кузены никак не могли прийти в себя после увиденного.

- Ну, говорят вода камень точит, - сказал дядя Ричард маме и Марианне, когда зашёл в Дроковый Коттедж на чашечку чая после работы, - но до сих пор я в это не верил. Растаяли и превратились в чёрную пену. Поразительно.

Тут Марианна огляделась и заметила, что Безумчика опять нет.
- Да чтоб его! - простонала она и поспешила к столу, чтобы раскрутить нож. Он всё ещё крутился и крутился, когда в парадную дверь кто-то постучался.

- Марианна, посмотри, кто там пришёл! - велела мама, заваривая чай.

Марианна открыла дверь. И уставилась. Там стояла очень высокая, худая женщина, у которой в руках была корзина. У неё были прямые волосы и плоская грудь, на неё было надеть самое поношенное платье самых ужасных пыльных цветов, что Марианне доводилось видеть

У неё было очень длинное и суровое лицо. Она взглянула на Марианну, и Марианне она напомнила учительницу, которая вот-вот сделает выговор за оплошность.

Прежде чем Марианна смогла спросить, что хотела незнакомка, женщина проговорила:
- Джейн Джеймс. Из Вудсхауса. Так знакомиться не принято, я понимаю, но вы знаете, что ваш кот может ходить сквозь стены? Она был у меня на кухне, ел рыбу, приготовленную мистеру Адамсу на ужин. При этом все двери были заперты. Это единственное объяснение. Не знаю, как вы сможете удержать его.

- Я тоже, - сказала Марианна. Она посмотрела на угрюмое лицо и поняла, что женщина едва удерживает улыбку. Джейн Джеймс явно находила эту ситуацию очень занятной.
- Извините, - сказала она. - Я сейчас же схожу и заберу его.

- Нет нужды, - сказала Джейн Джеймс. Она открыла корзинку, которую несла, и вытряхнула из неё Безумчика как пудинг на коврик у двери.
- Рада была познакомиться, - сказала она и ушла.

- Ну, я бы!.. - проговорил дядя Ричард, когда Марианна закрыла дверь. - В этой женщине явно есть дар, если хотите знать!

- Неудивительно, что нам не удаётся удержать этого кота! - сказала мама, ставя на стол заварочный чайник.

Безумчик сидел на коврике у двери и сердито смотрел на Марианну. Марианна послала ему в ответ такой же сердитый взгляд.
"Они смогли поверить Джейн Джеймс, что Безумчик проходит сквозь стены, - подумала она. - Но они не смогли поверить моим словам о Бабули.
- Ты, - проговорила она Безумчику, - такой же гадкий, как Бабуля! И хуже этого я ничего не могу сказать!

Тем временем в Замке Мур пытался привыкнуть к режиму кормления маленького грифона каждые четыре часа по крайней мере, обычно уже через три с половиной часа, когда грифон просыпался снова с пустым желудком и плоским животиком и снова заводил свою песню "Уиип, уиип, уиип", требуя еды. Мур нёс его снова на кухню и уже ощущал, что малыш стал значительно тяжелее после вылупления, когда Джулия остановила его на лестнице.

- Можно я помогу тебе покормить его? - спросила она. - Она такой миленький. Джанет тоже хочет помочь.

Мур понял, что именно это ему и нужно. Он быстро проговорил:
- Тогда можно организовать очерёдность кормёжки. Вы можете кормить его днём, а я буду приглядывать за ним ночью.

На самом деле он вскоре узнал, что невероятное количество людей вызвались кормить грифона. Мисс Бессемер хотела помочь, и мистер Стаббс, и Юфемия. Милли хотела, имея, по её словам, личный интерес к этому грифону. И Айрин, когда не отлучалась в Алверскоут последить за ремонтом их нового дома, просила тоже включить её в список.

Сначала Мур обнаружил, что сидит рядом с теми, кто кормит грифона, также ревниво как Мопса. Он знал, что грифон счастливее, когда он рядом. Но когда грифон, похоже, отлично освоился с тем, что кто-то ещё складывает ему в клюв кусочки мяса, Мур (отчасти виновато) вздохнул с облегчением и отправился кататься на Сиракузе. Через какое-то время ему пришлось лишь кормить грифона по ночам.

Каждый вечер он поднимался к себе с двумя огромными закрытыми мисками с мясом, на каждой из которых было наложено заклинание стазиса, чтобы сохранить мясо свежим. К третьей ночи он привык - или почти привык - просыпаться в полночь, а затем в четыре утра от криков грифона: "Уииип, уиип, уиип!" Если это не будило Мура, то его поднимал Мопса, судорожно тыкаясь холодным носом в лицо Мура и тяжело топчась по его животу.

К чему он, казалось, никогда не привыкнет, так это к сонливости днями напролёт.

На третью ночь Мопса как обычно разбудил его в полночь.
- Хорошо. Знаю я, знаю! - сказал Мур, выкатываясь из-под лап и носа Мопсы. - Уже иду.
Он сел и зажёг свет.

К его удивлению, грифон всё ещё глубоко спал, свернувшись в своей корзинке, положив свою жёлтый клюв на её край, издавая негромкий свистящие звуки.

Но кто-то стучал в его большое окно. Это было в точности так же, как и в том странном сне. Кажется, я знаю, что это! - подумал Мур.
Он вылез из кровати и открыл окно.

Перевёрнутое лицо уставилось на него, но это был человек.

Мур уставился в ответ, понимая, что не может в это поверить.

- Не можешь подсобить нам немного? - спросило лицо в явном отчаянии. - Дождь идёт.

Поскольку оно было перевёрнуто, то Муру потребовалось время, что признать в лице Джо, слугу.
- Как ты попал сюда? - спросил он.

- Мы сделали тут летательную машину, - пояснил Джо, - но мы не совсем верно её собрали. Она разбилась на твоей крыше. Роджер тоже там наверху, зажат.

- Боже мой! - подумал Мур. - Вот почему они столько торчали в том сарае!
- Ладно! - сказал он. - Лучше-ка я тебя втащу внутрь. Расцепи руки.

Используя придуманную на ходу комбинацию из заклинаний и левитации, Мур смог снять Джо с крыши и втащить его в комнату через окно. К несчастью, это похоже сдвинуло с место летающую машину. Когда Джо тяжело плюхнулся на ковёр Мура, раздалась череда длинных скользящих звуков наверху, за которым последовал крик ужаса Роджера. Мур едва успел подхватить Роджера, когда тот пролетал мимо окна и при помощи левитации затащить его тоже в комнату.

- Спасибо! - выдохнул Роджер.

Они оба стояли у окна, тяжело дыша, с бледными лицами и вымокшие под дождём. Вместо того, чтобы расползтись по кроватям, как ожидал Мур, оба мальчика пустились во взволнованные обсуждения. Джо сказал:
- Как думаешь, где мы просчитались? Думаешь, дождь виноват?

Роджер ответил:
- Нет, неправильно прикрутили пугало орла.

Джо сказал:
- Возможно придётся все начинать с нуля.
- Нет-нет, - возразил Роджер. - Уверен, что с базой всё в порядке. Надо лишь просто кое-что доделать.

Да они сумасшедшие! - подумал Мур. Он перевёл взгляд на разбитый агрегат. Он теперь свисал с окна, с каждой секундой становясь всё более мокрым.

То, что предстало взору Мура, было кучей связанных между собой частей столов и стульев с трёхногим табуретом где-то в композиции и трепыхающимся посреди всего этого вверх ногами несчастным и испачканным чучелом орла. К орлу были прикручена проволока с несколькими мокрыми пучками трав.

- Я принадлежу Замку Крестоманси, - печально заметил орёл.

Все вещи в Замке были зачарованы, что произносить эту фразу, если их уносили от стен Замка более, чем на пару дюймов.

- Где вы достали орла? - спросил Мур.
- Он был на одном из чердаков, - ответил Роджер. - Для начала нам пришлось защитить семена одуванчиков.

- Можно попробовать иву вместо, - добавил Джо.

Грифон проснулся. Вместо того, чтобы закричать, требуя еды, он сел и уставился на двух мокрых мальчиков и трепыхающуюся разбитую машину с интересом. Мопса села на кровать Мура и уставилась тоже с неодобрением.

- Вы не можете оставить тут весь этот хлам, - сказал Мур.
- Мы знаем, - сказал Роджер. - Или мы можем использовать и те, и те семена.

- И немного прибавить скорость велосипедам, - добавил Джо.

- Вот уж досада, - Роджер сказал, - что приходится проворачивать дела по ночам, чтобы не быть пойманными. Мур, мы спустимся в сад. Когда мы свистнем, спустишь нам при помощи левитации машину? Только аккуратно, чтобы ничего не сломалось.

- Думаю, да, - ответил Мур.

Джо сел на колено и потрепал грифона, будто тот был псом.

- Ты мягкий! - сказал он ему. - Весь пушистый. И где я видел тебя раньше? Вниз он спуститься по кусочкам. Часть его зацепилась за башенку.

Мур хихикнул. Будь он Крестоманси, он бы сказал:
- Грифон зацепился за башню?
- Ладно, - сказал он. - Сначала я подниму её, чтобы освободить, а затем опущу вниз. Вы двое спуститесь вниз прежде, чем кто-либо заметить.

Оба авиатора поспешно отошли, чуть прихрамывая. Грифон открыл свой клюв.
- Хорошо, - сказал Мур. - Только не говори это!
У него было время хорошо накормить грифона мясом, когда мягкий свист раздался из сада внизу.

Мур отставил миску и высунулся из окна, чтобы, чтобы слевитровать остатки.

- Я принадлежу Замку Крестоманси, - жалко проговорило чучело орла.

- Знаю, - сказал Мур. - Но это сложно.
Остатки летательной машины были закреплены на башне. Мур разобрал её на разные части и послал их вниз по кусочка. Он понятия не имел, чем являлись большинство частей. Он лишь перенёс их со своей крыши на землю. Ещё один мягкий свист и слабый хор голосов, напевающих "Я принадлежу Замку Крестоманси", подсказали ему, когда все части успешно приземлились под кедровыми деревьями. Стук деревянных частей и случайное приглушенное клацанье указало на то, что два авиатора теперь растаскивали запчасти, которые протестовали, говоря, что принадлежат Замку.

- Они сумасшедшие! - сказал Мур Мопсе и грифону. - Совсем обезумели.
Он вернулся в кровать.

В ту ночь грифон его больше не будил. А утром он выбрался из своей корзинке и разбудил Мура, толкая его клювом. Мур открыл глаза и увидел, что два жёлтых грифоньих глаза уставились на него заинтересованно и дружелюбно.
- Ох, как я люблю тебя! - сказал Мур, не успев подумать. После чего он почувствовал себя виноватым, ведь Сиракуз теперь будет ревновать.

И всё же он ничего не мог поделать с Сиракузом. Мур оделся, пока грифон пошатываясь исследовал содержимое комнаты Мура. Не было никаких сомнений, что он снова подрос за ночь. Тёмное оперение прорезалось на шее и на его абсурдных и кряжистых крыльях.

- Не слишком ли быстро он растёт? - спросил обеспокоенно Мур у Милли, когда принёс грифона на кухню. Грифон теперь был уже слишком тяжёлым для Мура, чтобы таскать на руках. Они оба спустились по лестнице отчасти ковыляя, отчасти левитируя (иногда плюхаясь), и грифон выглядел довольным собой, что проделал весь этот путь.

Милли поджала губы и стала разглядывать грифона.
- Тебе стоит запомнить, - сказала она, - что грифоны чрезвычайно волшебные создания, а этот, должно быть, провёл многие года под заклятием стазиса в своём яйце. Думаю, он навёрстывает упущенное. Интересно, насколько большим он вырастет.

Мур понадеялся, что размером с Сиракуза. Больше было бы очень неудобно. Он уже хотел это сказать, когда Милли добавила:
- Мур, я волнуюсь за Роджера. Он такой уставший сегодня.

- Эмм, - сказал Мур. - Возможно, он всю ночь читал.

- Должно быть, - согласилась Милли. - У него было шесть книг у кровати, когда я к нему вошла, и все из разных миров. Все они были о полетах. Очень надеюсь, что он не выкинет ничего глупого.

- Не выкинет, - сказал Мур, так как знал, что Роджер уже это сделал.

Он оставил Милли перемалывать мясо для грифона и пошёл прибираться в стойле Сиракуза, быстро справившись при помощи магии. Пока Мур ухаживал за Сиракузом, жалея, что тут нельзя так же прибегнуть к магии, вошёл Джосс Кэллоу.

- Сегодня у меня выходной, - сказал Джосс. - Если хочешь покататься, то лучше сделать это сейчас, перед завтраком.

- Да, пожалуй, - ответил Мур.

Он вывел Сиракуза со двора и одел на него седло, Сиракуз гарцевал, прыгал и танцевал как обычно, слишком радуясь поездке, что никак не давало Муру забраться на него, когда Сиракуз резко остановился и вскинул голову. Мур обернулся и увидел грифона, который радостно шлёпал к ним. Мур мог лишь наблюдать. Он не знал, что делать.

Сиракуз тоже уставился, опустив вниз свой вздёрнутый нос. Трудно было его винить. Грифон выглядел таким решительным, костлявым и походил на незавершенное творение. Он ещё толком не научился ходить. Он переваливался из стороны в сторону, царапая дворовые камни своими длинными розовыми когтями и размахивая позади себя своим тощим хвостом. Мур видел, что тот был очень горд, что смог найти его.

- Это всего лишь малыш, - сказал он успокаивающе Сиракузу.

Когда грифон, запинаясь подошёл ближе, Сиракуз отшатнулся назад на всех четырех ногах, фыркая. Грифон остановился. Он посмотрел вверх на Сиракуза. Его клюв раскрылся с чувством похожим на восхищение. Он издал чирикающий звук и потянулся мордой вверх. А Сиракуз, к облегчению и удивлению Мура, склонил свою красивую морду и стал обнюхивать клюв грифона. При этом маленькие крылья грифона затрепетали от восторга. Он заворковал, и Мур готов был поклясться, что в уголках клюва появилась улыбка. Однако Муру пришлось остановить его, когда грифон протянул неуклюжую переднюю лапу явно в дружелюбном знаке, но та грозила поцарапать нос Сиракуза.

- Пойдёт и это. Вы друг другу понравились. Это хорошо. - сказал Мур. - И как ты вообще сюда выбрался?

Показалась Милли, спешащая через весь дворю
- О, я только на минутку отвела от него глаза, когда мисс Бессемер пришла спросить о полотенцах! А он исчез. Давай же, возвращайся с Милли, малыш-грифон. О, жаль, что у него нет имени, Мур!

- Клартч! - сказал грифон.
- Это какой-то новый звук, - заметила Милли. - Что бы он не значил, тебе придётся вернуться в дом, грифон.

- Нет, погодите, - сказал Мур. - Думаю, это его имя. Тебя зовут Клартч, грифон?

Грифон повернул к нему свою морду. Он определенно улыбался.
- Клартч, - радостно сказал он.

- Мистер Вастион сказал, что они сами дают себе имена, - проговорила Милли, - но я не понимала, что это значит, что они говорят. Ладно, Клартч, это двухсторонний процесс. Если ты можешь говорить, то и понимать можешь. Живо вернись со мной домой и доешь свой завтрак. Быстро.

Грифон издал какой-то звук похожий на "Ага" и послушно поплёлся за Милли на кухню.
"Ну и ну!" - подумал Мур.

Джосс, который застыл полностью обескураженный, спросил:
- То создание... откуда оно?

- Девочка по имени Марианна дала мне его яйцо. - сказал Мур.

- Марианна? - переспросил Джосс. - Марианна Пинхо?
Мур кивнул. Джосс с сомнением проговорил:
- Ну, полагаю, в каком-то роде у неё было на то прав. Но тебе лучше позаботиться, чтобы оно не попадал на глаза мистеру Фарлею. Он ужасно разозлится.

Мур совсем не понимал, почему вид маленького грифона должен чем-то досадить мистеру Фарлею, но он был уверен, что Джосс знает причину. Казалось, что мистера Фарлей раздражали все и всё вокруг.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/48540/238778

Переводчики: Nikkicat