Готовый перевод Our Narrow Definition of “Science” / Насколько узко мы понимаем слово "Наука": Насколько узко мы понимаем слово "Наука"

Узкое понимание слова "Наука"

Мой ответ на ежегодный вопрос от «Edge» 2014 года.

С сайта Edge.org:

Наука продвигается благодаря открытиям новых феноменов, развитию новых воззрений. И только их небольшая часть, крошечное количество действительно новых идей может развиваться, не отбрасывая старые концепции. Размышляя над этим, Макс Планк пишет, что "научное знание побеждает не заставляя своих противников увидеть свет истины, а за счет того, что все противники новой теории рано или поздно умрут, оставляя новому поколению только новую мысль". Другими словами, наука развивается от похорон до похорон и, в некотором смысле, благодаря им. Тогда зачем так долго ждать?

Какой научной идее следует уйти на покой?

Идеи сменяют друг друга, приходят другие времена. Наверняка, самое большое изменение – это то, как быстро сейчас происходят перемены. Так какой теории, какой непоколебимой идее уже нет места в быстроменяющейся науке современной?

***

Наше узкое понимание термина «Наука»

Взгляните глубоко в свой разум, вдумайтесь в то, как и зачем вы общаетесь с другими людьми - и вы поймете, что на самом деле нет границы между наукой и философией. Как нет границы между наукой или философией и любой другой дисциплине, пытающейся найти истину об этом мире на основе логики и фактов. Когда такая истина опирается на экспериментальные данные или же строгие математические рассуждения, мы обычно заявляем, что наши поиски истины "научны". Когда же мы говорим о более абстрактных вещах, или же пытаемся размышлениями понять то, как мы размышляем, мы ищем "философскую" истину. А если мы просто хотим понять, что происходило в прошлом, то мы ищем "историческую" истину. Но иногда человек попадает во власть страха, необоснованной радости, принимая желаемое за действительное, больше не опираясь на факты или логику. Это называется религией.

Границы между различными науками в настоящее время создаются лишь существующей традиционной структурой научного сообщества. Так, например, была ли Туринская Плащаница создана в средние века? На этот вопрос должна ответить история, а точнее археология, но использование метода радиоуглеродного анализа приводит к тому, что и физика с химией также начинают искать ответ на этот вопрос. По-настоящему необходимо осознавать лишь то, благодаря чему возможен научный подход, - осознавать разницу между необходимостью поиска веских оснований своим убеждениям и удовлетворением от спорных, неубедительных и надуманных аргументов.

Научный подход должен учитывать любой наблюдаемый феномен. Безусловно, при наличии веских основании считать Библию истиной, равно как и воскрешение Иисуса, мы могли бы назвать Христианскую доктрину научной. Проблемы начинаются, когда мы находим такие доказательства неверными или несуществующими. В итоге появляется огромный разрыв между религией и наукой.

Путаница в этом вопросе порождает много странных идей о природе человеческого сознания и возможностях «науки». Люди, боящиеся научного подхода, особенно те, кто настаивают на особом статусе того или другого бога, зачастую неверно пользуются терминами материализм, неодарвинизм, и редукционизм, как будто их доктрина имеет с этими словами и наукой что-то общее.

Безусловно существуют весьма веские причины для ученого, чтобы быть материалистом, неодарвинистом и редукционистом. Однако, наука не включает в себя эти понятия, точно также, как эти понятия не включают в себя друг друга. Если бы существовали доказательства дуализма (бессмертной души, реинкарнации), можно было бы быть учёным, не будучи материалистом. Обстоятельства сложились таким образом, что имеющиеся данные в этой сфере крайне ненадёжны, а учёные, в результате этого- в основном материалисты. Если бы факт естественного отбора был бы опровергнут, то ученый-биолог мог бы быть просто материалистом, но сейчас он вынужден придерживаться и взглядов неодарвинизма, так как теория, выдвинутая Дарвином, сегодня является общепринятой. Если бы были доказательства того, что сложные системы способны стать причиной феноменов, которые невозможно было бы объяснить составными частями системы, то можно было бы быть неодарвинистом, не будучи при этом редукционистом. Подходя с практической точки зрения большинство ученых придерживаются таких взглядов,так как во всех областях науки, помимо физики, приходится прибегать к понятиям, которые не возможно объяснить только с помощью частиц и полей. Многие из нас участвовали в т.н. «философских» спорах о том, что делать с такой безвыходной ситуацией. Да, мы не можем предсказать поведение цыплят, или формирующихся демократических режимов с помощью квантовой механики, но значит ли этот факт, что эти явления большого масштаба не зависят от физических взаимодействий на микроуровне? Я бы ответил «нет», но это не означает, что я могу представить мир, в котором для описания вселенной мы будем использовать исключительно физические термины.

Но даже если считать, что человеческий разум — это плод физических законов, факт существование сознания становится ни чуть не менее удивительным, а разница между счастьем и страданиями ни чуть не менее важной. Такой взгляд на вещи, в том числе не подразумевает, что нам когда-либо удастся полностью понять возникновение разума из материи, поэтому, скорей всего, сознание всегда будет казаться чудом. Философы называют эту проблему "основной проблемой сознания". Кто-то соглашается с тем, что такая проблема существует, кто-то — нет. Пусть природа сознания остается чем-то неизведанным, предоставляя таинственное объяснение всему, что мы теоретически можем испытывать или оценивать, все равно взгляд науки на мир от этого ни коем образом не страдает.

Избавиться от такой путаницы достаточно просто: нам следует отказаться от попыток отделить науку от рациональных суждений обыденного разума. Если вы придерживаетесь высших стандартов логического мышления и обращаете внимание на данные экспериментов, то вы рассуждаете, как человек науки. Если же нет, то ваши рассуждения далеки от научных.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/48706/200231

Переводчики: Rutori, serzero2007, ChaosMd, Stainless_Night