Готовый перевод The Walking Dead: The Fall of the Governor / Ходячие мертвецы: Падение Губернатора. Книга 1.: Глава 8.

Глава 8.

Поздним вечером, приблизительно в восемь сорок пять, Остин добирается до арены. Он сидит в одиночестве, лицом к сцене, за проржавевшим сетчатым ограждением, в конце второго ряда, и думает о Лилли. Он думает о том, стоило ли ему посильнее надавить на неё, чтобы она пришла с ним сюда. Думает о том взгляде, каким она посмотрела на него вечером - с нежностью в карих глазах, прежде чем поцеловать его, и чувствует странную смесь волнения и панического жжения в животе.

С сильным грохотом вокруг стадиона оживают ксеноновые лампы, освещая полосу грязи и захламлённую площадь, и трибуны вокруг Остина начинают медленно заполняться шумными горожанами, жаждущими крови и катарсиса. Воздух прихвачен морозцем и сильно пахнет горючим и ходячими, и Остин чувствует странную отстранённость от всего этого.

Он одет в толстовку с капюшоном, джинсы и мотоциклетные бутсы, его длинные волосы перехвачены сзади кожаным ремешком. Он беспокойно ёрзает на жёстком и холодном сидении, а его мышцы болят после дневного приключения. Он никак не может принять удобное положение. Он пристально вглядывается в противоположную сторону арены и видит как тёмные порталы заполняются стоящими вертикально трупами, находящими на привязи массивными цепями. Помощники начинают выводить кусачих на яркий свет арены и в серебристом бегающем свете мёртвые лица выглядят словно лица театра Кабуки, разрисованные, словно отвратительные клоуны.

Толпа разражается шумом, свистом и хлопаньем. Флегматичное рычание и рычание ходячих, когда они занимают свои места на обсыпанном гравием участке, сливается с возрастающими голосами зрителей и создаёт неземной шум.Остин смотрит на сцену. Он никак не может выбросить Лилли из головы. И рёв, стоящий вокруг него, начинает убывать... убывать.. и убывать...и всё, что он слышит - это голос Лилли, дающей ему обещание.

Я покажу тебе кое-что... единственный способ выжить... помогать друг другу.

Кто-то толкает Остина в рёбра и возвращает его в реальность.

Он оглядывается вокруг и видит старика, севшего рядом с ним.

Это склочный старый хасидский еврей; у него пожелтевшая от никотина борода, древнее лицо, столь же морщинистое как скомканный пергамент, он одет в потрёпанное чёрное пальто и широкополую шляпу, и ему удалось выжить в Атланте после эпидемии. Его зовут Сол. Остин видит его почерневшие гниющие зубы, когда он с улыбкой произносит:
- В старом городе будет сегодня жарко... согласен?

- Совершенно верно. - Остин чувствует смятение, и головокружение. - Не могу дождаться.

Остин возвращает взгляд на стадо ходячих на краю трека и от этого вида чувствует боль в животе. У одного из кусачих, тучного мужчины в комбинезоне, забрызганном желчью, из раны на животе висит узел тонких кишок. Другая потеряла часть своего лица и её верхние зубы мерцают в свете фонарей, когда она стонет и натягивает цепь. Остин быстро теряет энтузиазм к поединкам. Лилли права. Остин смотрит на липкую ступеньку под скамейкой, усыпанную сигаретными окурками, лужами безалкогольных напитков и несвежего пива. Он закрывает глаза и думает о милом лице Лилли, с усыпанными веснушками носом и тонкой шеей.

- Прошу прощения, - произносит он, встаёт и проталкивается позади старика.

- Лучше поторопись, - бормочет старик, лихорадочно моргая. - Шоу скоро начнётся.

Остин уже на половине пути в проходе. Он не оглядывается.

* * *

Когда он пересекает город, двигаясь мимо теней магазинных витрин и темных зданий, расположенных на главной улице, Остин замечает полудюжину человек, направляющихся к нему с противоположной стороны улицы.

Сильнее запахнув свою обтягивающую толстовку с капюшоном, засунув руки в карманы и опустив голову, он продолжает идти. Избегая зрительного контакта с движущейся группой, он узнаёт Губернатора, который как гид ведёт трёх незнакомцев, раздуваясь от гордости. Брюс с Гейбом идут позади, держа наготове винтовки.

- ... Сторожевой пост в миле отсюда - полностью заброшен, - рассказывает незнакомцам Губернатор. Остин никогда их раньше не видел. Губернатор обходится с ними как с ВИП-гостями. - Весь провиант перенесён внутрь, - продолжает он. - Мы всё привели в порядок. Очки ночного видения, снайперские винтовки, боеприпасы, вы увидите их в действии. Без всего этого здесь было бы хреново.

Остин переходит на противоположный тротуар и получает возможность получше разглядеть новых людей.

Оба мужчины и женщина выглядят так, словно пострадали на войне, мрачные и немного возбуждённые. Все они одеты в защитное полицейское снаряжение. Старший из мужчин выглядит более жёстким, недоброжелательным и хитрым. Рыжеволосый мужчина с наполовину седой бородой идёт рядом с губернатором и Остин слышит его слова.
- Ваш голос звучит счастливым. Куда вы нас ведёте? Мы идём туда, где светло. Что там? Бейсбольный матч?

Прежде чем они исчезают за углом, Остин оборачивается через плечо ивстречает ответный взгляд одного из двух незнакомцев. На нём шлем для действий в условиях массовых беспорядков и он похож на азиата, а возраст невозможно определить на расстоянии и при этом освещении.

Женщина выглядит более интересной. Её худое лицо едва видно в тени капюшона. На взгляд Остина, её около тридцати-пяти, она афро-американка и экзотически красива.

На мгновение, у Остина возникло нехорошее предчувствие, связанное с этими людьми.

- Итак, друзья, - он слышит слова Губернатора, когда они исчезают из вида, - мы здесь не единственные счастливчики. Вы появились чудесным вечером. Сегодня ночь сражения...

Остальную часть разговора уносит ветер и скрывает тень, когда толпа поворачивает за угол. Остин выдыхает, избавляется от необъяснимого чувства страха и направляется в сторону дома Лилли.

Через минуту он подходит к её дому. Ветер подхватил мусор и кружит его чере порог. Остин останавливается, опускает капюшон, убирает с глаз прядь вьющихся волос и тихо репетирует то, что хочет сказать.

Он подходит к её двери и делает глубокий вдох.

* * *

Лилли сидит возле окна на старом кресле, рядом с ней на столике мерцает свеча над поваренной книги в мягкой обложке, открытой на главе с южными гарнирами, когда стук в дверь прерывает её задумчивость.

Она думала о Джоше Гамильтоне, и всей той еде, которую он мог приготовить, если бы выжил, и смесь горя и сожаления отгоняют голод Лилли, и жаждет чего-то большего, чем консервированное мясо и быстроготовящийся рис. Тем вечером, она также много думала о Губернаторе.

За последнее время страх Лилли перед этим мужчиной трансформировался в кое-что другое. Она никак не может выбросить из головы то, как Губернатор приговорил убийцу Джоша - городского мясника - к ужасной смерти в лапах голодных ходячих. В смешанных чувствах позора и удовлетворения, в своих тёмных мыслях Лилли вновь и вновь переживает этот акт мести. Мясник получил то, что заслужил. И возможно, только возможно, Губернатор - единственный, кто восстановил эту несправедливость. Око за око.

- Кого чёрт несёт...? - ворчит она, поднимаясь с кресла.

Босиком она пересекает комнату и её порванные джинсы-клёш волочатся по грязному деревянному полу. На ней одет топ оливкового цвета, с V-образным вырезом на груди, под ним спортивный бюстгальтер, и ожерелье из сыромятной кожи с бусинками вокруг шеи. Её льняного цвета волосы собраны на макушке головы
в "бабетку". Её простоватое чувство стиля, развившееся на товарах из секонд-хенда и Армии Спасения Мариетты, сопротивлялось до конца в пост-эпидемическом мире. В каком то смысле, чувство стиля стало её бронёй, её защитным механизмом.

Она открывает дверь и смотрит на Остина, стоящего в темноте.

- Прости за беспокойство, - застенчиво произносит он, сжимая руки, словно пытаясь сломать их. Вокруг узкого лица затянут капюшон толстовки и на какой-то краткий момент Лилли не узнаёт его. Его глаза потеряли надменный блеск, который постоянно мерцает в них. Выражение лица смягчилось и под твёрдой раковиной проявился живой человек. Он пристально смотрит на неё. - Ты не занята?

- Да, я как раз говорила по телефону со своим биржевым маклером, перемещая миллионы с офшорных хедж-фондов, - смеётся она.

- Мне зайти позже?

- Это была шутка, Остин. Помнишь юмор? - вздыхает Лилли.

- Точно, - печально кивает он. Он изображает улыбку. - Я немного торможу сегодня.

- Что я могу для тебя сделать?

- Ну...хм. - Он оглядывает тёмную улицу. Практически весь город сейчас на арене на ночном гулянии. Только ветер гоняет мусор вдоль пустых тротуаров и шумит более ненужными линиями электропередач, производя жуткий жужжащий шум. Лишь несколько людей Мартинеса с АР-15 и биноклями патрулируют на баррикадах. Время от времени прожектор освещает серебряным лучом соседние леса. - Я подумал, что если ты не очень занята, - он запинается, избегая встречаться с ней глазами, - может начнём обучение сегодня?

- Обучение? - она вопрошающе смотрит на него.

Он неловко прочищает горло, опустив взгляд.
- Ты сказала, что можешь показать мне кое-какие приёмы...дать мне подсказки.. ну знаешь... как обращаться с кусачими, чтобы защитить себя.

Она смотрит на него и делает глубокий вздох. Затем она улыбается.
- Дай мне секунду - я возьму пистолеты.

* * *

Они движутся к вокзалу на восточной окраине города, подальше от огней и шума арены, насколько это возможно. К тому времени, когда они добираются до него, Лилли поднимает воротник куртки, чтобы защититься от холода. В воздухе витает запах метана и болотный газ, смесь гниения, и окружает их в залитых лунным светом теням дворов. Лилли быстро поясняет Остину несколько вариантов сценариев и задаёт ему вопросы. У Остина девятимиллиметровый Глок и складной нож, вложенный в ножны на правом бедре, подвязанный сыромятной кожей.

- Давай, продолжай идти, - говорит она ему, пока он медленно идёт вдоль опушки леса, держа в правой руке пистолет, но не кладя палец на спусковой крючок. Прошёл почти час и Остин стал беспокойным. Ночной шум гудения и вибрации леса, стрекот сверчков и шелест веток, и постоянное перемещение позади деревьев угрожающих теней. Лилли безмолвно идёт рядом с ним со значимостью преподавателя. - Ты всегда должен двигаться, не слишком быстро, но и не слишком медленно... только держи глаза открытыми.

- Думаю, как-то так, правильно? - спрашивает он со следами раздражения в голосе. На его оружие надет один из глушителей Лилли. Капюшон толстовки обтягивает лицо. Вдоль деревьев тянется забор из сетки рабицы, когда-то служивший для безопасности железнодорожных складов. След угольной пыли бежит вдоль ряда брошенных железнодорожных путей, заросших травой.

- Я велела тебе снять капюшон, - говорит она. - У тебя должно быть открыто периферическое зрен6ие.

Так он и поступает, продолжая двигаться вдоль деревьев.
- Так?

- Так лучше. Ты всегда должен знать, что вокруг. Ключ в этом. Это важнее, чем оружие, которым ты используешь или как держишь топор, или что-то другое. Ты всегда должен знать, что по обе стороны от тебя. И что находится позади тебя. Чтобы всегда иметь краткий путь для отступления, если понадобится.

- Понял.

И ни в коем случае не позволяй окружить себя. Они медлительные, но могут окружить тебя, если их будет достаточно много.

- Ты уже говорила это.

- Суть в том, чтоб ты всегда знал, куда бежать, если понадобится. Помни, ты всегда должен быть быстрее... но это не значит, что они не могут загнать тебя.

Остин кивает и смотрит через плечо, отслеживая темноту по обе стороны путей. Он оборачивается и медленно идёт назад по путям, разыскивая тени.

Лилли наблюдает за ним.
- Убери на секунду пистолет, - произносит она. - Выхвати нож. - Она наблюдает за тем, как он меняет оружие. - Хорошо, допустим, у тебя нет патронов, ты изолирован и возможно потерялся.

- Лилли, мы уже дважды отрабатывали это, - он бросает на неё косой взгляд.

- Отлично, ты умеешь считать.

- Да брось...

- И мы снова отработаем этот момент, в третий раз, поэтому отвечай. Как ты выхватишь нож?

Он вздыхает, двигаясь вдоль деревьев, под ботинками хрустит пепел.
- Хватаю лезвием вниз, крепко держа за рукоять... Я не глуп, Лилли.

- Я никогда не говорила, что ты глупый. Скажи, зачем ты держишь нож таким образом?

Он продолжает идти вдоль опушки леса, двигаясь рассеянно, покачивая головой.
- Держу так, чтобы иметь возможно опустить его на череп и сделать это резко.

Лилли замечает странную балку - кусок пропитанной креозотом шпалы, лежащую на путях, на расстоянии двадцати футов. Она молча подходит к ней.
- Продолжай, - говорит она. Одним быстрым, осторожным движением, она пинает её под ноги Остину. - Почему ты делаешь это резко?

Он скучающе вздыхает, беспечно продолжая двигаться назад.
- Делаю это резко, поскольку у меня есть только один шанс, чтобы уничтожить мозг. - Он медленно идёт в направлении к балке, выхватывает нож, не осознавая препятствия, на своём пути. - Я не идиот, Лилли.

Она ухмыляется.
- О, да, ты - нинзя, судя по тому, как ты расчищал для нас путь к месту крушения. Ты делаешь успехи.

- Я не боюсь, Лилли, говорил тебе тысячу раз, я был рядом...

Он спотыкается о железнодорожный узел.
- Блять! - ругается он, упав на землю, поднимая столбы пыли из золы.

Сначала Лилли смеётся, в то время как Остин в течении секунды сидит с побеждённым, смущённым и оскорблённым видом. В темноте, в его глазах сверкают эмоции, а кудри свисают на лицо.н похож на побитую собаку. Смех Лилли затихает и в животе возникает приступ боли.
- Прости, мне жаль, - бормочет она, становясь перед ним на колени. - Я не имела это в виду... - Она поглаживает его плечо. - Мне жаль, я - задница.

- Всё в порядке, - мягко отвечает он, делая глубокий вздох и опустив взгляд. - Я заслужил это.

- Нет. Нет. - Она садится рядом с ним. - Ты не заслужил ничего из этого.

Он смотрит на неё.
- Не переживай об этом. Ты просто пыталась помочь мне и я ценю это.

- Я не знаю что делаю половину времени. - Она потирает лицо. - Всё, что я знаю... что мы должны быть готовы. Мы должны быть... ненавижу так говорить... но мы должны быть такими же кровожадными, как кусачие. - Она смотрит на него. - Это единственный способ выжить.

Они встречаются взглядами. Окружающий их гул усиливается, ночные звуки становятся громче. Вдалеке, едва слышно, раздаются завывания зрителей с гоночного трека, в приветствии кровопролития.

- Ты начинаешь говорить как Губернатор, - наконец произносит Остин.

Лилли смотрит вдаль и молчит, слушая звуки, принесённые ветром.

- Лилли, я подумал... что, если нет никакого способа, чтобы выжить? Что если это так? Что если это всё, что у нас осталось? - Остин облизывает губы и смотрит на неё.

Лилли думает над его словами.
- Это неважно. До тех пор, пока мы есть друг у друга... и мы готовы делать то, что требуется... мы выживем.

На мгновение её слова зависают в воздухе. Незаметно для них самих, они сближаются и рука Лилли задерживается на его плече, и его рука опускается на её спину.

Внезапно Лилли осознаёт, что если сначала она думала обо всём сообществе, то сейчас она думает о них с Остином. Она склоняется к нему и он тянется к ней навстречу. Она чувствует как что-то в ней слабеет, отпускает, их губы соединяются и уже когда они собираются поцеловаться, Лилли неожиданно отстраняется.
- Что это? Иисус, что это?

Она чувствует что-то влажное, ниже его талии и она смотрит вниз.

Подол его толстовки пропитан кровью. Она капает ручейками на покрытую листвой землю, такая же черная и блестящая как нефть. Лезвие ножа торчит из дырки в джинсах, разрезав предварительно плоть на его бедре при падении. Остин опускает на него руку.
- Дерьмо, - произносит он сквозь сжатые зубы, а кровь сочится сквозь его пальцы. - Я подумал, что меня кто-то укусил.

- Идём! - Лилли вскакивает на ноги и протягивает ему руку, бережно помогая ему подняться. - Мы должны найти доктора Стивенса.

* * *

Её полное имя Кристина Мередит Габен и она выросла в Кирквуде, штата Джорджия, поступила в 80-х в колледж в Оберлине для изучения телекоммуникаций. У неё был внебрачный ребёнок, которого она выносила, но после событий 11 сентября отдала на усыновление. У неё в жизни было несколько романтических связей, но она так и не встретила мистера Того-Самого, не была замужем и всегда считала себя замужем за работой, где она работала продюсером на одной из крупнейшей телестанций на юге.Она выиграла три Эмми, Клио а пару наград Эйс, за которые она чувствовала заслуженную гордость, но она никогда не чувствовала уважения со стороны начальства и не получала вознаграждения, которое заслужила.

Но в настоящий момент, на этом грязном кафельном полу, в ярком свете люминесцентных ламп, все сожаления Кристины Габен, страхи, разочарования, надежды и мечты остались давно в прошлом, побежденные смертью. Её останки лежат на забрызганном кровью паркете, пока семнадцать пленных ходячих разрывают её органы и плоть.

Слюнявые дикие звуки мёртвого пиршества раздаются среди шлако-бетонных стен над останками уже неузнаваемых частей тела, которое когда то было Кристиной Габен. Кровь, мозговая жидкость и желчь смешиваются в углах комнаты, как разноцветные ликёры, и растекаются по швам плитки, разбрызганные по стенам пятнами тёмно-алого цвета и заливая бешеных кусачих. Отобранные по физической целостности, предназначенные для гладиаторских боёв, большинство из них взрослые мужчины. И сейчас они, присев в ярком свете в позе обезьяны, разгрызают хрящи, принадлежащие более мелкому скелету Кристины Габен.

C другой стороны комнаты, в ограждающей гаражной двери, расположены два прямоугольных окна. В левом окне виднеется измождённое усталое лицо с усами, вглядывающееся на происходящее.

Стоя за ограждением в тихом коридоре, пристально всматриваясь сквозь оконное стекло, Губернатор не выражает на лице никаких эмоций, помимо жестокого удовлетворения увиденным. Его левое ухо перевязано, после стычки с новичками, и боль накрывает его, заставляя сжать кулаки. Боль пробегает по нему как электричество, опоясывая его, а конечная цель его миссии облекается в форму. Все его опасения, сомнения в правильности, вся его оставшаяся человечность затмеваются гневом и местью, а голос глубоко внутри него служит ему компасом. Он знает единственный способ не дать вспыхнуть пороховой бочке. Знает, что должен сделать ради...

Звук шагов с противоположного конца коридора прерывает его мысли.

* * *

Обняв Остина, Лилли достигает основания лестницы, поворачивает за угол и быстро спускается в главный коридор, проходящий через зловонные шлакобетонные катакомбы гаражей и отсеки для технического обслуживания под ареной..

Поначалу она не замечает тёмную фигуру, стоящую в одиночестве в дальнем конце коридора, глядя в окно. Она слишком озабочена раной Остина и прилагаемым усилием, для давления на рану, пока они идут в больницу.

- Посмотрите, что притащила кошка, - произносит фигура, когда Лилли и Остин приближаются.

- Ох... привет, - неловко произносит Лилли, приближаясь нетвердой походке, в то время как Остин теряет несколько капель крови, не угрожающих жизни, но довольно тревожных. - Хочу доставить его к доктору.

- Надеюсь второй парень выглядит хуже, - шутит Губернатор над Лилли и Остином, замерших у гаражной двери.

- Ничего страшного... поверхностная рана... упал как идиот на собственный нож, - ухмыляется Остин, убирая с лица длинные влажные завитки. Он держится за бок. - Кровотечение остановлено, уже почти полностью.

Через стекло слышатся слабо приглушённые шумы кормящейся толпы ходячих. Звук похож на громкое урчание в животе. Через ближайшее окошко, краем глаза Лилли видит ужасную оргию и смотрит на Остина, который тоже замечает происходящее. Они не произносят ни слова. Лилли едва обращает внимание. Когда-то давно это задело бы её. Он оглядывается на Губернатора.
- Вижу, они получают свои витамины и минералы?

- Здесь ничего не пропадает, - отвечает Губернатор, пожимая плечами и кивая на окно. - Бедная девушка с самолёта умерла... полагаю, повреждения внутренних органов при крушении... бедолажка. - Он поворачивается к окну и заглядывает в него. - Они с пилотом сейчас служат большей цели.

Лилли замечает перевязанное ухо. Она бросает взгляд на Остина, который также смотрит на кровоточащую повязку Губернатора и поврежденное ухо.

- Не моё дело, - наконец произносит Остин, кивая на ухою - Но ты в порядке? Похоже у тебя тоже неприятная рана.

- Ночью пришли новички, - бормочет Губернатор, не отрывая глаз от окна. - Оказались большей помехой, чем виделось на первый взгляд.

- Да, я видел тебя с ними ранее. - Остин приободрился. - Ты показывал им окрестности, типа гида, верно? И что случилось?

Губернатор поворачивается и смотрит на Лилли, словно это она задала ему вопрос.
- Я пытаюсь оказать любезность всем людям, выказывая гостеприимство. Мы тперь все в одной лодке, не так ли?

Лилли кивает ему.
- Абсолютно точно. Так в чём была проблема?

- Оказалось, что они разведгруппа других поселенцев, находящихся где-то поблизости. И их намерения были отнюдь не дружелюбными.

- А что они сделали?

- Полагаю, они хотели напасть на нас, - отвечает Губернатор, глядя на неё.

- Напасть?

- Это происходит повсеместно. Разведчики приходят, зачищают место, а затем забирают всё. Продукты. Воду. До последней рубашки.

- Так что случилось?

- Влез с ними в драку. Не мог позволить им трахнуть нас. Ни за что. Одна из них, цветная девка, попыталась откусить мне ухо.

Лилли обменивается взглядами с Остиным. Она смотрит на Губернатора.
- Господи... что происходит? Эти люди - грёбаные дикари.

- Мы все - дикари, Лилли-детка. Но мы должны стать сильнейшими дикарями здесь. - Он делает глубокий вдох. - Очень тяжело схватился с главным парнем. Чувак сильно сопротивлялся. Закончилось тем, что ему оторвали руку.

Лилли застывает. Она чувствует, как её обуревают противоречивые эмоции, сжимают внутренности, а на затылке искрами проявляется ощущение травмы - воспоминание о пули в голове Джоша Гамильтона. "Господи Иисусе," - бормочет она себе под нос.

Губернатор снова глубоко вздыхает, а затем раздражённо выдыхает.
- Стивенс сохранил ему жизнь. Возможно, мы чему то научимся у него. А может и нет. Главное, сейчас мы в безопасности. Это стоит учитывать.

Лилли кивает и начинает что-то отвечать, когда Губернатор прерывает её.

- Я не собираюсь позволить кому-то ни было трахнуть наш город, - говорит он, глядя на них обоих. Жемчужная капелька крови капает ему на шею из повязки на ухе. Он утирает её и снова вздыхает. - На сегодняшний момент, самое главное для меня - это люди.

Лилли судорожно сглатывает.. Впервые, с тех пор как она приехала сюда, она испытывает к этому мужчины какие-то иные чувства, нежели презрение... пусть не доверие, но искру симпатии.
- Как бы то ни было, - произносит она, - Остина лучше отвести в больницу.

- Идите, - устало улыбается ей Губернатор. - Наложите Великолепному Джорджу лейкопластырь.

Лилли обнимает Остина и помогает молодому человеку идти по коридору. Но прежде чем они поворачивают за угол, Лилли останавливается и оборачивается на Филиппа.
- Эй, Губернатор, - тихо произносит она. - Спасибо.

* * *

По пути через лабиринт коридоров, ведущих к больнице, они сталкиваются с Брюсом. Крупный афро-американец движется в противоположном направлении, движимый какой-то целью. Звук его сапог отдается эхом, на мускулистом бедре подпрыгивает 45-калиберный пистолет, а на лице читается какая-то неотложная проблема. Он поднимает взгляд, когда замечает Лилли и Остина.
- Ребята, - произносит он своим густым баритоном. - Вы, двое, не видели здесь Губернатора?

Лилли объясняет ему, где находится мужчина, а затем добавляет.
- Может сегодня полнолуние?

Брюс смотрит на неё. Он сужает глаза, лица напрягается и он смотрит на неё так, словно задается вопросом, как много она знает.
- Что ты имеешь в виду?

Она пожимает плечами.
- Просто такое чувство, что на минуту все сошли с ума.

- В каком смысле?

- Ну не знаю... эти ублюдки пытались напасть на нас... люди делают сумасшедшие вещи.

Он успокаивается.
- Да... верно... чокнутое дерьмо. Мне нужно идти.

Он обходит их и быстро направляется к блоку с ходячими.

Лилли приподнимает брови, наблюдая за ним.

Что-то здесь не стыкуется.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/50042/207633

Переводчики: zmeuko