Готовый перевод Bare Bones (by Kathy Reichs) / Голые Кости: 11

11.

Я пялилась в сортир.

В прежние времена туалет предлагал самые современные удобства в области утилизации отходов человеческой жизнедеятельности: борьбу с насекомыми, туалетную бумагу, изящную одноместную сидушку с откидной крышкой.

Всего это теперь не было. Всё что осталось, так это высохшие и скрюченные липкие ленты, ржавая мухобойка, два гвоздя, вбитых на высоте сидения, стопка щепы и потрескавшийся и расслоившийся розовый деревянный овал.

Яма примерно два квадратных фута зияла сквозь отверстие в половицах в дальнем конце лачуги.

Смрад был знаком, напоминал о сортирах в летних лагерях, национальных парках и деревнях третьего мира. Здесь пахло как-то слаще и мягче.

Мои мозги добавили ещё одну строчку ругательств к тем, что мы с Райаном пускали в ход во время прогулки с Бойдом.

- Дерьмо! - сказала я громко и с выражением.

Не три ли месяца назад я по локти залезла в канализационный резервуар, исследуя мусор. Я поклялась никогда больше не копаться в фекалиях.

Теперь это.

- Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

- Не слишком благовоспитано.

Лараби вытянул шею над моим плечом. Я шагнула в сторону. Позади нас Бойд продолжал буйствовать, а Райан не оставлял попыток его успокоить.

- Но совершенно уместно, - я шлёпнула комара, обедающего на моей руке.

Лараби просунул голову в сортир и быстро вытащил её обратно.

- Может, Бойда просто обеспокоил этот запах?

Я нахмурилась в спину Лараби.

- Может быть. Но ты же всё равно собираешься проверить, чтобы убедиться, что никто не нассал на Джимми Хоффу*
___________________________
*Джеймс "Джимми" Хоффа - американский профсоюзный деятель без вести пропавший в 1975 году.

- Здесь довольно давно никто ни на кого не ссал, - Лараби отпустил дверь, и та со стуком захлопнулась, - вечеринка по случаю торжественного закрытия имела место во времена Эйзенхауэра.

- В этой яме что-то нехорошее.

- Угу.

- Предложения? - я согнала гнус с лица тыльной стороной ладони.

- Экскаватор, - ответил он.

- Может, сначала заглянем в дом, попробуем узнать, когда этот фермер Джон разорился на внутреннюю канализацию?

- Найди хоть одну человеческую кость, и криминалисты нащёлкают мне крупный план из-под раковины.

***

Пясть подняли в седьмом ковше.

Джо Хокинс, Райан и я занимались сортиром три часа. Ведро за ведром яма отдавала нам свои сокровища.

Сокровище состояло из осколков битого стекла и фарфора, обрывков бумаги, кусков пластика, ржавых инструментов, костей животных и галлонов густой, чёрной органической основы.

Экскаваторщик вытаскивал ковш, вываливал и ждал. Хокинс откладывал кости в одну кучку, бытовой мусор - в другую. Райан таскал вёдра компоста к моему ситу. Я просеивала и ковырялась.

Наш оптимизм рос. Костная часть сокровища выглядела совершенно нечеловечески и вполне кулинарно. И, в отличие от находки Бойда возле ограды МакКрейнов, на сортирных костях не было плоти.

Эти животные умерли давным давно.

Пясть появилась в 3.07 пополудни.

Я смотрела на неё в поисках хоть чего-нибудь, что дало бы повод к сомнениям.

Никаких сомнений. Кость - часть большого пальца. Пальца, который может останавливать попутку, накручивать спагетти, играть на трубе и писать сонеты.

Я сдалась и прикрыла глаза.

Услышав шаги, я их открыла. Лараби обходил груду обломков, что несколькими часами ранее была постройкой.

- Чем там Бойд занимается?

- Наслаждается прохладой на передней лужайке. У чау неплохая компания.

- Он посмотрел мне в лицо, и его улыбка улетучилась.

- Что-то нашла?

Я вытянула руку и приложила пясть рядом с основанием большого пальца.

- Чёрт.

Райан и Хокинс присоединились к нам возле сита.

- Чёрт! - откликнулся эхом Райан.

Хокинс ничего не сказал.

Экскаваторщик положил каблуки на приборную панель, откинулся на спину и глотнул воды из бутылки.

- Что теперь? - спросил Лараби.

Экскаватор вынимает осторожно. А яма очень хорошо соответствует форме ковша. Думаю, можно продолжить также. Что бы там не оказалось, вряд ли оно повредится.

- Я думал, ты ненавидишь экскаваторы?

- Парень хорош.

Мы взглянули на экскаваторщика. Он мог бы возможно выглядеть ещё менее заинтересованным, но только с применением серьёзных медицинских препаратов.

Вдали прогрохотал гром. Небо снова угрожающе потемнело.

- Долго ещё? - спросил Лараби.

- В последних ковшах я заметила чистую почву. Мы недалеко от дна.

- Хорошо. Я пошлю в дом бездельников криминалистов.

Он выпрямился.

- А Тим? - спросила я.

- А?

- Наверное пора оформлять убийство на месте.

***

Мы закончили, когда с неба брызнули первые капли.

Я задрала подбородок, радуясь прохладной влаге на лице.

Я вымоталась и была настроена скептически. Так много работы и именно тогда, когда мне больше всего хотелось быть свободной.

Бабушка не посочувствовала бы. Рождённая в родном гнезде и воспитанная нянюшками, старая леди имела особый взгляд на секс, особенно на секс, не санкционированный приходским священником.

Нет свадьбы - нет сладкого. За свои восемьдесят девять лет, прожитых на земле, она ни на дюйм не сдвинулась с этой позиции и, насколько я знала, никогда не принимала исключений.

Обхватив руками поясницу, я смотрела, как Райан отправляет кости животных в мусорный мешок.

Смотрела, как Хокинс запечатывает человеческие останки в пластиковую коробку, вынимает из саквояжа на молнии сопроводительные бумаги на тело, и начинает заполнять по порядку.

Адрес, откуда был доставлен покойный.

Хорошо. Это у нас есть.

Имя покойного. Возраст. Раса. Пол. Дата смерти.

Все эти строчки остались пустыми.

Состояние тела.

Скелетировано.

Если быть точным, то череп с нижней челюстью, три шейных позвонка и большая часть костей правой и левой рук.

Мы смотрели и пересматривали, но это всё, что нам попалось.

Хокинс проставил на бирке номер, соответствующий номеру на форме, и прилепил бирку на контейнер.

Я огляделась. В этом месте был убит человек. Голову и руки жертвы отделили и бросили в уборную, тело выбросили где-то ещё.

Или убийство случилось не здесь, а голову и руки принесли в сортир, чтобы от них избавиться?

Или случай подходит под общий шаблон. Отделить голову, отделить руки. Нет зубов. Нет отпечатков.

Но чтоб на сельской ферме округа Мекленбург?

Я закрыла глаза и подставила лицо дождю.

Кто жертва?

Как долго части тела пролежали в уборной?

Где остальные части тела?

Почему две кости руки закопали вместе с медведями? Было ли убийство животных связано с убийством человека?

- Готова?

Голос Райана вырвал меня обратно.

- Что?

- Всё погружено.

Когда мы огибали фасад имения, я заметила, что к фургонам и машинам на обочине присоединился белый "Таурус". Крупный мужчина со свисающей из угла рта сигаретой вылез со стороны водительского сидения

Верзила на пассажирском сидении повернулся, выставил ноги наружу и обхватил край двери длинными костлявыми пальцами.

Лараби обменялся с мужчинами несколькими словами, когда они с Хокинсом проходили мимо в сторону своих автомобилей.

- Чудесно, - пробормотала я чуть слышно.

- Что? - спросил Райан.

- Ты вскоре познакомишься с Труляля и Траляля.

- Это не очень милосердно.

- Без разрешения Ринальди Слайдел не косил бы под Джерри Спрингера*.
________________________________
*Джерри Спрингер - американский телеведущий.

Скинни Слайдел выдохнул струйку дыма, щелчком отбросил окурок, а потом они с напарником направились к нам.

Если Сайдел ходил в развалку, то Ринальди двигался будто рывками. Ростом шесть футов четыре дюйма при весе чуть более 160 фунтов этот мужчина походил на человека на ходулях, одетого в Хьюго Босс.

Скинни Слайдел и Эдди Ринальди были напарниками девятнадцать лет. Никто не в силах был понять, что их связывает.

Слайдел неряшлив. Ринальди утончён. Слайдел накачивается холестерином. Ринальди ест тофу. Слайдел поклонник пляжной музыки и старого рок-н-ролла. Ринальди исключительно оперы. Чувство моды Слайдела тяготеет в основном к распродажам в Кей-Марте. Костюмы Ринальди пошиты на заказ.

Поди тут разберись.

- Эй, док, - Слайдел вытащил из заднего кармана скомканный носовой платок.

Я поприветствовала его в ответ.

- Не столько жарко, сколько душно, да? - он провёл по бровям пожелтевшим лоскутом и запихал его на место тыльной стороной ладони.

- Дождь должен принести свежесть

- Дай Бог.

Кожа на лице Слайдела выглядела так, словно её сильно оттянули вперёд и отпустили. Она отвисла полукружиями под глазами и внизу щёк и болталась под челюстью.

- Доктор Бреннан - Волосы на макушке Ринальди торчали проволокой, как у кого-то из персонажей "Мелочи пузатой"*. У Ленка или у Замарашки? Хоть Ринальди и снял пиджак, его галстук был тщательно повязан.
_____________________________
*"Мелочь пузатая"(Peanuts) - комикс про детей.

Я представила Райана. Когда мужчины жали руки, Бойд не торопясь подошёл и обнюхал промежность Слайдела.

- Бойд! - я оттащила собаку, схватив его за ошейник

- Тпру, девочка! - Слайдел наклонился и потрепал Бойда за уши. Рубашка у него на спине промокла в виде буквы "Т".

- Его зовут Бойд.

- По делу Бэнкса никаких новостей. Мамашка всё ещё "скрывается от следствия"

Слайдел выпрямился.

- Итак, вы нашли себе жмура в сортире

Лицо Слайдела оставалось скучающим, пока я описывала останки. На мгновение показалось, что в глазах Ринальди промелькнул огонёк, но он появился и пропал так быстро, что уверенности в этом не было.

- Позвольте внести ясность, - голос Слайдела прозвучал скептически, - Вы считаете, что кости, которые вы нашли в могиле принадлежат одной из тех рук, что вы достали из сортира.

- Не вижу причин думать иначе. Все они подходят и не повторяются.

- Как эти кости выбрались из сортира и попали к медведям?

- Похоже, это вопрос для детектива.

- Есть какие-нибудь предположения, когда жертву туда бросили? - Слайдел.

Я покачала головой.

- Какие-нибудь предположения о половой принадлежности? - спросил Ринальди.

Я быстренько прикинула. Хоть череп и был крупным, все половые признаки оказались до отвращения средними. Ни грубыми, ни изящными.

- Нет.

- Раса?

- Белый. Но я должна это проверить.

- Насколько вы в этом уверены?

- Довольно сильно. Носовые отверстия неширокие, дуги, составляющие скулы на лице узкие. Череп выглядит классическим европейским.

- Возраст?

- В пальцах завершено скелетообразование, зубы демонстрируют минимальный износ, смыкание черепных швов минимально.

Ринальди вытащил из нагрудного кармана блокнот в кожаной обложке.

- Значит?

- Взрослый.

Ринальди записал это.

- Есть ещё одна маленькая особенность.

Оба посмотрели на меня.

- Два пулевых отверстия в затылке. Калибр маленький. Примерно двадцать второй.

- Как мило оставить это напоследок, - сказал Сайдел, - Не думаю, что вы нашли дымящийся пистолет?

- Ничего. Никакого оружия. Никаких пуль. Ничего для баллистиков.

- А что это Лараби уже сматывается? - Слайдел кивнул головой в сторону припаркованных машин.

- У него лекция вечером.

Ринальди что-то подчеркнул в блокноте и сунул ручку в её кармашек.

- Пойдём внутрь? - спросил он.

- Буду через минутку.

Я стояла, слушая, как над головой дождь стучит по листьям магнолии, и подсознательно откладывала неизбежное. Не смотря на то, что учёный во мне хотел узнать, кого мы достали из уборной, другая часть меня желала отказаться и не принимать участия в расследовании ещё одного убийства.

Друзья часто спрашивают: "Как ты можешь постоянно иметь дело с останками мёртвых? Разве это не портит жизнь? Не делает жестокость смерти привычной?"

Такие вопросы я отметаю стандартным ответом о прессе. "Все знают о насильственной смерти, - говорю я, - Публика читает о стрельбе, поножовщине, авиакатастрофах. Люди слышат статистику, смотрят репортажи, следят за процессами на судебном ТВ. В чём разница? Просто я вижу бойню вблизи."

Вот, что я говорю. Но если по-правде, то я много думаю о смерти. Я могу вполне философски отнестись к случаям, когда один отморозок прикончит другого, как к части своей работы. Но мне не избежать жалости в отношении тех юных или слабых, кто просто оказался на пути у психа, слушающего голоса с других планет, или торчка, которому понадобилось пятьдесят долларов на дозу, или в отношении действительно невинного, который не по своей вине оказался не в том месте и не в то время и был втянут в события, которые не в силах были понять.

Мои друзья принимают нежелание обсуждать мою работу за стоицизм, профессиональную этику или даже за желание пощадить их чувства. Это не так. Скорее, это беспокойство о себе, а не о них. В конце дня мне нужно оставить трупы в холоде и молчании их нержавеющей стали. Мне не нужно вспоминать о них. Мне надо почитать, посмотреть фильм, поспорить о политике или искусстве. Мне нужно восстановить видение мира и напомнить себе, что жизнь - нечто большее, чем насилие и чернуха.

Но в некоторых случаях волну эмоций сложно сдержать. В некоторых случаях моё сознание погружается в водоворот чистого ужаса, невзирая на попытки думать рационально.

Когда я смотрела, как Слайдел с Ринальди идут к дому, в моей голове раздался тоненький голосок.

"Будь осторожна, - прошептал он, - это может быть как раз такой случай"

Порыв ветра взметнул сухие листья и цветы магнолии у наших ног и всколыхнул кудзу зелёной волной.

Бойд плясал у моих ног попеременно глядя то на меня, то на дом.

- Что?

Пёс заскулил.

- Ты слабак.

Бойд не моргнув глазом кинется на ротвейлера, но сильный ветер здорово его пугает.

- Пойдём? - спросил Райан.

- Пошли! - ответила я контральто Уолтера Митти*.
______________________________________
*Уолтер Митти - заглавный персонаж фильма "Невероятная жизнь Уолтера Митти" 1947 года.

Я кинулась к дому. Райан за мной. Бойд нас обогнал.

Как только я вскочила на крыльцо наружная дверь открылась и в проёме появилось лицо Слайдела. Он отказался от сигареты и теперь жевал деревянную зубочистку. Прежде чем заговорить, он покрутил зубочистку большим и указательным пальцем.

- Вы изгадите свой Кельвин Кляйн, когда увидите, что здесь такое.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/50413/209862

Переводчики: Khalifstork