Готовый перевод Bare Bones (by Kathy Reichs) / Голые Кости: 35

35

Я ощутила запахи плесени, мха, слабую сладость, словно от печёнки, жарящейся на сковородке.

Услышала гогот гусей над головой, или кто-то с кем-то перекрикивался на каком-то далёком озере.

Где я? Лежу плашмя на чём-то твёрдом, но где?

Сознание предлагало лишь разрозненные фрагменты. Трейлер Кобб. Автозаправка. Помещение, снятое для гражданской панихиды. Кто-то по имени Мейплз.

Пальцы нащупали пол

Гладкий. Холодный. Ровный.

Я провела ладонью по поверхности, вдохнув запах.

Бетон.

Ощупав лицо, обнаружила корку крови, заплывший глаз и шишку на щеке размером с яблоко.

Ещё одна вспышка в мозгу.

Полосатый черный. Стерильный белый.

Нападение!

А что потом?

Я почувствовала, как в душе нарастает паника. Измученные серые клетки закидывали меня приказами, но не ответами.

"Встать!"

"Сейчас же!"

Подтянув под себя обе ладони, я попробовала оттолкнуться и подняться на колени.

Руки были резиновыми. Череп пронзала боль. Желудок сводило.

Я медленно опустилась обратно, легла щекой на холодный бетон.

Колотилось сердце, его стук отдавался в ушах.

Где?! Где?! Где?!

Ещё одна отрывистая команда.

Пошевеливайся!!!

Перекатившись на спину, я постепенно поднялась из лежачего положения. Мозг простреливали белые вспышки. Язык подёргивался.

Я подтянула лодыжки к заднице, опустила подбородок и сделала глубокий вдох.

Мало-помалу тошнота и головокружение пошли на убыль.

Я постепенно подняла голову, открыла здоровый глаз и что есть сил вгляделась в то, что меня окружало.

Темноту можно было резать ножом.

Я подождала пока мой зрачок расширится. Не тут-то было.

Осторожно перекатилась на колени и встала, нащупывая путь в темноте, припадая к земле, вытягивая руки - любительница салок в слепую, да и только.

Два шага и ладони упёрлись в бетонную вертикаль. Я пошла боком как краб. Сделала три шага к углу. Повернулась на девяносто градусов и пошла вдоль перпендикулярно идущей стены - правая рука выставлена вперёд, левая ощупывает бетон, пытаясь читать по нему, словно по знакам Брайля *.
____________
* Шрифт Брайля - система чтения и письма для слепых.

О, боже. Насколько мала моя тюрьма? Насколько мала? Я чувствовала, как на лице и шее выступает испарина.

Четыре шага и палец левой ноги врезался во что-то плотное. Я зарылась носом. Обе руки, выбросившись, не нашли опоры в темноте, а затем, когда голень с грохотом налетела на какой-то край, обрушились на нечто круглое и твёрдое.

Я вскрикнула от боли и задрожала от страха.

Снова во рту эти судороги, эта горечь.

Я споткнулась о что-то вроде каменной плиты и растянулась поперек: ладони и руки оказались на полу за ней, ноги - там, где они наткнулись на её ближний край.

Я слилась с бетоном. Из здорового глаза выкатилась и потекла вниз по щеке слезинка. Ещё одна выступила из уголка опухшего глаза и заскользила, обжигая содранную кожу.

Холодный пот. Обжигающие слёзы. Колотящееся сердце.

Снова мелькают в памяти образы, теперь быстрее.

Мужчина-бульдог с густыми чёрными волосами.

Металлические линзы. Моё лицо, отражённое, будто в комнате смеха.

Одно за другим проносятся воспоминания. Сорок восемь часов. Обмен репликами между Слайделлом и одной вредной дебютанткой.

- Что же вы видели?

- Себя!

Долорес упоминала о зеркальных очках!

Боже правый! На меня напал тот же человек, что навестил Кейгла!

Кейгла, который провёл последнюю неделю в коме.

Думай!!

Щека пылала. Голень пульсировала от боли. В заплывшем глазу отдавались удары сердца.

Думай!!

Сменяющиеся как в калейдоскопе образы.

Бегунья в наушниках. Миссис Кобб. Кукушка. Фотографии.

У меня перехватило дыхание.

Спички!

Я засунула пальцы в задние карманы джинсов.

Пусто.

Поискала в другом кармане и сломала впопыхах ноготь.

Проверила оба передних кармана.

Один бумажный носовой платок, один пятицентовик, цент.

Но я положила туда спички. Знаю, что положила. Меня попросила об этом Миссис Кобб. Может, мне никак не удается правильно вспомнить. Обдумай эту последовательность неторопясь.

Стены словно давили на меня. Насколько крошечной была моя ловушка? О, боже! Страх и боль росли от клаустрофобии.

Я продолжала дрожащими руками шарить по карманам.

Спички должны быть там.

Пожалуйста!!!

В верху правого переднего кармана я различила квадратик. Пальцы сомкнулись вокруг продолговатого предмета, тонкого в одном конце и округлого в другом.

Картонный пакетик со спичками!!!

Но сколько их?

Я откинула крышку и ощупала их пальцами.

Шесть.

Не растрать их!!

Шесть! Всего шесть.

Успокойся!!! Раздели помещение на четыре сектора. Определи, где свет. Определи, где выход.

Я сориентировалась относительно предполагаемого центра комнаты, расставила ноги, оторвала спичку и провела ей по слою серы.

Головка оторвалась, не загоревшись.

Проклятье!!! Теперь их пять!

Я оторвала и чиркнула ещё одной спичкой, прижимая её головку к полоске большим пальцем.

Спичка пшикнула, загорелась, осветила мою рубашку и в общем-то ничего больше. Подняв её повыше, я прокралась вперёд и сделала мысленный снимок. Судя по тому, что я разглядела, комната, вроде, довольно большая.

У стены, вдоль которой я шла, виднелись деревянные ящики и картонные коробки. На полу плашмя лежит надгробие, стоившее мне куска голени. Металлический стеллаж с полками, скреплёнными перфорированными полосами. Зазор между стеллажом и стеной.

Пальцы обжёг огонь. Я выронила спичку.

Темнота.

Снова хождение по системе Брайля. В конце стеллажа я поджигаю третью спичку.

Посреди дальней стены деревянная дверь.

Наклонив спичку вниз, чтобы пламя подросло, я искала выключатель.

Ничего.

Огонь потух. Я выронила спичку, прошла к двери, схватилась за ручку и повернула.

Заперто!

Бросилась всем весом на дверь, ударила по ней кулаками, пнула её, начала звать на помощь.

Без ответа.

Чувствовала я себя так, будто просто кричу от злости и разочарования.

Отступив, я повернулась на девяносто градусов, сделала несколько шагов и зажгла четвёртую спичку.

Из чернильной темноты появился стол; вещи, выложенные на столешнице в ряд; крупногабаритные предметы, сложенные штабелями рядом с ним.

Спичка прогорела.

Три мимолётных впечатления из зрительной памяти сложились в цельную картину.

Комната была размером где-то двадцать на двадцать футов.

Ладно. Терпимо. Меня чуть отпустила клаустрофобия, а вот страх - нет.

Вдоль одной стены - коробки и стеллаж, напротив - то ли стол, то ли верстак, за ним склад, в дальнем конце - дверь.

Вернувшись в центр комнаты, я повернулась спиной к двери и осторожно продвинулась вперёд, решив поближе рассмотреть стену в торце.

Дрожа, прикоснулась головкой предпоследней спички к полоске с серой. Но так и не чиркнув ей, ощутила, что эта часть комнаты скорее свинцово-серая, чем чёрная.

Я обернулась. Высоко над столом виднелся маленький прямоугольник.

Я вгляделась пристальнее.

Прямоугольник оказался зарешеченным окном, грязным и пыльным.

Засунув картонный пакетик со спичками в карман, я взобралась на стол, встала на цыпочки, подтянулась и выглянула.

Окно наполовину находилось под землёй. Его окружал забитый ползучими растениями колодец. Через зазор в верху мне были видны деревья, сарай и лунный свет, который проникал через просвет в кучевых облаках.

Я опять услышала гусей, поняла, что их пронзительные крики заглушают земля и бетон, а не высота или расстояние.

Снова заколотилось сердце, дыхание стало ещё чаще.

Моя ловушка - подземная комната, подвал или что-то вроде винного погреба. Наверно, единственный путь наружу находится за запертой деревянной дверью.

Я закрыла глаза, задышала глубоко.

Не сиди!! Предпринимай что-нибудь!

Стоило мне спрыгнуть со стола, десятки нитей закачались в свете луны, каждая из них блестела как паучий шёлк. Сладкий запах печёнки усилился.

Я подошла.

Каждая нить удерживала комок плоти размером примерно с мой кулак. Каждый комок был подвешен над маленькой защищённой горелкой.

Желчные пузыри медведей! Должно быть они уже высохли, потому что горелки выключены.

Возмущение и злость отправили остатки клаустрофобии собирать вещички.

Действуй сейчас!! Торопись! Разрыв в облаках скоро исчезнет.

Я чиркнула спичкой номер пять и переместилась к дальнему концу стола.

Выдвижные ящики с картотекой. Знаки "парковка". Подставки для цветов с длинными заострёнными кончиками. Детский гробик. Миниатюрный стальной сейф. Скрутки фальшивой травы. Палатка.

Раскатав брезент, я схватила кол от палатки, засунула его в карман и пересекла комнату.

Найди свечи!! Поднеси свет к двери. Используй кол от палатки, чтобы взломать замок или как рычаг, чтобы поддеть ручку.

Едва дыша, я чиркнула последней спичкой и просмотрела содержимое коробок.

Бальзамирующие составы. Отвердитель.

Я добралась до полок, присела на корточки, заглянула в открытую коробку.

Глазные колпачки для бальзамирования, шурупы к троакару **, дренажные трубки, иглы для подкожных инъекций, шприцы - ничего такого, чем можно выломать дверь.
___________
** Троакар — хирургический инструмент в виде трубочки с трёхгранной иглой внутри для прокола и выпускания гноя или иной жидкости из полости тела. Также используется при бальзамировании, где шурупом (маленьким пластиковый предмет, напоминающим шуруп) по окончании бальзамирования запечатывается место прокола.

В комнате начало темнеть.

Удастся ли передвинуть одну из горелок? Удастся ли её хотя бы поджечь?

Я встала.

На верхних полках разместились: подборка бронзовых и мраморных урн, орёл с распростёртыми крыльями, посмертная маска Тутанхамона, искривлённый дуб, греческое божество - семейная усыпальница, да и только.

Боже правый!! Вдруг, в урнах прах кремированных? Неужели на моё отчаянное положение с высоты взирают невостребованные мёртвые? Удастся ли выбить дверь бронзовым орлом? Смогу ли я его хотя бы поднять?

Просвет в облаках исчез. В подвале снова потемнело.

Я на ощупь добралась до стола, забралась на него и выглянула. Удастся ли мне привлечь чьё-нибудь внимание? Хочу ли я этого? Что если темноволосый незнакомец вернётся и меня прикончит?

В ноге и лице пульсировала боль. Внутренняя поверхность век горела от слёз. Стиснув зубы, я их поборола.

Ландшафт был этюдом в черных тонах.

Проходили минуты, часы, тысячелетия.

Я боролась с ощущением беспомощности. Конечно, кто-нибудь да придёт? Но кто? Сколько сейчас времени?

Взглянула на часы, темнота была настолько плотной, что я не видела свою руку.

Кто знал о том, что я здесь? Отчаяние вцепилось в меня. Никто!

Внезапно появился свет, мигающий, как будто его несут по лесу.

Я наблюдала за тем, как пучок света движется к меленькому пятну более густой темноты, которое по моим предположениям должно было оказаться сараем. Луч исчезал, снова появлялся, прыгал вверх-вниз, двигаясь в моём направлении. Как только он приблизился я начала кричать, затем остановилась, начав различать контуры человека. Мужчина подошёл и свернул, исчезнув из поля зрения.

Хлопнула дверь наверху.

Я спрыгнула со стола, перебежала комнату и съёжилась за дальним концом стеллажа. Когда я прижалась к его корпусу, он покачнулся. Запустив руку в карман, я вытащила кол от палатки, обвила его пальцами и опустила руку, направив кончик оружия вниз.

Мгновение спустя я услышала, что за дверью в подвал кто-то двигается. Повернулся ключ. Открылась дверь.

Затаив дыхание я выглянула из зазора между урнами.

Мужчина приостановился в дверях, поднял над правым плечом светильник. Он был приземистым и мускулистым, с густыми чёрными волосами и азиатским разрезом глаз. Закатанные рукава рубашки давали возможность увидеть татуировку над правым запястьем: "SEMPER FI" ***.

Херши Замзов как-то говорил об азиате-посреднике, который участвует в незаконной продаже медвежьих мочевых пузырей.

Сонни Паундер рассказывал о дилере-корейце, о ком-то из внутреннего круга контрабандистов.

Рикки Дон Дортон разработал свою похоронную схему при помощи дружка из Корпуса морской пехоты.

Терри Вулси подозревала, что в смерти её любовника и его замене на посту коронера не всё чисто.

В мгновение ока разрозненные обрывки снова сложились в цельную картину.

На меня напал тот мужчина, что в спешке забальзамировал тело Мюррея Сноу. Мужчина, что посетил Уолли Кейгла. Мужчина, который на пару с Рикки Доном Дортоном занимался контрабандой наркотиков и желчных пузырей медведей.

На меня напал коронер из округа Ланкастер, Джеймс Парк! Джеймс Парк - кореец.

Парк шагнул в дверь и обвёл светильником помещение. Я слышала, как он резко втянул в себя воздух, видела, как напряглось его тело.

Парк прошёл в точку прямо напротив полок и приподнял левой рукой джутовый мешок. Мешок зашевелился и сменил форму, словно живой.

Выброс адреналина пронзил все клетки моего тела.

Круг света от фонарика Парка заметался по жуткой коллекции подземелья, рывки подобно барометру отражали его сдерживаемый гнев. Я слышала дыхание Парка, чувствовала запах его пота.

Мои пальцы крепче сжали кол от палатки. Неосознанно, я напряглась и сильнее прижалась к стеллажу.

Тот покачнулся, чиркнув о стену.

Луч прыгнул в моем направлении. Парк сделал один шаг ко мне, другой. Мои руки и ноги осветились. Медленно двигаясь, я незаметно завела руку с колом за спину.

Услышала ещё один сдавленный вдох, когда Парк остановился и поднял фонарик. Мой здоровый глаз зажмурился от внезапного, хоть и не яркого света. Голова дёрнулась в сторону.

- Итак, доктор Бреннан, вот мы и встретились.

Голос у него был невыразительным и вкрадчивым, высоким, словно у ребёнка. Теперь Парк не пытался его изменить, но я поняла тотчас же: Зловещий Жнец!

Пальцы ещё сильнее обхватили кол, во мне напрягся каждый мускул.

Парк осклабился в улыбке из чистого льда.

- Мы с партнёрами так впечатлены вашей битвой в защиту дикой природы, что решили преподнести в знак благодарности маленький подарок.

Парк поднял мешок. Внутри него что-то извивалось, заставляя тени на джуте перетекать и изменяться.

Я стояла неподвижно, прижавшись спиной к стене.

- Что, нечего сказать, доктор Бреннан?

Как тут сыграть? Убеждать? Упрашивать? Наброситься на него? Я выбрала молчание.

- Тогда ладно. Подарок.

Парк отступил на шаг, дав мне снова оказаться в тени. Я следила за тем, как он ставит светильник на пол и начинает развязывать мешок.

Едва ли думая, я сунула кол от палатки за стеллаж и использовала обе руки как рычаг. Нагруженный на верху корпус качнулся вперёд и вернулся в прежнее положение.

Парк не заметил, поглощённый своим занятием.

Я уронила кол.

Голова Парка не поднялась.

Я стоя ухватилась за металл обеими руками и со всей силы рванула стеллаж от стены.

Парк выпрямился.

Стеллаж наклонился вперёд, полетели урны.

Изогнув туловище, Парк выбросил обе руки вверх. Карнакский артефакт попал ему прямо в правый висок. Он упал. Я слышала, как его голова с треском ударилась о бетон.

Стекло светильника разбилось и его свет потух, оставив лишь запах керосина.

Казалось, что барахло рушилось и раскатывалось по полу целую вечность.

Когда шум наконец утих, наступила сверхъестественная тишина.

Стало темно как в катакомбах.

Полнейшее безмолвие.

Один удар сердца, второй, третий.

Парк без сознания? Убит? Лежит, выжидая? Мне побежать? Нащупать кол от палатки?

Джутовый мешок зашелестел в тишине подобно грому.

Я затаила дыхание.

Может, Парк выпускает свой подлый подарок?

Шорох, словно о бетон тихо тёрлись чешуйки.

Опять тишина.

Этот звук мне послышался?

Снова раздался очень тихий шелест, замолк, возобновился.

Что-то было не так!

Что делать?

Вдруг, я лишилась способности реагировать от вселяющего ужас, заставляющего оцепенеть трещания.

Змеи!

Я представила скользящие тела, сворачивающиеся в пружину, чтобы напасть. Стремительные языки. Блестящие глаза без век.

Леденящий холод сдавил грудь, затем заполонил сердце, вены, желудок, дошёл до кончиков пальцев.

Что это за змеи? Мокасиновые? Медноголовые? Разве они трещат? Ромбический гремучник? Что-нибудь экзотическое из Южной Америки? Зная историю Парка, я была уверена, что эти змеи ядовитые.

Сколько их там, скользящих ко мне в темноте?

Я чувствовала себя бесконечно одинокой, всеми покинутой.

Пожалуйста, пожалуйста, хоть кто-нибудь, придите!!

Но никто не приходил. Никто не знал, что я здесь. Что же я так сглупила?

Пытаясь что-нибудь придумать, мысли разбегались в тысяче направлений.

Что обычно помогает змее найти жертву? Зрение? Запах? Тепло? Движение? Она переходит к атаке или пытается избежать контакта?

Мне застыть? Бежать? Поискать кол?

Снова трещание.

Паника пересилила здравый смысл. Вытаращив здоровый глаз, я в темноте метнулась к двери.

Нога задела упавший стеллаж, и я полетела головой в обломки. Рука нащупала тело и кости, неосознанно отдёрнувшись влево.

Волосы. Что-то тёплое и мокрое, натёкшее на пол.

Парк!

Трещание достигло высшей точки.

Борясь со слезами, я перекатилась вправо и ощупала деревянную ногу.

Встань! Убери голову из пределов досягаемости!

Пытаясь подняться, я заметила, как лучи скользят по окну.

Лодыжку прострелило жаркое белое пламя.

Я вскрикнула от страха и ужаса.

Когда я свалилась на стол, жжение поднялось по ноге, паху. То небольшое зрение, что у меня было, стало расплывчатым.

В уме проплывало иное место, иное время. Я видела Кэти, Гарри, Пита, Райана.

Слышала тяжёлые удары, шарканье, чувствовала, как поднимают моё тело.

Затем, ничего.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/50413/209886

Переводчики: tamika, Khalifstork, elenaougrumova