Готовый перевод The Sorceress / Волшебница: Глава 5

— Встань. Мой телефон звонит.
Софи нырнула в дверной проем, порылась в кармане и вытащила мобильный телефон. Батарея разрядилась в царстве теней Гекаты, но граф де Сен-Жермен нашел ей работающее зарядное устройство. Наклонив экран, она вгляделась в необычно длинное число.
— Я не знаю, кто это, — сказала она, переводя взгляд с брата на Николаса.
Джош посмотрел через плечо сестры.
— Я не узнаю номер, — добавил он.
— С чего он начинается? — спросил Николас, щурясь, пытаясь сосредоточиться на экране.

— Ноль, ноль, три, три…
— Это национальный код Франции, — сказал Фламель. — Ответь; это может быть только Фрэнсис.
— Или Ди, или Макиавелли, — быстро сказал Джош. — Может быть, нам стоит…

Но прежде чем он успел закончить, Софи нажала кнопку «Ответить».
— Привет? — осторожно сказала она.
— Это я! — голос Сен-Жермена был легким и без акцента, и Софи поняла, что он снаружи, по шуму на заднем плане. — Позволь мне поговорить со стариком. И не говори ему, что я это сказал!

Софи сдержала улыбку и передала телефон Алхимику.
— Ты был прав; это Фрэнсис. Он хочет поговорить с тобой.
Николас прижал телефон к одному уху, а другое прикрыл рукой, пытаясь перекрыть шум уличного движения.
— Алло?
— Где ты? — спросил Сен-Жермен по-латыни.

Николай огляделся, пытаясь сориентироваться.
— На Мэрилебон-роуд, прямо к станции метро «Риджентс-Парк».
— Подожди; у меня есть кто-то на другой линии. Николас услышал, как Сен-Жермен отошел от телефона и быстро передал информацию на архаичном французском языке. — Хорошо, — сказал он мгновение спустя. — Идите прямо по дороге, а затем подождите возле церкви Сент-Мэрилебон. Тебя подберут.

— Как я узнаю, что водитель работает на вас? — спросил Николас.
— Хорошее замечание. У вас есть основания полагать, что этот разговор может прослушиваться?
— И у итальянца, и у англичанина определенно есть ресурсы, — осторожно сказал Алхимик.

— Это правда.
— И там нас ждал неприветливый комитет. Я полагаю, что они доложили до того, как пришли за нами.
— Ах. — Сен-Жермен сделал паузу, а затем осторожно сказал. — Я предполагаю, что вы позаботились об этой проблеме осторожно.

— Очень осторожно. Но …
— Но? — спросил Сен-Жермен.
— Хотя я не использовал свою ауру, некоторое количество силы было высвобождено. Это наверняка привлекло внимание, особенно в этом городе.

Последовала еще одна пауза; затем Сен-Жермен сказал:
— Хорошо, я только что отправил водителю сообщение. Позвольте напомнить вам о приеме, который я устроил в Версале в феврале 1758 года. Это был мой день рождения, и вы подарили мне книгу в пергаментном переплете из вашей личной библиотеки.

Губы Николая изогнулись в улыбке.
— Я помню
— У меня все еще есть книга. Водитель скажет вам название, — продолжил он, возвысив голос над грохотом молотка на заднем плане.

— Что за шум? — спросил Фламель, возвращаясь к английскому.
— Рабочие. Мы пытаемся укрепить дом. Судя по всему, существует вполне реальная опасность, что он рухнет в катакомбы внизу и, возможно, унесет с собой пол-улицы.

Николай понизил голос.
— Старый друг. Я не могу передать вам, как я сожалею о неприятностях, которые я принес в ваш дом. Я, конечно, возмещу ущерб.

Сен-Жермен усмехнулся.
— Пожалуйста, не беспокойся. Мне это ничего не стоит. Я продал эксклюзивные права на историю журналу. Плата с лихвой покрывает расходы на ремонт, а освещение в прессе бесценно; мой новый альбом взлетает в чартах загрузок… если это не противоречие, — добавил он со смехом.

— Какая история? — спросил Николас, быстро взглянув на близнецов.
— Ну, взрыв газа, повредивший мой дом, конечно, — небрежно сказал Сен-Жермен. — Мне надо идти. Я буду на связи. И, старый друг, — он сделал паузу, — будь осторожен. Если вам что-нибудь понадобится — что угодно, — тогда вы знаете, как с нами связаться.

Николас нажал кнопку «Выключить» и молча вернул телефон Софи.
— Он сказал...
— Мы слышали.
Пробужденные чувства близнецов позволили им ясно слышать обе стороны разговора.
— Взрыв газа? — спросила Софи.

— Ну, он вряд ли мог сказать, что ущерб был нанесен каким-то первобытным динозавром, не так ли? – поддразнил Джош. — Кто ему поверит? — засунув руки в карманы, он поспешил за Фламелем, который уже шагал по улице. — Давай, сестричка.

Софи кивнула. Ее брат был прав. Но она также начала понимать, как Старейшинам удавалось так долго хранить свое существование в секрете. Человечество просто не хотело верить, что в мире есть волшебство. Не в наш век науки и техники.

Чудовища и магия принадлежали первобытному нецивилизованному прошлому, и все же в последние несколько дней она видела, что каждый день появляются свидетельства существования магии. Люди постоянно сообщали о невозможном; они видели самые странные вещи, самых причудливых существ… и никто им не верил.

Не могли же они все ошибаться, лгать, сбиваться с толку или сбиваться с пути, не так ли? Если бы Темные Старейшины и их слуги были у власти, то все, что им нужно было бы сделать, это отвергнуть сообщения, проигнорировать их или, как это только что произошло в Париже, высмеять их в средствах массовой информации.

Скоро даже те, кто составлял отчеты, те самые люди, которые видели что-то необычное, начнут сомневаться в показаниях собственных чувств. Буквально вчера Нидхёгг, существо, которое, предположительно, существовало только в легендах, пронеслось по узким улочкам Парижа, оставив за собой след опустошения.

Он с грохотом упал на Елисейских полях и обрушил часть знаменитой набережной, прежде чем погрузиться в реку. Десятки людей, должно быть, видели это; но где были их рассказы, их заявления? Пресса сообщила об этом событии как о взрыве газа в древних катакомбах. А потом все горгульи и гротески Нотр-Дама ожили и сползли по зданию. Используя ауру Джоша, чтобы усилить свою собственную, Софи использовала магию Огня и Воздуха, чтобы превратить существ в не более чем расколотый камень… и все же, как об этом сообщили в прессе?

Последствия кислотных дождей.
Когда они мчались по сельской местности Франции на «Евростар», они читали репортажи в Интернете на ноутбуке Джоша. У каждой новостной организации в мире была своя история о событиях, но все они рассказывали версии одной и той же лжи.

Только на веб-сайтах и в блогах, посвященных более диким заговорам, сообщалось о наблюдениях за Нидхёггом, а также о трясущихся кадрах с мобильными телефонами монстра. Десятки сообщений отклонили видео и кадры как подделку, сравнив их с изображениями снежного человека и лохнесского чудовища, которые оказались ложными. Только теперь, конечно, Софи начала подозревать, что оба эти существа, вероятно, тоже реальны. Она поспешила догнать Фламеля и своего брата.

— Держись рядом, Софи, — сказал Николас. — Вы не представляете, в какой опасности мы находимся.
— Значит, ты продолжаешь рассказывать нам, — пробормотала она, хотя прямо сейчас не могла понять, как все может быть еще хуже.
— Куда мы идем? — спросил Джош. У него все еще кружилась голова после выброса адреналина, а теперь его еще и трясло.

— Вот сюда, внизу, — сказал Николас, кивая в сторону белокаменной церкви слева от них.
Софи догнала брата и заметила, что он бледен, а на лбу блестит пот. Она схватила его за руку и слегка сжала.
— Как дела?
Она знала, через что он проходит: шум, запахи, звуки города начинали подавлять его недавно пробужденные чувства. Она испытала такую же шокирующую сенсорную перегрузку, когда Геката разбудила ее. Но в то время как Эндорская ведьма и Жанна помогали ей контролировать поток эмоций и ощущений, некому было помочь ее брату.

— Я в порядке, — быстро сказал Джош. — Ладно, не очень, — признал он мгновение спустя, увидев выражение недоверия на лице сестры. Она прошла через ту же трансформацию; она знала, что он чувствует. — Просто все это… — он с трудом подбирал слова.

— Это уже слишком, — закончила за него Софи.
Джош кивнул.
— Слишком много, — согласился он. — Я даже чувствую вкус выхлопа автомобиля.
— Все приспосабливается, — пообещала она, — и становится легче. Или, может быть, ты просто привыкнешь к этому.

— Не думаю, что я когда-нибудь смогу к этому привыкнуть, — сказал он, опустив голову и щурясь от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь иссиня-черные облака. Солнечный свет, сверкающий на мокрых улицах, посылал ему в глаза болезненные кинжалы. — Мне нужны солнцезащитные очки.

— Это хорошая идея. — Софи сделала несколько шагов вперед. — Николас, подожди, — позвала она.
Но хотя Алхимик оглянулся через плечо, он не остановился.
— Мы не можем медлить, — отрезал он и продолжил в быстром темпе.

Софи остановилась посреди улицы и потянула за собой брата. Николас прошел с полдюжины шагов, прежде чем понял, что близнецов больше нет позади него. Он остановился и повернулся, махая им вперед. Они игнорировали его, и когда он вернулся к ним, в его лице было что-то темное и безобразное.
— У меня нет времени на эту ерунду.

— Нам нужны солнцезащитные очки для Джоша и для меня тоже, — сказала Софи, — и вода.
— Мы получим их позже.
— Они нужны нам сейчас, — твердо сказала она.

Николас открыл рот, чтобы выплюнуть ответ, но Джош сделал шаг вперед, приблизивший его к Алхимику.
— Они нужны нам сейчас.
В его голосе было что-то вроде высокомерия. Стоя на паперти перед парижским собором, чувствуя, как грубая сила течет через его тело, наблюдая, как ожившие каменные гаргульи разлетаются в пыль, он понял, насколько сильны он и его сестра. В этот момент им может понадобиться Алхимик, но они нужны и ему также.

Николас посмотрел в ярко-голубые глаза мальчика, и то, что он увидел в них, заставило его кивнуть и вернуться к ряду магазинов.
– Вода и солнцезащитные очки, – сказал он. — Солнцезащитные очки какого-нибудь определенного цвета? — саркастически спросил он.
— Черный, — хором ответили близнецы.

Софи стояла с Джошем возле магазина. Она была истощена, но знала, что Джош чувствует себя еще хуже. Теперь, когда дождь закончился, улица начала заполняться людьми. Мимо проходили люди дюжины разных национальностей, болтая на разных языках.

Софи внезапно склонила голову набок, нахмурив брови.
— Что случилось? — сразу же спросил Джош.
— Ничего страшного, — медленно сказала она, — просто…
— Что?

— Мне показалось, что я узнал некоторые слова, которые говорили эти люди.
Брат повернулся, чтобы проследить за ее взглядом. Две женщины в длинной струящейся абайе ближневосточных стран, с закрытыми головами и скрытыми под бурками лицами, оживленно болтали друг с другом.

— Они сестры… Они идут на прием к врачу прямо за углом, на Харли-стрит… — удивленно сказала Софи.
Джош повернулся, чтобы лучше слышать, и откинул волосы с уха. Сосредоточившись, ему удалось изолировать голоса двух женщин.
— Софи, я не могу разобрать ни слова, что они говорят. Я думаю, они говорят по-арабски.
Мимо прошли двое элегантно одетых бизнесменов, направляясь к станции метро Риджентс-парк. Они оба были на мобильных телефонах.

— Тот, что слева, разговаривает со своей женой в Стокгольме, — продолжила Софи, теперь ее голос был чуть громче шепота. — Он сожалеет, что пропустил вечеринку по случаю дня рождения своего сына. Тот, что справа, разговаривает со своим головным офисом, тоже в Швеции. Он хочет получить электронные таблицы по электронной почте.

Джош снова повернул голову, не обращая внимания на уличное движение и мириады других шумов города. Внезапно он обнаружил, что, сосредоточившись на двух бизнесменах, может улавливать отдельные слова. Его слух был настолько острым, что он мог слышать даже жестяные голоса на другом конце провода сотового телефона. Ни один из мужчин не говорил по-английски.
— Как ты можешь понять? — он спросил.

— Это знания Эндорской ведьмы, — сказал Николас. Он вышел из магазина как раз вовремя, чтобы услышать вопрос Джоша. Он вытащил две пары одинаковых дешевых солнцезащитных очков из бумажного пакета и передал их. — Боюсь, не дизайнерские.

Софи надела темные очки на лицо. Облегчение пришло мгновенно, и по выражению лица брата она поняла, что он чувствует то же самое.
— Скажи мне, — сказала она. — Я думала, что это просто много древних вещей, которые она передала мне. Я не знала, что что-то из этого может быть полезным.

Николас передал две бутылки воды, и близнецы пошли рядом с ним, пока он спешил по улице к церкви Святой Мэрилебон.
— Ведьма передала тебе все свои знания, когда окутала тебя воздушной пеленой. Это было, признаю, слишком много для тебя. Но я понятия не имел, что она собирается это сделать, — быстро добавил он, увидев, как хмурится лицо Джоша.

— Это было совершенно неожиданно и совершенно не характерно. Поколения назад жрицы учились у Ведьмы всю свою жизнь, чтобы получить в награду лишь мельчайший фрагмент ее знаний.
— Зачем она мне все это отдала? — спросила Софи, сбитая с толку.

— Это загадка, — признал он. Заметив просвет в потоке машин, Алхимик поторопил близнецов через Мэрилебон-Хай-стрит. Теперь они были достаточно близко, чтобы видеть перед собой элегантный фасад церкви. — Я знаю, что Жанна помогла тебе просеять знания Ведьмы.

Софи кивнула. В Париже, пока она спала, Жанна д'Арк научила ее методам управления мешаниной загадочной и малоизвестной информации, проносящейся через ее мозг.

— Я считаю, что сейчас происходит то, что воспоминания и знания Эндорской ведьмы постепенно поглощаются твоими собственными воспоминаниями. Вместо того, чтобы просто знать, что знает ведьма, вы также будете знать, откуда она это знает. По сути, ее воспоминания становятся твоими.

Софи покачала головой.
— Я не понимаю.
Наконец они добрались до церкви. Николас поднялся на две ступеньки и посмотрел вверх и вниз по дороге, быстро изучая прохожих, поворачиваясь, чтобы посмотреть в сторону Риджентс-парка, прежде чем вернуться к близнецам.
— Это как разница между просмотром игры и игрой. Когда вы встретили Сен-Жермена, — добавил он, — ты сразу поняла, что о нем знает Ведьма, верно?

Софи кивнула. Ей вдруг пришло в голову, что Эндорская ведьма не любит и не доверяет графу де Сен-Жермену.
— Подумай теперь о Сен-Жермене, — предложил Алхимик.
Она посмотрела на своего брата, который пожал плечами, его глаза были невидимы за его собственными темными очками.

Софи перевернула правое запястье. На нижней стороне ее руки был золотой круг с красной точкой в центре. Сен-Жермен безболезненно выжег татуировку на ее запястье, когда учил ее Магии Огня. Мысли о Сен-Жермене вызвали внезапный поток воспоминаний: ярких физических воспоминаний. Софи закрыла глаза и через мгновение обнаружилась в другом месте, в другом месте. Лондон, 1740 год.

Она стояла в огромном бальном зале, одетая в такое тяжелое платье, что казалось, будто оно прижимает ее к земле. Это было удивительно неудобно, кусало и щипало, спрессовывало, давило и сжимало повсюду. Воздух в бальном зале пах свечным воском и слишком большим количеством духов, переполненными туалетами, приготовленной едой и немытыми телами.

Вокруг нее кружилась толпа людей, но когда она двинулась вперед, они бессознательно расступились, расчищая путь к мрачно одетому молодому человеку с поразительными голубыми глазами. Это был Франциск, граф де Сен-Жермен. Он разговаривал по-русски с дворянином из двора малолетнего императора Ивана VI.

Она обнаружила, что понимает, о чем он говорит. Дворянин намекал, что младшая дочь Петра Великого, Елизавета, может вскоре захватить власть и что в Петербурге появятся деловые возможности для человека с способностями Сен-Жермена. Граф медленно повернулся и посмотрел на нее. Взяв ее руку в свою, он поклонился ей и сказал по-итальянски:
- Для меня большая честь наконец познакомиться с вами, мадам.

Глаза Софи распахнулись, и она покачнулась. Рука Джоша метнулась, чтобы схватить ее.
— Что случилось? — спросил он.
— Я была там… — прошептала Софи. Она быстро покачала головой. — Здесь, в Лондоне. Более двухсот пятидесяти лет назад. Я видел все. — она потянулась, чтобы сжать его руку.

— Я чувствовала одежду, которая была на мне, запах вони в комнате, и когда Сен-Жермен говорил по-русски, я понимал его, а потом, когда он говорил со мной по-итальянски, я тоже это понимала. Я была там, — повторила она, все еще благоговея перед своими новыми воспоминаниями.

— Воспоминания Эндорской ведьмы становятся твоими воспоминаниями, — сказал Николас. — Её знания становятся вашими. В конце концов, все, что она знает, ты узнаешь.
Софи Ньюман вздрогнула. Потом она вдруг подумала о чем-то тревожном.

— Но что со мной происходит? — она спросила. — Ведьма имеет тысячи лет воспоминаний и переживаний; Я прожила только пятнадцать с половиной лет, и я не помню их всех. Могут ли ее воспоминания вытеснить мои?

Николас сильно моргнул. Потом медленно кивнул.
— Я об этом не подумал, но да, ты права, они могут, — сказал он очень тихо. — Мы должны сделать так, чтобы этого не произошло.
— Почему? — вместе спросили близнецы.

Николас спустился по ступенькам и встал рядом с ними.
— Потому что мы не более чем сумма наших воспоминаний и переживаний. Если воспоминания Ведьмы вытеснят твои, ты фактически станешь Эндорской ведьмой.

Джош был в ужасе.
— А что будет с Софи?
— Если это произойдет, Софи больше не будет. Будет только Ведьма.

— Тогда она сделала это намеренно, — сказал Джош, гневно повысив голос достаточно, чтобы привлечь внимание группы туристов, фотографирующих циферблат церковных часов. Его сестра подтолкнула его, и он понизил голос до хриплого шепота.

— Вот почему она отдала Софи все свои знания! — Николас начал мотать головой, но Джош продолжал. — Как только ее воспоминания полностью овладевают ею, у нее появляется новое, более молодое тело, а не ее старое слепое тело. Вы не можете этого отрицать.

Николай закрыл рот и отвернулся.
— Я должен… я должен подумать об этом, — сказал он. — Я никогда раньше не слышал, чтобы что-то подобное происходило.
— Но ты никогда раньше не слышал, чтобы Ведьма передала все свои знания одному человеку, не так ли? — спросил Джош.

Софи схватила Алхимика за руку и встала перед ним.
— Николя, что нам делать? — она спросила.
— Понятия не имею, — признал он с усталым вздохом. И в этот момент он выглядел старым, с глубокими складками на лбу и вокруг глаз, морщинами вдоль носа, глубокими бороздками между бровями.

— Тогда кто знает? — рявкнула она с ноткой страха в голосе.
— Перенель, — сказал он и яростно кивнул. — Моя Перенель знает, что делать. Мы должны вернуть тебя к ней. Она сможет помочь. А пока ты должна сосредоточиться на том, чтобы быть Софи. Вы должны сосредоточиться на своей собственной личности.
— Как?

— Подумай о своем прошлом, своих родителях, своих школах, людях, которых ты встретила, друзьях, врагах, местах, которые ты посетила. — он повернулся к Джошу. — Ты должны помочь. Задавайте сестре вопросы о прошлом, обо всем, что вы делали вместе, о местах, где вы были. И Софи, — добавил он, повернувшись к девушке, — каждый раз, когда ты начинаешь переживать одно из воспоминаний Эндорской ведьмы, намеренно сосредотачивайтесь на чем-то другом, на своем собственном воспоминании. Ты должна бороться, чтобы воспоминания Ведьмы не подавляли твои, пока мы не найдем способ контролировать это.

Внезапно к обочине подъехало черное лондонское такси, и пассажирское окно опустилось.
— Садись, — скомандовал голос из тени.
Никто не двигался.

— У нас нет целого дня. Залезайте. — в богатом тембре голоса чувствовался намек на Северную Африку.
— Мы не вызывали такси, — сказал Фламель, отчаянно оглядывая дорогу. Сен-Жермен сказал, что посылает к ним кого-то, но Алхимик и представить себе не мог, что это будет что-то столь обычное, как лондонское такси. Было ли это ловушкой? Догнал ли их Ди? Он посмотрел через плечо на церковь. Дверь была открыта. Они могли бы броситься вверх по ступеням в святилище церкви, но оказавшись внутри, оказались бы в ловушке.

— Эта машина была специально заказана для вас, мистер Фламель. — наступила пауза, и голос добавил: — Автор одной из самых скучных книг, которые я когда-либо читал, «Философского резюме».
— Скучной? — Николас распахнул дверь и толкнул близнецов во мрак.
— Это было признано на протяжении веков гениальной работой! — забравшись внутрь, он хлопнул дверью. — Фрэнсис, наверное, сказал тебе так сказать.

— Вы бы лучше пристегнулись, — скомандовал водитель. — Сюда направляется всякая компания, и ни одна из них не дружелюбная, а сплошь неприятная.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/51159/215473

Переводчики: villuana