Готовый перевод The Law of Nines / Закон девяток(Продолжение "Правил волшебника" by Терри Гудкайнд): Глава 5

АЛЕКС НАБЛЮДАЛ, КАК ЕГО ДЕД шаркая пересек захламленный подвал, отшвырнув со своего пути картонную коробку. У дальней стены он передвинул в сторону грабли, мотыги и лопаты, половина из которых с грохотом упала на пол. Бен все время ворчал себе под нос, пока он отпихивал прочь ненужные грабли. Наконец он очистил это место у кирпичного фундамента. Затем, к удивлению Алекса, его дед начал вытаскивать кирпичи из пилястра стены фундамента.

- Что, черт возьми, ты делаешь?!

Держа в руках охапку из полудюжины кирпичей, Бен остановился и оглянулся через плечо. "О, я поместил это сюда на случай пожара."

До известной степени это могло быть объяснением. Алекс всегда удивлялся тому, что его дед до сих пор не сжег свой дом, принимая во внимание то, как он часто использует в своей работе спички, паяльники и горелки.

В то время как Бен начал складывать кирпичи на пол, Алекс повернулся проверить - и точно, как он и предполагал, его дед забыл про паяльник. Алекс поднял его как раз в тот момент, когда небольшой участок верстака начал уже чернеть. Он вставил паяльник в его металлическую подставку, а затем раздраженно вздохнул, когда намочил палец языком и затушил тлеющее пятно.

- Бен, ты был близок к тому, чтобы увидеть свой верстак, объятый пламенем. Ты должен быть осторожнее.
Он постучал по огнетушителю, висевшему на стене. Алекс не мог сказать, был он полный или нет. Он перевернул бирку и прищурившись поискал срок годности или дату последнего осмотра. Их не было.
- Эта штука наполнена и соответствует всем требованиям, не так ли?

"Да-да," – пробормотал Бэн.

Когда Алекс повернулся, его дед стоял рядом, протягивая ему большой сверток желто-коричневого цвета. Под слоем известковой пыли были видны следы старых пятен.

"Это предназначается тебе . . . на твоё двадцатисемилетие."

Алекс пристально посмотрел на протянутый Беном зловещий сверток.

- Как долго он у тебя находится?

"Около девятнадцати лет."

Алекс нахмурил брови.
- И ты хранил его замурованным в своем подвале?

Старик кивнул.
- Надежно хранить это до тех пор, пока я смог бы передать тебе его в надлежащее время. Я не хотел, чтобы ты рос, зная об этом. До определенного времени такие вещи могут изменить всю жизнь молодого человека - изменить ее к худшему.

Алекс уперся руками в бока.
- Бен, зачем ты хранишь такие странные вещи? А если бы ты умер? Ты когда-нибудь думал об этом? Что если бы ты умер, и дом был бы продан?

- Согласно завещанию дом перейдет к тебе.

"Знаю, но я, возможно, продал бы его. Я бы никогда не узнал о том, что ты прятал это здесь."

Его дед наклонился ближе. "Это в завещании."

"Что в завещании?"

- Инструкции, которые скажут, где он хранился, и что это твое, но только после твоего двадцатисемилетия.
Бен загадочно улыбнулся:
- Завещания - очень интересные штуки. Ты можешь внести в эти документы очень странные инструкции.

Когда дед всучил ему сверток, Алекс неохотно взял его. Также как и странное поведение деда, этот сверток встал в один ряд с другими странностями. Кто хранит бумаги, спрятав их в кирпичную стену в своем подвале? И зачем?

Алекса очень беспокоили ответы на эти вопросы - и на другие, которые только начали формироваться в глубине его сознания.

- Ну же, - сказал его дед, возвращаясь к скамье. Рукой он смахнул в сторону беспорядок на рабочем месте. Он хлопнул ладонью по освободившемуся месту на скамье. - Положи это сюда, на свет.

Сверток был распечатан - что не являлось чем-то подлым. Зная своего деда, он должен был давно открыть сверток и изучить что бы там ни было внутри. Алекс заметил, что сверток был адресован его отцу. Он оторвал бумагу от свертка. Она крепилась за верхний левый угол. На конверте выделялась эмблема, сделанная выцветшими синими чернилами, которая гласила: Ланкастер, Бакмэн, Фэнтон, юридическая фирма в Бостоне.

Он бросил бумагу на скамью:
- И ты все это время знал, что это? - спросил Алекс, уже зная ответ. - Ты прочитал все?

Бен пренебрежительно махнул рукой:
- Ну да. Это передача имущества. Распоряжения о том, как стать землевладельцем.

Алекс был ошеломлен:
- Земля?

- Вообще-то очень много земли.

Алекс был настолько переполнен вопросами, что не мог думать последовательно:
- Что ты имеешь в виду, говоря, что я стану землевладельцем? Какая земля? Зачем? Чья она? И почему на мое двадцатисемилетие?

Бен наморщил лоб, пока обдумывал ответ:
- Я думаю, что это должно быть сделано вместе с семеркой. Как я сказал, это произошло с твоей матерью, когда ей исполнилось двадцать семь, потому что твой отец умер до своего двадцатисемилетия, когда это должно было произойти с ним. Поэтому я полагаю, что семерка должна быть ключом.

- Если это пришло к моей матери, то почему это мое?

Бен постучал по бумаге, лежащей на скамье:
- Предполагалось, что это перейдет к твоей матери, потому что твой отец умер, но право собственности на землю не могло перейти к ней.

- Почему нет? - спросил Алекс.

Его дед понизил голос, когда наклонился ближе:
- Потому что ее объявили умственно неполноценной.

Прежде чем продолжить говорить, Бен дал Алексу время, чтобы осознать услышанное.

- Условия завещания гласят, что наследник, к которому переходит право собственности, должен быть в здравом уме. Твоя мать была объявлена недееспособной, и с тех пор ничего не изменилось. К завещанию также есть одно дополнение, которое предусматривает, что, если наследник не может принять в собственность эту землю вследствие своей смерти или психического расстройства, то завещание остается без владельца до тех пор, пока следующий наследник очереди не достигнет двадцати семи лет. После этого наследство автоматически передается ему. Если же наследников нет или они не соответствуют условиям завещания....

- То есть, если он сумасшедший.

- Ну, да, - произнес Бен. - Если по каким-либо причинам это право собственности не может быть передано твоему отцу, матери или их потомкам (а ты их единственный ребенок), то земля передается в доверительное управление специальной организации.

Алекс поскреб затылок, пытаясь осознать все это.

- И насколько велика земля, о которой мы тут говорим?

- Достаточно, чтобы ты смог ее продать и прикупить себе новенькую машину. Это то, чем тебе стоит заняться, - Бер поднял палец, - Эти семерочные дела - не такая штука, чтобы с ней шутить, Алекс!

Почему-то, несмотря на замечание деда, Алексу не казалось, что он сорвал золотой куш.

- И где эта земля?

Бен разраженно отмахнулся:
- На Востоке, в Мэне.

- Там, где ты жил?

- Не совсем. Это отдаленная внутренняя земля. Она всегда принадлежала нашей семье, и сейчас, когда все мертвы, она стала твоей.

- Ну а почему не тебе, например? - не понимал Алекс.

Бен пожал плечами:
- Не знаю, - Он внезапно усмехался, немного наклонившись: Ну хорошо, скорее всего это потому, что я им никогда не нравился. Кроме того, у меня нет никакого желания жить там снова. Черноземье и грязь по весне, москиты летом, и нескончаемые метели зимой. Я потратил достаточно своего времени там, копошась среди грязи и насекомых. Здешний климат подходит мне куда лучше.

Алекс задался вопросом, почему составители завещания проигнорировали Бена. Может, потому что они не считали его достаточно благоразумным?

- Я слышал, что на Востоке бывает прекрасная осень, - сказал Алекс.

Скоро наступит осень. Он размышлял, достаточно ли там земли чтобы удалиться и спокойно рисовать. Время от времени Алекс любил гулять один по пустынным землями рисовать. Ему нравилось, как простота первобытного одиночества позволяла раствориться в картинах, которые он создавал.

"О каком количестве земли мы говорим? Есть, по крайней мере, несколько акров или как? Я слышал, что некоторые земли в штате Мэн очень дорого стоят."

- Это на побережье, - усмехнулся Бен. - Это внутренняя земля. А внутри страны земля стоит не так уж много. Пока что...

Алекс аккуратно взял сопроводительное письмо, так, будто оно могло укусить его, и просмотрел юридический текст.

- Пока что, - продолжал дед, - Я бы осмелился предположить, что этого достаточно чтобы ты купил машину, - он наклонился ближе, - Любую, какую только захочешь.

Алекс поднял голову от бумаг:
- Так сколько же там земли?

"Немногим меньше пятидесяти тысяч акров."

Алекс моргнул. "Пятидесяти тысяч акров?"

Дед кивнул:
- Ты теперь один из крупнейших частных землевладельцев в Мэне, кроме разве что бумажных компаний. Ну, по крайней мере, скоро им станешь, как только право собственности будет передано.

Алекс позволил себе глубокий задумчивый вздох:
- Полагаю, у меня есть хорошая возможность продать часть земли и купить автомобиль. Я могу продать даже достаточно, чтобы построить...

Бен покачал головой:"Извини, но ты не можешь."

"Не могу что?"

- Продать только часть земли. Условия завещания гласят, что ты не вправе делать это. Если ты когда-либо захочешь продать землю, ты должен будешь продать ее всю как единое целое организации, осуществляющей доверительное управление этой землей. Ей принадлежат окружающие угодья.

- То есть я должен продать ее всю - и именно этой организации? - Алекс был удивлен. - Ты уверен, что я не могу просто продать какую-то часть тому, кому захочу? Ну хоть небольшой кусок?

Бен потряс головой:
- Ранее, когда эти документы только перешли к твоему отцу, я изучил их. Мы даже ходили к адвокату - другу твоего отца. Он подтвердил наши выводы из прочитанного. Это не подлежит сомнению. Любое нарушение условий завещания приведет к тому, что право собственности на землю навсегда перейдет к доверительным управляющим.

Это - очень хитрый документ. Он составлен так, что, гарантированно, любое отклонение от условий приведет к тому, что земля перейдет к доверительной организации. И тут нет никаких возможностей для маневра. Он составлен так, чтобы жестко контролировать то, что происходит с землей. Можно сказать, что это не слишком похоже на наследство, поскольку предоставляет скудный выбор между ограниченным числом вариантов.

Из-за преждевременной кончины твоего отца, а потом и болезни матери, передача наследства не состоялась. Поэтому завещание было временно приостановлено, находилось в подвешенном состоянии до тех пор, пока тебе не исполнилось двадцать семь.

- А что если у меня нет желания прямо сейчас решать, что мне делать?

- У тебя есть год, пока тебе все еще двадцать семь, чтобы принять решение вступать ли тебе в наследство. Ты не обязан принимать землю. Ты можешь отказаться от нее, и тогда она останется у доверительных управляющих. Если ты не ступишь в права наследования в течение этого срока, то земля автоматически перейдет к ним же, при одном условии: если у тебя не будет детей.

На данный момент ты единственный наследник, Алекс. Ты не можешь передать землю кому-либо, кроме своего прямого наследника. Если у тебя никогда не будет детей, то после твоей смерти, земля перейдет управляющим.

"А что, если на следующей неделе я попаду под автобус и погибну?"

- В этом случае право собственности немедленно перейдет к управляющим навсегда, потому что у тебя нет наследника, то есть ребенка. Если ты станешь отцом, даже если ты не успел заявить своих прав на наследство пока тебе двадцать семь, то твой ребенок становится неотъемлемой частью завещания. А завещание будет отложено до достижения этим ребенком совершеннолетия. Фактически именно таким образом ты и получил это завещание. Если ты попадешь под автобус, это никак не повлияет на права твоих детей, также как и смерть твоего отца не затронула твоих прав.

Ты можешь принять наследство и пользоваться землей по своему усмотрению, и, если у тебя будут дети, ты сможешь передать им землю по наследству, при условии если ты не продал ее управляющим. В таком случае она навсегда становится их собственностью.

- Если я могу продать землю только управляющим, то они могут установить слишком низкую цену.

Бен переворачивал страницы до тех пор, пока не нашел то, что искал.
- Нет, посмотри сюда. - Бен постучал по странице. - Ты должен продать землю "Даггет Трасту", это группа организаций охраны природы. Но они обязаны назначить справедливую рыночную цену. Ты можешь привлечь своего собственного оценщика, чтобы убедиться что цена справедливая. И я могу сказать тебе, что на рынке эта земля, даже учитывая, что она не имеет выхода на побережье, стоит кучу денег.

Алекс погрузился в раздумья:
- Я мог бы рисовать все, что только захочу.

Бен улыбнулся.
- Ты же знаешь, я считаю, что человек должен быть готов к худшему, но брать от жизни все, что может. Ты мог бы продать эту землю и рисовать всю оставшуюся жизнь. И ты можешь больше не продавать ни одну из своих картин. Ненавижу видеть, как ты продаешь свои творения. В них столько любви к жизни! Ненавижу видеть, как ты расстаешься с ними.

Алекс нахмурился, прервав свои мечтания:
- Почему эта организация все еще хочет купить именно этот участок земли?

Бен пожал плечами.
- Они уже владеют окружающими землями. И ничто из них никогда не застраивалось. Большинство из них - это нетронутые леса, которые принадлежат трасту целую вечность. Траст хочет сохранить их в прежнем состоянии. Наш фамильный участок земли - последняя часть пазла.

- Земли, принадлежащие трасту, являются частными владениями. Никому, даже путешественникам, не разрешается там находиться. В Союзе Природы немного раздражены тем, что их не пускают. Они считают, что у них должен быть специальный доступ, раз уж они так заботятся о сохранении природы. Хотя, я думаю, они пришли к соглашению ведь цель организации по охране природы кажется настолько благородной.

- Ладно, а что если я решу не продавать ее? Что если я оставлю ее и построю на ней дом?

Бен снова постучал по бумагам:
- Не можешь. Договор связан с ограничением землепользования. Вот почему нам никогда не приходилось платить налоги на собственность. Это особый вид документа об охраняемой государством территории, который освобождает землю от налогов при соблюдении условий землепользования.

- Значит эта земля совершенно бесполезна для меня. Я вообще могу использовать ее для чего-нибудь?

Бен пожал плечами:
- Полагаю, ты можешь пользоваться ею. Она твоя, если ты этого захочешь. Ты можешь там гулять, устраивать пикники, что-то вроде того, но ты не можешь строить там здания длительного пользования. Кроме того, ты обязан соблюдать устав траста, то есть ты не должен позволять незнакомцам, разным туристам и путешественникам скитаться по этим местам.

- Или я могу ее продать.

- Все верно. Даггет Трасту.

Это все оказалось так неожиданно и подавляюще. Алексу никогда не принадлежало никакой земли. Только дом, который был родительским. Дом, вниз по улице, дом, где он частично вырос и теперь жил, был теперь записан на его имя. В некотором смысле, его все еще не покидало такое странное чувство, что его дом принадлежит призракам тех, кто давно ушел. Алексу было тяжело вообразить, сколько это - пятьдесят тысяч акров. Кажется, этой земли достаточно, чтобы человек навсегда заблудился в ней.

- Если фактически я ничего не могу с ней делать, может будет лучше продать ее, - сказал Алекс, размышляя в слух.

Бен потянул свою работу поближе:
- Эта идея кажется вполне разумной. Продай землю и купи себе машину, какую хочешь.

Алекс подозрительно поглядел в затылок деду:
- Мне нравится мой джип. Все что я хочу - новый стартер.

- Это твой день рождения, Алекс. Ты можешь купить себе достойный подарок. Да такой, какой никто из нас не смог бы тебе предложить.

- Я никогда ничего особо и не хотел, - сказал Алекс, мягко положив деду руку на плечо, как бы протестуя сказанному, - У меня всегда было все необходимое, именно то, в чем я нуждался больше всего.

- Что-то вроде моего кофейника, - пробормотал Бен. - Никогда не хотел чего-то большего. - Он внезапно обернулся с несвойственной ему строгостью на лице. - Продай землю, Алекс. Это всего лишь деревья и камни - они все равно ни на что не годны.

"Деревья и камни" - эти слова звучали для Алекса, как песня. Он любил такие места. К тому же, это был его излюбленный мотив для рисования.

- Мой тебе совет - продай землю, - настаивал Бен. - К чему тебе Гора-Крепость?

- Какая Крепость?

Гора-Крепость. Гора, что находится прямо в центре в тоих владений.

- А почему она так называется?

Бен отвернулся и некоторое время провозился со своим экстрактором, спаивая что-то по одному ему ведомой схеме.
- Люди говорят, что она похожа на крепость. Хотя сам я никакого сходства никогда не замечал.

Алекс улыбнулся:
- Не думаю, что Индейская Скала сильно смахивает на индейца. (анонимно)

- Ну вот видишь. То же самое. Люди видят то, что хотят видеть, как мне кажется.
Бен больше не поворачивался, только передал бумаги через плечо. - Разберись с завещанием, потом продай земли и покончи с этим всем, мой тебе совет.

Алекс медленно двинулся к лестнице, обдумывая эти новости. Он остановился и оглянулся на деда.

Мрачный взгляд изменил лицо Бена:
- Это одна из тез вещей, о которых я говорил тебе раньше, Алекс. Одна из тех, что не имеет никакого смысла.

Алекс удивился тому, что был удостоен такого запрещающего взгляда второй раз за день.
- Спасибо за совет, Бен.

Бен отвернулся к своей работе:
- Не благодари меня за совет, который услышал. Пока не воспользуешься им, это всего лишь слова.

Адекс кивнул:
- Я собираюсь проведать мою маму.

- Передавай привет, - бросил Бен, не оборачиваясь.

Его дед редко навещал свою невестку. Он ненавидел место, где она пребывала. Алекс тоже его терпеть не мог, но его мать находилась там, и, если он хотел видеть ее, у него не было выбора.

Алекс уставился на конверт в своих руках. Казалось бы, что этот неожиданный подарок должен был сделать его счастливым, но нет. Он только напомнил ему о погибшем отце и матери, потерявшейся в другом мире.

Теперь же неизвестная связь между ним и прошлым нашла его.

Алекс слегка пробежался пальцами по высохшей надписи адресата, сделанной на имя его отца. Выцветшая карандашная линия перечеркивала его имя. Выше, тоже почти исчезая, плохо различимым карандашом было написано имя его матери. Ее имя было перечеркнуто темной, злой чертой, выполненной черными чернилами.

Над этими перечеркнутыми именами почерком его деда было выведено: "Александру Ралу".

Когда Алекс спустился по лестнице, ему показалось, что он увидел кого-то боковым зрением.

Оглянувшись, он увидел собственный взгляд из зеркала.

Он замер на секунду. Затем у него зазвонил телефон. Когда он взял трубку, он услышал только странные, неправильные, гортанные звуки, похожие на шепот откуда-то с той стороны вселенной. Он поглядел на дисплей. Там значилось: "Вне зоны доступа".
Без сомнений, неправильный номер. Он захлопнул "раскладушку" и положил телефон обратно в карман.

- Александр! - Бен звал его.

Алекс оглянулся, поджидая.

- Неприятности найдут тебя.

Алекс улыбнулся знакомой дедовой мантре. Это было, по сути, отеческой любовью и тревогой, представленной как призыв к бдительности. Эта знакомая фраза заставила его чувствовать себя лучше, быть более решительным.

"Спасибо, Бен. Я поговорю с тобой позже."

Алекс взял пейзаж, который принес из галереи, и поднялся по лестнице.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/5180/15896

Переводчики: Vea_name, AnnDR, agavrin, Selin

Fantom3D, Acke