Готовый перевод Desires of the Dead (The Body Finder #2). Kimberly Derting / Желания Мертвых (Зов смерти 2). Кимберли Дертинг: Глава 2

Виолет сидела за кухонным столом, когда её отец спустился, уже одетый для работы. Согласно часам, было всего 5:15. В субботу.

- Я сделала кофе, - Виолет говорила тихо, хотя не было никакого шанса, что они могли разбудить мать в такое время.

Отец проигнорировал её слова, и сел рядом с ней.
- Что случилось, Ви? Не можешь уснуть? - Он нахмурился и посмотрел на неё гораздо серьезнее, чем обычно. - Опять этот сон?

Виолет сжала зубы. Конечно этот сон. Всегда этот сон - безликий мужчина, преследующий её - он всегда будил ее, ночь за ночью, с болезненным бесшумным криком, застрявшим в горле.

Она ненавидела этот сон.

- Третья ночь за эту неделю, - вздохнула она.- По крайней мере, в этот раз я почти доспала до утра.

Отец положил свою руку на ее. Это был нежный, обнадеживающий жест.
- Ты в безопасности, детка. Никто не сможет причинить тебе боль. - Он сжал её крепче, пытаясь убедить. -Ты и Джей, вы оба в безопасности.

- Я знаю, это просто сон.- Она пожала плечами, убирая руку, съела еще одну ложку каши, слабо улыбнулась и сделала вид, что верит своим словам.

Если бы только все выглядело не настолько по-настоящему...

Но она знала, что он был прав; это всего лишь ночной кошмар, ничего больше. Это ничего не значит.

К тому же, она ведь не экстрасенс. Экстрасенсы могут делать действительно полезные вещи; они могут предсказывать будущее, видеть какие-то события до того, как они произойдут.

Способности Виолет были совсем другими: она могла только находить мёртвых. И только если они были убиты.

Это была мучительная способность. Она использовала её однажды, когда пара серийных убийц охотились на девочек в округе. Но, конечно, она не могла спасти их жертв. Она могла только помочь найти убийц, чтобы не дать им убить снова.

Да, может, она и была особенной, но если бы ей дали возможность, она бы выбрала быть экстрасенсом. Или, еще лучше, абсолютно нормальной.

К сожалению, выбора Виолет не давали.

Челси опоздала только на полчаса. Неплохо для Челси.

Она посигналила снаружи, на дороге, и это был длинный рев. Даже машина Челси была неприятной.

Виолет бросила извиняющийся взгляд на свою маму перед тем, как выйти из дома.

Челси просигналила во второй раз, когда Виолет уже была на крыльце.

- Отлично, Челс. А если бы мои родители все еще спали? - начала Виолет с обвинений, как только скользнула внутрь теплого салона автомобиля.

- Ну да. Твои папа как фермер. Один из тех "ложусь-и-встаю-рано" парней. И я очень сомневаюсь, что твоя мама спит после десяти, даже в субботу, - она бросила косой взгляд на Виолет и приподняла брови. - Или я ошибаюсь?

- Не в это утро, - признала Виолет.- Но могла бы.

Но спорить по этому поводу было бессмысленно: Челси уже включила музыку.

Конец января не был обычным туристическим сезоном в центре города, особенно на набережной. В летнее время она была оживленной: покупатели, туристы, импровизированные уличные концерты, художники и рестораны, установленные вдоль пирсов плотно друг к другу. В это время здесь было все еще людно, но толпа будто бы подхватила анемию: люди прятались в своих теплых зимних пальто и сжимали зонты под низкими серыми облаками.

Челси, казалось, не замечала погоды или отсутствия лишнего шума на улицах.
- Мы должны сесть на паром и съездить на один из островов, - сказала она, затаив дыхание.

Виолет усмехнулась.
- Ладно. На каком поедем?

Виолет могла вспомнить катание на пароходе с родителями, когда она была маленькой. Они бы купили ей горячего какао у торговой лавки, и потом стояли бы у перил, любуясь изменчивыми черными волнами Пьюджет-Саунд.

Челси подпрыгнула, с энтузиазмом на лице она выглядела гораздо младше своих лет и менее вымученной.
- Давай просто снимем первый, который дадут!

Виолет засмеялась. Вот почему она любила гулять с Челси только вдвоем. Подруга становилась другим человеком, когда никто не видел.

Cогласно расписанию, через час пароход отъезжал к маленькому острову. Они купили билеты и пошли блуждать вокруг пирса, пока не наступило время отплытия.

Они остановились в магазине Ye Olde Curiosity Shop, любимое место туристов, где можно было посмотреть на причудливые вещи. В нем Челси купила себе ожерелье с ужасной сморщенной головой, подвешенной на цепи. И перед тем, как уходить, они попросили парня за прилавком сфотографировать их на фоне каменной свиньи, которая была изображена на дисплее.

Когда они вышли, только начало моросить и Виолет натянула на голову капюшон своего пальто.

Чувство - странную вибрацию - она почувствовала задолго до звука.

За этой безошибочной дрожью тут же последовало неумолимое ощущение призыва, как будто что-то проникло в самую сердцевину девушки и потянуло на себя. Виолет больше не могла игнорировать это притяжение так же, как не могла и отрицать - она знает, что это было.

Что-то мертвое звало её.

Звук, последовавший за вибрацией, наконец достигшей ее, абсолютно точно доносился не из зимних вод Пьюджет-Саунд.

В летнее время его можно услышать среди уличных музыкантов, которые располагаются вдоль пирса, чтобы привлечь туристов. Но сейчас, зимой, звук арфы, на которой в воображении Виолетт могут играть ангелы, не соответствовал обстановке. Звук был бы успокаивающим - музыкальный шепот - если бы не тот факт, что он указывал на наличие тела...человека или кого-то другого.

Виолет надеялась, что кого-то другого.

- Куда мы идем? - спросила Челси, нарушая задумчивость Виолет, которая изо всех сил пыталась сконцентрироваться на неустойчивой мелодии, доносившейся до нее.

Виолет даже не заметила, что идет прочь от магазинов на набережной. Она остановилась, подняв руку.
- Мне кажется, я что-то слышала, - объяснила она рассеяно.

Она подумала о сопротивлении желанию следовать за этим звуком, игнорированию его, особенно здесь... с Челси, которая ничего не знает о "даре" своей подруги. К тому же, что, как она думает, она будет делать с телом, которое её зовет? Здесь нет места, где можно его похоронить, и она, конечно, не может взять его с собой.

Иногда, когда Виолет была рядом с телом, она чувствовала тягу к нему, вынуждающую найти его.

Обычно, когда Виолет находила животное, ставшее жертвой дикого хищника, она могла сама о нем позаботиться. У нее было собственное кладбище. Мрачно, да, но необходимо для любой девочки со способностью находить мертвых.

Если она находила человека, то это уже совсем другая история.

После того, как отголосок позвал её, и до того, как тело не будет должным образом похоронено, не важно как много времени на это потребуется, Виолет не будет спокойна.

Только когда телу дадут собственное место погребения, отголосок исчезнет, растворившись в её подсознании, никогда не исчезая полностью, но становясь чем-то менее...заметным.

В этот день Виолет снова сможет дышать.

Вместо попыток сопротивляться напряжению, которое она сейчас чувствовала, Виолет услышала, как говорит:
- Стой здесь, Челс. Я сейчас вернусь. - Она не стала ждать, когда подруга ответит, она просто ушла.

Виолет понадобилась минута, чтобы опять найти направление, поскольку звук вел её прочь от пирса.

Это было дальше, чем она ожидала, и она успевала лишь замечать, что пейзаж вокруг нее очень быстро менялся. Струнная арфа продолжала играть под ее кожей.

На другой стороне дороги, через улицу от вод Пьюджет Саунд, она прошла мимо очаровательных антикварных магазинчиков и выцветших каменных фасадов старого Сиэтла. Она двинулась к судоходным докам впереди. Высокие сетчатые ограждения, увенчанные колючей проволокой, резко контрастировали с тротуарами из булыжника и потертыми древесными причалами, которые она оставила позади. Большие трещины раскалывали неровный бетон, по которому она шла.

Знаки висящие на ограждениях гласили: "Посторонние будут преследоваться законом".

За забором стояли огромные контейнеры, сложенные друг на друга, создававшие непроницаемое укрепление и загораживавшие груды промышленных поддонов и грузоподъемников. Выше контейнеров стояли массивные красные краны. Несколько грузовых судов плавали в воде.

Чайки, некоторые ярко-белые, а некоторые цвета грязных помоев, периодически приземлялись на землю в поисках пищи.

Была суббота, и верфь была практически пустая, только пара автомобилей были припаркованы на внешней парковке. Но большие центральные ворота были открыты.

Виолет ворвалась внутрь, не постучав. Она была слишком занята, чтобы заботиться о том, что ее поймают. Нежный звук арфы усиливался, пока вибрации не стали практически болезненными, и Виолет почувствовала, что сжимает свои зубы. Это было подтверждением отголоска...смерти. И Виолет была так близко.

Она прошла вокруг возвышавшихся рядов грузовых контейнеров, которые были разрисованы в унылые оттенки красного, синего и стального серого.

Запах соленой воды висел в воздухе, и она задалась вопросом, как это оставалось незамеченным ею до настоящего времени. Теперь это казалось таким очевидным. Соленая вода и арфа. И тело.

Она остановилась, внезапно осознав, что теперь не одна.

Кожа на её шее натянулась, ощутила покалывание. Кто-то был позади неё. Кто-то наблюдал за ней.

Она задержала дыхание, боясь обернуться. И еще больше боясь не обернуться. Она и раньше сталкивалась с этим чувством - чувством, когда тебя преследуют. Каждая мышца в её теле натянулась и напряглась.

Но у неё не было выбора. Она должна узнать, кто здесь.

Один...два...

Прежде чем она успела досчитать до трех, девушка почувствовала, как кто-то схватил её за руку, сильно сжав.

Виолет вздрогнула, её сердце бешено забилось в груди.

И Челси вскрикнула, беспокойство появилось на её лице, когда Виолет обернулась и уставилась на неё, а ее глаза округлились. Рука Челси поднялась, чтобы прикрыть собственный рот.

- Челс, какого черта? Я, кажется, сказала тебе ждать! - прошипела Виолет, таща Челси ближе к контейнерам, где никто не мог их видеть.

Челси дотронулась до руки Виолет.
- Что, по-твоему, ты слышала, Ви?

Виолет предостерегающе поднесла палец к губам, приказывая Чесли молчать, когда двинулась вперед, пытаясь опять сосредоточится на звуке арфы. Она могла слышать тяжелое дыхание Чесли позади, и ей стало интересно, боялась ли подруга...кажется, она испугалась.

Но Виолет не остановилась, чтобы убедиться.

Виолет запуталась. Она находилась там, где нужно; звук практически раздавался и в ней самой так же, как и отголосок бился мягкими струнами в ее груди и распространялся по ее голове.....ее пальцам...ее ногам.

Но здесь ничего не было.

Только контейнеры на обширном пространстве асфальтобетона. Все прочные. И запечатанные.

Она посмотрела на красный грузовой контейнер перед собой, его рифленые стальные стенки были непроницаемы.

Она двинулась вокруг них, проводя кончиками пальцев по шероховатой поверхности, рассматривая безупречные швы и слыша звук в голове. Её кожу покалывало. Она наконец нашла дверь, но было очевидно, что Виолет не сможет открыть ее. Она была плотно запечатана, большой ржавый замок надежно висел на толстой металлической петле.

"Это здесь", - подумала Виолет. Что бы ее ни звало, оно находилось внутри массивного контейнера.

- Что мы здесь делаем?- снова спросила Челси, и Виолет услышала тревогу в голосе подруги.

Виолет подняла глаза, моментально забыв о теле внутри стального гроба.

Что Виолет могла ответить? Она не собиралась рассказывать Челси о том, что умеет делать. Джей был единственным, не считая семьи, кто был осведомлен о ее странной способности находить мертвых...убитых. И Виолет собиралась оставить все как есть.

К тому же, даже если Виолет нашла бы убедительные слова для описания своей способности, Челси никогда не поняла бы.

А как она могла? Она бы подумала, что Виолет какой-то выродок.

Она посмотрела на контейнер последний раз, поражаясь массивностью и непроницаемостью его поверхности. Она осмотрелась вокруг, пытаясь оттолкнуть гудение в голове, игнорировать звуки - те самые, которые только она могла слышать. Они исходили из стальной коробки.

- Мне показалось, что я что-то слышала, - повторила Виолет.

- Мы пропустим наш паром, - сказала Челси.

Виолет наконец сдалась. Какой выбор у нее был? Это не было то же самое, что и находить тело в мягкой земле или в лесу позади ее дома. Это тело было запечатано, недоступно. И она даже не знала, кому оно принадлежало.

Скорее всего это было какое-то животное - чайка или крыса - случайно попавшее в ловушку на грузовом судне и умершее от голода.

Могло это считаться преступлением - смерть в результате ошибки?

"Могло", - подумала Виолет, когда они с Челси пошли назад, прочь от верфи.

Соль висела в воздухе, цепляясь за звуковые волны...и преследуя резонанс арфы, которая дрейфовала вслед за ними.

Поездка на пароме оказалась более интересной, чем ожидала Виолет, особенно в свете ее недавнего открытия на верфи.

Они оставались на острове всего около часа, гуляя от дока к магазинчику мороженного, где делали старомодное мороженное, которое помещали в теплые рожки из вафель ручной работы. Они заказали самое гигантское, с двумя шариками, и каким то образом сумели съесть все до последнего куска.

Челси говорила о Майке, новеньком, опять, и Виолет даже слушала большую часть. Это не было похоже на Челси - так зациклиться на мальчике, и Виолет находила веселым то, что она говорила и говорила о нем. Не то, чтобы было еще куча тем для разговоров. Они по прежнему практически ничего о нем не знали, кроме того, что его сестру зовут Меган, а их фамилия Руссо. За те три короткие дня, пока он был в их школе, он и его сестра предпочитали находиться сами по себе.

Не считая Джея, Виолет не видела, чтобы Майк с кем-то разговаривал. Так что Челси была вынуждена повторять те несколько вещей, что они о нем знали, и вслух задумываться об остальном.

Во время их поездки назад Виолет боролась против сохранившегося дискомфорта, вызванного отголоском на верфи. Даже при том, что она больше не чувствовала это физически и даже не слышала звуки арфы там, в открытых водах, это не означало, что он оставил ее в покое.

Уже знакомое ощущение поселилось в ней: беспокойство, что она так привыкла к этому, когда тело отчаянно нуждалось быть похороненным.

Мертвые не всегда хотели быть забытыми. И эта необходимость их обнаружить могла быть столь сильной, что становилась единственной мыслью Виолет, ее единственной целью, пока она не находила место, где лежали останки, и, если возможно, хоронила их должным образом, давая и жертве, и самой себе чувство завершения.

"Прекращения", как называла это ее мама.

"Прекращение" - отличное слово для описания того, что она чувствовала, когда тело было благополучно захоронено. "Затишье" было еще одним хорошим словом. Но, все же, думала Виолет, "покой" - самое лучшее.

Она делала все возможное, чтобы игнорировать тягу, которая подействовала на нее, когда они снова остановились в городе. Значит, рядом снова тело. И ехать домой было не лучшим вариантом. Так же, как и на пароме, здесь было это чувство недовольства, которое отказывалось отпускать ее.

Челси высадила Виолет у дома, прогудев в последний раз для хорошего счета, когда Виолет вышла из машины.

Она засмеялась, возможно, слегка сильно, пытаясь прогнать напряжение, которое возрастало с каждой проходящей минутой.

Когда позвонил Джей, Виолет была в плохом настроении. Она думала о том, чтобы рассказать ему о произошедшем в Сиэтле, но все, чего она сейчас действительно хотела, это свернуться в комок и игнорировать то, что подобное вообще произошло. Если бы она могла прогнать это событие прочь, она бы прогнала.

Даже несмотря на то, что Джей пытался переубедить ее, он знал, что слишком давить не стоит. Виолет нужно было пространство.

Она была уверенна, что расскажет ему об этом. Просто не сейчас.

Сейчас она лишь хотела отдохнуть. И забыть.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/52228/222283

Переводчики: teamfenech