Готовый перевод Jessica Shirvington - Endless / Джессика Ширвингтон - Бесконечность: Глава 1

«Рано или поздно, каждый будет созван на банкет последствий».

Роберт Льюис Стивенсон

Что бы вы делали в момент, когда ваш отец нашел вашу мертвую мать живой, стоящей в квартире и выглядящей ни на день старше дня, когда она умерла – больше семнадцати лет назад?

Это была задача, которую я никогда не смогла бы решить.

«Тебе не нужно бить его!» - закричала я, поднимая бессознательное тело отца на диван.

«Он в шоковом состоянии», - сказала Эвелин, без намека на угрызение совести. «И у нас с тобой не было шанса поговорить».

Эта женщина невероятна. «Я не хочу с тобой разговаривать! Пойми же ты, наконец!»

Она подперла руками бока и посмотрела вниз на меня как…как…как мать. Мой запутанный мозг, напрягся, пытаясь придумать что-то полезное.

Может еще есть время позвать Бет. Она могла бы прийти и стереть память отца.

Но я знала, что было слишком поздно. И разве я приехала домой не для того что бы рассказать все отцу?

Но не так! И не о ней!

Она все еще смотрела на меня!

Я фыркнула. «Что? Ты ударилась головой, падая со своего облака или что-то в этом роде?»

Впечатленная, на один миг, Эвелин моргнула, прежде чем отвернуться от меня и положила подушку под голову отца. Она убрала волосы с его лица.

Ее рука задержалась.

Моя сжалась в кулак.

«Может ты просто уйдешь, прежде чем я вызову полицейских!» - процедила я сквозь зубы, в бешенстве от того, что она продолжала чувствовать себя комфортно в моем доме и так легко игнорировала меня – и мои самые ядовитые взгляды.

Она прощупывала пульс отца и изучала его лицо. «Он скоро придет в себя».

О, боже. Как это может происходить?

Я только боролась лицом к лицу с Финиксом – потерянная – вернулась домой не зная, сможет ли мой отец когда-либо понять меня после того как он видел мои метки, наблюдала его экстремально-паническую атаку перед моей вернувшейся из мертвых матери, Эвелин, так спокойно била его по лицу со сверхъестественной силой.

О да. Это наше семейное воссоединение.

«Ты могла сломать ему челюсть!» сказала я, затрудняясь сделать что либо, кроме как оскорблять ее. Моя мать для меня была незнакомкой. Все что я о ней знаю, это то что она продала меня в момент моего рождения, отдавая мою судьбу ангелам, и оставила жизни отца и меня с безответными вопросами. Сейчас она вернулась и у меня нет не единой идеи как с ней быть.

«Это просто синяк», - отмахнулась она.

Я поспешила на кухню, моча полотенце и набирая пригоршню раздавленного льда прежде чем вернуться к отцу и приложить это к щеке отца которая уже становилась фиолетовой.

«Прежде чем кто-либо из нас что-то скажет Джеймсу, нам нужно поговорить», - сказал Эвелин, садясь за кофейный столик напротив, ее ярко-голубые глаза смотрели между мной и отцом. Я могла только представлять, что творилось в ее голове.

Держу пари ты никогда не думала что встретишься с нами снова. И никогда не хотела.

«Ты имеешь ввиду, что тебе нужно время быстро придумать, что бы обмануть его снова». Каждое слово пропитано кислотой. Мне нужно взять себя в руки. Будь я проклята, если эта женщина собирается вытолкнуть меня за край. «Послушай…»Я выдохнула. «Ты была права. Ударить его было хорошим решением. Не беспокойся о балконе, это ужасно прыгать вниз – просто используй входную дверь и спрячь свое лицо от охраны по пути. Когда отец проснется, я расскажу ему, что на него напал незваный гость. Он подумает, что просто выдумал некоторые вещи».

Она посмотрела на меня широко открытыми глазами. «Ты действительно думаешь, что я просто сбегу через дверь?»

Я практически рассмеялась над ее оскорбленном тоном. «Ты действительно думаешь, что не стоит?»

Она вздохнула и посмотрела еще раз на отца. «Ты унаследовала его упрямство». Было похоже, что она хотела сказать что-то еще, но она расстроено покачала головой. Этот момент дал мне маленькую дозу удовольствия. «Я никуда не уйду».

НУ ЖЕ.

Я уставилась на нее, предполагая, смогла бы я буквально выкинуть ее от сюда прежде чем он очнётся.

Господи. Я могу просто представить картину, отца открывающего глаза и видящего его дочь и его мертвую жену дерущихся между собой.

«Пожалуйста, просто уйди» - сказала я. Все станет намного лучше если между нами будут целые города. «Ты не принадлежишь этому месту».

Она скрестила руки. Но я могла сказать, что она была напряженная и готовая, ожидая если все дойдет до драки.

Мои глаза сузились от предвкушения заломить ее красивые руки. Но мы обе знали я не могу так рисковать.

«Он знает кем ты являешься?» - спросила она, расслабляя плечи.

Я отклонилась на своих пятках. «Нет. Но он что-то знает. Он прочитал твое письмо и видел мои метки. Я собиралась рассказать ему сегодня».

Она кивнула, поддерживая это. «Ну, тогда, я прибыла в правильное время. Мы расскажем ему вместе. Все.»

«Ты такая заботливая», - бросила я.

Папа начал двигаться.

«Хорошо», - сказала я. «Но когда ты начнешь распространять ложь в воздух, не ожидай от меня поддержки. В отличие от тебя, моя версия «всего» действительно содержит правду.»

Прежде чем она смогла ответить, глаза отца дрожа открылись.

«Вайолет?» - сказал он, надломленным сомневающимся голосом.

«Пап, все в порядке», - ответила я, ложа руку ему на плече. «Ты дома и ты в безопасности». Я предупреждающе посмотрела на Эвелин, а снова обратилась к отцу. «Никто тебе не сделает больно снова».

Его глаза сфокусировались и, презирая собственное смущение, он улыбнулся мне. Я улыбнулась в ответ. И тогда он увидел Эвелин. Он резко выдохнул и я должна была поддержать его, что бы он мог сесть.

«Пап, дыши. На тебя снова нападает паника», - я сказала так спокойно насколько могла.

Его глаза были такие дикие, они были практически белыми. «О, боже. Я не могу представить это. Кто ты? Ты…Ты выглядишь…» он заикался.

Эвелин глубоко вдохнула и остановила свой взгляд на нем. «На наше первое свидание ты повел меня кататься на карете по Центральному парку. Ты мог расплатится только за половину поездки так что мы были выброшены в центре парка и должны были пешком возвращаться обратно. Ты нарвал мне цветов по дороге назад. Когда ты сказал «прощай» той ночью, ты поцеловал меня и сказал, «Это только начало». Мы встретились за завтраком на следующий день и каждый день после на протяжении шести месяцев. Первое утро когда мы не завтракали вместе был день нашей свадьбы.»

Отец застыл. Я думала я тоже. Из одной маленькой речи сейчас я знала больше о их отношениях чем когда-либо отец рассказывал мне. И это приводило меня в еще большую ярость.

Как она могла сделать это с ним?

Время кажется, остановилось. Эвелин смотрела на отца, внушая ему принять эту возможность, отец смотрел на нее не веря. Мои глаза перемещались между ними двумя…Мои родители.

«Эвелин?» - он выдохнул.

Она кивнула.

«Ты…» он глотнул. «Ты приведение?»

«Нет», сказала спокойно Эвелин. «Я человек. Почти». Она нахмурила брови «Я думаю.»

«Оу», сказал папа.

Я закатила глаза глядя на нее.

Отличное прояснение.

«объясняю. Мы готовы рассказать тебе все если ты захочешь услышать, но мы должны предупредить тебя – услышав это однажды, ты станешь частью этого мира…» - Она посмотрела вниз, в ее голове прозвучала печаль. «И ты уже не сможешь вернуться».

Я потерла подбородок. Я ненавидела то что она была права. Я так же ненавидела то как она объединила нас. Не было никаких «мы». Она держала свои секреты от отца с момента их встречи. Все было ложью. И тогда, когда я родилась, она приняла ангельскую сделку – возможно ради шикарного пен хауса на небесах – и обязала меня к жизни как Григори. Конечно, у меня был выбор принять ли это, но я быстро поняла: ангелы действительно существуют и то что они хотят, они обычно получают

Она тоже должна это знать.

Ужаснее всего, то что она не только управляла моей судьбой с момента моего рождения, она отдала меня ангелу из Сол и сделала меня единственной из людей Григори наделенной силой того у кого самый высокий ранг и самые загадочные указания.

Да, я самая главная в отделе для фриков.

«Вайолет?» - сказал отец, прерывая мои мысли, его лицо все еще выражало шок.

Я вздохнула, уводя глаза от Эвелин. «Это она, папа. Я…нашла ее когда была в Греции. Ты уверен, что готов услышать целую историю?»

Он поменял позицию и начал закатывать рукава, таким образом он готовил свой разум к чему-то. Он взял мою руку, туго сжав, и направил осторожный взгляд в направлении Эвелин.

«Я знаю свою дочь. Я знаю свою жену. Ты выглядишь невероятно как она, но она умерла 17 лет назад и ты… Ты выглядишь так как она выглядела в день когда умерла». Он посмотрел на ее запутанные волосы. «Почти».

Я улыбнулась, гордясь тем, что о отец просто не упал в ее объятья.

«Я хочу слышать всю историю, никаких сокращений». Он подал знак Эвелин «Ты знаешь вещи о которых не знают другие люди, но это ничего не доказывает, что бы я поверил». От отпустил мою руку, ложа свои руки вдоль спинки софы и поднял свои брови. «Рассказывай».

Не бросить все сейчас же, не схватить Эвелин и убрать ее отсюда – верит он что это она или нет, забрало каждую каплю мужества. Папа любил ее, как не любил никого другого в этом мире и я знала, что ничего не изменилось за последние 17 лет.

Эвелин смотрела на него, на ее лице отражалась задумчивость. «Ты изменился», - наконец сказала она.

«А ты по всей видимости нет. Говори!» - требовал отец.

Давай, пап!

Эвелин увидела веселость в моих глазах и закатила свои в ответ.

«Я человек, как ты», начала она, «родилась от двух людей, но когда моя мать была на последней стадии беременности у нее разорвалась плацента. Доктора смогли спасти меня, но было другое время тогда- у них не было тех возможностей которые есть сейчас. Моя мать не выжила.»

Мое сердце упало. Я всегда думала нет ничего хуже чем знать, что моя мать держала меня всего несколько коротких минут. Но было, я могла увидеть это в ее глазах, когда она рассказывала историю. Ее мать никогда ее не держала в руках.

Отец заерзал на месте. «Эвелин никогда не говорила мне этого», сказал он осторожно.

Она печально улыбнулась. «Я боялась выдавать слишком много информации. Я всегда была осторожна – так меня тренировали».

Отец сохранял непроницаемое выражение лица. Я думаю это был единственный путь для его осознания.

«Продолжай», сказал он.

Эвелин кивнула. «Когда жизнь человека приходит в мир, момент его или ее первого вдоха – наполнен энергией. Новорожденные купаются в ауре новой жизни. Если ребенок испытывает потерю подобной крови, по обыкновению родителя, в пределах первых 12 дней их жизни, его или ее также сокрушает аура новой смерти. Когда две противоположные силы настолько сильны, может быть создан проход.»

«Какой проход?» - спросил отец, внимательно смотря в моем направлении. Он уже соединял все точки.

«Когда новая жизнь соединяется с новой смертью создается вид туннеля». Она глубоко вдохнула. Я поняла, что делаю тоже самое. «Туннеля который…ангел может использовать что бы переместить часть своей эссенции в тело. В 17, у ребенка есть выбор принять или нет «объятие» с дарами и ответственностью которые идут вместе с эссенцией.» Она посмотрела на меня.

Я практически перестала дышать.

«..Ангел?» - медленно повторил папа.

«Да, Джеймс. Ангелы действительно реальны. Они не такие какими ты их возможно представляешь – они не всегда добрые и они не всегда жестокие, но они точно всегда были активной и контролирующей силой над нашим миром. Если человек который носит ангельскую эссенцию выберет «объятье», он или она станет наделен – другими вещами – повышенной силой, скоростью, оружием внешним и внутренним, способностью ощущать внеземное существование, возможность исцеления, партнера и …пока еще восприимчивость к смертельному вредительству, более расширенную продолжительность жизни, чем старше мы становимся тем медленнее стареем». Она посмотрела вниз. «Мы можем жить много сотен лет».

Я была впечатлена тем, что папа был все еще в комнате, и сидел. Он прочистил горло. «Сколько тебе лет?».

Эвелин даже не моргнула. « Мне было 187 когда я умерла. Сейчас когда я вернулась, думаю ты можешь сказать я перешла двухсотлетие».

Отец посмотрел на меня, расширенными глазами. «Вайолет, ты слышала это? Действительно ли это то что происходило с тобой последний несколько месяцев? Это не может быть настоящим.»

«Я хотела бы, что бы не было, папа». Я взяла его руку. Она была горячей и липкой. «Но она это то что она говорит и что она говорит. И то как ангел отдал свою эссенцию Эвелин…Я, то что они называют Григори. Часть человека, но так же часть ангела. У меня есть способности – но ты уже видел мои запястья». Я прикусила нервно губу, помня его реакцию когда он увидел мои двигающиеся метки прежде чем я уехала на Санторини.

Как только он посмотрел на них, она начали двигаться с магией которую никто из нас не мог постичь, циркулируя как река ртути вокруг моих запястий. Тонкие линии начали появляться как пример, похожий на дизайн браслетов Эвелин. Отец смотрел между нами и я заметила что Эвелин смотрит тоже с удивлением.

«Она сказала у тебя был выбор. Ты хотела этого, Вайолет?»

«Сначала нет. Я хотела закончить школу, стать художником, быть…нормальной. После всего что случилось…» моя голос замер от воспоминаний об атаке.

Отец кивнул, не заставляя говорить меня это в голос. Эвелин молча наблюдала. Я не видела способа объяснить ей – то что учитель напал на меня в старой школе. Папа и я сделали все что могли что бы оставить старую жизнь позади со всеми ужасными вопросами.

«Что случилось?»

Я посмотрела на ее, и продолжила разговор с отцом.

«У всех Григори есть партнер. Личность чьи силы полностью дополняют наши. Григори могут помочь запустить процесс исцеления их партнеров если они ранены. Единственной проблемой, не затронувшей меня, Григори могут исцелять только своих партнеров. Мой – Линкольн».

«Что ты имеешь ввиду «не затронувшей тебя»?» Эвелин нетерпеливо прервала.

«Я здесь не для того что бы отвечать на твои вопросы!» - ответила я резко. И снова я повернулась к отцу. «У меня есть некоторые дополнительные…возможности. Ничего значительного», сказала я пожимая плечами. Отец смотрел на меня как будто я стала зеленой.

«Линкольн был ранен», сказала Эвелин, складывая все вместе.

Я кивнула, вспоминая как это знать, что он может умереть без моей помощи. Всё поражающий страх в мире не содержал в себе того, что он был всем в чем я нуждалась, что бы знать, что я сделала правильный выбор.

«Он умирал» - сказал я

«Ты стала….» он не мог найти слов. «Этим!» он показал на мои запястья. «Это было из-за Линкольна?»

Он разочаровано с острил, но я оставалась спокойна что бы дать ему время осознать. «Он бы умер. Я не жалею о своем выборе, пап. И сейчас я Григори и это значит что я борец».

«Борец против чего?» - он закашлял скептически.

Я глубоко вдохнула. «Ангелы которые сами себя изгнали из их законного места и приняли человеческую форму».

«Падшие ангелы?» - он осознает. «Ты борешься с падшими ангелами?».

«Да. Они сильны и могущественны и…злые. Они могут делать вещи которые остальные не могут и они хотят подчинить этот мир себе».

«Золотце, существуют падшие ангелы гуляющие по этому миру». – Он покачал головой, как бы пытаясь вернуть себя к реальности.

«Да существуют. Ты даже знаешь одного». – Я взяла себя в руки, и укусила свою щеку внутри.
«Феникс изгнанный ангел».

«Феникс? Тот парень с которым ты гуляла недавно?»

Я кивнула. Отцу он никогда не нравился.

«Ты привела Феникса к себе домой?» - спросила Эвелин, ее тон нес в себе неверие и обвинение.

Я сверкнула ей быстрой улыбкой. Я не должна ей никаких объяснений.

«Но ты только что сказала, что они все злые», продолжил отец.

Я снова кивнула, та этот раз с сожалением. «У Феникса внутри человеческая кровь, тоже, и это значит, что он выглядит человечнее чем другие изгнанники. Он обманул меня.» - я опустила свою голову, чувствую стыл в своем голосе. «Многие люди заплатили цену, с которой живут».

«Вайолет, о чем ты говоришь?» - спросил отец.

Я подумала о Григори которые умерли, сражаясь с изгнанниками Феникса на Санторине. «Люди мертвы, пап. Я только вернулась от попыток остановить Феникса открыть ворота ада. Он мог убить тысячи людей, но Григори притянули силы со всего мира. Мы бились, мы спасли Санторине, но…мы провалились в любом случае. Он использовал меня что бы вернуть кое-что из Ада, то что заставляет кошмары стать былью. Он полон сил и…и он такой из-за меня».

Я могу видеть, как отец пытается понять мои слова но было кое-что что останавливало его, так что я продолжила.

«Феникс ушел сейчас, но я не думаю что навсегда и даже если так, еще есть много изгнанников. Они приходят, и мы продолжаем бороться с ними. Это правда, которую ты заслуживаешь, папа. Правда которую она» - я показала пальцем в сторону Эвелин, «должна была рассказать тебя очень давно – до, того как вышла замуж за тебя , или до того как завести ребенка с тобой. Точно до того как выбрала смерть и покинула нас». Мой план сохранять спокойствие был разрушен.

Отец казался, ошеломлен и шокирован, но как-то дотянулся и кинул носовой платок с кофейного столика мимо меня. Я моргнула, старательно игнорируя факт что я начала теряться.

«Ты действительно это сделала?» - спросил отец, сейчас смотря на Эвелин. Его голос был сейчас очень громким.

Эвелин кротко закрыла глаза. Когда она открыла их, в них была непоколебимость. «За несколько недель до рождения Вайолет, я начала видеть сны. Как Григори у нас всех есть силы. Ангелам всегда было легко контактировать со мной. Один ангел начал посещать меня до рождения Вайолет. Он был очень могуществен. Он сказал мне, что грядет война. У меня был выбор: существовать в мире, зная что моя семья будет в конечном счете страдать в реальности управляемой изгнанниками или отдать мою жизнь и да», она посмотрела на меня «дать моей дочери судьбу в которой она станет тем чем была я». Она остановилась. «Из того что я видела она уважаемый боец».

Я закатила глаза. «Комплименты не починят мосты. И ты забыла часть где в возврате ты получаешь счастливую жизнь до самой смерти – пока я не сорвала тебя с небес, так ведь!»

«Вайолет!» внезапно, сказал отец.

Я закрыла свой рот.

«Подожди, что ты имеешь ввиду под «сорвала ее с небес»?»

Я сжала губы. Нужно было так много объяснить, тяжело понять с чего начать.
«Моя ангел-создатель сказал мне, что она заключила сделку отдавая меня им. Это не сложно осознать куда она попала после того как умерла» - я заставила себя оставаться безразличной. «Феникс осуществил жертвоприношение из древнего скрипта на Санторине и немного моей крове завершило его в итоге. Он получил свою мать и как-то…я получила свою.»

Какое-то время мы все сидели в тишине.

«Это…» Папа покачал головой, но потом высказал, «Какого цвета был мой пиджак на нашей свадьбе?»

Эвелин изогнула губы. « Ты никакой не надевал».

Я думаю мне становиться плохо.

«Когда мы выехали из нашего коттеджа на медовый месяц, что случилось по дороге там? – он снова спросил.

«Ты не заправил горючее и заставил меня ждать в машине 3 часа пока ты шел до заправки». Она широко улыбнулась.

«Что ты мне сказала напоследок?»

Она сухо улыбнулась. «Я просила назвать нашу дочь Вайолет»

«Самое последнее» - давил отец.

Эвелин укусила свою губу, смотря впервые уязвимо. «Я люблю вас…двоих».

Он упал с дивана на колени напротив нее.

«Это все была ложь?» - отец тихо спросил, не пододвигаясь.

«Нет».

«Ты умерла…» сказал он, слеза скатилась по его лицу.

«Да».

«И сейчас ты вернулась»

«Да.»

Он глотнул и поднялась, все еще пытаясь действовать безразлично «Надолго?»

« Я не знаю». И тогда глаза Эвелин кажется потеряли фокус и она резко упала без сознания.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/52399/223356

Переводчики: triana