Готовый перевод "The Assassin King (Symphony of Ages Series #6)", Elizabeth Haydon / "Король - убийца (Шестая книга серии "Симфония веков")", Элизабет Хэйдон: Глава 9.

Анборн чувствовал, что начинается война, но это не было для него необычным. Все учавствовавшие в собрании в тайной комнате за гобеленом могли это почувствовать; вот если бы все были в состоянии определить толщину черепа - это смущало бы. То что чувствовал Анборн, не было началом войны, но он кишками ощущал свою роль в ней или, по крайней мере, подозревал. И, в первый раз за многие столетия, он тайно с нетерпением ждал этого.

Он расслабился насколько смог, и руками передвинул свои перебитые бесполезные ноги, когда Джеральд Оуэн и Мелисанда Наварн принесли в тайную комнату подносы с едой для тех, кто там находился. Его глаза сузились, когда он посмотрел на молодую девушку с золотыми локонами, поставившую на стол перед ним поднос.
- Кто это? - спросил он грубо - Я думал, что эта встреча должна была быть проведена в тайне, а у вас здесь неизвестная распутная девка-служанка, вполне вероятно шпионка.
Черные глаза девочки вспыхнули от раздражения.
- Вам серьезно необходимо придумать новую шутку, лорд-маршал - сказала она, снимая крышку подноса и вручая ему льняную салфетку - Вы очень хорошо знаете, что я - Мелисанда Наварн, поскольку вы мой крестный отец и бросали меня вверх как мячик, когда я была ребенком.

- Ха, и именно поэтому я знаю что ты самозванка - самодовольно сказал Анборн, укладывая салфетку на свои бесполезные ноги - Мелисанда Наварн все еще ребенок; ростом она не больше длины моего предплечья между запястьем и локтем - Он хлопнул рукой по своему плечу для выражительности - Ты, однако, большая наглая простушка и не можешь быть той милой, крошечной маленькой девочкой. Мелисанда встала в позу служанки, спрятав руки за спиной.
- Хорошо, пусть так и будет, поскольку мне большно напоминать вам, что вы стареете, лорд-маршал.

- Ох - пробормотал Грунтор, когда Риал и Акмед улыбаясь опустили головы.
- Я могла бы добавить, что я на самом деле ваша крестница и леди Наварн, вторая в герцогской династии. Мне девять лет, а скоро, в первый день весны, будет десять, и я в четыре раза больше чем длина вашего предплечья. Также я могу ходить, бегать, пускать стрелы в цель, владею кинжалом; я опытна в искусстве верховой езды и даже могу почистить, оседлать и накормить жеребца. По отчетам наставников я осваиваю все намного быстее, чем когда-то делал мой брат, и я очень устала от того, что меня оставляют в детской, когда обсуждаются важные вопросы. Я могу быть довольно ценна совету, по крайней мере, как посыльная или, возможно, шпионка - Темные глаза девочки сверкали от волнения и негодования - Я хотела бы явно, но вежливо выразить свое неудовольствие, тем что я отстранена от всего и сказать, что если бы Рапсодию воспитывали также, то она никогда бы не превратилась в леди, королеву и воина. Я считаю это ужасной тратой ценного наследия намерьенов.

- Я сейчас выбью из тебя все ценное намерьенское наследие, молодая леди - воскликнул лорд-маршал, игриво шлепнув ее чуть пониже спины. Мелисанда увернулась, как она всегда делала во время игры, и поспешно проследовала за Джеральдом Оуэном из тайной комнаты.
- Ну и язык у нее - сказал Грунтор одобрительно - Если Вы не решите, что с ней делать, отдайте ее мне, Ой найдет ей прекрасное и правильное применение.

- Не провоцируйте меня - пробормотал Гвидион Наварн - Я могу упаковать все ее имущество и отправить ее из замка меньшу чем за пятнадцать минут.

- Ты говоришь скорее как расстроенный старший брат, а не как правящий герцог - коротко сказал Анборн - Запомни мои слова, молодой Наварн - однажды эта девочка заставит тебя гордиться родством с ней.

- Возможно - с сожалением сказал Гвидион Наварн – Но более вероятно, что через пятнадцать дней ее вещи будут упакованы.

***
- Я признаюсь, Рапсодия, меня очень тревожит, что у вас Акмедом есть от меня секреты - сказал Эши, когда они вышли в Большой Зал - Я думал нет ничего, что мы держали бы в тайне друг от друга. Я ведь доверил тебе все свои тайны, какими бы отвратительными они не были.

Рапсодия сжала его руку.- Я бы рассказала тебе все, что знаю об этом, Сэм, но это не моя тайна. Недавно, когда мы с тобой были в пустыне Ярим, где болги прокладывали туннель для воды под фонтаном Энтаденин, Акмед показал мне очень древний тонкий пергамент, появившийся задолго до намерьенской эры, возможно даже привезенный непосредствен-но с Затерянного Острова. Это была схема машины, подобной которой я никогда не видела прежде. Она использует спектр цветов радуги вместе со звуками музыкальной гаммы, для того чтобы управлять разными силами - силой исцеления, силой предсказывать будущее и сокрывать его и многим другим, чего я еще не выяснила. Он не оставил мне эту информацию мне, хотя и признал, что я являюсь частью большинства стихий и основных знаний мира, происходящих из древности. И я попросила его быть осторожным с этим устройством, потому кака даже величайшие из Дающих Имя посвящены только в некоторые из этих знаний.

Когда он приехал на инаугурацию Гвидиона, он опять привез этот документ. Он попросил, чтобы я перевела его, и я взяла его с собой, когда ты отвел меня к логову Элинсинос, чтобы нансти ей визит. Тогда я начала понимать, для чего предназначена эта машина, чем являются эти знания и каковы риски их использования. На самом деле я готова была прекратить нашу с ним дружбу. После рождения Меридиона я сказала Акмеду, что никогда не хочу видеть его снова, из-за того что он так настойчиво хотел получить перевод, несмотря на мои предупреждения.
Но после некоторых размышлений и нашего откровенного разговора, когда мы были пойманы в ловушку тела Ллаурона, я стала понимать, что он на самом деле хочет сделать. У него был некоторый опыт знакомства с этим инструментом раньше, на старой земле, и он чувствует, что, если нам предстоит бороться против сил, возникших на заре истории, то у нас должно быть оружие, происхождение и мощь которого также старше этого мира.

- Что ж, это мудро - признал Эши - Кроме того, если устройство Гвиллиама и Энвин угрожало разбудить Спящее Дитя - вирма, который спит в центре земли - Акмед, кажется, обнаружил способ привести эту машину в действие, не от огня или от знаний Земли, как они делали, а использовать свет солнца и звезд, чтобы сделать работу устройства более безопасной, конечно если оно будет использоваться с умом.
Это должно иметь важное значение - сила каждой стихии зависит от последовательности ее создания, таким образом, эфир сильнее всех последующих стихий - огня, воды, ветра и земли. Использование эфира, для того чтобы привести в действие наш Светолов, необходимо для его эффективнивности также как и для безопасности, если это вообще возможно. Если мы сможем использовать Светолов, чтобы охранять Дитя Земли и обезопасить горы, чтобы найти врагов и поразить их, это будет стоить риска и ущерба, который наша дружба понесла из-за этого.

- Я не сомневаюсь относительно твоей мудрости, Ария - сказал Эши, беря ее руку в свои - Возможно, это не имеет значения, особенно учитывая все, что мы друг для друга значим, но есть кое-что, что раздражает меня в Акмеде, требующем от тебя хранить секреты, которые отдлеютя нас друг от друга и ведут параллельными дорогами. Я предполагаю, что это незрелое негодование результат чувства собственности из-за крови дракона.
Рапсодия поцеловала его руку.
- Нет больше тайн между нами - сказала она - хотя есть такие, которые знаем только мы. Есть тайна, которую храним только ты и я и постоянно храним.
Эши с сожалением улыбнулся.
- Правда? - он спросил - Мне кажется, что нет ни одной тайны между тобой и обоими фирболгами. Ты знаешь их намного дольше и познакомилась с ними при других сильно отличающихся обстоятельствах, даже если мы действительно знакомы с начала времен.

- Да, но это знаешь только ты, и только ты знаешь мое настоящее имя - сказала она - Я только однажды произнесла его в этом мире, и это было на свадебной церемонии, которую мы проводили в тайне. Только в гроте Элизиума вибрации этого имени могут быть обнаружены, но даже самому могущественному Дающему Имя будет трудно найти его. И они все еще не знают, что мы встречались с тобой по другую сторону Времени; только мы разделяем память о той сладкой ночи, и это часто успокаивает меня, ты не должен сомневаться в этом. Ты фактически являешься хранителем моих потерянных знаний и моего сердца. Ты - мое прошлое и мое будущее. И так будет всегда.
Эши вздохнул.
- Если бы только я мог еще и твоим Настоящим - сказал он. Ре-бенок на его руках закричал от голода, и они оба рассмеялись.

- Я думаю, что кое-кто согласен с тобой - сказала Рапсодия - И пока ты и лучший из твоего вида ревете, он явно побеждает по громкости и высоте тона - Она переместила суетящегося ребенка к груди, мягко поглаживая его золотые завитки.
Эши тревожно выдохнул.
- Ария, я собираюсь попросить, чтобы ты сделала то, от чего бы я умер, если бы увидел, что ты это делаешь.
Рапсодия удивилась.
- Тогда не проси - сказала она просто - Если ты чувствуешь что это…

– У нас нет выбора - прервал ее Эши - Ты вместе с Меридионом должна уехать отсюда сегодня вечером. Если бы мы не приняли королевские титулы было бы другое дело; я мог бы тайно увезти тебя и ребенка далеко за море или спрятать вас в священном лесу Гвинвуд возле Великого Белого Дерева, и вы оба были бы в безопасности, я смог бы защитить вас. Но наш долг и наша верность принадлежит нашим вассалам и Союзу, и теперь, на пороге войны, мы не можем забрать назад наши клятвы, даже для того чтобы остаться вместе. В то же самое время если ты или наш сын в опасности остальная часть мира может катиться к чертям, это единственная вещь, которую я не смогу вынести. Я буду не в состоянии остаться нормальным, если что-нибудь произойдет с любым из вас. Согласно Элинсинос, ярость дракона в рукописях, возможно, была преувеличена, но в глубине себя я бесспорно верю, что она появится, если я потеряю тебя. Я уже не раз поджигал лес, когда думал, что потерял тебя. Одно только осознание, что где-то есть существа, предсказывающие будущее Меридиона, заставляет дракона внутри моей крови желать мести и разрушения.

– Несмотря на то что я верю, что Хаймэдоу является самым надежным из существующих укреплений, спрятать вас там, в то время как существует множество глаз, ищущих нашего сына, было бы безумно и эгоистично, не говоря уж о неблагоразумии. На самом деле есть только одно место, где вы оба будете в безопасности, когда мир начнет рушиться.

- Что ты говоришь, Сэм? - спросила Рапсодия дрожащим голосом.

Эши опустил голову.
- С твоего разрешения я хочу попросить Акмеда, чтобы он о тебе позаботился. Ты и ребенок должны уехать с ним и Грунтором сегодня вечером, после заката, и путешествовать вдали от дороги, возможно через Кандерр и Ярим вместо Бетани, и, возможно, через северо-восточную окраину Бет-Корбэра, где есть только пустыня, нет ориентиров или укреплений, по которым тебя смогут найти те кто обладает способностью видеть на расстоянии.
Он глубоко вздохнул.
- Я не буду описывать тебе, как сильно меня тошнит в этот самый момент. Тем не менее, я полаю, что мы должны действовать очень быстро. Если болг согласиться, а у меня нет никакой причины полагать, что он откажется, и если ты готова и чувствуешь, что в состоянии совершить поездку, как только этот совет завершиться, то я приступлю к подготовке условий, чтобы ты могла уехать с первыми лучами солнца.

Рапсодия прислонилась к стене и стала убаюкивать ребенка.
- Какая красивая песня любви - подумала она - Неужели это прощание?

– То что ты только что сказал мне, были, возможно, самые красивые слова любви, которые я когда-либо слышала - сказала она, печально улыбаясь, - Я хорошо знаю, насколько ты ненавидишь эту идею, насколько она раздражает тебя в глубине души и насколько трудно было тебе предложить это. Для меня будет так же трудно выполнить твою просьбу. Но, поскольку у меня нет идеи получше, я боюсь ты прав, единственное что мы сейчас можем сделать это сохранить наше самое большое сокровище - Она посмотрела на ребенка, дремлющего у груди.

- Значит ты сделаешь это? - спросил Эши, со смесью облегчения и страха.
Рапсодия застегнула свою блузку и снова запеленала ребенка снова.
- Я сделаю это для него - сказала она - Я пойду в Илорк и помогу Акмеду с его адским Светоловом, надеясь, что он защитит горы и поможет переломить ситуацию, чтобы быстрее закончить войну. Но я обещаю тебе, Сэм, как только Меридиона можно будет отнять от груди и он будет в безопасности, я вернусь для того чтобы сражаться. Я - илиаченва'ар, и меч стихии огня не должен находиться в бегах. Это было бы оскорблением Элеандры и ее обучению, я не должна находиться в стороне ради моей собственной безопасности, когда другие умирают.

- Другого я от тебя и не ждал - сказал Эши. Рапсодия улыбнулась ему. - И если ты узнаешь, что со мной что-то случилось , позволь Анборну вести войну, пока не будешь готова принять командование.
Улыбка Рапсодии исчезла.
- Пошли, мы должны вернуться - сказала она. Рапсодия поднялась и снова подала Эши руку, и вместе они вернулись в небольшую темную комнату за скрытой дверью. Он как и в прошлый раз остановился у окна перед гобеленом, в лучах света, проникающих из соседних окон, и сел на скамью. Рапсодия тоже медленно присела.
- Ты не рассказала мне о смерти Ллаурона - спокойно сказал он - Мой отец страдал в конце? Я знаю, что ты, будучи Дающей Имя, скажешь мне правду, ты поклялась в этом, но как моя жена не смягчай тяжесть своих слов. Просто скажи мне.

- Я думаю, что он не страдал - мягко сказала Рапсодия - Он возник между Энвин и мной, стоящей с Меридионом на руках, и окружил нас своей эфирной сущностью, а затем он ушел, его тело стало раковиной стихии земли, внутри которой все затянуло туманом. Не было никакой боли, никакого вреда, который могла причинить ему твоя бабушка, хотя я предполагаю, было сожаление и осознание того, что она смогла забрать его жизнь, в конце концов, он сделал выбор и пожертвовал собой ради истории. Ты видел выражение его глаз, Сэм, в них был мир и обреченность, он знал, что спас своего внука от верной смерти. Я думаю, что если бы он не был драконом это привело бы его к вратам Лорда и Леди Роуэнов и к вечной жизни.

Рапсодия искала намек на слезы в его лазурных голубых глазах, эти глаза с вертикальными драконьими зрачками выглядели странно и красиво, но не было никаких признаков, предающих его глубокое горе, ни одной слезы.

- Я не знаю, что заставило меня быть с ним настолько жестоким в последний раз, когда мы видели друг друга - сказал Эши - Он был так взволнован появлением Меридиона, так жаждал сгладить причиненный ущерб, чтобы стать частью жизни своего внука. А я отверг его, отвернулся, сказал ему, что он никогда не получит того, что желает. Я не знаю, что вселилось в меня.

Она взяла его руку.
- То же самое, что вселилось в меня, и заставляет оставить все, что я знаю, всех, кого я люблю - сказала она просто, без чувств - Обязанность и желание сохранить безопасность нашего сына любой ценой.
Ее маленький мозолистый кончик пальца гладил его ладонь. - Ллаурон тоже понимал это, больше любого из великих людей, которых я когда-либо знала. Он Завершился, защищая своего внука. Только раз во всей истории имела место такая жертва. Когда Меридион станет старше, он узнает, как Лларуон любил его и почему он так поступил. И, хотя я не уверена, мне кажется, что он, возможно, передал некоторые свои знания Меридиону, я думаю, что видела это в колеблющемся внутри тела Ллаурона тумане, который вдыхал ребенок.

Эши продолжал смотреть из окна сторожевой башни на серебряные деревья отливающие черным там где начинал повторно таять снег.
- Так или иначе, думаю, это хорошо, - наконец сказал он, поднимаясь со скамьи и увлекая ее за собой. - Ну, давай вернемся и завершим то, что мы начали. А затем, прежде, чем ты уедешь, у нас будет церемония присвоения имени Меридиону. От этого дня должно остаться, по крайней мере, одно счастливое воспоминание.
Он отвел в сторону гобелен и аккуратно повел ее вниз по лестнице к потайному входу, затем открыл дверь в скрытую комнату, где остальная часть группы, присутствующей на тайной встрече, заканчивала свою трапезу. Они возвратились на свои места за столом. Эши вернул спящего ребенка назад в руки Рапсодии.
- Спасибо за ваше терпение, - сказал Эши, – Решения, к которым мы пришли - страшные, и нам будет трудно их принять. Каждое требует жертвы, которая во многих случаях является слишком большой, чтобы ее принести — но это плата за власть.

- Увы, но это так, - сказал Анборн.
- Сначала я хочу официально просить короля фирболгов об одолжении, - Эши посмотрел на Акмеда.
- Ты просишь у меня помощи? - недоверчиво спросил Акмед. - Если ты хочешь получить от меня войско, ответ нет. Армия фирболгов однажды уже пришла на помощь Роланду на Великом Собрании. В сегодняшних обстоятельствах я нуждаюсь в каждом солдате, который у меня есть.

- Я не могу не согласиться, - лукаво сказал Эши, - Но у меня другая просьба - забери мою жену и сына сегодня вечером под покровом темноты, провези их далеко от дороги по пустыне в Илорк и держи их в тайне и безопасности в Зубах. Кто-то охотится за нашим сыном, зная это, я не могу быть спокойным и при этом я не смогу правильно вести эту войну, пока не буду уверен, что он в максимально возможной безопасности, так же как и его мать. Так как Рапсодия согласилась помочь тебе с созданием и развитием вашего Светолова, у нее будет защита гор, чтобы скрыть ее и ребенка. Ты согласен?

Акмед и Грунтор переглянулись. Потом разные глаза короля болгов возвратились к Эши.
- Илорк был первым домом Рапсодии на континенте - сказал он - У нее там есть маленькое герцогство. Ей всегда рады в Зубах.

- Да и болги тоже будут рады увидеть ребенка, - сказал Грунтор, смеясь.
- Если я увижу хоть один рецепт с его именем, я сожгу в огне все племя, которое его придумало! - сказала Рапсодия.
- А теперь попросим, чтобы королева намерьенов оценила то, что она услышала от каждого из нас, и рассказала нам, что она думает, - сказал Эши.

Королева намерьенов выдохнула.
- Для меня все это звучит как война, спровоцированная скорее мужской жадностью, чем демоническим желанием разрушения, - сказала она. - Но это не имеет большого значения. Хаос и анархия как магнит для ф'дора; рано или поздно мы столкнемся с силой, берущей свое начало в преждевременьи. По этой причине, строительство Светолова это мудрое вложение средств. Я также предполагаю, что на стороне Талквиста больше союзников, чем мы знаем. Если при правлении Лейты Сорболд был более или менее уединенной страной, то будущий император - бывший купец. У него, без сомнения, есть друзья и торговые партнеры во всем мире. Мы должны как можно скорее выяснить, кто из наших соседей заключил с ним союз, чтобы помочь ему завоевать Средиземье.

- Я бы предположил что это Хинтерволд, - сказал Анборн.
- Возможно, хотя продовольствие Хинтерволда зависит от Роланда, и Сорболд не сможет полностью его обеспечить, - сказала Рапсодия. - Будет интересно прочесать по возможности как можно больше скал на наших границах и посмотреть что выползет. - Она повернулась к ее вице-королю Риалу. - Это - моя последняя просьба, мой друг, вернись назад в Тириан и служи, как ты служил перед моей коронацией, будь лордом-протектором. Охраняй лес. Мы не должны вовлечь лиринов в войну, хотя ты должен проинструктировать хранителей деревьев и лиринских пограничников, чтобы они создали препятствие любым войскам, идущим из Сорболда в Роланд, даже несмотря на военные проблемы. И еще , Риал, пойди во дворец в Томингоролло, где в ларце хранится диадема. Попытайся поднять ее, как я однажды сделала. Возможно, пришло время, чтобы звездная корона сменила голову; я как номинальная королева буду слишком далеко в течении долгого времени. Лирины заслуживают лучшего.

- Корона и лирины уже сделали свой выбор, миледи, - сказал Риал.
- Даже диадема из алмазов эфира имеет право периодически повторно менять свое решение, - сказала Рапсодия, улыбаясь своему доверенному лицу. - Мы должны быть готовы к тому, что случиться; сначала на поверхности мира будет только война, но я подозреваю, что потом все может измениться.

- Рапсодия права, - продолжал Эши. - Пока следы тех, кто когда-то жил в Подземных Палатах, не заметны, но кровопролитие и насилие, которые должны начаться, являются приманкой для демонов и могут привлечь их. Таким образом, мы должны быть готовы отразить не только силы ведомые жадностью и желанием завоевания, но и сцепиться с более темными силами, первородным злом, которое может быть разрушено только знаниями возникшими в тоже самое время. Поэтому я хочу выразить решение нашего совета, состоящего из членов различных групп Союза и церкви, в присутствии лиринки Дающей Имя. История запишет наши действия как оборону, предпринятую для охраны Средиземья и его людей от угрозы вторжения тех, кто хочет завоевать землю, и тех, кто живет под землей.

- Тогда сделай это, племянник, - сказал Анборн.- Я счастлив, что я сегодня не на вашем месте; сейчас вы не представляете какую боль принесут надвигающиеся события, до того момента пока это не будет записано на страницах истории. Верьте мне, когда я говорю вам об этом.

Голос короля намерьенов был по-королевски сдержан.
- Очень хорошо, я озвучу мое решение, принятое в согласии и с разрешения всех присутствующих, и ожидаю вашего одобрения, - сказал он. - Анборн всегда был лучшим командиром из всех мужчин. Дядя, если ты согласишься принять должность от которой ты отказался несколько столетий назад и снова станешь лордом-маршалом сил Союза - нам не потребовалось бы искать лучшего представителя в этой области. Ты также дружишь со многими нашими явными союзниками - наинами, ледяными людьми Хинтерволда, Благословенным из Неприсоединившихся государств - все они когда-то были твоими сподвижниками. Хотя нет необходимости втягивать всех их в эту войну, если это не потребуется, хорошо было бы знать, можем ли мы рассчитывать на их помощь Союзу или его военному начальнику.

- Как пожелаешь, племянник, - сказал Анборн. Его голос был тихим и настороженным, без снисходительного тона, которым он обычно говорил, особенно о военных вещах.
- Моей непосредственной обязанностью, так как дракон во мне обладает связью с землей, - продолжил Эши, – будет охрана Дерева, служащего для сохранности щита мира. А как человек, - сказал король намерьенов, - Я должен бороться, защищая людей, оставшихся на земле. От имени Лларуона, моего отца, и моей прабабушки Элинсинос, я сделаю и то и другое. Я созову совет герцогов сразу, и приму на себя командование армиями всех провинций, назначив непосредственным командующим Анборна.

- Тристану Стюарту это не понравиться, - сказал Гвидион Наварн. - Я полагаю, что он сам ожидал получить пост лорда Регента.

- Он будет думать иначе, когда узнает размер и масштаб того, чему мы противостоим, - сказал Эши. - Но у нас нет времени ждать сбор сил всех провинций, если то, что вы подозреваете, Ваше Святейшество, уже началось. Анборн немедленно проводит вас назад в Сепульварту, взяв с собой все силы, которые мы можем собрать на заставах и гарнизонах в юго-восточном Наварне и южной Бетани. Я издам документ, который даст вам полномочия призвать любые вооруженные силы, до которых вы сможете добраться; вдоль этого маршрута их должно быть около десяти тысяч, может быть чуть больше или меньше, однако многие из них охраняют почтовые караваны.
Патриарх кивнул. - Это мудрое решение. Я надеюсь, что вы не оставите Роланд уязвимым, чтобы помочь Сепульварте; вы же все-таки не дурак.

- Надеюсь, - сказал Эши. - Анборн, десять тысяч солдат будет достаточно для спасения святого города?

- Больше чем достаточно, чтобы выдержать осаду, если она начнется, - сказал Анборн. - Но я должен сказать тебе, племянник, что они, как я подозреваю, не обладают широтой ума, чтобы сделать это. Я предупреждал тебя в течение трех лет, с тех пор как ты стал нашей кровавой светлостью, что война близко, и эти приготовления должны были начаться раньше.

- И я прислушался к тебе, - сказал Эши терпеливо, - Полагаю ты можешь быть приятно удивлен, дядя.

- Я никогда приятно не удивляюсь, - пробормотал лорд-маршал. - Само понятие удивления мне очень неприятно.

- Я разработал стратегию военной защиты Средиземья и других частей Союза из крепости Хаймэдоу. Я немедленно пошлю корабли к нашим союзникам в Маносс и Гематрию через Широкое Центральное Море, чтобы подготовить их к тому, что происходит и попросить у них помощи. Талквист имеет военно-морское преимущество, но с помощью союзников мы можем с ним сравняться.

- Я также учту советы своей жены, поскольку сам боюсь последствий нашего решения, - продолжал Эши. - Я поручаю ее и нашего сына, Акмеду, королю фирболгов, который не только является нашим союзником, но и ее лучшим другом, с целью охраны ее и Меридиона от любого ищущего его зла. Рапсодия согласилась отправиться в Илорк с Акмедом, и помочь ему в разработке и использовании инструмента, который он называет Светолов, так называемой огненной кузницы Гвиллиама, разработанной и построенной наинами перед намерьенской войной, которые использовали его с целью защиты знаний. Король болгов таким образом подтведит свои обязательства перед Союзом, хотя и не обещает прислать нам военные отряды, он утверждает, что использование этого устройства сможет защитить упомянутый Союз, если оно заработает это будет возможно. Я правильно обозначил твою позицию, Акмед?

Король болгов фыркнул.
- Для истории, конечно. Но для меня история ничего не значит; я должен видеть то, во что я верю.

- Тогда, возможно, это будет началом, - сказал Эши мягко. - Рапсодия, лиринская королева и королева намерьенов, просила Риала, вице-короля Тириана, чтобы тот расширил свою роль до лорда-регегта и посмотрел, посчитает ли диадема в Томингоролло его достойным королевского сана. Но насмотря на это она остается верной своим вассалам как Тириана, так и Союза в целом. Королева намерьенов выдохнула и кивнула в знак своего согласия.- Я не могу передать, как печально это для меня, миледи, - сказал Риал. - Я с любовью вспомитаю день, когда вы подняли нашу диадему, сделанную из осколков Алмаза Непорочности, разрушенного Энвин по договору с демоном назло ее мужу. Она ожила в ваших руках, и стала символом единства, принесенного вами в лиринское королевство и Союз намерьенов. Думаю, что вам, вероятно, придется бросить его, защищать сразу оба объекта трудно.

Рапсодия покачала головой. - Я ничего не бросаю, Риал. В моем сердце я всегда буду дочерью Тириана, ношу ли я диадему или платок на моей голове. Мне жаль только того, что я не смогла принести такой мир этому объединенному королевству, чтобы не пришлось поднимать оружие для его защиты снова. По крайней мере, на сей раз у лиринов есть Анборн, борющийся на их стороне, а не против них. Поэтому хотя бы одна проблема решена.

- То что приближается, изменит всех нас так, как мы даже не можем сейчас представить, - сказал Эши. – Но мы знаем одно - это несомненно случится. Мы не сможем избежать этого, но, по крайней мере, мы едины, так что можем противостоять этому вместе. Именно поэтому вторая намерьенская эра не может не отличаться от первой.
Анборн кивнул.
- И мы победим. И этим также будем отличаться.

- Мы конечно рады иметь вас на нашей стороне, лорд-маршал, но даже вы можете не сдержать неистовый океан; если он вообще может быть остановлен, - мрачно сказал Риал. - Лучшее, что вы можете сделать, построить дамбу и укреплять ее. Если удача нам улыбнется шторм пройдет прежде, чем она рухнет.

- Я бы лучше подумал о способах осушить море, - пробормотал Анборн, - А не выполнять обязанности мешка с песком.

- Да, - сказал Патриарх, поднимаясь вместе с другими, поскольку, заседание совета закончилось, - А в тот день, когда вы обнаружите способ осушить море, я присоединюсь к вам с ведром в руке.

Шумно передвигаясь вниз по коридору в направлении от Большого Зала, с его многими крытыми галереями и коридорами, Анборн
без труда дотянулся до портьеры закрывающий альков, где находилась маленькая каменная статуя Меритина Исследователя, и схватил в горсть небольшое количество золотых локонов владелец которых находился за тяжелым бархатным пологом. Раздавшийся визг эхом отразился от большой лестницы ведущей к верхним этажам.

О, да, здесь действительно прекрасный маленький шпион! Что вы здесь делаете, миледи? - сказал он с преувеличенной любезностью, улыбаясь и глядя в блестящие от шока черные глаза. - Очевидно твои шпионские навыки не так уж хороши, как ты думала. Продолжай работать над этим. - Он выпустил ее кудряшки и нежно погладил ее по голове, после чего направился вниз по направлению к прихожей, сопровождаемый глухими металлическими звуками, которые издавал его шагающий механизм, повсюду отражающимися в тихой сторожевой башне.

Девочка в шоке замерла, наблюдая за ним, пока эхо снова не исчезло в тишине. После этого она поспешила назад к кладовой. В полумраке ночи свет больших ламп, казалось, заставил ее тень удлиннится а волосы потемнеть и исчезнуть во мраке.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/53585/231317

Переводчики: KMA