Готовый перевод Dead Things / То, что мертво (предв): Chapter 2/ Глава 2

Убираться здесь не было смысла. Я даже не знал бы с чего и начать. Скоро здесь появится еще больше патрульных, а я предпочел бы с ними не объясняться.

Я оставил пикап на парковке. Он был в угоне, да и Кэдди Вашингтона мне нравился больше. Отличная тачка. Я набросил на автомобиль заклинание "не-смотри-на-меня" и двинул на север в Нью-Мехико. Миль через десять я заметил вереницу патрульных машин, несущихся по автостраде в моём направлении.

Не хотел бы я быть на их месте. Им пригодится лопата, чтобы сгрести то месиво в кучу. Я прижался к обочине, чтоб их пропустить и наблюдая за тем, как они исчезают в зеркале заднего вида. И вот тогда, меня затрясло.

Казалось бы, к этому времени, после того, как я имел дело с мёртвыми всю свою жизнь, после тех лет, что я провёл шлифуя своё мастерство и став свидетелем ужасов ещё худших, чем наворотил Вашингтон в этом баре, я мог бы привыкнуть к такому. Что меня это больше не должно задевать.
Если вы так подумали, вы ошибаетесь.

Я выбрался из машины и меня вырвало на обочину. Я могу иметь дело с трупами. Я могу вести дела с мёртвыми. Но не с тем, что он там натворил, и что мог бы сделать со мной, если бы я облажался.

Вернувшись в машину, я вытер рот пожамканой картой и вернул кадиллак на дорогу. Собрал все эти мысли и задвинул их на задворки своей головы, где они уже не могли мне помешать.

Около часа спустя я пересёк границу Нью-Мексико, взял хорошую скорость и въехал в Карлсбад ещё до заката. Остановился в мотеле на окраине города, рядом с колледжем. Двенадцать номеров с кабельным телевидением, беспроводным интернетом, кафе и продуктовым магазином под боком. Я заскочил в магазин за бутылкой "Красного Джонни Уокера".

Подобрал несколько скитальцев по пути в номер — свободных призраков, из тех, что не привязаны к месту. Большинством были пациенты травматологии из ближайшей больницы. Жертвы пожаров, автомобильных аварий и огнестрельных ранений. Да, я тусуюсь с крутыми ребятами.

Призраки летят на меня, как мотыльки на огонь. Я могу видеть их, а они могут видеть меня. Вот они и толкутся вокруг словно кучка фанатов. Приходится рассыпать горсти семян подсолнечника перед дверями, клеить стикеры с палиндромами на косяки. Если бы я в самом деле хотел из изгнать, то прибил бы к окну мёртвую кошку, но этот способ всегда мне казался чуть экстремальным.

Они застревают у двери, пересчитывая семена. Вдоль и поперек перечитывают палиндромы. И повторяют это до бесконечности, как послушные обсессивно-компульсивные психи. Я закрыл дверь перед их пустыми физиономиями.

Я принял душ, чтобы смыть с себя пот и налипшую пыль. На адреналине я почти не заметил, что в баре Вашингтон довольно сильно меня обработал. Я был как десять миль плохой дороги. Весь в синяках и порезах. Одно ребро ныло так, как будто по нему прошлись монтировкой. Для худших порезов пришлось использовать пластырь.

Синяки на мне сложно увидеть. Большая часть моего тела покрыта татуировками — начиная от шеи и до запястий с лодыжками. Обереги и сигилы. Символы на мёртвых языках, помогающие отвратить угрозу, отвести глаза, сфокусировать магию. Я начал собирать их годы назад, и все ещё продолжаю добавлять чернила под кожу.

Лучащаяся звезда в глазу защищает от заклинаний, что влияют на разум. Броненосец отлично защищает от пуль. Но ни хрена не работает против ударов бейсбольною битой. Выяснил на собственной шкуре в Филадельфии в одном переулке.

Стая летящих ворон покрывает всю мою грудь от плеча до плеча. Не могу смотреть на них долго в зеркало. Они постоянно двигаются, а у меня начинает болеть голова.

Да по сравнению со мной, Человек в картинках [1] — просто фигня. Пляжное тату на йога-маме из Ориндж Каунти [2]. Единственный клочок на моём левом предплечье, свободный от татуировок, изрезан мелкими шрамами. Многие из моих заклинаний требуют крови, а чёрный барашек никогда не бывает поблизости, когда он особенно нужен.

Распечатав бутылку "Уокера", я плеснул виски в стакан — уже заботливо продезинфицированный кем-то ради меня. Уселся в единственное в комнате кресло с откидной спинкой. Дом, милый дом.

Что верно по сути. Не люблю оставаться на одном месте надолго. Пускать где-то корни не для меня. Я уже пробовал. Закончилось скверно. Моя жизнь — череда придорожных забегаловок и дешевых отелей. Одеваюсь в "Уоллмарте" и на распродажах. Три моих костюма из "Гудвилл" были в моде ещё в шестидесятых. Большинство моего имущества принадлежало покойникам. Как мой кадиллак.

Я был на второй порции виски, когда в дверь затарабанили. Выудив Браунинг, я проверил глазок. Гостиничный персонал. Переключив пистолет на предохранитель, я открыл дверь двум мужчинам и женщине. Никогда их прежде не видел. А потом я заметил, что на одном мужике не хватало штанов.
— А, это вы. Проходите.

Женщина и один из мужчин шагнули в комнату почти что с царственным видом. Тот, что был без штанов ввалился следом нелепым скачком. Хвала небесам, хоть трусы на нём были. И ещё туфли с носками. Я предложил кресло даме, оставив мужчин самим разбираться, где им разместиться, а сам остался у двери.

Среди Лоа Барон Суббота, Криминель и жена Субботы — Мама Бриджит занимают самые высокие ранги по уровню власти. Они возглавляют семейство Геде, тех Лоа, которые присматривают за Мёртвыми. Лоа, конечно, не единственные духи, которые этим занимаются, но они — одни из самых известных.

Лоа вселяются в своих последователей, катаясь на их телах, как на лошадях, вместо того, чтобы являться самостоятельно. Если рядом не окажется никого из их паствы, думаю, на крайний случай им сойдёт любая домохозяйка. Их носители не будут ничего помнить. Что, вероятно, неплохо для чувака без штанов.

— Бароны. Мадам, — поприветствовал я. — Я ждал вас не раньше завтрашней ночи.

— Мы приходим тогда, когда мы, чёрт возьми, захотим, — заявил Криминель с густым гаитянским акцентом. Странновато звучало от белого типа среднего возраста в обтягивающих белых трусах. Он зарычал, слюна потекла по подбородку. Для него — обычное дело.

— Мы решили, что лучше прийти раньше, Эрик, — сказала Мама Бриджит.
— Что-то не так?

— Не так? — вмешался Суббота. В сравнении с Криминелем, акцент Мамы Бриджит и его собственный были практически незаметны.
— Нет, все а порядке. Наши дети, братья и сёстры вернулись домой.

Когда они меня нанимали, Суббота сказал мне, что он представляет все семейства Лоа. Вашингтон обокрал каждое. Они не боялись его как такового, но были встревожены. Он поймал в ловушку так много Лоа, что королевские особы не захотели рисковать малейшими шансами угодить в его лапы.

— Окей. Значит…
— Мы хотели поблагодарить тебя и передать тебе плату, — сказала Бриджит.
— И предупреждение, — добавил Суббота.

Вот, так я и знал, что будет какой-то подвох.
— Плевать на его плату и предупреждение, — высказался Криминель. Он открыл бутылку "Джонни Уокера" и стал заливать себе в глотку. Большая часть стекала ему на рубашку. Хорошо, что я не купил что-нибудь дорогое.

Бриджит вытащила маленький кожаный кошелек из своей сумочки и передала его мне. Я открыл его. В нём лежали дублоны [3].
— Это не то, о чём мы договаривались.

Криминель подскочил ко мне, брызжа слюнями в лицо:
— Ты кем себя возомнил, чтобы условия ставить?
Чем дольше они находятся в теле носителя, тем больше тот начинает на них походить. Одержимый Криминелем мужик уже начал попахивать гнилью и могильной грязью. Я оттолкнул его прочь.

— Я знаю, — смутилась Бриджит, скривившись словно откусила лимон, — но у нас не получилось. Криминель согласился слишком поспешно и мы оказались связаны обязательством. Мы не знаем, что такое "Банковский перевод"…
И, видно, не сумели найти того бы, кто знал.
— Не вали всё на меня, Бриджит, — огрызнулся на неё Криминель.

— Понятно, — вздохнул я. Ничего не поделаешь.
— Я не в претензии, просто констатирую факт. Этого более, чем достаточно.

Я знаю одного парня из Джерси, он сможет пристроить монеты, так что это не станет проблемой.
— Вы что-то сказали про предупреждение?
— Остерегайся того, чему доверяешь, — выдал Суббота.

— Ох, это одно из тех предупреждений.
Некоторым нравится быть загадочными, другие вынуждены быть загадочными. А некоторые обязаны быть загадочными по древним законам только относительно определённых вещей. Таких как пророчества и предсказания. Похоже, что здесь один из трёх вариантов.

— Хотела бы я, чтоб мы могли сказать больше, — сказала Бриджит. — Ты нравишься нам.
Она взглянула на Криминеля, который прикончил виски и перешёл на шампунь на столике в ванной. Тот сразу набычился:
— К чёрту его! — заорал он. — Пусть катится к чёрту!
— Что ж, ты нравишься мне и Субботе, — уточнила она.

— Мы не хотим, чтобы случилось что-нибудь неприятное, — добавил Суббота. — И не хотим потерять одного из самых одаренных друзей. Так что, пожалуйста, поберегись.

— Ну? Мы уже можем уйти? — нетерпеливо потребовал Криминель. — У меня бухло кончилось.
Хорошо, он мини-бар не заметил. Его лицо и рубашка были покрыты шампунем, виски и кремом для бритья. Мне стало жаль парня, в которого он вселился. То ещё будет похмелье с утра.
— Да, — согласился Суббота. — Оплату мы передали и предупреждение ты получил.

Криминель вымелся за дверь первым, бормоча что-то о чёрных жертвенных петухах, Суббота вышел сразу за ним. Бриджит задержалась на пороге, обернувшись ко мне и коснувшись рукою щеки. Она вгляделась в мои глаза, пытаясь что-то там отыскать.
— Действительно, будь осторожен. События уже пришли в движение, но твоя часть ещё не началась. Начнется сегодня ночью.

Что могло быть скверным на столько, что они лично явились предупредить меня? Да ещё и сумели притащить с собой Криминеля?
Я закрыл за ними дверь, размышляя над тем, что пыталась сказать мне Бриджит, когда зазвонил телефон.

Я уставился на него, как на гремучую змею. Совпадения редки, а когда замешана магия, их ещё реже. Я подождал, пока он прекратит, и перекинул его на голосовую почту гостиницы. Должно быть кто-то ошибся номером. Никто не знает, что я здесь.

И когда я говорю, что никто, я именно это и имею в виду. На мне столько перенаправляющих заклинаний, набитых на кожу, что будет чудом, если я сам себя на карте найду. Конечно, и меня отследить было возможно, но это было не просто.

Пять звонков. Десять, двадцать. Я отключил телефон.
Он продолжил звонить.
Чего я и боялся. Вот такого звонка.
Телефон и я вошли в общий ритм. Он звонил. Я не отвечал. Я могу так всю ночь. Я отрешился от этого и выпил залпом ещё пару стаканов.

В стену забухал сосед, чьи приглушенные вопли велели мне взять эту чёртову трубку. Я дал телефону ещё позвонить.

Чем дольше звонил телефон, тем сильнее я злился. Кто-то прикладывал не мало усилий, чтобы меня отследить. Для клиентов и предложений работы я держу голосовую почту. И проверяю её каждые несколько дней. Её нетрудно найти.

В итоге, через полчаса непрерывного звона я молча снял трубку.
— Здравствуй, Эрик, — произнес голос на том конце. Тихий и неуверенный. — Я знаю, ты там.
Этот голос я не слышал уже очень давно. Отпираться не было смысла.
— Давно не виделись, Алекс. Сколько, лет десять?
— Пятнадцать.
— Было тяжело отыскать меня?
— Да. Было не просто.
— Хорошо. Так и задумано. — Я нажал на отбой.
Телефон начал трезвонить ещё до того, как я вернул трубку на место.

Больше звонков. Больше воплей соседа.
С тем же успехом я мог с ним поговорить. Иначе он не отстанет. Я поднял трубку.
— Сдаюсь. Чего тебе надо?
— Люси мертва, — после секундной заминки ответила трубка.

Мне хотелось спросить — "что за Люси?" Но я знал, о ком он говорит. Я не видел своей младшей сестры с тех пор, как покинул Лос-Анджелес. Неужели Алекс был прав? Действительно пятнадцать лет прошло? Тогда ей должно было быть... сколько? Уже тридцать два?
— Что случилось? — спросил я.
— Мне очень жаль, — сказал он.

— Алекс, что, черт возьми, произошло?
На другом конце провода повисла пауза. Если он ждал рыданий и зубовного скрежета, ему придется ждать долго.
— Её убили, — сказал он. — Что-то напало на неё в её собственном доме.

— Что-то? Полагаю, ты не животное имеешь в виду?
— Нет. Хотя копы утверждают именно так. Просто не знают, как это ещё объяснить. Эрик, она была разорвана на куски. Это ужасно. И за версту несёт магией.
— Когда это случилось?
— Пару недель назад. Я искал тебя с тех самых пор.

Я не сомневался, что Алекс не ошибается. У Люси не было магической силы, но она знала достаточно, чтобы купить обереги для дома и все остальное. Если только она не промотала наследство и трастовый фонд, что получила после смерти наших родителей, ей это было по средствам.

Чувство оцепенения было вызвано шоком. Со мной такое бывало. Но волна горя начинала уже прорываться. Мне захотелось кричать. Захотелось что-то ударить. Я задавил это чувство, похоронил его там, откуда оно не сможет добраться ко мне, не сможет мне помешать. Я могу контролировать это или оно сможет меня контролировать.

— Ты знаешь, кто это сделал? Или зачем? — мой голос даже не дрогнул.
— Нет. Я пробовал гадание, когда был в её доме, но, чем бы оно ни было, оно скрыло следы действительно хорошо. Хотя, я не мог не подумать…
— Что?
— Я знаю, прошло много времени… но, может Будро? Ты же уехал поэтому, верно?
— Да, я уехал поэтому.
Я не вспоминал это имя годами. Просто не позволял себе. Оставил позади и никогда не оглядывался.
— Ну и?
— Подожди. Мне нужно подумать.

Лос-Анджелес я покидал в спешке. Об отъезде никому не сказал. Но все и так должны были догадаться, почему я исчез. Я убил чувака по имени Жан Будро. Я был так же удивлен, как и все остальные, когда это случилось. Тогда я был необузданным. Злым. С тех пор я многому научился.

Будро управлял бандой, которая наезжала на одних магических сущностей и имела других, довольно могущественных, на своей стороне. Я выбесил кучу народу, когда убил его.

— Нет, — возразил я. Это не может быть он. — Я так не думаю. Ты когда-нибудь слышал о парне по имени Бен Дункан? Чёрный парень. Сейчас ему, наверное, пятьдесят. Работал на Будро.
— Я держался подальше от этого, друг. Как только мог, как и мы все.
— Умно. Он находился довольно высоко в пищевой иерархии. Сцапал меня после того, что случилось. Предложил выбирать. Я исчезаю или он убивает меня, Люси и фактически всех, с кем я знаком.

Молчание на другом конце трубки затянулось надолго.
— Что ж, это многое объясняет, — сказал Алекс, впрочем нечто в его голосе дало мне понять, что для него это не оправдание.

Я растер с силой глаза. Сейчас не время выяснять отношения.

— У него не было причин так поступать, — сказал я, пытаясь относиться к произошедшему, как к обычной работе. Но мой самоконтроль расходился по швам.
— Где ты сейчас? — спросил меня Алекс.
— В Нью-Мексико.

Я не вспоминал Люси уже очень давно. Наши родители давно были мертвы и я никогда не слышал о других родственниках.
Проклятье. Кому-то придется заниматься приготовлениями. Организовывать похороны.
Как мне это сделать? Я не хожу на похороны. Чёрт, я и на кладбища не хожу. Вокруг меня постоянно ошиваются взаправдашние мертвяки. Но никто не умирает на чёртовом кладбище.
Мне поплохело и стало трудно дышать.

— Похороны. Мне нужно... Проклятие. Алекс, мне нужно организовать её похороны.
Комната начала вращаться вокруг меня.
— Все в порядке, — раздалось из трубки. — Всё уже сделано. Она рядом с твоими родителями. Я позаботился об этом.

Внезапно я разозлился на Алекса. Я — тот, кто должен был это сделать. Её брат. Я не мог защитить её, когда я был рядом, и не смог этого сделать, когда я уехал. Меньшее, что мне оставалось, и меньшее, что Алекс мог бы позволить мне сделать, — это организовать её проклятые похороны.

Сколько людей туда пришло? Ведь я даже не знаю её друзей. Может она с кем-то встречалась? А может уже и замуж вышла? Святые угодники, а если у нее были дети?

Я взял себя в руки. Сделал глубокий вдох.
— Верно. Спасибо. Я скоро буду… чёрт, дай мне пару дней. Где тебя отыскать?
— Я держу бар в Кореа-таун. Я там каждый день.
Он дал мне адрес, у отеля Нормандия, и телефон.

Не уверен, кто больше удивился. Он — моему решению приехать, или я — тому, что у него есть собственный бизнес. Когда я последний раз видел Алекса, он был мелким мошенником в Голливуде, при помощи магии разводил лохов на наличку. Иисусе, что ещё изменилось?

— Там будет вышибала, — предупредил он. — Скажешь ему, что ко мне, он пропустит тебя.
— Похоже, что вход только для избранных, — предположил я.
— Предпочитаю держать всякий сброд на расстоянии.
— Пересечемся.

Я повесил трубку, слишком поздно поняв, что так и не задал ни один из тех вопросов о Люси. Я бы перезвонил, но звонки подобного сорта не оставляют входящего номера.
Я взял дыхание под контроль, сражаясь с желанием шваркнуть телефоном об стену. Не помогло.
Они говорили — я не могу вернуться домой. Похоже, я скоро узнаю — верно ли это.

============================================================
[1] Человек в картинках – герой сборника рассказов Рэя Бредбери, покрытый татуировками, каждая из которых показывает свою историю.
[2] Ориндж Каунти – округ Ориндж в Южной Калифорнии, известен океанскими пляжами, Диснейлендом и размеренным образом жизни.
[3] Дублон – испанская золотая монета, которая чеканилась в 16-18 веках. Была популярна в Новом Свете, куда попала вместе с конкистадорами, и часто присутствовала в пиратских кладах.
============================================================

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/54243/237801

Переводчики: Twilence, Mariya_mirabella, elenjtevi, mikeOS