Готовый перевод A Game of Thrones / Игра престолов: Глава VII, Арья

Стежки снова выходили кривыми.

Арья насупилась и уныло на них взглянула. Затем посмотрела на свою сестру Сансу, сидевшую среди других девочек. Её работа была безупречной. «Вышивка Сансы — одно загляденье, как и она сама», — как-то сказала септа Мордейн её матери, — «У неё такие изящные, нежные руки.» Когда леди Кейтлин спросила об Арье, септа только фыркнула: «Арье бы в кузне молотком размахивать.»

Она украдкой бросила взгляд через комнату, опасаясь, что септа Мордейн прочтёт её мысли, но сегодня та не удостаивала её и толикой внимания. Она сидела подле принцессы Мирцеллы, рассыпаясь в улыбках и восхищении. Не часто выпадает простой септе обучать принцесс женским ремёслам, сказала она, когда королева привела Мирцеллу заниматься. Арья подумала, что если стежки Мирцеллы и выглядели немного кривыми, то по кудахтанью септы Мордейн этого точно не скажешь.

Она снова изучила свою работу, чтобы понять, можно ли её спасти, вздохнула, опустила иглу и мрачно взглянула на сестру. Санса весело болтала во время работы. Бет Кассель, маленькая дочурка сира Родрика, сидела у её ног и ловила каждое её слово, а Джейни Пул, наклонившись к её уху, что-то шептала.

— О чём вы шепчетесь? — вдруг спросила Арья.

Джейни метнула испуганный взгляд, Санса смутилась, Бет вспыхнула. Никто не ответил.

— Рассказывайте, — сказала Арья.

Джейни оглянулась, чтобы убедиться, что септа Мордейн их не слышит. Мирцелла что-то сказала, и септа и другие женщины рассмеялись.

— Мы говорили о принце, — ответила Санса своим нежным, как поцелуй, голосом.

Арья поняла, которого именно принца они имеют в виду — Джоффри, конечно. Того, высокого и красивого. На пиру Сансу посадили с ним. Арью посадили с маленьким и толстым. Ну, разумеется.

— Джоффри нравится твоя сестра, — прошептала Джейни так гордо, будто имела к этому какое-то отношение. Она была дочерью управляющего Винтерфеллом и задушевной подругой Сансы. — Он ей сказал, что она очень красивая.

— Он собирается на ней жениться, — маленькая Бет мечтательно, обнимая себя за плечи. — И тогда Санса станет королевой всего королевства.

У Сансы хватило совести залиться краской. Краснела она очень мило. Она всё делает очень мило, подумала Арья со смутной обидой.
— Бет, не выдумывай, — упрекнула Санса малышку, нежно погладив её по волосам, смягчая резкость своих слов. Затем взглянула на Арью. — Что ты думаешь о принце Джоффри? Он очень галантен, как ты считаешь?

— Джон говорит, он похож на девчонку, — сказала Арья.

Санса вздохнула, продолжая вышивать.
— Бедняга Джон, он завидует, потому что бастард.

— Он наш брат, — сказала Арья чересчур громко, и её голос прорезал полуденную дремоту комнаты.

Септа вскинула глаза. У неё было тощее лицо, острые глазки и тонкий, кажущийся безгубым рот, будто специально созданный, чтобы сурово кривиться. Вот и сейчас губы сердито поджались.
— Дети, о чём вы говорите?

— Он наш сводный брат, — поправила Санса сестру тихо, но строго. Затем улыбнулась септе. — Мы с Арьей обсуждали, как приятно, что принцесса провела с нами весь день.

Септа кивнула.
— О, да, она оказала нам великую честь.
Принцесса Мирцелла несмело улыбнулась комплименту.
— Арья, почему ты не за работой? — спросила септа. — Она поднялась, и накрахмаленные юбки зашуршали, когда она двинулась через комнату. – Дай взглянуть на твоё шитьё.

Арье хотелось завопить. Это было так похоже на Сансу – взять и привлечь внимание септы.
— Вот, — сказала она, предъявляя работу.

Септа изучала ткань.
— Арья, Арья, — сказала она, — Так не годится. Совсем не годится.

Все глядели на неё. Это было уж слишком. Санса была хорошо воспитана, чтобы улыбаться позору сестры, но Джейни самодовольно ухмылялась. Даже принцесса Мирцелла глядела на неё с жалостью. Арья почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Она вскочила со стула и бросилась к двери.

— Арья, вернись! — позвала её септа, — Больше ни шагу! Уж твоя мать узнает об этом. И это перед нашей принцессой? Ты всех нас опозоришь!

Арья остановилась в дверях и обернулась, закусив губу. Слёзы уже бежали по щекам. Она заставила себя слегка поклониться Мирцелле.
— С вашего позволения, госпожа.

Мирцелла, хлопая глазами, посмотрела на своих фрейлин. Но если ей и не доставало решительности, то про септу Мордейн этого не скажешь.
— Куда это ты отправилась, Арья? — требовательно сказала она.

Арья бросила острый взгляд на септу.
— Я должна сходить подковать коней, — ответила она светским тоном, наслаждаясь выражением шока на лице септы. После этого она развернулась и выбежала вон, удирая по лестнице со всех ног.

Несправедливо, что Сансе досталось всё. Сестра была на два года старше, и, похоже, к тому времени, как появилась Арья, на её долю уже ничего не осталось. Во всяком случае, ей так часто казалось. Санса умела шить, танцевать и петь. Она писала стихи. Она разбиралась в моде. Она умела играть на лире и колокольчиках. И что хуже всего, она была красавицей. От матери Сансе достались высокие изящные скулы, густые золотисто-каштановые волосы Талли. Арья унаследовала внешность отца - тусклые, тёмные волосы, мрачное, лишённое улыбки лицо. Джейни часто дразнила её «лошадиной физиономией» и изображала ржание всякий раз, как та появлялась поблизости. Ужасно обидно, ведь Арья гораздо лучше сестры держалась в седле и управлялась по хозяйству, а Санса даже толком не умела складывать цифры. Если она соберётся замуж за принца Джоффа, Арья от души пожелала бы ему обзавестись хорошим управляющим.

Нимерия ждала её в караульной у лестницы и тут же вскочила на ноги, едва завидев хозяйку. Арья хмыкнула. Пусть она никому и не нравится, зато волчонок её обожает. Они были неразлучны, Нимерия даже спала с ней в комнате, прямо на постели в ногах. Не запрети ей мать, Арья взяла бы волчонка с собой на урок шитья. Пусть тогда септа Мордейн попробовала бы обругать её работу.

Нимерия нетерпеливо покусывала хозяйку за руки, пока та её отвязывала. У волчонка были такие жёлтые глаза, что на солнце блестели, как две золотые монеты. Арья назвала её в честь воинственной королевы ройнарцев, которая привела свой народ из-за Узкого моря. Из-за кличек они поссорились с Сансой. Сестра, конечно же, назвала своего щенка Леди. Арья скорчила рожицу и крепко стиснула волчонка в объятиях. Нимерия лизнула её в ухо, и Арья хихикнула.

Наверняка септа Мордейн уже пожаловалась её матери. Если она пойдет в свою комнату, там её сразу отыщут. Арью это не слишком заботило, но у неё была идея получше. У мальчишек идёт занятие во дворе, и она хотела посмотреть, как Робб уложит этого напыщенного принца на лопатки.
— Идём, — шепнула она Нимерии.
Она вскочила на ноги и бросилась бежать так быстро, что щенок едва за ней поспевал.

Между Оружейной и Большой башней был крытый мост, откуда весь двор был как на ладони. Туда они и направились.

Когда они примчались на мостик, возбуждённые и запыхавшиеся, то обнаружили Джона, который расслабленно сидел на подоконнике, подтянув колено к подбородку. Он наблюдал за происходящим внизу так увлечённо, что не замечал их приближения, пока его белый волк не двинулся им навстречу. Нимерия с опаской подошла поближе, и Призрак, который уже был гораздо больше своих родичей, обнюхал её, осторожно куснул за ухо и уселся обратно.

Джон с любопытством взглянул на Арью.
— Разве ты не должна сейчас пыхтеть над вышиванием, сестрёнка?

Арья скривилась.
— Я хотела посмотреть на драку.

— Тогда полезай сюда, — улыбнулся Джон.

Арья вскарабкалась на перила и уселась рядом с ним. Снизу, со двора, доносились разнообразные шлепки и глухие удары.

К её разочарованию, муштровали младших мальчишек. Брана так укутали мягкой защитой, что казалось, будто он замотан в перину, а принц Томмен, который сам по себе был пухлым, положительно напоминал шарик. Они сопели и пыхтели, молотя друг друга тренировочными деревянными мечами под бдительным взором старика Родрика Касселя, оружейного мастера.
Он был человеком очень дородным, с великолепными седыми бакенбардами. Слышались возгласы одобрения от зрителей – дюжины мужчин и юнцов, и голос Робба звучал громче остальных. Рядом с ним Арья заметила Теона Грейджоя в своём чёрном камзоле, украшенном золотым кракеном, символом его Дома. Лицо его выражало презрение.
Оба бойца едва стояли на ногах, хотя Арья думала, что сражаются они не так уж недолго.

— Таскать доспехи утомительнее, чем иголку с ниткой, — заметил Джон.

— Таскать доспехи веселее, чем иголку с ниткой, — парировала Арья.
Джон хмыкнул, протянул руку и взлохматил её волосы. Арья вспыхнула. Они всегда были близки. Джон был похож на отца, как и она сама, и эти двое были единственными из детей, кто унаследовал его внешность. Робб, Санса, Бран и даже маленький Рикон — все они пошли в Талли, улыбчивые и огненноволосые. Когда Арья была совсем маленькой, она боялась, что она тоже бастард, и именно Джон тогда развеял все страхи и успокоил её.

— А ты почему не во дворе? — спросила Арья.

Джон едва заметно улыбнулся.
— Бастардам не положено лупить юных принцев. Все синяки, которые они получают на тренировках, должны принадлежать мечам законнорожденных.

— О, — смутилась Арья. Она должна была догадаться. Второй раз за день Арья подумала, что жизнь несправедлива. Она поглядела, как её младший брат нападает на Томмена. — У меня получилось бы не хуже Брана. Мне девять, а ему только семь.

Джон окинул её взглядом, умудрённым житейским опытом четырнадцатилетнего мальчишки.
— Ты слишком тощая, — сказал он и взял её руку, чтобы пощупать мускулы. Затем вздохнул и покачал головой. — Сомневаюсь, что ты сможешь поднять меч, не говоря о том, чтобы им размахивать.

Арья выдернула руку и сердито на него взглянула. Джон снова потрепал её по волосам, и они стали смотреть, как Бран и Томмен кружат вокруг друг друга.

— Видишь принца Джоффри? — спросил Джон.

Сперва она не разглядела, но потом заметила его позади всех, в тени каменной стены. Он был в окружении людей, которых она не знала, молодые оруженосцы в ливреях Ланнистеров и Баратеонов, сплошь незнакомцы. Среди них было несколько мужчин постарше, должно быть, рыцари.

— Глянь, какой герб на накидке, — подсказал Джон.

Арья присмотрелась к гербу, вышитому на защитной накидке принца. Слов нет, вышивка очень изящна. Герб был разделён на две равные части: на одной стороне олень с венцом — символ королевского Дома, на другой — лев Ланнистеров.

— Ланнистеры такие зазнайки, — заметил Джон, — Думаешь, королевского символа достаточно, но нет. Он приравнивает Дом своей матери к королевскому.

— Но она тоже важная особа! — возразила Арья.

Джон хмыкнул:
— Может быть, тебе следует поступить так же, сестрёнка. Объедини Талли и Старков на своём гербе.

— Волк и рыбина в его пасти? — рассмеялась она, — Получится глупость. К тому же, если девочки не могут сражаться, зачем им накидки с гербами?

Джон пожал плечами.
— Девчонки получают герб, но не меч. Бастарды — наоборот. Не я выдумал эти правила, сестричка.

Со двора послышался вскрик. Принц Томмен барахтался в пыли, пытаясь подняться и снова падая. В своих защитных доспехах он напоминал черепаху, которую перевернули на спину. Бран стоял над ним с поднятым деревянным мечом, готовый снова ударить, как только Томмен поднимется на ноги. В толпе послышались смешки.

— Довольно! — крикнул сир Родрик. Он подал руку принцу и рывком поставил на ноги. — Вы хорошо сражались. Лью, Доннис, помогите им раздеться. Он огляделся. — Принц Джоффри, Робб, не желаете сразиться следующими?

Робб, который изнывал от нетерпения во время предыдущей схватки, тут же вышел вперёд.
— С радостью.

Джоффри вышел на свет, откликаясь на вызов сира Родрика, и его волосы заблестели словно золотые нити. Вид у него был скучающий.
— Это игры для детей, сир Родрик.

Теон Грейджой издал резкий смешок.
— Вы и есть дети, — насмешливо сказал он.

— Может, Робб и ребёнок, — сказал Джоффри, — Я — принц. И мне наскучило бить Старков игрушечным мечом.

— Ты получил ударов больше, чем нанёс, Джофф, — ответил Робб. — Ты что, боишься?

Принц взглянул на него.
— О, я в ужасе. Ты ведь намного старше меня.
Кто-то из людей Ланнистеров засмеялся.

Джон смотрел на них, нахмурив брови.
— Джоффри настоящий маленький поганец, — сказал он Арье.

Сир Родрик задумчиво потеребил свои бакенбарды.
— Что вы предлагаете? — спросил он принца.

— Настоящую сталь.

— Договорились, — запальчиво ответил Робб — Ты пожалеешь.

Оружейный мастер успокаивающе положил руку на его плечо.
— Это слишком опасно. Я разрешаю вам биться только на турнирных мечах с затупленными краями.

Джоффри ничего не сказал, но высокий, незнакомый Арье рыцарь, с чёрными волосами и шрамами от ожогов на лице вышел вперёд и закрыл собой принца.
— Это твой принц. Кто ты такой, чтобы запрещать ему сражаться боевым мечом?

— Я мастер над оружием в Винтерфелле, было бы неплохо с вашей стороны не забывать об этом.

— Ты здесь баб тренируешь? — поинтересовался рыцарь с ожогами. Его мускулы вздувались, как у быка.

— Я учу рыцарей, — поправил сир Родрик, — Они возьмут в руки сталь, когда будут готовы. Когда вырастут.

Рыцарь взглянул на Робба.
— Сколько тебе лет, парень?

— Четырнадцать, — ответил Робб.

— Я убил человека в двенадцать. И уж будь покоен, не бутафорским мечом.

Арья увидела, как ощетинился Робб. Его самолюбие было уязвлено. Он повернулся к сиру Родрику.
— Позвольте мне. Я смогу его побить.

— Тогда бей турнирным клинком, — ответил сир Родрик.

Джоффри пожал плечами.
— Найди меня, когда подрастёшь, Старк. Постарайся не слишком состариться. — Снова послышался смех от людей Ланнистеров.

Ругань Робба была слышна во всём дворе. Арья в ужасе прикрыла рот рукой. Теон Грейджой тянул Робба за руку, чтобы оттащить от принца. Сир Родрик с тревогой пощипывал бороду.

Джоффри притворно зевнул и повернулся к младшему брату.
— Идём, Томмен, — сказал он, — Время игр кончилось. Оставим детей с их шалостями.

Это заявление вызвало ещё больше смеха в рядах Ланнистеров и проклятий со стороны Робба. Сердитое лицо сира Родрика стало свёкольно-красным под его белой бородой. Теон удерживал Робба железной хваткой, пока принцы и их свита не удалились на безопасное расстояние.

Джон наблюдал, как они уходили, а Арья в то время наблюдала за ним. Его лицо стало невозмутимым, как гладь водоёма в сердце богорощи. Наконец он слез с окна.
— Представление закончилось, — сказал он и почесал Призрака за ушами. Белый волк поднялся и потёрся об него. — Беги быстрее в свою комнату. Септа Мордейн наверняка будет искать тебя там. И чем дольше ты где-то прячешься, тем тяжелее будет искупление. Думаю, ты будешь вышивать всю зиму. Когда наступит весенняя оттепель, твоё бездыханное тело найдут с иголкой в застывших пальцах.

Арье это смешным не показалось.
— Ненавижу шитьё! — сказала она отчаянно. — Это несправедливо!

— В мире нет справедливости, — сказал Джон.
Напоследок он еще раз взлохматил её волосы и ушёл. Призрак беззвучно двинулся вслед. Нимерия было последовала за ними, но остановилась, поняв, что хозяйка не двинулась с места.

Арья нехотя направилась в другую сторону.

Всё было гораздо хуже, чем думал Джон. В комнате её ждала не только септа Мордейн. Там была её мать.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56521/251465

Переводчики: Galatea23