Готовый перевод A Game of Thrones / Игра престолов: Глава XII, Эддард

Король послал за ним в предрассветный час, когда весь мир еще был сер и неподвижен.

Алин грубо растолкал его, и когда Нед, толком не очнувшись от сна, поплёлся навстречу утреннему морозцу, то обнаружил, что его коня оседлали, а сам король уже сидит верхом. Роберт надел толстые коричневые перчатки и тяжёлую меховую накидку с капюшоном, прикрывающим уши. Он был похож на медведя, который вдруг уселся верхом на лошадь.
— Подымайся, Старк! — пророкотал Роберт, — Вставай, вставай! Нам нужно обсудить важные государственные дела.

— Разумеется, — ответил Нед, — Входите, ваше величество.

Алин приподнял полог шатра.
— Нет, нет, нет, — сказал Роберт, и каждое слово обращалось облачком пара. — В лагере полно лишних ушей. К тому же я хочу прокатиться верхом и ознакомиться с твоими землями.
За его спиной Нед заметил ожидающих их сира Бороса, сира Меррина и дюжину стражников. Ничего не оставалось, как протереть глаза, одеться и влезть на лошадь.

Роберт пустил своего огромного чёрного коня иноходью, Нед ехал рядом, стараясь не отставать. Во время поездки он попробовал о чём-то спросить короля, но порывы ветра уносили слова прочь, Роберт его не услышал. Дальше Нед ехал в молчании. Скоро они оторвались от остальных и помчались через холмистые равнины, темнеющие в утреннем тумане. Стража немного отстала, и их уже никто не мог услышать, но Роберт не усмирил коня.

Уже совсем рассвело, когда они взлетели на гряду низких холмов, и тут король остановился — они были уже в миле от отряда. Роберт раскраснелся и пришёл в весёлое расположение духа. Нед остановил коня рядом с ним.
— Боги, — рассмеялся король, — Как же хорошо сбежать и проехаться верхом по-человечески! Клянусь тебе, эти черепашьи прогулки любого сведут с ума. — Он не славился терпением, Роберт Баратеон. — Клятая повозка забирается на каждую кочку с таким скрипом и треском, будто это гора. Даю слово, если у этой жалкой телеги поломается ещё хоть одна ось, я сожгу её, и пусть Серсея идёт пешком.

— С радостью одолжу вам факел, — с улыбкой сказал Нед.

— Ты порядочный человек, — Роберт хлопнул его по спине. — Я не прочь сейчас бросить их всех тут и просто ехать дальше.

Улыбка тронула губы Неда.
— Полагаю, так и есть.

— Конечно, так и есть! Что скажешь, Нед? Только мы вдвоём, рыцари-бродяги на Королевском тракте, мечи при нас, и только боги ведают, что там впереди. Может быть, сегодня дочка фермера или служанка в таверне согреет наши постели.

— Если бы, — ответил Нед, — Теперь мы связаны обязательствами, мой король. Перед государством, перед нашими детьми. У меня долг перед моей женой, у вас — перед королевой. Мы уже не те мальчишки, что раньше.

— Тебя и раньше трудно было назвать мальчишкой, — проворчал Роберт, — Тем досаднее. И всё-таки однажды…как бишь её? Помнишь, та простушка? Бекка? Ах, нет, она была моей, благословят Боги её чёрные волосы и такие огромные прелестные глаза, что в них можно утонуть. А твою звали…Элина? Нет. Ты ведь говорил мне как-то. Может, Меррил? Я имею в виду мать твоего бастарда.

— Её звали Вилла, — с холодной учтивостью ответил Нед, — Я бы предпочёл о ней не говорить.

— Вилла. Да, — усмехнулся король, — Вероятно, она была исключительной девицей, если заставила почтенного лорда Эддарда Старка забыться хотя бы на час. Ты никогда мне не рассказывал, какая она.

Нед сердито поджал губы.
— Не буду и впредь. Прошу, Роберт, если вы на самом деле любите меня так, как говорите. Я обесчестил себя, обесчестил Кейтлин перед всеми богами и людьми.

— Помилуй Семеро, ты едва её знал.

— Я взял её в жёны, и она уже носила моего ребёнка.

— Ты слишком строг к себе, Нед. Как всегда. Ни одна женщина не захочет видеть у себя в кровати Бейлора Блаженного. — Он хлопнул ладонью по колену. — Что ж, не буду настаивать, если ты так серьёзно к этому относишься. Хотя клянусь, временами ты бываешь таким колючим, что тебе впору нарисовать на своём гербе ежа.

Утреннее солнышко потянулось сквозь белёсую пелену тумана лучами, а под ними широко раскинулась равнина, пустынная и бурая. Но её монотонный пейзаж там и сям сменяли многочисленные невысокие холмы, поросшие лесом. Нед указал на них королю:
— Курганы первых людей.

— Мы что, угодили прямо на кладбище? — хмуро спросил Роберт.

— На Севере курганы повсюду, ваше величество, — ответил Нед, — Края не сыскать древней.

— Что пробирает до костей, — буркнул Роберт, плотнее кутаясь в накидку. На самой дальней гряде холмов показался отряд и начал подниматься к ним. — Но я притащил тебя сюда не затем, чтобы, чтобы рассуждать о могилах или спорить о твоём бастарде. Ночью был гонец от лорда Вариса из Королевской Гавани. Держи. — Король вытащил бумагу из-за ремня и отдал Неду.

Евнух Варис был королевским мастером над шептунами. Он служил Роберту, как однажды служил Эйерису Таргариену. Нед с тревогой развернул свиток, решив, что речь в нём о Лизе и её ужасном положении, но послание касалось не леди Аррен.
— Источник информации?

— Ты ведь помнишь сира Джораха Мормонта?

— Уж лучше бы забыл, — отрезал Нед.
Мормонты с Медвежьего острова были древним родом, уважаемым и благородным, но в их далёких землях царили бедность и холод. Сир Джорах попытался поправить материальное положение семьи, продав несколько браконьеров в рабство в Тироше. Так как Мормонты были вассалами Старков, его проступок позорил весь Север. Нед предпринял долгую поездку на Медвежий остров, но по приезду обнаружил, что сир Джорах сел на корабль и ускользнул от меча Неда и королевского правосудия. С тех пор минуло пять лет.

— Сир Джорах сейчас в Пентосе, он жаждет заработать королевское прощение, чтобы вернуться из изгнания, — пояснил Роберт. — Лорду Варису он там очень пригодился.

— Значит, работорговец стал шпионом, — с отвращением сказал Нед, возвращая письмо, — Лучше бы он стал покойником.

— Варис утверждает, что шпионы намного полезнее покойников, — ответил Роберт, — Но хватит о нём. Что думаешь по поводу его донесения?

— Дейенерис Таргариен вышла замуж за короля кочевников. Что с того? Пошлём ей свадебный подарок?

Король хмурил брови.
— Разве что кинжал. Хорошо заточенный кинжал в руках смельчака, который умеет с ним обращаться.

Нед не стал изображать удивление. Ненависть, которую король питал к Таргариенам, граничила с помешательством. И он помнил ссору, когда Тайвин Ланнистер предъявил Роберту трупы жены Рейегара и его детей в знак своей преданности. Нед назвал это убийством, Роберт — войной. И когда Нед возразил, что принц и принцесса всего лишь дети, его новоиспечённый король ответил: «Не вижу ничего, кроме драконова отродья».
Даже Джон Аррен был не в состоянии унять разразившуюся бурю. Одержимый холодной яростью, Эддард Старк вскочил на коня и отбыл на Юг в тот же день, чтобы сразиться в последних схватках той войны. В тот раз примирению послужила другая смерть, смерть Лианны. Горечь её утраты они разделили вместе.

На этот раз Нед призвал все силы, чтобы сдержаться.
— Ваше величество, девчонка едва вышла из детского возраста. Вы не Тайвин Ланнистер чтобы губить невинное дитя.
Говорили, малышка-дочка Рейегара кричала, когда её выволокли из-под кроватки прямо на мечи. Мальчик был и вовсе новорожденным младенцем, которого отняли от груди матери и размозжили его голову об стену.

— И как долго девчонка будет невинной? – Роберт упрямо поджал губы, — Скоро она раздвинет ноги и начнёт рожать драконьих выкормышей, чтобы досаждать мне.

— Тем не менее, — сказал Нед, — убийство ребёнка…это гнусно, как…не выразить словами...

— Не выразить словами? — взревел король, — То, что сделал Эйерис с твоим братом Бранданом — вот что не выразить словами. Как умер твой отец — вот что не выразить словами! Думаешь, сколько раз он изнасиловал твою сестру? Сколько сотен раз? — Он так повысил голос, что конь под ним заволновался и тихо заржал. Король ослабил поводья, успокаивая его, и сердито ткнул пальцем в Неда. — Я буду убивать каждого Таргариена, который попадётся ко мне в руки, пока они все не перемрут, как их драконы, а затем помочусь на их могилы.

Нед прекрасно знал, что с Робертом лучше не спорить, когда он в таком гневе. Если уж годы не уменьшили жажду мщения, никакие слова тут не помогут.
— Но этих Таргариенов не ухватить, не так ли? — спросил он осторожно.

— Проклятье, нет. Какой-то торговец сыром из Пента, чума на него, закрылся с ними у себя в поместье в окружении боевых евнухов. А теперь он их отдал дотракийцам. Мне следовало разобраться с ними много лет назад, когда до них было легко добраться, но от Джона проку было столько же, сколько от тебя. Сам виноват, раз послушал его.

— Джон Аррен был мудрым человеком и хорошим десницей.

Роберт фыркнул. Ярость утихла так же внезапно, как и вспыхнула.
— Там говорится, у этого кхала Дрого сто тысяч человек в орде. Интересно, что бы на это сказал Джон?

— Он бы сказал, что даже миллион дотракийцев не угрожают королевству, пока обретаются на другом берегу Узкого моря, — невозмутимо ответил Нед, — У варваров нет кораблей. Они боятся открытого моря и ненавидят его.

Король заёрзал в седле.
— Возможно. Хотя корабли имеются в Вольных Городах. Говорю тебе, Нед, не нравится мне этот брак. В Семи Королевствах ещё есть те, кто называет меня Узурпатором. Ты забыл, сколько Домов сражалось на стороне Таргариенов в той войне? До сих пор они выжидали, но дай им хоть намёк на шанс, и меня убьют в моей же постели. А заодно и моих сыновей. Если Их Величество Попрошайка приплывёт сюда с ордой дотракийцев, предатели тут же встанут на его сторону.

— Не приплывёт, — пообещал Нед, — А если нам сильно не повезёт, и он всё же объявится, то мы сбросим его в море. Как только вы назначите нового хранителя Востока…

Король застонал.
— В последний раз: я не назову сына Аррена хранителем. Я знаю, он твой племянник, но раз уж Таргариены полезли в койку к дотракийцам, было бы безумием взваливать четверть королевства на плечи болезненного мальчишки.

Нед был готов к такому ответу:
— Но нам всё равно нужен хранитель Востока. Если не Роберт Аррен, назовите одного из своих братьев. Станнис хорошо себя показал при осаде Штормовых земель.

Имя повисло в воздухе. Король нахмурился и ничего не сказал. Выглядел он смущённо.

Нед, наблюдая за ним, медленно продолжил:
— Если, конечно, вы уже не пообещали этот титул кому-то ещё.

На миг, надо отдать должное, Роберт выглядел обеспокоенным. Но спустя этот миг тревогу сменило раздражение.
— Что, если так?

— Это ведь Джейме Ланнистер, не так ли?

Роберт хлопнул коня по спине, чтобы тот трогался, и начал спускаться с кряжа в направлении курганов. Нед двинулся следом. Король ехал, глядя прямо перед собой.
— Да, — произнёс он наконец одно единственное слово, чтобы закончить спор.

— Значит, Цареубийца, — произнёс Нед. Получается, слухи не врали. Теперь он знал наверняка, что ступает по опасной почве. — Несомненно, талантливый и мужественный человек, — продолжил он осторожно, — Но его отец — хранитель Запада, Роберт, и со временем сир Джейме унаследует этот титул. Никто не может быть хранителем сразу и Востока, и Запада. — Он умолчал о том, что его волновало на самом деле — вместе с титулом в лапы к Ланнистерам попадёт пол-армии королевства.

— Мечами будем размахивать, когда враг выйдет на поле, — ответил король упрямо, — Тайвин Ланнистер кажется вечным, как Бобровый Утёс. Сомневаюсь, что Джейме посчастливиться унаследовать что-то в ближайшее время. Не досаждай мне, Нед, всё уже решено.

— Ваше величество, могу я говорить откровенно?

— Кажется, я не в силах тебя остановить, — пробурчал Роберт, пробираясь через высокую бурую траву.

— Вы доверяете Джейме Ланнистеру?

— Они с моей женой близнецы, он принёс клятву братства Королевской гвардии, его жизнь, благополучие и честь зависят от меня.

— Так же, как они зависели от Эйериса Таргариена, — заметил Нед.

— Почему бы мне не доверять ему? Он делал всё, о чём я его когда-либо просил. Его меч помог завоевать трон, на котором я сижу.

«Его меч помог опозорить этот трон», — подумал про себя Нед, но не позволил этим словам сорваться с языка.
— Он поклялся ценой собственной жизни защищать короля. А затем перерезал ему глотку мечом.

— Седьмое пекло, кто-то же должен был прикончить Эйериса! — сказал Роберт, внезапно натягивая поводья и останавливаясь у древнего кургана, — Если бы его не прирезал Джейме, это сделал бы кто-нибудь из нас.

— Но мы не были связаны клятвой Королевской гвардии, — возразил Нед. Он решил, что королю пора узнать всю правду здесь и сейчас. — Вы помните Трезубец, ваше величество?

— Я добыл там свою корону, как я могу забыть?

— Вас ранил Рейегар, — напомнил Нед, — Когда войско Таргариена было разбито и бежало, вы поручили мне преследовать его. Остатки армии бежали обратно в Королевскую Гавань, мы шли за ними по пятам. Эйерис оставался в Красном замке, а с ним несколько тысяч его сторонников. Я ожидал, что мы наткнёмся на запертые ворота.

Роберт нетерпеливо кивнул.
— А вместо этого увидел, что наши люди уже взяли город. Что с того?

— Не наши люди, — терпеливо пояснил Нед, — Люди Ланнистеров. Над крепостной стеной реяло знамя со львом, а не с оленем. Они вероломством захватили город.

Война свирепствовала уже почти год. Лорды больших и малых земель стекались под знамёна Роберта, но были и те, кто оставались верны Таргариену. Могущественный Дом Ланнистеров с Бобрового Утёса, хранителей Запада, воздерживался от участия в борьбе, игнорируя призывы к оружию и от бунтарей, и от сторонников короля. Эйерис Таргариен, должно быть, решил, что боги услышали его просьбы, когда лорд Тайвин Ланнистер появился перед воротами со своей армией в двенадцать тысяч воинов и заявил о своей преданности. И тогда безумный король отдал свой последний безумный приказ. Он открыл ворота и впустил в свой город львов.

— Таргариены не раз разменивались на предательство — сказал Роберт, снова закипая, — Ланнистеры отплатили им той же монетой. Драконы получили ровно то, что заслужили. Я не буду мучиться бессонницей по этому поводу.

— Вас там не было, — с горечью в голосе сказал Нед.
Для него бессонница была обычным делом. Ложь, с которой он жил четырнадцать лет, всё ещё преследовала его по ночам. — Такая победа не делает нам чести.

— Да чтоб Иные побрали твою честь! — выругался Роберт, — Разве Таргариены что-то о ней знают? Спустись в свою крипту и спроси Лианну, что она думает о чести драконов!

— Вы отомстили за Лианну на Трезубце, — ответил Нед, останавливаясь рядом с королём.
«Обещай, Нед», — прошептала она.

— И это всё равно её не вернуло, — Роберт смотрел куда-то в серую даль, — Будь прокляты Семеро. Победа, что они подарили мне, была ненастоящей. Корона… Я молил их только об одном. О твоей сестре, целой и невредимой…Чтобы она снова стала моей, как и было предначертано. Я спрашиваю тебя, Нед, что проку от этой короны? Боги глумятся над молитвами королей так же, как и над молитвами пастухов.

— Я не могу ответить за Богов, ваше величество…Лишь могу рассказать, что я увидел, когда въехал в тронный зал в тот день, — ответил Нед, — Мёртвый Эйерис на полу, утонувший в луже собственной крови. Черепа драконов на стенах, люди Ланнистеров повсюду, и Джейме в своём белоснежном плаще Королевской гвардии поверх золотых доспехов. Он всё ещё у меня перед глазами. Даже меч, и тот позолоченный. Он сидел на железном троне, возвышаясь над своими рыцарями, в шлеме в виде головы льва. Как же он блестел!

— Ну, это и так известно, — протянул король.

— Я всё ещё был верхом. Через весь холл я проехал в полной тишине, через коридор драконьих черепов. Мне чудилось, они наблюдали за мной. Я остановился перед троном и взглянул на Джейме. Его меч лежал на коленях, лезвие было красным от крови. Мои люди шли за мной, постепенно заполняя зал. Люди Ланнистеров стали отступать. Я не произнёс ни единого слова, просто глядел на него, сидящего на троне, и ждал. Наконец он рассмеялся и встал с трона. Он снял шлем и сказал мне:. «Не бойтесь, Старк, я только согрел место для нашего друга Роберта. Боюсь, это не самый удобный стул.»

Король расхохотался, откинув голову назад. Его хохот спугнул стайку ворон в высокой траве. Они взвились в воздух, бешено молотя крыльями.
— Ты думаешь, что Ланнистеру нельзя доверять только потому, что он несколько секунд посидел на моём троне? — Он со смехом покачал головой. — Джейме тогда было семнадцать, Нед. Всё равно что мальчишка.

— Мужчина или мальчик, у него не было никаких прав на трон.

— Может, он просто утомился, — предположил Роберт, — Убийство королей — тяжкий труд. Боги не дадут соврать, в этом проклятом зале больше негде пристроить свой зад. Кстати, он сказал правду, это чудовищно неудобное кресло. Во всех смыслах. — Король покачал головой. — Что ж, теперь я знаю о самом ужасном грехе Джейме, и об этом можно забыть. Мне до чёртиков надоели секреты, дрязги и государственные дела, Нед. Так же тоскливо, как медяки считать. Давай прокатимся, как когда-то. Я хочу снова ощутить ветер в волосах.
Он тронул коня и понёсся галопом через курган, а земля за его спиной осыпалась вниз.

Некоторое время Нед не трогался с места. Слова иссякли, на него давило чувство беспомощности. Уже не в первый раз он с задался вопросом, что он делает здесь, зачем поехал. Он не Джон Аррен, чтобы сдерживать бурный нрав короля и учить его мудростям. Как всегда, Роберт будет делать то, что хочет, и ничто сказанное или сделанное Недом этого не изменит. А его место в Винтерфелле. Рядом с горюющей Кейтлин и Браном.

И всё же, человек не может вечно быть там, откуда он родом. Нед толкнул пятками лошадь и поехал вслед за королём.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56521/251758

Переводчики: Galatea23