Готовый перевод A Game of Thrones / Игра престолов: Глава XXI, Тирион

— Вы совершенно уверены, что вам уже пора уезжать? — спросил лорд-командующий.

— Абсолютно, лорд Мормонт, — ответил Тирион, — Мой брат Джейме будет переживать, что со мной сталось. А вдруг он решит, что вы упросили меня сказать вашу клятву?

— Если бы я мог. — Мормонт взял клешню краба и раздавил её в кулаке. Хотя лорд-командующий был уже в летах, сила в его руках была медвежья. — Вы человек умелый и знающий, Тирион. Нам такие люди на Стене нужны.

Тирион широко улыбнулся.
— Я перетряхну Семь Королевств и пришлю вам всех карликов, что отыщу, лорд Мормонт.
Все рассмеялись, а Тирион принялся высасывать мясо из лапки краба. Деликатес прислали из Восточного дозора сегодня утром, в бочонках со снегом. Мясо было ужасно вкусным и сочным.

Однако, за столом нашёлся человек, который не разделял общего веселья.
— Ланнистер потешается над Дозором, — сказал сир Аллисер Торн.

— Нет, только над вами, — ответил Тирион, и на этот раз смешки были робкими и неуверенными.

Чёрные глаза Торна с ненавистью сверлили Тириона.
— Слишком длинный язык для такого коротышки. Предлагаю вам прогуляться вместе со мной во дворе.

— Зачем? — спросил Тирион, — Крабы ведь здесь?

Это замечание породило новую волну смеха. Сир Аллисер поднялся, поджав губы.
— Посмотрим, как вы будете шутить со сталью в руке.

Тирион тут же взглянул на свою правую руку.
— Но позвольте, сир Аллисер, я и так держу в руке сталь, хоть она и похожа на вилку для крабов. К барьеру! — Он вскочил на кресло и начал делать выпады, целясь в грудь Торну крохотной вилочкой. Комнату потряс новый взрыв хохота. Лорд-командующий подавился от смеха, и из его рта вылетели крошки мяса. Даже его ворон присоединился всеобщему веселью, оглушительно каркая с окна:
— Дуэль! Дуэль! Дуэль!

Сир Аллисер выпрямился, вышел из комнаты так, словно аршин проглотил.

Мормонт всё ещё задыхался, и Тирион постучал по его спине.
— Все трофеи — победителю, — объявил он, — Порция крабов сира Аллисера достаётся мне.

Наконец, лорд-командующий справился с кашлем.
— Опасный вы человек, раз дразните нашего сира Аллисера, — проворчал он.

Тирион уселся на своё место и пригубил вина.
— Если человек рисует на своей груди мишень, пусть не жалуется,если рано или поздно туда прилетит стрела. Скорее покойник оценит шутку, чем ваш сир Аллисер.

— Не совсем так, — возразил Боуэн Марш, который был круглым и вечно красным, как гранат, — Вы наверняка слышали, какие забавные прозвища он придумал для своих подопечных.

Тириону доводилось слышать некоторые клички.
— Могу поспорить, у подопечных тоже найдётся пара прозвищ для него , — ответил он, — Мои добрые господа, стряхните снег со своих глаз. Сир Аллисер Торн должен грести навоз в конюшнях, а не обучать юных бойцов.

— Ночному Дозору хватает конюхов, — проворчал лорд Мормонт, — Нынче, кажется, только их и присылают. Конюхов, воров и отъявленных головорезов. Пока я тут за лорда-командующего, всего несколько рыцарей принесли клятву Дозору. Сир Аллисер — один из них. Он храбро сражался в битве за Королевскую Гавань.

— Да только не на той стороне, — сухо заметил сир Джереми Риккер, — Уж я-то знаю, мы сражались плечом к плечу. Тайвин Ланнистер предоставил нам такой выбор, что просто глаза разбегались: или мы приносим клятву Дозору, или нам отрубят головы ещё до заката. Не обижайтесь, Тирион.

— Ни в коем случае, сир Джереми. Мой отец обожает рубить головы, особенно тем, кто ему докучает. А у вас такое благородное лицо, что он бы с радостью украсил городскую стену над Главными воротами вашей головой. Я думаю, она бы изумительно там смотрелась.

— Благодарю вас, — ответил сир Джереми, сардонически улыбаясь.

Лорд-командующий кашлянул и сказал:
— Боюсь, иногда сир Аллисер всё же прав насчёт вас, Тирион. Вы потешаетесь и над нами, и над нашей благородной целью.

Тирион пожал плечами.
— Всем иногда полезно, чтобы над ним посмеялись, лорд Мормонт. Это помогает человеку не воспринимать себя слишком серьёзно. Ещё вина, будьте любезны. — Он протянул кубок, и Риккер его наполнил.

Боуэн Марш сказал:
— Такой маленький человек, и такая большая жажда.

— О, я не думаю, что лорд Тирион так уж мал, — вдруг изрёк мейстер Эйемон, который сидел в конце стала. Его тихий голос заставил замолчать даже самых именитых господ. Все хотели услышать, что скажет старик. — Я думаю, среди нас он настоящий гигант. Здесь, на краю мира.

— Я слышал много эпитетов в свой адрес, но такого среди них не припомню, — осторожно ответил Тирион.

— И тем не менее, — сказал мейстер Эйемон, и его затуманенные, молочно-белые глаза зашарили по лицу Тириона, — Думаю, это правда.

На мгновение Тирион даже не нашёлся, что ответить. Затем он просто учтиво склонил голову и сказал:
— Вы слишком добры, мейстер Эйемон.

Слепой старик улыбнулся. Он был худой, сморщенный и лысый; ему было сто лет, и его спина так согнулась под весом прожитых лет, что ожерелье из разномастных металлов не лежало на груди, а свободно свисало с шеи.
— Я слышал много эпитетов в свой адрес, но такого среди них не припомню, — ответил мейстер.
На этот раз рассмеялся и сам Тирион.

Уже намного позднее, когда с таким важным предприятием, как ужин, было покончено, Мормонт предложил Тириону кресло у камина и кубок такого крепкого и пряного вина, что оно вышибало слезу.
— Здесь, на Севере, Королевский тракт небезопасен, — сказал Тириону лорд-командующий, когда они выпили.

— Со мной Джик и Моррик, — ответил Тирион, — Да и Йорен опять едет на Юг.

— Йорен едет один. Дозор проводит вас до Винтерфелла, — заявил Мормонт тоном, не допускающим возражений, — Трёх человек должно хватить.

— Если вы настаиваете, милорд, — ответил Тирион, — Тогда пошлите мальчишку Сноу. Он будет рад случаю повидать своих братьев.

Несмотря на густые седые брови Мормонта, было видно, что он нахмурился.
— Сноу? Ах, вы про бастарда Старка. Вряд ли я его отпущу. Новичкам надобно позабыть свою прошлую жизнь, братьев, матерей и прочее. Визит домой только разбередит душу. Уж я-то знаю. Мои родичи... Теперь моя сестра Мэг правит Медвежьим островом вместо моего сына, который заклеймён позором. А своих племянников я даже не видел. — Он глотнул вина, — К тому же, Джон Сноу всего лишь мальчик. Для безопасного путешествия нужны хотя бы три крепких воина.

— Тронут вашей заботой, лорд Мормонт. — От крепкого напитка у Тириона слегка кружилась голова, но он прекрасно понимал, что Старому Медведю что-то нужно от него. — Надеюсь, я могу отплатить за вашу любезность.

— Можете, — без обиняков сказал Мормонт, — Ваша сестра сидит подле короля. Ваш брат — великий воин, а ваш отец — самый влиятельный лорд в Семи Королевствах. Говорите с ними за нас. Расскажите о наших нуждах. Вы видели всё своими глазами, милорд. Ночной Дозор умирает. Нас осталось менее тысячи. Шесть сотен здесь, двести человек в Сумеречной башне, того меньше в Восточном Дозоре. И лишь ничтожная треть — обученные бойцы. Стена тянется сотню лиг. Только представьте: если на нас нападут, я смогу выставить лишь трёх человек на милю.

— Трёх целых и ещё треть, — уточнил Тирион, зевая.

Едва ли Мормонт его расслышал.
— Я послал Бенджина Старка разыскать сынка Йона Ройса, — продолжал он, грея руки у огня, — Он отправился в свою первую разведку и пропал. Парень был зеленее летней травки, но он так настойчиво добивался чести пойти в разведку со своим отрядом... Сказал, что это его долг, как рыцаря. Я не хотел оскорбить его отца отказом и уступил. Решил послать с ним двоих бойцов, полагая, что у них достаточно опыта. Глупец.

— Глупец, — подтвердил ворон. Тирион посмотрел на ворона. Взъерошив перья, птица взглянула на него в ответ глазами, похожими на чёрные бусинки. — Глупец, — повторил ворон.
Старина Мормонт наверняка не обрадуется, если Тирион придушит заразу. Какая жалость.

Лорд-командующий не обращал ни малейшего внимания на вредную птицу.
— Джареду было почти столько же, сколько мне, а на Стене он прожил поболе моего, — продолжал он, — Хоть всё и выглядит так, будто он клятвоотступник и дезертир, я бы никогда в это не поверил, только не он. Но вот лорд Эддард присылает его голову, а о Ройсе нет ни слуху, ни духу. Один сбежал, двое сгинули, а теперь ещё и Бен Старк пропал. — Он тяжко вздохнул. — Кого мне посылать на поиски? Через два года мне стукнет семьдесят, я вымотан и слишком стар для бремени главнокомандующего. Если я уроню свою ношу, кто её подхватит? Аллисер Торн? Или Боуэн Марш? Да не рассмотреть их сущность, это надо ослепнуть на оба глаза, как мейстеру Эйемону. Ночной Дозор превращается в армию угрюмых юнцов и усталых стариков. Не считая публики за сегодняшним столом, может, наберётся ещё двадцать человек, которые умеют читать. Ещё меньше тех, кто способен размышлять, планировать или руководить. Раньше Ночной Дозор был занят строительством в летние месяцы. Каждый лорд-командующий пытался выстроить Стену ещё выше. А теперь мы просто пытаемся выжить.

А ведь он говорит всерьёз, внезапно понял Тирион и почувствовал себя неловко. Лорд Мормонт провёл на Стене большую часть своей жизни, и ему просто необходимо верить, что годы потрачены не зря.
— Я обещаю, король узнает о ваших нуждах, — твёрдо сказал Тирион, — И я обязательно поговорю с моим отцом и Джейме.
Давая обещание, он был намерен сдержать его. Тирион Ланнистер был человеком слова. Единственное, о чём он умолчал, это то, что король Роберт пропустит его слова мимо ушей, лорд Тайвин спросит, в своём ли он уме, а Джейме и вовсе поднимет на смех.

— Вы молоды, Тирион, — сказал Мормонт, — Сколько зим вы пережили?

— Восемь или девять, точно не помню, — пожал плечами Тирион.

— И все они были короткими.

— Полагаю, да, милорд.
Тирион родился в самый разгар зимы, которую мейстеры назвали самой жестокой за последние три года, но самым первым его воспоминанием была весна.

— Когда я был ребёнком, говорили, что за длинным летом всегда следует длинная зима. Это лето длится уже почти девять лет, Тирион, и не за горами десятый. Подумайте об этом.

— А когда я был ребёнком, — ответил Тирион, — моя кормилица говорила, если мы будем паиньками, боги даруют нам вечное лето. Может быть, мы вели себя не так уж плохо, и Великое Лето наконец-то наступило. — И он лучезарно улыбнулся Мормонту.

Лорд-командующий не разделял его веселья.
— Вы далеко не глупец, чтобы верить в это, милорд. Дни становятся короче. Ошибки быть не может, Эйемон переписывается с Цитаделью, и их наблюдения совпадают. Конец лета неотвратим. — Мормонт крепко сжал руку Тириона. — Вы должны заставить их понять это. Говорю вам, милорд, надвигается тьма. Леса кишат чудовищами, лютоволками, мастодонтами и снежными медведями размером с зубра. Во сне мне преследуют тёмные, мрачные тени.

— Мрачные тени во сне, — эхом повторил Тирион, подумав про себя, что ему позарез нужно выпить.

Мормонт не уловил колкости.
— Рыбаки видели белых ходоков на краю Стены, у Восточного Дозора.

На этот раз Тирион дал волю языку.
— А рыбаки из Ланниспорта частенько видят мерлингов.

— Денис Маллистер пишет, что горный народ идёт на Юг, они пытаются прошмыгнуть у Сумеречной. Беженцев больше, чем обычно. Они бегут, милорд... Но от чего? — лорд Мормонт подошёл к окну и устремил взгляд в ночную мглу, — Я стар, но на моей памяти ещё не было такого холода. Заклинаю вас, расскажите королю обо всём, что слышали от меня. Зима близко, и когда наступит Великая Ночь, между королевством и мглой с Севера останется только Ночной Дозор. И да помогут нам Боги, если мы не будем готовы.

— И да помогут Боги мне, если я хотя бы чуток не вздремну. Йорен твёрдо намерен выехать с первыми лучами солнца, — Тирион поднялся на ноги, сонный от вина и смертельно уставший. — Я сердечно благодарю вас за вашу доброту, лорд Мормонт.

— Скажите им, Тирион. Скажите им и заставьте их поверить. Это всё, что мне нужно от вас. — Он свистнул, и ворон перелетел к нему на плечо. Мормонт улыбнулся, достал немного кукурузных зёрнышек из кармана и угостил птицу. Так Тирион его и оставил.

Снаружи свирепствовал мороз. Поплотнее закутавшись в шкуры, Тирион натянул перчатки и кивнул бедолагам, которые мёрзли на посту у Башни Командующего. Затем зашагал по двору в свои покои в Королевской башне, стараясь идти как можно быстрее. Его сапоги с хрустом ломали наст, оставляя на снегу следы, а дыхание парило в воздухе словно флаг. Тирион засунул ладони в подмышки и зашагал быстрее, уповая на то, что Моррик не забыл согреть его постель горячими камнями из камина.

За Королевской башней загадочно поблёскивала в лунном свете громадина Стены. Тирион задержался на секунду и посмотрел на неё внимательнее. Ноги ныли от быстрой ходьбы и холода.

Внезапно его охватило сумасбродное, страстное желание ещё разок заглянуть за край света. Тирион подумал, что это, возможно, последний шанс, ведь назавтра он отправляется на Юг, а он даже представить не мог, по какой такой надобности он бы захотел вернуться в эту студёную пустошь ещё раз. Королевская башня манила его в теплоту, в мягкую постель, но ноги сами понесли его мимо неё, прямо к белой громадине.

По фасаду ввысь бежала деревянная лестница, которая крепилась на грубо отёсанных балках, глубоко вмёрзших в лёд. Извиваясь зигзагом, лесенка была похожа на вспышку молнии. Братья уверяли его, что она гораздо крепче, чем кажется, но ноги Тириона сводило от одного только вида ступеней. Поэтому он двинулся к железной клетке у Стены, залез в неё и с силой дёрнул за верёвку колокола, давая три коротких сигнала.

Ему казалось, что он торчит за решёткой целую вечность, прилипнув спиной к Стене. Во всяком случае, достаточно долго, чтобы успеть удивиться, зачем он вообще сюда полез. Тирион решил было, что его внезапной прихоти не суждено исполниться, и пора на боковую, как клетка вдруг дёрнулась и начала подниматься.

Поначалу она шла вверх неровно, рывками, но затем ход стал более плавным. Земля удалялась, клетка начала раскачиваться, и Тирион изо всех сил вцепился в железные прутья, сквозь толстые перчатки ощущая холод металла. Поднимаясь наверх, он с одобрением отметил, что Моррик зажёг-таки огонь в его покоях. Окна в башне Мормонта были темны. По-видимому, лорд-командующий поступил более благоразумно, чем он.

Затем он оказался над высокими башнями, а клетка поднималась всё выше и выше. В лунном свете Чёрный замок под ногами представал сплошным чёрным силуэтом. Каким голым и пустым он казался отсюда! Окон не видно, стены рушатся, а дворы завалены битым камнем. Вдалеке виднеются огни Кротового Града, маленького поселения, всего пол-лиги к югу по Королевскому тракту. Там и сям сверкают лунные блики на воде, чьи ледяные потоки падают со скалистых обрывов и бегут через бескрайние поля.
Весь мир представлялся безрадостной пустыней, где только ветры гуляют меж холмов, а каменистые равнины сплошь покрыты снегом.

Наконец чей-то низкий голос произнёс:
— Седьмое пекло, да это карлик.
Внезапно подпрыгнув, клетка остановилась и повисла, слегка покачиваясь на скрипучих канатах.

— Тащите, чёрт бы его...
Под кряхтение и громкие стоны деревянных устройств клетка сдвинулась вбок и оказалась над Стеной. Тирион ждал, пока она закончит свой путь, а затем открыл дверцу и спрыгнул на ледяной пол. Он разглядел мощные, чёрные силуэты братьев: один опирался на лебёдку, второй придерживал клетку руками в рукавицах. Их лица были закутаны в шерстяные шарфы по самые глаза, а одежда состояла из бесконечных чёрных слоёв кожи и шерсти.
— И чего только понадобилось посредь ночи? — пробурчал тот, что стоял у лебёдки.

— Бросить прощальный взгляд.

Братья переглянулись.
— Глазейте сколько влезет, главное, не свалитесь со Стены. Не то Старый Медведь с нас живьём шкуру снимет.
Под огромным подъёмником стояла деревянная хибарка. Тирион уловил тусклый свет жаровни и лёгкое тёплое дуновение, когда дверь хибарки открылась — братья вошли внутрь. И он оказался в полном одиночестве.

Здесь, наверху, холод пронизывал до костей, а ветер, словно нетерпеливый любовник, рвал и трепал одежды. Стена была шире Королевского тракта, так что свалиться с неё Тирион не боялся, хотя пол на его взгляд был очень уж скользким. Братья посыпали дорожки каменным крошевом, но ноги дозорных ступали по ним бессчётное количество раз, и лёд таял под их весом, проглатывая камешки и снова делаясь абсолютно гладким. Так что приходилось заново посыпать его каменными обломками.

Но нет на свете трудностей, перед которыми спасовал бы Тирион. Он посмотрел на восток и запад. Стена показалась ему бесконечной дорогой с чёрными обрывами по обе стороны. Почему-то ему захотелось пойти на запад, и он двинулся в выбранном направлении, держась ближе к северному краю Стены: там каменная дорожка была посвежее.

Голые щёки мгновенно покраснели от мороза, ноги с каждым шагом ныли всё сильнее, но Тирион не обращал на это внимания. Вокруг него вертелись снежные вихри, под ногами хрустел гравий, а впереди раскатилась белая лента, повторяя склоны холмов. Она поднималась всё выше и выше, пока не потерялась где-то за западным горизонтом. Тирион прошёл мимо огромной метательной машины, высотой с крепостную стену. Её основание вмёрзло глубоко в Стену, а метательная балка была снята для ремонта да так и позабыта. Механизм напоминал брошенную игрушку, наполовину утонувшую во льдах.

Из-за катапульты его окликнул чей-то приглушённый голос:
— Кто идёт? А ну, стой!

Тирион остановился.
— Если буду стоять слишком долго, Джон, не ровён час, замёрзну на месте, — откликнулся он, пока косматая бледная тень, неслышно скользнувшая к нему, осторожно обнюхивала его шкуры.

Джон Сноу подошёл ближе. Выглядел он гораздо больше и массивнее под слоями кожи и меха. Капюшон плаща полностью скрывал его лицо.
— Ланнистер, — сказал он, оттянув шарф, чтобы открыть рот, — Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть.
В руках у него было тяжёлое и длинное копьё с железным наконечником, на поясе пристёгнут меч в кожаных ножнах, а на груди поблёскивал боевой рог с серебряной каймой.

— Вот уж не ожидал, что меня здесь увидят, — ответил Тирион, — Я здесь по чистой случайности. Скажи, если я поглажу Призрака, он отгрызёт мне руку?

— Нет, пока я рядом, — пообещал Джон.

Тирион почесал белую шёрстку волка между ушей и поймал на себе невозмутимый взгляд красных глаз. Призрак заметно подрос: он стал ему по грудь. Ещё год, и ему придётся смотреть на зверушку снизу вверх, посетила Тириона невесёлая мысль.
— Чем ты тут занимаешься? — спросил он, — Конечно, кроме того, что отмораживаешь себе...

— Меня поставили в ночной караул, — сказал Джон, — Опять. Сир Аллисер оказал мне любезность и дал распоряжение начальнику караулов обратить на меня особое внимание. Наверное, думает, если я проболтаюсь тут полночи, то утром засну на занятиях. Но пока ему рано праздновать победу.

Тирион хмыкнул.
— А Призрак ещё не научился жонглировать?

— Нет, — улыбнулся Джон, — Но сегодня Гренн умудрился выстоять против Халдера, а Пип уже не так часто роняет меч, как обычно.

— Пип?

— Вообще-то, его зовут Пипар. Коротышка с большими ушами. Он увидел, как я учу Гренна и попросил меня помочь. Оказывается, Торн даже не показал ему, как надо меч держать. — Он поглядел на север. — Слушай, мне надо целую милю охранять. Ты прогуляешься со мной?

— Если только медленно, — ответил Тирион.

— Начальник караулов сказал, нужно двигаться, чтобы кровь разогнать, но он ничего не говорил о скорости.

И они побрели по стене, а рядом неспешно скользил Призрак, словно белая тень.
— Завтра я уезжаю, — сказал Тирион.

— Знаю. — В голосе Джона слышалась странная печаль.

— Хочу заехать в Винтерфелл по пути на Юг. Если ты хочешь, чтобы я передал послание...

— Скажи Роббу, что я собираюсь стать лордом-командующим Ночного Дозора. Так что он в безопасности и может сидеть себе и вышивать с девчонками. А меч пусть лучше отдаст Миккену, он из него подков наделает.

— Ну уж, нет, твой брат больше меня, — со смехом ответил Тирион, — Я отказываюсь передавать сообщения, которые могут стоить мне жизни.

— Рикон наверняка спросит, когда я приеду домой. Если получится, объясни ему, куда я подевался. И скажи ему, что он может забрать все мои вещи, пока я не приеду, он будет в восторге.

Люди сегодня то и дело просят его о чём-то, подумал Тирион Ланнистер.
— Ты можешь написать об этом в письме.

— Рикон ещё не умеет читать, а Бран... — Он вдруг остановился. — Я не знаю, что ему сказать. Помоги ему, Тирион.

— Чем я смогу ему помочь? Я не мейстер, чтобы утолить боль, и не чародей, чтобы поставить его на ноги.

— Ты помог мне, когда я в этом нуждался, — ответил Джон.

— Тоже мне, помощь. Одни слова.

— Значит, найди слова и для него.

— Ты просишь хромого обучить калеку танцам, — сказал Тирион, — Как бы ни старался учитель, результат будет жалким. Но я знаю цену братской любви, лорд Сноу. И хоть помощь моя невелика, я сделаю для Брана всё, что в моих силах.

— Благодарю тебя, милорд Ланнистер. — Джон снял перчатку и протянул ему руку. — Друг.

Странно, но Тирион обнаружил, что тронут этим жестом.
— Бастарды всегда считались моими сородичами, — сказал он с улыбкой, — Но ты первый, кто назвал меня другом. — И он тоже стащил перчатку и протянул свою руку Сноу. Пожатие мальчишки было твёрдым и крепким.

Когда они снова надели перчатки, Джон Сноу вдруг отвернулся и подошёл к низким ледяным перильцам на северной стороне. За ними Стена резко обрывалась. За ними были только дикие земли и тьма. Тирион последовал примеру Джона, и они стояли рядом на краю мира, всматриваясь вдаль.

Ночной Дозор не позволял лесу подступать к Стене с севера ближе, чем на полмили. Когда-то здесь были непролазные дебри железных деревьев, вечнозелёных стражей и дубов, но их вырубили много веков назад, чтобы образовалась широкая просека, и у врагов не было ни единого шанса прошмыгнуть незамеченными. Тирион слышал, что кое-где дикие леса снова подбирались к Стене там, где цитадели пустовали. И серо-зелёные деревья и белые чардрева пускали корни в студёной тени Стены. Но Чёрный замок был чудовищно прожорлив, дрова требовались постоянно, и здесь топоры чёрных братьев удерживали лес на расстоянии.

Хотя он никогда не отступал слишком далеко. Тирион видел тёмную полоску деревьев за просекой. Будто там была выстроена вторая стена, повторяющая ледяную, стена вечного мрака. Едва ли там когда-то стучали топоры — даже лунный свет не мог пробиться к перепутанным, старым корням сквозь шипы и хитросплетения ветвей. Деревья там были просто исполинские, и разведчики говорили, что эти гиганты сроду не знавали топора. Не зря братья прозвали это лес Призрачным.

Стоя тут наверху и вглядываясь в темень без единого огонька, чувствуя, как злой ветер и мороз пробирают до костей, Тирион вдруг понял, что почти верит всей этой болтовне про Иных, ворогов в ночи. А шуточки про грамкинов и снарков внезапно перестали казаться такими уж забавными.

— Дядя где-то там, — тихо произнёс Джон, опираясь на копьё и напряжённо вглядываясь в темноту, — Когда меня отправили сюда в первый раз, я подумал — а вдруг дядя Бенджин вернётся именно сегодня, и я первый его увижу и протрублю в рог. А он так и не вернулся. Ни тогда, ни потом.

— Дай срок, — сказал Тирион.

Где-то вдалеке завыл волк. Его клич подхватил другой волк, а затем и третий. Призрак вскинул голову, прислушиваясь.
— Если он не вернётся, мы с Призраком пойдём его искать, — твёрдо сказал Джон, погладив волка по голове.

— Я верю, что так и будет, — ответил Тирион, а про себя подумал: «А кто пойдёт искать тебя?» — И поёжился.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56521/266653

Переводчики: Galatea23