Готовый перевод Fallout: Equestria - Anywhere but Here / Фоллаут Эквестрия: Где угодно, но только не здесь: Глава 2: Методы торговли

~~~|*/\*|~~~

Глава вторая: Методы торговли

Я наконец-то нашел своё призвание. А вскоре после получения своей кьютимарки, когда достаточно возмужал, чтобы считаться взрослым, началась моя карьера истребителя рейдеров. По ночам, я шнырял по небольшим бивуакам рейдеров, убивая так быстро и тихо, как только мог. А когда стал достаточно хорошо владеть пистолетом, начал экспериментировать со своими методами. И очень быстро выяснил, что на дальних дистанциях или вооружившись чем-либо крупнее пистолета-пулемёта, я становлюсь никудышным стрелком. Но, с другой стороны, на ближней дистанции или при стрельбе в упор не было никого быстрее меня. Вот такой вот вышел дисбаланс, как мне кажется.

Продавая все ненужные и бесполезные вещи, остававшиеся после обирания трупов убитых мной рейдеров, я, несмотря на то, что ни хрена не знал о мелкой торговле, начал даже откладывать крышечки. А те крышечки, что я подбирал с самих рейдеров, были, в свою очередь, приятной наградой.

Итак, с какой стороны ни посмотри, я определенно не являюсь сильнейшим жеребцом, но с теми деньгами, что я зарабатывал, я подумал, что немного подучиться копытопашному бою, на тот случай если когда-нибудь возникнет ситуация в которой мне потребуются эти навыки, будет совсем не вредно. Учитывая то, что скорость и внезапность, обычно, были моими преимуществами, я полагал, что моя нехватка физической силы не станет таким уж препятствием. А после оплаты нескольких уроков и использования полученных знаний для бесшумных убийств, я осознал, что в девяти случаях из десяти с первого же удара поражаю цель в жизненно важную точку. Ну а если и промахивался, что ж, у меня уже выработалась привычка держать под копытом что-нибудь острое.

Несмотря на то, что недостаток телесной мощи, в свою очередь, не позволял мне полагаться на грубую физическую силу, я очень быстро выяснил, что был едва ли не хирургически точен с клинковым оружием. А ко всему прочему, я узнал, что способен, в некотором роде, толкать предметы своей левитацией. Возможно, «пихать» будет более подходящим словом? Суть в том, что хоть моя левитация и не слишком сильна, но я могу без особых затруднений кидать небольшие предметы. А если дело касается предметов в форме ножа, ну, это получается у меня весьма неплохо.

Самоуверенность приходит с опытом и, в конечном итоге, моя самоуверенность затмила мне разум. Я никогда не уклонялся от боя и полагал, что после нескольких месяцев повышения ставок был готов для чего-то большего. И вот именно так, в самый первый раз, я попытался прыгнуть выше головы.

Насколько я знал, самым большим лагерем рейдеров, до которого я мог сравнительно легко добраться, был Понивиль. Я немного нервничал, пока добирался туда, ведь я намеревался попробовать нечто абсолютно новое. В обычных обстоятельствах я бы подождал несколько часов перед тем, как начать своё бесшумное нападение. Запомнил бы схему движения патрулей, не приближаясь к ним близко, подождал бы огрехов и оплошностей во время дежурства ночной смены. Но из-за того, что мне хотелось проверить свою удачу, я намеревался сунуться туда в слепую. Без разведки, без планирования.

Несколько первых убийств прошли как по нотам, поскольку на моей стороне был элемент неожиданности. Они вовсе не ждали, что кто-то будет просто разгуливать там, будто у него есть на это право. Я пробил метательным ножом глотку выходящего из здания жеребца, а другому жеребцу сломал шею, подойдя к нему сзади, и расстрелял в упор вышедшую из-за угла кобылу. Продавая весь собранный с рейдеров хлам, я накопил достаточно крышечек, чтобы можно было позволить себе приобретение глушителя, но загвоздка была не в шуме. Дело в том, что убитая мной кобыла оказалась командиром патруля из четырёх рейдеров. И ещё до того, как её труп коснулся земли, из-за угла выплыл дробовик и обрушил на меня шквал свинца.

Я закричал. До этого, я ещё ни разу не был подстрелен. Я уже получил парочку скверных порезов и ушибов, когда обучался и применял свои навыки ближнего или копытопашного боя, но пули выводили боль на совершенно новый уровень. С изрешечённым картечью боком, я заковылял с линии огня, при этом чуть не потеряв сознание. С тех пор, я словил уже не одну пулю, но в первый раз... это было просто пиздец, как больно. Неведомым мне чудом, я всё же выстоял и, по счастливой случайности, ни одно из попаданий не зацепило ничего жизненно важного. Мне следовало развернуться и спасаться бегством, но я решил, что ещё рано покидать схватку. И я подумал <i>Хрена с два, я уйду сейчас</i>.

И так, вытащив пистолет, я по стеночке обошел этот грохочущий дробовик и, выглянув из-за угла здания, всадил пулю в голову единорогу, прямо промеж глаз. Его кореша тоже вытащили свои пушки. Они без устали палили в своего мёртвого друга, пытаясь подстрелить меня, ну а я старался изо всех сил, чтобы этот единорожий труп парил достаточно высоко, обеспечивая меня хоть каким-то укрытием. Но одна из пуль ранила меня в правую переднюю ногу, а другая оторвала кончик правого уха. Я получал намного больше свинца, чем, как я полагал, следовало бы, но продолжал стоять, хоть это и было ахренительно больно, и реально меня раздражало. Я рассчитывал на то, что изменчивая удача всё ещё была на моей стороне. И я, ещё сильнее сосредоточившись на трупе, который силился удержать, швырнул изрешечённого пулями пони в стоящего слева рейдера, и вышиб мозги находящемуся справа, пролевитировав к нему свой пистолет.

Мой противник слева был прижат к земле изрешеченным пулями трупом. Этот жеребец был не таким уж и взрослым, может быть, на пару лет младше меня. А когда я посмотрел на него, то увидел страх в его глазах. И я узнал этот страх. Когда-то я боялся точно так же. У меня больше не было сил, чтобы смотреть на него ещё хотя бы секунду. И две гильзы цокнули о мостовую.

Так как бесшумным оружием пользовался лишь я, они своей стрельбой подняли весь город на уши. Пули свистели вокруг меня. Одна из них пронеслась мимо моей головы, чуть не снеся её к чертям. Отдаленный треск выстрела послышался со стороны нереально огромного дерева в центре Понивиля, и я понял, куда следует идти дальше.

Я старался держаться укрытий, пока нёсся в сторону дерева, убив, как бы между делом, ещё несколько рейдеров, но меня начала охватывать паника. Порой, когда я нажимал на курок, пуля летела куда угодно, но только не в намеченную цель. Один единорог практически вырвал моё оружие из телекинетической хватки. До меня быстро дошло, что одной удачи в арсенале будет мало для достижения успеха. Моя тактика опиралась на скорость и скрытность. Когда же мои враги знали, что я на подходе, да ещё и на открытой местности, у меня практически не оставалось шансов.

Когда же я, наконец, ворвался через дверь в ствол этого огромного древа, я уже прихрамывал. Снайпер почти прострелил мне левое колено, лишь на волосок промазав по этому жизненно важному суставу. Даже если моё колено и не было повреждено, это было достаточно мучительно, чтобы не пользоваться этой ногой вовсе. А ко всему прочему, по всему моему телу были неглубокие раны, нанесённые пулями, что едва коснувшись моей плоти, оставляли кровоточащие борозды, которые напоминали мне о том, как часто я промахивался. Моя удача почти исчерпала себя, но я был по-прежнему жив и у меня всё ещё был шанс на то, что ситуация может измениться к лучшему. Во всяком случае, я думал именно так, когда наконец-то ворвался через дверь в ствол этого огромного древа.

Но это длилось лишь до того момента, когда я осознал, что, понадеявшись на свою удачу, зашел слишком далеко.

Внутри находилось, по меньшей мере, десять рейдеров, облачённых в значительно более качественную броню, чем была у тех, кого я оставил снаружи. И они все навели на меня своё оружие, расплывшись в одинаковых, отвратительно-садистских, идиотско-ебанутых ухмылках. Я желал порвать их зубами в клочья. Я хотел растереть их по этому грёбанному этажу, но я знал, что моя удача наконец-то послала меня на хуй. Я не мог отступить, потому что снаружи находилось ещё больше рейдеров. Я не мог продвинуться вперёд, потому что там меня ожидала расстрельная команда, жаждавшая разорвать меня в клочья. Но тут, на задворках своего разума, я услышал шепот, сказавший мне: <i>направо</i>.

Я едва заметил свой быстрый рывок по гротескно украшенной комнате, но справа действительно находилась лестница. Путь был свободен, поэтому я рванулся к ней изо всех сил. И окружающий меня мир наполнился щепками и треском ружейного огня. И болью. Я чувствовал, как она пронзает меня во всех самых худших местах. Ведь вся та удача, на которую я так самонадеянно рассчитывал - иссякла. Окровавленный и полумёртвый, я встал на первую ступеньку и продолжил подниматься вверх. Я не мог дышать. Был не способен даже думать. Я рухнул в темноту.

А вот дальше мои воспоминания становятся слегка туманными... я парил, то приходя в сознание, то снова его теряя. Я помню, как полз сквозь тьму, вознося молитвы и надеясь, что смогу найти выход. ((Единственное о чём я мог думать, были все те возможности, когда мне нужно было отступить, да предостерегающие знаки, что всё закончится дерьмово.)) Вокруг меня было полно голосов, дико кричащих и смеющихся. А я просто продолжал ползти, пытаясь выбраться. Должно быть, рейдеры делали там подкоп, ведь следующее моё воспоминание связано с тем, что я нахожусь в тоннеле. Во всяком случае, сейчас я считаю, что это был именно тоннель. Я чувствовал, как корни касаются меня, как осыпающаяся земля набивается в мои порезы, пока я тащу себя по полу. А затем, я увидел впереди что-то прямоугольное и подумал, что это может быть аптечкой, но когда я схватил это копытами...

Всего лишь очередная книга. Какая же <i>это</i> была концовка.

<i>Ну вот и всё</i>, сказал я себе.

Я сдался, и всё поглотила тьма.

И... на этом моя история и должна была бы закончиться, но, каким-то образом, она продолжилась. После того, как я сдался смерти, меня начали донимать эти странные проблески... чего-то. После того, как увидишь столько же, сколько довелось увидеть мне... и приблизишься настолько близко к смерти... это типа как заставляет тебя остановиться, и подумать о том, что же реально, а что нет. Я не могу вам сказать, чем является всё это – воспоминаниями о том дне, или просто некой галлюцинацией.

Ну что я могу вам рассказать... То есть, что я помню, так это то, что там была кровь. Повсюду было разбрызгано множество литров крови, в которой я практически утонул. А также крики. Но сейчас, вопли рейдеров, не были насмешливыми и угрожающими. Сейчас – это были крики ужаса. Крики боли. И даже мольбы, которым суждено было оборваться на полуслове.

А ещё там слышался смех. Один единственный голос, хихиканье которого перекрывало звуки бойни... Высокий, счастливый и чистый, будто бы кто-то только что рассказал лучшую шутку всех времён и народов. И я желал присоединиться к нему. Я тоже хотел смеяться, но у меня просто не было сил.

Мне кажется...

Мне кажется, что именно тогда Госпожа Удача впервые <i>улыбнулась</i> мне.

А следующее, что я помню – пробуждение в кровати. Мне была знакома эта комната. Я проснулся в Новой Эппалузе.

Медсестра поведала мне о том, как я, едва не скончавшийся от кровопотери, но всё ещё живой, был оставлен у их входной двери. Но вопросов, по-прежнему, было больше чем ответов. Пусть даже медсестра и не могла ответить на них, но из всего произошедшего я вынес несколько ценных уроков. Я больше не собирался переть, как першерон, на пролом, не разведав перед этим всё как следует. Я, безусловно, не намеревался больше попадать в скверную ситуацию, не имея при этом запасного плана. И я однозначно не собирался дальше продолжать бой, потеряв элемент неожиданности.

Подведем итог: самым важным из того, что я узнал, было наличие предела у моей удачи.

Подождав, пока мне достаточно не полегчает, я стряхнул с себя пыль и вернулся к работе.

~~~|*/\*|~~~

|[ /_\ ]|[ /_\ ]|[( ) ]|

— Да как ты можешь этого не знать?! Я ведь говорю о ней практически постоянно!

Пахарита прошла мимо одного из солдат Красного Глаза, беззаботно расправив крылья, словно принимая солнечную ванну. Она несколько раз быстро прошлась по ним клювом, прежде чем подняться в воздух. Их крышечки звякнули, когда другой солдат ссыпал их в свою седельную сумку, а затем разрешил им пройти. Рита порхала вокруг Тэпа, пока они медленно удалялись от Башни Тенпони и бивуака сил Красного Глаза. С одной стороны, платить солдатам за проход было весьма дороговато, однако, так было намного быстрее и проще, нежели прокрадываться втихую. И на краткий миг ему стало интересно: неужели кобыле из Стальных Рейнджеров пришлось прокрадываться в башню и обратно, или она тоже дала взятку?

Скелетообразные остатки Мейнхеттена раскинулись вокруг них. Мгновением позже он осознал, что Пахарита дожидается от него ответа на какой-то вопрос.

— Нуу, даа...

— Я хочу сказать, что она героиня, в которой нуждается Пустошь! Героиня, которую Пустошь заслуживает! — Тэп взглянул вверх как раз вовремя, что бы приметить, как она скрестила свои когтистые лапы, поднимая их обратно к своему клюву. — И именно нам предстоит прикончить её! Ох, я столько всего хочу ей сказать, перед тем, как она умрёт!

Стараясь подавить рвотные позывы, подбирающиеся к его глотке, Тэп всё ещё не был уверен: сколько здесь играло свою роль похмелье, и как сильно это было из-за искреннего отвращения.
— Мы можем не говорить на эту тему? Обычно, твой щебечущий пиздёжь меня не особо заботит, но если говорить прямо, сейчас – это уже слегка чересчур.

Надувшись, маленькая грифона задрала свой клюв.
— Если бы ты слушал ДиДжея Понтри, то всё бы прекрасно понял.

— Спасибо, мне и так хорошо.

— А я то думала, что ты настоящий хладнокровный убийца! Только не говори мне, что у тебя есть иные мысли, на этот счёт!

Истощённый пони, с сочащимися гноем язвами и запавшими глазами, мчался по разломанным бетонным плитам, издавая при этом хриплый и неразборчивый вой. Когда-то это существо было пони. Но это было давным-давно. Теперь же, это было не более, чем безмозглое, гулифицированое подобие того, кем оно было прежде. Особо не напрягаясь, Тэп левитировал из кобуры один из своих пистолетов с глушителем и проделал три дыры на морде гуля, когда тот уже находился всего в нескольких шагах. Безжизненное тело дикого ещё несколько секунд катилось по земле, прежде чем замереть навеки. Единорог перешагнул через него, не оборачиваясь.

— Обычно, я <i>не</i> думаю, я <i>планирую</i>. В смысле... — Вновь взглянув на Риту, он увидел как та приподняла бровь. — Ты знаешь, что я имею в виду! Я собираюсь проделать работу, за которую нам отсыпали крышечек. Просто как по мне, то это слегка странно – так распевать дифирамбы пони, которую ты по контракту должна <i>прикончить</i>. Неужели это так трудно понять?

— Мне казалось, ты не думаешь, — ухмыльнулась грифина и показала ему язык.

— Отъебись, Рита — проворчал он.

Несколько разрушенных кварталов от башни спустя, Пахарита влетела в узкий переулок. А Тэп помедлил, припомнив их разговор о том, что перед тем, как нырнуть в мастерскую, им нужно вначале удостовериться, что за ними никто не следует и не следит. Он фыркнул, проверяя ближайшие окрестности.

«<i>Так значит, когда это делаешь ты, то всё в порядке, да?</i>»

Как только Рита склонилась над терминалом в конце переулка, он пожал плечами и последовал за ней. Знакомый грохот свёртывающейся стальной двери и гудение её двигателя эхом отражались от стен прохода, когда он подошел и встал позади грифины. Дабл Тэп хорошо знал внутренние помещения этого здания. Однако, не смотря на то, что оно фактически принадлежало Пахарите, он всё же считал её мастерскую своим домом. Ведь внутри хранилось всё его имущество - начиная от расходных материалов и заканчивая одеждой.

Внутри было две комнаты, не считая люка в подвал. Практически всё нужное для жизни было установлено в большей по размеру центральной комнате. В правом углу находился холодильник, а около правой стены стояли диван и стол, перед ними был расстелен коврик, который они украли из недавно выпотрошенного Стойла. Слева от всего этого разместились несколько разномастных шкафов, заставленные пустыми стаканами, бутылками, стреляными гильзами и ломанной электроникой. Ещё левее находилась дверь, ведущая в уборную, которая была достаточно мала, чтобы в неё было возможно засунуть ванну или душевую кабину, но достаточно велика, чтобы заметно уменьшать общий полезный объём комнаты. По большей части чистые матрасы с, в основном чистыми, простынями занимали левый угол, прикрытый ширмой. Комод с зеркалом и, слегка побитый пулями, платяной шкаф выстроились вдоль левой стены.

А в самом центре комнаты находились спутанные клубки проводов и свисающие, подобно лианам, кабели, что позволяли лишь мельком взглянуть на то место, где Пахарита занималась своей настоящей работой. Из щелей истекало мягкое зелёное свечение. Несколько тисков, пара верстаков, множество инструментов, находящийся в беспорядке химический набор, пресс для снаряжения патронов, пара терминалов, разнообразные гнёзда для зарядки и несколько небольших металлических шкафов были заботливо расставлены вокруг поддерживающей колонны, в самом сердце самодельной комнаты. Даже не смотря на то, что она являлась источником всего его индивидуально модифицированного оружия, боеприпасов, наркотиков и снаряжения, Дабл Тэп начинал чувствовать дискомфорт, если стоял там очень уж долго.

По ту сторону двери их ждал автоматон, смутно напоминающий пони. Когда он, накренившись, покатился вперёд, в его мозговой колбе, заполненной тягучей розовой жидкостью, поднялась стайка пузырьков. Тэп мог буквально слышать, как изнутри доносился лязг роботов, дающих оценку ситуации. На задворках его разума, сохранялся устойчивый страх того, что однажды, когда они отворят эту дверь, роботы откроют по ним огонь.

Колба, мозг и всё прочее вспыхнуло ярко розовым светом, когда робомозг выполнил воинское приветствие и затараторил:
— Приветствую вас, Императрица Пахарита! Мы с нетерпением ожидали вашего возвращения! — Остальные роботы, находящиеся по ту сторону от двери быстро выстроились в шеренгу, а те, у кого были верхние манипуляторы, заодно ещё и отдали честь. — Как мы можем послужить нашей Императрице в этот прекрасный день?

— Вам всем будет приятно узнать, что я подписала новый контракт! — С широкой ухмылкой, она, на пару с Тэпом, не спеша побрела внутрь здания. — И вы в жизни не догадаетесь, кого нам предстоит убить!

Все роботы, у которых была возможность – кивнули, словно ловили каждое её слово на лету. Дабл Тэп, в свою очередь, направился к холодильнику.
— Пожалуйста, поведайте нам, о Императрица!

— Что же, это – героиня Эквестрии! Спасительница Пустоши! — Детское ликование Риты почти достигало визга. Комнату заполонил хор предзаписанных и искусственных вздохов. Голова Тэпа исчезла в холодильнике. — Меня наняли убить саму Пипсквик! Я уже просто-таки вижу заголовки! ДиДжей Понтри будет вещать об этом целыми годами!

Тэп отвернулся от холодильника, с бутылкой пива в зубах, наблюдая за тем, как она прыгает по мастерской

— Итак: две вещи, — объявил Тэп, после затяжного глотка. В комнате, воцарилась гробовая тишина.

— Ты смеешь перебивать нашу Императрицу?! — протрещали некоторые роботы. Один спрайтбот начал издавать угрожающие попискивание и щелчки.

— Да блять, Рита! — фыркнул Тэп. — Мы это с тобой уже обсуждали!

Подняв свою когтистую лапу в воздух, Пахарита заставила каждого из её механических приспешников, умолкнуть.
— Спокойно, спокойно, он – меч в лапе вашей Императрицы. Поведай, что у тебя на уме, смиренный убийца.

Дабл Тэп верил, что однажды его бессмысленный, недоверчивый взгляд совпадет с её и она, наконец, будет вести себя соответствующе своему возрасту. Также, он верил, что как только его планы осуществятся, Красный Глаз сможет заставить алкоголь, литься с небес.

— Ага... что же, как я успел сказать, две вещи. Первая – мы должны не просто убить ЛитлПип. Нам ещё предстоит убить всех, что бы никто из её со... сопро...

Пахарита сдержанно засмеялась.
— Сопровождающих?

— Иди нахуй. Да. Сопровождающих. Это сколько: четыре дополнительных цели, плюс ещё феникс? Один из них – Кантерлотский гуль в силовой броне и, как минимум двое, кто смогут поиметь нас с расстояния более одного квартала.

— Ладно, а во вторых?

Левитровав бутылку, обратно к своим губам, Тэп сделал затяжной глоток.
— Эмм... похоже, я совместил первое и второе. Как бы там ни было, суть была передана.

— Лладн, — повторила Пахарита, умостившись на диване. Один из роботов со множеством манипуляторов передал ей Спаркл-Колу. — Итак, ты подкрадываешься к ним, а затем убиваешь! Ты всегда так делаешь! Они даже не поймут, что их убило!

— Это совсем <i>не</i> будет похоже на наши прошлые задания! Эти ребята – профессионалы. У нас для этого даже нет необходимого снаряжения. — Рита подняла большой палец вверх, вытянув два других в сторону. Широко улыбаясь и качая головой она, вновь и вновь, опускала свой большой палец к тем, что вытянутые. Тэп, лишь покачал головой. — <i>Броня Стальных рейнджеров</i>, Рита. Не думаю, что мои пистолеты способны справиться с чем-то подобным.

— Тогда используй гранаты или что-нибудь в этом роде!

— Сомневаюсь, что гранаты помогут мне, учитывая наличие у них двух единорогов. Спарк-граната поможет совладать с пони в силовой броне, но у нас всё ещё останется пять целей. Даже если я собираюсь использовать мощную взрывчатку, когда те будут в узком помещении, могу поспорить, что они – пиздец, какие живучие ублюдки. Знаю, что наша основная цель – это низкорослая единорожка...

Подавшись вперёд, Пахарита нахмурила брови.
— ЛитлПип!

— Я знаю, что ЛитлПип заставила обосраться чуть ли не всех Стальных Рейнджеров, но Тёмный Старейшина Мун Найт…

Она ударила когтистой лапой по дивану.
— Звёздный Паладин Стилхувз!

— Блять! Да насрать! — Уронив пиво, он нахмурился, наблюдая как оно расплёскивается по полу, пока бутылка укатывается прочь. — Я пытаюсь сделать акцент на том, что если нам не удастся убить их всех одновременно, то он будет куда большей проблемой!

— Ладно, хорошо. <i>Разошёлся тут</i>. — Маленькая грифина наклонилась вперёд, когда один из паукообразных летающих роботов начал массировать ей шею. Она слегка закатила глаза, от чего Тэп тревожно вздрогнул. — Оооооо да, вон там... Итак, что тогда тебе понадобится для выполнения задания?

— Что-нибудь бронебойное. А у тебя получится взять анти-мех винтовку и сделать её... — Широко раскинув передние ноги, он начал их медленно сближать. — Поменьше? Размером, скажем, с пистолет?

Молчание затягивалось. Пахарита закрыла глаза и постукивала когтем о бок своего клюва. Позволив своему взору бесцельно блуждать по комнате, он представил себе, как все роботы, удостаивают его роботическим вариантом уничижительного взгляда. Подняв свой взгляд, она улыбнулась и указала на него.

— Конечно могу! — Её ухмылка испарилась, как только она опустила свой коготь. — Но разве у нас есть хотя бы обычная анти-мех винтовка?

Тэп пробежался взглядом по стеллажу с оружием, занимающим стену справа от входной двери.
— Эм...

|[BAR]|[o’o ]|[BAR]|

— А ты <i>уверена</i>, что она есть у неё?

Увитая колючей проволокой стена, ограждающая территорию Перевоспитательного Учреждения «Разбитое Копыто», в центре которой темнела превращённая в крепость тюрьма, постепенно появлялась в поле зрения. Тэп заметил нескольких снайперов, сидящих в разнообразных, разбросанных по всему двору наблюдательных вышках, и уже разглядывавших его вместе с напарницей сквозь оптические прицелы своих винтовок. Он продолжал спокойно двигаться, без резких движений и не используя магию. Тэп знал, что долгосрочные обязательства - это такая вещь, от которой так просто отойдёшь.

— О да, вне всяких сомнений! — энергично закивала порхающая рядом с ним Рита, не обращая внимание на то, что на её миленькой маленькой голове сфокусировалось как минимум три перекрестия. — Если она удерживает место подобное этому, то у неё обязательно завалялась где-нибудь пара таких винтовок.

— Но мне казалось, что ты ненавидишь иметь дело с Когтями.

— Ох, ещё как! — вновь кивнула она, продолжая жизнерадостно ухмыляться. — Я всецело их <i>презираю</i>!

Неряшливо выглядящий земнопони, стоящий по ту сторону главных ворот, посмотрел на них воздев бровь.
— Какого хера вашей сладкой парочке тут надо?

Пахарита опустилась на землю, привела себя в порядок и улыбнулась.
— Мы пришли, чтобы заключить сделку! Нам бы хотелось увидеть твою начальницу, ну пожалуйста!

Неловкое молчание длилось несколько минут, пока охранник обсуждал их просьбу с кем-то, кто по мнению Тэпа был его командиром. А Рита изображала из себя сверхдружелюбно улыбающуюся статую. В конечном итоге, ржавые ворота медленно откатились в сторону. Жеребец фыркнул, когда Пахарита благодарно кивнула. За оградой находился тюремный двор, в котором было полно пони, чья экипировка и оружие были словно с мусорки. Низкопробные наёмники. Пушечное мясо. Когда-то среди них был и Тэп. Но сейчас он, как правило, находился по другую сторону пистолета - он нажимал на курок.

А перед тем, как войти в здание тюрьмы, без какого-либо предупреждения, Рита схватила Тэпа за воротник жилета и притянула к себе.
— Гаудина и Пипсквик в <i>очень</i> хороших отношениях, — негромко пробубнила она, — поэтому ты будешь молчать в тряпочку, усёк? Не произноси ни единого слова.

— Отъебись, — пробормотал он, отталкивая её в сторону.

Следуя за своей пернатой напарницей, Тэп поднялся на пару лестничных пролётов вверх и, миновав ряд пыльных коридоров, прошел мимо различных пони и грифонов. Хоть большинство и смотрели на него с подозрением, но находились и те, кто кивал ему в знак приветствия. Это были смутно знакомые морды, чьи имена давно утонули, в море алкоголя и дэша. Пахарита притормозила, заметив дверной проём, по обеим сторонам которого стояла пара раздраженно выглядящих грифонов, облачённых в броню с эмблемой Когтей. Их позы, выражения морд, и выставленные на показ энергомагические винтовки прямо-таки вопили: «Мы охраняем кого-то важного». Сравнительно крошечная грифина оглянулась на Дабл Тэпа и улыбнулась, её нервозность выдавала лишь подёргивающаяся бровь.

По ту сторону дверей, находился стол, за которым расположилась престарелая грифина, через левый глаз которой проходил нехилый такой шрам. Откинувшись назад, она сидела, положив когтистые лапы за голову и водрузив задние лапы на стол, при этом хищно оценивая посетителей своим сохранившимся глазом.

— Итак, ты и есть Гаудина, правильно? — Заметно напрягшаяся при словах Тэпа, Пахарита бросила на него убийственный взгляд, который тот проигнорировал.

Старая грифина изогнула левую бровь.
— Вы только взгляните, какой у нас умник нашёлся. И с чего ты это взял?

— А кем же ещё ты можешь быть, раз сидишь в кабинете начальника тюрьмы? — Он вновь взглянул на Пахариту, которая выглядела так, будто собирается разреветься. — Если конечно ты – не занявшая её место подражательница, в то время как настоящая Гаудина находится где-то в другом месте.

Престарелая грифина расплылась в ухмылке.
— А это, должно быть, твой новый жеребчик на побегушках. — Задние лапы Гаудины соскользнули со стола и она, положив на столешницу передние лапы, подалась вперёд. — Пахарита, не соизволишь нас представить?

— Эм... — Пахарита вздрогнула, выходя из того, что, как полагал Тэп, было неким вызванным страхом трансом. — Эм-эхм... Это...

— А мы можем сразу перейти к делу? — Тэп оглянулся назад, на стоящих у двери охранников, которые бросали в комнату быстрые, любопытные взгляды. — Мне нужна анти-мех винтовка и Рита сказала, что у тебя найдётся парочка таких пушек. Ну, что скажешь?

Вскинув голову, Гаудина принялась постукивать когтями по столешнице, награждая Пахариту чуть ли не злобным взглядом.
— Это правда? Тебе нужно что-то, принадлежащее мне? Пахарита, ты ведь знаешь, я не занимаюсь благотворительностью. И что ты дашь мне взамен?

— У нас полно крышечек! — взволнованно предложила Рита. — Серьёзно, мы будем рады заплатить тебе за эту винтовку полную её стоимость. И ей даже не обязательно находиться в хорошем состоянии!

— Ты же понимаешь, что вы собираетесь забрать с собой кусок моей обороны? Крышечки – не защищают от атакующих. — Гаудина задумалась, и её взор на миг устремился вдаль. И пока она блуждала в горних высях, Тэп пролевитировал с её стола бутылку виски и засунул её в один из своих карманов. — Но, вот что я вам скажу... В данный момент, я думаю о гораздо более важных вещах. Я <i>позволю</i> вам купить то, что вам нужно, если только... — Взор Гаудины обратился к Тэпу и её ухмылка вернулась. — Вы сперва окажете мне небольшую услугу.

Пахарита, казалось, поникла, услышав это.
— Ох... Разумеется! Всё, что пожелаете!

— Появилась небольшая банда грабителей, нападающая на караваны, с которыми у меня заключены контракты. И как я уже упоминала, у меня есть куда более важные дела, а на решение этой проблемы нет ни времени, ни ресурсов.

«<i>Ну вот, блядь, начинается...</i>», Тэп закатил глаза и тихо вздохнул.

— И тут-то вы и выходите на сцену.

|[( ) ]|[ /_\ ]|[ 7 ]|

Дабл Тэп прокрался поближе к раскрошившейся кирпичной стене перед ним, осторожно выглянул поверх неё и осмотрел окрестности. Болезненное сияние небес, быстро угасало по мере захода солнца. Внизу раскинулся маленький обветшавший городок, состоящий в основном из нескольких лачуг, собранных из листов металла и, недавно использованного кострища. На лицо были все признаки обжитости и, согласно озвученной Гаудиной информации, банда часто останавливалась в этом месте на ночёвку. Вот только уже четвёртый час кряду, там не было никаких признаков налётчиков, для устранения которых их и «наняли».

Тихий шелест переворачиваемых страниц раздался позади него. Тэп, оглянувшись назад, посмотрел на Риту, клюв которой был погружен в книгу комиксов. Она таскала с собой несколько таких книжечек, просто на всякий случай. Всё вокруг начало казаться чуточку ускоренным. Он нашел в своей сумке ингалятор дэша и вдохнул немного химии, мир замедлился на несколько секунд, прежде чем начать двигаться с приемлемой скоростью.

— Мы что, будем просто слоняться по округе?

— Чего? — Рита оторвалась от своего комикса, встретившись взглядом с жеребцом.

— Мы, можно сказать, платим Гаудине за убийство тех ребят и покупку сраного ружья, — ударив себя по груди, произнёс он. — Это она должна была заплатить нам за их головы, и отдать эту ебучую пушку задаром.

Рита, нахмурившись, надула щёки.
— Я же велела тебе молчать в тряпочку! А теперь догадайся чья это вина! — произнесла она, тыкая когтем в сторону Тэпа. — Твоя! А ни как не моя!

— Ты даже не пыталась с ней торговаться, перьеголовая! Ты просто стала всей такой «да-непременно, мэм-босс» и, без каких-либо возражений, приняла все её условия!

— Разумеется, а всё из-за того, что ты <i>сразу перешел к делу</i>! Нельзя вот просто так взять, заявиться к ней и начать требовать у неё что-то подобное! Для начала, её нужно задобрить, посмотреть, можно ли каким-то образом провернуть всё к взаимной выгоде! — Пахарита, потупив взор, взъерошила перья. — И... Гауда типа страшная, ага?

Внимание Тэпа привлёк отдалённый шаркающий звук. Он развернулся, поднял копыто, и навострил уши, вновь при этом прижавшись к стене. А секунду спустя рядом с ним уютно устроилась Рита, пристально осматривающая местность широко открытыми глазами. Он слышал, как её когти клацают по кнопкам ПипБака, при этом она смотрела на него разве что мельком и это движение было для неё практически инстинктивным.

— Что говорит ПипБак? — прошептал он.

— Я получаю данные о шестерых на северо-западе. Подтверди.

Тэп кивнул, и, прищурился, пристально оглядывая местность в указанном направлении. Спокойное движение.

— Один единорог и пять земнопони. Броня - от лёгкой до средней. Вооружение - один дробовик и одна магазинная винтовка, дополненные стрелковым и клинковым оружием. Произведи расчёт, если не трудно. — Прошло несколько секунд, как он озвучил свой запрос. — Шансы хорошие?

Находящаяся на периферии его зрения Пахарита ухмыльнулась.
— Шансы отличные.

Тэп нежно похлопал её по плечу.
— Скройся. Я займусь ими, когда они будут в пределах досягаемости.

— Задай им жару, — прошептала она, бесшумно отползая прочь.

Дабл Тэп просмотрел находящуюся в его распоряжении информацию, в то время как шестеро пони подошли к импровизированному поселению. Трое из них, судя по всему, тащили огромные перемётные сумки. Их смех, вместе с обрывками разговора, начал отдаваться эхом в его ушах. Один из не нагруженных земнопони принялся разжигать костёр, а остальные бесцеремонно побросали свой груз. Тэп несколько минут наблюдал, как они устраиваются на ночлег, пока мир быстро погружался во тьму. Лишь тот из них, к седлу которого была пристёгнута заряженная магазинная винтовка, был выставлен в качестве дозорного, в то время как остальные пятеро принялись кашеварить и пьянствовать. Они, расположившись почти полукругом, ели из банок. И дозорный находился достаточно далеко, что бы Тэп, теоретически, смог бы убить пятерых у лагерного костра, не привлекая его внимания.

Тэп закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Он перевалился через стену здания, бесшумно перекатился при приземлении и, вытащив пистолет, начал красться к потрескивающему костру, таясь в длинных танцующих тенях, которые тот порождал.
«<i>Первые двое – не доставят особых трудностей. Вторая пара находится дальше, но им потребуется целая секунда, чтобы понять, что произошло. А у пятого, сидящего по ту сторону костра, будет больше всего времени, чтобы среагировать.</i>»

Тэп внёс коррективы в план действий и обрушил поток свинца на находящегося дальше всех пятого пони. Угол его наклона изменился, а пистолеты разошлись, прежде чем вновь открыть огонь. Ближайшая пара была в безопасности, пока что. Пистолеты почти на три и девять часов и пули впиваются в их тела до того, как они успевают хотя бы пискнуть. Тэп заменил магазины, затолкав почти пустую пару в карман. Беззвучно вскинувшись, он вновь скрылся в тенях, медленно двигаясь вдоль сильно прогнившей стены.

Внезапное молчание, вне всяких сомнений, испугало дозорного. Тэп распластался по стене, когда пони осторожно прорысил мимо него, а затем возник позади и шесть раз выстрелил ему в затылок.

-0-

Тэп открыл глаза и ухмыльнулся.

На мгновение, мир стал размытым, пока ветер свистел в ушах и трепал гриву, когда он метнулся с уступа, на котором сидел вместе с Ритой. Здесь оказалось немного выше, чем он ожидал, но пони смог мягко приземлиться и, перекатившись, начал красться вперёд длинными, быстрыми шагами. Приглушённым свечением своей магии он держал наизготовку пистолеты с навинченными глушителями и гранату. Беззвучно шевеля губами, он отмечал каждую цель и вслушивался, подбираясь всё ближе.

— Погоди, погоди, расскажи ещё раз! И изобрази его рожу!

— И тут этот бедный ублюдок такой типа, <i>ааааа, пожалуйста, не надо</i>!

Последовал взрыв хохота. Они злорадствовали, обсуждая своё последнее ограбление. Внутри Тэпа зашевелилось старое, знакомое чувство, скручивающее желудок. Словно распрямившаяся пружина, он бросился к костру, поднимая пистолеты. Пони прямо напротив него наткнулся на холодный взгляд Тэпа и замер на секунду, соображая. Убийца прищурился, и на его губах заиграла кривая ухмылка.

Глушители нежно зафыркали, посылая поток пуль, с каждым попаданием которых вздымались маленькие фонтанчики крови. Трое из бандитов умерли прежде, чем в ночи раздался тихий звон упавших гильз. Двое других, едва успев осознать происходящее, начали в шоке отшатываться, когда дальний пони рухнул в костёр, и отражение пламени заплясало в белках его глаз. Тэп позволил этим отблескам угаснуть и, с глухим влажным звуком, он глубоко вдохнул и выдохнул, усмиряя свой гнев. Последовал ещё один короткий душ из гильз и Тэп остался один, в почти полной тишине.

Он быстро оглянулся на остальных, чтобы убедиться, что никто из них не двигается. И не хохочет. Нарушив тишину холодным шорохом металла о металл, Тэп сменил магазины пистолетов. Прогнившие деревянные стены и длинные мерцающие тени приютили единорога в его продвижении вперёд.

Дозорный ушёл недалеко.

Едва он вышел за границу рассеянного света костра, как ушей пони достиг журчащий звук. Дозорный облегчался у куста. Его седло с винтовками осталось лежать возле камня. Тэп убрал пистолеты и вынул один из метательных ножей.

— Они все мертвы, — прошептал он.

Последний земнопони вздрогнул, а затем очень медленно пошёл, когда Тэп приставил кончик ножа к его горлу.

Тэп сглотнул, у него пересохло во рту.
— И я хочу, чтобы ты кое о чём задумался.

— Чег...Ыкхх! — Тэп чуть сильнее надавил на нож, прорезая нежную кожу на горле.

— Просто, сука, слушай, — прорычал он, в его глазах мерцали отблески пламени костра. — Тот пони, которого вы ограбили и убили? У него ведь, наверное, была семья. Где-то там, какой-то жеребёнок будет расти, сжираемый пустотой и ненавистью, потому что вы его забрали. У тебя есть жеребята?

— Н-нет! И хули с того? Что мне теперь, усераться из-за какого-то жеребёнка? — Пони задёргался, затем снова замер, когда Тэп загнал нож чуть глубже, достаточно, чтобы потекла кровь. — Б-блядь... Послушай, Миру пиздец и лучше он уже не станет! Я просто делал всё возможное, чтобы выжить! Ты на моём месте делал бы то же самое!

— Значит, ты убил чьего-то отца просто потому, что решил, что у тебя нет другого выбора? — Тэп обошёл пони и заглянул тому прямо в глаза. — Что ж... <i>мой</i> отец был торговцем. — Губы единорога изогнулись в кривой улыбке. — Как забавно порой работает карма, да?

— Да пошёл ты!

Рог Тэпа засветился. Нож метнулся в сторону, разрывая артерию дозорного и тот, захлёбываясь кровью, упал на колени.

— Смотри на меня. — Тэп приподнял его голову за подбородок. — <i>Это не забавно</i>. Нихрена смешного.

Он видел в глазах умирающего жеребца страх смерти. Слёзы земнопони разбивались о землю, смешиваясь с кровью, стекающей с лезвия. Тэп смотрел, наблюдая как зрачки жеребца медленно расширяются, чувствуя, как слабеют его судороги, по мере того, как тот захлёбывается в собственной крови. Искра жизни угасла в его глазах и пони обмяк. Тэп выдохнул и высвободил нож, позволяя телу упасть. Подняв пистолет, он навёл его на затылок жеребца и дважды спустил курок.

— Увидимся в аду, <i>ублюдок</i>.

Вернувшись к огню, Тэп пинком отшвырнул с бетонной плиты мёртвого земнопони, уселся на его место и пододвинул к себе банку бобов.

— Всё чисто? — донеслась сзади женственная трель.

— Угу, — буркнул он с набитым ртом и, проглотив, добавил: — Спускайся.

Пахарита подлетела меньше, чем за минуту, приземлилась рядом с ним и оглядела последствия случившейся резни. В свете костра лужи крови мерцали рубиновым. По крайней мере двое из рейдеров лишились большей части своих морд, не считая того, который упал в огонь. Остальная часть его тела обгорела, но от Тэпа воняло хуже. Захихикав, Рита присела рядом с ним.

— Думаю, мы перекусим здесь, а затем вернёмся в Разбитое Копыто. — Он фыркнул, ухмыльнувшись. — Пусть твоя Когтистая подружка поимеет саму себя, если думает, что мы будем ждать до утра, чтоб сообщить ей, что дело сделано.

— К чему такая спешка, глупенький? Нам ведь не задали лимит времени, чтобы выполнить контракт Рейнджеров.

— Как по мне, так лучше поскорее всё сделать и дело с концом. Я не хочу рисковать ради того, чтобы она добавила ещё больше пони к своему ант... — Тэп бросил косой взгляд на Пахариту. — Отряду.

Рита кивнула, изящно приподняла окровавленное копыто и вытянула из-под него банку с равиоли.
— Ладно. Модификация антимех-винтовки не должна занять <i>слишком</i> уж много времени.

— Звучит неплохо. — Тэп помолчал, оглядывая седельные сумки, лежащие недалеко от костра. — Что на счёт всего этого барахла?

Оживившаяся грифина взглянула на сваленное в кучи добро.
— В каком смысле?

— Гаудина не говорила, что мы не можем взять всё, что найдём, — небрежно заметил он с набитым ртом.

— О... — На мордашке Пахариты расцвела широкая ухмылка. — Не-а, не говорила.

|[ 7 ]|[ 7 ]|[ 7 ]|

Одеяло облаков, накрывших Эквестрию, пронзили первые рассветные лучи, когда тяжёлая дверь мастерской, загрохотав, медленно отворилась. Сейчас здесь были только спрайт-бот, робомозг и ещё один, неловко шаркающий вокруг, робот, похожий на пони. Оба летающих металлических паука и огромные самоходные оружейные платформы охранных ботов отбыли на сбор незаконной добычи по заданию Гаудины. Антимех-винтовка, за которою им всё же пришлось заплатить, была закинута Тэпу за спину.

Едва переступив порог, он опустил оружие на пол и сразу же направился к холодильнику.

Сон надвигался всё быстрее и единорог был полон решимости отрубиться прежде, чем тот его догонит. Дверь ещё с грохотом закрывалась, а Тэп уже шёл к постели, отпивая виски прямо из бутылки. Пахарита устроилась в своём внутреннем святилище и тихое позвякивание её инструментов почти заглушало яростный поток грифоньей музыки, орущей из её стерео. Резвый ритм басов и электрогитар эхом отражался от стен, подкрепляемый ровным ритмом ударников. Вступил орган. Завывания вокалиста, казалось, полностью игнорируют тяжёлый ритм.

Тэп же больше предпочитал её музыке ту, что в эти дни наводнила радио-каналы послевоенной Эквестрии.

Быстро разделавшись с первой бутылкой, Дабл Тэп водрузил её на проезжавшего мимо робота и отвинтил пробку со следующей. В этом состоянии алкоголь был для него как вода. После второй бутылки комната начала медленно покачиваться, окончательно закрутившись к третьей. Веки жеребца налились тяжестью, но он держался, пока не отрубился окончательно. Видеть сны, было бы худшим из того, что он мог себе позволить. По мере того, как алкоголь проникал в его мозг, сияние флюоресцентных ламп становилось всё более невыносимо. Он закрыл глаза, слишком поздно осознав свою ошибку.

Когда он снова открыл глаза, всё запульсировало на долю секунды, будто комната была жива. Пока он, развалившись на кровати, возвращался к реальности, перед его взором задержалась пара глаз. Они плыли в пустоте, словно блики, какие бывают, если посмотреть на яркий свет, и исчезли так же быстро.

Тэп сделал глубокий вдох, нащупывая ингалятор с дэшем. Его магия никак не хотела фокусироваться и ингалятор, который он пытался вытащить, едва двигался.

— Оставь меня в покое... — простонал он.

Всё снова начало пульсировать, над ним завис силуэт кобылы. От её улыбки по спине пошёл озноб, а глаза её заглядывали прямо в душу. В мгновение ока она исчезла, оставляя после себя ощущение тошноты.

— Оставь меня, блядь, в покое!

Тэп, дрожа, свернулся на кровати калачиком, спихнув на пол пупустую бутылку. Звон стекла, достигнув его ушей, сменился тупым гудением, когда мозго-бот подплыл к кровати с пылесосом, собирая осколки. У этого не было глаз, но он чувствовал, как оно таращится на него, шёпотом грозясь убить.

Затем он почувствовал копыто на своей шее, и по его коже побежали мурашки, но когда он обернулся, рядом никого не было. Он снова ощутил это, на этот раз как тёплое дыхание у своего уха.

— <i>Тук-тук</i>.

Его сердце остановилось, и мир погрузился во тьму.

|[ ]|[ ]|[ ]|

Свет и звук наваливались со всех сторон, перегружая его чувства. Тэп быстро заморгал, пытаясь прийти в себя.

Высоко над головой сияло солнце, бросая вокруг него глубокие подвижные тени. Куда бы он ни посмотрел, его окружали здоровые, покачивающиеся деревья. Что-то прохладное и мягкое обнимало его копыта и щекотало ноги. Опустив взгляд, единорог наткнулся на пышную зелёную подложку. Снова посмотрев в небо, он увидел раскинувшуюся над ним бесконечную синеву. Между деревьями кружил лёгкий бриз, шелестя листьями и навевая усыпляющий покой. Вместо этого Тэп чувствовал беспокойство. Все его инстинкты кричали ему бежать из этого мира, который казалось был столь же живым, как и он.

Внимательно осмотревшись, он заметил прямо перед собой тропинку. Ясно видимая, она поднималась по пологому склону, на самой вершине которого росла высоченная ива.

Он осторожно приблизился, каким-то образом ощущая, что так нужно. Протянув копыто, он коснулся коры. Она была мягкой на ощупь, даже тёплой. Казалось странным, что такое большое дерево чувствуется таким <i>новым</i>.

— Так что страшит тебя в пространстве меж бытием и тем, что не реально? Считаешь ли себя ты проклятым и думаешь ли, что в тени твоей чудовище таится?

Глаза Тэпа широко распахнулись. Он обернулся на звук голоса и наткнулся на злобную улыбку.

— Иль думаешь, что сам лишился ты рассудка? — прошипела она сквозь зубы, всё ещё ухмыляясь.

Горизонт по всей своей длине вспыхнул взрывами, соперничающими по своей яркости с самим солнцем. Повсюду взвились столбы дыма и пламени, достигая неба и зачерняя его. Через мили со всех сторон до Тэпа донёсся крик миллионов голосов, постепенно заглушаемых резким пронзительным хохотом.

|[ ]|[ ]|[ ]|

Когда Дабл Тэп пришёл в себя, его приветствовала почти полная тишина. Он заморгал, пытаясь разогнать муть перед глазами, и упёрся в зубастый оскал. Когда его зрение достаточно сфокусировалось, оскал превратился в решётку радиатора, установленную в задней части корпуса спрайт-бота. Пони застонал, с силой потирая морду копытами. Звуки, сопровождавшие работу грифины, исчезли.

На противоположной стороне комнаты что-то звякнуло, привлекая внимание жеребца. Пахарита сидела на диване, нацепив на голову наушники и ковыряясь ножом и вилкой в куске безнадёжно сожжённого мяса. Обычно готовкой занимался паукообразный робот и он, по-видимому, ещё не вернулся.

Рита оторвалась от еды и улыбнулась, заметив Тэпа. Убрав тарелку в сторону, грифина скользнула с дивана. Двигая головой взад-вперёд в такт лишь ей слышимой музыке, она скользила лапами по полу бункера, вздымая облачка пыли. Её странный танец лишь слегка омрачался тем, что она старалась не переносить вес на свою заднюю левую лапу, чтобы свести к минимуму хромоту. Тэп мог лишь смотреть, как она приближается к нему. Наушники следовали за ней ещё несколько шагов, пока их не сдёрнул натянувшийся провод.

— Кторый час? — пробормотал он.

— За полдень, — весело чирикнула грифина. — Ты кричал во сне, поэтому я надела наушники. Видать, ты переволновался, и тебе нужно было вздремнуть. — Она исчезла, чтобы смотать кабели.

Через щели он видел, как грифина с важным видом крутится у своего рабочего места. Спустя минуту стуков и позвякиваний, она вынесла то, что на первый взгляд можно было бы назвать обрезом ружья с огромным стволом. Тэп сразу же узнал в дизайне этой штуки компоненты антимех-винтовки, хотя они были сильно модифицированы.

Там, где раньше был ствол длиной почти в половину пони, Теперь был короткий обрубок, выглядывающий за пределы цевья на длину понячьей морды. Само цевьё теперь лишилось магазина и затвора. Вместо этого, бывшая винтовка обзавелась «переломным» способом заряжания, спусковой крючок и конец цевья были аккуратно изъяты и соединены вместе. Оптический прицел был снят, но вынесенный вбок челюстной спусковой механизм остался.

Несколько секунд Дабл Тэп с нежностью любовался оружием, плавающим в поле левитации между его копыт. Бесшумно отодвинул защелку и переломил пистолет, который мягко раскрылся по направляющей оси. Он внимательно осмотрел казенник и боёк. Когда Тэп защелкнул пистолет, раздался мягкий, сладкий для ушей звук, а при нажатии на спусковой крючок сухо щёлкнуло. Единорог целую минуту сидел в безмолвии и Рита начала ёрзать на месте.

— Тебе нравится?

Он взглянул на грифину, затем снова на только что созданный пистолет в своих копытах.
— Ты из него уже стреляла?

— Неа! Оставила эту честь для тебя! — Пахарита мельком покосилась на пистолет. — Только эм...

— Что?

Грифина посмотрела на Тэпа с предельной серьёзностью.
— <i>Даже не думай</i> стрелять, держа его во рту.

Тэп вопросительно изогнул бровь.
— А чего так?

— Отдача тебе шею сломает. — Грифина указала когтистой лапой себе на горло и склонила голову под прямым углом к плечу.

— Охохо.

Тэп вернулся к изучению пистолета, обхватив его полем левитации и осторожно подняв так, чтобы тот завис чуть ниже челюсти. Цокнув копытами по полу, жеребец сделал несколько шагов к двери и с улыбкой обернулся на Пахариту, приглашая её следовать за собой. Грифина ухмыльнулась и вприпрыжку побежала рядом с ним.

На улице их встретил звенящий послеполуденный зной и раздававшаяся где-то в отдалении ружейная пальба.

— Надо бы во что-то пострелять, — протянул он, обращаясь скорее к себе, чем к грифине.

Пахарита пожала плечами и, когда они достигли переулка, оглянулась по сторонам и тут же принялась взволнованно тыкать его. Оглянувшись, жеребец понял, куда она указывает.

В их сторону, находясь пока ещё на расстоянии пары кварталов, неслась мантикора. На её жале болтался пронзённый посередине туловища пони, и этим же жалом она пыталась бить по двум куда более шустрым пони на земле. Тэп ухмыльнулся и кивнул, кладя копыто на плечо Риты. Та передала ему патрон, достаточно большой, чтобы использовать его в качестве пресс-папье. Он магией сдвинул защёлку, переломил ствол. Патрон вошёл идеально и единорог резким движением защёлкнул пистолет. Рита сунула ещё три патрона в карманы его жилета, а затем переключила что-то в своём ПипБаке. Раздался короткий резкий сигнал, и грифина рядом с ним превратилась в едва видимое размытое мерцание.

Сделав глубокий вдох, Тэп на долю секунды прикрыл глаза, проигрывая в уме то, что ему предстоит сделать. Как только звуки погони стали ближе, его глаза распахнулись.

Мантикора гнала свои жертвы прямо на них. Двое оставшихся в живых пони принялись подпрыгивать и кричать, будто стараясь привлечь его внимание. Тэп кивнул на небо и услышал резкий, но постепенно затихающий шелест крыльев. Жеребец сорвался в галоп, продолжая удерживать антимех-пистолет внизу. Крики пони сменились с воплей о помощи на возгласы недоумения.

— Ты чо творишь?!

— Беги в другую сторону, ты, чокнутый сукин сын!

Тэп проигнорировал их, проскочив прямо между ободранными пони, продолжившими нестись на полном скаку. Мантикора замедлилась, будто не зная, что делать с приближающимся единорогом. Тэп рванул вперёд, пригнулся, ударил в землю всеми четырьмя копытами и взвился в воздух, оказавшись на уровне глаз неуклюжей твари. Краем глаза он заметил ядовитое жало, на котором всё ещё болтался окровавленный пони. Его лица коснулось тёплое, влажное дыхание существа.

«<i>Наведи и надави.</i>»

В ту же секунду Тэп понял, насколько права была Рита, говоря о силе отдачи. Пистолет вырвался из его поля левитации, по пути ударив жеребца в правое плечо. Хотя это было уже не так уж важно, так, мелкое замечание, не более. Звук вышел такой, будто раскололась гора. Там, где всего мгновение назад располагалась рычащая морда мантикоры, теперь осталась лишь замечательная красная дыра, окруженная ассортиментом влажных кусков плоти и костей. Тэп пролетел сквозь неё, ухмыляясь от ощущения врезающихся в него кусков мяса и капелек крови. Единорог проскользнул по спине мантикоры и приземлился за ней.

«<i>Блядь</i>». Он встряхнулся, сбрасывая с себя кровавые брызги. «<i>Просто невероятно.</i>»

Практически обезглавленное тело мантикоры завалилось вперёд, встряхнув землю при падении.

— Ритаааа! Ну нихуя ж себееее! — Тэп взвился на дыбы, всматриваясь в небо, хотя знал, что она невидима. — Ты это видела?!

— Ты должен был удержать его! — Каждое слово звучало всё ближе, пока он не почувствовал ветерок от её крыльев.

Тэп изогнул бровь, взглянув на пространственную деформацию, обозначившую местоположение Пахариты.
— Так я ж держал!

— Значит в следующий раз держи крепче! — Хлопки крыльев прекратились и, спустя секунду, пистолет поднялся с земли. — Вещица хрупкая...

— Ему... нужно имя.

— О! Ну, ты прикончил эту мантикору с одного выстрела, верно? Назови его Лаконичный!

— Да-а, но ты сделала его для пробивания брони. — На лице Тэпа снова расцвела ухмылочка. — Я думаю, стоит назвать его Проникновенный.

— Это ж глупо! — чирикнула грифина.

— Твоё не лучше!

Прежде чем он успел продолжить спор, Тэп ощутил на своей шее её коготки и вздохнул, когда уголок её рта прижался к его губам. Даже не смотря на то, что она была невидима, единорог закрыл глаза, чувствуя, как её язычок вторгается в его рот. Поцелуй был кратким, но столь же приятным, как все остальные.

Подняв всё ещё горячую стреляную гильзу, Тэп сунул её в один из своих карманов. Инстинктивно он попытался вложить пистолет в кобуру, лишь спустя мгновение осознав, что кобуры для этого оружия у него нет. Вместо этого он засунул пистолет под жилет, затем развернулся и направился обратно к мастерской. Пони, убегавшие от мантикоры, теперь были заняты тем, что разделывали тушу и поджаривали куски мяса над медленно разгоравшимся костром. Выудив из огня кусок мяса на шампуре, Тэп левитировал его рядом с собой. Пони были слишком заняты, чтобы заметить пропажу.

— Выглядит довольно необычно, — поддразнил он.

Послышалось воркование Риты, и кусочки мяса начали исчезать прямо у него на глазах.

|[ /_\ ]|[ /_\ ]|[ /_\ ]|

Примечания переводчиков:

joltius: Поздравляем, ваше влияние на поклонников ФоЕ увеличилось на 500. Теперь рядовые поклонники считают за честь поздороваться с вами, а администраторы пишут за вас посты
Pegasus_Enclave: "Подлый затейщик" – отныне, ваши посты будут воспринимать с подозрением, а количество положительных отзывов уменьшатся вдвое. Шанс 15% на набег троллей-хомячков и разжигание срача

Pegasus_Enclave: "ну где же Герои, хнык, хотим Героев, хнык." Знаешь, я чувствую себя последней скотиной. И мне должно быть стыдно. Но почему... почему мне хочется отложить Героев ЕЩЁ на пару месяцев?

Pegasus_Enclave: Обожаю этот пад. Чувствую так, словно планирую ограбление банка и, никто об этом не узнает. Кстати
joltius: да
Pegasus_Enclave: Все думают, что после Эниве, мы будем переводить Героев
joltius: Тзинч будет доволен.
Pegasus_Enclave: Будет много боли. Придётся купировать, ознакомлением с более интересными фиками.
joltius: А почему они так думают?
Pegasus_Enclave: А ты как думаешь?
joltius: Не знаю, я бы уже по происшедшему понял, что не стоит ждать очевидного
Pegasus_Enclave: Нужна была интрига. Был дан недвусмысленный намёк, что выбор аргументирован размерами фика (что от части правда) и, после перевода Эниве, мы послушаем общее мнение и, возьмёмся за Героев
Pegasus_Enclave: Либо пациенты примут всё как есть, либо будут агонировать, вплоть до всплеска моря и тонн негодования в наш адрес
Pegasus_Enclave: Пока, угроз ещё не поступало

Pegasus_Enclave: Мы просто таки, корпорация "Оволабеан"
joltius: А это что ещё такое?
Pegasus_Enclave: Читается сзади – на перёд
joltius: Мы - дискордопоклонники.
joltius: Вводить в заблуждение, это наше призвание

Centergg: Должен написать что я - лоялист и с радостью и честью могу кричать "За Императора!"/"For teh Emprah!"("For teh Princess!" в Эквестрии). Но ужасное подозрение пронзает меня о том почему я так точно могу описать ход мышления Альфария`)) (ну должен же был и я что-то написать)

December 27, 2014
23:22 Caringhide: Я так понимаю, сегодня здесь вообще никто не появлялся? :D Выходные :)

proof1first: 3 часа ночи, значит пора начинать

Pegasus_Enclave: Мде. Голова уже вообще не варит. И 310 тому доказательство. Отдаю его тебе Жолтый. Делай с этой строптивой кобылкой, чего душе угодно.
joltius: Ладно, сделаю. Вот за что люблю пони, так это за то, что для подобных вещей не приходиться искать табуретку, с подпиленными в размер ножками.

Caringhide: Конячьи пипирки! Конячьи пипирки повсюду!!! Я не смотрю! Я не смотрю! /)_(\
Pegasus_Enclave: Клуб переводчиков-конелюбов.

Все совпадения псевдонимов переводчиков с реальными людьми, являются лишь плодом вашего воображения. Пинки Пай напоминает: «Злоупотребление "лунной пылью" и другими наркотичискими веществами, сильно вредит вашему здоровью. Оки-доки-локи?»

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56645/252382

Переводчики: joltius