Готовый перевод Fallout: Equestria - Anywhere but Here / Фоллаут Эквестрия: Где угодно, но только не здесь: Глава 3: Рабочая Обстановка

Глава третья: Рабочая Обстановка

~~~|*/\*|~~~

Бродя по Понивилю, я потерял всё, но утверждать, что я начал всё с нуля будет не совсем правильно. Когда я покидал Новую Эппалузу во второй раз, в моём сердце не было страха или чувства неуверенности в завтрашнем дне. Я точно знал, что мне делать, и где начать.

Не поймите меня превратно, вас не сбивали с ног как меня и, упав на землю, вы не принимались вновь скакать. Несколько моих первых вылазок были трудными. Прямо-таки зверскими, чес слово. Я орудовал кухонным ножом, мои копыта и рог против подонков в броне. Честно говоря, это ощущалось ещё и немного более трудным, будто бы находящиеся вне закона ублюдки, которых я вырезал, были лучше подготовлены. Я решил, что просто слегка удалился от происходящего в нескольких дюймах от моей жизни, но кто может сказать наверняка?

Прожив так примерно с месяц, я обрёл второе дыхание. Менее потрёпанные и более качественные пистолеты, и одежда, которая была намного приличней тех обносков, что я носил до этого. А вот в карманах, по-прежнему ощущался недостаток тяжести, ведь крышечки имели к ней самое прямое отношение, и это было не по мне. Хоть находимые мной банды рейдеров, возможно и были лучше экипированы, но складывалось такое ощущение, что, в общем и целом, их было меньше, что, как я полагаю, имело смысл. Ведь убив достаточное количество представителей определённого вида животных, ты проредишь стадо. И всё же, я не осмеливался вновь соваться в Понивиль. Называйте это как вам угодно, но даже произведение разведки этого места, с большого расстояния, вызывало у меня мурашки, чувство будто бы за мной вновь наблюдают.

Это приводило в уныние, если не сказать больше. После нескольких ночей рекогносцировки Пустоши я так ничего и не добился, и вновь занялся сопровождением караванов, и со временем перешел к охране курсирующего между Новой и Старой Эппалузой поезда. Мне было скучно, и я ненавидел то, чем занимался, но крышечки есть крышечки. Без охоты на рейдеров, которая могла бы занять моё время, я ночи напролёт просиживал в барах, пропивая свою зарплату. Это не было неприемлемо, наверное, и у меня появилось несколько хороших друзей, но жизнь наёмника – прославленного телохранителя – это просто не моё. Я скучал по дрожи предвкушения. Скучал по приключениям.

А затем, однажды ночью, прямо такой же как эта, приключения сами меня нашли.

Я сидел в баре Новой Эппалузы, стараясь забыть то, что я испробовал славу на вкус и лишился её, когда совершенно неожиданно услышал позади себя этот шум. Учитывая местонахождение бара, и всё такое прочее, я поначалу решил, что это просто пьяная потасовка. Но не услышав как разбиваются бутылки, или звуков выстрелов, я осознал, что это было что-то другое.

Обернувшись, я увидел невероятно милую маленькую грифину, стоящую у входной двери. И так, когда я говорю «маленькую», то имею в виду, что поначалу подумал, будто она была всего лишь птенцом, поскольку она была очень мала для грифона. Примерно с кобылу размером.

Вторым, что я заметил, было то, что на неё надет рабский ошейник. И я подумал – возможно, она была беглой рабыней, но Эппалузцы занимаются торговлей, поэтому беглой нет смысла приходить прямо в расположенный в центре города бар. И, похоже, никто не спешил присвоить её себе. К тому времени я уже был знаком с жителями Новой Эппалузы и знал, что ни у одного из них нет рабов, поэтому я подумал – возможно, она принадлежит кому-то, кто прошел через город. Её левая задняя нога, чуть выше пятки, была обмотана повязкой, заляпанной буровато-розовыми пятнами.

А ещё я заметил на её лапе ПипБак, и это лишь запутало меня ещё больше.

Казалось, она не заметила меня, и я сидел достаточно близко к двери, так что, когда она сделала несколько хромающих шагов внутрь бара, я фактически оказался за её спиной. К тому времени я был уже просто никакой, но сутью того, что она озвучила всем внутри бара, было то, что она нуждается в помощи по выслеживанию и последующему убийству кого-то и что она предлагает за это оплату. Ответ был потрясающим. Я вернулся к своей выпивке, но продолжал прислушиваться к ситуации вокруг неё. Она добавила что пони, за которыми она охотится, вообще-то рейдеры и что их много.

Можно сказать, что это привлекло моё внимание. Но, ух...

Как я уже сказал, я был очень, <i>очень</i> пьян, и это случилось почти четыре года назад, так что я не помню <i>точно</i>, как именно всё происходило дальше.

Как бы то ни было.

Я начал поворачиваться, но слегка потерял сознание в процессе. Когда я вновь стал четко воспринимать окружающую реальность, осталось только двое пони всё ещё пялящихся на неё, вместо целой комнаты полной пьяных зевак: молодая кобыла и старый жеребец. Оставшиеся добровольцы посмотрели друг на друга, затем вновь на грифину, а потом вернулись к своим делам. Грифина, с надутым видом, нахмурилась и постучала по боку своего клюва, выглядя при этом почти обиженной.

Она уже развернулась, чтобы уйти, когда я окликнул её, выглядя при этом слегка удивленной тем, что я столь внезапно появился позади неё. После того как её удивление прошло, она начала рассматривать меня, часто меняя положение головы. Она не казалась крепкой или сильной, как большинство грифонов, что я встречал в своих путешествиях. Она казалась откровенно <i>женственной</i>, что было очень странно в Пустоши, даже для девушки.

«Ты сказала то-то об убийстве за деньги?», спросил я, добавив, что вообще-то не помню остального из-за того, что вырубался.

С улыбкой покачав головой, она сказала мне что я не пропустил ничего важного и предложила купить мне выпить. Я последовал за ней к барной стойке, глядя, как покачиваются её бёдра из-за того, что она пытается не нагружать свою раненую заднюю ногу. У барной стойки, она поднялась на здоровую ногу, повернулась, и откинулась назад, опёршись на неё локтями. Она следила за входом, будто бы ожидая, что кто-то войдёт в бар вслед за ней, что было забавно, учитывая как легко я её напугал.

«Ты рабыня?», спросил я её через минуту, или две.

Она окинула меня взглядом и ухмыльнулась, сказав что-то типа: «Неужели я выгляжу как рабыня?»

Я промолчал, и она заказала выпивку. А я ведь даже и не знал, что в баре Новой Эппалузы имеются крошечные зонтики.

«Итак, мы убиваем рейдеров?», спросил я.

«А это проблема?», ответила она, после чего отпила из своего стакана и, сглотнув, поморщилась.

Мне кажется, я ухмыльнулся, когда она задала этот вопрос.
«Это в большей степени плюс, если тебе интересно моё личное мнение», сказал я. «Ненавижу этих чмошных выблядков.»

Она в ответ ухмыльнулась и спросила, как меня зовут. Я назвал своё имя и спросил, как зовут её.

«Пахарита», провозгласила она так, будто это было название страны, слегка при этом поклонившись. Она немного шаталась, когда вновь пыталась стоять прямо на задних ногах. «Итак, давай перейдём к делу.»

Пока мы обсуждали планы, я один или два раза терял сознание, но она либо подводила итог тому, что я пропустил, либо говорила, это было не так уж и важно, таким образом, мы не потратили слишком много времени, просиживая свои задницы в баре. И как только в моей голове отложилось всё, что мне нужно было знать, мы отправились в ночь.

Предполагалось, что я буду действовать в одиночку. Я всегда понимал, что если со мной будет находиться кто-то ещё, то это просто-напросто меня замедлит, и я не желал нянькаться с ней, в то время как мог бы сосредоточиться на планировании и убийствах. Но, по правде говоря, наличие рядом со мной Риты, особенно в тот первый раз... Это ощущалось приятным. Даже естественным. Она двигалась со мной в ногу, летя достаточно низко, чтобы не привлекать к себе внимание, проверяла свой ПипБак, и сообщала мне, если им обнаруживались какие-либо агрессивные дикие животные, к которым мне не следовало приближаться, или как близко мы уже подошли к тому месту, в которое направлялись.

— Где же часть о том, что оказалось... Да ёбаный в рот, прекрати врываться сюда вот так. Минуточку, прости... что ты задумала?

— «Ну... я же только что закончила готовить обед! И надеюсь, что ты к нам присоединишься. Ты ведь любишь карри, не так ли?»

— А это что, ещё и вопросом было? Сейчас приду, дайте мне всего лишь... От дерьмо, и на какую кнопку мне там нужно было...

~~~|*/\*|~~~

|[o’o ]|[o8- ]|[( ) ]|

Дабл Тэп задрал свой бинокль чуть выше, чем следовало, и ему в глаза вонзились слепящие солнечные лучи, изливающиеся сквозь редкие прорехи в облаках. Он заворчал и попытался проморгаться от повисших перед глазами цветных пятен. А Рита фыркнула и перевернула страницу своего комикса. Из динамика её ПипБака тихо струилось что-то задушевное.

— Если она мотается по округе, летая в пассажирской повозке, — пробормотал Тэп, взглянув на грифину, — то как, чёрт подери, мы должны догнать её?

Рита, изогнув бровь, посмотрела на него поверх комикса.
— Мы должны вычислить, куда она направляется ещё до того, как она туда прибудет! Это типа как сыскная деятельность! И при этом нужно очень много, и упорно думать, так что, ты просто оставь это на меня, хршо?

Тэп прищурился и вернулся к изучению горизонта.

— Итак... — начал он спустя пару минут наблюдений за тем, как группа гулей разрывает на куски рейдера.

— Ага? — Его ушей достиг шорох бумаги, когда она перевернула очередную страницу.

— Ага... Насчет ЛитлПип.

Интонация Пахариты тут же изменилась.
— А что там насчёт неё? — Он мог прямо-таки представить себе, как она вскинулась.

Тэп закрыл глаза, приготовившись к бурному восхвалению, которое, вне всяких сомнений, вскоре последует.
— Посвящённая ей папка Стальных Рейнджеров была великолепна, когда дело касалось описания её способностей и характерных черт, но была не особо объёмной в плане оперативно-тактической информации(информации о том, как она ведёт боевые действия), не касающейся её Рейнджеро-убивательной вечеринки в Стойле Два. Что ух... — Он скрипнул зубами, ведь Рита уже визжала. — Что ты можешь мне рассказать о...

— Да я могу рассказать тебе почти всё, что известно о ЛитлПип! Наряду с Министерскими Кобылами и ДиДжеем Понтри, она, наверное, моя самая любимая тема для разговора! — Она уже уютно устроилась рядом с ним, а её глаза практически мерцали, когда он встретился с ней взглядом. — Что ты хочешь знать?!

Не смотря на то, что он уже пожалел, что спросил, Тэп проглотил свою гордость и начал задавать уточняющие вопросы:
— С чем именно мы столкнёмся лицом к лицу? Что ещё она совершила, о чём мне следует знать?

— Ох ты ж, с чего же мне всё-таки начать? — Рита перекатилась на спину, вытянув перед собой все свои четыре лапы.

— Что, из услышанного тобой о ней, было самым первым?

— О! Ладно, я слышала будто бы, покинув однажды Стойло, она в одиночку бросила вызов рейдерам из Понивиля!

Глаза покрытого шрамами единорога округлились, а сам он напрягся, услышав упоминание о Понивиле. А секунду спустя он расслабился.
— Да ничего такого в этом нет. Я это уже делал.

— Это ты так говоришь, но откуда мне знать... Ты мог получить эти шрамы где угодно, и в твоей истории полно пробелов! — Тэп фыркнул, и она ухмыльнулась, поглядывая в сторону. — А кроме того – она победила! Я слышала, что она зачистила всю библиотеку! Библиотеку <i>Твайлайт Спаркл</i>! Она даже освободила кучку пленников, пока занималась этим! И вышла оттуда так, будто это не было для неё <i>чем-то особенным</i>.

— Брехня, — пробормотал он.

— Не-не-не! Абсолютная правда! ДиДжей Понтри всё об этом мне рассказал! — она выразительно помахала передней лапой с ПипБаком, а защищающий запястье компьютер вращался при каждом взмахе.

— Ну ладно, значит, она, по всей видимости, убила кучку рейдеров. Я бы тоже смог это сделать, если бы вернулся в Понивиль. Чего ещё она совершила?

— Убила дракона!

— Рита, это совсем не смешно. Мне на полном серьёзе необходимо знать, что... — Он взглянул на лежащую грифину, и она, с самой самодовольной своей ухмылкой, постучала по динамику ПипБака. — Да ты блядь надо мной <i>издеваешься</i>.

— Убила его из магического дробовика драконоборца! У него не было ни единого шанса. Мне его даже почти жаль!

— Ну, если уж это был какой-то-там магический дробовик, тогда конечно, у него не было ни единого шанса. — Он немного опустил бинокль, пихая её передним копытом. — Дробовик был <i>создан</i> именно для этого. Если ты создаёшь оружие для убийства «чего-либо», и оно убивает это «что-либо», то оно делает именно то, что должно.

Пахарита перекатилась обратно на лапы, искоса посматривая на него.
— Ты желаешь, чтобы у тебя самого была возможность убить дракона.

Тэп фыркнул и вновь сосредоточил внимание на бинокле.
— Что ещё?

Раздавшийся в отдалении взрыв тут же завладел их вниманием. Тэп, наведя бинокль на сносимый ветром дым, в нескольких кварталах впереди, заметил несколько облачённых в тяжелую броню пони. Тёмные провалы глаз делали их шлемы похожими на металлические черепа, в то время как воздушные фильтры вокруг делали их больше похожими на противогаз. Это был традиционный дизайн Стальных Рейнджеров, но казалось, что броня была выкрашена в красную полоску. Как только они нырнули в укрытие, чтобы перезарядиться, дым немного рассеялся, являя на обозрение трёх высоких, величественно выглядящих кобыл – двух зелёных и голубую. И каждая из них обладала как рогом, так и парой крыльев.

«<i>Ооох, аликорны</i>», задумчиво проговорил он про себя, предпринимая попытки заполучить наиболее хороший вид крупа льдисто-голубой кобылы. «<i>С какой стати эти выблядки из Стальных Рейнджеров стреляют по ним? Наверное, дерутся за тостер или лампочку, или ещё что-нибудь вроде этого.</i>»

Облачённые в броню пони вышли из укрытия, и один из них тут же рухнул, когда зелёная аликорн поразила его молнией. Остаточные разряды прыгали по металлической оболочке, а из сгоревших электрических схем поднимались закручивающиеся струйки дыма.

«<i>Силовая броня</i>», мысленно произнёс Тэп, с издёвкой. «<i>Всецело перехваленный маго-технический мусор. Возможно, вместо того, чтобы зависеть от вычурного робокостюма, в следующий раз ты попробуешь не попасть под удар, долбоёб</i>»

Другой Стальной Рейнджер, обошедший упавшего товарища, чтобы прикрыть его огнём, осыпал их градом гранат. Щиты аликорнов рябили, пока они уверенно удерживали занятую позицию, противостоя атаке.

— Ох! А ещё, она убила целую кучу пони, в Старой Эппалузе! — выпалила Рита, у которой, похоже, пропал интерес к битве. — Она просто ворвалась туда и перестреляла всех до единого! Ей даже удалось убить аликорна, сбросив на неё дом!

— Дом, — тупо повторил Тэп, не отрывая глаз от перестрелки.

— Агась, целый дом! А затем ещё больше работорговцев, пытаясь вернуть себе освобождённых ею пони, попробовали захватить поезд на котором они ехали, и она их тоже всех поубивала! Она даже пустила поезд под откос, с обрыва, при этом уйдя оттуда без единой царапины!

Обе зелёных аликорны были разорваны непрекращающейся чередой взрывов и, подобно ярко-красному конфетти, украсили собой ближайшие окрестности. Оставшаяся аликорн... та, что льдисто-голубая... развернулась и взмыла в воздух, пытаясь отступить. Со свистом, несколько ракет устремились за ней и расплескали свою цель, взорвавшись практически одновременно. С улицы донёсся отдалённый восторженный крик, когда её останки усеяли бетон.

Тэп лишь тихо вздохнул.
— Ну что за разбазаривание столь великолепных крупов.

— Если хочешь, то можешь пойти и подобрать кусочек, — хихикнула грифина, заработав при этом сердитый взгляд.

— То есть, получается, что ветки Эппалузы больше не существует, именно из-за неё? Что же, думаю это стоит похвалы. Ненавидел тот злоебучий поезд. — Облизав свои губы, он левитировал бутылку виски, украденную из Разбитого Копыта. После хорошего глотка, он сделал вывод, что у Гаудины был отличный вкус. — А что, собственно, там забыла аликорн?

Когда он взглянул на Пахариту, та лишь пожала плечами, нахмурившись, и подперев голову когтистой лапой.
— Походу делишки Красного Глаза. Аликорны и Красный глаз, подобны сардинам с ореховым маслом. — Тэп еле слышно издал тошнотворный звук, представив, каково сие блюдо будет на вкус. — Пип и Красный Глаз так же ни разу не встречались, с глазу на... глаз.

— Оно и не удивительно. Похоже, Красный Глаз слишком хитёр для неё. Большинство пони думает, что всё вокруг станет лучше, стоит лишь щёлкнуть выключателем. Но ты не можешь всё исправить, с помощью какой-то там супер-магии. Для этого, нужно делать определённые шаги.

Рита продолжала тараторить, словно игнорируя его.
— Я слышала, что когда она была в Филлидельфии, то добровольно вышла на арену, убив там всех оппонентов, до единого. Она выиграла встречу с Красным Глазом... — издав смешок, грифона сжала в кулак свободную лапу. — И плюнула, прямо ему в лицо!

Тэп почувствовал, как отвисла его челюсть.
— Вот <i>пизда</i>! Да кем она себя возомнила?!

И вновь, Рита пожала плечами, пытаясь вырвать бинокль из магической хватки Дабл Тэпа.
— А, всего лишь Дарительница Света и спасительница Пустоши. К тому же, ты тоже убивал пони, из патруля Красного Глаза.

Пожевав нижнюю губу, Тэп освободил из магической хватки бинокль, как раз в тот момент, когда Пахарита хорошенько потянула вещицу на себя. От такой неожиданности она пискнула, упав при этом на спину.
— Ага, но нам <i>платят</i> за это. А она просто носится по округе, разрушая его планы, ради... <i>веселья</i>. Вроде как. Не знаю я. — Сердито взглянув на него, Рита вновь встала на свои лапы. — Убивать его бойцов и плевать ему в лицо – две очень разные вещи.

— Что же, ты не прав, ну да ладно!

— Да как скажешь. Что ещё, ты можешь мне рассказать?

Пахарита постучала себя несколько раз по клюву.
— Эм... Она убивает аликорнов, словно чемпион!

Единорог нахмурился.
— Ну разумеется...

— Ей даже удалось расправится с очень-очень большой аликорной в Филлидельфии!

— Круто, — монотонно ответил он, неспешно осматривая горизонт.

Его мысли, метнулись к огромному, угольно чёрному крупу, этого когда-то великолепного существа, и вкусу очищающего от радиации коктейля, который он сварганил. И несмотря на то, что он едва не умер от лучевой болезни, это был весьма захватывающий опыт. Приятные воспоминания поблекли, когда он начал размышлять о том, что сказала ему Рита.

«<i>И всё же, была ли это та же самая супер-аликорн, с которой я встречался во время своего последнего визита в Филлидельфию? Или... они по очереди становятся супер-аликорном?</i> Нахмурив бровь он выглянул из-за стены здания, на котором они расположились. <i>И если даже эта малявка убила другую аликорну, то помнит ли та меня до сих пор? Или у них всех общие воспоминания? Или... а, в пизду...</i>»

Несколько пониобразных фигур, топтались на уровне улицы. Все они были истощены и смотрелись так, словно, в разной степени, разваливались на части. Но он ещё не мог сказать, были ли они безмозглыми животными, или всё ещё разумными существами. Спустя мгновение, все они обернулись и открыли огонь по стае облезлых собак, которые неслись в их сторону.

Удовлетворив своё любопытство, он сел обратно, и осмотрел темнеющий горизонт. На востоке, в гавани Мейнхеттена, гордо возвышалась Статуя Дружбы – реликт старого мира, теперь служащий домом для сотен пони. Порой, Пахарита выполняла контракты, которые получала в злачных частях Города Дружбы, но он сам крайне редко, ступал на территорию самого города. Не считая Башни Тенпони, единственное поселение, которое они часто посещали, было Арбу... ради еды, торговли и хорошей компании... с периодическими визитам в Эппалузу и Филлидельфию.

Его взгляд задержался на Арбу. Он не мог различить ничего более чем просто силуэт поселения, но его воображение с легкостью дорисовало пони, занимающихся своими обычными делами. Внезапно, он вспомнил про день рождения, о котором ему нужно было бы помнить. Он мысленно пнул себя за то, что не забрал у мантикоры зуб, или шерсть из гривы, или хотя бы кусок мяса, чтобы отдать в качестве подарка.

«<i>Проклятье... ей бы это понравилось. Возможно ещё не слишком поздно вернуться назад и...</i>»

Резкий тычок вернул его в реальность. Рита ухмылялась и качала головой.
— Думаешь о своей <i>поодрууужкеее</i>?

Тэп отпихнул её в строну.
— Отъебись, Рита. Она не моя подружка.

Мерцающий огонек, движущийся вокруг крыши Тенпони, привлек его внимание. Он поднял переднюю ногу и принялся указывать ею на огонек, пихая грифину другой.

— Агась, вижу! — Она начала подпрыгивать на месте, смотря в бинокль, и махая при этом крыльями. — Это они!

— Есть мысли о том, куда они направляются?

— Неа! — Рита медленно повернула голову, вслед крошечному пятнышку пассажирской повозки, когда та пронеслась над руинами Мэйнхеттена. — Но если предположения должна строить именно я, то это выглядит так, будто они направляются куда-то на запад, в сторону Вечноди... Эмм... не совсем... возможно, Понивиль?

— Ебучий...

|[ 7 ]|[ /_\ ]|[o8- ]|

— Пойти по дороге было бы безопасней... — тихо прохныкала Пахарита. Тэп не считал сколько раз она уже это сказала, но знал, что вот именно эта жалоба пересекла черту, отделяющую «немного», от «очень много». — Одно дело, если ты хочешь подвергнуть опасности свою собственную жизнь, но...

Тэп ухмыльнулся в ответ, встретившись с её испуганным взглядом.
— Неужели ты боишься парочки мутировавших алмазных псов?

— Да! — сощурившись, ответила она, визгливым шепотом. — Они меня до смерти пугают!

— Отстойно, — пожал он плечами, продолжая идти средним шагом. — Да, пойти по дороге было бы безопасней, но они уже нас опережают, и если мы сейчас их не догоним, то зайдём так далеко ради не более чем огромной, и напрасной, траты времени. Как только мы минуем Старый Олней, то окажемся почти в безопасности вплоть до Понивиля. Если, конечно, именно туда они и отправились, но как бы то ни было...

Он торопливо осмотрел темнеющий горизонт, за которым быстро исчезали последние отблески солнца.
— Мы только что миновали Мерипони, и последнее, что мне вспоминается – Красный Глаз и Богиня выступают в одной упряжке. Худшее тянется к худшему, мы проследовали за ними до самого её порога. Возможно, мы сумеем раздобыть пару аликорнов, чтобы они нам помогли.

— Богиня или нет, но мы не можем там останавливаться! Это страна Адских Гончих! — нахмурившись, продолжила грифина. — И, кроме того, неужели ты думаешь, что аликорны помнят ту единственную работу, которую мы выполняли?

— Если они помнят это, то они <i>несомненно</i> помнят, что я... это что, был звук выстрела?

Рита изогнула бровь.
— Я ни...

— Шшшш...

Дабл Тэп, задержав дыхание, навострил уши. Шум трения перьев Риты о воздух наполнил тишину, в то время как он ждал, когда вновь послышится этот звук. Звук так и не повторился, но ушей Тэпа достигли еле слышные крики. Неподалёку неясно вырисовывался силуэт города. Внезапно, у него появилась довольно-таки хорошая идея, где закончился путь их цели. Он прикинул, что сможет добраться до него карьером[Карьер - самая резвая разновидность галопа, который является трехтактным аллюром высшей школы верховой езды.] за десять, или пятнадцать, минут. Рита тяжело сглотнула, когда он встретился с ней взглядом, и кивнула.

Не произнеся больше ни слова, они во весь дух помчались к городу, и Пахарита начала набирать высоту, хлопая изо всех сил крыльями. А единорог глубоко дышал, мысленно пробегая по своему репертуару заклинаний. И первым в этом списке шел подавитель света, сводящий практически на нет свечение его рога, пока вокруг него искривлялась тьма. Дальше шло заклинание для копыт, при котором каждый его шаг магическим образом создавал антивибрацию воздуха, чтобы полностью глушить шум от его перемещений. Правда он не был уверен, насколько хорошо это будет работать против существ, которые по своей сути чувствуют любые виды вибрации в земле, но в данный момент ЛитлПип была важнее.

Он быстро приближался к краю города. Вновь донёсся и стих звук выстрела, но Пахарита не подала знака, что Небесный Бандит отправился в путь. Воспользовавшись левитацией, он быстро прошелся по имеющемуся у него снаряжению.

Две дюжины гранат, собранных в связки, в кармашках его патронташа, а также примерно вдвое меньшее количество мин, к которым прилагалась катушка металлической проволоки. А Рита имела при себе довольно-таки много дополнительного оборудования на тот случай, если потребуется пополнить запасы в чрезвычайной обстановке. Комедия и Комедия – его пистолеты-близнецы калибра девять миллиметров, с глушителями – плотно держались в своих кобурах, и оба были заряжены бронебойными патронами. На себе он нёс десять дополнительных магазинов к ним, но, как и со взрывчаткой, знал, что у Пахариты имелось при себе ещё как минимум двадцать магазинов сверху. Проникновенный находился в притороченной к спине кобуре, и его тяжесть ощущалась чуждой. Для него было в наличии лишь десять громадных патронов, не считая тех скольких-то патронов, находящихся у Риты про запас, но он не планировал использовать его против чего-либо отличного от Стилхувса. Множество метательных ножей были спрятаны в его жилетке и свитере, и располагались везде, куда только можно было их запихать так, чтобы не вонзить в самого себя. Он не мог с уверенностью назвать их точное количество, но их было более чем достаточно.

Тэп промчался мимо нескольких домов и, развернувшись прямо перед кирпичной стеной огромного здания, поднялся на дыбы, и прижался к ней спиной. Он хрустнул сначала путовыми суставами, затем шеей, стряхнул с себя пыль, и ненадолго замер, переводя дух. Как только к нему вернулась его обычная осанка, он вдохнул немного дэша, подготавливая себя к намного большей дозе, последовавшей чуть погодя. Тэп слышал движение, много движения, искаженного и затянутого из-за наркотиков в его кровеносной системе. И ни одно из них не звучало лошадиным, по своей природе.

И в тот самый момент, когда Тэп уже собирался выглянуть из-за угла, его ушей достиг тихий, создаваемый перьями, шум. Он обернулся, обнаружив, что стоит очень близко к размытому, едва видимому силуэту.

— Ты помнишь, когда я сказала, что боюсь Адских Гончих? — прошептала Рита, и, прежде чем Тэп сумел ответить, продолжила: — Так вот, довольно-таки много псин слоняются по округе, прямо дальше по улице.

— А что насчёт...

— Я покружила по округе. Небесного Бандита нигде нет, но я заметила Каламити и Вельвет на крыше госпиталя. И мне кажется, что вместе с ними находился их феникс.

— Это...

— Да, медик единорожка и снайпер пегас. Пип, Стилхувс, и та <i>зебра</i>, наверное, внутри.

Тэп вновь начал двигаться, но лишь для того, чтобы почувствовать, как его воротник стискивают когти.
— Они буквально окружены Адскими Гончими! — Она немедленно отпустила его воротник, и он мог прямо-таки представить, как она зажимает свой клюв когтями.

— Я просто взгляну, — прошептал он. — И если ты ещё раз меня остановишь, то я тебе врежу, сильно.

В переулке было чисто. Выйдя из-за угла, и указав ей жестом следовать за ним, он медленно продвигался вперёд, пока проулок не вышел на улицу. Слово «<i>довольно-таки много</i>» – не совсем точно, описывало количество тех огромных, двуногих, собакоподобных существ, заполонявших улицы Старого Олнея, и пристально смотрящих на крышу госпиталя. Их передние лапы были почти комично огромными, вот только громадные, способные кромсать плоть и сталь, когти, которыми они оканчивались, делали их гораздо менее забавными. В некоторых массивных лапах он заметил энергомагическое оружие, изменённое так, чтобы приспособить его под их способность пользоваться пальцами. Их глаза светились в темноте, ловя и отражая свет собственных факелов. Это была толпа какой он не видывал прежде, а он их немало повидал.

Гигантская, по своим размерам, адская гончая, поднялась над остальными, стоя на чём-то, с виду похожим на фургон, и держа при этом рупор. Ещё до того, как его ушей достиг её хриплый звероподобный голос, он понял, что она, это именно «она», его внимание переместилось прямо на параллельные ряды сосков, что протянулись от её груди и вплоть до самого сокровенного места. Её изорванный жилет едва их прикрывал. У неё было что-то напоминающее гриву, но волосы выглядели жесткими и засаленными.

— Пони, мы знаем, что вы там! — гаркнула она в рупор, указывая в сторону крыши. — Спускайтесь! Даже после того, как вы убили моих щенков, я прошу вежливо!

«<i>Ого</i>», проговорил он беззвучно.

Тэп попятился, махая во все стороны передней ногой, пока не почувствовал перья и шерсть.
— И каким блять образом, я должен миновать <i>это</i>?

— Да не знаю я! — послышался визгливый шёпот в ответ. — Может, у нас получиться провернуть какой-то отвлекающий манёвр, и ты сможешь туда прокрасться?

Единорог кивнул, вновь выглядывая из-за угла. Только в этот раз, он ощущал, рядом с собой, тёплое пернатое присутствие, держащееся за него изо всех сил. Он прошелся по толпе взглядом, моментально задержавшимся на многогрудой адской гончей с рупором, прежде чем сосредоточиться на поставленной задаче. Окинув взглядом улицы в первый раз, ничто не бросилось ему в глаза, но вот во второй раз, он обнаружил нечто необычное в мерцающем свете факелов.

В нескольких домах от толпы, нечто выступало из самой земли, с торчащим оттуда длинным стволом. Прищурившись, Тэп попытался разглядеть это сквозь темноту, но никак не мог уловить всё изображение. Он, развернувшись, снова отошел назад и, обойдя здание, двинулся по окраине Олнея в сторону таинственного объекта. Осторожно пройдя вниз по переулку ещё раз они вновь вышли на главную улицу, но уже по другую сторону от адских гончих. Даже не смотря на довольно-таки плохое освещение, он всё же начал понимать на что именно он смотрит.

— Неужели это... — запнулся он, мельком взглянув на адских гончих, стоящих вдоль улицы. — Что-то типа <i>танка</i>?

— По правде говоря, это и есть танк. Танк земных пони, если быть точным. Нарезное, стодвадцатимиллиметровое орудие... с автоматом заряжания, смонтированный на крыше крупнокалиберный пулемёт... Такие крошки очень редко встретишь. Я хочу сказать, что управляемых пегасами летающих танков – хоть отбавляй, а вот на наземную бронированную технику, финансов выделялось куда меньше. Большинство военных технологий ушло ВВС или Стальным Рейнджерам. Однажды, Эпплджек сказала, что...

Даже не смотря на то, что он не мог её видеть, он точно знал, куда стоит направить свои копыта, чтобы захлопнуть ей клюв.
— Рита заткнись же наконец и скажи, сможешь ли ты заставить эту штуку работать?

— Поскольку здесь и в самом деле весьма сухой климат, и всё такое прочее, и не похоже, чтобы за прошедшие с тех времён две сотни лет к нему кто-либо прикасался... Да, думаю у меня он заработает без особой возни. Возможно, понадобится серьёзная регулировка, плюс ещё в двигателе могла скопится пыль, но я определённо заставлю его работать. — Она задумалась. — Они же будут просто кишма-кишить вокруг него, как только я заведу мотор, впрочем...

— Ну, тогда уйди оттуда, прежде чем это случится.

— Шутишь? Это же довоенный артефакт! Да Стальные Рейнджеры несомненно обкончаются, если увидят его!

Каждый раз, когда она повышала свой голос, Тэп кривился, окидывая взглядом уже встревоженную и раздражённую свору мутировавших псов.
— Ладно? Так значит, ты намерена уехать отсюда на этой штуковине? — Он протянул копыто, и его рог тускло засиял. — Дай мне всю взрывчатку, которую ты с собой носишь.

За этими словами, последовал короткий, односторонний обмен. Дополнительные гранаты и мины ощущались тяжёлыми, но ему было известно, что эта ноша задержится у него ненадолго. Мёртвая грифина была для него бесполезна. Именно поэтому, первым чем он занялся, прежде чем произойдёт отвлекающий манёвр, была установка ловушек, в надежде, что это даст ей немного дополнительного времени.

Череда мягких щелчков, достигла его ушей.
— Когда ты здесь закончишь, — шептала она, её голос становился всё более отдалённым, — направляйся в Мерипони.

Наставления Пахариты, прервались шелестом перьев, последовавшим за пугающе громким скрипом, когда люк, рядом с орудийной башней открылся и вновь закрылся. Он с облегчением вздохнул, когда толпа, продолжила всецело уделять своё внимание крыше.

— Я прошу во второй раз! — прорычала то, что как он предполагал, было матерью выводка адских гончих. — Пони, испытывающие моё терпение! Спускайтесь вниз, иначе мы заставим вас спуститься!

Тусклый свет его магии окутал несколько мин, поднимая и равномерно выкладывая их поперёк улицы. Тени танцевали вокруг фигуры Тэпа, когда он прошмыгнул во входную дверь бывшего круглосуточного магазина, доставая три гранаты, и бережно пристраивая их за куском бетона. Левитируя катушку перед собой, он протянул конец проволоки от чек трёх гранат до дальней стены, продев при этом свободный конец во все кольца и крепко его завязав. Затем вогнал метательный нож в трещину в стене, настолько глубоко, насколько это было возможно, перерезал проволоку и привязал другой конец к рукоятке. Придерживая одним из копыт чеку и дёрнув за натянувшуюся проволоку, он расплылся в довольной ухмылке.

Сосредоточившись на хорошо проделанной работе, Дабл Тэп наложил заклинание-приманку, на ближайшую мину. Ничего мудрёного, всего лишь неясное движение и звук его голоса, направленный в сторону магазина, но он подумал, что взбешённая адская гончая проглотит наживку без каких либо раздумий. Переступив через проволоку, он сам вошёл в магазин, укладывая по дороге ещё парочку мин, пока медленно пробирался сквозь тьму к чёрному ходу. Последняя установленная им мина, мягко замерцала, когда он вновь применил заклинание-приманку, нацелив его в сторону необитаемого простора Прекрасной Долины. Он сделал круг через проулок, заложив ещё тройку гранат под большим мусорным баком, привязав их чеки к расположенной рядом, прогнившей кирпичной стене. Пересекая улицу, единорог крался вдоль границы тьмы, укладывая всё больше мин.

У входа, как он предположил, детского сада, не было ничего, за что можно было упрятать гранаты. Вместо этого, он сперва проложил проволоку, продевая её через рукоятки, вбитых в трещины кладки ножей. Затем, вогнал нож в потолок, продевая проволоку сквозь отверстие в рукоятке. Проверив точки опоры ножей, он левитировал к свисающему концу ещё три гранаты и, привязав их чеки, осторожно дал им повиснуть под собственным весом, прежде чем отпустить. Тяжело провиснув, они просто таки молили, что бы их кто-то задел, отпустив тем самым на свободу.

— Вы сейчас же спуститесь! — донёсся до него её лай. — Это последняя возможность!

«<i>Да почему они просто не возьмут это чёртово место штурмом?</i>» Установив ещё одно заклинание-приманку, Тэп окинул взглядом огромную суку адских гончих и её неугомонную родню. «<i>Чего они дожидаются? Они ведь не могут и в правду быть заинтересованы, в мирном разрешении конфликта.</i>»

В отсутствии мерцающего света факелов, его глаза быстро адаптировались к царившей внутри детского сада темноте. Он осторожно пробирался сквозь него, время от времени закладывая очередную мину, и прикрывая её останками изъеденной молью плюшевой зверушки.

В тот миг, когда он достиг дверного проёма, в заднем фасаде, гул и грохот сотряс здание, и, похоже, не собирался затихать. Дверной проём обвалился, захватив с собой часть потолка. Он, сощурился, чтобы уберечь глаза от падающей пыли и крошащейся штукатурки, развернулся и пошел назад, к центральному входу. Ещё одна, более сильная вибрация, сотрясла здание и едва не сбила его с ног, а вдоль стен и на потолке начали образовываться вереницы глубоких трещин. Тэп, потянулся магией как раз вовремя, чтобы поймать свой букет из гранат, и неподвижно удерживал три металлических ребристых яблочка, пока всё вокруг продолжало дико трястись. Часть дверного каркаса так же рухнула, уволакивая за собой проволоку и три привязанные к ней чеки. Тэп заворчал, а его рог засиял ярче, и он пролевитировал все три гранаты на улицу, где они и взорвались пару секунд спустя.

Тэп достал оба пистолета и сжал гранату, в предчувствие задержав дыхание. И он был очень благодарен тому, что сделал это, когда мгновение спустя, в помещение ворвалось облако пыли, вынуждая его закрыть глаза. Быстро перемещающийся кашляющий звук, стал более отчётливым, когда грохотание утихло и, лишь редкий цокот, похожий на ударяющиеся друг о друга камни или сухую галтовку[Сухая галтовка — технологический процесс очистки и предварительной обработки поверхности твердых материалов, при использовании сухих галтовочных тел.], нарушал неожиданно наступившую тишину. Чтобы не произошло на улице, оно явно скрыло непредвиденный взрыв, его подвешенных гранат. Хоть он и был этому рад, но обстановка явно изменилась, и от неопределенности его мужество начало мутить. Тем временем, кашель становился всё более слабым, пока не исчез окончательно.

Единорог раскрыл глаза, и его поприветствовала мимолётная улыбка, уже через мгновение вновь исчезнувшая.
«<i>Отъебись</i>», — мрачно подумал про себя он.

Прищурив глаза, и вглядываясь в пыль, он встал с пола, и, навострив уши, начал не спеша вращать ими, стараясь услышать хоть что-нибудь, что сможет помочь ему оценить ситуацию. Донёсшийся со стороны улицы кашель, нарушил тишину. Его взгляд приковала к себе лестница, которую он пропустил, входя внутрь. Тэп, прислушиваясь, крался на второй этаж.

— Следы пони есть?! — Он тут же узнал этот грубый, женский голос их вожака.

— Может мы раздавить их! — отозвался, на этот раз голос самца. — Ты говорить крыша остаться целой, когда она падать, но она, как по мне, выглядеть разбитой!

— Не моя вина, что пони такие мелкие!

Не столь сипло звучащий женский голос спросил:
— Мы всё ещё откапывать их и съедать?

Выглянув из окна второго этажа, единорог наблюдал за адскими гончими, которые в огромном количестве выкапывались на поверхность вокруг дымящихся руин, что всего пару минут назад, были больницей. Повозка, на которой ранее стояла та огромная сука, была погребена под завалом, на вершине которого она теперь возвышалась, пока толпа постепенно собиралась вокруг неё. Рядом с ней, стояла меньшая и не столь массивная адская гончая, с чуть более стройными лапами. Адская гончая развернулась в другую сторону, заставив его пригнуться, скрипя зубами.

— Конечно — проворчала мать выводка. — Не столь весело, если мы не сможем преследовать их сперва... Ну да ладно.

Тэп вновь медленно выглянул из-за подоконника. Большая адская гончая уже уходила, но вот менее крупная особь осталась на месте, всё ещё стоя, повернувшись в направлении его здания. При более близком рассмотрении, он понял, что мелкая <i>тоже</i> была самкой, и, должно быть, именно она была той, кто спрашивала по поводу откапывания ЛитлПип. Её шерсть, была по большей части красно-коричневого цвета, почти схожего с цветом шоколада, с грязно-белыми участками, спускающихся от её лица, аж до самой промежности. Она не была столь хорошо экипирована, как другая сука, что носила застёгнутый на молнию кевларовый бронежилет, со стёршимися спереди белыми буквами, гласившими «<i>В.П. Мэрипони</i>». Если ей чего-то и не хватало в районе груди, то это компенсировалось тем, что находилось у неё ниже талии. Оказалось, что она была куда более широкой в бёдрах, имея при этом пару мощных с виду, задних ног. Лучше присмотревшись к лицу адской гончей, он увидел, насыщенно-голубой оттенок её глаз, сверкающих в свете факелов.

Последнюю вещь, что он успел подметить, это то, как она смотрит прямо на него. Широкая, зубастая ухмылка, расплылась вдоль её морды. Его сердце пропустило удар.

«<i>Вот дерьмо.</i>»

Шансы были не на его стороне. Ему даже не нужна была Рита чтобы просчитать это. Он прямо нутром чуял, что хуже уже и быть не может. Инстинктивно, он вытащил ингалятор с дэшом и, прикусил загубник. То, что должно было быть коротким шипением, растянулось во времени, по мере того как он опустошал ёмкость с препаратом, а амфетамины, разносимые кровью, направились прямиком в голову, зажигая каждый дюйм его нервной системы. Подобно шторам, его веки тяжело опустились.

Голубоглазая адская гончая находилась на проходящей внизу улице. И пока что, была единственной, кто его заметил. Она проломилась сквозь первый этаж и активировала мины. А помимо того, что мины взорвались прямо под ней, она ещё и запустила заклинание-приманку, оповещая о его присутствии практически всех адских гончих, и заставляя их бежать к зданию.

Одна единственная адская гончая высунулась из лестничного проёма, и он открыл огонь ей по глазам, где шкура была не такой толстой. Тело безвольно упало вниз. Тэп развернулся и кинул несколько гранат вниз по лестнице, в лучшем случае, замедляя бросившихся за ним гончих. Он продолжал стрелять, пока магазины Комедий не опустели, вытащил Проникновенный и выстрелил в толпу, пока менял магазины. Он отступил к окну, наполняя воздух пулями и гранатами. Адские гончие продолжали наступать, быстрее, чем он успевал их убивать.

Тэп потянул за чеки всех оставшихся гранат и бросил их вместе со всеми минами в комнату. Примерно в этот же миг, он выпрыгнул из окна, отлетая немного дальше из-за взрывной волны.

Мать выводка адских гончих ждала его на земле, обнажив клыки и приготовив когти. Под Тэпом вскипела его магия, на еще несколько дополнительных мгновений резко впихивая его обратно в воздух, но она уже прыгнула за ним. Её когти прошли сквозь него так, словно он был сделан из папье-маше.

Его внутренности вывалились наружу, когда он ударился об землю. Адские гончие напрыгнули на него и сразу же начали разрывать в клочья.

-^v-^v------

Голубоглазая адская гончая находилась на проходящей внизу улице. И пока что, была единственной, кто его заметил. Она проломилась сквозь первый этаж и активировала мины. А помимо того, что мины взорвались прямо под ней, она ещё и запустила заклинание-приманку, оповещая о его присутствии практически всех адских гончих, и заставляя их бежать к зданию.

Но он уже был у окна в задней стене, бросаясь на преграждающие ему путь дощечки, и кидая себе за спину ещё больше мин. Щепки впились ему в тело, когда он проломился наружу. Тэп сильно ударился о землю, но дэш позволил ему устоять на ногах. Из здания донеслось ещё несколько взрывов.

Пусть ему и не удалось убить ЛитлПип, но оставаться здесь было для него слишком опасно.

Пока он убегал галопом во тьму, перед ним на земле кружилась красная точка, которая затем метнулась вдаль. Пахарита также прервала выполнение задания, и направляла его к месту встречи при помощи лазерной указки, в то время как сама добиралась туда по воздуху.

Они перегруппировались в Мэрипони, и решили, что пора уже ложиться спать.

-0-

Взор Дабл Тэпа на миг затуманился, когда он вновь открыл глаза. Даже моргание ощущалось так, будто оно длилось часами. Его глаза сфокусировались на адской гончей, по-прежнему стоящей там, где он её покинул, но она уже пришла в движение. Кренясь, даже, перемещая вперёд свой вес, она медленно падала на четвереньки. Её осанка почему-то выглядела не совсем правильной, будто бы она не была предназначена для бега не четырёх конечностях. Тэп вспомнил её мощные задние ноги.

«<i>БЛЯДЬ.</i>»

Без малейшего промедления, он развернулся всем телом и устремился к лестнице, по-прежнему смотря в окно. Тэп потерял её из виду, а затем, когда он уже проскакивал в лестничный проём, он во второй раз встретился взглядом с этими синими хищными глазами. Адская гончая прыгнула прямо с улицы в окно второго этажа, разломав при этом раму в щепки, когда безжалостно прокладывала когтями свой путь внутрь. Несясь к входной двери, Тэп быстро проанализировал изменения в сценарии. Пока что, она была единственной, кто точно знал о его присутствии. К тому же, там по-прежнему оставались другие ловушки, установленные чтобы отвлечь остальных адских гончих. А в том случае, если он сможет от неё оторваться, вероятность сбежать, не оставив о себе следов, становится весьма велика.

Несколько кусков штукатурки и бетона свободно выпали из отверстия образовавшегося прямо над входной дверью. А за ними последовали длинные, острые когти. Она прокапывалась сквозь пол. Её стройная лапа со свистом рассекла воздух, пытаясь достать его сквозь дыру, которую она проделала, как раз в тот самый момент, когда он уже собрался пройти под ней. Тэп, рухнув на колени, проскользил под дырой, наклонив голову настолько далеко назад, насколько только это было возможно. Её когти скользнули по его горлу и подбородку, начисто сбривая всю шерсть, с которой они соприкасались. Когда его взгляд вернулся к входной двери, он увидел, что остальные адские гончие уже начинают обращать на него внимание. Дёрнувшись всем телом назад, он встал на дыбы, и, вытянув передние ноги, опустился на все четыре копыта, глухо бухнув ими об пол.

Сейчас пол был покрыт толстым слоем пыли и обломков, образовавшихся в результате неожиданного сноса здания. В то время как мины, размещённые им внутри детского сада, были по-прежнему прикрыты обветшалыми плешивыми зверушками, он представил себе, что благодаря случившемуся обвалу, мины, расставленные им поперёк улицы, были теперь практически невидимы. Оглянувшись, он в третий раз встретился взглядом с голубоглазой гончей, когда его взор прошелся по потолку. Она рычала, прищурив глаза, и нахмурив от кровожадной ярости брови, продолжая при этом свои попытки прокопаться через пол, чтобы добраться до него. Мгновенье прошло, и он вновь обратил свой взгляд на улицу.

Несколько адских гончих неуклюже подходили поближе, а за их спинами ещё больше псин начало обращать внимание на происходящее. Заклинание-приманка на мине у входа по-прежнему было на своём месте.

Это пришло ему на ум, когда его рог тускло вспыхнул – огромное количество его планов зависит от осознания Пахаритой того факта, что повторного использования восстановленного танка уже не произойдёт, поскольку теперь у адских гончих нет госпиталя на который они могли бы пялиться. Он выстрелил в точку на земле впереди себя, находящуюся на пол пути между приближающимися адскими гончими и собой, крохотным, едва видимым шариком света. Заклинанье взорвалось, не причинив никакого вреда, но из точки попадания выплеснулась стена дыма, который заполнил всю переднюю часть детского сада. Он подобрал под себя ноги, и пригнул голову, пока катился прямо ко входу, распрямляя передние ноги, чтобы совершить поворот.

Вход оказался чуть ближе, к центру здания, чем он помнил. Но это была несущественная деталь; он прокрался вдоль стены и завернул за угол, когда его собственный голос прорезал шум позади него.

— Прииииийдитеееее иииииии пооооолууууучитеееее с поооолнаааа, доооолбоёёёёёбыыы!

А затем, когда они активировали мину, к которой было привязано заклинание, последовал затяжной рокот взрыва. Прокладывая свой путь к более крупным зданиям, он галопом проскакал по переулку, промелькнувшему мимо него размытым пятном, ненадолго задерживаясь на том, что некогда было чьей-то лужайкой перед домом. Его ушей достиг шум от ещё несколько растянутых во времени взрывов, но они прозвучали в отдалении. Адские гончие начали свою экскурсию по заминированной улице. Затем последовало их напуганное, искаженное тявканье, а потом раздались крики. Ворчащий голос матери адских гончих был для ушей Тэпа как наждачная бумага, и каждый затянутый слог вынуждал его скрипеть зубами. Он изо всех сил старался не обращать на неё внимания, осматриваясь вокруг, в поисках сигнала Риты.

Красная точка так и не появилась.

Вместо этого, его поприветствовал новый звук. И ожидая, что на него выпрыгнет адская гончая, первым порывом единорога стало желание начать целиться в землю, но этот рокот был иного типа – менее землистый и более механический. У него отвисла челюсть, и он, повернув обратно, понёсся прямо в тот хаос, из которого только что выбрался.

«<i>Ах ты тупая пернатая пизда</i>», — мысленно клокотал он, — «<i>да что с тобой блядь такое?!</i>»

И как раз в тот момент, когда он вёл спор, который произойдёт после их возвращения домой, о том, как же ему было трудно добираться до Риты пешком, в его ушах зазвучал поддакивающий голос, от которого в жилах единорога застыла кровь:

— <i>Это весьма рисково</i>, — Тэп быстро глянул влево, где во тьме исчезала чуть заметная улыбка, — <i>тебе так не кажется?</i>

«<i>У меня нет времени на это дерьмо</i>». Он тряхнул головой, пытаясь очистить свои мысли от её голоса.

Энергично шагающий единорог начал чувствовать, что замедляется, и окружающий его мир значительно ускорился, когда он перепрыгнул забор. Сомкнув губы вокруг загубника, он втянул немного дэша, чтобы поддержать себя в тонусе. Проходя мимо переулка, он прекрасно видел, что вся улица была вновь заполнена адскими гончими, пристально смотрящими в сторону танка, по которому некоторые из них стреляли из своих винтовок, выпускающих потрескивающие энергетические заряды. Он не мог сказать, что именно удерживало их на расстоянии – новизна урчания двигателя или вероятность осознания ими того, что улица превратилась в минное поле. Зная, что их колебания не продлятся долго, он отбросил размышления и причине этого в сторону, поскольку она не имела значения. Или, возможно, потому, что использование энергомагического оружия наглядно свидетельствовало о том, что они совсем не колеблются.

Пятеро адских гончих внезапно выметнулись перед ним из под земли, пристально смотря вглубь того же проулка, который он намеревался пересечь. На другой стороне их, вне всяких сомнений, было больше, и, наверное, в этот момент, ещё большее число адских гончих прокапывали себе дорогу под танк. Тэп принялся размышлять о том, что было в плюсе; факт того, что они смотрели не на него являлся достаточным доказательством того, что его глушащее звуки заклинание работало против адских гончих. Тем не менее, он не намеревался замедляться из-за кучки дворняг.

Он попытался обежать их, скача галопом, чтобы перегнать. Они увернулись от его мин и гранат, нагнали, и выпотрошили как рыбу.

-^v-^v------

Он попытался обежать их по широкой дуге, стреляя из пистолетов в тех, кто стоял по центру. Один из них согнулся пополам, схватившись за колени. А второй упал замертво, получив несколько пуль в мозг. Но остальные, наплевав на полученные раны, погнались за ним. Они увернулись от его мин и гранат, нагнали, и выпотрошили как рыбу.

-^v-^v------

Помогая себе магией, он подпрыгнул так высоко, как только смог, и, стреляя в гончих на протяжении всего полёта, перелетел их, описав в воздухе полную дугу. Трое из них упали на землю уже мёртвыми, или серьёзно ранеными. А двое погнались за ним. Но они были слишком сильно ранены и дезориентированы, чтобы уворачиваться от мин и гранат, которые он в них бросал, взрывы не смогли их убить, но они покалечили гончих в достаточной степени, чтобы помочь ему сбежать.

-0-

Когда его глаза открылись, они только-только начали смотреть в его сторону. Он напрягся, и, оттолкнувшись от земли всеми четырьмя копытами, прыгнул вперёд. Рог Тэпа вспыхнул, и нараставшее под ним давление взорвалось вверх. Он высоко парил над сворой гончих, перевернувшись крупом кверху, и ухмылялся им. Выражения их морд были бесценны. Одних лишь пистолетов было бы не достаточно, поэтому он решил дать волю небольшому количеству взрывчатки, и три гранаты упали в центре группы, пока он опустошал два, снаряженных бронебойными патронами, магазина. Красные струи порождали туман в прохладном ночном воздухе, когда пули пробивали плотные шкуры, всё сильнее мешая их суматошным попыткам перегруппироваться. Он сомневался, что его атака убила их всех, и знал, что взрывы приведут сюда ещё больше гончих, но его целью больше не было – избегать обнаружения. По крайней мере, теперь эта свора будет замедленна достаточно долго, чтобы он смог достичь главной дороги.

Как только Тэп достиг наивысшей точки своего прыжка, то на краю поля зрения отметил проблеск движения; красное пятно сталкивалось с пытавшимися удрать адскими гончими. Его ухмылка исчезла, а её, более широкая и жестокая, чем на то имеет право быть ухмылка пони, расползлась.

Она взорвалась действием раньше гранат, за одно единственное, ужасающее мгновение, пронзая всех гончих, кроме ближайшей к нему, длинными, чёрными шипами из плоти. У адских гончих не было даже времени, чтобы вскрикнуть, когда она рывками потащила их в свой эпицентр, разрывая на части, будто бы они были плохо сделанными игрушками. И всё это время, последняя из гончих, которую она пропустила в начале, страдала сильнее всех, поскольку её ноги были вырваны из под неё, превратившись в лохматящиеся, неровные куски. Тело гончей так и не упало на землю. Несколько маслянисто блестящих крюков набросились на гончую со всех сторон и, погрузившись в её тело, туго натянулись. Тэп встретился с умоляющим взглядом несчастного существа, тщетно пытающимся проложить когтями путь к своей безопасности. Воздух прорезал ряд отвратительно влажный щелчков, когда адская гончая была разорвана на части и утянута к ней, кусочек за кусочком. А затем, она исчезла, так же внезапно, как и появилась.

Объединённая сила взорвавшихся гранат раскидала неузнаваемые останки своры. А из земли выступала пара мутировавших лап, чьи длинные следы от когтей протянулись в сторону Тэпа. Он почувствовал приступ тошноты.

Госпожа Удача <i>улыбнулась</i>.

Вопреки тому, что он только что лицезрел, Тэп сорвался с места и сосредоточился на текущей задаче. Свежая парочка магазинов, встала за место двух пустых, когда он разбросал четыре мины, среди остатков адских гончих. Тэп знал, что в скором времени, сюда придёт ещё больше гончих, желающих разузнать о взрыве, и он хотел занять их чем-нибудь. Ради Риты – именно на это, он и рассчитывал. Впереди виднелся силуэт танка, окантованный стенами проулка. Ствол махины, траки которой подёргивались, явно для пробы, медленно выровнялся, пока он тяжело скакал по бетону. Несколько всплесков призматической энергии, ударили в корпус, но танк по-прежнему выглядел как новый.

Поперёк улицы прошлась очередная серия искажённых вспышек от взрывов, сотрясших ночь. Единорог понял, что у них практически не осталось ловушек для подрыва. За его спиной, послышался протяжный вой, сопровождаемый звуком крошащейся земли, который отдавался у него в ушах. Выветрившийся бетон просто крошился, среди подымающихся столбов рыхлого грунта. Он отступил в сторону, едва уклоняясь от стегущей воздух когтистой лапы. Даже под наркотиками, изменяющими его восприятие времени, улочка довольно быстро заполнялась шерстью и клыками. Он кувыркнулся, в попытке увернуться от очередного мощного удара, и резкая боль пронзила его правый бок, когда адская гончая впилась когтями в его плоть. Очередное эхо взрыва, пронеслось по улице. Тэп вынул из кобур свои пистолеты. У него просто не было достаточно времени, чтобы разобраться с гончими, занявшими проулок.

Дабл Тэп прыгнул, но не для того, чтобы уклониться от очередной атаки, а прямо на стену. Его передние ноги, коснувшиеся стены первыми, утвердились на ней и напряглись, когда за ними последовали задние. Он оттолкнулся изо всех сил, посылая себя немного выше вверх, и крутанулся в полёте, чтобы встретиться с противоположной стеной. Он чувствовал себя слишком тяжелым, чтобы продолжать в том же духе. Ему нужно было избавиться от большей части имеющейся взрывчатки. С него дождем сыпались металлические колечки на тонких стержнях, когда он пересекал переулок в третий раз, а находящиеся на земле адские гончие прыгали в воздух, чтобы попутно нанести по нему как можно более сильный удар.

А его следующий прыжок сопровождался ливнем из гранат, дополненным последними оставшимися у него минами, что подобно монетам переросткам вываливались из его карманов. Он вновь оттолкнулся, в этот раз сильнее, воспарив при этом выше. Толкнув магией перила пожарной лестницы он убрал их со своего пути. У него не было времени на отдых. Поднимаясь по проржавевшим ступенькам, он вёл обратный отсчёт, сопровождающий каждый сделанный им шаг, принуждая себя двигаться быстрее.

А как только он, спотыкаясь, выбрался на крышу, на находящейся четырьмя этажами ниже улице прогремел осветивший всю округу взрыв, силы которого оказалось достаточно, чтобы встряхнуть здание.

Мир начал вращаться, звук и качка усиливались, когда действие дэша стало проходить. Тэп судорожно вдохнул ещё одну порцию наркотика. Его ноги слегка задрожали, когда он поднялся с пола, но он успокоился и сделал несколько шагов в сторону танка. Когда он осторожно выглянул из-за края крыши, чтобы лучше его разглядеть, то обнаружил, что смотрит прямо в морду адской гончей. А ещё несколько псин успешно продвигались вверх по стене, чтобы добраться до него. Отпрыгнув назад, он едва избежал размашистого удара, который снёс бы ему голову.

Дотронувшись бабкой до подбородка он понял, что уклонился от удара не настолько ловко, как полагал. Неглубокий порез протянулся поперёк нижней стороны его челюсти. А вслед за тем, как его нервы и кровеносные сосуды принялись навёрстывать упущенное, появились кровь и боль. Он поднёс к губам исцеляющее зелье и одним глотком выпил его, после чего отбросил бутылочку в сторону.

Очень краткий миг спокойствия был потрачен на то, чтобы обдумать изменения в обстановке. Множество гончих карабкалось по стене чтобы добраться до него, и он мог только предполагать, что они, помимо этого, пробираются ещё и через внутренние помещения. Донёсшийся снизу царапающий звук подтвердил его подозрения. Помимо этого, он видел движение в здании на противоположной стороне улицы, собачьи морды разрывались между рычанием на находящегося на крыше Тэпа, и рычанием на стоящий посреди улицы танк. А едва не обезглавившая его адская гончая, уже начала забираться на крышу, ни на миг не отрывая от него своего свирепого взгляда. Тэп зажмурился.

Он спрыгнул с крыши, в сторону танка. Его ноги сломались от удара. Несколько наборов когтей вскрыли корпус танка, отрезав ему при этом задние ноги. А за миг до того, как они разорвали Риту в клочья, он заметил на её лице выражение ужаса. Мать адских гончих подняла его, взяв за горло, приставила к груди всего один коготь, и вскрыла.

-^v-^v------

Он попытался обойти ближайшую адскую гончую, но она, взмахнув лапой, снесла ему верхнюю половину черепа.

-^v-^v------

Он навёл Проникновенного на ближайшую адскую гончую и снёс ей голову, затем соскользнул с края крыши, целя в карабкающуюся по стене гончую, находящуюся примерно на один этаж ниже него. Адская гончая располовинила его в тот самый момент, когда он собирался на неё приземлиться. Тэп рухнул на мостовую, его голова ударилась о землю первой.

-^v-^v------

Он навёл Проникновенного на ближайшую адскую гончую и снёс ей голову, затем выглянул из-за края крыши и воплотил на стену заклинание-вспышку. А после этого соскользнул с крыши, целя в карабкающуюся по стене гончую, находящуюся примерно на один этаж ниже него. Адская гончая слепо взмахнула лапой, и её морда хрустнула, когда он приземлился на неё сразу всеми копытами. Во время следующего прыжка он сотворил ещё одно заклинание-вспышку, и увернулся от очередного размашистого удара, когда приземлился на следующую ближайшую к нему гончую. Адские гончие, которые уже давно начали перепрыгивать на танк со стоящих по обе стороны от него зданий, приземлились на боевую машину и принялись вскрывать корпус. Ситуация была безвыходной. Рита наблюдала за тем, как он позволяет им разорвать её в клочья. А следующим на очереди был он.

-0-

Когда Тэп открыл глаза, окружающий его мир размылся, а по его спине пробежала нервная дрожь. Неважно как он прокручивал сценарий, кто-то один, или они оба, оказывались в конечном итоге расчленёнными на части. Быстро взглянув на находящуюся внизу улицу, он увидел, что адские гончие подбрались к танку пугающе близко. Однако, даже несмотря на то, что он заминировал улицу лишь в направлении больницы, они, по всей видимости, полагали, будто танк был окружен минами со всех сторон.

В ночи прозвучал ещё один взрыв. Гончие, вне всяких сомнений, становились смелее, и если они в скором времени не пойдут в лобовую атаку, то, несомненно, начнут прыгать на танк из окон. Тэп попытался завернуть гранату в своё поле левитации, но передумал и схватил вместо неё катушку проволоки. Мысль пришла ему на ум, когда он, проходя вдоль края крыши, остановился у нескольких торчащих из неё толстых на вид труб.

Катушка, с которой разматывались метры проволоки, парила перед ним в воздухе. Когти нескольких гончих пробили бетон в паре шагов позади него. Обмотав свободный конец проволоки вокруг одной из труб, он завязал его и натянул, чтобы убедиться, что та надёжно закреплена. Он взглянул себе за спину, когда карабкающаяся по стене адская гончая, закончив своё восхождение, опёрлась лапами на край крыши. Глубоко вдохнув, Тэп ринулся в атаку, поскакав во весь опор к гончей.

Он сощурился, и сияние его рога проявилось в виде заклинания-вспышки. Ошарашено взвизгнув, гончая, защищая глаза, пошла спотыкаясь вперёд. Тэп запрыгнул ей прямо на спину. Катушка последовала за ним, разматываясь до тех пор, пока он не сумел обернуть другой конец металлической проволоки вокруг шеи гончей. Он вознёс молитвы, чтобы её шкура оказалась достаточно крепкой, не поддалась проволоке, и чтобы проволока с трубой были достаточно прочными, и выдержали вес гончей. А после того, как Тэп дёрнул проволоку и получил в ответ искаженный, но удовлетворивший его сдавленный кашель от гончей, он сосредоточил свою магию на крыше под ними и нацелился в направлении улицы. Когда силы накопилось достаточно, он обхватил ногами шею адской гончей и высвободил накопленное. Сотни светящихся глаз сфокусировались на нём, пока они падали со здания.

Тэп только-только начал верить, что его план всё же развалился на части, как проволока натянулась, вгрызаясь в плоть адской гончей. В его ушах зарезонировал неприятный хруст, когда шея гончей согнулась под неестественным углом, но проволока выдержала, и он, оседлав её тело, прокатился на нём, когда оно качнулось назад, в сторону стены здания. А за миг до удара о стену, его уши заполнил затянутый рёв из рычания и лая. Он ощутил сильный удар, выбивший из его лёгких воздух и прокатившийся рябью по телу гончей, когда она врезалась в кирпичный фасад. Очередь светящихся зарядов с шипением пронеслась сквозь воздух и превратила несколько кирпичей в светящуюся жижу, лишь немного промазав мимо его виска. А другие гончие ползли к нему, подобно насекомым, в то время как некоторые из них, по всей видимости, были больше заинтересованы в том, чтобы добраться до самой проволоки.

А как только из глубокой борозды, идущей вокруг шеи пойманной им в ловушку гончей, начала идти кровь, он отцепился от неё и со всей силы оттолкнулся. Когтистая лапа проломила кирпичную стену и пыталась добраться до него, разорвав при этом проволоку. Тэп глянул вниз; погрузившийся в землю танк по-прежнему казался таким далёким, но его траки уже начали скрежетать об уличное покрытие. Без какого-либо предупреждения, он, казалось, подпрыгнул на месте, и над ним, будто бы она была некой аурой, закружилась пыль. Из его ствола излилась струя из дыма и пламени, за которым последовал заострённый металлический цилиндр, с визгом пронёсшийся по воздуху. У адских гончих в направлении госпиталя просто не было времени, чтобы среагировать.

Однако матери адских гончих хватило времени на то, чтобы поднять голову, взглянуть на летящий в её сторону вращающийся артиллерийский снаряд, и одарить Тэпа печальным взглядом побеждённого.

Снаряд пробил её насквозь, разорвав грудь в клочья, как если бы она была пиньятой[Пиньята (исп. Piñata) — мексиканская по происхождению полая игрушка довольно крупных размеров, изготовленная из папье-маше или лёгкой обёрточной бумаги с орнаментом и украшениями, которая наполняется различными угощениями или сюрпризами для детей]. Он проделывал это вновь и вновь, лишь немного замедляясь каждый раз, когда разбрызгивал встретившуюся ему на пути адскую гончую. А через несколько прошедших с момента выстрела кратких мгновений снаряд взорвался, прихватив с собой часть улицы и, по меньшей мере, дюжину адских гончих. Тэп, отбрасывая длинную тень в зареве огненного шара, чуть сильнее чем ему бы того хотелось, ударился о корпус танка. Его запястья и скакательные суставы болели из-за чрезмерных нагрузок, но он не мог позволить себе замедлиться. Ведь его высшими приоритетами было: добраться до Риты и убраться из Старого Олнея. Он метнулся к люку и, к его удивлению, тот открылся без всяких проблем. Заурчав двигателем, танк под ним издал низкий стон, и машина, дребезжа и сотрясаясь всем корпусом, принялась вытягивать себя из воронки.

— РРРРииитаа! — Тяжело упав на броню, Дабл Тэп почувствовал, как у него ёкает в животе. Он сглотнул, пытаясь сосредоточиться. — Рита, нам нужно к херам сваливать отсюда!

На корму танка с грохотом рухнула адская гончая, и её когти, от одной только силы удара, погрузились в корпус. Тэп с адской гончей едва не потеряли равновесие, когда танк качнулся в верх, с лязгом ударившись о землю. Он медленно поднял Проникновенного, упорно пытаясь держать его неподвижно, в то время как у него стучало в висках. Даже после того, как Тэп услышал выстрел, находящейся почти прямо под ним стодвадцатимиллиметровая пушки, резкий, раскатистый треск его анти-мех пистолета, раздавшийся после того, как он нажал на курок, по-прежнему доставлял ему удовлетворение. В мгновение ока, приближающаяся адская гончая лишилась головы и левого плеча. А как только танк начал движение, в единорога ударил потрескивающий энергетический луч, опаливший немного шерсти на его левом боку. Скрипнув зубами, он вгляделся в боевое отделение, и его челюсть тут же отвисла.

Внутри не было ни души, и его глаза выпучились.

— Что за хуйня, Рита! Ты, блядь, где?!

Изнутри раздался потрескивающий голос Риты:
— Я уже давно двигаюсь в сторону Мэрипони! Ты чем там занимаешься?! Дубина, ты ведь должен был направляться туда, а не устраивать попрыгушки, отвлекая их внимание! Я потратила пять минут, наблюдая за тем, как мою лазерную указку преследует гуль, поскольку думала, будто это был ты! — На танк рухнула ещё одна гончая, зарычавшая, встретившись глазами с Тэпом. — Ух, пригнись!

Единорог неуклюже пытался перезарядить анти-мех пистолет, вставляя огромный патрон в патронник Проникновенного. И в этот же самый миг, адская гончая откинулась назад, выглядя готовой к прыжку. И её грудь взорвалась кровавыми брызгами. Воздух прорезала быстрая очередь отдающихся эхом щелчков, установленный на корпусе рядом с люком пулемёт обстреливал гончую до той поры, пока она не перевалилась через борт. А когда Тэп положил на обод люка переднее копыто, прямо позади него на крышу танка приземлилась ещё одна гончая. Пулемёт развернулся в его сторону, и он, с широко раскрытыми глазами, поднырнул под поток пуль. Танк качнулся назад, хватка Тэпа разжалась, и он заскользил по броне. Его копыта скребли по корпусу, изо всех сил стараясь найти точку опоры, и к тому моменту, как он сумел остановиться, его задние ноги уже свешивались с края башни.

В довесок к урчанию и дребезжанию под ним, башня танка начала поворачиваться, и ствол его пушки с грохотом проломил стену офисного здания, пока они набирали скорость. Он втянул себя обратно, и не поднимался в полный рост, в то время как установленный на крыше пулемёт самостоятельно поворачивался, нацеливаясь по курсу движения танка, прежде чем за ним поспевала башня. Густой, мокрый шум служил фоном неприятному треску пулемётного огня, пока Рита поливала взбешенную толпу горячим свинцом. И те, кто падали наземь, уже секунду спустя, давились гусеницами танка, и до ушей Тэпа долетали скулёж, повизгивания, и мокрый хруст. А остальные адские гончие устремлялись к земле и прокапывали себе путь вниз, под улицу. Он оглянулся назад и сквозь густые чёрные клубы дыма, что валили из боков корпуса, наблюдал за пережившими обстрел гончими, которые занимались тем же самым.

Из рации, донёсся потрескивающий голос Пахариты:
— Если есть желание помочь, то сейчас, это было бы весьма кстати!

Хорошенько встряхнув головой, единорог всё-таки смог сосредоточиться, и потянулся к гранатам своим телекинезом. Но до того, как он сумел их метнуть, танк качнуло влево.

Тэпа повалило на бок, и он вновь начал скользить в сторону края. Ухватившись за канавку в корпусе, единорог остановил себя, и осторожно выглянул за борт. Там, где секунду назад находилось сплошное дорожное покрытие, сейчас был глубокий котлован, в который обвалилась часть дороги. Несмотря на попытки адских гончих, помешать движению танка, гусеницы продолжали свой бег, направляя машину к окраине города. Его рог засиял, когда он бросил в свежевырытую яму три гранаты, после чего, до него донеслись испуганные визги, заглушённые последовавшим взрывом. На этот раз танк дёрнуло вправо, и Тэп проскользил прямо в открытый люк.

Из боевого отделения, он наблюдал за практически непрерывными вспышками установленного на крыше пулемёта, в то время, как механический гул, каждый раз отражался в стеснённом пространстве, когда оно наводилось на новую цель.

— Эй, видишь вон те большие, синие цилиндры? — Тэп обернулся к источнику голоса Риты. Всё таки, это была рация.

— А ты вообще можешь..?

— Да. Я слышу тебя. А также вижу. — Крошечная, вращающаяся камера, смонтированная на потолке, издала сухое жужжание, сделав полный оборот. — Возьми один из этих цилиндров, открой штуку в зарядной каморе, и задвинь его внутрь, острым концом вперёд.

— Я знаю, как заряжать артиллерийские орудия. — Танк вновь наклонило в сторону, из за чего, Тэп едва не впечатался в что-то типа перископа. Открыв затвор каморы, он ворча левитировал снаряд внутрь, после чего закрыл его. — Неужели так сложно было сказать, что тебя не будет внутри этой штуковины?

— Ты об этом не спрашивал! К тому же, это именно <i>ты</i>, отклонился от начального плана.

— Что же, надеюсь, тебе нравится быть прикованной к постели, — сдержанно прорычал он, похотливо ухмыляясь в камеру, — потому что, если мы выживем, у тебя надолго отпадёт желание использовать свои задние ноги.

— Ооох, — проворковала она, когда он выбрался из башни. — Это <i>угроза</i> или <i>обещание</i>?

— И то и другое!

Когда он вновь вылез на башню, оказалось, что танк уже прилично отъехал от Олнея. Сквозь вздымающееся из под гусениц облако пыли, сама земля позади них казалось вздымалась волнами, и разбросанные повсюду камни, и пучки ссохшейся травы перемещались, из-за десятков адских гончих, прорывающих себе путь под землёй, преследуя их. Они постепенно отставали, танк был более чем подходящим средством передвижения, для быстрой езды по пересечённой местности. Он пригнулся, когда башня начала поворачиваться, беря на прицел небольшой холм вдали. Всматриваясь сквозь темноту, он насчитал как минимум десяток двуногих силуэтов. Ярко оранжевая вспышка, озарила ночную тьму, и убавив в яркости устремилась к холму, оставляя за собой дымный след. Нахмурившись, Тэп залез обратно в люк.

Мгновенье спустя, танк встряхнуло взрывом. Затем, последовал куда более громкий звук, когда Рита открыла ответный огонь. А когда он выглянул обратно, то на месте холмика, обнаружил лишь дымящуюся воронку.

— Как много снарядов, у нас ещё осталось? — крикнул Тэп, в открытый люк.

— Дохрена! Заряжай орудие. Сейчас посмотрим, сможем ли мы их встряхнуть.

Нырнув обратно в боевое отделение, Тэп вновь отворил зарядную камору.
— Повремени пока со стрельбой, я сам позабочусь об этом!

Пожевевывая нижнюю губу, Тэп потратил несколько секунд оглядывая доступные боеприпасы хранящиеся внутри танка. Несколько зажигательных снарядов привлекли его внимание. Напрягшись так сильно, что он мог удержать открытым лишь один глаз, Тэп поднял телекинезом три снаряда, поместил один из них в зарядную камору, а затем, облегченно выдохнул, закрыв её. Два других он вытащил через люк, и уселся на один из них чтобы тот не укатился. Твердо удерживая последний снаряд в телекинетической хватке, он медленно поднял его воздух, смахнул несколько капель пота, и глубоко вздохнул.

Он пихал снаряд изо всех сил, пока края его поля зрения не вспыхнули красным, а сияние рога не угасло. Тяжело дыша, он упал вперед и стал следить за всё ещё парящим по воздуху снарядом. Несколько секунд спустя, снаряд со свистом понесся к земле пока не вонзился прямо в неё. Вспух огненный шар взрыва, и окружающая его грязь взметнулась к небесам, а затем упала в образовавшуюся огромную воронку.

Землеройные работы прекратились, и явно обескураженные адские гончие начали выкапываться из-под земли рыча и воя, пока он спешил прочь. Тэп насмешливо улыбнулся и напрягся изо всех сил, чтобы поднять второй снаряд на нужную высоту. Шум мгновенно стих, лишь один взвизг донесся до его ушей, в то время как адские гончие рассыпались, поджимая хвосты. И лишь одна не обратилась в бегство. По спине Тэпа пробежали мурашки, когда он узнал эту гончую – это была та самая, что преследовала его в больнице. Она стояла подняв лапу, и направив в его сторону коготь. Вспышка бело-голубого во тьме, и она исчезла.

Единорог осторожно опустил снаряд назад и застонал, перекатываясь на спину. Свинцовые тучи плыли над его головой, иногда в их разрывах мелькали звезды. Он заметил Риту, парящую высоко вверху, и светящую ему в лицо из лазерной указки.

— Рита, — проворчал Тэп, и подтащил себя ближе к люку, чтобы защитить глаза. — Я думаю, что наш контракт только что накрылся.

— Глупышка, я же уже говорила тебе, что этот контракт не ограничен по времени!

Дабл Теп покачал головой, смотря в камеру вмонтированную в установленный на башне пулемёт.
— Нет, я имею в виду... я не думаю что ЛитлПип смогла выбраться оттуда.

Он отскочил когда орудие несколько раз крутанулось.
— Ты должен хоть немного верить в неё! Конечно же она выбралась! На крыше того госпиталя был грифончейзер!

— Чего?

— Она улетела и забрала всех с собой! Ах, ты должен был видеть это!

Внезапно, он почувствовал что полностью разбит.
— Да пофиг... Куда мы направляемся?

— Мы объезжаем Прекрасную Долину по краю, — пулемёт повернулся и он проследил за его стволом, полагая что он указывает их курс. — Мы же не можем просто взять, и прорваться через них, всех!

— Ладно, просто чтобы быть уверенным. Эта штука ведь сможет совершить поездку, так?

— Ну, — начала она, задумавшись на несколько секунд, — есть лишь один способ выяснить это!

Теп зарылся мордой в бабки и вздохнул

|[o8- ]|[o’o ]|[o’o ]|

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56645/252383

Переводчики: joltius