Готовый перевод Fallout: Equestria - Anywhere but Here / Фоллаут Эквестрия: Где угодно, но только не здесь: Глава 4: Технические трудности

Глава четвёртая: Технические трудности

~~~|*/\*|~~~

— Меня тут немного отвлекли, готово! Где я там остановился?

— «<i>Мммх</i>... Всё в порядке?»

— Ох, прости. Да, всё прекрасно.

— "Возвращайся в кровать, глупенький. Она захапает себе все простыни если тебя здесь не будет."

— «<i>Я такого не делаю.</i>»

— Скоро буду. Я просто хочу закончить эту часть. Но говорить я всё же буду потише.

— "Оки-Доки. Ни-ни."

— «Спокойной ночи.»

— Знаете...

— Учитывая все обстоятельства, мне весьма повезло, что у меня есть эти девочки. Конечно, они иногда ссорятся и борются за меня, но...

— <i>Ну да ладно.</i>

— Ух... Рита и я встретились в баре... я следовал за ней через пустыню.

Итак, после занявшего почти весь день перехода по Пустоши мы забрались в ту пещеру чтобы немного поспать. Я мог сказать с первого взгляда, что незадолго до нашего прихода в ней что-то было убито. Внутри не было тел, и я до сих пор не знаю, что там произошло, но Рита стала очень нервной, когда она увидела всю эту кровь. К тому моменту я был уже столь прискорбно трезв, что не смог просто взять и проигнорировать её расхаживания по пещере, поэтому развёл костёр и попробовал завязать разговор. Беседа не заладилась, и мне <i>кажется</i>, что она даже несколько раз меня оскорбила...

Но, мне кажется, что я ей всё же помог, поскольку она постепенно успокоилась и, подойдя ко мне, села рядом. А затем начала расспрашивать о моём детстве, Министерских Кобылах, и куче всякого другого дерьма, на которые у меня не было особого желания отвечать.

Последнее, что она спросила до того, как я вытащил свою фляжку виски, было:
"Как ты заполучил все эти шрамы?"

И я сказал:
«В меня стреляли.»

"О, да", сказала она, "хуже этого уже просто некуда".
Я кивнул и глотнул из фляжки, а затем она спросила:
"Хочешь потрахаться?"

Я выплюнул виски в огонь, и вверх взмыл огромный, ебать его, огневой шар. Я попросил её повторить свои слова.

Она посмотрела мне в глаза и сказала:
«Мне скучно, это был долгий день и у меня нет даже колоды карт. У тебя есть идеи получше?»

Нет, у меня их не было.

Таким образом, мы особо и не поспали. Мы выдвинулись несколько часов спустя и остановились прямо за пределами развалин города. Мы, расположившись на высоком уступе, осматривали город, и лично для меня это было потрясающе, поскольку означало, что я мог изучить планировку города и выяснить численность рейдеров. Мне кажется, что в первый раз я насчитал пятнадцать или двадцать рейдеров, но я полагал, что их больше, и остальные занимаются своими делами внутри зданий. У нас оставалось в запасе несколько часов, пока не станет темно, и я намеривался подождать. Но у Риты были другие планы.

Она посмотрела на меня и сказала что-то вроде:
«Чего ты ждешь?»

"Я работаю лучше под покровом ночи", произнёс я. "Больше мест, чтобы прятаться. Легче заставить их паниковать и совершать глупые ошибки."

Она вздохнула, а потом надулась, но я не собирался лезть туда до тех пор, пока условия не будут подходящими.

Таким образом, мы подождали захода солнца. К этому моменту я уже выяснил схему движения патрулей и их маршруты, а также довёл свой счётчик численности рейдеров примерно до двадцати пяти. Для меня этого было вполне достаточно.

— Оставайся вне их поля зрения, — сказал я, поднимаясь. — У некоторых из них есть винтовки. Я свистну тебе когда зачищу местность.

Она покачала головой и принялась рыться в своём жилете. А когда вынула из него свои когтистые лапы, то держала в одной из них маленькую серебряную лазерную указку.

"Поднимись на крышу и посвети этим когда закончишь," сказала она. Или что-то вроде этого.

Я кивнул и начал свой путь к городу, но не успел сделать и пары шагов, как она позвала меня обратно. Она дала мне небольшой синий ингалятор и сказала, что он, возможно, мне поможет, и даст преимущество. До этого я уже видел ингаляторы с дэшем, но никогда с ними толком не заморачивался. Однако, поскольку численное превосходство было на их стороне, я подумал, что хуже от него не будет.

А ещё она сказала:
"Наверное, тебе нужно постараться сделать всё тихо."

Я ухмыльнулся, но ничего не сказал.

И с этим неуместным напутствием я без лишних слов двинулся к городу. Самым высоким зданием города была примерно четырёхэтажная, частично обрушившаяся, гостиница. А пока я находился на уступе, то заметил, по крайней мере, одного снайпера на последнем этаже, <i>ебать</i> его. Насколько я мог судить, рейдеры строго придерживались своего графика патрулирования, поэтому попасть в гостиницу, прокравшись по улицам города, было плёвым делом. Я прокрался по завалу, образованному рухнувшей половиной здания, и закончил свой путь в спальне на втором этаже.

Дверь не выглядела так, будто была заколочена. Подойдя поближе, я увидел сочащийся из коридора свет, и услышал голоса, доносившиеся с той стороны двери. Три голоса, как мне кажется. Я не знал точно, где они сидели или стояли, и находились ли они в укрытии, поэтому я начал прокручивать сценарии. Сотни вероятностей, зависящих от того, где они находились, или того, был ли там четвертый или даже пятый пони, который просто молчал. Возможно, в других комнатах находились ещё рейдеры. И всё это время, я вёл обратный отсчёт по собственному сердцебиению, подготавливая себя к тому, что последует.

Я вломился в коридор и приступил прямо к делу.

Их было четверо, и они явно не ожидали гостей. Они рухнули на пол как полные камней мешки, не издав при этом даже предупреждающего крика. Каждый труп был потенциальной приманкой, поэтому я очень осторожно поместил под два тела противопехотные мины. У меня заканчивались крышечки, и из-за этого не было достаточно взрывчатки, чтобы устроить такую ловушку под каждым трупом, и я воспользовался ножом, чтобы убить ещё двух рейдеров по пути на верхний этаж, ведь я знал, что пули мне понадобятся чуть позже. Впрочем, это принесло свои плоды – я добрался до последнего этажа, не подняв тревоги.

Их снайпер явно не ожидал подобного.

Я вытолкнул её из окна, она, вопя, полетела вниз и рухнула вниз головой на улицу; жуткий бардак. Ещё шестеро прекратили патрулирование и, перейдя на бег, поспешили к гостинице, но они не знали, как это расценивать. Я видел, как приближается ещё несколько рейдеров. И пока они, смотрели на гостиницу, стоя возле неё, я выдернул чеки, и бросил в собравшихся три гранаты.

Занявшие этот город рейдеры были не в восторге от взрыва. И те, кто выжил после случившегося, принялись орать, требуя подмоги, и весь город пришел в движение. Факелы, фонари, химические светляки... целое световое представление, и всё это ради меня одного. В большинстве своём, они мельтешили на уровне улицы, стараясь постоянно находиться в укрытиях, выкрикивая при этом угрозы в мой адрес. Одного из них посетила светлая мысль, что в здание можно попасть через двери. И за считанные минуты десять рейдеров по одному проникли в гостиницу. Сквозь стены я слышал, как они выкрикивают имена, которые, скорее всего, принадлежали тем, кого я уже убил.

Когда мины наконец-то взорвались, я, перепрыгнув через край частично обвалившегося пола третьего этажа, приземлился на лежащий этажом ниже прогнивший матрас, в который и метил. Мой план был таков: обойти их с фланга, пока они этаж за этажом обшаривают здание, и забрать с собой винтовку, просто для того, чтобы они не смогли использовать её против меня.

Однако до того как я сумел вернуться в здание, появился что-то вынюхивающий патруль из четверых рейдеров, и я знал, что если поползу по завалу, то они меня увидят. Я вжался в руины подо мной, и когда они прошли мимо, последовал за ними. Они передвигались преимущественно растянувшись цепью, поэтому, когда я перерезал глотки тем двоим, что шли замыкающими, и просто оставил их валяться в пыли, оставшаяся пара этого даже и не заметила. А затем, прямо в тот самый момент, когда я уже намеревался прирезать идущего вторым рейдера, он обернулся и, увидев меня, выпучил глаза, вытянув от удивления морду. Я рассёк ему ножом, но он всё же успел что-то проорать.

Шедший во главе отряда пони крутанулся вокруг себя и обрушил на меня шквал свинца из пистолета-пулемёта. К счастью он использовал не бронебойные патроны, иначе они могли бы прошить его приятеля насквозь, и поразить в меня. И пока он как дебил поливал меня свинцом и орал, я просто бросил в него свой нож, который пронзил его лоб. Он упал, а я бросил его приятеля и установил несколько мин. Оставшаяся часть ночи была просто повторением одного и того же сценария. Я убивал пару рейдеров, немного шумел и ждал, пока кто-нибудь ещё не придёт узнать, что произошло. Выманить рейдеров из гостиницы в очередной раз было проще некуда. С тем же успехом они могли засунуть в свои рты стволы собственных пушек и подождать меня, чтобы я спустил им курки.

А у самого последнего из них хватило здравого смысла, чтобы засесть в том единственном месте, в которое так желала попасть Рита – ресторане. И туда имелся лишь один-единственный вход, и он за ним следил. Когда я попытался открыть магией дверь, он изрешетил её пулями. А когда я забросил туда гранату, он выкинул её обратно своей собственной левитацией. Я точно знал, где он находится, но у меня просто не было ни какой возможности добраться до него, не словив при этом пулю.

И именно тогда я вспомнил об ингаляторе, который она мне дала. Я уже достаточное количество раз сражался с дэшерами, и они были единственными, чья скорость реакции почти что равнялась моей. Многие часы в поисках рейдерских укрытий и общество других наёмников дали мне знания о том, как использовать наркотики.

Я закусил загубник, нажал на ёмкость с препаратом, и глубоко вдохнул.

Оглядываясь назад, я могу с уверенностью сказать, что именно в тот момент приём дозы дэша стал частью моей тактики. Я чувствовал себя немного по-другому, и всё звучало странно и затянуто, но в остальном же я не понимал, что в нём было такого особенного. Затем я попытался двигаться. Это не было похоже ни на одну из вещей, что я когда-либо испытывал прежде. <i>Ощущение</i> было таким, будто я замедлился, но, когда я позволил ингалятору с дэшем упасть, то осознал, что могу размахивать вокруг него передними копытами, и по-прежнему буду способен поймать его до того, как он коснётся пола. Шансы вновь были в мою пользу.

Две пули, промелькнувшие рядом со мной, как только я ворвался в ресторан, ударились в стену позади меня. Я не был настолько быстр, чтобы уворачиваться от пуль, но с бурлившим в моей крови дэшем, я, несомненно, был достаточно быстр, чтобы уходить с линии огня ещё до того, как рейдер нажмёт на курок. Это, разумеется, его не остановило, и этот жалкий подонок опустошил весь магазин, просто пытаясь взять меня на прицел. Но в тот миг, когда боёк клацнул в холостую, я уже стоял к вплотную нему, дыша ему в лицо, и наблюдая, как по его лбу катятся капельки пота, в то время как мой нож погружался в его горло.

Всё было кончено. Я поднялся на крышу и принялся помигивать лазерной указкой. Она приземлилась на крышу и, даже не остановившись, чтобы сначала проверить меня, сразу же направилась внутрь. А когда я отправился в ресторан, чтобы узнать чего собственно ей было тут нужно, Рита уже разносила его в щепки и разбрасывала повсюду обрывки бумаги. Она принялась бормотать о сокровище, и о том, что его сожгли или использовали в качестве туалетной бумаги. Меня посетило смутное воспоминание о том, как между приступов смеха кто-то что-то говорил о стенных сейфах, и после этого она принялась отдирать ещё и то, что было на стенах. И самым последним, что она испортила, была книжная полка. Как сильно она по ней била, та не шевелилась, так что она принялась сбрасывать всё с полок. И всё то время, пока не нашла встроенную в какой-то из предметов кнопку, она производила шум, хуже которого я в жизни ничего не слышал.

Не было похоже, чтобы рейдеры знали об этой кнопке, поскольку находящийся за книжным шкафом проход не был украшен запёкшейся кровью и костями. Я сказал ей пропустить меня вперёд, просто безопасности ради. Проход вёл во что-то типа, находящейся под рестораном потайной комнаты, доверху заполненной комиксами. Помимо этого, здесь находился плоский макет этой синей дуры с радужной гривой, и я предположил, что именно она была главным героем этих комиксов. К этому моменту Рита уже начала брызгать слюной, и я активно пытался игнорировать то, что она выкрикивала, но суть всего этого заключалась в том, что эти комиксы были посвящены одной из Министерских Кобыл, и она обирается помереть от счастья или чего-то столь же глупого.

Я спросил у неё, где находится настоящее сокровище, и она посмотрела на меня так, будто я был отбивающим чечётку брамином.

"Это и <i>есть</i> сокровище!" прокричала она.

И я ей сказал:
"Это просто комиксы", и она принялась брызгать слюной, и выкрикивать гневные тирады, и бессвязно говорить.

А по существу она сказала:
"Рэйнбоу Деш – <i>самая классная</i> и так меня <i>возбуждает</i>", что было здорово, наверное.

В комнате находились охрененно большие стопки каждого номера, но она взяла лишь по одному журналу из каждой. Я сказал ей, что считаю, что если она прошла весь этот путь досюда, чтобы заполучить их, то она может с тем же успехом взять и по два экземпляра. Ей понравилась эта идея, и она слегка клюнула меня в щёку. Запечатать эту комнату, и сжечь ресторан было последним, что она хотела от меня, чтобы я сделал, прежде чем мы уйдём.

Я спросил зачем, и она сказала:
"Я не хочу, чтобы кто-нибудь ещё нашел их. Они не оценят Рэйнбоу Деш столь же высоко, как я."

А я ответил:
"Да как скажешь."

Было очевидно, что эта девочка не совсем в здравом уме. Тем не менее, работа есть работа. Я спросил её об оплате, и она сказала, что моей платой является то, что я могу оставить себе три четверти всего найденного мной. Некоторые из рейдеров таскали с собой весьма хорошую дурь, так что жалобы по этому поводу были бы необоснованными. Мы направились обратно в пустыню, позади нас горел ресторан, а к моей спине была привязана картонная фигура Министерской Кобылы.

~~~|*/\*|~~~

|[o’o ]|[o8- ]|[( ) ]|

Дабл Тэп уже в восьмой раз с того момента, как забрался в боевое отделение, ударился головой о крышку люка, пока танк Пахариты нёсся по пересечённой местности. Благодаря очень смутному ощущению обстановки он знал, что они находятся к юго-западу от Мерипони. Двухсотлетний пример технологий военного времени, который маленькая грифина восстановила в Старом Олнее, к большому облегчению Тэпа, выдержал всю поездку вокруг границы Прекрасной Долины. И как только Пахарита убедилась, что они покинули территорию адских гончих, то потратила несколько часов на копание в двигателе. Ради безопасного и своевременного возвращения домой Тэп на время поездки неохотно согласился отложить оттрахивание Риты, но его решимость была на исходе.

— От же ж... — гулкий, металлический звук эхом прокатился по танку, и маленькая грифина, сильно наклонившись вперёд, задрала к потолку свой зад, пытаясь дотянуться до чего-то под монитором.

Единорог нахмурил брови, пытаясь прикрыть бедра задними ногами.
— Нет, — объявил он, пробираясь сквозь внутренности танка. — Прости, не могу ждать.

Член Тэпа уже торчал, словно флагшток, когда она возмущенно оглянулась на него, возбужденно вытаращив глаза. Вздрогнув и задрожав, он уцепился передними копытами за основания ее крыльев. Не отводя взгляда от ее глаз, он коснулся головкой члена ее щелки, ощущая ее возбуждение.

— П-погодь, — трепеща, проклекотала она, — ты же говорил...

— Я много что говорил, — он слегка поднажал, ощущая, как рассыпается ее решимость, когда она начала расслабляться. Спустя миг ее крылья распахнулись.

Пахарита резко втянула клювом воздух..
— Это и вправду тупая идея.

— Я не вижу, чтобы ты от этого оказывалась, — дразняще произнёс он.

— Мне нужно следить за дорогой! — прохныкала она, всё же покачивая бедрами.

Тэп ухмыльнулся.
— А разве разговор шел о твоих глазах? — Он вновь двинулся вперед, медленно ее раздвигая. Беззвучно заворковав, она сжала когти. — Ты просто постоишь прямо здесь, и... — они едва не повались их на пол, когда танк качнулся от взрыва. — Какого <b>хуя</b>?!

В течение доли секунды Рита выглядела так, будто разрывается между желанием продолжить начатое и необходимостью занять боевой пост. Она, вздохнув и надувшись, встряхнулась, а затем начала постукивать по-своему ПипБаку. Тэп скользил взглядом по мониторам, пока не заметил тот, на который подавалась картинка с внешней камеры. Солнце уже давным-давно взошло, и его тусклый полуденный свет подсвечивал пустынный пейзаж, усеянный выгоревшими домами и несколькими болезненно выглядящими деревьями. После нескольких секунд панорамирования, установленный на башне пулемёт показал рассеявшуюся группу из пяти выглядящих сероватыми пони. По крайней мере один из них носил замысловатый наряд из ремней и куска покрышки.

Уголки Ритиного рта упёрлись в её нахмуренные брови.
— Ох ты ж, смотри, — пробубнила она, — твои любимые, явились чтобы испортить настроение.

— Ну так пристрели их, — фыркнул Тэп.

Из ствола дистанционно управляемого пулемета с потрескиванием излился поток свинца, прошивая насквозь одного из рейдеров, спрятавшегося за бетонной преградой. Изображение на мониторе смазалось, когда она повернула орудие в сторону другого противника: кобылы с изношенной на вид ракетной установкой, смонтированной на её седле. И в тот момент, когда Рита изрешетила её из пулемёта, к камере устремилась ракета. Вспышка, и изображение того, что происходит снаружи, сменяется статическими помехами.

— Пойди, и прикончи их, — простонала Рита, пощипывая бровь. — Пожалуйста.

Его эрекция сходила на нет, и Тэп, сердито ворча, вновь пробрался сквозь содрогающиеся внутренности танка, поставил копыта на лестницу и поднялся по ней до крышки люка в башне. И когда он уже хотел было высунуться из него, сверху донёсся цокот копыт по металлу. Ему даже не нужно было останавливаться и размышлять об этом, чтобы понять, что он вылезет в засаду.

— Рита, они на крыше.

Эхо исказило её голос, когда она ему прокричала:
— Я знаю иииименно то, что нужно, для такого случая! Держись... Ах!

Его ушей достигла быстрая череда приглушенных бронированным корпусом хлопков. За которыми с верху последовал гораздо более неприятный для слуха град металлических постукиваний и позвякиваний. Шум от карабкающихся по броне копыт резко оборвался, прерванный приглушенным звуком удара.

— Вот теперь можно!

Вынув из кобур оба пистолета, он открыл замок и, приоткрыв люк, окинул взглядом доступную его взору узкую полоску внешнего мира. Тяжелый пулемёт превратился в искорёженную груду тлеющего металлолома. А почти у скобы лежал изрешечённый осколками пони, часть крови которого тонкой струйкой затекала в башню. Корпус боевой машины был испещрён следами от ударов, но признаков его пробития видно не было. Тэп предположил, что как раз на такой случай танк был снабжен некой разновидностью системы противопехотной обороны. Подняв заскрипевший люк, он, изучая окрестности, выбрался под тусклый дневной свет.

Его внимание привлекли проблески света; к нему летела кувыркающаяся в воздухе бутылка, с воткнутой в горлышко горящей тряпкой. Тэп потянулся к ней своей магией и поймал в поле левитации. Но прежде чем он смог бросить её обратно, в бутылку попала пуля, разбив вдребезги, и её содержимое мгновенно превратилось в огненный шар. Чтобы не сгореть в бушующем пламени, Тэп метнулся назад к люку и, прежде чем вовнутрь танка смогли попасть капли жидкого огня, захлопнул его резким пинком. Находящаяся внутри Пахарита что-то ему прокричала, но к этому моменту он уже был больше заинтересован в кровопролитии. Взглянув влево, он обнаружил того, кто бросил бутылку. Им оказался единорог, облачённый в свого рода пожарный костюм, с фильтрующим противогазом на морде, который подготавливал следующую бутылку коктейля Молотова. Кем были оставшиеся двое, пока оставалось неизвестно.

Но прежде чем Тэп смог поднять свои пистолеты, танк под ним качнулся, и его гусеницы начали медленно перемалывать груду раздроблённого бетона. Единорог в противогазе метнул ещё одну бутылку с зажигательной смесью, поднимая при этом свой пистолет-пулемёт. Тэп сделал несколько выстрелов, пока соскальзывал по правому боку башни, за которыми последовали звон разбитого стекла и рёв пламени. А над его головой просвистели несколько пуль, в то время как остальные отскакивали от корпуса танка.

Находясь в укрытии он вновь оценил ситуацию.

Исходя из всех имеющихся признаков жизни, он предположил, что окружающая местность была пригородом, превратившимся в небольшое поселение. И судя по всему, совсем недавно всё изменилось. Большинство домов были превращены в обуглившиеся деревянные остовы, некоторые из которых всё ещё дымились. Глаза Тэпа округлились, когда он заметил несколько почерневших трупов, что свисали с уличных фонарей. От этого зрелища в его жилах вскипела кровь.

Он слез с брони танка, когда тот проезжал мимо опрокинутой на бок повозки для доставки грузов и, притаившись за ней, внимательно прислушался. Отдалённые удары копыт о землю, выделяющиеся на фоне громкого рычания танка, осторожным шагом миновали его укрытие. А когда Тэп выглянул из-за него, то увидел не замечающего его присутствия рейдера, который уже кидал в корму танка одну бутылку с зажигательной смесью и подготавливал следующую.

Как только очередная бутылка проплыла по воздуху в позицию для броска, он покинул своё укрытие и подкрался со спины к пони в противогазе. Бутылка дёрнулась, но Тэп удержал её на месте своим телекинезом. И в этот же самый момент под передними копытами рейдера вскипела его магия, вынуждая того подняться на дыбы. И его ушей достиг приглушенный, испуганный вздох. Он скользнул ножом между бедер пони, вонзая его в живот, и потянул в сторону ребер. Сдавленный крик рейдера смешивался с громким звуком, который порождали брызгающая на бетон кровь и вываливающиеся внутренности. Он обошел единорога и лягнул его в грудь с такой силой, что тот повалился на спину.

Рейдер уставился на него глазами, видимыми сквозь окуляры противогаза, из-под которого доносились приглушенные мольбы о милосердии. Дабл Тэп пролевитировал бутылку с зажигательной смесью к зияющей в животе пони ране.

— Иди на хуй, — выплюнул он, впихивая в разрез бутылку.

Он отошел назад, навёл на бутылку одну из Комедий, и ухмыльнулся, когда после нажатия на курок она взорвалась огненным шаром. Пони булькающе завопил, в течение нескольких секунд корчась в муках, а затем неподвижно замер.

Удовлетворившись зрелищем, Тэп поднял голову и бросил взгляд на танк, который не уехал слишком далеко, хоть и продолжал гореть в трёх разных местах. Казалось, что густой, чёрный дым валит ещё и из самой машины. Не медля ни секунды, он галопом поскакал к бронированной машине и заскочил обратно на башню.

— Рита, это я! — прокричал он в корпус. — Я спускаюсь! Смотри не убей меня!

Собравшаяся на левой стороне люка огненная лужа медленно растекалась по всей его площади. Тэп глубоко вдохнул, сжимая свою магию в точку, а затем высвободил её, позволяя ей извергнуться наружу. Сильный порыв ветра прижал пламя к корпусу, а затем полностью его погасил. При этом, поджаренный до хрустящей корочки труп рейдера, которого изрешетили поражающие элементы системы противопехотной обороны, перевалился через край башни. Клубящийся столб дыма взметнулся из танка на встречу Тэпу, когда он открыл люк. Где-то внутри надрывно кашляла Пахарита.

— Да что творится с этой ёбаной херовиной?!

— Они попали в радиатор! Или воздухозаборник, или куда-то ещё! — сумела проклекотать грифина. И между приступами кашля добавила: — Весь танк доверху наполнен дымом!

Тэп подавил собственный кашель, прикрыв рот бабкой.
— Вот уж точно! Ты там задохнёшься, если не свалишь от туда!

— Неееет! Я не брошу эту великолепную машину! Она слишком ценная!

— Да что б тебя, Рита...

Единорог отстранился от люка, вдыхая столько свежего воздуха, сколько мог. Надув щёки и вглядываясь в дым прищуренными глазами, он полез в танк. Рита находилась именно там, где он её и оставил. Он обхватил её передними ногами и, тихо ворча, потащил прочь от элементов управления, в то время как она металась и извивалась, в попытках освободиться. Грохотание гусениц совсем затихло, когда замедляющийся танк окончательно остановился.

— Да ладно! Подумай обо всех этих крышечках! <i>Крыыышечках</i>! — она вцепилась когтями в его бабки, от чего Тэп заскрипел зубами. — Пусти меня!

Толкаемая магией, взъерошившая перья грифина выплыла через люк наружу. Она тут же расправила крылья и, высоко взлетев, попыталась вернуться обратно. Тэп резко подпрыгнул, когда она попыталась пролететь над ним, и ударил её головой в живот. Когда он выбил из её лёгких воздух, она отклонилась от курса и рухнула в пожухлый куст. Единорог упал с края башни и глубоко задышал, лёжа на спине. Он оглядел саднящие отметины от когтей на своих бабках, по которым к запястьям текли несколько струек крови. Неподалёку от него, кашляя и стеная, лежала свернувшаяся клубком Рита.

— Какая же ты, блядь, перьеголовая, — наконец-то громко проворчал он. — Просто управляй этой хренью дистанционно, как раньше!

— Я попыталась сделать это, когда танк начал наполняться дымом! Они, должно быть, закоротили антенны огнём, или ракетой, или... — она умолкла и, прикрыв когтями лицо, застонала. — Что же мне делать? Я не могу его здесь оставить!

Дабл Тэп оглянулся на громадную машину, из открытого люка которой по-прежнему валил дым.
— Это же танк. Сомневаюсь, что он куда-либо денется. А как насчёт того, чтобы вернуться за ним, как только позаботимся о ЛитлПип?

Всхлипывающая Пахарита повернулась к нему и едва заметно кивнула.
— Ладно, — пробормотала она, медленно перекатываясь на лапы.

|[BAR]|[o’o ]|[ 7 ]|

В течение последних нескольких часов Дабл Тэп испытывал ужасное, непоколебимое чувство того, что кто-то – или что-то – следует за ним. И каждый раз, когда он просил Пахариту проверить это, её ПипБак показывал, что рядом никого нет, и из игриво-язвительной она начала становиться раздраженной. Он нервно изучал усыпанный арматурой горизонт Мэйнхеттена, в то время как его спутница-грифина склонилась позади него над замком. Тихое, довольное воркование предварило мрачно звучащий скрип от распахнувшейся настежь двери. Не пожелав поворачиваться, Тэп ударялся крупом о стену до тех пор, пока наконец-то не попал им в дверной проём, после чего зашел в комнату, задницей вперёд.

— От же ж, да ты и в правду сейчас на взводе из-за своей Госпожи Удачи, а? — ухмыльнулась Рита, когда по-прежнему идущий задом наперёд Тэп встретился с ней взглядом. — Чего? Неужели тебе неправильно подмигнула, или ещё что?

— Это не она. Это что-то другое.

— Ты что, придумал <i>ещё одного</i> воображаемого друга? — спросила Рита, сжав когти, и подпёрла ими клюв.— О-хо-хонюшки, неужели это означает, что теперь ты станешь вдвое безумней, чем сейчас? — её голос сочился фальшивым беспокойством.

— Какая же ты дура, — Тэп обернул своей магией дверь, и захлопнул её. — Это серьёзно. С тех пор, как мы бросили танк, за нами что-то следует.

Отойдя от него, Рита принялась рыться в разбитой витрине магазина. Судя по всем находящимся здесь мягко светящимся терминалам и комплектующим для компьютеров, взломанная ею дверь несомненно принадлежала когда-то магазину по продаже электроники.

— Ладно, — пробормотала она, вынимая металлический цилиндр со свисающим с него проводом. — И чем эта отличается от того, что ты обычно видишь? Это же просто лица и улыбки, ведь так?

— Нет... И катись ты на хуй, она реальна, но... Когда я вижу <i>её</i>, это после... поле... — Тэп заворчал и приложил переднее копыто к виску, пытаясь вспомнить вертящееся на языке слово.

— Послеобраз? — предложила грифина.

— Остаточное изображение.

Губы Риты возле клюва искривились в самодовольной ухмылке.
— Пос-ле-об-раз.

— Да без разницы. Она не старается прятаться от меня, она просто... не там. А это «что-то» меня активно избегает, — взглянув через плечо на дверь, Тэп успокоился, обнаружив, что она по-прежнему закрыта. — Я оборачиваюсь и мельком её замечаю. Госпожа Удача как раз-таки попытается привлечь моё внимание. А это штука не хочет, чтобы я знал о её присутствии.

— Жуть-то какая, — Пахарита, вернувшись к копанию в мусоре, засунула в свои карманы зелёные пластиковые прямоугольники. — Как по-твоему, чего этой штуке надо?

— Чем бы оно ни было, сомневаюсь, что оно хочет получить наши автографы.

На комнату опустилась тишина, когда Рита занялась мигающим терминалом, выглядя при этом так, будто пытается его вскрыть. Дабл Тэп взволнованно бродил из угла в угол, время от времени вставая на дыбы и вытягивая шею в попытках мельком увидеть мир по ту сторону двери сквозь заколоченное окно. Он подпрыгнул, услышав громкий треск, и завертелся, подняв оба пистолета. Рита, смотря на него подняв бровь, собирала с пола кусочки разломанной электроники. Она сбросила со стола монитор, чтобы разломать его корпус.

— Да что мы вообще забыли в этой дыре? Я хочу домой. Я устал, голоден, и от меня воняет.

Грифина пренебрежительно помахала когтистой лапой.
— Ух, хватит жаловаться. От тебя всегда жутко воняет, — после этих слов, обращённый на Риту взгляд Тэпа из пристального стал свирепым. Она хихикнула и вновь занялась обыском. — Я ищу детали для починки антенной решетки танка. И мне <i>кажется</i>, что в этом магазине я уже нашла большую часть того, что мне нужно, но я возьму от сюда ещё немного всякой всячины, чтобы уж наверняка.

Тэп фыркнул и снова повернулся к окну.
— Мы здесь ещё долго будем торчать?

— Не-не-не, уже всё! — Рита, хлопая крыльями, полетела в сторону Тэпа, улыбаясь ему, в то время как он посматривал на неё сверху вниз, и взялась когтями за ручку двери. — Я тоже весьма голодна. Пойдём уже от сюда.

Кивнув, он встал на дыбы, чтобы в очередной раз выглянуть наружу и убедиться, что там никого нет.

И в ответ, на него уставился один-единственный бледно-голубой глаз с расширенным зрачком. И на краткий миг, что ощущался Тэпу вечностью, время, казалось, замерло. На эту казавшуюся бесконечной паузу он превратился в неморгающую неподвижную статую. Взгляд единорога приковал к себе и взгляд обладательницы глаза, которая, так же как и он, застыла во времени. Со стороны Риты донёсся какой-то звук. Возможно, это был вопрос, или возглас, но Тэп не был уверен наверняка. Её голос разрушил напряжение, и голубой глаз по ту сторону заколоченного окна моргнул.

И все было готово полететь к чертям.

Из Пахариты вырвался сухой клекот, когда Тэп, бросившись в сторону, отшвырнул её от окна. Едва волосы из его хвоста миновали подоконник, как доски на окне разорвались вовнутрь, измельчённые длинными и острыми когтями. Но ещё до того, как не только он, но и грифина под ним коснулись земли, Тэп уже держал оба своих пистолета наизготовку, поочерёдно нажимая на курки. Лапа отдёрнулась, когда град пуль превратил подоконник в щепу. Коснувшись пола, единорог с грифиной немного по нему проскользили. Он чувствовал, как бухает сердце в судорожно вздымающейся и опускающейся груди учащённо дышащей Риты.

Даже не предупредив для начала Риту, Тэп сосредоточил свою магию на себе самом, накапливая достаточное давление для толчка. Упёршись копытами в пол, он высвободил накопленное, и заскользил со своей спутницей к дальней стене комнаты. А к моменту их остановки Проникновенный уже был заряжен и готов к стрельбе.

— Стелс-бак, — прошептал он. Дрожащая Рита едва сумела заскулить в ответ. — Когда я поднимусь, ты воспользуешься блядским стелс-баком и найдёшь какое-нибудь место чтобы спрятаться, поняла? — Рита вновь заскулила, и он почувствовал, как она кивнула. — Хорошо. Готова? — обхватив его когтистыми лапами, и крепко сжав, она покачала головой. — У тебя получится. Оно пришло не за тобой, а за мной. А теперь, на счёт три... Раз... два...

Из-под пола донёсся грохочущий звук крошащегося бетона. Рита уже отпустила его, чтобы вытащить стелс бак. А слово «три» так и не сорвалось с его губ - вместо этого, его магия сгустилась под ними, впитывая всю доступную ему силу, и через удар сердца, он запустил самого себя в потолок. Ударившись о него всеми четырьмя копытами, он оттолкнулся, и извернулся, устремившись обратно к земле. К его облегчению, Риту отбросило в другой конец комнаты этим же толчком. А то место, где они лежали, провалилось в образовавшуюся воронку, в центре которой находились бритвенно острые когти. Он мельком заметил собачью морду, рычащую на него из тьмы провала.

Тэп нажал на курок Проникновенного, и гулкий треск выстрела расколол воздух. Анти-мех пистолет в очередной раз вылетел из его магического захвата, и, отскочив от потолка, пропал из виду. Взявшись за Комедии, он принялся поливать свинцом воронку, пока гравитация тянула его обратно к полу. Пара опустевших магазинов и ливень стреляных гильз достигли пола одновременно с ним. Он отступил от воронки, при этом Риты ни где не были видно.

И лишь перезарядив пистолеты, он начал задаваться вопросом – а достиг ли намеченной цели хотя бы один его выстрел? Он не услышал никакого визга, и не слышал более сопровождающих копание звуков. Сердце Тэпа бешено билось, а воздух наоборот вновь стал неподвижным. На всякий случай, он бросил в яму одну из оставшихся у него гранат. Приглушенный взрыв встряхнул магазин, после чего наступила абсолютная тишина. Тэп выжидал, настороженно прислушиваясь. Раздавшийся пронзительный, похожий на разряд тока, звук заставил его подпрыгнуть. У него над головой расположилась Рита, свернувшаяся клубком на свисающем с потолка флюоресцирующем светильнике.

— Уже безопасно? — прошептала она пару минут спустя.

Тэп опустил свои пистолеты.
— Это ты мне скажи.

— Эм... — Рита занялась своим ПипБаком. — Согласно ЛУМу, поблизости никого нет... Но, а ты... ну ты знаешь.

— А я чего? — сделав несколько шагов в сторону ямы, он попытался заглянуть в неё, не подходя при этом к ней слишком близко.
«<i>Не единого пятнышка крови</i>», задумчиво констатировал он.

Грифина нахмурилась, постукивая себя по виску.
— А ты это чувствуешь или что-то типа того? Оно всё ещё поблизости?

— Нет, я считаю, что она ушла.

— Она?

— Прошлой ночью она была в Старом Олнее... — поколебавшись секунду, Дабл Тэп засунул свои пистолеты в кобуры. — Никогда бы раньше не подумал, что адская гончая будет выслеживать кого-либо настолько далеко от границ их территории.

Спланировала на пол, Пахарита встала сбоку от Тэпа, практически вжавшись в него. Тэп, посмеиваясь про себя, и смотря в недавно открытое окно, повёл её к входной двери магазина. Он заметил слева от двери Проникновенного и подхватил его своей левитацией. Выхватив анти-мех пистолет дрожащими когтями прямо из воздуха, Рита принялась внимательно его изучать.

— Но как бы то ни было, давай уберёмся отсюда на хрен. Я больше не хочу здесь околачиваться и подвергать себя риску того, что к этой суке вернётся её решимость.

Со всё ещё приклеившейся к нему будто тень Ритой, они осторожно вышли из магазина в приглушенное зарево заката.

|[ /_\ ]|[ 7 ]|[ 7 ]|

«<i>А вот здесь налево...</i>»

Дабл Тэп был достаточно хорошо знаком с руинами Мэйнхеттена, чтобы даже ночью ориентироваться в них без помощи Риты. Ради того, чтобы стряхнуть с хвоста преследующую их мутировавшую псину, и с минимальными намёками относящимися к его роли в этом, он убедил Пахариту разделиться. Грифина взмыла в небеса, в то время как Тэп прилагал все силы, чтобы максимально затруднить любые попытки последовать за ним. Он занимался этим примерно с час, однако, несмотря на то, что он, время от времени подстегивал свои силы порцией дэша, усталость начала давать о себе знать.

Тихо сопя, Тэп нёсся по захламлённому переулку, устремив свой взгляд на ржавую пожарную лестницу, расположенную почти в самом его конце. Древний метал скрипел под его весом, пока он медленно поднимался на крышу по большей части неповреждённого многоквартирного жилого дома. Отсюда он мог оглядеть город на несколько кварталов во все стороны. В отдалении вырисовывались неясные очертания башни Тенпони.

На краткий миг все затуманилось, принеся единорогу ощущение головокружения, заставившее его потерять ориентацию в пространстве. Встряхнувшись, он поднес к губам ингалятор дэша, делая неглубокий вдох. Его зрение обострилось, в то время как мир, чьи грани заострились, а звуки стали более выраженными и отчетливыми, замедлился до едва заметного шевеления. Опустив ингалятор в сумку и повертев головой, он потянулся ногами и спиной, смакуя опасный гребень амфетаминовой волны, просачившивавшейся в каждую клеточку его тела. Вскоре скорость окружающего мира вернулась к норме, оставив после себя ощущение поразительных контрастов.

Тэп несколько раз подпрыгнул, а затем галопом понёсся прямо к краю крыши. Оставив ее позади, он перепрыгнул через переулок, а коснувшись копытами соседней крыши, продолжил скакать во весь дух. У следующего здания не было крыши, и сквозь недостающие куски стены можно было увидеть несколько неповреждённых участков третьего этажа. Нацелившись на полуразрушенную постройку, Тэп швырнул себя вперёд, напрягшись в ожидании удара. В тот же миг, когда копыта единорога ударились о выщербленный бетон, его передние ноги пронзила лёгкая боль. Его инерция увлекла его за собой. Прижав к телу голову и задние ноги, он съёжился настолько сильно насколько смог, и синхронно ударив в пол задними ногами, запустил себя вперёд, вытянув при этом вперёд передние ноги.

За тем, что осталось от стены, лежало высокое, чуть менее разрушенное здание. Он подпрыгнул так высоко как только смог, и, оттолкнувшись задними ногами от стены, вознёс себя ещё на два шага выше. Его передние копыта обрушились на разбитый конёк крыши, и он влез на него. Большинство окон были выбиты ещё столетия назад, и поэтому ничто не мешало Тэпу, когда он прыгнул вперёд. Клетушки, перевёрнутые столы, и потрескавшиеся компьютерные терминалы заполняли всё внутреннее пространство.

«<i>А теперь направо...</i>»

Неподалёку что-то шипело и рычало, но он, проигнорировав это, продолжил свой бег, петляя по пыльному офису и резко поворачивая. Что-то вроде радиовышки повалилось со здания на противоположной стороне улицы и вонзилось прямо в помещение. Дабл Тэп нашел конструкции новое применение, использовав её в качестве моста. Мчась по ней, он чувствовал, как она тренькает и вздрагивает под его копытами. Башня Тенпони лежала теперь прямо перед ним, а параллельно его курсу тянулась надземная поездная магистраль.

Взрыв, от которого зашаталось здание, по которому он бежал, осветил ночь за мгновение до того, как единорог перепрыгнул на следующее. Продолжая свой бег, Тэп повернул к краю крыши, и мельком увидел облачённых в силовую броню пони. А чуть дальше он заметил ещё одну группу пони в силовой броне, вот только их снаряжение было покрашено. Несколько вылетевших из-за его спины визжащих ракет пронеслись в воздухе, и попав в одного из покрашенных пони взорвались, породив бурлящий огненный шар. Группа в покрашенной силовой броне ответила на это мощным уханьем автоматического гранатомёта.

«<i>Они что, сражаются друг с другом? Да ладно вам, технотрахнутые вы шизоиды, лампочки же не могут быть настолько редкими!</i>»

Менее чем за минуту перестрелка превратилась в не более чем в серию гулких отзвуков. Тэп неуклонно приближался к мастерской. Замедлившись, он перекатился через край крыши и соскользнул вниз по стенам узкого переулка. Достигнув земли, единорог выждал несколько секунд. Он чувствовал, что находится в абсолютном одиночестве. Удовольствовавшись этим, он выглянул из переулка и пристально оглядел улицу.

Нагруженный товарами брамин, торговец и несколько наёмников медленно удалялись от башни Тенпони. Судя по недовольно нахмуренному лицу торговца, Тэп предположил, что войска Красного Глаза по-прежнему блокируют подходы к башне. Он сомневался, что Пахарита захочет вновь подкупать охранников, что означало лишь одно – они будут ночевать в мастерской. Подождав, пока они не пройдут, он быстро двинулся вниз по улице.

Проходя мимо того места, где он убил мантикору, Тэп заметил, что её туша, включая кости и потроха, исчезла без следа. Единственными свидетельствами того, что она когда-то там находилась, были огромное, выцветшее пятно от впитавшейся в землю крови, и кострище. Раздосадовано забурчав, он продолжил путь, постепенно замедляясь по мере приближения к ведущему в мастерскую переулку. В нескольких кварталах от него над руинами Мэйнхеттена возвышалась светящаяся на фоне серого ночного неба башня Тенпони.

Закончив любоваться прелестными огоньками, Тэп быстро оглядел окрестности, чтобы удостовериться, что за ним никто не следит. Повторив эту процедуру несколько раз, прежде чем войти в переулок, он приблизился к находящейся в его конце откатывающейся стальной двери. После нескольких неудачных попыток вспомнить пароль к терминалу, он принялся стучать в дверь. В стенах и дорожном покрытии переулка синхронно открылось, по меньшей мере, восемь, скользнувших в стороны, металлических панелей, из которых в его стороны выдвинулись стволы турелей. Тэп задержал дыхание, пока они в течение нескольких секунд попискивали и щёлкали.

— Тук-тук-тук, — наконец-то завил он. — Я тут типа как живу, и хотел бы войти.

После ещё одного периода длительного ожидания, турели втянулись обратно, и вскоре после этого дверь откатилась в сторону. Он вскинул голову, заметив, что все роботы стоят вокруг Риты, шепчущей что-то из их эпицентра.

Тэп, неуверенный в том, как нужно расценивать данную ситуацию, сделал несколько шагов по направлению к ним.
— Эм?

Маленькая грифина подняла взгляд и указала когтем на огромного робота-охранника, который отлучался на сбор их незаконных трофеев. На его корпусе виднелись многочисленные вмятины от ружейного огня, а хорошо заметная воронка в груди робота была покрыта чёрной копотью от взрыва.

С глубоким низким урчанием, робот заявил:
— В ходе выполнения нашей мисси по возвращению припасов, мы были атакованы. Все противники были уничтожены бескомпромиссной предубеждённостью, но при этом мы понесли потери. Сэр Умелый, брат Сэра Здоровяка, пал в бою.

Присмотревшись к полу возле колёсного робота-стража, он заметил лежащие там корпус и большую часть ног одного из парящих паукообразных роботов. Возле них, в абсолютном молчании, сидела Рита, рядом с которой, положив на её спину свои когти, завис другой металлический паук. Он уже открыл было рот чтобы что-то сказать, но решил не делать этого.

Чувствуя себя абсолютно отвратно от всей этой картины, Тэп развернулся и пошел к холодильнику. Но увидев наваленную на коврике гору из ящиков, мешков, и чемоданов немедленно изменил направление своего движения.

Содержимое этих ящиков было типичным набором товаров торговца, или, по крайней мере, типичным набором товаров торговца намеревавшегося вести дела с наёмниками. Тэпа абсолютно не интересовали боевая броня и шлемы, а большая часть оружия не сочеталось с его тактикой или значительно уступало в качестве тому снаряжению, что уже было в его распоряжении. Но вот гранаты быстро нашли себе новый дом в его карманах. Он порадовался, отыскав среди различного случайного хлама катушку металлической проволоки. И под конец, Тэп порылся в мешке, заполненном небрежно расфасованной едой и напитками в грязных на вид бутылках. Поле левитации окутало большой кусок жареного мяса и бутылку абсента.

Он наблюдал с дивана за тем, как Пахарита принялась за работу над роботом-стражем, неподалёку от которого терпеливо ожидал своей очереди робот-паук. Сняв, заботливо и аккуратно, наружный корпус робота она принялась тщательно изучать находящуюся внутри запутанную сеть из металла и электронных схем. Поднеся ко рту филе, Тэп вцепился в мясо зубами, и оторвал от него кусок.

«<i>Радигатор</i>», задумчиво подметил он. «<i>Должно быть из Арбу. Может быть Рита сможет перепрограммировать Здоровяка, чтобы он готовил как... Ох бля, мне же всё ещё нужно раздобыть для Скиммер подарок на день рождения. Хм... Неа, ничего из этого дерьма ей не понравится.</i>»

Он заполировал вкус барбекю глотком абсента, испытав облегчение от того, что эти двое хорошо пошли. Мимо, отбрасывая корпусом блики, проехал тихо гудящий самому себе робомозг. Тэп решил, что это выглядит особенно жутким. Робот начал проверять самый последний открытый единорогом мешок, и оттащив тот секунду спустя к холодильнику, принялся переносить его содержимое на полки. Глаза Тэпа округлились, когда он увидел, что робот, вытащив из мешка бутылку этилового спирта, убирает её в морозилку; её дни были сочтены.

«<i>Может у Риты завалялись в подвале какие-нибудь малярные кисти. Скиммер любит малевать.</i>» Доедая радигатора, он пытался вспомнить, что же находилось в подвале. Каждая попытка натыкалась на пустоту. «<i>Проверить не повредит.</i>»

Рядом с ведущим в подвал люком к стене была прикручена маленькая консоль с двумя кнопками. Тэп надавил плечом на зелёную, и люк с пневматическим шипением открылся. Он спустился в тускло освещённую, пропахшую нафталином, бездну. Его глаза постепенно приспособились к сумраку, позволяя ему обыскать ритину коллекцию связанного с Министерскими Кобылами хлама.

Некоторые из предметов она просто присвоила, если по слухам, они когда-то принадлежали Министерской Кобыле. Именно поэтому здесь были сотни зубных щёток, расчёсок, и предметов одежды. А другие предметы были похожи на самих Министерских Кобыл. Попавшийся ему на глаза плоский макет синей Министерской кобылы дал ему повод приостановиться, чтобы быстро предаться воспоминаниям.

А у самой дальней стены комнаты между генератором, распределительным шкафом с предохранителями, и ещё несколькими терминалами, которые он не мог даже полностью постичь, стоял огромный морозильный шкаф. Он сомневался, что чудесным образом найдёт внутри морозильника великолепный подарок, но выбора у него уже не оставалось. Завихряющийся поток холодного воздуха обдал его, когда он поднял крышку. Помимо нескольких бутылок виски, приберегаемых им для дождливого дня, внутри не появилось ничего нового. Пара паникующих глаз смотрела на него всё тем же до смерти перепуганным взглядом. Несколько капелек крови, вытекших из пулевого отверстия во лбу пони, до того, как он был заморожен, сверкали подобно рубинам.

«<i>Старый добрый Труп В Холодильнике</i>». Он наклонился поближе, заметив пару солнцезащитных очков, лежащих на кевларовом бронежилете пони, прямо под вышитым на ткани словом «Тенпони». «<i>А я всё гадал, куда же они делись!</i>» Он пролевитировал их в свою разгрузку, после чего, похлопав замороженного охранника по груди, закрыл крышку. «<i>Спасибо старина</i>»

Когда Тэп выбрался из подвала, Рита по-прежнему возилась с расположившимся почти в центре комнаты огромным роботом-стражем. Опустив на глаза защитные очки и закатав рукава, она потянулась к парящему роботу-пауку, не отрывая при этом взгляда от внутренностей робота-стража. Робопаук передал ей паяльную лампу, и она тут же приступила к работе. Тэп осознал, что этим вечером он, скорее всего, не сможет воплотить в жизнь своё обещание наказать её. Альтернативой траханью своей партнёрши был сон.

Схватив с тихой досадой абсент, Тэп поднёс горлышко бутылки ко рту, и принялся пить её содержимое большими глотками. Опустошив бутылку менее чем за минуту, он рыгнул, когда по телу, подобно огню, излучающему тепло в его желудке, распространилось чувство опьянения. Разумеется, он надеялся на большее, чем на просто выпитую до дна бутылку. Робомозг прекратил гудеть, в то время как Тэп, пролевитировав пустую бутылку в то, что как он полагал, было его лицом, ждал, пока робот не возьмёт её у него. Когда с этим было закончено, он открыл морозилку и достал этиловый спирт. И вместо того, чтобы вернуться на диван, Тэп направился к кровати. Бутылка подпрыгнула на древнем матрасе, пока он неуклюже выскальзывал из одежды, абсент всё же начал брать своё.

Зевнув и потянувшись, Тэп снова взглянул на Риту, по-прежнему занятую вознёй с роботом-стражем. Склонившись над ним, она сосредоточилась на чём-то, чем она там занималась. Вздохнув, единорог упал на кровать, пошарил вокруг в поисках бутылки, и, найдя, схватил её магией. Первые несколько глотков не ударили ему в голову, но после того, как бутылка опустела примерно на четверть, вся его морда запылала, а комната начала качаться и вращаться. По его паху распространилось восхитительное ощущение пощипывания, посылающее сквозь его тело волны трепета. В его разум потоком хлынули воспоминания – образы и запахи прошлых побед на половом фронте.

Тэп лениво перекатился на спину, и его переднее копыто заскользило к паху. Он теребил и толкал свой препуций, до тех пор, пока не почувствовал головкой члена холодный воздух. С широкой ухмылкой и самым последним проблеском надежды, он взглянул туда, где стояла Рита, надеясь, что она заметит его усиливающуюся эрекцию и прибежит к нему. Подняв голову, грифина окинула его быстрым взглядом, и вернулась к тому, чем занималась.

— Блядские роботы! — громко заявил он, вновь поднося к губам горлышко бутылки.

|[o’o ]|[BAR]|[( ) ]|

Когда Тэп проснулся, его встретили три вещи.

Первой был спокойный ритм громыхающих барабанов и тамбуринов, на фоне которого слышался говорящий на непонятном ему языке женский голос. Говорящая закончила свою речь, и через пару мгновений из наушников Риты полилось мощное урчание бас-гитары.

Второй была влажно поблёскивающая, розовая ложбинка вагины. Ему не нужно было осматривать её дважды, чтобы понять, что она принадлежит Пахарите. Он потратил пару секунд на то, чтобы повосхищаться ритиными бедрами, крестцом, и дополняющей их тугой звёздочкой. Пара вязких, молочно белых капель стекли в его горло, когда Пахарита задрожала, щекоча его нос кисточкой на кончике хвоста.

Третьей и последней вещью, незамедлительно привлекшей его внимание, было давление вокруг головки члена, к которому время от времени добавлялась нежная мастурбация. Он чувствовал края её клюва, но она была профессионалкой, использующей мягкие, покрытые перьями уголки своего рта, а её длинный язык размеренно двигался вдоль его члена. Он порывисто взбрыкнул бёдрами, пульсируя в её оральном захвате.

Пахарита вновь вздрогнула, и по его члену прокатилось тёплое дыхание, когда она тихо застонала. Это было откровенное приглашение, если он в этом хоть что-то понимал, и единорог не стал тратить время почём зря. Она вновь застонала, но в этот раз намного громче, когда он, проникнув языком в её вагину, прошелся по ней снизу вверх. Со всем накопившемся в нём возбуждением Тэп набросился на жемчужину её клитора, но прежде, чем нажать на него кончиком языка, он несколько раз его облизал. Маленькая грифина извивалась всё это время, быстрее качая головой, и впиваясь когтями в его задние ноги.

Придушенно заржав, Дабл Тэп обхватил губами её клитор и отомстил ей, начав его посасывать. Он был мокрый, и слегка нескладный, но Рита начала дрожать и стонать, прижимая к его лицу свои бёдра. Его продолжающий свои волнообразные движения язык, накатывал на её клитор подобно прибою, пока он, прилагая все силы, старался удержать её волшебную кнопку меж своих губ. Каждый издаваемый ею звук многократно отражался в его члене, у корня которого, возле препуция, постепенно нарастало давление. Отпустив на миг её клитор, он скользнул языком немного вверх и проник им в неё так глубоко, как только смог.

Задыхаясь, он фыркнул в неё, и сделав вдох, прижался мордой к её вагине. При этом, его нос и подбородок насквозь промокли, став липкими от смеси её выделений и его слюны, но запах её естества был тем, чем он всецело наслаждался. Не выпуская из клюва его пульсирующий член, Пахарита ответила ему щебечущими криками, требуя большего. И он был рад угодить ей. Постанывая в неё, Тэп проникал в Риту языком, пока тот не начал побаливать. И всё это время, он глади бабками живот грифины, и её соски затвердевали от его прикосновений.

К моменту, когда Тэп приблизился к оргазму, между ними уже образовался тонкий слой пота. Перья Риты прилипли к его шкуре, в то время как их прижимающиеся друг к другу тела тёрлись друг о друга. Глаза Тэпа жгло из-за попавших в них со лба капель солоноватой жидкости, пока он не проморгался. Он чувствовал, как дрожат бёдра грифины, которые слабели от сочетания сексуального блаженства и физического напряжения. Но поскольку она заполучила начальное преимущество, Тэп знал, что первым кончит именно он. Задержав дыхание, он принялся думать о посторонних вещах. Тэп, как только мог, старался остановить поднимающуюся волну эйфории, но искушение сделать один, самый последний толчок было слишком велико, и он излился в рот Пахариты.

Охваченный оргазмической судорогой, он отпал от неё, и ударился головой о подушку. А секунду спустя его ушей достигло приглушенное, нежное хихиканье. Продолжая сосать его член, Рита выдаивала из него всю сперму до последней капли, и её гортань двигалась, когда она быстро её проглатывала. А когда она всё же его отпустила, то мило вздохнув, принялась слезать с Тэпа.

— Неужели ты не хочешь, чтобы я заставил тебя кончить?

Вытянув назад шею, Рита уставилась на него поверх изгиба своего левого бедра.
— Неужели ты хочешь, чтобы я хотела, чтобы ты заставил меня кончить?

Единорог тихо заржал, глубоко вдохнул и вновь принялся за работу. Впав в экстаз, Рита массажировала его пах, пока он работал своей челюстью. Её дыхание становилось всё более прерывистым и резким, а лапы вновь начали дрожать, и Тэп приготовился к последнему удару. Поначалу медленно, он снова принялся облизывать её языком, ища нужную комбинацию скорости и силы. Без члена во рту её хриплые стоны стали намного громче, но они были по большей части непонятными за исключением: «не останавливайся!».

Пока она всё ближе и ближе подходила к тому, чтобы кончить, он, предпочитая обходиться более широкими и грубыми взмахами вместо использования кончика языка, сосредотачивал их на её клиторе и медленно его оттягивал. Воздух наполнял почти музыкальный звук её страстных трелей, прерываемых вздохами. Подавшись назад, она едва не задушила его вагиной, когда кончила, дав волю одному единственному, протяжному, счастливому стону. Без каких либо дальнейших фанфар, маленькая грифина свалилась с Тэпа, и он, перекатившись чтобы встретиться с ней, уткнулся носом о её шею, а она обхватила его передними лапами.

— И тебя с добрым утром, — дразняще произнёс Тэп.

Спустя несколько минут пост-оргазмических объятий они встали с постели и направились в ванную.

— Итак, какой у нас на данный момент план? — спросил он, когда она выдавила зубную пасту на зубную щётку. — Мы будем выполнять контракт Рейнджеров?

— Вообще-то, есть пара вещей, о которых я хотела бы позаботиться в первую очередь.

— Ага, хорошо, — Тэп пролевитировал свою собственную зубную щётку к зубам и принялся ею размахивать. А секунду спустя, сплюнул в раковину заполнившую рот пену. — Я все-таки буду держать ухо востро. Мне кажется, что нам не следует слишком долго отлынивать от этой работы.

|[( ) ]|[( ) ]|[( ) ]|

И вот опять пред взором Тэпа разворачивался причудливый ритуал. Он не мог сказать наверняка была ли это просто эксцентричность Пахариты, или странным был он сам, раз уж не мог понять, в чём смысл этого действа. Но как бы то ни было, на шкафчиках у дальней стены чинно возлежал сваренный вместе Умелый. Возле центра стола стояла Рита, а остальные роботы разместились по обе стороны от неё, и все они молчаливо смотрели вниз.

В конце очереди переливался огнями корпус робомозга. А через секунду, он сфокусировал свой лазер на фитиле своей свечи. Робот проследовал дальше, делясь с соседями пламенем своей свечи, и вскоре вся очередь озарилась трепещущими огоньками.

— Сэр Умелый был хорошим другом, — начала Рита, — и братом, и не только лишь для Сэра Здоровяка, но и для всех нас. Он был одним из первых роботов, случайно встреченных мною в Эквестрии, и он прошел со мной весь путь от Филлидельфии. Он был добрым и вежливым, и при каждом удобном случае, был рад услужить и помочь. Он даже пару раз спас мне жизнь. Именно его программу я использовала в качестве шаблона для тех из вас, кого нужно было убедить присоединиться ко мне. Таким образом, даже несмотря на то, что он был повреждён до невозможности создания резервной копии, благодаря всем вам он по-прежнему во многом с нами. Его жертва не будет забыта. Слава Министерским Кобылам. Аминь.

— Аминь, — ответили все роботы в унисон.

А затем зазвучала тихая, механическая, но, несомненно, траурная мелодия, которую в едином порыве тянули все находящиеся в помещении роботы. Рита попыталась к ним присоединиться, но ужасно при этом фальшивила. Спустя минуту странного гудения, они все затушили свои свечки и затихли.

Рита похлопала когтистыми лапами и посмотрела вверх.
— Ладно! Это было весело! Разберите его и поместите детали к остальным запасным частям.

Сидящий с набитым ртом Дабл Тэп, подавился радигатором. Горделиво прошествовав к холодильнику, грифина схватила из него бутылку Спарк Колы и большой кусок мяса.

— Вставай, — пропела она, — мы идём по магазинам!

У единорога отвисла челюсть:
— <i>По магазинам</i>?

— Ну да, глупышка, мне нужно достать себе нового робота!

Тэп вздохнул, покачал головой, и соскользнул с дивана. Проходя мимо туалетного столика, он пролевитировал из одного из ящиков ничем не примечательный костюм – тот самый, который он некоторое время назад подобрал в Разбитом Копыте. Поперёк спины синей куртки было написано «ПУРК»[Перевоспитательное Учреждение Разбитое Копыто], а нижняя рубашка была испачкана чёрными пятнами от пороха. Натянув одежду и быстро надев на себя кобуры с разгрузкой, он кивнул Рите и пошел к входной двери.

Основываясь на уровне освещённости снаружи, Тэп предположил, что уже почти полдень. Позади них с грохотом закрылась дверь, и они отправились в путь. Хлопающая позади него крыльями Рита жадно впилась в захваченное из холодильника мясо. Он не был до конца уверен в том, что оно приготовлено, или даже в том, каким животным оно было при жизни. Запив его газировкой, она выбросила бутылку и слегка рыгнула.

— Итак, ты просто собираешься купить замену, — уныло констатировал он, когда они приблизились к выходу из переулка.

— Неужели это не то, что ты должен сделать, когда что-то окончательно ломается?

— Ну да, но ты ведь только что устроила похороны того робота, — почти выйдя на улицу, они остановились, прижавшись к стенам. — И я даже не хочу вникать в то, как ты приказала им разобрать его на части.

Пахарита вскинула голову, постукивая по ПипБаку:
— Тогда, что ты хочешь этим сказать?

— Не знаю... — Тэп взглянул на Риту, и она кивнула ему в ответ. Выглянув из-за угла, он окинул взглядом улицу. — Разве за этим не должен начаться период траура или ещё что в этом роде?

— Агась, мы ведь только что это сделали!

Увидев, что путь свободен, Тэп вышел из переулка, Рита хлопала крыльями прямо позади него.

— Нет, я... Ай, неважно. А куда мы, собственно, направляемся?

— В Башню Тенпони, — ответила она.

Единорог поднял бровь.
— А как же блокада?

Пахарита театрально вздохнула.
— Полагаю, раз уж что-то там такое, что бойцы Красного Глаза делают возле башни <i>настолько</i> важно, то нам всё же придётся заплатить пошлину. Я бы сказала, что мы могли бы достать одного робота у Стальных Рейнджеров в Брыклинском Кресте, но сомневаюсь, что они согласятся, если у меня не будет другой игрушки на обмен, — выражение её лица стало кислым, а лоб наморщился. — Ты только представь себе, что они могли бы обменять на танк!

После этого они какое-то время путешествовали в молчании, вслушиваясь в треск и грохотание отдалённых боевых действий. Довольно часто Тэп проверял свои тылы просто чтобы убедиться, что за ними не следует их новая подруга из семейства собачьих. Он полагал, что его намерения были весьма очевидны, поскольку каждый раз, когда он оборачивался, Рита тут же начинала клацать по-своему ПипБаку, проверяя компас своего ЛУМа. Почему-то он обнаружил это лестным.

— У неё есть имя? — спросила Пахарита, когда они подошли к башне достаточно близко, чтобы увидеть её основание.

Несколько смеющихся друг другу чумазых жеребят, преследуемых столь же грязной кобылой, требующей, чтобы они слушались её, перебежали им дорогу.

— У кого есть имя?

— У вчерашней адской гончей.

— Как могут... — единорог на секунду остановился, пытаясь осмыслить то, о чем его спросили. — Рита, я не знаю! Уверен, что есть, но у нас действительно не было времени, чтобы узнать друг друга.

— Тебе нужно дать ей имя, чтобы мы смогли узнавать её, и всё такое!

— Ого... — глубоко вздохнув, и тихо хихикая, выдохнул. — Хорошо, так и быть. Мы назовём её – <i>Ебанько</i>.

— Еба... — глаза Пахариты округлились, и она, тряся головой, прикрыла когтистой лапой клюв. — А я считаю, что тебе следует назвать её – Морской Листик!

— Морской Листик, — Тэп искоса на неё посмотрел, а она возбуждённо закивала. — Как насчет... Увечница.

— Оооо! Да! Мне нравится!

— Чудесно. Итак, поскольку мы дали имя чему-то, что хочет нас убить... — он умолк, увидев двух пони, установивших прилавок у основания одной из опор Дороги Луны, и продающих мясо мантикоры. Вокруг них столпилось несколько солдат Красного Глаза, желающих его приобрести.

— Хм.

Пахарита вскинула голову:
— Хм? Чего это ты хмыкаешь?

Почувствовав себя так, будто кто-то лягнул его в затылок, Дабл Тэп скривился и прижал ногу к виску. Его зрение затуманилось, когда он попытался сосредоточить внимание на трещинах в цементе. Все признаки указывали на чудовищное похмелье. Он вдохнул порцию дэша, но боль наркотик не притупил.

— Да так, — пробормотал он, зажмурившись. — Эй, сколько на это уйдёт времени?

— Не о-о-очень много. Мне просто нужно сделать пару вещей для нескольких пони, и после этого у меня тут же должен будет появиться блестящий старенький новенький робот.

Тэп снова скривился, сжав зубы:
— Ага. А я просто подожду тебя в баре.

Кивнув, Пахарита сделала несколько шагов в сторону лагеря Красного Глаза.

Движение в лагере было вполне обыденным, и не было похоже, чтобы солдаты занимались чем-то большим, нежели бесцельные блуждания по его территории. И пока Тэп с Ритой не оказались прямо в самой их гуще, никто из них даже внимания на эту парочку не обратил. В этот момент, солдаты вскинули своё оружие и напустили на себя грозный вид. Но сегодня Тэп был не в настроении для всего этого, поэтому ответил на их посверкивания глазами своим убийственным взглядом. А когда Рита показала мешочек с крышечками, они, казалось, расслабились.

— Нам бы хотелось войти в башню, ну позязя!

— О, это опять вы, — ответил один из рабовладельцев. — Ага, пожалуй, позволим им пройти.

Весело улыбающаяся Рита продолжила путь, а следом за ней плёлся Тэп. Она приостановилась, дойдя до противоположной стороны лагеря, и кивнула в сторону контрольно-пропускного пункта у главного входа Башни Тенпони. Тэп потратил пару секунд, чтобы перебрать своё имущество и убедиться, что он удовлетворён имеющимся у него при себе снаряжением. А то, что, по его мнению, было ему без надобности, он передал Пахарите. Удовлетворившись результатом, он воплотил на свой рог заклинание подавления света.

— Итак, мы разыграем «привычное сокрытие» или «неуклюжие копыта»? — пробормотал Тэп.

— Сокрытие, — шепнула она.

Он кивнул и пристроился позади грифины, готовясь выполнить упражнение на ловкость копыт.

На контрольно-пропускном пункте находилось четверо охранников. Охранник-единорог заулыбался, когда к нему подошла Рита, но спал с лица, заметив следующего за ней Тэпа. Вскоре после обмена приветствиями его рог засиял, подсвечивая разнообразные девятимиллиметровые магазины и гранаты, что были у неё с собой. Тэп знал, что позволить охранникам изъять пару вещей, давая им ложное чувство безопасности, было одним из самых важных аспектов контрабанды боеприпасов в башню. По этой причине, все имеющиеся у Риты снаряженные патроны и взрывчатка будут конфискованы.

— Ох, блядь, — проворчала Рита, запуская когтистые лапы в свою наплечную сумку. Для неопытного глаза это выглядело так, будто грифина упорно пытается расстегнуть молнию, в то время как на самом деле, она заставляла зубцы сжаться. Другой охранник поднял голову, но остался стоять на месте. — Я очень-очень-очень извиняюсь, мистер охранник, сэр: молнию заело!

Тэп сумел удержать бесстрастное выражение лица, когда единорог-охранник, клюнув на наживку, покинул свой пост и пошел к грифине. Она повернулась, разворачивая при этом крылья, и он последовал за ними пока не оказался повернутым спиной к Тэпу. Перья Риты подобно ширме скрыли всех троих. Поскольку на данном этапе в дело был вовлечён Тэп, то хитрость состояла в том, чтобы не злоупотребить своей удачей. Два магазина были скромной ставкой, становящейся немного рисковее вместе с гранатами, чей пронос вместе с ними также был запланирован. Засунуть магазины в броню охранника было довольно-таки легко, так как они мало чем отличались от тех, что уже были у него. Между тем, с гранатами всё обстояло немного сложнее. Он осторожно, очень осторожно, засунул их в кармашек на броне охранника, и с облегчением вздохнул от того, что охранник ничего не заметил.

Всё это заняло максимум полминуты, и остальные охранники только-только начали что-то подозревать. Пахарита сложила свои крылья, когда Тэп цыкнул зубом, сигнализируя об успешной подброске вещей. Вскоре после этого охранник помог Рите открыть молнию, и, собрав всё принадлежащее ей и по-прежнему светящееся оборудование, поместил его в ящик для хранения оружия. Она прошла через КПП, попрощалась, и направилась внутрь. Когда охранник подошел к Тэпу, тот фыркнул про себя, и, выложив свои пистолеты, стал наблюдать как их разряжают.

— Смотри не балуй, — сурово приказал охранник.

Оттолкнув охранника, Тэп вернул свои разряженные пистолеты в кобуры.
— Ага, конечно.

Он вошел в Башню Тенпони как раз вовремя, чтобы увидеть как Рита исчезает за углом. Собравшись вместе, охранники на контрольно-пропускном пункте наблюдали за ним с той стороны вращающихся дверей. Один из них указал на него и все они засмеялись. Желание выскочить наружу и выбить им зубы было почти нестерпимым, но он сдержался. Если он хочет вернуть свои магазины и гранаты, то нужно подождать пока обыскивавший его единорог, не закончит свою смену, чтобы можно было стащить всё назад, прежде чем он доберётся до арсенала. В худшем случае он потеряет легко заменяемое снаряжение.

Несколько пони в причудливых платьях и костюмах пристально рассматривали его с искаженными от отвращения мордами, когда он вновь обратил внимание на изукрашенный вестибюль. Но прежде чем он продолжил свой путь, Тэп одарил их широкой, зубастой ухмылкой, а затем сплюнул на пол. Это был самый короткий путь в бар. Он зашел в лифт, проигнорировал остальных пассажиров и вышел на нужном этаже. Шум веселья почти стих, когда он вошел в бар "Хрустальный Шар", завсегдатаи отводили взгляды, путешественники не обращали на него внимания, или спрашивали, почему комната внезапно затихла.

Заняв своё обычное место и барной стойки, Дабл Тэп подпёр голову бабкой. Барпони Фоам уважала его в той же степени, в какой уважают насекомое.

— Ты выглядишь как <i>кусок дерьма</i>, — ухмыльнулась Фоам, ставя на стойку стакан, который только что протирала. — Где твоя грифонья подружка? Вы же друзья не разлей вода, разве нет?

Он оглянулся на неё.
— Просто налей мне чего-нибудь выпить, пизда. Чего-нибудь крепкого.

Фоам наклонила голову, опуская передние копыта за стойку.
— У тебя есть крышечки на <i>что-нибудь крепкое</i>?

— Я... ух... — Тэп огляделся, чувствуя себя слегка опозоренным, словами барпони. Все крышечки были у Риты, — Не можешь ли ты записать это на счет Риты, или что-то в этом роде?

— Какая глупость! Как я могу записать что-то на чей-то счёт, когда этого кого-то здесь нет? — она, ухмыляясь, перегнулась через стойку. — Проваливай из моего бара, шрамированный <b>ублюдок</b>.

Дабл Тэп глубоко вздохнул и закрыл глаза.

Он преодолел разделявшее их расстояние и очутился над Фоам прежде чем она осознала что случилось. Барпони едва смогла издать какой-то звук, когда он вбил её зубы ей в глотку. Несколько клиентов закричали. Он продолжал дубасить её лицо, даже когда услышал охранников у входа, вытаскивающих своё оружие.

-0-

Скрепя копытами по стойке, он открыл глаза и прогнал видение. Но в тот момент, когда он уже собрался повернуться и уйти, перед ним звякнула маленькая кучка крышечек.

— Налейте два, — произнёс женственный голос позади него.

Когда Тэп повернулся, чтобы сказать кобыле, что он не нуждается ни в чьих подачках, слова умерли в его глотке. Голос принадлежал маленькой единорожке, и сначала он принял её за жеребенка. Остро контрастируя с телосложением, её глаза выглядели так, будто принадлежали кому-то как минимум втрое старше. Он знал эту морду.

Бомба взорвалась на задворках его разума. Завывавшие сирены твердили ему, что нужно бежать, но его тело не реагировало. Он не мог даже отвести от неё взгляда. Дабл Тэп сидел на месте, неподвижный и шокированный, а рядом с ним уселась крошечная единорожка.

Фоам, морда которой выдавала подавленное негодование, опустила перед каждым из них по стакану и наполнила их. Кобыла подняла стакан левитацией и, откинувшись назад, опрокинула его содержимое в своё горло. Она тут же закашлялась и забарабанила передней ногой по барной стойке, царапая полированное дерево своим ПипБаком.

— Расплавленная течка Селестии, — выдавила она. — Я думала, ты заказывал выпивку, а не <i>растворитель</i>! Могу ли я получить что-нибудь <i>не столь</i> крепкое?

Когда Фоам разлила по стаканам другой, более ярко окрашенный напиток, компактная кобыла натянула застенчивую улыбку.
— Я не очень-то люблю алкоголь. На самом деле, мне вообще не следует пить спиртное, но ты же никому об этом не расскажешь, <i>ведь так</i>?

Тэп едва осознал, что покачал головой.

Подняв магией новый стакан, единорожка начала начала прихлёбывать из него, и её улыбка стала более расслабленной.
— Знаешь, тебе <i>действительно</i> нужно лучше выбирать свои драки. — Ощущение во рту Тэпа было таким, будто он доверху наполнен шерстью. Он кивнул, по-прежнему скованный паникой. — Я хочу сказать, что ты должен понять, когда ты просто-напросто <i>не</i> победишь.

Она сделала очередной маленький глоток, а её щёки уже начали краснеть.
— И неужели ты полагал, что твою подругу грифину будет так тяжело найти? — единорожка задумчиво постучала по подбородку. — Рита, ведь так? В башне не может быть слишком много грифонов. Спорю, что ты отыщешь её в течении пары минут.

Тэп подумал обо всех своих пулях, всё ещё находящихся на пони-охраннике у главного входа, и обо всех ножах и взрывчатке, припрятанных в его комнате наверху. Его взгляд неистово метался по бару, пытаясь найти что-нибудь острое, или что-нибудь, что он мог бы метнуть, или хотя бы что-нибудь, чем он смог бы её ранить, выгадав тем самым себе немного времени чтобы сбежать.

— Чего это ты так на меня смотришь? — немного невнятно произнесла единорожка, наклоняясь к нему. — Ох, — её морда уже стала тёмно-красной, и она, резко вдохнув, приложила ко лбу копыто. — Точно. Ох, разъеби меня Луна сразу в обе дырки.

Прочистив горло, она упёрлась в колени копытами.
— Я хочу, чтобы ты понял – я просто купила тебе выпивку, поскольку ты выглядел так, будто ты в неё нуждался, — она уставилась ему в глаза.
— Но по этой дороге мы не пойдём. Так что почему бы тебе просто не допить свою выпивку, — постучав по его колену, она наклонилась и прошептала, — и оставить свой... <i>пистолет</i> в кобуре.

Напряженно пытаясь окутать магией свой стакан, Тэп гремел им о барную стойку и почти расплескал его содержимое, когда он, покачиваясь, поднялся в воздух. Он опрокинул в рот янтарную жидкость, большая часть которой приземлилась на сухую плиту его языка. Сглотнув, он почувствовал себя так, будто заодно проглотил ещё и стопку.

— А вот это уже другой разговор, — рассмеявшись, произнесла маленькая единорожка.

Она вновь отхлебнула из своего стакана, и положила перед Тэпом ещё несколько крышечек. Прежде чем налить очередную порцию, Фоам сгребла в кассу крышечки со стола.

— Жизнь несправедлива, — произнесла единорожка, в свой почти пустой стакан. — Она принуждает тебя обзаводиться семьёй и, если тебе повезёт, то ты, возможно, встретишь кого-нибудь, кто примет тебя таким, какой ты есть. Иногда, ты будешь мельком замечать кое-что скоротечное, называемое счастьем. А затем...

Она допила остатки своего напитка.
— Это не твоя вина. Во всяком случае, не полностью. Но тебе всё же придётся разобраться с этим, — она одарила его лёгкой печальной улыбкой. — Даже если у тебя нет ни единого шанса.

С трудом поднявшись со стула, она встала на трясущиеся ноги.
— Вот видишь, именно поэтому мне <i>и в самом деле</i> не следует пить. Я не могу затыкаться, — она рассмеялась и наклонилась в сторону, едва не падая на барную стойку. — Но как бы там ни было, выпей всё до дна, улыбнись во весь рот, и доставь своей подруге удовольствие, — ЛитлПип, чья морда была уже полностью тёмно-красной, подмигнула ему.

— Как ни крути, <i>ты ведь ещё не мёртв</i>.

[ПОВ]|[РЕЖ]|[ДЁН]|

Примечание автора:

Эта история, по умолчанию, неканон. Заодно сразу заявляю, что пишу её просто для удовольствия. Если вам это читать не в кайф, вас никто не заставляет.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56645/253460

Переводчики: joltius, Centergg, SILMOR