Готовый перевод Fallout: Equestria - Anywhere but Here / Фоллаут Эквестрия: Где угодно, но только не здесь: Глава 8: Возможности для трудоустройства

Глава восьмая: Возможности для трудоустройства

~~~|*/\*|~~~

— У меня были ещё и сны, в которых мне удавалось спасти отца.

Иногда, благодаря одной лишь удаче, я спасаю его, будучи ещё жеребёнком. Временами я того же возраста, что и сейчас, и у этих глумливых ублюдков не остаётся ни единого шанса. И это приятно, ну ты же понимаешь? Поступить правильно, не дать им отнять его у меня, ведь вернуть его – это единственное, чего я когда-либо по-настоящему хотел. Но, честно говоря, эти сны хуже тех, в которых он погибает прямо на моих глазах.

— «Можно спросить почему?»

— Это наихудшая разновидность ложной надежды, которую только можно иметь. Когда грезишь, совершенно не подозревая, что находишься во сне, очень легко поверить в происходящее вокруг. Тебя переполняет чувство радости и удовлетворения от того, что можешь совершать немыслимые вещи или получить тот самый второй шанс, чтобы предотвратить перемены.

Но когда ты просыпаешься...

— «Это тебя сильно огорчает, ведь так? Ох, бедненький ты мой. Я точно знаю, каково это.»

— Уж лучше я буду жить настоящим, будучи точно уверенным, что произошедшего не изменить, нежели тешить себя иллюзией, будто могу изменить прошлое.

— «А как же будущее?»

— Хм?

— «Ты когда-нибудь задумывался о том, как ты можешь изменить будущее? Чтобы эта история не смогла повториться.»

— На самом деле, я никогда не задумывался о собственном будущем. Я всегда предполагал, что рано или поздно моя удача закончится.

— «А если нет?»

— Хех. Было бы круто, но столько удачи не может быть ни у кого. Даже у меня. История повторяется просто потому, что именно так всё и устроено. Я ничего не могу сделать, чтобы изменить мир, да и менять его мне никогда особо не хотелось.

— «Но счастлив ли ты, живя днем сегодняшним и без надежды на завтрашний?»

— Нет. Но что ещё там есть?

— «Всё, что ты создашь для себя.»

~~~|*/\*|~~~

|[ /_\ ]|[BAR]|[( ) ]|

Новизна созерцания голубого неба над головой быстро сошла для Дабл Тэпа на нет. Поскольку он вырос в мире, где солнечный свет просачивался сквозь сплошной облачный слой, то быстро пришел к заключению, что это изменение не было приятным. Вдобавок к этому чувству были ещё и туманные намёки, что ЛитлПип имеет к произошедшему какое-то отношение. Он всё ещё пытался приспособиться ко слепящей яркости света, когда Пахарита слезла со своего раскладного кресла и поманила его за собой. Приглашение зайти внутрь пришлось как нельзя кстати, особенно когда в отдалении послышались восторженные крики благодарной толпы, распевавшей хвалебные песни своей Дарительнице Света. К горлу Тэпа подступила тошнота вперемешку с горечью обиды.

— Не понимаю, хули тут такого особенного, — пробормотал он, когда позади него перекатился через порог последний робот. — Я и сам до хрена лампочек вкрутил, так почему же никто не стремится выдавать мне ебаную медальку?

— Ты <i>такой</i> завистливый! — трепеща крыльями, пропела Пахарита, пересекая комнату.

— Я ни хуя не завистливый! — топнул ногой Тэп.

Оглянувшись на него, она хихикнула, покачав головой.
— Ох, это бесценно. Подожди, сейчас принесу фотоаппарат, чтобы запечатлеть этот шикарный момент.

Фыркнув, Дабл Тэп поплёлся к лежащему в углу матрасу. Это был очень-очень длинный день, и мысль о том, чтобы напиться до потери сознания была приятной. Вот только у Пахариты были другие планы. Едва он положил копыто на рваную простыню, как перед ним вдруг возникла миниатюрная грифина, расплывшаяся в улыбке при виде его хмурого взгляда.

— Я сделаю...

Тэп фыркнул, заставляя её замолчать.
— Нет. Я не в настроении для этой хрени, — он дёрнул ухом, когда она скорчила недовольную гримасу. — Я через многое сегодня прошел, и не хочу больше бодрствовать.

Вскинув в воздух передние лапы, Рита зашевелила когтями.
— <i>Ого</i>! Да я сейчас расплачусь! — опустив одну лапу, она ткнула его в грудь вытянутым когтем второй. — Но сначала, мы обсудим с тобой одно дело, старина.

— <b>Да ёбаный в рот</b>... Что тебе нужно со мной обсудить, сальмонеллёзная ты пизда?

Услышав это, она скрестила передние лапы на груди, и демонстративно пожала плечами.
— Ох, даже и не знаю, расист ты этакий! Может тот факт, что мы на мели?

— Че... — Тэпу потребовался лишь миг, чтобы полностью осознать то, что ему сказали. Открыв от удивления рот, он простоял так некоторое время, а затем проорал: — Как это мы оказались на мели?!

— И это было приманкой! — сверкнула она зубастой ухмылкой. — Спорю, что сейчас ты хочешь посмотреть мою презентацию, а?

Он не осмелился это признать, но она была права. Но тут же из глубин памяти всплыли плохие воспоминания.
— Ты ведь не собираешься снова делать ту проекторную фигню, не так ли? В прошлый раз ты едва, блин, стену не расплавила.

Рита рассмеялась и махнула когтистой лапой.
— Я тебя умоляю. Я внесла после этого ряд улучшений.

Это утверждение Тэпа не успокоило. Но не успел он ничего возразить, как к кровати неуклюже подкатил робомозг. Подождав, пока жидкость в прозрачном баке для мозга не перестала колыхаться, Рита вытянула из своего ПипБака кабель и сунула его в порт замершего робота. Освещение потускнело, и бак засиял равномерным розовым светом. Спроецированный график осветил дальнюю стену, разместившись на ней во всю ширину. Рита вытащила из своего жилета лазерную указку и навела её на изображение.

— Итак, как ты видишь, пару месяцев назад наши финансовые запасы начали понемногу истощаться. Они уменьшались каждый раз, когда нам приходилось подкупать бойцов Красного Глаза, чтобы попасть в Башню Тенпони, — красная точка скользила вдоль равномерного спуска к звезде. — Вот эта звезда отмечает момент, когда нас наняли, чтобы убить ЛитлПип. А пунктирная линия показывает, сколько денег <i>мы бы получили</i>, выполнив этот заказ.

Светящаяся точка зависла на утёсе, высоко над звездой, и Рита искоса взглянула на него.

— Отсоси, Рита, — побежденно вздохнул Тэп.

Её неодобрительный взгляд сменился жаждущей ухмылкой.
— Позже! Но как бы то ни было, всё больше взяток, анти-мех винтовка, которую я купила у Гаудины, поскольку ты не держал свой рот на замке, и постоянные траты на еду с питьём...

— Я хочу спать, — прервал её Тэп, закатывая глаза. — К чему ты клонишь?

— И твоя буйная выходка в Тенпони стоила нам <i>на-а-а-амного</i> больше, чем мне бы хотелось, — она пару раз щелкнула клювом, после чего указала на проекцию. — А клоню я вот к чему, ты мешкал так долго, что запорол заказ от Стальных Рейнджеров, а затем просиживал зад, <i>игнорируя</i> новые заказы, так что теперь мы практически в жопе! Знай я, что ты настолько облажаешься, то никогда не взялась бы за эту работу!

Усилия Тэпа придумать что-либо в своё оправдание не увенчалась успехом, и решив потянуть время он выкрикнул:
— И когда это ты, блядь, упоминала <i>мелкие заказы</i>?

Рита опять вскинула передние лапы.
— А как насчёт убийства мэра Блексис в Городе Дружбы? Жируха была готова очень хорошо за это заплатить, и я раз двадцать говорила тебе об этом заказе!

Когда она это прощёлкала, Тэп стиснул зубы и сердито на неё посмотрел, долбанув копытом по матрасу.
— У меня был траур, тупая ты <i>пизда</i>!

— Тебе не платят за то, что ты носишь траур! Дурак!

Вновь посмотрев на график, Тэп осознал, что прежде чем продолжить своё пикирование вниз, он выдал один пик, идущий сразу же за черепом с костями, подписанным «Арба».
— Тогда что вот это за херь такая?

— Ох, это всё вещи, которые я вынесла с Брыклинского аванпоста! — ухмыльнувшись, кивнула Рита. — Я получила две тысячи крышечек, продав их Рейнджерам Эпплджек!

— Тогда какого хрена график продолжает идти вниз? — предчувствуя её ответ, его уши прижались к голове от страха.

— Я потратила их на запчасти для модернизации своих роботов, — прозаично заявила Рита.

Потеряв дар речи от услышанного, он продолжил следить за графиком, который выдал ещё один пик, а затем рухнул ещё ниже.

— Сбор трофеев в Городе Дружбы, — с удовольствием проинформировала его Рита. — И за помощь в этом деле тоже спасибо. <i>Равную нулю</i>.

Резко подскочив, Тэп навис над ней.
— Да что ты, блядь, такое делаешь с деньгами, которые получаешь от продажи собранного тобою барахла, Рита?!

— Я покупаю себе что-нибудь миленькое! —она отвернулась, вздёрнув клюв. — Пфф, тоже мне, надсмотрщик нашёлся!

— Ты это, блядь, сейчас серьёзно или как? — Он чувствовал, как его морда стремительно заливается краской, а на переносице, подобно оползню, собираются морщины. — Ты ведь знала, что у нас заканчиваются деньги! Да что с тобой не так?!

Подняв брови, Рита вздохнула и вновь искоса посмотрела на него.
— Дышите глубже, Тэпуля, вы взволнованы. Я, как обычно, знаю, как всё это поправить.

На языке у Тэпа крутилось столько непристойностей, что он сумел лишь раздосадовано застонать. Усевшись обратно на круп, он прикрыл морду копытом и медленно потащил его вниз. А Рита, как ни в чём не бывало, продолжила свою презентацию.

— На самом деле, учитывая, как всё обернулось, это даже хорошо, что мы не взяли заказ Блексис, поскольку в пруду водится намно-о-ого более крупная рыбка, — сделав паузу, она посмотрела ему в глаза, подпрыгивая и ухмыляясь. Но Тэп хранил молчание. — Ты только никому не говори, но один из Рейнджеров Эпплджек, с которым я задружилась, продавая им обратно их же барахло, прислал мне кое-какие интересные вести. Судя по всему, куча беженцев из Города Дружбы скинулись крышечками, чтобы собрать весьма весомое вознаграждение. Оно, конечно, и рядом не стояло с заказом на ЛитлПип, но...

— Да ёбаный в рот, — прорычал Тэп и, открыв один глаз, свирепо глянул на Риту, — выкладывай уже.

Рита взъерошила перья.
— Ну на-а-адо же. Я как аз собиралась! <i>Кхм</i>. Если то, что я слышала – правда, и мне удастся застолбить нам этот контракту, то у нас начнётся охота за огромным призом! — Тэп всё так же пристально смотрел на неё одним глазом, неприветливо и равнодушно. Она почесала шею. — Мне тебе что, всё разжевывать надо? Они заказали Толстую Жирдяйку! Из Города Дружбы!

Тэп моргнул, и Рита схватила его за холку, и затрясла.
— Расберри Тарт! — она его отпустила, но её когтистые пальцы всё ещё подрагивали. — Именно поэтому я произносила все эти жирные шуточки! Вот же ж, да что произошло с твоим чувством юмора?!

— Мы уже закончили? — пробубнил он.

— Ты в последнее время такой брюзга... — прикрыв глаза, она вытянула коготь и провела им по его передней ноге. — Однако я знаю кое-что, что прекрасно тебя взбодрит!

— Рита... — начал было он, но позволил своему протесту остаться не услышанным.

Он неохотно улёгся на бок, и Рита с нетерпением нависла над его крупом. С вожделением посмотрев на него, она подняла его заднюю ногу и увидев препуций облизала клюв. В происходящем вроде и не было ничего необычного, однако Тэпа почему-то не отпускало смутное чувство неправильности. Он, нахмурившись, наблюдал, как она начала ласкать его плоть клювом, оставлявшим после себе небольшой холодок. Жизненный опыт говорил Тэпу, что его естество должно было бы уже начать появляться. Но вместо этого оно непонятно почему ощущалось почти онемевшим. Не получив никакого результата после минуты ласк, Рита подняла голову и посмотрела на него.

— В чём проблема?

— Просто... такое ощущение, будто со мной что-то не так, — он вздохнул и покачал головой. — Я не знаю.

— Ты <i>не знаешь</i>? — она слегка стукнула его по препуцию. — А вот мне кажется, что твоему малышу нужен небольшой стимул. Сгоняю за наркотой!

Тэп отвёл взгляд.
— Сейчас мне не особо-то и хочется этим заниматься.

— Ха-ха, очень смешно, — она неторопливо ёрзала до тех пор, пока покрытый перьями уголок её клюва не оказался в дюйме от его губ. — Тебе просто нужно, чтобы мамочка дала немного <i>сахарку</i>[Героин(нарк.сленг)].

Она попыталась приблизиться для поцелуя, но он уклонился, как в первый, так и во второй раз. Когда когтистая лапа обхватила его переднюю ногу, и Рита попыталась в третий раз, безучастное выражение на лице Тэпа сменилось сердитой гримасой.

Слегка толкнув грифину, он спихнул её с себя.
— Я же сказал, что не хочу этим заниматься. Отъебись.

— Ух! — Рита скатилась с кровати и выдернула из робо-мозга шнур своего ПипБака. — Да как хочешь! Удачно выспаться, придурок!

Снова вздохнув, Тэп потянулся магией и схватил бутылку водки. Вытащив пробку, он заметил, что стена, на которую проецировалось изображение, испускала струйки дыма. Вытравленное в стене очертание графика мягко светилось. Тряхнув головой, он запрокинул бутылку и осушил свой билет в беспамятство.

|[ 7 ]|[o8- ]|[ 7 ]|

Этим утром Тэп с трудом узнал мир снаружи.

Побоище закончилось совсем недавно. Мародёры ещё даже не начали обшаривать усеявшие улицы трупы в силовой броне, вдобавок ко всему в воздухе царила тишина, придававшая пейзажу схожести со старой фотографией. Разве что эта фотография не была чёрно-белой. Он мог вытянуть ногу и коснуться опаленного взрывами и изрешечённого пулевыми отверстиями металла, похожего формой на пони, который был окрашен потёками запёкшейся крови. На своём веку он повидал уже немало смертей, но природа увиденного, складывавшаяся из масштаба произошедшего и того, что это была не перестрелка рейдеров, стоявших вне закона, а война между регулярными войсками, повергала в трепет. Он смог только задаться вопросом, не станет ли такое зрелище обыденностью.

Кроме этих деталей, пейзаж остался тем же самым, вот только теперь было слишком много света, очень уж много цвета, а небо казалось голым без своего облачного покрова. Дэш и спиртное не смогли сделать его хоть слегка более знакомым или чуть менее чуждым. Но более важным и беспокоящим фактом было резкое сокращение количества теней. Не встречавший препятствий солнечный свет означал, что до заката мест, где можно было бы спрятаться, будет совсем мало, отчего Тэп чувствовал себя очень уязвимым.

Всё это действовало сообща, чтобы гарантировать, что тревога, поселившаяся на самом дне желудка Тэпа, никуда не денется.

Чтобы не щуриться на протяжении всего их путешествия до Стойла Двадцать Девять, он надел пару круглых солнцезащитных очков в проволочной оправе, которые ещё и окрашивали всё в янтарный оттенок. Однако он не учёл жару. Кажется, проглянувшее солнце вдобавок ко всему прогрело воздух на несколько градусов выше, и теперь он сожалел, что надел свои обычные жилет и свитер с рукавами. Рита смогла смастерить для него ещё ножей, но из-за почти полного отсутствия денег на покупку компонентов для их модификации, он был вынужден довольствоваться только всем стандартным, включая и огнестрельное оружие. Пистолет сорок пятого калибра ощущался грузом в его кобуре, а пристёгнутый к спине Проникновенный был всё таким же громоздким. И как бы сильно этого ни хотелось, но Проникновенного нельзя было отправить в прошлое, чтобы он занял место его верных Комедий во время испепеления Арбы. Его наличие казалось издевательским.

Иногда тишину разрывал отдалённый треск выстрелов – знакомые звуки, вызывавшие у него ностальгию по прежним временам и напоминавшие, что изменилось ещё далеко не всё. Он вцепился в надежду, что возможно, лишь возможно, это продлится недолго, и всё вернётся на круги своя. И даже припрыгивающая рядом с ним Рита была необычно молчалива, слушая через наушники своей ПипБак. Быть может, она и была самой надоедливой личностью, с которой он когда-либо имел неудовольствие общаться, но, по крайней мере, она всё ещё была Пахаритой. И, как ни странно, он её разозлил.

— Ну вот как кто-либо может знать наверняка, что всё это устроила та мелкая засранка? — спросил он, наклонившись настолько низко, что расслышал пару доносящихся из её наушников нот.

Окинув его взглядом, она расплылась в широкой ухмылке.
— Да как обычно, я слышала это от ДиДжея...

— Неважно, — буркнул он, смотря на грязь и сожалея о своём решении. — Но Красный Глаз уже, наверное, делает что-нибудь по этому поводу, ведь так?

Вместо того, чтобы ответить, Рита захихикала.

Тэп вскинул голову, удивленно подняв бровь.
— То есть, я знаю, что он должен был возвыситься и всё такое, и быть может, он даже самолично сделал бы что-нибудь подобное, но он бы не... — он замолк, когда хихиканье Риты превратилось в заливистый смех. — И чего в этом такого, блядь, смешного?

— Он мёртв! — давясь от смеха, выкрикнула она.

Шерсть Тэпа встала дыбом.
— <b>Чё?!</b>

Они двигались всё медленней, пока не остановились. Тэп из-за неверия, а Рита от того, что идти, истерически при этом смеясь, несколько трудновато.

Риты глубоко вдохнула и подняла переднюю лапу.
— Его подстрелили в зад...

— Ещё никто не умер от того, что его подстрелили <i>в зад</i>! — он негодующе топнул копытом.

— И! — она покачала вытянутым когтем. — И сбросили в чан с аликорновской жижей!

— Да ебать не встать! <i>Как</i>?! — но он уже знал ответ. Он был в тошнотворно самодовольной ухмылке, расплывающейся по обе стороны от клюва Риты. Это было для него уже слишком. Повалившись в пыль, он сжал копытами голову, пока его мир снова разваливался на части. — Да я её на хрен прикончу!

Она продолжила хохотать.
— Ты вроде как упустил свой шанс, дружище! Я слышала, что она засела в какой-то анклавовской погодной машине, а те безмозглые пегасы в течении <i>столетий</i> пытались расколоть этот орешек! Кстати, именно так она и проделала трюк с облаками. Она <i>такая</i> классная.

У Тэпа отвисла челюсть.
— Ну, она же должна будет когда-нибудь оттуда выйти!

— Ну не зна-а-аю. Мне кажется, там имеется что-то вроде штуковины для анабиоза, так что она может остаться там <i>навеки</i>!

Тихо застонав, Тэп прикрыл глаза. Пару мгновений спустя его спину укрыло крыло.

— Ты ведь не собираешься из-за этого пару недель бесцельно бродить по округе, да? — она села сбоку от него, нежно поглаживая перьями его холку. — Посмотри на это с позитивной стороны! Теперь тебе не нужно беспокоиться о том, что эта занудная дурочка станет препятствием для моих планов! Вдобавок, такое безвластие просто рай для нас. Подумай обо всех заказах, что мы получим!

Слишком взбешенный, чтобы ответить ругательством, он закатил глаза, шумно выдохнув через раздутые ноздри. В её словах был смысл, каким бы неуместным он ни был. Слегка взъерошив его гриву и хвост своими перьями, она похлопала Тэпа по спине, и он медленно поднялся на ноги.

— Просто давай уже покончим с этим, – пробормотал он, сдувая упавшие на глаза пряди гривы

— Вот это настрой!

Из-за опасения узнать ещё что-нибудь, что потрясёт его до глубины души, Тэп решил провести остаток пути, не разговаривая с Ритой. Когда они оставили позади пострадавший от недавних боевых действий городской пейзаж Мэйнхэттена, его мысли вернулись к Красному Глазу. Разумеется, его кумир, каким-то чудом, выжил после ран и купания в своей токсичной химической ванне. Тэпу очень сильно хотелось спросить, а видел ли кто-нибудь труп Красного Глаза собственными глазами, но он решил, что это один из тех вопросов, которые лучше не задавать. После уничтожения Арбы, потери Глейд Скиммер и вида купающейся в солнечных лучах Пустоши, вера в Красного Глаза была единственным, что у него оставалось.

Их остановили еще на подходе к Фетлоку. Как и руины Мэйнхэттена, остатки городка недавно подверглись разрушению, хоть и в меньшей степени. Но Рейнджеры Эпплджек по-прежнему находились в состоянии повышенной боевой готовности. После того, как Тэп и Рита сдали своё оружие, пара пони в раскрашенной броне сопроводила их в вестибюль находящегося внизу Стойла Двадцать Девять. Вход был оборудован множеством оборонительных позиций. И все они смотрели в сторону единственной двери, через которую можно было войти и выйти из подземного сооружения.

В Стойлах Дабл Тэп всегда чувствовал себя не в своей тарелке. Он вырос на поверхности, и на открытом пространстве ему было комфортнее. Частично ему не доставало окон и запасных выходов, и не стоит забывать о том, что большинство Стойл располагалось под землей. Пахарита пару раз называла его клаустрофобом, но неуютно он чувствовал себя лишь в Стойлах и подобных им строениях. Тэп считал это боязнью быть загнанным в ловушку, а не фобией закрытого пространства.

В счёт Стойла можно было записать то, что в нём, казалось, без проблем разместились как Рейнджеры Эпплджек, так и беженцы из Города Дружбы. Его коридоры украшали разнообразные признаки жизни, от игрушек и нарисованных цветными мелками рисунков, до бесхозных предметов одежды и мусора. Множество пони двигалось в противоположную сторону, пока Рита вела его к столовой. Многие из проходящих мимо пони как-то странно на них поглядывали, но никого из них Тэп узнать не смог. Доносящийся со всех сторон гул разговоров становился всё громче и отчётливей, пока они не добрались до своей цели. Он подметил, что для беженцев, которые совсем недавно покинули собственные дома, они выглядели очень воодушевлёнными. В своём большинстве они ели и болтали, но несколько пони, казалось, пели, в то время как другие танцевали на столах, а некоторые совмещали оба этих занятия. Среди них находились ещё и множество пони в силовой броне, которые смеялись вместе с ними и были рады как вкусной еде, так и хорошей компании.

По его губам расползлась улыбка, которую он заметил лишь секунду спустя.

— Алё-ё-ё? — пропела появившаяся рядом Пахарита, помахав перед его мордой передней лапой. Тэп моргнул, и его улыбка испарилась, а грифина хихикнула. — Подожди меня здесь, хорошо? — она была уже в нескольких шагах от него и шла вслед за единорожкой в броне, на плече которой болтался её же шлем. — Гамдроп собирается представить меня нашим заказчикам!

— У меня совершенно нет денег на еду, — прокричал он ей вслед, поникнув ушами. Рита пожала плечами и продолжила свой путь.

Тэп несколько минут простоял у входа в столовую. У него было непреодолимое желание присоединиться к празднованию. Когда оно взяло верх, и Тэп подошёл поближе, один и распевающих песни пони принялся стучать по мусорному баку. Через какое-то время шум в комнате утих до тихого шепота, и привлёкший всеобщее внимание пони неловко взобрался на стол. Даже с другого конца комнаты Тэп улавливал исходящий от него запах алкоголя.

— Я хочу произнести тост! — почти пробормотал он. — Во-первых, за наших братьев и сестёр из Рейнджеров Эпплджек, которые продемонстрировали своё сочувствие и желание помочь в час нужды! — собравшиеся начали шуметь всё громче, выражая согласие, и он топнул по столу, чтобы снова их утихомирить. — И я хочу провозгласить тост за ремонтницу тостеров! За кобылу, вновь вернувшую Эквестрии свет! Нашу спасительницу и героиню!

Мнение Тэпа об этом торжестве незамедлительно рухнуло. У него внутри всё забурлило, когда по комнате прокатилось эхо от аплодисментов и одобрительных криков, и он решил выразить своё отвращение. Свирепо посмотрев на щеголевато выглядящего пони, который стоял на расположенном в центре переполненной комнаты столе, Тэп собрал во рту комок из слюны и соплей и сплюнул его на пол. Это принесло ему лишь незначительное удовольствие, поскольку он знал, что пол не принадлежал тому, кто провозгласил тост, но это было можно было зачесть в качестве выражения несогласия.

Спустя миг до него дошло, что это действие не осталось незамеченным. Обернувшись, он увидел, что после его входа в комнату позади него столпились ещё пони, которые бросали на него изучающие и неодобрительные взгляды. Тэп тихо заржал, но у него поубавилась весёлости, когда он увидел, что теперь свободного пути к выходу уже не было. Когда он стал незаметно продвигаться прочь, позади него неразборчиво прогрохотал всё тот же полубормочущий голос.

Толпа пропустила его обладателя без каких-либо проблем, но пони, казалось, сплотились против Тэпа, не давая ему сбежать. Пони заволновались, вынуждая Тэпа сделать несколько шагов вперёд. Он заворчал, стегая хвостом, но не отвёл взгляда от приближающегося земнопони.

Быть может, у него и не было рога, но вблизи он выглядел намного больше.
— Тебе чего-то не нравится в моём тосте, <i>мудила</i>?!

— От него у меня остался во рту мерзкий привкус, — монотонно произнёс Тэп.

Пьяный пони качнулся влево, и Тэп сделал то же самое, двигаясь по кругу на границе толпы.
— Ох, да ты у нас весельчак, да?

— Ну конечно, я такой <i>юморист,</i> — как только Тэп начал раздумывать, а стоит ли вообще с ним драться, морда жеребца-земнопони исказилась от гнева. Он был окружен со всех сторон.
«<i>Превратится ли это в самосуд? Вмешаются ли Рейнджеры Эпплджек прежде, чем это произойдёт?</i>»

И прежде, чем земнопони сумел ответить, Тэп добавил:
— Послушай, все вы хотите хорошо провести время, поесть, попить, и потрахаться, или ещё чего. Это замечательно. А вот я со вчерашнего дня ничего не ел, и у меня совсем нет денег, поэтому я охренеть как сильно сожалею, что не испускаю лучики солнечного света как все вы.

К удивлению Тэпа, это, похоже, изменило манеру поведения пони. Немного похихикав, он невнятно произнёс:
— Вот я те чё скажу, ты поддержишь мой тост, и я куплю тебе поесть, — подняв переднюю ногу, он протянул её Тэпу. — Ведь именно этого хотела бы ЛитлПип, да?

Бесплатная еда была заманчивым предложением, но Тэп сомневался, что будет в состоянии её съесть, если подыграет. Тэп рассматривал протянутую ногу, сжимая тем временем через одежду принадлежавшее Скиммер ожерелье из зубов. Шальная искра промелькнула в его мыслях.

Тэп кивнул, и, ухмыляясь, пожал протянутое копыто.
— Ага. За ЛитлПип.

Он проглотил свой гнев и последовал за пони к столу. Не прошло и минуты, а перед ним уже стояла миска с горячей едой, которую он с удовольствием проглотил, временами поддакивая всей той чепухе, которую нёс его пьяный хозяин. Вскоре после того, как Тэп закончил утолять голод, ропот толпы прорезал голос Риты. Поблагодарив зенопони, он пошел своей дорогой, испытав на себе магию дружбы.

-0-

Копыто Тэпа с громким стуком опустилось на пол.
— Ну а если подумать... — прищурившись, сердито посмотрел он на него. — То катись-ка ты сосать ЛитлПипский <i>елдак</i>.

В этот момент демонстративного пренебрежения он испытал огромное удовлетворение. Пьяный жеребец совершенно онемел, и его протянутая нога опустилась. Некоторые из окружавших его пони выглядели откровенно шокированными словами Тэпа. Ухмыляясь во весь рот, Тэп приготовился сбежать. Однако, всеобщее потрясение быстро сходило на нет, и спустя миг толпа оглушительно загудела.

К несчастью для Тэпа, его план побега строился вокруг того, что он сумеет вовремя воплотить свои заклинания вспышки и приманки. Не тратя ни секунды, кобыла слева от Тэпа сделала ему физический выговор. От удара в лицо с его носа слетели солнцезащитные очки и разлетелись капельки крови, но он всё же устоял на ногах. Импульсивно крутанувшись, он пнул её настолько сильно, что она рухнула на спину. Толпа пораженно вздохнула, и это было явным намёком, что отсюда пора убираться.

Где-то неподалёку громогласно проревели:
— <b>Ах ты ублюдок, это же моя сестра!</b>

Прилетевший удар прервал процесс сотворения заклинания. Он попытался создат его ещё раз, но на него напали сразу пятеро пони. Как ни странно, Тэп сумел продержаться какое-то время, блокируя, уворачиваясь, и обмениваясь ударами. Один из атакующих его пони взвыл и повалился на пол, когда Тэп попал по нерву на его нижней челюсти, но на его место встали сразу двое. Без дозы Дэша в крови, и, очень вероятно, неистощимым подкреплением, удары сыпались на него быстрее, чем он мог их отражать.

Когда кто-то подсёк ему ноги, и Тэп с громким шлепком повалился на бок. Безжалостное избиение продолжилось. Несколько ударов в живот выбили из Тэпа дух, а зрение затуманилось, когда ему на голову обрушились чьи-то копыта. Он видел очертания стоящих в толпе облачённых в силовую броню пони, но было не похоже, чтобы Рейнджеры Эпплджек спешили остановить насилие. И даже наоборот, судя по тому, что он слышал сквозь звон в окровавленных ушах, рейджеры даже полдбадривали нападавших.

И вдруг всё немедленно прекратилось. Ему потребовалась секунда, чтобы понять, что кто-то кричит, и ещё секунда, чтобы узнать по этому голосу Пахариту.

— А как по мне, так это не похоже на любовь и терпимость! — проорала она, и её лапы мелькнули в размытом углу видного Тэпу кусочка мира. — Ну да, он тот ещё придурок и у него очень, <i>очень</i>, тупые убеждения, но это не даёт вам права бить ему морду! А что бы, по-вашему, сказала ЛитлПип, увидев такое поведение? Во имя её, конечно же!

Медленно перекатившись на живот, Тэп почувствовал, как в его черепе плещется мозг, а несколько уколов острой боли перегрузили его нервную систему. Он не был уверен насчёт рёбер, но ни одна из ног, судя по ощущениям, не была сломана. Дрожа, он поднялся с пола и едва не повалился обратно, когда сила в избитых мускулах пригрозила иссякнуть. Из носа и с губ Тэпа стекали струйки крови, а в дополнение к ним на полу, где он лежал, поблёскивало несколько неровных пятен. И, тем не менее, всё это стоило предоставившегося шанса опорочить её имя. Его окровавленные губы расплылись улыбке, и он искоса поглядывал одним глазом на окружающих, левитируя солнцезащитные очки обратно на морду.

Рита забрюзжала:
— Какой позор! А ведь мы способны быть выше этого! — все присутствующие съёжились и попятились, будто жеребята. — Так давайте же оставим насилие в прошлом, где ему самое место!

— Минуточку, — прокричал кто-то из толпы. — А разве это не ты вела дела с Расберри Тарт? — комната погрузилась в молчание, и все взгляды уткнулись в Риту.

Она откашлялась и взъерошила перья.
— Наверное, это был какой-то <i>другой</i> грифон! На самом деле, мы с компаньоном пришли сюда, чтобы спросить о том вознаграждении, которое вы, бедные, очаровательные пони, назначили за неё! — улыбаясь, она поднялась на задние лапы и сцепила когти в замок. — Мы прямо-таки жаждем помочь вам привлечь её к ответственности.

— Так этот кретин твой <i>компаньон</i>?! — прокричал другой, находящийся ближе голос.

Рита опустилась на все четыре лапы. Мимолётно посмотрев друг на друга, они обменялись понимающими взглядами.

— Ну-у-у-у, <i>да</i>! Он, конечно, немного брюзга, но у него золотое сердце! Честно! — как только воздух наполнило неодобрительное ворчание, Рита повернулась к выходу и, перейдя на средний шаг, пробормотала: — Пойдём уже, языкастый ты наш.

Рейнджер Эпплджек, которую Рита называла Гамдроп, сопровождала их до вестибюля, чтобы удостовериться, что им позволят спокойно выйти, но это не удерживало присутствующих от того, чтобы бросать на Тэпа презрительные взгляды, пока они двигались на выход. Такое отношение хоть и было похоже на знакомое по Башне Тенпони, но всё же сильно отличалось. Ему множество раз угрожали и неоднократно проклинали за злословия в адрес ДиДжея Понтри и непоколебимую поддержку Красного глаза, но ещё никто и никогда не прибегал из-за этого к копытоприкладству. Всё ещё обдумывая это, он опять вышел на ослепляющий дневной свет.

Отойдя на квартал от входа в Убежище, они остановились, и Тэп медленно опустился на пыльную землю. Рита села рядом с ним и предложила исцеляющее зелье, которое он незамедлительно схватил. Однако, когда она подала Тэпу его оружие, он покачал головой и фыркнул. Пока зелье действовало, Рита принялась чистить клювом перья на крыльях.

— Любовь и терпимость, Рита? Серьёзно что ли? — смахнув с уголка рта пару капелек зелья, он сжал зубы, когда треск одного из рёбер возвестил о том, что оно встало на место. — Неужели ДиДжей Понтри велел тебе это сказать?

Рита фыркнула и засмеялась.
— Пфф! Нет! — окинув его взглядом, она закатила глаза. — ДиДжей Понтри <i>никогда</i> бы не сказал чего-либо настолько глупого! И вообще, что за дела? Ты что, не способен даже <i>притвориться</i>, что тебе нравится ЛитлПип?

Синяки и ушибы начали исчезать, пока порезы и царапины на его теле закрывались как застёжки-молнии.
— Да я лучше себе спину сломаю на хрен, — он вздрогнул, когда на пробу ткнул себя. — Ну, мы хотя бы получили контракт?

Закончив чистить перья, Рита подняла голову и посмотрела на него.
— Ну, как выяснилось, этот контракт не является эксклюзивным, — она вскочила, слегка хлопнув крыльями, и принялась расхаживать.

Последовав её примеру, Тэп поднялся на ноги. Его тело болело уже значительно меньше.
— И что это должно значить?

— А это значит, что нас, строго говоря, не наняли, но нам, в принципе, этого и не нужно.

Тэп внезапно всё понял и выпучил глаза.
— Это что, блядские побегушки за наградой, да?

— Ну ладно, ладно, это не один из тех шикарных контрактов, которыми мы обычно занимаемся! — взглянув на него, она пожала плечами. — Но, нам очень нужны деньги.

Застонав, Тэп вздохнул.
— Ладно, как скажешь. Где она?

— В последний раз, когда они её видели, она покидала город на спасательной шлюпке.

Тэп поднял бровь.
— Ага. Круто. Но <i>где</i> она?

Рита незамедлительно посмотрела вперёд, расплывшись в ухмылке от которой хотелось завопить.
— Они не зна-а-а-ают.

— То есть как это так <i>они не знают</i>?! Как же мы должны будем убить эту суку если...

— А ну-ка притормозите, мистер! — она внезапно остановилась, преграждая ему крыльями путь. — Мы <i>не</i> будем её убивать. Если мы принесём её труп, то с тем же успехом можем вообще не заморачиваться этой работой.

Тэп протиснулся прямо сквозь оперение, сводя на нет её недавний прининг[Прининг – уход за перьми.]
— Я тебя, Рита, до охуения ненавижу.

— Но как бы там ни было, она ведь огромедная! — прокричала она ему в след, вприпрыжку подбегая к нему, и вновь пристраиваясь сбоку. — Неужели её будет настолько сложно выследить? Нам нужна всего пара зацепок, после чего нужно будет лишь удостовериться, что мы на пару шагов опережаем всех остальных. И как только мы её найдём, то притащим обратно в Стойло Двадцать Девять и загребём кучу крышечек! Проще простого!

|[ 7 ]|[o’o ]|[( ) ]|

Поиск подсказок привёл их к разрушенной внутри Статуе Дружбы. Как это ни странно, но от нападения Анклава меньше всего пострадала держащая факел передняя нога. Однако остальная часть города была полностью уничтожена. С ведущего в некогда живое поселение моста Тэп видел большую часть внутреннего пространства статуи. Обнажившийся зелёный металлический каркас торчал из остатков статуи, будто обнаженные кости изуродованного, гниющего скелета. Жители покинули Город Дружбы, в котором остались лишь мусорщики. Его ушей достигла пара криков про отмычки, а во тьме, царящей внутри статуи, он разглядел несколько мерцающих огоньков, скрываемых время от времени проходящими мимо них силуэтами.

Миновав половину моста, Рита засунула пистолет Тэпа ему в кобуру. Немного впереди на земле горел костёр, вокруг которого сидели несколько пони, с опаской глядевших на приближающихся Риту и Тэпа. Чтобы укрыться от сильного морского ветра, они частично огородили свое кострище булыжниками и металлическими листами. Лёгкий солоноватый ветерок разносил по округе аромат готовящейся рыбы.

— Приветик, незнакомцы! — прощебетала Рита.

— Здесь уже почти всё вычистили, — медленно поднимаясь на ноги, ответила кобыла из группы. — Вы продаёте или покупаете?

К их недоумению, Пахарита неторопливо прошествовала прямо к костру и удобно устроилась возле него.
— Вообще-то я разыскиваю информацию! — она указала кивком головы на Тэпа. — Мы с партнёром...

Тэп уже почувствовал скуку и принялся бродить по округе.

Землю усеивал металлолом, а выброшенный мусор валялся вперемешку с обломками высящейся над городом статуи. Тэп приостановился у ряда земляных холмиков, заметив сваленные в кучу окровавленные простыни и грязную лопату неподалёку. Кто-то даже приходил сюда, чтобы похоронить мёртвых. Он продолжил свои бесцельные блуждания, всё ещё чувствуя запах разложения, и его внимание привлеки хаотично разбросанные обломки зданий. Знакомые виды вынудили его мысленно вернуться к своему последнему визиту в Город Дружбы. Эти свежевырытые могилы были когда-то садом, в котором он импульсивно украл несколько помидоров. А буквально в нескольких шагах от него лежала частично раздавленная опалённым металлическим листом скамейка. Он вспомнил, как видел на ней мать, которая обучала своего жеребёнка счёту. Воздух, который некогда был наполнен разговорами и жизнью теперь был тих, за исключением отдалённых криков гулей.

Дабл Тэп внезапно вновь оказался в Арбе, наблюдая за тем, как его друзей убивает пони, которую все величают героем. Усевшись на остатки скамейки, он вздохнул. ЛитлПип была вне досягаемости, но его познакомили с новым именем, пусть даже он и не мог связать его с внешностью. Его понимание роли, которую сыграла Росберри Тарт в падении этого города, было, в лучшем случае, смутным, но он подозревал, что та сыграла ключевую роль при нападении Анклава. Пусть Тэп и чувствовал, что беженцы из Города Дружбы были идиотами, поскольку поддерживали ЛитлПип, но, по крайней мере, он мог им посочувствовать в том, что касалось потери друзей, близких, и разрушении их дома.

Возможность уладить всё лично была для него важнее награды, и в этот раз он не позволит представившейся возможности ускользнуть.

— <i>Как же эгоистично,</i> — услышал он её шепот. Госпожа Удача ухмыляясь, стояла возле него. — <i>Ужель я понимаю верно, что виновный станет и судьёй, и присяжными, и палачом?</i>

Фыркнув, Тэп потряс головой.
<i>«Ну вот, теперь ещё и эта пизда припёрлась.»</i>

Она скривила губы.
— <i>Чувство нравственности требует осторожности. Ты уже видел, что праведность – это палка о двух концах.</i>

Он расслышал, как парящая где-то в воздух Рита зовёт его. Тэп огляделся, вращая ушами, и в конечном итоге заметил Пахариту, которая зависла перед одним из выходов, что недавно во изобилии появились в Городе Дружбы. Она спикировала вниз и ухмыльнулась, когда он встретился с ней взглядом.

— Итак! В обмен на вскрытие найденного ими сейфа они рассказали мне, что знали.

Тэп соскользнул со скамейки.
— И?

Рита поскребла когтями.
— Они знают не больше нашего, и сказали, что содержимое жилища Толстой Жирдяйки на верхнем этаже было весьма основательно разграблено. Но, — подняла она коготь, — типичный мародёр не слишком сообразителен, так что у меня, вполне возможно, есть козырь в рукаве.

— Ты приведёшь меня к ней, я так полагаю,— пробормотал он.

— Но есть ещё кое-что, — подняв бровь, Тэп посмотрел ей в глаза, и она откашлялась. — «Энергичная Парочка», судя по всему, уже там.

— От дерьмо, — Тэп пнул землю, чувствуя, как его сердце начинает уходить в копыта. — А они знают, что мы здесь? А мы сможем вернуться позже? — Рита покачала головой и нахмурилась. — В таком случае, пойдём и скажем им «привет».

Поднявшись по искорёженным металлическим переходам, и пробравшись мимо протекающих труб Города Дружбы, они добрались до видавших виды двойных деревянных дверей, на которых было нацарапано множество цветастых непристойностей. Среди них были такие как «Жирный кусок дерьма» и «Увидимся на виселице». На самой двери по-прежнему оставались стружки, которые валялись и вокруг неё, а это значило, что надписи появились относительно недавно. Тэп всё ещё их рассматривал, когда дверь резко распахнулась, едва не сбив того с ног.

Внезапно, ему в морду уткнулась раскрашенная бамбуковая трубка, цветастые ленточки с которой трепетали у его губ. С другого конца эту трубку удерживала синевато-серая единорожка, щеки которой были надуты, а равнодушные зелёные глаза прищурены. Тэп моргнул первым, и выражение её морды смягчилось. Выдохнув через нос, она пролевитировала от губ духовую трубку, и, подняв переднюю ногу, убрала со своей покрытой глубокими шрамами морды несколько коротких прядей тёмно-голубой гривы. Её волосы были настолько засалены, что остались именно там, куда она их отодвинула.

— Приве-е-ет, — глупо улыбаясь, прошипела она.

— Кобра Джуси! — пропела стоящая позади Тэпа Рита. — Приятно вновь с тобой повидаться! — после чего, как будто сомневаясь, спросила:
— А где же этот <i>шельмец</i> Дандэлион?

— А вот и я! — прокричал появившийся из-за картотечного шкафа миниатюрный грифон. — И у меня потрясающие новости, Пахарита! Они назначили награду за Росберри Тарт!

— Ага! — Рита вошла в комнату, оставляя Тэпа с Коброй Джуси. — Вот именно поэтому мы явились сюда. У тебя есть какие-нибудь вкусные новости, которыми ты хочешь со мной поделиться?

Тэп с Джуси довольно-таки долго переглядывались, а затем она подалась вперёд и поцеловала его в рог.
— Я по тебе скучала.

Тэп сглотнул, чувствуя, как его загривок покрывается холодными капельками пота.
— Угу.

— Каждый раз, когда я заглядывала в Тенпони, надеясь найти тебя, они говорили, что тебя нет. И, не хочу показаться обиженной, но у меня такое ощущение, что ты меня избегаешь, — Джуси надула губы, но это вполне могли быть радигаторовы слёзы.

— Не знаю, что натолкнуло тебя на эту мысль, — пожав плечами, он отвернулся. — Мы с Ритой просто были заняты.

Она фыркнула и подняла бровь.
— Так и быть, поверю.

Джуси отвернулась и неторопливо вбежала в комнату. Она, как обычно, была одета в мешковатый, покрытый сажей, серый балахон с капюшоном, который стягивался на талии поясом с инструментами. Рисунок кобры на тыльной стороне капюшона, казалось, подмигивал при каждом её шаге. Если она была без одежды, то можно было увидеть, что её шкуру покрывают химические ожоги, которые почти что складывались в какой-то узор, а кьютимарки на бёдрах были полностью выжжены. В своё время она сказала Тэпу, что умышленно нанесла эти шрамы, но он искренне в этом сомневался. Её засаленный, крысиный хвост стегал по выставленному на обозрение крупу, а учитывая, что каждые несколько шагов она хитро поглядывала на него, это, как он предположил, должно было быть соблазнительно.

Нестерпимое желание отыметь её было эффективно подавлено тем обстоятельством, что она вполне может являться злодейкой, сошедшей со страниц довоенных комиксов.

Сжав челюсти, Тэп последовал за ней, пытаясь подавить мурашки.
— Так чем же вы с Лионом занимаетесь?

— Творим добро, — закатив глаза, пробубнила она. — Размытой границы больше нет.
Джуси повернулась и плюхнулась на разодранный диван, после чего принялась тыкать и размахивать копытом.
— Теперь всё чёрное и белое, правильное и не правильное, <i>доброе</i> и <i>злое</i>. Я более чем уверена, что большинство пони, поручения которых мы выполняли, действительно <i>нуждались</i> в нашей помощи, — она вздохнула, пожимая плечами. — Но если совершение добрых дел достаточно хорошо оплачивается, то, полагаю, мне не на что жаловаться.

Она пару секунд помолчала, искоса поглядывая на Тэпа.
— Я слышала о том, что произошло с твоими друзьями из Арбы. Полнейший облом.

Морда Тэпа скривилась, и он оскалился, но Джуси подняла копыто.

— И я говорю это искренне. Жители Арбы были хорошими пони. — Она облизала губы. — И хорошими поварами заодно. По ним будут скучать.

— Спасибо, — он уже было сел рядом с ней, но, почувствовав острую боль в бедре, подскочил, и, резко развернувшись, свирепо уставился на неё. — Если ты меня снова отравила...

Джуси согнулась пополам от смеха.
— Ох, я тебя умоляю! Ты уселся на пружину! — потянувшись, она выдернула пружину, и пренебрежительно бросила её под ноги Тэпу. — Ты ведь знаешь, что я сперва спрашиваю, — она отвернулась, ухмыльнувшись. — <i>Как правило</i>.

Его захлестнула новая волна отвращения, принёсшая с собой плохие воспоминания, и он топнул ногой.
— Не смешно!

— О-о-ох, не будь ссыклом. Тебе ведь это понравилось, — Тэп сердито взглянул на Джуси, которая облокотилась на подлокотник дивана, подперев голову ногой. — Послушай, я не хочу видеть, как с тобой происходит что-либо плохое, поэтому позволь мне дать тебе совет, — она указала другой передней ногой. — Видишь вон ту мелкую пернатую пизду?

Тэп окинул взглядом противоположную сторону комнаты, где Рита практически исчезла за разломанным столом, в то время как стоящий с другой стороны Лион возбуждённо жестикулировал.

Дандэлион был ненамного крупнее Риты, но выглядел он, несомненно, гораздо чище. Перья на лице грифона сверкали белизной, а кисточка на хвосте была аккуратно подстрижена. Вокруг ярких желтых глаз не было ни единого пятнышка краски, но кончики перьев расчесанного хохолка были блекло фиолетовыми. На его шее болтался толстый кожаный ошейник с Д-образным кольцом, которое бряцало, пока он махал лапами, подпрыгивал, и взволнованно кричал. На его кевларовом бронежилете виднелись только следы пыли, а тёмно-синий пиджак, который он носил под ним, был отглажен без единой складки. ПипБак, украшающий переднюю левую лапу, плотно сидел на запястье, и вдобавок находился, судя по всему, в гораздо лучшем техническом состоянии, чем тот, что был у Риты.

Тэп ещё немного на них посмотрел, после чего тихо засмеялся и спросил:
— Которую из двух?

Джуси собралась с мыслями.
— Я просто скажу тебе всё без утайки. Эта тупая сука доведёт тебя до могилы. Уверена, ты уже заметил, что времена изменились, — она с задумчивым видом ткнула в него копытом. — А что насчёт пони вроде нас с тобой? Если мы хотим выжить, то придётся влиться в общество и вести себя тихо. И у меня есть Дандэлион. Бесспорно, он до безобразия правильный грифончик, но он в хороших отношениях с Поборниками, Когтями Гаудины, и Филлидельфийскими Стальными Рейнджерами. Мы всегда будем обеспечены работой, и пока мы трудимся на побеждающую сторону, у нас будет преимущество перед неудачниками.

Он некоторое время молча стоял, внимательно её разглядывая и обдумывая сказанные ею слова.
— И к чему это ты клонишь?

— Как-то я сомневаюсь, что в скором времени она будет проситься к Анклаву за подработкой, поэтому кто за неё станет вступаться? Красный Глаз? Росберри Тарт? Кто ещё остался из тех, к кому она могла бы обратиться за помощью? — Джуси откинулась на диване, глядя на него с пренебрежениемпренебрежительно взглянув на него. — Я не говорю, что услуги наёмных убийц больше никому не нужны, однако она заработала свой репутацию самостоятельно, не примыкая ни к одной из воюющих фракций, и пони уже начинают обращать на подобные вещи внимание. Рано или поздно, это дерьмо её нагонит, и когда это случится, лучше бы тебе находиться в тени.

— Я спросил к чему ты, блядь, клонишь, сальная ты башка, — он сдул пару прядей со своей морды, не отводя от неё взгляда. — Пока что тебе удалось лишь впустую потратить своё время.

Сдержанно засмеявшись, она пролевитировала из кармана на своём ремне дротик, который начала крутить в своей телекинетической хватке.
— А клоню я к тому... что тебе следует работать на меня. Пожалуй, я ей тоже позволю присоединиться, но не думаю что это её заинтересует.

— Может я её и ненавижу, — он посмотрел на Риту, которая, заметив его злобный взгляд, страдальчески вздохнула. Взгляд Тэпа вновь переместился на сидевшую перед ним неряшливую кобылу, — но тебе я доверяю ещё меньше.

Наклонившись вперёд, Джуси улыбнулась и вздохнула.
— Ничего страшного. Я терпеливая, — дротик упал, застряв в земле прямо между Тэпом и Джуси. — Тем не менее, ты заставляешь меня ждать слишком долго, и я намерена тебя за это <i>наказать</i>.

Хихикая, Кобра Джуси облизала губы, после чего резко свистнула. В мгновение ока Дандэлион оказался рядом с ней, улыбаясь во весь рот и размахивая хвостом. Продолжая ухмыляться и глядя Тэпу прямо в глаза, она приказала:
— Скажи Пахарите до свидания.

— До свидания, Пахарита! — крикнул Дандэлион, махая лапой столь рьяно, что всё его тело затряслось.

Парочка не спеша подошла к двери, но прежде, чем они переступили порог, Джуйси протянула:
— И удачи вам в поисках Росберри Тарт.

Дверь захлопнулась и Рита порхнула обратно к Тэпу.
— Вот же идиоты! В этой комнате осталось ещё как минимум пять потенциальных тайников, которые даже не открывали! — качая головой, он взглянул на неё, и она пожала плечами.
— Ну, их здесь было шесть, однако стол разнесён в щепки. Как прошла твоя беседа со Змеиной Кончиной?

— Ужасно, — высунув язык, он отвёл взгляд.

— Фи, у меня тоже. Всё что нужно было этому тупице, так это затащить меня в постель и отыметь, — она покачала головой и тоже высунула язык. — Даже прикасаться не хочу к его щетинистому оплодотворителю. Пусть самоудовлетворяется.

Тэп тихо ржанул.
— Лиону известно что-нибудь, чего не знаем мы?

— Вроде как он слышал, что Жируху видели на побережье к югу от Мэйнхэттена, как раз в день, когда Анклав показал нам свои праздничные салюты. Я понимаю, что этого недостаточно, но это лучше, чем ничего, — она поёжилась. — Между прочим, за эту информацию, я позволила ему <i>поцеловать</i> себя в клюв. — Риту пробрала лёгкая дрожь, и её перья взъерошились.

— Бедная ты моя динамщица, — притворно сопереживая, выдавил он сквозь сжатие губы.

Она вздёрнула клюв.
— Ну и <i>пожалуйста.<\i>

— Как ты думаешь, мог ли он соврать?

Пожав плечами, Рита ответила:
— Возможно. Но если ему известно что-то ещё, в чём я лично сомневаюсь, он мне этого не сказал. Если это даже уловка, то для начала поисков такое место ничем не хуже любого другого, — она обвела комнату передней лапой. — Так что, да, пора за работу.

Тэп кивнул и последовал за ней. Апартаменты Росберри Тарт были крайне хороши в одном: они были просторными с большими открытыми окнами. По всей комнате были разбросаны поломанные картинные рамы, куски холстов, а также разбитая фарфоровая посуда. Кто бы ни ворвался сюда первым, он определённо хотел лишь разгромить это место, но после первоначальной волны надругательства, все, кто проходили мимо, были явно более разумны. Вокруг не осталось ничего ценного: бита, самоцвета, или чего-либо ещё.

Рита остановилась над одним местом на полу, пару раз ударила и постучала по нему когтем. Крохотная створка распахнулась, открыв под собой тайник с наркотиками. Она обернулась к Тэпу и покачала бровями, спокойно ожидая, когда он подберёт их находку. Неподалёку находился ещё один похожий тайник, однако его уже успели обчистить. Нахмурившись, она подвела его к обугленным останкам кровати, сразу за сломанным столом, после чего начала осматривать ближайшую стену.

Прищурившись, он выглянул из-за плеча Риты, пытаясь увидеть то, на что она смотрела.
— Как ты узнаёшь, где всё это спрятано?

— Это всё потому, что я всё равно собиралась отправить тебя обчистить это место. Поэтому я и присматривалась к нему ещё с самого первого своего визита сюда. Толстая Жирдяйка такой же ценитель истории, как и я, поэтому у неё здесь было хранилось множество ценных артефактов, — Рита лениво указала когтем на один из уничтоженных портретов. — Некоторые пони ценят подобные вещи не так высоко, как я. Однако, если я её знаю настолько хорошо, насколько предполагаю, то <i>действительно</i> ценные вещи она хорошо запрятала.

Она слегка хлестнула хвостом, когда наклонилась к стене поближе.
— И некоторые из этих тайников она даже не скрывала. В одном из них я разглядела подробности её контракта на поставку рыбы, а также выплату за него.

— А что насчёт остальных?

Она хихикнула.
— Назовём это женской интуицией.

Он пролевитировал один из недавно найденных ингаляторов с дэшем к губам, и в этот же момент Рита тихо вздохнула. Его зрение обострилось настолько, что он смог увидеть еле заметные швы на стене, к которым она и тянулась. В это же время, Рита провела когтем вдоль этой тонюсенькой расщелины, и получила в награду тихий щелчок. Панель открылась всего на волосок, чего ей вполне хватило, чтобы открыть её полностью. Внутри лежали хлыст, уздечка, поводья и седло. Тэп ощутил шевеление промеж своих задних ног.

— <i>Ух ты</i>, — ахнула Рита.

Тэп слегка ржанул.
— Похоже не только ты любишь когда тебя <i>седлают</i>.

Она заглянула внутрь, держа седло и поводья к нему.
— Ты ведь шутишь, да? Эта штука в жизни бы на неё не налезла, — Грифина вытянула из своей лётной куртки вещмешок, вытряхнула его, и засунула в него игрушки для взрослых. — Хап!

Следующее тайное место обнаружилось в другом конце комнаты и хранило в себе всего лишь фотографии. Какое-то время Тэп рассматривал их, пока Рита начинала поиски предполагаемого пятого и последнего из тайников.

Когда он наконец-то увидел Росберри Тарт, жирные шутки стали ему понятней, и она, казалось, становилась всё крупнее, пока Тэп перебирал стопку фотографий. Несмотря на размеры, каждое её изображение сочилось уверенностью и харизмой. А вот самая последняя фотография отличалась от остальных. Она была сделана на факеле статуи, а запечатлены на ней были залив и раскинувшиеся вдали руины Мэйнхэттена. Выражение морды Росберри Тарт было каким-то очень уж добрым, а рядом с ней стояла, улыбаясь, относительно крохотная кобыла.

Что-то ещё во внешности маленькой кобылы привлекло внимание Тэпа.
«<i>Неужели она пегас?</i>» — он пролевитировал фотографию поближе.

— Тук-тук-тук! — окликнула Тэпа стоящая позади него Рита. — Есть кто дома?

Прижав к голове уши, он швырнул фотографии обратно в тайник и быстро его закрыл.
— Рита, сейчас я не в настроении для всякой херни.

— Конечно, как скажешь, но мне нужна твоя помощь.

Рита вновь стояла возле разломанного стола, но теперь она, судя по всему, пыталась его сдвинуть. Не предупреждая её, Тэп сфокусировал магию и толкнул стол телекинезом, отчего он пролетел мимо Пахариты и с грохотом врезался в стену. Взъерошив перья, она несколько раз перевела свой сердитый взгляд с Тэпа на стол, и обратно. Но какую бы выволочку ни собиралась устроить ему Рита, это дело было отложено в долгий ящик, поскольку внимание грифины всецело сосредоточилось на разбитом в щепки столе.

— Вот это да-а-а-а! — прокричала она, поскакав к обломкам.

Зная, что через пару секунд Рита всё ему расскажет, Тэп не потрудился даже спросить, что же привлекло её внимание. Как и следовало ожидать, порывшись в щепках, она встала на задние лапы, зажав что-то в передних.

— Носки? — он рассмотрел на носках какую-то эмблему – три голубых алмаза.

— Это не просто носки! — Рита, прихрамывая, шла к нему на задних ногах, и хлопала крыльями настолько быстро, что почти взлетала. — Это подлинные вещи Министерской Кобылы! Они принадлежали Рарити, Главе Министерства Стиля!

Тэп почесал тыльную сторону левой передней ноги правой.
— Бля, да это просто носки. Откуда тебе это известно? — глубоко вдохнув, Рита ткнула их в морду Тэпу, и он предпринял упреждающие меры. — Ладно, мне в общем-то насрать. Если ты говоришь, что они принадлежали той кобыле, то я поверю тебе на слово, — миг спустя он учуял какой-то едкий запах. — Фу. Убери от моего носа это дерьмо, они воняют, будто потная половая тряпка.

— Ну, наверное, это от того, что Толстая Жирдяйка их носила, — Рита поднесла носки ещё ближе. — Видишь, они все растянуты!

Тэп попытался оттолкнуть носки в сторону, но она вернула их обратно, и они продолжили свисать с его носа.
— Ты их хотя бы постирай, чтобы избавиться от вони.

Рита наконец-то опустила носки, и уставилась на свой грязный приз.
— Ох, какой же ты глупенький. Я <i>никогда</i> не буду их стирать! — подняв носки, она начала тереть их о щёки. — Двести лет назад их носила Рарити, и я не хочу, чтобы её аромат исчез!

— Пахарита, ты до охренения отвратительна, — посмотрев на пол, он заметил квадратную впадину в том месте, где стоял стол. Любопытство взяло над ним верх, и он сделал несколько шагов вперёд. — А это случаем не...

Пробежав вприпрыжку мимо него, Рита резко затормозила и шлёпнулась на пол по другую сторону от находки.
— Именно он! Вот поэтому мне и нужно было, чтобы ты сдвинул стол, — наклонившись, она вытащила когтями квадратный участок пола, под которым обнаружилось что-то похожее на дверцу напольного сейфа. Её широкая улыбка медленно поблекла.
— Здесь нет замка, который можно взломать, — она свирепо посмотрела на Тэпа. — И кодового замка тоже нет! Что это ещё за хрень такая?!

Тэп небрежно подошел поближе, чтобы лучше рассмотреть находку. Дверца сейфа была совершенно плоской и прилегала к корпусу настолько плотно, что не было видно даже швов. Тем не менее, прямо в её центре находился отпечаток копыта, над которым располагались три крошечных параллельных светодиодных полоски.

— Он электронный или ещё какой? — прищурившись, спросил он.

— Не знаю! Возможно, да, — по-прежнему хмурясь, она заглядывала то справа, то слева. — Но я не вижу на этой тупой штуковине ни единого порта доступа, и поэтому не могу её взломать! — Рита сжала переднюю лапу в кулак и ударила по дверце. — Огромное тебе спасибо, Пузатая!

Вниманием Тэпа завладел нанесённый на дверцу отпечаток копыта. Изучив его ещё немного, он вытянул ногу и приложил к нему собственное копыто. Три огонька вспыхнули желтым, после чего засияли красным светом. Его уши встали торчком, и он обернулся к своей пернатой спутнице. Она моргнула, переведя взгляд с его глаз на копыто и обратно, а затем вытянула в его сторону переднюю лапу.

— Ахренесающе! — хмурясь, указала она на его копыто. — Но нам, скорее всего, нужно <i>её</i> копыто!

Наклонив голову, Тэп приподнял бровь.
— Мы могли бы его отрезать.

Рита вскинула лапы вверх.
— А что если ей надо быть для этого живой? Безумная наука может выдумать всё что угодно, когда дело касается подобных вещей!

Вздохнув и пожав плечами, Тэп убрал своё копыто, и огоньки тут же погасли.
— Проще говоря, это зря проёбанное время.

Она энергично помахала головой.
— Ничуть! У меня теперь есть эти носки, так что обыск точно стоил того!

— И всё же, у нас в лучшем случае только одна зацепка. Как нам её выследить?

— Просто спросить у окружающих! Кто-нибудь да видел, как она перекатывалась мимо, — хихикнула Рита, при этом добавив: — Говорить буду я, договорились?

|[o’o ]|[ /_\ ]|[( ) ]|

— И ты ещё говорил, что поход к Городу Дружбы был пустой тратой времени!

Дабл Тэп отрешенно взглянул на Пахариту.
— Мне нужны только пять ебучих минут чтобы навестить могилу Скиммер. Просто, блядь, заткнись, и позволь мне это сделать.

Арба, которая была такой же заброшенной, как и во время его ухода, в лучах заходящего солнца казалась ещё более мрачной. Его окружали лишь большие, длинные тени.

Пока он пробирался через выгоревшие руины к дому Скиммер, его мысли вновь вернулись к тому дню, когда ЛитлПип отняла у него Скиммер и её семью. Его ненависть к ней пылала всё так же ярко, но он начал сравнивать её деяния с той ролью, которую Росберри Тарт сыграла в разрушении Города Дружбы. Анклав нёс ответственность за смерть и разрушения, в то время как Росберри Тарт была всего лишь катализатором. По непонятным ему причинам они посчитали, что предательство много хуже той кровавой жатвы, которую оставил после себя <i>героизм</i> ЛитлПип.

И пусть от этой мысли его тошнило, но он понимал, что ЛитлПип простили её зверство в Арбе потому, что пони, которых она вырезала, были каннибалами. Посторонние, в своём большинстве, их не знали, поэтому навесить на них ярлык «чудовища» и списать со счетов было просто. А теперь все восхваляют её за убийство Красного Глаза и открытие неба. И это притом, что она, по сути, развязала войну между Анклавом и остальной Эквестрией, пока занималась этим. Казалось, во всём, что совершала ЛитлПип, было что-то ужасное, и у него создавалось такое чувство, будто он является единственным, кто это осознаёт. Но что ещё хуже, он у него была возможность её убить и предотвратить всё это.

Насильственные перемены знакомого ему послевоенного мира являлись прямым следствием его провала.

От осознания этого факта глаза Тэпа расширились, а по телу пробежались мурашки. Это ударило по нему сильнее сегодняшнего избиения.

Он был всего в нескольких шагах от остатков дома Скиммер, когда заметил движение внутри, и наружу неуклюже выбралась высокая, передвигающаяся на двух ногах фигура. И первым, что он заметил, были поблёкшие белые буквы, складывающиеся в слово «В.П. Мэрипони». Оскалив клыки и прищурив яркие голубые глаза, из теней появилась красновато-коричневая адская гончая. Сжав зубы, Тэп попятился, а где-то вдалеке пронзительно завопила Пахарита. Взглянув назад, он увидел как она, лихорадочно пытаясь взлететь, дважды подпрыгнула, прежде чем всё же поднялась в воздух.

— Постой, — прокричал он, быстро переводя взгляд обратно на гончую. — Мне нужен грёбанный Проникновенный, в клоаку трахаемая ты потаскуха! — снова взглянув назад, он увидел, что Рита уже превратилась в уменьшающееся вдали пятнышко. — <i>«Проклятье.»</i>

Адская гончая самодовольно двинулась вперёд, с ленцой шагая сквозь развалины, и всё это время Тэп слышал её рычание. Когти гончей со скрипом рассекали всё, что под них попадало, и шансы, несомненно, были не в его пользу.

От ужаса по спине Тэпа пробежали мурашки. Развернувшись, он выхватил из своей разгрузки ингалятор с дэшем и закусил загубник. Наркотик с шипением ворвался в его лёгкие, и мир для Тэпа замедлился. Его копыта громыхали о покрытую пеплом землю, а мир на границе зрения смазывался от ускорения, но местность перед собой он видел с режущей глаза чёткостью. И всё это время он слышал приглушенный шум крошащегося камня, который медленно его настигал. Почва ушла у Тэпа из под ног, и единорог прыгнул вперёд, чувствуя, как её когти проходят сквозь пряди его хвоста, и слыша позади её рык.

Он вновь услышал роющий звук. Но в этот раз она обогнала его, и земля просела всего в нескольких шагах впереди. Он развернулся, и, пытаясь остановиться, зарылся копытами в грязь. Огромная лапа выметнулась из земли и рассекла воздух, не дотянувшись до него лишь пары дюймов. Перепрыгнув провал, он вновь перешел на галоп, но она уже вновь принялась рыть.

Она вновь его обогнала, но в этот раз не стала останавливаться. Выбравшись из-под земли на приличном от Тэпа расстоянии, адская гончая припала к земле и приготовилась ринуться на него. Сменив направление своего бега, он по широкой дуге помчался к Арбе. И лишь пару секунд спустя, когда оказался возле выгоревшего остова дома Глейд Скиммер понял, что она просто его загоняла.

Гончая приближалась очень неторопливо, проводя когтями одной лапы по когтям другой, затачивая их, а затем приостановилась. Закрыв глаза, она задрала морду, слегка приоткрыв пасть, и воздух наполнил протяжный зловещий вой.

Бегство было невозможно. Его пистолет не был заряжен бронебойными патронами, но обычные пули – это всё же лучше, чем ничего. Медленно вытащив из кобуры пистолет сорок пятого калибра, он занял более устойчивое положение, широко расставив ноги. Она ускорилась и неуклюже пошла на него, но Тэп оставался спокойным как статуя. Глубоко вдохнув, он приготовился открыть огонь, когда сам окажется лишь слегка вне пределов её досягаемости.

Момент настал. Поднырнув под просвистевший взмах, он отступил в сторону, почти в упор разряжая весь магазин.

Не причинив никакого вреда, все пули смялись о её бронежилет и густой мех, падая на землю, будто скомканная бумага. Собственная инерция вынудила гончую сделать ещё несколько шагов вперёд, а затем она взвизгнула и дико закружилась, сжимая грудь и живот. Было очевидно, что Тэп сумел её разве что оцарапать, но она всё же продолжала стонать и шататься. И вскоре его осенило, что над ним потешаются.

Фыркнув, Тэп обшарил себя телекинезом, но не нашел ни одного запасного магазина. Он не потрудился забрать у Риты свои боеприпасы, и теперь остался без патронов, но его ножи всегда находились в своих тайниках.

Театральное представление адской гончей завершилось, когда она встряхнулась и, пошатываясь, пошла вперёд. При второй попытке растерзать Тэпа тот воплотил прямо перед её глазами заклинание вспышки и ловко перепрыгнул через неё, когда она согнулась пополам. Ещё не коснувшись земли, он принялся забрасывать её ножами. Некоторые воткнулись ей в спину, но большая их часть отскочили от её шкуры и упали на землю, остриями вниз. Снова взвыв, она завела лапу за спину и ленивым взмахом когтей стряхнула насколько ножей.

От вида того, как она приходит в себя и высмеивает ещё одну неудавшуюся попытку ранить её, к горлу Тэпа подступила тошнота. Вдохнув носом, чтобы успокоиться, он обратил внимание, на достигший его ноздрей очень знакомый запах. Стоя с подветренной стороны от гончей, он мог с полной уверенность сказать, что от неё разит виски. Миг спустя она вновь бросилась на него, но Тэп не отступил, приглядываясь к ней повнимательней. Она двигалась, едва ли не спотыкаясь. А когда опять зарычала, прервалась, чтобы рыгнуть. Её удары были медленными и неуклюжими, поэтому их было легко избегать, и от каждого взмаха она практически падала на землю. Не оставалось никаких сомнений в том, что она была очень пьяна. Уклоняясь от её неуклюжих атак, он пытался придумать какой-нибудь план.

Со скоростью остывающего воска, и при этом икая, она начала поворачиваться, чтобы вновь обратиться мордой к Тэпу. Он продолжил бегать кругами, пытаясь зайти к ней с тылу, но гончая запнулась о собственную ногу и резко развернулась. Всё смазалось, когда она сильно ударила его тыльной стороной своей огромной лапы отчего Тэп отлетел в сторону и растянулся в саже.

Тряся головой, Тэп лихорадочно пытался подняться на ноги. Он слышал, как она приближается к нему. И видел её длинную тень, упавшую на него, когда она замаячила всего в нескольких шагах. Видения того, как она разрывает его на части и начисто обгладывает кости, и того, как его останки бросают среди пепла его друзей, вспыхнули в сознании Тэпа. И в глубинах его души запылала искорка ярости.

Глядя на нависшую над ним гончую, он прорычал:
— <b>Хрена с два</b> я здесь умру, <b>тварь</b>!

Собравшись с силами, он прыгнул, и ударил её в нос, вложив в этот выпад всё без остатка. Голова гончей мотнулась, и она отшатнулась, и несколько секунд простояла на месте, покачиваясь. Затем подняла лапу к носу, будто лишь сейчас поняв, что её ударили, а затем повалилась на спину, скуля и извиваясь. Ну а Тэп наблюдал за этим раскрыв от удивления рот. Спустя целую минуту, в течение которой он выслушивал её скулёж и наблюдал, как она катается по земле, она окончательно затихла. Тэп отчётливо видел, что она по-прежнему дышит, и неверяще уставился на неё.

— Ладно, — наконец пробормотала она. — Я закончила. Пони может меня теперь убить.

Словно по команде, Рита приземлилась на обугленном краю крыши, наблюдая за развернувшейся картиной, в то время как Тэп поднял к шее ногу. Он взглянул сперва на неё, а затем опять на лежащую перед ним адскою гончую.

— Чё за хуйня.

|[( ) ]|[BAR]|[BAR]|

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56645/253586

Переводчики: joltius, Pegasus_Enclave