Готовый перевод WASTELAND / Пустошь: Глава 1

ЭСТЕР БЕЖАЛА ПО РАЗБИТОМУ АСФАЛЬТУ.

Впереди замелькала её цель: нечёткое бетонное здание, одиноко стоящее среди мусора. На первый взгляд оно казалось пустым. Добежав до здания, Эстер ещё раз осмотрелась вокруг. Она ухватилась за низкую кирпичную стену и перепрыгнула через неё. Несмотря на испепеляющую жару раннего ноябрьского утра, в здании было прохладно и туманно. Эстер прищурилась, выбирая направление, и снова побежала.

В тишине раздавался только звук её тяжёлого рваного дыхания, отражаясь в пространстве, словно эхо. Эстер поняла это и выругалась про себя. Стиснув зубы, она пыталась сдерживать звуки и дыхание, чтобы не привлекать к себе внимания. Но это было невозможно без замедления. Она сдалась и ускорилась. Девушка бежала долгое время, поэтому после глотка воздуха лёгкие обожгло, а бок пронзила резкая боль. Но она почти добралась до безопасного места, где потом сможет отдохнуть.

Эстер находилась на втором этаже, впереди оставалось ещё четыре. Она низко бежала, присев на корточки и придерживаясь центра здания. Это было странное строение, не предполагающее ни защиты, ни уединения. Там отсутствовали стены, края были незащищёнными, открытыми для мира снаружи, с виднеющимися невдалеке под грязно-жёлтым небом крышами Прина.

Эстер знала, что была одета в джинсы и красную толстовку. Любой человек с отличным зрением мог заметить её на расстоянии полмили, хоть она и была худощавым пятнадцатилетним подростком, обладающим талантом не привлекать внимания. Эта девушка провела всю жизнь, учась быть невидимой и в свет, и в темень.

Прямо сейчас, не быть замеченной - это все что её волновало. В конце концов, это были правила игры - игры,которую они называл Приютом.

Приют был прост. Ты и твой соперник начинаете в одном месте. Затем вы оба пытаетесь добраться до безопасного места. Кто первый - тот и выиграл.

Просто.

Но безопасное место всегда было расположено 3-4 мили вдали от стартовой точки. Ты должен был бежать так быстро как мог при иссушающей жаре (в Принял всегда жарко,даже в Ноябре). Если тебя засек и вызвал твой соперник,ты проиграл. И, наконец, чтобы выиграть, ты должен был прокладывать свой путь через руины старых зданий, сломанных тратуаров и зазубренных краев металла и сломанного стекла. Один опрометчивый шаг, и у тебя сломана кость или тебе содрали кожу. Если тебе особенно не везёт, один шаг может послать тебя сквозь гниющую поверхность в какой-нибудь подвал,гдетебя вряд ли услышат в течение дней или месяцев. Если вообще услышат.

Но для Эстер это было лишь частью веселья. Сейчас она бежала уже почти два часа, но ничего не имело значения: ни боль, ни изнеможение, ни испепеляющая жара.

Она почти выиграла.

Эстер завернула за угол в район, который хорошо знала. Она не обращала внимания на машины, стоящие на своих местах, которые чётко отделяли выцветшие жёлтые линии на треснувшем асфальте. Словно призраки, молчаливые баржи, так покрытые белой песчаной пылью, что едва ли можно было сказать, какой окрас они имели прежде. В машинах давно не было драгоценного топлива, и теперь, неподвижные и неживые, они просто часть пейзажа, как валуны, здания или низкорослые деревья.

Сникерсы Эстер занесло, когда она проскочила второй, а затем и третий бетонный склон. Земля под ногами была поломанной и неровной, но девушка не замечала этого. Она была слишком занята осмотром территории, выискивая любые признаки движения. Её взгляд скользил от машины к колонне и снова на машину. Везде валялся мусор, который девушка легко обходила: осколки стекла, смятые банки из под пива, сырые картонные коробки и ботинок.

Жара и свет солнца сильно ударили по Эстер, когда она добралась до крыши. Пот застилал глаза и стекал по шее вниз. Когда девушка откинула капюшон и замахала руками вокруг головы, её тёмные волосы были мокрыми, а некоторые пряди торчали, как шипы. Ветра не было - лишь жёлтое небо. Окружённая бетоном и мёртвой травой, блестевшей на солнце, она могла видеть на мили за Прин: пустые дороги, ведущие неведомо куда.

Эстер не обернулась, чтобы посмотреть. Развеселившаяся девушка знала только то, что сделала это. Она была первой.

Дальний угол крыши являлся безопасным местом для стоящего. Это был коричневый ящик, настолько выше и шире, чем Эстер, что там могли поместиться четыре таких, как она. Хотя он стоял здесь всего несколько дней, стены уже начали выцветать и смягчаться от солнца и дождя. Скоро ящик будет бесполезен. На нём был простой рисунок с чёрной стрелой на боку и такие же бессмысленные слова, написанные большими печатными буквами.

Этой стороной вверх. Кенмор. 24 куб. фута. холодильник.

Эстер не стала тратить время на расшифровывание слов. Если бы её старшая сестра Сара узнала об этом, то поджала бы осуждающе губы, как делала в ответ почти на все слова и поступки Эстер. Сара была из тех, кто умел читать, одной из последних в Приме. И она постоянно надоедала другим, убеждая их тоже научиться этому. Когда Эстер была маленькой, она знала весь алфавит и могла читать вслух простые слова, но это было слишком давно.

Ей нужно было всего лишь дотронуться до ящика.

Эстер ликующе приближалась к нему, вытянув руку. Но в последнюю секунду из-за ящика кто-то появился.

Девушка замерла.

Это было маленькое существо с лысым черепом и тёмными безволосыми руками и ногами. Оно не было ни женщиной, ни мужчиной и носило короткую, чуть длиннее, чем мешок, тунику и висевшую на ней тканевую сумку. Тело было покрыто густой сетью замысловатых рисунков: круговые узоры, точки и косые, странные завитки, вьющиеся вокруг всего тела, словно лоза, разными оттенками чёрного, коричневого и розового. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что все узоры не нарисованы: эта путаная сеть состоит из кричащих татуировок и сотни, может, тысячи шрамов. Некоторые из них были столь малы, что казались всего лишь ниточкой на коже, другие же наоборот выделялись яркими розовыми выемками или вздувшейся плотью. У существа были выпуклые бледно-лиловые глаза и плоский нос, такой же сморщенный, как и рот с маленькими и острыми зубами, загнутыми вверх.

Эстер отпрянула, задыхаясь.

- Нет! - прокричала она.

- Я первая, - ответила иная. - Я выиграла!

Наполовину со смехом, наполовину со стонами, Эстер пыталась отдышаться. Она наклонилась, чтобы боль уменьшилась.

- Скар! - воскликнула девушка. - Как ты добралась сюда быстрее, чем я?

Скар пожала плечами, улыбаясь. Она была так довольна собой, что не смогла сдержаться и чуть-чуть пританцовывала, подпрыгивая на покрытых мозолями ногах.

Скар была одного возраста с Эстер. В отличие от подруги, её назвали девушкой лишь пять лет назад, когда Скар исполнилось десять. Этот выбор был обязательным для всех иных. Эстер обрадовалась, когда её друга определили в девушки, потому что это стало ещё одной общей чертой для них. У Скар на тыльной стороне ладони был вытатуирован круг в знак того, что она принадлежала женскому полу.

Никто не понимал, откуда взялись иные, почему у них нет пола, волос и отличий в фигуре. Большинство горожан верили, что иные когда-то были животными, выживавшими за счёт загрязнённых продуктов и грунтовой воды. Накопленные яды долго воздействовали на них и их потомков, создавая новую уродливую расу. Конечно, Сара, старшая сестра Эстер, упоминала эту теорию не один раз, сильно раздражая девушку.

Иные жили далеко от города, избегая дорог и людей Прина. Они носили странную одежду, защищающую их от опасных солнечных лучей. Вместо того чтобы работать, они пополняли скудные запасы, охотясь с дикими собаками. Иногда они добывали еду и бутилированную воду в обломках окраинных зданий и домов Прина. Способ выживать для иных был трудным и опасным, когда любой кусок пищи или глоток воды мог привести к неожиданной болезни, боли или смерти. Их продолжительность жизни была намного короче, чем у жителей городов.

В лучшие дни горожане смотрели на иных свысока, как на беспомощных и грязных, и называли их уродливым словом "мутанты". Но после нескольких странных нападений этих существ, отношение сменилось от презрения к такому террору до ненависти. Никто не знал этого лучше, чем Эстер и Скар, которые предпочли проводить время вместе, далеко от осуждающих и пугающих умов Прина. Эстер верила, что иные не были отдельным видом, как повреждённые змеи или дикие кабаны. Девушка думала, что они были когда-то людьми, так же отвергнутыми из-за своих особенностей. Но она никогда не осмеливалась с кем-нибудь об этом говорить.

Жизнь обычного горожанина была одной из бессмысленных схваток, вознаграждаемых редкими новыми удовольствиями: атрибутом не грязной одежды, наручными часами с битым стеклом, парой солнечных очков. Вместо того, чтобы так опуститься, иные создали высоко в горах своё собственное общество со своими правилами, традициями и ритуалами. Там они жили свободно, не нуждаясь в труде и торговле. Они существовали без извинений, но с гордостью. И этим Эстер тайно восхищалась.

- Уже третий раз подряд, - снова заговорила Скар. - Хочешь попробовать ещё?

- Конечно, - ответила Эстер. - Только позволь мне сперва отдышаться. И в этот раз дай мне фору или что-то в этом роде.

Скар широко улыбнулась:
- В чём же тогда веселье?

Смеясь и разговаривая, друзья направились вниз, в относительную прохладу здания. Они спорили о том, что должно стать новой стартовой линией: заброшенные железные пути, расположенные через несколько миль вниз по дороге, или высохшее озеро в дальней части города? Но когда девушки дошли до первого этажа, Эстер замерла и резким жестом обратилась к подруге, замолчавшей на полуслове.

Скар тоже это слышала - тонкий поток далёких голосов.

На расстоянии от них, не придерживаясь главной дороги и повернув к асфальтированной парковке, ехали на велосипедах три фигуры. Одна тащила за собой красный вагон. Со своего места Эстер могла услышать даже лязг его металлической ручки. Эти люди точно видели Эстер, но заметили ли они Скар? Трио ехало к парковке, направляясь прямо к девушкам.

Друзья быстро переглянулись, и Эстер кивнула. Скар без слов низко пригнулась и побежала, исчезая среди припаркованных в ряд машин.

Эстер выждала несколько минут. С напускной небрежностью она побрела к краю стены и взглянула вниз. Девушка дрожала, а её сердце колотилось, но действия ничего не выдавали.

Спустя пару секунд трио теснилось внизу, смотря вверх на Эстер. По выражениям на их лицах девушка поняла, что они не заметили Скар, и напряжение слегка спало.

Тем не менее она должна была убедиться, что они не появятся там, где находилась Скар. После нападений ни один иной больше не был в безопасности. Эстер оперлась одной рукой о стену и окинула компанию пристальным взглядом.

Девушка не могла сказать, кто были эти люди. В здании и далеко от сжигающих лучей бесконечного лета они были абсолютно не похожи друг на друга. Но сейчас эти трое выглядели почти одинаково, одетые, как все приновцы, кроме Эстер: обмотанные грязные простыни, свисающие с головы на шею полотенца, скрывающие губы шарфы и защищающие руки хлопковые перчатки. Плавные складки плотно опоясывали ноги, чтобы не мешать при езде. Все трое носили тёмные солнечные очки. В вагоне Эстер могла увидеть два пустых пластиковых бака, обмотанных резиновыми трубками, и лом.

Трио было на пути к Жатве.

В Прине было всего три вида работы, присваиваемой лотереей каждые две недели в центре города: Жатва, Раскопки и Добыча информации. Все жители старше пяти лет были обязаны присутствовать и, получив работу, выполнять её от заката до рассвета. Правила всегда были строгими, но недавно они стали ещё жёстче: неявка приводила к предупреждению от совета надзирателей, которому Эстер подвергалась по меньшей мере четыре раза за последний год.

Ещё немного - и она рисковала быть Изгнанной. А Изгнание из города означало неизбежную смерть.

Две из трёх профессий были изнурительными и притом бессмысленными: Раскопки и Добыча информации. Эстер соизволила явиться на присвоение несколько раз за последние месяцы, чтобы не огорчать Сару, она выбирала между этими двумя профессиями. Но Жатва - поиск по отдалённым районам самого продаваемого товара, бензина - требовала серьёзной концентрации. Это, безусловно, была самая важная работа в городе, которая с годами становилась только труднее и кропотливее.

Когда на последней лотерее Эстер вытянула Жатву в качестве работы, она прокляла свою удачу. В итоге девушка забросила своё задание и предпочла заросшим полям и пустырям игру со Скар.

Команде Эстер потребовалось так много времени, чтобы найти её, и их усталость и разочарование были очевидными. Девушка должна была быть осторожной и не провоцировать их: слишком многое стояло на кону для неё и Скар.

Самый крупный из троих окликнул её:
- Смотрите-ка, кто здесь.
Несмотря на плащи, Эстер легко могла узнать, кто говорил, по их голосам. Этот принадлежал Илаю. Пятнадцатилетний, он был старшим и, следовательно, Надзирателем сегодняшней экспедиции.

- Где ты была? - прокричал другой, выдавая себя как девушку по имени Бекка. Она вела себя, как вторая в команде, хоть и была ниже и младше в свои одиннадцать.

- Я появилась в первый день, а вы, ребята, уже ушли, - ответила Эстер со своего места, стараясь звучать искренне. Она знала, что из своего укрытия позади неё Скар тоже слушала.

- Верно, - произнёс самый младший и мелкорослый. Парня звали Тиль, и его голос сочился сарказмом.

Эстер знала его меньше, чем остальных, а потому и боялась больше всех. Она умоляюще повернулась к Илаю.

Её мольба не осталась незамеченной им. Илай прекрасно знал, что после двух недель их часть работы была почти закончена, причём безуспешно. Двое других из его команды были на пределе, готовые обратить свою ярость на любую цель. Он должен был держать их под контролем.

- Давайте взберёмся туда и схватим её, - сказал Тиль.

Илай поднял руку. Он переглянулся с Эстер.

Вопреки себе, Илай улыбнулся. Он не мог сдерживать это. Почему-то его всегда тянуло к Эстер, несмотря на её абсолютную безответственность и почти полное отсутствие девичьего шарма. Он не мог объяснить причину даже себе. Он всё так же смотрел ей в глаза, пренебрежительно махнув остальным. Илай старался звучать холодно и равнодушно.

- Пошлите отсюда, - сказал он. - Она не стоит того, чтобы из-за неё ввязываться в неприятности.

Он снова сел на свой велосипед, оборачиваясь назад, чтобы вернуться к главной дороге. Какое-то мгновение остальные двое стояли злые и запутанные, потом, смирившись, взобрались на велосипеды. Из-за вагона Бекка развернулась с трудом. Только Тиль не мог не сказать что-то на прощание.

- Похоже, в этот раз ты отделалась! - прокричал он, оглядываясь через плечо.

Илай остановился на краю парковки.

- Лучше возвращайся в город, - он выразительно воззвал к Эстер. - Одна ты здесь не в безопасности.

- Я не боюсь диких собак, - ответила она.

- А я не имею ввиду собак.
Он сплюнул, прежде чем поехать.

Как только они исчезли, Эстер глубоко вдохнула. Она была удивлена, обнаружив, что дрожала и её даже немного подташнивало. Почему?

Было это ли оттого, что Илай сделал ей одолжение, из-за которого она была теперь у него в долгу? Верно, казалось, он довольно часто симпатизировал ей в прошлом и она никогда не возражала. Илай всегда был добрее, чем остальные, и не такой закоснелый. Но теперь, когда девушка попросила его о помощи и он сделал это, они стали в каком-то роде связаны, как не были прежде... И Эстер совсем не знала, как ей к этому отнестись.

В Прине Эстер и Илай, не считая Сару, держались одиночками. Почти все нашли партнёра, достигнув четырнадцатилетия. С семнадцати лет они считались городскими старейшинами, а в девятнадцать были уже мертвы. Это был крайний срок, до которого кому-либо удавалось избегать болезнь: она была везде, где располагалась вода, появляющаяся с дождём, озерами, реками. Пары проводили свои короткие жизни вместе на бессмысленных и изнурительных работах, часто работая плечом к плечу. И всё только ради достаточного количества еды и чистой воды для выживания. Эстер было пятнадцать, на год больше возраста партнерства. Было ли это действительно тем, к чему она должна была стремиться?

Когда Эстер стала достаточно взрослой для протеста, она начала нарушать комендантский час и проводить больше времени со Скар. По началу люди в городе относились к ней со снисхождением, как к чудачке. Сейчас они смотрели на неё, как на отверженную, фрика. И Эстер не возражала. Будучи аутсайдером, девушка чувствовала себя сильной, даже неуязвимой. Но в последнее время она обнаружила, что часто страдала от странной тоски.

Она всегда будет любить Скар. Но кроме попыток Эстер понять их культуру и выучить их пути, сами иные тем не менее отказывались принимать её, как свою. Её единственная попытка попасть в лагерь иных обернулась катастрофой: остальная часть племени Скар отнеслась к Эстер холодно, с подозрением и враждебностью. Девушка надеялась, что однажды её поприветствуют как союзника, коим она и являлась. Но после стольких лет она даже не видела брата своей лучшей подруги.

Прин также не был ей домом. Ей нигде не было места.

Эстер знала, что она чувствовала на самом деле.

Она чувствовала себя одинокой.

Девушка думала, что, возможно, там мог быть кто-то по-настоящему близкий. Или, возможно, там было что-то большее, частью чего она могла стать, - но что, Эстер не знала точно. Совсем недавно она бы посмеялась над этой идеей. Сейчас же ей было не до смеха.

- Они ушли?

Услышав голос подруги, Эстер резко выпрямилась.

Теперь иная подбиралась из-за ряда припаркованных машин и стала возле Эстер, сжав кулаки, напряжённая и готовая бежать.

Эстер отбросила своё беспокойство, чтобы успокоить подругу.

- Мы в безопасности, - сказала она, слегка толкнув Скар в бок локтем. - Теперь давай посмотрим, кто убежит первым.

Илай и остальные ехали друг за другом вниз по главной дороге, ведущей из Прина. Он вёл их через массивные разграбленные руины зданий на окраине города, места, которые всё ещё имели названия, бессмысленные слова, которые ребята не умели читать: продукты питания, строительные материалы, дом престарелых, Stop&Shop.

Илай крутил педали медленно, чтобы Бекка могла поспевать. Он был аккуратен, направляя мимо разбитых стёкол, разбросанных осколков машин и кусков грязного пластика, которые покрывали дорогу под их шинами.

Они избегали обломки, оставленные поднимающимися и спадающими наводнениями: бесцветно-белые раковины и камни - гниющие остатки гребной шлюпки. Там были и другие вещи, которые наверняка были сметены промозглыми водами: ржавое охотничье ружьё; блондинистый парик, который превратился в грязные, запутанные космы; сейф для хранения ценностей с оторванной крышкой и прахом давно умерших крабов внутри.

Впереди дорога переходила в мост, пролегающий над гораздо большей улицей.

Илай остановился, размышляя куда идти.

- Мы уже проверили мост, - заметила Бекка, проезжая мимо него.

- Да, - ответил Илай. - Но мы не спускались туда.

Он указал вниз, и Тиль тяжело сглотнул.

- Ты уверен, - пробормотал парень, - что нам следует?

Илай пожал плечами.
- Мы пробыли здесь две недели и не нашли и капли. Больше негде проверять. Давайте, всё будет хорошо и, возможно, мы даже закончим сегодня.

Остальные казались убеждёнными. Илай притворялся расслабленным, пока они бесшумно спускались по тому, что некогда было спуском к дороге между штатами, ведущей на север.

Временами пустынная дорога была фактически не проходима из-за поваленных деревьев, сбитых фонарных столбов, мёртвых электролиний. Но ребятам удалось пройти сквозь это. С обоих сторон трасса заросла густым, путанным подлеском, в некоторых местах разлившимся на обочину и саму дорогу, а иногда загораживавшим алюминиевые барьеры, некогда построенные, чтобы заглушать шум машин.

- Пока ничего, - бросил Илай через плечо. Парень понял, что-то из-за нервозности говорил слишком громко.

Он оставался крайним на случай, если они найдут тело.

Хотя никто из них не говорил об этом, все они знали, что люди с вирусом были Отверженными, которых высылали из города этой дорогой к смерти. Считалось, что, следуя этим путём, они не будут досаждать другим людям. Никто точно не знал, как эти люди кончали. В городе ходили слухи о Долине мертвецов - братской могиле, полной бесчисленных остатков детей, хоть это место никогда и не видели. Некоторые думали, что это не более чем сказка на ночь, рассказываемая, чтобы запугать малышей.

Илай не был уверен, верит ли в эту историю, но он волновался, что они могут увидеть или почувствовать запах остатков на дороге или обочине. Он задавался вопросом, что было бы хуже: тело, достаточно свежее, чтобы его узнать, или слишком сгнившее для опознания? Он решил, что хуже всего было бы увидеть самых маленьких и скелеты любых размеров.

- Стой! Подожди! - крикнул Тиль.

Они притормозили. Конечно, они могли разглядеть что-то, выглядывающие из плотного клубка лозы, кустов и мусора рядом со стеной шоссе, где никто не стал бы искать.

- Да, - сказала Бекка. - Выглядит неплохо.

Это была тёмно-зелёная машина, компактная, но вместительная, с непонятным словом, обрамлённое стальным кругом на передней решётке: VOLVO. Все трое остановилось на бордюре, слезли с велосипедов и повели их с вершины через сгустки травы к авто. С трудом Тиль спустил и вагон.

- Глаз-алмаз, - похвалил Тиля Надзиратель, не оборачиваясь.

- Это была твоя идея - спуститься вниз, - смущенно улыбнулся Тиль.

Илай наполнил один бак. После, стараясь не пролить и капли, он переместил трубку к следующей канистре.

Но что-то было не так.

Парень обернулся. Когда он встал, трубка вывалилась из горлышка бака, расплёскивая бензин по земле.

- Эй! - воскликнула Бекка. - Внимательней!

- Давай же, давай, - шептал он.

Он был не единственным, кто заметил.

- О, нет, - невольно произнёс Тиль рядом с ним. - Пожалуйста... Не надо.

После чего машина взорвалась.

- Что происходит? - спросила Скар, хотя заранее знала ответ.

- Ничего, - соврала Эстер.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56824/253889

Переводчики: Taiyo_Natsumi, MarinaWanderer, tatyana2801, TobyR