Готовый перевод The Hunt / Охота: Глава 5 - Ариана.

Зейн блефовал, когда угрожал. Я уверена. Но исходящие от него эмоции заставляли сомневаться в этой уверенности. И определение было на самом верху списка. Он не собирался сдаваться, и из-за менеджера, готового вызвать полицию, я не могла позволить себе терять время на препирательства с ним.

К черту. Я переключила передачу и наклонилась, чтобы открыть дверь для Зейна.

Какое-то облегчение пронеслось по лицу Зейна от того, что он услышал. Затем, поджав губы, он направился к пассажирскому сидению.

Я покачала головой. Это было похоже на кровотечение, едва остановиввшись, оно продолжилось с новой силой.

Ты не должна была закрывать дверь. Это разбудило его.

Все, что я должна была сделать - выйти и оставить дверь слегка приоткрытой. Достаточно, чтобы замок не закрывался - с внезапным, громким щелчком, который может все разрушить, но не настолько, чтобы заметил кто-то, проходящий мимо.

Теоретически просто.

Но не на деле.

Когда я закрыла дверь, оглянувшись на Зейна в последний раз, спящего и хрупкого, его конечности были ослабли от истощения. Темные волосы беспорядочно разметались, заставляя его выглядеть младше и беззащитнее.

Оставить дверь незакрытой - а значит и незапертой - означало оставить Зейна в опасности. Угроза исходила не только от GTX или других, искавших меня, но и от обычных, неприятных людей, которые могли не удержаться и напасть на него. Или на деньги, что я оставила.

И не был ли весь смысл моего поступка в том, чтобы он оказался в безопасности?

Я представила, как Зейн просыпается от того. что над ним завис незнакомец, его страх и смятение, и моя рука дернулась, как от удара током от металлической ручки. Дверь захлопнулась, и замок закрылся с характерным щелчком.

И это все решило.

Кого ты вообще пытаешься одурачить? Ты знала, чем рискуешь, и все равно пошла на это. Ты хотела этого.

Я поморщилась. Отлично. Часть меня, что я считала неэмоциональной и рациональной, - моя "инопланетная" сторона, как я думаю, - очевидно открыла для себя прелести сарказма. Не то, чтобы она была неправа.

Зейн забрался в фургон, что-то отвечая менеджеру мотеля, который пялился на нас, сжимая в толстой руке телефон.

- Спасибо, что привлек его внимание. - сказала я Зейну, когда он закрыл дверь.

- Ничего бы не произошло, если б ты сказала мне вместо того, чтобы тайком сбегать в середине ночи, - сказал он резко, немного удивив меня этим.

- Я не сбегала. Сбегают те, кому стыдно или те, кто провинился, - уязвленно ответила я. Идиотизм. Ответ был смешон, но от его вида меня трясло. Борясь со своими собственными смешанными чувствами, я не в полной мере учла его. Да, я ожидала, что он будет расстроен, когда проснется и обнаружит, что меня нет, может, даже почувствует себя немного обманутым, но я считала, что облегчение перевесит все. Я имею в виду, кто не хотел бы свободно уйти из того кошмара, которым была моя жизнь?

И я, конечно, не планировала быть здесь, когда он будет переживать эту эмоциональную бурю.

Может, ты и не планировал этого, но из-за тебя это стало возможным.

О, умолкни уже.

В мире за пределами моего сознания, Зейн вопросительно поднял брови. - Серьезно? Это твоя защита? Раздумываешь, какие слова подобрать?

Сейчас я чувствовала, как с разных сторон на меня нападают и провоцируют. - Я сказала тебе, я пыталась защитить...

- Защитить меня, ага. От чего? Что-то сильно изменилось за несколько часов? - возмутился он.

- Это сложно, - увернулась я, переключая передачи и выводя фургон со стоянки на дорогу. Последнее, что нам нужно, это менеджер, звонящий в полицию только потому, что мы не уезжаем.

Зейн прищурился на меня. - Это из-за письма, да? Что в нем было?

Я колебалась. Если бы был шанс заставить его уйти, не затаскивая в это еще глубже.

Он издал разочарованный звук. - Мы с этим закончили. Если ты не скажешь мне...

- Ты так сильно хочешь знать? Хорошо, - я ответила, - Удачных попыток снова заснуть. Я не буду.

Он махнул рукой в "дай это мне" жесте.

- Согласно письму моего отца , GTX не должна быть моей главной заботой. Доктор Джейкобс хочет, чтобы я жила. Его конкуренты - Дэвид Лафлин и Эмерсон Сент-Джон - нет, - решительно сказал я. - Одним сражающимся в испытаниях гибридом меньше.

Зейн вздрогнул.

- И судя по всему, они не особо переживают о невинных проходимцах, если это поможет меня устранить, - сказала я, - Все, кто рядом со мной, в смертельной опасности. Не брать в плен, не пытать, не использовать как мотивацию. Убить. Теперь ты понял? - Я могла слышать твердость в своем голосе и заставила себя сделать вдох.

Зейн медленно выдохнул и откинулся на сидение, потирая лицо руками.

Разочарование подкралось ко мне, но я оттолкнула его прочь. Это было хорошо. Он должен знать, какие у него шансы остаться в живых.

Я заехала на наиболее пустую стоянку перед Данкин Донатс и полезла в карман за карман за картой от номера, которую оставила на случай, о котором старалась не задумываться. - Здесь, - мягко сказала я.

Его глаз метались от карты к моему лицу. - Ты не хочешь, что бы я остался с тобой? Что я... - он замолчал, будто ища слова, а затем резко выдохнул, разочарованный самим собой или мной, не могу сказать точно.

- Я торможу тебя? - наконец выдал он, говоря быстро, будто боясь ответа.

Я уставилась на него, слишком потрясенная, чтобы ответить сразу.
- Нет, конечно, нет, - я выдавила, - В смысле, да, я хочу, чтоб ты остался. но это слишком опасно.

И наконец, он подарил мне горькую улыбку, его белые зубы сверкали даже в тусклом свете.
Тебе не приходило в голову, что даже без чокнутого преследующего правительства, мне некуда возвращаться?

- Они не правительство. По крайней мере, пока. Сейчас это просто корпорация, - я не знала, почему чувствовала необходимость поправить его, потратить минуту на объяснение этого аргумента, но не всего спора. Может, потому что я пыталась понять, где провинилась. Может, нет.

Зейн закатил глаза. - Неважно. - Он передвинулся на сидении, подбираясь ближе ко мне. - Ариана, ты думаешь, я вернусь домой? Ты правда думаешь, что я смогу жить с отцом после всего?

Я вспомнила ало-пурпурный оттенок лица его отца, когда Зейн бросил ему вызов. Между не было любви сейчас, даже если она и была когда-то. Это было ясно.

Я покачала головой. - Но у тебя есть все. У тебя есть будущее. У тебя есть... выпускной, был, колледж, - Все, что я хочу и не смогу получить.

- Твои причины держать меня подальше - тупые школьные мероприятия? - спросил он.

- Ты становишься намеренно тупым, - сказала я раздраженно. Если он мог говорить про тайный побег...

Он ухмыльнулся. - Мой любимый цвет.

- Забавно, - сказала я сухо. А затем покачала головой. Я не могла позволить ему меня отвлечь. - Ладно, значит обратно до Вингейта не вариант. Мы все равно это уже поняли. Но твоя мама...

- Исчезла во тьме ночи болььше года назад и с тех пор не объявлялась. Оставив записку, полную извинений, - он пронзительно посмотрел на меня.

А, это объясняет, почему он так бурно отреагировал. Я скорчила рожицу.

- Так сложно поверить в то, что я хочу быть здесь? С тобой? - тихо спросил он.

Я вздрогнула. Боже, что я должна была ответить на это?

Я сделала глубокий вдох и стала продумывать свои варианты. Могу я ввытолкнуть его из машины? Да. Будет ли ему безопаснее вдали от меня? Очевидно. Возможно. Я не буду рядом, если кто-то придет за ним, так что это наша общая проблема. И он, из-за моей тупости, знает, какое имя стоит на новых документах. И эту уязвимость они могли использовать даже против его воли.

Для ответа у меня была только правда. - Я не могу... Я не смогла бы жить, если бы по моей вине с тобой что-то случилось, - призналась я.

Он повернулся ко мне. - Да? И как ты хочешь остановить это? Особенно, если не будешь рядом? - Тон его голоса был мягче высказанных слов.

- Ты был бы в безопасности без меня, - выпалила я свой худший страх. Лучше. Ему лучше без тебя.

Зейн казался спокойным. - Может быть. Может нет. Я не думаю, что ты можешь это знать, - сказал он, - Никто не может. Кроме того, даже, если это правда, даже, если торчать с тобой намного опаснее для меня, выбор же за мной? - он наклонился ближе, закинув одну руку на приборную панель, заставляя меня смотреть ему в глаза. - Не поэтому ли ты ненавидишь GTX? Потому что они лишили тебя выбора? Ты хочешь иметь возможность самой за себя решать. Почему у тебя есть такая свобода, а у меня нет?

Я открыла рот и снова закрыла, не произнеся ни слова. У меня не было аргументов.

Они и не нужны. Просто выброси его из кабины.

Нет. Я попробую по-другому. Может быть, он прав.

Я вздохнула и засунула спорящие части личности подальше в сознание. Они никогда не придут к соглашению, я уже знала это. - Что ты хочешь делать? - спросила я у Зейна.

К чести Зейна, он не отреагировал, хотя это была капитуляция, которая ему нужна. Он просто вернулся обратно на сидение. - Я хочу поехать к маме и увидеть, что у нее все хорошо.

Я открыла рот, чтобы возразить.

Он пригвоздил меня взглядом. - Если они собираются убивать людей, чтобы до тебя добраться, она может быть в опасности из-за меня. И мне нужно хотя бы предупредить ее. Ты должна мне это.

Он был прав. Я посеяла достаточно хаоса в его жизни. Я могла бы сделать для него эту вещь, чтобы вернуть все на свои места.

- Ладно, но затем что? - спросила я. - Мне нужно уехать из страны и...

- Бегать всю оставшуюся жизнь? Найти заброшенную хижину где-нибудь в лесу и надеяться на лучшее?

- Ага, возможно, - ответила я.

- Ты собираешься бороться за всех, но не за себя, - сказал он больше себе, а не мне.

- Что это значит? - возмутилась я, ощетинившись.

- В смысле, все началось, когда ты не смогла оставить Дженну страдать, и затем делала все, чтобы они не навредили мне. Ты спасла Рейчел несмотря на то, что та причинила тебе, - он удивленно покачал головой, - Но ты не уделяешь столько же заботы себе.

Мне не нравилось то, к чему вел этот разговор. Имена моей бывшей лучшей подруги, моего единственного друга и Немезиды моих школьных лет были напоминанием о руинах за моей спиной, прошлым, от которого не сбежать. - У тебя есть идеи получше? - прямо спросила я.

Зейн пожал плечами. - Я не знаю. Как насчет того, чтобы выступить на публике?

У меня отвисла челюсть. - О, точно, и тогда все закончится хорошо, - сказала я. - Зейн, если до тебя не дошло, есть только я. Против трех очень могущественных компаний с неограниченными ресурсами и, не знаю, наверное, даже правительство США их поддерживает. Я не человек. У меня даже прав наверно нет. Они могут просто объявить меня врагом государства, террористом или еще кем-нибудь.

- Думаю, ты такой же человек, как и все другие, - сказал он.

Я пыталась не поморщиться. Вот как он думал обо мне? Единственная ли это причина, по которой он добр ко мне? Потому что "я такой же человек, как и все другие"? Это и было, и не было правдой. Часть меня была человеческой, определенно, но я никогда не буду "настоящим" человеком. Всегда будет что-то иное во мне. Это часть того, кто я есть, кем я буду всегда, борьба между человеком и нет.

- Но хорошо, - продолжил Зейн, абсолютно не зная моем внутреннем смятении. - Даже если нет правильного ответа, я думаю, что есть другие возможности. Ты просто не дала себе шанса подумать о них, - он сделал паузу. - Ты заслуживаешь большего, Ариана. Ты заслуживаешь собственной жизни. - Я безошибочно слышала ярость. Он именно это и имел в виду.

Надежда всколыхнулась во мне и упорно не желала уходить. Был ли Зейн правв? Я так хотела ему поверить. Хотела поверить в то, что в будущем у меня бует что-то кроме бегства. Но я чувствовала то же самое сутки назад, когда мы сбежали из GTX, и вера в крохи надежды была больше, чем я могла себе позволить.

Через окно я наблюдала, как передвигаются работники в пончиковой, дав себе время подумать. - Я пойду с тобой домой к твоей маме, чтобы убедиться, что все хорошо, - наконец сказала я. Кроме того, я не могла - не хотела - быть причастной к чему-то. И если я найду способ убедить его вернуться в какое-то подобие нормальной жизни, я им воспользуюсь. Такая полужизнь в постоянном бегстве и прятках не может быть для него хорошей, даже если сейчас он этого не видит.

Зейн коротко кивнул и поместил ремень безопасности на место.

Разница между нами сейчас и часом ранее была разительной и холодной. Я пыталась не дать этому причинить боль. Не то, чтобы я ожидала, что он снова захочет меня поцеловать. Он боролся за то, чтобы остаться со мной. Этого ведь достаточно, да? Думаю, это не удержит меня от желания, чтобы он снова хотел поцеловать меня, насколько бы тупым оно не было.

- Еще кое-что, - сказал он, когда я выехала со стоянки Данкин Донатс на дорогу.

- Да? - осторожно спросила я.

- Я понял, что ты уходила, чтобы защитить меня, - сказал он, - Но ты упустила, что уже слишком поздно. Я уже втянут, обеими ногами. Мне не нужно, чтобы ты оберегала меня, словно я слишком слабый и не могу разобраться. Так что хватит.

Дело в том, что я не уверена, что могу. Особенно, когда я взглянула в низ и увидела, что ноги, о которых он говорил метафорически, были голыми в буквальном смысле. Ну, только в носках.

Он оставил туфли в комнате, когда преследовал меня, оставив себя в неудобстве. И я должна предположить, что это реальная метафора, о которой надо позаботиться.

- Это оно? - спросил Зейн.

За нами медленно восходило солнце, окрашивая улицу и двухэтажный кирпичный дом за нами в бледно-голубой.

- Ага, - сказала я, - 1701 Б.
Я завела фургон на парковку и проверила оборот замызганного рецепта просто, чтобы убедиться. Нам повезло, что его мать была в телефонном спраочнике. Я не понимала, насколько завишу от телефона, пока не лишилась его. Третья заправка в Гарни предлагала сэндвичи на завтрак и относительно свежий телефонный справочник.

- Ужасно выглядит, - сказал Зейн, что довело сказанные им за последние полчаса слова до двадцати. И шесть из них он произнес, заказывая завтрак.

Он становился все тише с каждым мгновением, что приближало нас к его матери. Но его нога подпрыгивала верх-вниз от переизбытка нервной энергии.

Он все еще мог быть зол на меня из-за тогно, что я хотела защитить его вместо того, чтобы тащить за собой. Он думал, я считала его слабым из-за того, что он не похож на меня. За что, я думаю, надо сказать спасибо его отцу, вбивавшему эту мысль в его голову. Но теперь мы здесь, и остаточный гнев на меня перерастал в неуверенность по поводу встречи с мамой.

Я не знала, что сказать. Не была уверена, что он ожидает увидеть в ее доме. Признаки лучшей жизни, той, ради которой она предпочла оставить его?

Если это тот случай, ему не повезло. Двухэтажное здание носило в себе все угнетающее очарование кирпичной коробки. Квадратное, приземистое, с черными металлическими решетками на низких окнах. Трава давно пожухла и пожелтела, составляя резкий контраст той зелени, что мы оставили в Вингейте.

Единстввенным признаком жизни была маленькая грядка рядом со входом. Красные цветы непонятного вида вываливались из пластикоого контейнера, имитирующего цемент.

Не моггу сказать точно, но думаю о том, как это выглядело для Зейна. Она нашла время разводить цветы и заботиться о них, но не могла связаться со своим младшим сыном? Которого она бросила в ночь перед его пятнадцатым днем рождения?

Я ненавижу ее за это.

- Ты чувствуешь что-нибудь? - спросил он, - Кто-нибудь... ждет нас? - он говорил о GTX или одной из других компаний.

Я закрыла глаза, концентрируясь. Зейн, рядом со мной, был самым громким источником из-за своей близости ко мне и бурлящих эмоций. Я всеми силами старалась не настраиваться на него, оттолкнуть, чтобы услышать других людей, находящихся поблизости.

Большую часть времени я изо всех сил игнорировала непрестанно гудящие мысли в своей голове. Я была словно радиостанция, ловившая десятки сигналов одновременно, все они разбивались друг о друга. Если я прислушивалась к ним слишком долго, начинала болеть голова.

К счастью, около шести утра в субботу почти все в зоне досягаемости спали. Глухие ощущения и мысли спящих людей достаточно туманни, их было легко отличить.

Несколько человек уже встали и двигались.

... из кофе.

Если я не разбужу Джули сейчас, мы не успеем в церковь...

... только одну. Если я возьму еще одну, мне станет лучше. Всего одну...

Я скривилась на последней мысли, кто-то собирался принять еще одну дозу чего-то. Это явно не самый лучший сосед.

Но я не уловила ни напряжения, ни скачков адреналина, которые были бы у людей из GTX, посланных, чтобы вернуть меня.

Что было немного странно.

Я нахмурилась. Конечно, кто-нибудь уже доложил о контакте, состоявшемся у нас с отцом Зейна. Я взяла название города из его мыслей. Поэтому мы сюда и направились. И конечно GTX, у которых гораздо больше ресурсов, чем потрепанная телефонная книжка, могл бы уже давно найти адрес матери Зейна.

И снова, может поэтому их здесь не было. Они знали, что я всегда на страже и могу услышать их. Так что доктор Джейкобс должен был предпринять другой, более хитрый ход, что-то, чего я бы не заметила.

От этой мысли у меня кольнуло в животе. С этой секунды я должна предугадывать каждый их шаг. Это казалось выматывающим, невозможным, повсюду были подводные камни.

- Никого из GTX, - сказала я Зейну.

- А мама? Она там? - спросил он, кивая головой на двухэтажное здание.

- Кто-то есть. Один человек, кажется, - мои способности не делали различия между зданиями.

- Ты не знаешь, она ли это?

Я покачала головой.
- Большая часть людей не думает о своих именах. Особенно, когда спит, - ответила я.

Он хмыкнул.

- Когда она обычно просыпается? - спросила я, пытаясь поддержать разговор.

Его челюсти сжались, когда он пристально посмотрел на строение.
- Я не знаю.

Удивленная, я посмотрела на него быстрее, чем успела подумать.

Он опустил глаза на свои руки.
- Она всегда вставала раньше меня.

Чувство вины, исходящее от него, было очень сильным. Оно разбивало мне сердце.

- Зейн...

- Слушай,я знаю, что у тебя не было ничего нормального, когда ты жила в лаборатории, - начал он.

Я была готова услышать, что же он скажет дальше.

- Но был ли кто-то, кто заботился о тебе? Кого ты боялась подвести? - он покрутил крышку бутылки с апельсиновым соком. - Кроме отца?

Который, вообще-то, предал меня, так что это обнуляло все разочарование, которое я ему принесла.

Я подумала о целой плеяде техником, ученых, врачей, один хуже другого, прошедших через мою маленькую клетку и смотровую камеру над ней. Когда я была маленькой, у меня были опекуны, все они были заботливыми и любящими, только немного отстраненными. По уважительной причине, они менялись каждую неделю или месяц, в зависимости от того, как я успевала к ним привязаться. Очевидно, доктор Джейкобс хотел убедиться, что я способна на эмоциональные узы - мысль о социопате с моими способностями пугала даже меня - но явно не для того, чтобы я чувствовала тепло и безопасность от этих самых уз.

- Нет, никого, - сказала я тихо. Единственным исключением могла бы стать Мара, мой любимый лабораторный техник. Она была добра ко мне, обращалась ко мне как к человеку, а не вещи, как делали другие докторы и техники. Однажды она даже попыталась защитить меня от доктора Джейкобса, когда он хотел заставить меня убить Джерри, лабораторную мышь, а я отказалась.

Но в конце концов, Джейкобс выиграл тот раунд. Я убила Джерри, а Мара исчезла. Я все еще надеюсь, что ее просто уволили и отправили в какое-нибудь тихое место, а не приняли все меры по сохранению проекта в секретности. Просто еще один моего детства в качестве научного эксперимента - переживания об убийствах, происходящих только потому, что я существую.

Зейн приподнялся над сидением и бросил свою кепку в мешок с мусором у своих ног. Сейчас у него хотя бы была обувь. Шлепанцы Адидас. Еще одна моя покупка, на сей раз из круглосуточного Уоллмарта.

Я наклонилась к нему, стараясь держать руки при себе. Я не была уверена, как он сейчас отреагировал бы на мои прикосновения.
- Не важно, есть у меня жизненный опыт или нет, я могу сказать одно. Это не твоя вина, что она ушла.

- Ты не можешь даже сказать мне, дома она или нет, но в этом уверена? - он фыркнул, - Отлично.

- Да, - сказала я, - Потому что ничего из того, что ты сделал или нет, не могло заставить ее оборвать контакты с тобой.

- Ты не знаешь наверняка. я вел себя ужасно, - он остановился, словно не мог найти слов, - Мой отец думал, что она мне слишком нравится, так что я делал все, чтобы держать ее подальше.

- Спасибо, - он внимательно посмотрел на меня.

Но затем момент ушел, и он посмотрел в другую сторону.

- Хорошо, - сказала я медленно, освобождаясь от ремня безопасности.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/57555/260564

Переводчики: patrakeeva