Готовый перевод The Darkest Hour / самое темное время суток: глава 27

Глава 27.

Трясущимися руками Рейчел повесила трубку и молясь, что выглядит не на столько плохо, как себя чувствует, повернулась к Итану. Ее мутило и она была бесконечно благодарна, что отказалась позавтракать

- Она увидется со мной без промедлений, - сказала она тихим голосом.

Итан сократил дистанцию между ними и притянул ее в свои объятия. Она прильнула к нему, ее якорь, единственное во всем мире, что прямо сейчас заставит ее чувствовать.

- Хочешь, чтобы я поехал?

Она поколебалась, потому что больше всего хотела, чтобы он поехал с ней. Она боялась до смерти и не хотела, ехать одна. Но сильнее ее страха остаться без Итана был страх, что он обнаружит по какой причине она наконец согласилась посетить первого же попавшегося психиатра. Как она сможет смотреть ему в глаза и рассказывать о ночном сновидении, когда он так замечательно к ней относится?

- Нет. Мне нужно сделать это самой.

Ее губы дрожали так сильно, что ей едва удалось произнести слова и не начать блевать. Мысль о том, чтобы встретиться с незнакомцем и выложить ему всю подноготную приводила в ужас.

Он наклонился и прошелся своими губами по ее. Затем углубил поцелуй, заявляя права и исследуя ее рот.

Когда он отстранился оба тяжело дышали а ее губы припухли и горели.

Потянувшись к карману он вытащил мобильный телефон и положил его на стойку рядом с ней.

- Это тебе. Я занес в телефонную книгу свой номер и всех членов семьи. Сина, шерифа и остальных помощников. Все, кто на мой взгляд мог бы тебе понадобиться. Если передумаешь, позвони мне. Я приеду как можно скорее.

Она улыбнулась и прислонилась к нему, обвив руками талию. Она прижалась, радуясь после ужасного ночного кошмара что может чувствовать и проявлять к нему любовь. При дневном свете сон поблек, что заставило ее почувствовать себя глупой и рефлексирующей.

Звонок телефона напугал ее. Им редко кто звонил и она была уверенна это происходило из-за того, что семья Итана уважала их частную жизнь.

Она неуверенно потянулась, чтобы взять трубку, припомнив что это был и ее дом. И поднося трубку к уху по настоящему улыбалась. Ее дом. Ее телефон.

- Алло?

После короткой паузы в ухе прозвучал голос Сэма.

- Привет, Рейчел, как дела?

Его голос, как и всегда при разговоре с ней, был мягок. А вспомнив каким резким и несдержанным на слова он был со своими братьями, она улыбнулась. В кои-то веки мысль об этом крупном мужчине не напугала ее.

- Привет, Сэм. У меня все хорошо.

- Это же здорово, милая. Итан рядом? Мне нужно переговорить с ним минутку.

- Конечно. Он прямо тут.

Она повернулась и передала ему трубку

Итан коротко поцеловал ее, а потом взял телефон.

- Алло?

Рейчел отодвинулась, чтобы предоставить ему пространство, но даже через всю комнату она почувствовала волны злости, исходящие от него.

- Что за хрень? Ты меня разыгрывашь?

Она вздрогнула и повернулась, чтобы с тревогой увидеть как лицо Итана исказилось от ярости.

- Тебе необходимо приехать и забрать меня. Мне нужна тачка. Внедорожник заберет Рейчел. Я все еще не купил ей новую машину.

Говоря это, он взглянул на нее и усилием воли немного расслабился.

- Хорошо, дай мне полчаса, ладно? И не отправляйся туда без меня, блять.

Он повесил трубку и сжал кулаки. Он смотрел так, будто хотел что-то сломать, но вместо этого стоял там и дышал, вдох, выдох.

- Итан? - позвала она его осторожно.

Он медленно разжал кулаки и посмотрел на нее. И даже попытался улыбнуться.
- Все в порядке, малышка. Просто эта глупая молокососка Расти нарывается. Сэм хочет съездить и надрать ей задницу. Пришло время маме прийти в себя. От этой девчонки одни проблемы и на этот раз она зашла слишком далеко.

Рейчел безрадостно нахмурилась.
- Ох, это очень плохо. Постарайся быть с ней не слишком резким и с твой мамой. Расти пережила не лучшие времена. И выглядит очень ранимой.

К ее удивлению он так ярко улыбнулся, что все его лицо преобразилось. Он пересек комнату и взял ее за плечи.

- Боже, ты сказала это прям как раньше. Всегда мягкосердечная и добрая с обездоленными.

- Я пытаюсь, Итан. Действительно пытаюсь. Мне хочется быть той Рейчел, которую все знали. Просто вначале нужно ее вспомнить.

- Я знаю, детка. Знаю. Тебе стоит заняться своим делом. Хочу, чтобы ты была осторожна и если что-то тебя напугает или ты передумаешь, звони мне. Я сразу же приеду.

Она поднялась на носочки, чтобы поцеловать его.
- Буду осторожной. Обещаю.

Расти сидела на краю кровати и пристально рассматривала свои пальцы, пять минут назад потерявшие чувствительность. Костяшки побелели, но она не разжимала их.

Даже при закрытой двери ей были слышны повышенные голоса доносящиеся из гостиной. Там были Сэм, Гаррет, Итан, Натан, Джо, Марлен и Френк. Очередное семейное собрание. Единственными, кто пропускал были Донован и Рейчел.

Расти безрадостно нахмурилась. В этот раз она облажалась. И она не хотела становиться доносчицей. Хотя они низачто не поверят ей.они захотят, чтобы она выметалась потому что никто не должен расстраивать бедненькую, достойную сочувствия Рейчел.

Ей стоило начать собираться, но она пришла сюда без вещей. Все, что она имела было куплено Марлен и было бы неправильно забрать эти вещи.

Узел в животе стал больше. Тупица, тупица, тупица! Уже не в первый раз она повелась на дружелюбное лицо. Когда же она уже поймет, что никто не бывает хорошим без каких-либо скрытых мотивов? Кроме Марлен. Расти еще не обнаружила ни одной причины, по которой у той бы возникла необходимость быть милой. Помимо того что Марлен просто хотелось этого.

Ей нравились братья Келли, потому что не приворялись. Она им не нравилась, они ее не одобряли и не делали из этого секрета. Она могла принять подобную прямоту. Правда была в том, что она так же не сходила с ума ни по одному из них, даже если и каким-то нездоровым образом восхищалась ими.

Она восхищалась всеми Келли. Они были абсолютно преданными друг другу. Она хотела такого же. Быть частью чего-то большего и масштабного, чем жизнь.

- Мечтай дальше, - пробормотала она. После сегодняшних событий ее вернут обратно на улицу, где она будет силиться понять, где взять еду.

Тяжелые шаги, прозвучавшие на лестнице, заставили ее вздрогнуть. Она сильнее сжала руки, полная решимости не показать их предательской дрожи.

Без стука. Без колебаний, она утратила какие-либо привилегии, заслуженные ею в этом доме. Дверь распахнулась, а за ней с мрачным выражением лица стоял Натан. Ну, в конце концов его глаза не горели отвращением. Она знала, что столкнется с этим, как только встретится лицом к лицу с маленькой командой защитников Рейчел.

- Расти, мама хочет тебя видеть на первом этаже.

Она стрельнула в него досадливым взглядом.
- Имеешь в виду, что твои братья хотят устроить мне кошачий ор?

Натан прислонился к дверному косяку и посмотрел на нее тем лишающим покоя, буравящим взглядом, говорящим, что он слишком многое повидал на своем веку.
- А ты считаешь, что у них нет на это причины?

Она уже открыла рот, чтобы выдать что-нибудь саркастичное, но сразу же закрыла его. Ей не было оправдания и оба это знали. Со смиренным вздохом она поднялась с насиженного на кровати места. Лучше просто покончить с этим.

- Веди меня на расстрел, - пробормотала она.

Вместо того, чтобы огрызнуться в ответ, Натан промолчал. А просто посмотрел на нее многое повидавшим взглядом. Уж лучше бы он рычал и выговаривал какой засранкой она была.

Выпрямившись, словно проглотила кол, она начала спускаться по лестнице с каждой следующей ступенькой все сильнее страшась самой нижней. Все собрались в гостиной. Просто прекрасно.

Ни на кого не глядя она протопала вниз. И тем не менее она чувствовала их прожигающие взгляды, ощущала идущую от них агрессию. Хуже того, от Марлен шло сильное разочарование.

Она рискнула бросить взгляд на Френка и у нее екнуло сердце, когда увидела там не злость, а огорчение.

Проигнорировав места рядом с кем-либо из них, она оперлась на кирпичную кладку камина. Она почти слышала вдох перед тем, как они начнут обличительную речь о том, на сколько она была плохой.

- Послушайте, - выпалила она. - Я не хотела этого. Знаю, все вы ненавидите меня. И принимаю это. Я облажалась.

- Следи за языком, юнная леди, - произнесла Марлен своим суровым материнским тоном, который Расти так любила. Вероятно потому что ее собственная мать никогда не разговаривала с ней подобным образом. Как настоящая мать.

- Я просто хочу знать, зачем ты это сделала, - потребовал Итан.

Расти посмотрела наверх и пожалела об этом. Итан стоял между Сэмом и Гарретом и все они до усрачи ее пугали. Они были в бешенстве. Ну хорошо, она довела их. И они были в своем праве.

Ее горло сжалось и она сердито сглотнула. Черта с два они доведут ее до слез. Никто не может заставить ее плакать. Ни ее сумасшедшая мамаша. Ни ее тупой муженек, который называл себя приемным отцом Расти. Все они могут катиться прямо в ад.

Неожиданно ей на помощь пришел Натан.

- Прекращайте допрос, - сказал он братьям. - Дайте ей рассказать что произошло. Вы уже осудили и приговорили ее. - Затем он повернулся к Расти. - Ладно. Давай выслушаем тебя.

Что-то в выражении его лица вынудило ее пожелать объясниться. Заставило ее захотеть бороться за свое место в этой семье прежде, чем послать их всех и отчалить. У нее не было никакого опыта в подобном прежде, но она могла поклясться, что видела ... доверие.

Она посмотрела туда, где сидели Сэм и Марлен. Лицо Марлен исказило страдание. Дерьмо, она выглядела так, словно собиралась заплакать. Френк ... выглядел просто расстроенным. Расти бы скорее выколола себе глаза, чем посмотрела ему в лицо.

Затем она повернулась обратно к Итану, Сэму и Гаррету и наконец поняла почему ненавидела их так сильно. Они злились не только из-за того, что она причинила Рейчел боль. Рейчел, Рейчел, Рейчел. Расти не испытывала к ней ненависти, она просто так сильно завидовала ей, что эта ненависть была словно яд в крови. Она хотела, чтобы о ней кто-то заботился так же. Ей хотелось братьев, семью, которая защитила бы ее от всего дерьма этого мира. Именно так, как они делали это с Рейчел. Рейчел, прошедшую через ад и не заслужившую колкостей Расти.

- Я просто хотела быть ... одной из вас, - выдавила она.

По щеке скатилась слеза и она стерла ее тыльной стороной руки, чувствуя унижение от того, что кто-то видит ее плачущей, словно младенец.

Глаза Сэма вспыхнули и он сложил руки на груди.

- Потрудись объяснить каким образом публичное оскорбление Рейчел и выставление КГИ на всеобщее обозрение заставит нас поверить, что ты хотела стать частью этой семьи?

- Я не знала, что это был репортер, - уныло произнесла она. - Он был на вечеринке, поэтому я предположила, что это кто-то, кого вы знаете и кому доверяете. Он был милым и веселым и казалось искренне интересовался моими словами. Он хотел поговорить с членом семьи и было так здорово хоть на минутку представить, что я являюсь таковой.

- О, милая, - прошептала Марлен.

- Но зачем тебе нужно было говорить все эти вещи о Рейчел? - требовательно спросил Итан. - Ты хоть представляешь, что с ней будет, когда она это увидит? Расти, сегодня утром она поехала к психиатру. И сделала это потому, что находится на грани. У нее бывают ночные кошмары. Она боится, что сходит с ума и семья ее единственная безопасная гавань во всем этом. Так почему ты пыталась разрушить ее?

Расти опустила голову, больше не стараясь скрыть слезы, падавшие на ее руки.

- Я не испытываю к ней ненависти. И не хотела причинить ей боль, клянусь. Я завидовала тому, как все порхали вокруг нее. И боялась, что теперь, когда она вернулась, Марлен больше не захочет, чтобы я оставалась. Думала, что была жалкой заменой Рейчел.

- Расти.

Она вскинула голову на осипший голос Френка. Не важно кто и что хотел сказать, все молчали. Было очевидно, что они уважали отца. Они любили его, а он имел на них влияние.

- Иди сюда, - распорядился он, наклонившись в своем кресле.

На трясущихся ногах она оттолкнулась от камина и сделала несколько шагов туда, где он сидел. О, Боже! Если он обвинит ее перед всеми, это убьет ее.

Она не могла посмотреть на него. Не могла увидеть осуждение в его глазах.

Вместо этого он взял ее руку в свою большую, морщинистую и обветренную. И почувствовав утешительное пожатие она пораженно вскинула глаза, чтобы встретиться с его взглядом.

- Ты никогда не была заменой Рейчел. Марлен, дай Бог ей здоровья, решила, что ты являешься частью клана Келли. Помоги тебе Господь. А это значит на горе или на беду, но ты наша семья. Сейчас не все этому рады. Я в состоянии защитить тебя от этого. В этой семье ты должна будешь заслужить свои погоны. Никаких автоматически выдаваемых привилегий или уважения. Заслужи их.

У нее отвисла челюсть. Увидев одобрение и прощение в его глазах она не стала отвечать и обороняться. Она не заслужила подобного отношения, но желала его. О, Боже, хотела всеми фибрами своей души.

Позади она услышала сдавленный протест, но неодобрительный взгляд Френка тотчас же заглушил его.

- Ты извинишься перед Рейчел, - произнес он сурово. - А также извинишься перед моими парнями, за то, что распространяла слухи об их деле.

- Д-да, сэр.

Он одобрительно кивнул. Затем его взгляд смягчился на столько, что в уголках глаз появились морщинки.

- Это был не последний раз, когда ты натворила глупостей. Просто не превращай это в привычку. Все мы здесь несем ответственность за свои ошибки. Мы не прячемся от них. Понятно?

- Да, сэр, - сказала она снова, на этот раз тверже.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/58347/341101

Переводчики: oksa2080