Готовый перевод Vamp! V / Вамп! V: Глава 3: Убийца с жаждой крадется во тьме

Глава 3: Убийца с жаждой крадется во тьме

-----

Ночью. На окраине Нойберга.

- Погоди, Ватсон. Мы почти на месте, - сказала Хильда. Ватсон кивнула.

Они вышли из трамвая и направились к подножию горы, на которой находился замок Вальдштайн.

'Как только придем в замок, я позвоню домой из ремонтной мастерской.

Родители сказали не гулять ночью из-за серийного убийцы, но если я буду с Реликом, они не станут волноваться.'

Вокруг практически не было ни души, но Хильда уже привыкла к этой тропе - она не боялась. Наибольшей её проблемой был голод Ватсон. Однако Хильда поспешила вперед, сумев убедить себя, что Ватсон наелась мясом, которое они купили ранее.

- Еще немного. Наверняка Релику известно что-то о твоих друзьях.

- Релик... - повторила Ватсон, склонив голову набок. - Вампир?

- Да, очень сильный вампир! И знаешь что? Он теперь хозяин этого острова! - улыбнулась Хильда, даже не задев бесстрастную Ватсон.

Внезапно Ватсон поняла нос и уткнулась в руку Хильды.

- Ии! Щ-щекотно, Ватсон! В чём дело?

- ...Я чую. Человек.

Ватсон подняла любопытный взгляд. Хильда же растерялась:

- Что-то не так?

Ватсон склонила голову; она промолчала.

Однако Хильда заметила, что её что-то озадачило.

'Похоже, люди и вампиры и вправду редко когда ладят.'

Даже подобный Ватсон оборотень не привык видеть людей, которые настолько беззаботны по отношению к вампирам. На Гроверче жило немало людей, которые знали как о вампирах, так и о Герхардте, но сверстники Хильды в них не верили. А количество молодых людей, которые сталкивались с вампирами, можно было на пальцах пересчитать. Те немногие, кто знал о них, никогда не пытались лезть в их дела, и при этом не собирались продавать эту информацию СМИ. Возможно, они просто боялись мир Ночи.

Но Хильда знала, что любая уважающая себя газета ни за что не поверит человеку, который придет к ним и заявит, что на этом острове водятся вампиры.

За пределами Гроверча вампиры считались мифом. Вполне естественно, что они старались не попадаться на глаза.

Хильда никогда не была одна, но ей было одиноко.

Она была человеком, а Релик - вампиром.

Если посчитать еще Михаэля и Феррет, их было четверо. Она не была одна. Но в то же время что-то не давало ей покоя.

Дело было не в Релике, не в вампире.

А в ней - в обычном человеке.

Сложится ли у них с Реликом всё благополучно? Она хотела бы для сравнения взглянуть на другую подобную пару, но вокруг их не было. Она даже не могла сравнить их с Михаэлем и Феррет, поскольку те уже были весьма близки.

Ей начало казаться, словно она единственная в мире, кто столкнулся с такой проблемой. Но Релику было достаточно одного взгляда, чтобы заметить это одиночество.

И несмотря на такое противоречие, Хильда знала, что чувствовала к Релику. А страх стать ему ношей начал увеличиваться с каждым днем.

Хильда была самым важным человеком в жизни Релика. Сколько раз её слова спасали его? Но пускай Релик и считал её сильной, Хильда не могла подумать о своих действиях, как о чём-то экстраординарном. Она всё еще не знала, насколько Релик верит в неё.

Она жила очень далеко от школы, а поэтому вела необычную жизнь, возвращаясь домой после урока и изучая предметы от своих родителей вместе с близнецами Вальдштайн.

Возможно поэтому у неё было так мало друзей среди сверстников. Мир Ночи привлекал её больше, чем человеческое общество.

Это противоречие вполне могло испариться, если бы она была похожа на своего брата, который считал людей и вампиров равными.

Но Хильда знала, что не сумеет стать настолько хорошим человеком.

Она не думала, что вампиры - главенствующая раса.

Вообще-то, будучи человеком, Хильда была немного предвзята в отношении других людей. И частично виной тому были её родители.

Они до невероятной степени боялись вампиров. Секрет замка Вальдштайн стал им известен далеко не сразу. Они согласились на репетиторство, думая, что эти дети всего лишь чувствительны к солнечному свету.

Хильда тоже ничего не знала. Она общалась к близнецами, как с любыми другими людьми и стала им другом.

Они с Михаэлем возвращались домой, и к ним приходили Релик и Феррет. Она была счастлива, что в вечернее время их семья становилась немного больше. Первое время они мало проводили времени вместе, поэтому Хильда думала о Релике не больше, чем о друге детства.

Если бы они стали немного ближе и она начала считать его братом, всё вполне могло закончиться детской влюбленностью. В каком-то смысле, тот факт, что они встречались лишь по ночам, придал интересный баланс их отношениям.

Но однажды всё изменилось.

Их родители сказали, что отныне будут учить близнецов Вальдштайн в другом месте. Пока их не будет, Хильде и Михаэлю было поручено следить за домом.

В тот момент Хильда заметила что-то странное в поведении своих родителей. Должно быть, витавшие на острове слухи подтолкнули их к теории, что Релик и Феррет - вампиры. Возможно даже, что они не сразу поверили в это, но случайно заметили, как Релик использует свои способности.

Понятия об этом не имея, Хильда не прекращала думать, почему ей больше нельзя видеться с Реликом и Феррет. А когда она спросила, можно ли сходить к ним в гости на выходных, её родители строго заметили, что им не стоит беспокоить Вальдштайнов.

И стоило ей лишиться такого привычного присутствия Релика и Феррет, как оставшаяся пустота внутри навсегда оставила в её памяти след.

†

Несколько лет тому назад.

- Михаэль? Почему они больше не приходят к нам?.. Думаешь, мы как-то их обидели? Это поэтому Феррет так похолодела к тебе? - спросила Хильда. Михаэль ответил ей с улыбкой.

- Не. Они не нравятся маме с папой.

- Что?!

- Не говори никому, ладно? Я пару раз сбегал ночью, чтобы проведать Феррет.

- Михаэль!

Хильда широко открыла свои глаза. Михаль же не обратил на это внимания.

- Феррет чуть не врезала мне и не хлопнула у меня перед носом дверью, но Релик остановил её, и мы сумели разговориться. Сработало уже пару раз.

- "Врезала"?

Для неё Феррет была самой обычной сверстницей. Конечно, странновато было видеть, как в последнее время она начала вести себя весьма высокомерно в присутствии Михаэля - как раз с тех пор, как пару месяцев тому назад близнецы прекратили учиться у них дома. Но что значит "врезала"? Она брала уроки не только у их родителей, но и у Трауготта?

Когда мысли Хильды затопили вопросы, Михаэль беззаботно ответил:

- Хм... Сам я мало что смогу объяснить. Но если хочешь поговорить с Реликом и Феррет, давай сегодня пойдем к ним вместе.

- ...Пойдем? К ним домой? Но нам нельзя выходить на улицу так поздно.

'Кстати, а где они живут?'

Хильда вдруг осознала, что не знает даже такой ерунды. Неужели они и вправду были так далеки? Кем вообще она считала близнецов Вальдштайн?

Заметив её неловкость, Михаэль хихикнул:

- Ну же, Хильда. Я сам раньше не задумывался, где они живут - они же сами к нам приходили. Но чтобы отправить Феррет любовное письмо, нужно было узнать адрес, так что я спросил Релика.

Хильда уже знала, что Михаэль упрямо преследовал свои романтические чувства к Феррет. Но она держалась от всего этого подальше, убедив себя, что это не её дело. Хотя ей и казалось, что, несмотря на холодное поведение Феррет, у Михаэля были весьма неплохие шансы.

Благодаря такому надежному брату, который, как оказалось, знал о близнецах больше неё, Хильда задала очевидный вопрос.

- Так где они живут?

И Михаэль ответил как ни в чём не бывало, словно это даже не показалось ему странным.

- А ты как думаешь? В замке Вальдштайн!

†

Настоящее время, на склоне горы Вассершпице.

Стоило Хильде вспомнить об этом, когда они с Ватсон уже оказались на склоне самой высокой горы на острове.

Днем вдоль дороги всегда можно было увидеть киоски с сосисками и сувенирные лавки для туристов. Но ночью здесь было тихо и пусто - открыты были всего пара пабов.

- ...Замок виконта и окружающие его улицы никогда не меняются.

Взглянув на возвышающийся над ними замок, Хильда вспомнила, как впервые отправилась к нему по своей воле, а не на экскурсию. Той ночью она последовала за своим братом по прохладной улице, освещаемой тусклым светом уличных фонарей.

'Должно быть, именно тогда я и прекратила бояться темноты.'

Хильда попыталась снова погрузиться в воспоминания.

- ...

Но Ватсон безмолвно дернула её за рукав, мгновенно заставив её прийти в себя.

- Прости, Ватсон. Я просто задумалась... В том замке живет немало хороших оборотней и вампиров, так что не переживай. Или ты снова проголодалась?

Хильда припомнила, с какой скоростью Ватсон съела купленное ею сырое мясо. Но та покачала головой.

- Пять...

- Что?

Ответ Ватсон поставил Хильду в тупик.

Но внезапно к ней обратилась оказавшаяся перед ней фигура.

- Прошу прощения, мисс. У вас есть минутка?

К ней со спины подошла женщина, подставив к ней микрофон.

- Мы репортеры из сети ZZZ. Можно взять у вас небольшое интервью?

- ?!

Услышав это, Хильда осмотрелась. Вместе с репортершой в очках было четыре мужчины - скорее всего, члены съемочной группы. Один из них держал в руках камеру, направленную на Хильду. Та, в свою очередь, машинально заслонила Ватсон.

- П-простите. Но нет...

Предположив, что она хочет расспросить её о серийных убийствах, Хильда взяла руку Ватсон и попыталась ускользнуть.

- Эм, что вы...

- Не переживайте, мы не в прямом эфире. Если хотите, мы можем скрыть ваше лицо мозаикой, чтобы это не повлияло на вашу личную жизнь. Конечно, только в том случае, если вы с вашей подругой действительно люди.

- ...!

Хильда тут же поняла, что это не обычное интервью. Но Ватсон открыто нюхнула воздух и взглянула на съемочную группу.

- Не знаю, о чём вы говорите.

- Мы слышали, что серебряноволосая девочка, которая вызвала переполох на площади, убежала с юной девушкой и отправилась на трамвае к замку Вальдштайн... Похоже, это была правда.

Репортер, оставаясь вне досягаемости камеры, усмехнулась и нанесла последний удар.

- Не вы ли только что сказали "в том замке живет немало хороших оборотней и вампиров"?

- Я...

- Вы забыли? Может нам стоит проиграть записанное на пленке? - как ни в чём не бывало спросила женщина. Хильда вздрогнула.

- ...Это шутка. Неужели вы поверили?

Она попыталась закончить разговор, но другие члены группы лишь безмолвно за ними наблюдали. Будь они в прямом эфире, она была бы уверена, что они не посмеют что-либо предпринять... Но обычную запись можно изменить как душе угодно.

Пока Хильда в нерешительности растерялась, репортер с блеском в глазах продолжила:

- Мы пришли на этот остров, прекрасно зная, что оборотни и вампиры не просто мифические существа.

- О чём... это вы?

- Я уверена, что этот остров особенный... Прости, можешь выключить камеру?

Репортерша жестом приказала оператору убрать камеру, и тот кивнул ей и отвернулся.

Хильда бросила на репортершу подозрительный взгляд, даже не думая ослаблять свою бдительность.

'Я не позволю им разоблачить Релика и других жителей замка... Ни за что.'

Страшась нагрузить и это на плечи Релика, Хильда даже подумала целиком и полностью отвергнуть слова женщины и позвонить в полицию.

- Не бойтесь. Я на вашей стороне. Предположим, что вампиры и оборотни существуют. Я лишь хочу, чтобы люди не считали их врагами.

- Понятия не имею, о чём вы. И откуда вам знать, враги они или нет?

Хильда всё еще была осторожна, но не сумела сдержать пришедший в голову вопрос.

Сеть ZZZ была относительно новой телевизионной станцией, известной за свой особый подход к журнализму - для них "цель всегда оправдывает средства". Несмотря на свой скандальный подход, им удалось разоблачить самые разные истории. Отношение к ним было как минимум разрозненным.

Зная об этих слухах, Хильда не могла позволить себе проболтаться перед этой женщиной.

Но та не показалась разочарованной. Вместо этого она безмолвно взглянула на расположенный на склоне замок.

- Видите ли... Однажды они меня спасли.

- Что?

- Несколько лет тому назад я прибыла на этот остров, чтобы собрать материал на тему мифов об оборотнях. И тогда на меня напали. Но кто-то спас меня... кто-то, кого трудно было назвать человеком. Человекоподобное... существо. Существо, на макушке которого выглядывала синяя шерсть. У меня закружилась голова от удара, и я подумала, что это мне показалось.

- ...!

Хильда не нашла что ответить.

Синегривый оборотень. Она прекрасно его помнила.

Она не знала, естественный ли это цвет волос, но синегривый оборотень уже очень давно жил в замке Вальдштайн. Он был одним из оборотней под командованием бабули Джоб и, фактически, являлся телохранителем Релика и Феррет. Когда Хильда допоздна оставалась в замке, он даже подвозил её домой на мотоцикле.

"Простите, барышня. На моем месте должен быть Релик, но он всё еще слегка глуповат, когда дело доходит до транспорта", - подразнил он её однажды. Добавив к этому его внешность, Хильда сумела составить в голове очень ясную картинку.

'Значит... Она говорит правду?'

Осознав, что эта женщина также была связана с миром Ночи, Хильда позволила себе немного расслабиться.

Однако она не могла довериться ей целиком и полностью, а поэтому коснулась этой темы очень осторожно.

- И что же... Что вы хотите узнать?

- Ну, я была бы рада задать пару вопросов твоей подруге.

Репортерша бросила взгляд на девочку, которая продолжала беспристрастно нюхать воздух, и повернулась к Хильде.

- Я хочу узнать секреты этого замка.

- ...

- Похоже, вы именно туда и направляетесь. Хотите с кем-то увидеться... С вампиром, да?

Она явно базировалась на записанном разговоре. Хильда слегка озадачилась, но отвечать не стала.

- ...Кто знает.

Но это прозвучало так, словно она подтвердила её слова.

- Хи-хи. Какая упрямая девушка. Должно быть, вы весьма доверяете этому вампиру. Это мужчина?

- Что?

- Ваш парень? Принц, который живет в этом замке?

- ...?

Хильда почувствовала что-то странное в усмехающейся репортерше.

Каким-то образом её действия и поведение отличались от других журналистов. Хильда наконец-то заметила, что окружающие её члены съемочной группы также усмехаются.

'Что-то не так. Что происходит?

Такое впечатление, что она уже знает о Релике.

А все остальные... Они смотрят на меня, но такое впечатление, что ничего не видят.'

Убедившись в странности ситуации, Хильда решила как можно скорее убежать от них. Вспомнив, что нужно забрать с собой и Ватсон, она бросила на неё взгляд.

Но оборотень бесстрастно склонил голову набок.

- В чём дело? - тихо спросила Хильда, не обращая внимания на репортершу.

Ватсон снова нюхнула воздух.

А затем она с тем же выражением на лице пробормотала Хильде:

- Странно.

- Что?

- Люди. Они странно пахнут.

- ?

Возможно, заметить эту разницу ей помогло превосходящее чувство обоняния.

Но съемочная команда не жила на этом острове. Вполне нормально, что они пахли иначе.

Но Хильда не была достаточно наивной, чтобы просто проигнорировать чувство обоняния оборотня.

- В смысле странно?

- Ээм...

Репортерша не стала спрашивать, о чём шепчутся девочки перед ней.

Казалось, словно она ждала, пока до них кое-что не дойдет.

Хильда услышала, как её сердце ускорило свой ход.

Она почувствовала опасность.

Человеческие инстинкты начали звенеть в голове тревожными колокольчиками.

С ускорившимся пульсом ускорилась и кровь в её венах, а мышцы напряглись, готовя её убежать в любую секунду.

Хильда отчаянно подавила свой страх и продолжила ждать ответ Ватсон.

Вскоре оборотень склонил голову набок и...

- Похоже на Доррики и Миральда. Но чуть иначе. Как люди. Частично.

- ...Доррики? Миральд?

Эти имена были незнакомы Хильде. Она почувствовала, как охрипло её горло, но имела приблизительное представление о том, что произошло с этой группой человек.

'Они пахнут как люди и еще кто-то. И странно себя ведут.

Вдруг они говорят то, что не могут знать... потому, что кто-то их заставляет?

И Ватсон, словно подтвердив правоту Хильды, как ни в чём не бывало пробормотала:

- Доррики. Миральд. Я приплыла с ними. Они вампиры.

Это словно застало Хильду вздрогнуть. Её тело отреагировало почти мгновенно.

'Нужно бежать.'

Хильда подскочила, держа Ватсон за руку, но один из членов съемочной группы схватил её за плечи.

- Отпусти!

- Значит, ты знаешь, да? О вампирах и ничтожном лорде замка Вальдштайн, с ярким блеском в глазах хихикнула репортерша.

Но эти слова просто не могли слететь с её уст. Даже тон её голоса изменился, явно являясь подтверждением, что её контролирует кто-то другой.

Другие члены её группы также засмеялись.

- Нет! Пустите меня!

Отчаянно пытаясь выкрутиться из хватки, Хильда заметила две маленькие ранки у него на руке. Любой другой мог спутать их с укусом какого-то насекомого, но Хильда прекрасно знала их значение.

'Их подчинили!'

Это стало последним доказательством.

Выпив крови человека, вампир мог достичь некоторого процента контроля над ними. Сила этой способности имела весьма большой диапазон - некоторые вампиры вообще не обладали ею, но однажды жертвами этой техники стали родители Хильды, и даже сама она недавно оказалась под контролем необычного вампира по имени Зигмунд.

Хильда разнервничалась, предположив, что эти люди с плохими намерениями на уме пытаются разоблачить вампиров. Но правда оказалась более предпочтительной.

'Почему именно съемочная группа? Под контролем только они? Или снова повторяется произошедшее на фестивале Карнальда? Подчинили всех жителей острова? Что с мамой и папой?'

Пока в её голове один за другим возникали вопросы, Хильда пыталась отыскать путь отступления.

В свою очередь, Ватсон осознала, что у Хильды неприятности. Она открыла рот, стремясь защитить "хорошего человека, который меня накормит".

- ...Можно их укусить?

- Что?!

- ...Они плохие?

Ватсон сузила глаза, а её слова прозвучали абсолютно бесстрастно, но Хильда знала, что она сдерживает свою жажду крови.

- Их всего лишь подчинили, они еще не стали вампирами... Давай просто сбежим, Ватсон... Ааа?!

Двое членов съемочной группы прервали её посреди предложения и повалили на землю. Оператор снова повернул камеру на неё.

- Как же будет забавно отправить лорду Гроверча видео изнасилования его девушки.

От репортерши в очках уже не осталось и следа. В жилах Хильды пронесся страх и она вдохнула, готовая закричать.

Но в этот момент воздух наполнил гортанный шепот.

- Нет. Плохие люди.

И через мгновение тело Ватсон резко начало изменяться.

Её тело покрыла серебряная шерсть, а лицо приняло форму морды волчонка.

Её тело слегка увеличилось, но этого не было достаточно, чтобы порвать её свободную одежду.

Трансформация завершилась, и теперь Ватсон едва можно было назвать человеком.

Хильда задержала дыхание от этого зрелища. Её поразил не ужас, а его красота.

Ватсон в человеческой одежде и развевающейся на ветру шерстью больше походила на произведение искусства, чем на плотоядного хищника.

И по какой-то причине репортер широко открыла свои глаза, несмотря даже на то, что была подчинена чьей-то воле.

Хильда растерялась от этого зрелища, а Ватсон с огромной скоростью прыгнула на схвативших её людей. Она стащила их и бросила в сторону.

Они упали на спину и потеряли сознание от боли.

Затем Ватсон повернулась к репортеру и оператору, приготовившись наброситься на них.

- Нет, Ватсон! Не надо на них нападать! Бежим отсюда! - вскрикнула Хильда, указав на горную тропинку.

Ватсон кивнула и отвернулась.

Но в этот момент её окружила вынырнувшая из тьмы стая летучих мышей.

- Ватсон! - крикнула Хильда. Ватсон же заговорила одновременно с ней:

- ...Беги.

- Но Ватсон...

- Я в порядке.

Ватсон бесстрастно кивнула и увернулась от летучих мышей.

Несмотря на подавляющий шум, ничего из этого не достигло окон стоящего у дороги паба. А на безлюдной улице разразилось необычное зрелище - стая летучих мышей неуклонно гналась за оборотнем.

- Ватсон...

Хильда хотела остаться, но сумела убедить себя, что ничем не сможет помочь, а потому побежала по горной тропинке, которая вела к замку.

Будь у неё телефон, она смогла бы дозвониться до ремонтной мастерской замка. Пожалев, что не купила его, когда это сделал Михаэль, Хильда крикнула Ватсон:

- Держись, Ватсон! Я приведу подмогу!

Увидев кивок оборотня, Хильда повернулась и побежала на всех парах, отказываясь смотреть назад... А за ней последовали подчиненная репортерша и её команда.

В отчаянии она представила перед собой лорда замка Вальдштайн - вампира, который, несмотря на отсутствие финансовой или политической власти, был самым надежным человеком, которого она знала.

†

- Как интересно.

Наблюдая за разразившимся спектаклем, фигура хлопнула в ладоши.

Миральд стоял на вершине линии энергоснабжения, размещенной на склоне горы, и с улыбкой задумался над сложившейся ситуацией.

Он был слишком далеко, чтобы прочесть мысли Хильды и Ватсон, но сумел хорошенько покопаться в мыслях Хильды до того как подняться сюда.

- Эта девушка очень высоко мнения о Релике фон Вальдшдтайне. И теперь я знаю как он выглядит - гораздо старше, чем на фотографии, которую мне показывал мистер Герхардт.

Возможно виной тому была его телепатия, но у Миральда была странная привычка произносить свои мысленные монологи вслух. Он ликующе усмехнулся, окруженный безлюдным лесом.

- Вместо рыцаря в сияющих доспехах у нас есть лорд вампиров, окруженный летучими мышами. Но успеет ли он вовремя, чтобы драматично спасти девочку? Надеюсь, эта история будет достойна того, чтобы её повторили... Где же ты, Релик фон Вальдштайн, и какие мысли занимают твою голову?

- Надеюсь, ты подозреваешь, что на острове происходит что-то странное. И что твоя девушка в опасности.

†

Замок Вальдштайн.

Релик сидел на крыше и подумал:

'Я рад, что раны Пири зажили.'

Она кричала и дрожала, пока Ширузе резала её ноги, пытаясь избавиться от подчинения, но в итоге Пири целиком и полностью исцелилась. Она надулась, поблагодарила Шизуне и улетела.

Несмотря на то, что Релик был рад, что его подруга осталась невредима, беспокойство отказывалось покидать его мысли.

'Может, Ватт был прав.

Дорожу ли я кем-либо?'

В голове юноши одним за другим мелькали лица знакомых ему вампиров, оборотней и ведьм, которые жили в замке, а также пара людей - брат и сестра. И лицо одной из них - младшей сестры - задержалось в его мыслях дольше всего.

Одна из ведьм, которая часто покидала замок, однажды сказала ей: "Знаешь, у тебя есть потенциал. Из тебя может выйти отличная ведьма". Но Хильда отказалась, сказав, что пока довольна нынешними отношениями с этим местом.

Ведьмы заключали контракты не с демонами или духами, а некоторыми вампирами и оборотнями. Поскольку некоторые из них подвергались тайным ритуалам, которые было запрещено описывать другим, Релик был рад, что Хильда отказалась стать одной из них.

'Хильда всегда держалась мира людей.

Но она всё равно приняла меня.'

Михаэль со своим отсутствием чувства предубеждения был настоящим исключением из правила. Островитяне, которые знали о существовании вампиров, обычно смотрели на них с точки зрения людей. Им нравился Герхардт, но лишь благодаря годам и опыту. Большинство испытывало к вампирам страх или любопытство.

Другие, конечно, были подобны родителям Хильды - они открыто их презирали.

Именно их мнение и было наиболее распространено в мире.

Само их существование было злом, и во многих историях они всплывали в качестве злобных существ, пожирающих людей. Однажды Релика сильно мучило, что вампиров так ненавидят, проклиная их существование. Но горечь никогда так и не обернулась ненавистью.

Ему повезло, что он родился и вырос на таком необычном острове как Гроверч. Очень немногие жители замка ненавидели мир - в каком-то смысле, его можно было назвать утопией. В детстве Релик даже подумывал остаться в замке навечно, ни разу не ступая за порог к людям.

Но ему повезло еще раз, когда он познакомился с девочкой по имени Хильда.

Он отчаянно пытался скрыть свою истинную личность, но репетиторы всё равно узнали. Он прекрасно видел ужас и отвращение в их глазах. И впоследствии мистер и миссис Дитрих начали проводить уроки в другом месте, чтобы Релик и Феррет прекратили общаться с Хильдой и Михаэлем.

Михаэль уже по уши втрескался в Феррет, и между ними была такая странная атмосфера, что Релик не мог заставиться себя вмешаться. И однажды, когда он решил помочь Михаэлю после того, как тот получил в лицо кулаком Феррет, он осознал, что его друг слегка отличался от других людей.

'Тогда я был настоящим эгоистом - подумал, что он может стать отличной опорой для Феррет.'

Несмотря на то, что Феррет упрямо отказывалась смотреть на кого-либо, кроме своего брата, было очевидно, что она начала понемногу меняться под давлением искренних чувств Михаэля. Как старший блат и её семья, Релик был воистину счастлив, что Феррет начала открываться перед миром.

И одной ночью, когда его голову заполняли подобные мысли...

В замок Вальдштайн добровольно вошла девочка, которую никогда не ожидал увидеть снова.

†

Несколько лет тому назад. Замок Вальдштайн.

Релик решил подышать свежим воздухом в форме стаи летучих мышей и внезапно услышал знакомый голос.

- Феррет! Я люблю тебя!

За этим голосом последовал приглушенный звук упавшего тела.

'Хех. Михаэль совсем не знает, когда стоит сдаться.'

Несмотря на своё потрясение, Релик слегка улыбнулся и спустился ко входу в замок.

Летучие мыши собрались под лунным светом и приняли форму мальчика.

Это было нормально для Релика. Но стоило ему закончить, как рядом с упавшим Михаэлем прозвучало тихое "ох".

'А...? Феррет?' - подумал Релик, но тут же заметил, что та стоит поодаль от них с широко открытыми глазами.

'Не может быть...'

Его поразил шок.

Присматриваться было ни к чему - Релик хорошо видел в темноте и тут же определил, что рядом с Михаэлем стояла Хильда.

- А...

'...Михаэль всё-таки привел её.'

Релик знал, что этот день однажды наступит, но это было еще слишком рано.

Однако это было не лучшее время для раздумий.

Хильда, окаменев, стояла на месте.

Её взгляд слегка расстроил Релика.

Это был не первый раз, когда человек увидел его способности. Большинство островитян, которые не знали о вампирах, реагировали сначала замешательством, а затем ужасом. Или же они старались убедить себя, что это им показалось, и просто убегали - кто безмолвно, а кто с криками.

Релик уже привык к этому, но не смог бы выдержать такое от девочки, которую считал другом.

Ему захотелось провалиться сквозь землю.

Но его остановил некий голос.

- Релик.

Она говорила так же, как и обычно, произнеся его имя так же, как и в первый день их встречи. Несмотря на примесь удивления и замешательства, он не услышал ни капли страха или ненависти.

'Но... Если она узнает, что я вампир...'

Он не хотел отчаиваться.

Но Релик замер, не в силах двинуться.

Схватившись за единственный лучик надежды, Релик подошел к Хильде.

- ...Михаэль рассказал тебе обо мне?

Хильда покачала головой. Она с любопытством и изумлением встретилась с ним взглядом.

- Я хотела узнать, почему вы перестали приходить к нам. Михаэль сказал, что проще раз увидеть, чем сто раз услышать.

- Ясно.

'Это в его духе.'

Релик вздохнул, бросив взгляд на своего друга, который с улыбкой отключился, лежа на земле.

Он не хотел лгать Хильде.

Придя к этому решению, Релик повернулся к Хильде - единственному человеку его возраста, которого он знал так долго - и признался.

- Всё именно так, как и кажется. Я не человек... Я вампир.

- ...Вампир? Как граф Дракула?

Релик горько улыбнулся при упоминании одного из самых известных вампиров в мире.

- Ага. Только Дракулу выдумали. Отец говорит, что история Дракулы и книга под названием "Кармилла", как и фильмы на их основе, имеют большое влияние на современных вампиров. Но сами книги основаны на реальных мифах о вампирах.

Считалось, что прототипом графа Дракулы был некий румынский аристократ, но многие заявляли, что между ними нет ничего общего, за исключением имени и места рождения. Конечно, приемный отец Релика однажды сказал: [Ходят слухи, что некая семья действительно была близка этому аристократу. Однако никто уже не сможет подтвердить, был ли он "Колосажателем", сверхчеловеком или же, буквально, Дракулой - "сыном дракона"].

- На самом деле прототипом Дракулы был герой войны. Поэтому его враги начали распространять слухи о том, что он вампир. Они звали его ужасным убийцей, который убивал людей. насаживая их на кол. Частично благодаря этому вампиры вечно предстают злодеями в фильмах и книгах...

Релик сам удивился, что назвал их "злодеями".

'Наверное, мы и вправду злодеи в глазах людей.'

Вспомнив, кем является, Релик повесил голову.

- ...Да. Я злодей. Я вампир. Ты видела, на что я способен... Я не человек, - уныло сказал он.

Но Хильда улыбнулась.

- Слава богу... Вот и тот Релик, которого я знаю.

- ...Ты не удивлена?

- Еще как! Я глазам своим поверить не могла, когда летучие мыши превратились в тебя! И я не совсем поняла то, что ты сказал о вампирах... Это было внезапно. Думаю... Будь ты незнакомцем, я бы испугалась.

- ...

Слушая быструю речь Хильды, Релик запутался.

- Но я рада, что ты не изменился. Я рада, что всё еще могу нормально с тобой говорить.

Но к этому моменту на лице Хильды появилась тревога.

'В чём дело?' - подумал Релик, когда его душа ушла в пятки.

Но тревога Хильды не имела никакого отношения к страхам Релика.

- Эй, Релик? Ты теперь ненавидишь нас? Из-за того, что мы люди.

- Что? Нет, нет! Нет, конечно!

Он резко покачал головой. На лице двенадцатилетней девочки появилась яркая улыбка, наполнив светом сердце Релика.

- Вот и хорошо. Значит, мы можем и дальше общаться, да?

†

Настоящее время. Замок Вальдштайн.

'Интересно, когда именно я начал влюбляться в неё.'

Релик, придаваясь воспоминаниям на крыше, одиноко улыбнулся.

'Интересно, когда я начал нравиться Хильде.

Интересно, будет ли она любить меня после всего этого.'

Мальчик так и не сумел наполнить себя решимостью, и его улыбка окрасилась печалью.

Но он не стал бы винить Хильду, если бы та вдруг разлюбила его. Сам же Релик дал себе обещание, что если влюбится в кого-нибудь другого, тут же откланяется. Возможно, людям лучше было бы найти себе пару среди своих же собратьев.

Релик прекрасно это понимал, но глубоко в своей душе он также знал, что если Хильда бросит его, он погрязнет в горе.

'Интересно, что бы я тогда сделал.

Интересно, стал бы я пить её кровь... подчинять её... заставлять её смотреть на меня... словно какой-то третьесортный злодей.

Или просто бы разрыдался, словно идиот.

Или же... Я наконец-то разозлился бы, как говорил Ватт.'

В голове Релика пролетело бесконечное количество возможных сценариев, но это так и не приблизило его к ответу.

'Хильда всегда была моим спасением и надеждой.

Она приняла меня, будучи человеком, и... взглянула на меня со своей, человеческой, точки зрения.'

Релик не особо искал признания или сосуществования вместе с людьми. Его всего лишь донимал тот факт, что люди ненавидели поголовно всех вампиров, несмотря на то, что подобные ему даже ничего не сделали.

Но он не был достаточно силен, чтобы справиться с этими предрассудками в одиночку, и не таил достаточно злобы, чтобы восстать и сыграть того монстра, которого в нём видят люди.

Если бы люди и вампиры отличались друг от друга - подобно тому, как люди отличаются от львов и рыб - это бы не стало так тревожить Релика. Но осознавая тот факт, что люди и вампиры обладают подобными физическими особенностями и могут общаться друг с другом, Релик не мог не заметить схожести межу этими двумя видами.

Однако он знал, что его собратья пьют человеческую кровь (хотя и не всем она нужна), а люди видят в них монстров. Войны начинаются даже среди человечества - во имя религии или идеологии. Отношения между людьми и вампирами окружает огромное количество проблем - трудно поверить, что однажды они возьмут и исчезнут.

Но Релик просто не мог не думать, что его продолжают ненавидеть люди, с которыми он может говорить. Это сводило его с ума.

Он вспомнил, насколько опечалился, когда родители Хильды в страхе изолировали Хильду и Михаэля от них с Феррет.

Поэтому он и восхищался братом и сестрой, которые пересекли эту границу и общались с ними как с любыми другими людьми. А Хильда, которая в итоге приняла и его любовь, стала спасением Релика, его надеждой на человечество и связью между людьми и вампирами.

'Верно. Пока Хильда здесь, я никогда не прекращу надеяться на человечество.'

Хильда отличалась от ведьм и верующих в вампиров. Она приняла Релика, глядя на него с человеческой точки зрения, не затуманившейся восхитительным миром Ночи.

'Даже если она однажды предаст меня, тот факт, что она спасла меня, никогда не изменится... Но хотелось бы верить, что она никогда не предаст.'

Когда его мысли начали наслаиваться друг на друга, они превратились в одно единственное желание.

'Хотелось бы увидеть её. Хоть разок.

А... Хочу увидеть Хильду.'

Это правда, что когда Релик слушал лекцию о Кланах, она мгновенно напомнила ему об одном печальном факте: люди видят в вампирах монстров. А с нападением на замок его тревога усилилась еще сильнее.

Он не заслужил того, что само его существование сделало из него изгоя.

Страшась, что его существование - ошибка, Релик безмолвно повесил свою голову.

'Наверное, не стоит тревожить её так поздно ночью.'

В этот момент на крышу взлетела стая зеленых летучих мышей и приняла форму служанки.

- Вот вы где, мастер Релик.

- Ой, простите. Вы меня искали?

Служанка явно была обеспокоена. Релик напрягся, подумав, что ранее напавшая на них девушка из Клана решила отомстить.

Но ответ служанки толкнул Релика в глубины страха.

- Нам только что позвонили родители мисс Хильды, мастер.

- Что?

Помяни дьявола, и он тут как тут. Хотя Хильда и не появилась лично.

Релика жутко удивил тот факт, что позвонили её родители.

- Они сказали, что мисс Хильда отправилась за продуктами и не вернулась. Они спросили, не в замке ли она.

- Звонок от них - редкое зрелище, - сказал Релик, пытаясь отмахнуться от тревоги, критикуя родителей Хильды. Но его тело было готово в любой момент обернуться стаей летучих мышей и оправиться на поиски Хильды.

- Они просто волнуются, учитывая всю эту историю с серийным убийцей.

- ...Серийным убийцей?

- Вы не слышали, мастер? - удивленно спросила служанка. Релик почувствовал, как по его спине проел озноб.

- О чём это вы? Какой серийный убийца?

- Мы не уверены, человек он или вампир. Ходят даже слухи, что это работа оборотня. В любом случае, за прошедшую неделю было убито три молодых девушки...

Служанка так и не успела закончить.

Релик мгновенно трансформировался яростной волной тьмы и покинул горный склон в виде бесчисленных летучих мышей.

'Да кому нужна надежда на человечество?'

Релик сжал свои зубы, махая своими крыльями на огромной скорости.

'Она не связь между людьми и вампирами. Она просто важна мне. Вот и всё.

А я всё еще абсолютно не вижу, что происходит на этом острове.'

Смирившись со своей незрелостью, Релик пожалел о своем бездействии и продолжил размышлять.

Несмотря на всё это, Хильда продолжала быть его спасением и надеждой.

И он спасет её, даже если ему придется пожертвовать своей жизнью и отдать всё, что любит.

†

Возможно, она просто ненавидела человечество.

Эта мысль внезапно пришла в голову Хильды Дитрих.

Вампиры были настоящим символом зла. Их считали нечестивыми созданиями.

Но это трудно было сказать о Релике, Феррет, Герхардте и вампирах в замке.

Иногда Хильда презирала людей за то, что они беспричинно ненавидят вампиров. Это сводило её с ума.

Обычно ненависть к людям была самым обычным делом для подростков - чувством, которое исчезало вместе с возрастом. Но в случае Хильды всё было слегка иначе.

Она ненавидела людей лишь потому, что её родители ненавидели Релика и Феррет.

Плюс, тот факт, что её родители продолжили обучать близнецов, несмотря на свои личные чувства. Михаэль и Релик считали, что они слишком боялись вампиров, чтобы уйти, но Хильда знала правду.

Деньги. Вот и всё.

Оплата за обычное репетиторство была просто немыслимой.

Несмотря на свой страх перед вампирами, они не могли позволить себе отказаться.

Когда Хильда случайно услышала, как её родители обсуждали это, она была поражена. Её семья - люди, которых она обязана любить, которым обязана доверять - не только ненавидели вампиров, но и работали на них лишь ради денег. Это вызвало настоящее отвращение.

Однако она не могла заставить себя возненавидеть их. Ведь далее она услышала, насколько они хотели защитить их с Михаэлем. Она видела, как они любят её.

И впоследствии у неё появилась жуткая вина перед Реликом и Феррет. Сама Хильда была здесь ни при чём, да и никогда не считала себя представителем человечества. И всё благодаря простому факту, что её родителям не нравился её возлюбленный, потому что он был вампиром. Их подсознательная ненависть посеяла чувство вины в сердце Хильды.

И в итоге она превратилась в чувство вины перед Реликом.

Хильде не нравились люди.

Но она надеялась, что Релик не пойдет по её стопам.

Она знала, что это эгоистично, но поделать было нечего.

Несмотря на свои искаженные чувства, Хильда любила Релика. Даже в водовороте эмоций.

И поэтому продолжала бежать.

Она карабкалась по горной тропе, игнорируя боль в своих мышцах.

Она должна была спаси Ватсон. Она должна была найти помощь. Но её решительность начала сдаваться под тяжестью смятения, усталости и страха.

'Релик.'

Всё, о чём она могла подумать, это о своем возлюбленном.

Когда они начали встречаться? Кто первым признался? Такие мелкие детали уже давно остались в забвении.

'Я хочу увидеть его. Хоть разок.'

Найдя новые силы в этом желании, она устремилась в тьму ночи...

Но реальность оказалась неподвластна желаниям.

- ...Пошли к машине.

Съемочная группа с легкостью поймала Хильду. Но вместо того, чтобы вернуться к улицам, она потащили её по горному склону.

Однако они не отправились по горной тропе, ведущей в замок. Они направились к парковке, которую использовали туристы, прибывшие на остров вместе со своим транспортом.

На данный момент замок был закрыт для посещений, и парковку освещала лишь небольшая уличный фонарь. В её уголке примостился фургон с логотипом сети ZZZ. Это был весьма крупный автомобиль, а для Хильды он показался её гробом.

- ...! Нет! Пустите!

Она попыталась вырваться, но не могла пересилить несколько людей.

'...Только не снова.'

В своих муках Хильда вспомнила, сколько уже раз становилась помехой Релику.

Её подчиняли, брали в заложники. Каждый раз Релик спасал её. И вместо того, чтобы разозлиться на неё, он с облегчением улыбался.

Она, человек, влюбилась в Релика. Но, будучи человеком, она была бессильна. Хильда ненавидела себя за свою слабость.

Разве она не смогла бы сделать что-нибудь?

Может, стоило взять несколько уроков самообороны в додзё Трауготта?

Может, стоило выслушать пару советов ведьмы, которая увидела в ней потенциал?

Или всё же стоило попросить Релика обернуть её, даже если придется заставить его...

Тут Хильда в ужасе прервала свои мысли.

'Нет. Это решать Релику.'

Она продолжала сопротивляться, но её седце было на удивление спокойно.

Возможно, виной тому было отчаяние. Но направлено оно было не на людей, а неё саму.

'Может, виной всему стала моя ненависть к людям?'

Её толкнули в фургон и связали шнурами.

'Может... Может, я решила быть с Реликом только затем, чтобы разозлить своих родителей.'

Кто-то сдавил её шею, и она медленно начала погружаться во тьму.

В глазах подчиненных людей не было ни капли жажды крови - они лишь хотели лишить её сознания. Но Хильда видела лишь смерть в своём ближайшем будущем.

Она не хотела умереть. И эта мысль целиком и полностью заполнила её голову.

Однако где-то глубоко в её сердце оставалась непоколебимая уверенность.

'Наплевать. Что бы не случилось, я буду любить Релика.'

И в тот момент, когда её мысли наполнились этой уверенностью, тьма наконец-то настигла её.

Глядя на эту тьму, Хильда подумала:

'Сегодня такие красивые звезды.'

Перед смертью ей лишь хотелось взглянуть на небо, как обычно они делали это с Реликом.

И когда боль начала стихать, она кое-что осознала...

'...Звезды?'

Стоило ей вспомнить, что её толкнули в машину, боль в шее исчезла, и кровь наконец-то прилила к голове. Когда в её жилах снова потекла эта жидкость, Хильда тут же очнулась.

И перед её глазами...

Была крыша фургона, которая обернулась стаей летучих мышей и рассеялась в ночи.

Более того, тела - и даже одежда - членов сьемочной группы обернулись туманом и исчезли. то же произошло и со шнурами, сковывающими Хильду.

Не успела она осознать, как весь грузовик превратился в одну огромную стаю. Хильда почувствовала, как её осторожно начали опускать, пока она не оказалась на асфальте.

Летучие мыши воскружили над ней, словно торнадо, а затем приземлились на ближайшей парковке.

Прикоснувшись к земле, черная стая собралась воедино и обернулась тем же самым фургоном. В то же время, съемочная группа и репортер вернулись в свою прежнюю форму и оказались без сознания возле фургона.

Но хильде было всё равно.

Её глаза не отрывались от вампира, о котором она думала до самого конца - Релика фон Вальдштайна.

- Ты в порядке, Хильда? Прости, я... Я должен был заметить раньше.

Релик начал извиняться, и Хильда почувствовала, как заслезились её глаза.

- Релик...!

Она бросилась в его объятия и уткнулась ему в грудь, раз за разом извиняясь.

- Прости. Спасибо. Прости меня, Релик. Прости. Я...

- Т-ты-то чего извиняешься, Хильда?! - удивленно спросил Релик, но Хильда не остановилась.

- Я... Я снова стала помехой. Прости меня...

Услышав это, Релик тут же осознал, что она имеет в виду. Он улыбнулся и прикоснулся к её щеке, вытерев слезы.

- Ну же, не глупи. Какая ты помеха?

- Но...

- Как это вообще возможно, Хильда? Ты всегда была моей финишной прямой.

В этот момент Релик кое-что осознал.

'Кажется, я понял.

Хильда - моя надежда.

Пока она рядом, я никогда не возненавижу человечество... или мир.'

В то же время, он наконец-то нашел ответ на вопрос мэра.

'Она мне дорога. Я дорожу Хильдой.'

Возможно, пока она была рядом, он так и не познает истинного гнева. Пока она с ним, ни боль, ни павшие друзья не смогут лишить его надежды.

'Если подумать, какой же я эгоист. Наверняка Пири с нахлебниками тут же на меня набросились за такие слова. А Ватт бы мне врезал.'

Но сейчас, обнимая Хильду, ему было всё равно.

Ради неё он готов был перевернуть горы. И захлебнувшись странным сочетанием любви и желания, Релик осознал, что тянется к её шее.

Но Хильда внезапно охнула и прошептала, вытерая слезы:

- Я забыла... Ватсон всё еще...

- Ватсон?

- Это оборотень, который меня спас! На неё напал вампир на улице с кучей баров у подножия горы... Это он подчинил тех людей! Ватсон пыталась помочь мне сбежать, и...

Хильда явно была в шоке, но Релик понял, что она пыталась этим сказать и осмотрелся.

- Где мы...? Что это...

- А? Что мы тут делаем?

Съемочная группа пришла в себя, но всё еще была сбитой с толку.

Должно быть, Релик повторил с ними то же самое, что помогло ранее против подчинения Зигмунд. Хильда с облегчением вздохнула, увидев, что Релик никого не ранил. Затем выслушала его инструкции.

- Я помогу Ватсон, а ты отведи их в замок. Остальные скоро будут там.

- Я...

Хильда хотела сказать "я пойду с тобой", но тут же вспомнила, насколько была беспомощна и замолчала.

- Не волнуйся. Я скоро вернусь. Не пострадаю.

С утешительной улыбкой он обернулся стаей летучих мышей и взетел ввысь.

- Что?!
- Л-летучие мыши!
- Вампир!

Съемочная группа выкрикнула ему вслед, но Релик не обратил на них внимания. Камеры у них не было, так что он не боялся, что окажется на пленке. Люди вполне могли списать всё на коллективную галлюцинацию. Сейчас его больше беспокоил оборотень, который спас Хильду.

'Хотя... Они могут забросать Хильду вопросами... Нужно будет извиниться перед ней.'

Он бросил на неё взгляд. Увидев, что она всё еще провожает его взглядом, его наполнило спокойствие.

Или он просто наслаждался возможностью почувствовать себя живым.

'Так. Когда в следующий раз увижу Ватта, смогу ответить с высото поднятой головой.

Больше всего я дорожу одним человеком...

...и миром, в котором она живет.'

†

Стоя в тени деревьев, Миральд усмехнулся, заглянув в мысли Релика.

- Ах, любовь. Вполне стоило ожидать от сына мистера Герхардта.

Засмеявшись в сущем восторге, рассказчик продолжил бубнить себе под нос.

- Если он и вправду так ей дорожит, стоит просто обернуть её и запереть в каком-то сейфе. Ну, у каждого свои заскоки. Как-то он слишком человечен для вампира.

- К тому же... Откуда такая чрезмерная вера в людей?

†

Офис мэра.

Приземлившись на крышу мэрии, мэр принял человеческую форму и тут же поспешил в свой офис.

С тревогоц открыв дверь, он оказался лицом к лицу с уже знакомым вампиром, но на этот раз при свете люстры.

- Ах, господин мэр! Я вас ждал. И даже проследил за светом, чтобы ваши жители вааааааааа!

- Я. Сказал. Выметайся.

На этот раз в голосе Ватта можно было уловить не только тревогу, но и жажду убийства. Он схватил детектива за шею и снова пополок его к окну.

Но на этот раз Доррики оказал сопростивление. Он обернул верхнуюю часть своего тела в летучих мышей и избежал хватки Ватта.

- Засранец... - прорычал Ватт, приготовившись юросить на него все свои силы. Но слова Доррики заставили его замереть.

- Стойте! Неужели вы хотите, чтобы появилась четвертая жертва?

- ...Что?

- Мне еще не известна личность преступника, но я серьезно сузил список подозреваемых! Полиция беспомощна, господин мэр. В этом деле замешан один из Кланов!

†

Десять минут спустя, где-то на острове.

<...Наконец-то явились.>

Стоило Релику найти сотканный из летучих мышей куб, до него донесся голос.

Должно быть, Ватсон с вампиром довольно сильно отошли от того места, которое описала Хильда. Он нашел их далеко не сразу.

Они оказались в лесу на склоне горы, вдали от человеческих глаз.

Внутри куба, подобный которому Релик видел в саду, звучали явные звуки битвы.

<Боюсь, это низшее существо доставило мне немало проблем.>

С этими словами Памела развеяла свою трансформацию, в мгновение разбив куб.

Внутри оказался оборотень с покусанными руками и ногами. Его удивленные глаза не отрывались от Релика.

- О, эм... Ты Ватсон, да? Хильда попросила помочь тебе.

Судя по его внешности, этот оборотень был совсем молод - моложе Релика. Но по одной одежде было сложно определить пол, а Релик не знал оборотней настолько, чтобы определить их пол после трансформации.

В то же время, оборотень отреагировал на имя Хильды. Она вернулась в человеческую форму и безучастно кивнула.

Услышав его слова, ослепленная Памела хихикнула:

- Итак, что же привело нашего авантюрного лорда Вальштайна к этой скромной деве?

- Ну... У меня несколько причин. Во-первых, извинись перед теми, на кого ты напала, и, более того, извинись за то, что вмешала во всё это Хильду.

- "Хильду"? А, человеческую девушку. Так она всё-таки вам дорога. Она показалась мне неплохой заложницей, но мои люди явно оплошались.

Памела говорила так, словно и не ожилала, что её план сработает.

- Кто она для вас? Зверушка? Или талантливая служанка? Может, одна из игрушек? Однажды в клане Санфолд было популярно привязываться к людям, а затем в нужный момент предавать их и погружать в пучины отчаяния.

Релик остался невозмутим к провокации Памелы. Он лишь спокойно выразил свои намерения.

- Заранее прошу прощения, мисс Памела. Позвольте предупредить.

- ?

Девушка с любопытством наклонила голову в сторону, а Релик продолжил испепелять её взглядом.

Затем он обернул окружающие его деревья в гигантских волков и твердо закончил:

- На этот раз... Я не стану себя сдерживать.

†

Истинных сил Релика хватило, чтобы напугать Памелу.

Несколько самых обычных деревьев превратились в пятиметровых волков, которые тут же одновременно на неё набросились.

От них впролне можно было увернуться, если бы она обернулась стаей летучих мышей, но релик не собирался останавливаться.

Один из волков погрузил свою морду в землю, копнув её, бросил её куски в сторону Памелы.

Её показалось, словно её облили грязью. Однако больно ей от этого не стало.

Когда она задумалась, что задумал Релик, кусочки земли обернулись летучими мышами и одна за другой бросились на неё со всех сторон.

- Ург...

Памела могла превратиться в стаю летучих мышей, но не была способна развеяться туманом, не говоря уж о том, чтобы превратиться в волка. Атака Релика больше ранила её гордость, чем тело.

'Дурацкое всемогущество!'

Существо перед ней хвасталось своими непревзойденными талантами.

Отказывась сдаваться, Памела отправила своих мышей к земле, пытаясь достать его неожиданной атакой. Но её остановила другая стая, которая вынырнула из самой земли.

У неё не было времени на то, чтобы создать куб, не было времени придумать стратегию.

Даже попытка отвлечь его, напав на серебрянного оборотня, не принесла бы плодов. Оборотень вполне мог постоять за себя - Памела сама удостоверилась в этом, с унизительным трудом сражаясь с ним ранее.

В то же время, в мыслях Релика тоже витали вопросы. Но в то же время, он атаковал без каких-либо сомнений.

'Почему она напала на Хильду?

Более того, почему она вообще прибыла на Гроверч?'

Памела защищалась изо всех сил, но даже не пыталась спастись бегством. Пускай она и сбежала ранее от Шизуне, при обычных обстоятельствах Памела явно не могла себе это позволить.

'Сомневаюсь, что мне удастся повторить за Шизуне.'

Вампиры относились к каннибализму так же, как и люди. Он знал, насколько ужасными были действия Пожирателей, подобных Шизуне и Руди, и потому не мог позволить себе опуститься до этих практик.

'Могут ли вампиры подчинить себе других вампиров, выпив их крови?'

Несмотря на его мысли, атаки продолжали достигать своей цели.

Он ждал, когда его противница ослабнет и окажется в ловушке в пасти гиганского волка.

Но как только в его голове сформаровался план...

На поясе Памелы зазвонил телефон.

Услышав звук, который замолк через пару секунд после того, как прозвучал, Памела сжала зубы и повернулась к Релику. Она прекратила атаковать его, целиком и полностью сосредоточившись на защите.

- ?

- Боюсь, сегодня вы легко отделаетесь.

Релик наклонил голову в сорону, озадачившись её высокомерностью. Но не успел он ответить, как Памела прикоснулась к своей повязке.

- Я признаю, что вы не просто низкие существа... Вы враги, которых мы обязаны уничтожить, используя каждую крупицу своей силы. В качестве доказательства, я позволю вам запечатлеться в моих глазах.

Затем девушка осторожно сняла с глаз повязку, подняла взгляд на Релика с Ватсон...

- ...

...И замерла.

- ?

Релик озадачился снова. Возможно, у неё была какая-то сила, связанная с глазами. Он с осторожностью увеличил свою синхронизацию с землей, которая теперь достигала её ног.

Стоит ей хоть пошевелиться, он создаст у неё под ногами пасть и утащит её вниз. Но вместо этого Памела снова вернула повязку на место и откровенно спросила:

- Вы любите ту девушку?

- А?! Эм, я... да.

Этот вопрос поймал Релик врасплох. Тон её голоса серьезно изменился, что было заметно еще сильнее после той речи о служанках и игрушках.

- ...Ясно. Значит, вы уничтожили мои марионетки и спасли её, - сказала Памела. Релик криво усмехнулся и покачал головой.

- Ничего подобного. Я просто освободил их. К этому моменту они уже должны быть в замке.

Памела удивленно приоткрыла рот. А затем горько засмеялась.

- ...Значит, вы даже способны свести на нет подчинение. Какой сюрприз.

Затем её лицо потеряло какое-либо выражение, а голос наполнился вместо презрения сочувствием.

- Бедняга.

- Что?

Релик не сразу понял, что она имеет в виду.

Памела медленно приблизилась к Релику и Ватсон.

- Релик фон Вальдшайн. Я думала, что вы просто вампир, который был осквернен людьми, которому пришлось жить по их идеологии. Но я ошибалась.

Будь она человеком, он бы уже почувствовал её дыхание. Памела остановилась.

- Откуда такая чрезмерная вера в людей?

После этих слов у ног Памели возрос порыв ветра, и в небо взлетела стая летучих мышей.

Релик поспешно создал в земле волчью пасть, но та не сумела вовремя поймать рассеявшуюся стаю.

И под звук трепещущих крыльев, Памела напоследок прошептала:

- ...Они и сами в себя не верят.

Единственное предложение, которое посеяло в его сердце страх.

†

Несколько минут спустя.

Когда Релик вернулся на парковку, его встретили Пири с нахлебниками.

- Эй, где Хильда?

- обратился к ним Релик, чувствуя, что его сердце готово вырваться из груди.

Припаркованный фургон исчез, как и съемочная группа с Хильдой.

- Мы её не видели. Заметили, как ты сюда приземлился и решили тебя догнать.

- Может, мы просто разминулись.

- Но в горы ведет только одна тропинка.

Релик почувствовал, как его душа упала в пятки.

Показалось, словно кровь в его теле разгоняет не только сердце.

Словно задрожала каждая клетка его тела.

'Ничего. Наверняка съемочная группа просто увела её в безопасное место.

Должно быть, Хильда сказала им идти в замок, но они её переубедили.'

Его сердце отказывалось терять надежду. Но Релик не мог остановить дрожь в пальцах.

'Я должен её найти.'

Внезапно кто-то потянул его за рукав.

- А?

Рядом с ним оказалась девочка-оборотень, которая последовала за ним на земле, пока он летел в небе. Она просто указала на место, где ранее был припаркован фургон.

- Запах Хильды. Пропал там.

Сказав, что Хильда села в фургон, Ватсон нюхнула воздух и безучастно продолжила:

- Машин тут не много. Сейчас. Я могу выследить по запаху. По запаху машины.

†

Чуть меньше двадцати минут тому назад.
На парковке.

- Ты же видела, да? Тот парнишка превратился в стаю летучих мышей!

Когда репортерша восторженно подошла к Хильда, та неловко отвела взгляд.

Они больше не подчинены, но почти ничего не изменилось.

'Ох, Релик.'

Несмотря на мысленные жалобы, Хильда была рада, что вообще жива и способна думать.

Она понятия не имела, что сейчас происходит на острове.

Но теперь, когда Релик её спас, бояться было нечего.

Именно спокойствие и позволяло ей жаловаться.

Взглянув на пять озадаченных сленов съемочной группы, Хильда облегченно вздохнула.

'Слава богу, что они не поймали его на пл...'

Внезапно её мысли замерли.

Она почувствовала серьезное неоответствие в своих мыслях.

'Камера...'

Она вспомнила людей, которые пришли в себя у фургона, после того, как Релик освободил их.

'По-моему... Я не видела камеру...'

И до неё дошло нечто еще более очевидное.

Рядом с ней стояло пять членов сети ZZZ.

Но разве их не было четверо?

'Не может быть!

Оператор... Он всё еще подчинен!'

Мгновенно насторожившись, Хильда повернулась к оператору.

Возможно, следует для начала объяснить всё остальным людям, чтобы они его связали? Но с чего ей начать?

Она изо всех сил пыталась что-то придумать, продолжая смотреть на оператора.

- Что-то не так с моей камерой?

Мужчина озадаченно склонил голову набок. Возможно, Хильде просто показалось.

Но...

Секунду спустя он с приглушенным криком упал на землю.

За ним последовали и остальные члены съемочной группы, тела которых сформировали небольшую кучку.

- Что...

Удивленно обернувшись, она почувствовала, как что-то её укололо.

Если бы не серьезное удивление, ей наверняка было бы очень больно.

Она почувствовала, как в тело впрыснули какую-то жидкость.

И когда она осознала, что причиной тому был шприц, а не клыки вампира, Хильда поняла, что так и не оказалась вне опасности.

Её сознание провалилось во тьму еще быстрее, чем при удушении.

'Релик...'

Она снова мысленно обратилась к своему возлюбленному.

Но на этот раз он не пришел.

Однажды в голову Хильде пришла одна мысль: она хотела, чтобы лицо Релика было последним, что она увидит перед смертью.

Но судьба не была достаточно добра, чтобы предоставить ей такой конец.

И перед её глазами оказалось два лица.

Первым было её собственное отражение в линзах камеры.

Вторым было отражение серийного убийцы, на лице которого красовалась сумасшедшая улыбка.

И это стало последним, что увидела человеческая девушка по имени Хильда.

†

Настоящее время, офис мэра.

- Этого достаточно, чтобы вас убедить?

- ...

Ватт со вздохом взглянул на предоставленные Доррики документы.

Он промолчал, а Доррики покрутил в руках свою трубку и продолжил:

- Член одного из Кланов определенно замешан в этом деле. Но этот вампир... Лишь сообщник. Тот, кто помог спрятать тела. Конечно, это не значит, что преступник знал о нём.

- Вообще-то, звучит весьма правдоподобно, если документы не лгут.

- Полиция бы додумалась до этого рано или поздно, но из-за того, что сообщник - вампир, это займет немало времени. Убийца уже мог найти следующую жертву.

- Дерьмо. Я и сам это понимаю.

Доррики проигнорировал Ватта и продолжил:

- Что бы вы ни сказали, я исполню долг детектива и сделаю всё, чтобы предотвратить следующее убийство. Единственная причина, по которой я пришел к вампиру, который правит человеческим населением этого острова - к вам - это потому, что мы оба являемся частью Организации.

С этими словами Доррики взял трубку в рот и направился к окну.

- Стой, - бросил ему в спину Ватт.

- Я возьму на себя северную часть острова. Ты бери южную. По пути передам всё это народу в замке.

- Надо же. Я слышал, что вы в довольно натянутых отношениях с замком Вальдштайн. Но, естественно, не стану жаловаться на предложенную помощь, - нахмурившись, сказал Доррики. Ватт улыбнулся.

- Я не собираюсь оставаться у них на чай.

- Но почему бы не воспользоваться ими ради блага своего города?

†

Двадцать минут спустя. В заброшенной церкви на западе Гроверча.

Ватсон выследила фурон до небольшой разрушенной церкви в западной части острова.

Машина была припаркована неподалеку в лесу. Согласно Ватсон, запах Хильды вел внутрь церкви.

Здание было заброшено после того, как пожар испепелил его убранство, и на юге острова была построина новая часовня.

Каменное здание было непритязательным и практическим погребенным в листве, но окружающая его дурная атмосфера тежело ложилась на плечи Релика, которому никогда не вредили распятия.

Естественно, причиной тому была не только церковь.

В его венах бушевал непередаваемый страх.

А под дыхом созрело безымянное сожаление, словно он сделал что-то необратимое.

И последним выстрелом в голову, заполненную мрачными опасениями...

- ...Чую кровь.

Стали слова Ватсон, которая остановилась перед входом в церковь.

Не успел Релик осознать, как уже побежал вперед.

Он схватил ручку металлической двери и изо всех сил потянул её на себя.

Перед ним оказались обуглившиеся стены церкви, составившие странную гармонию с лунным светом.

И посреди всего этого...

Бледная девушка, прислонившаяся к полусгоревшему алтарю.

А под её телом всплеск темного и сочного...

Красного цвета.

Релик не мог поверить своим глазам.

'Почему Хильда заснула здесь?

Вдруг она простудится?'

Разум Релика изо всех сил пытался отвергнуть правду, отчаянно пытаясь сохранить ясность мыслей. Но алая лужа ослепляла своим блеском, не позволяя ему сосредоточиться.

- Хиль... да...?

Он медленно к ней приблизился. Он осторожно прикоснулся к её плечу.

Её голова и руки безвольно повисли, словно у марионетки, которой обрезали нить.

- Очнись, Хильда. Это не смешно.

Одного взгляда хватило, чтобы он осознал, что она не спит.

Люди не могли не дышать, не говоря уж о ране в её груди.

Люди не могли выжить без сердца.

Релик прекрасно это знал.

Но он всё еще отрицал правду.

- ...

В молчании прошло несколько секунд.

Тишина была настолько холодной, настолько ледяной, что могла заморозить сам воздух.

Вскоре за ним в церковь последовала и Ватсон...

И Релик сам разрушил тишину, которую создал.

Он резко обнял Хильду и глубоко вонзил свои клики в её бледную шею.

Он не пытался сдержать себя, следую своим инстинктам и пытаясь обернуть её в вампира. Но Хильда даже не дергнулась. А во рту Релика была лишь холодная кровь со вкусом железа, лишенная человеческой жизни.

- А...

Релик не сразу понял, откуда донесся этот звук.

Это был беззвучных крик. Когда он осознал, что тот донесся из его горла, Релик закрыл рот ладонью, пытаясь его остановить.

- Аа... ааа, аааа...

Но легким нужно было выпустить воздух, и его голос утонул в эмоциях, которые он изо всех сил пытался сдержать.

- ____________________________________________

Неописуемый крик заполнил церковь печалью, и несколько уцелевших при пожаре окон разбились вдребезги от невидимой силы.

И когда этот крик наконец-то затих...

Нечто весьма простое произошло с Реликом фон Вальдштайном.

Он возненавидел мир.

-----

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/60000/281704

Переводчики: Roxxy