Готовый перевод M. L. N. Hanover Unclean Spirits (The Black Sun's Daughter #1) (Daniel Abraham) / М Л Н Хановер - Нечистые духи (Дочь черного солнца 1) (Даниел Абрахам): Один

Я прилетела в Денвер второго августа, за три дня до моего двадцатьтретего дня рождения. У меня была сумка с тремя сменами одежды, кожанный рюкзак, который я использовала как кошелек, куртка моего последнего парня, которую ему не хватило мужества забрать из моей квартиры (она все еще пахла им), трехлетний ноутбук завернутый в одеяло и номер телефона адвоката моего дяди Эрика. Пространство вокруг багажной карусели было густо заполнено обнимающимися семьями и друзьями, рассказыващими друг другу о том как это было долго, или о том как они выросли или уменьшились или что нибудь еще. Широкие металлические лезвия не проложили мне путь через толпу, так что я просто пробиралась в сторону выхода, стараясь не встретиться не с кем глазами.

Через некоторое время я нашла его в задней части толпы, его голова поворачивалась из стороны в сторону, ища меня. Он держал в руке плакатик с моим именем написанным от руки - "ДЖАЙН ХЕЛЛЕР". Он был моложе чем я ожидала, лет тридцати, и симпатичнее. Я продолжила свой путь через толпу счастливых людей, мысленно поаплодировав вкусу дяди Эрика.

"Обри это вы?" спросила я.

"Джайн" сказал он, произнеся его как "Джейн". На самом деле надо было говорить "джа", но я давно отказалась от этой борьбы. "Отлично. Великолепно. Я очень рад встретить вас. Помочь вам с вашими багажом?".

"Довольно сильно сказано для одной моей сумки ." сказала я. "Хотя, спасибо".

Он удивленно посмотрел на меня, затем пожал плечам.

"Хорошо. Я запарковался на первом уровне. Позвольте мне помочь вам хотя бы с этой сумкой."

Я отдала ему три комплекта моей одежды и последовала за ним.

"Вы собираетесь остановиться в квартире Эрика?" спросил Обри через плечо."У меня есть ключи. Адвокат сказал что было бы неплохо отдать их вам."

"Ключи от королевства", сказала я,и затем."Хорошо. Тогда я смогу сэкономить немного денег на гостинице. Не имеет смысла не делать этого, правда?"

"Правда." Сказал Обри с улыбкой, которая хотела казаться успокаивающей, но не была ею.

Я не могла винить парня за то что он нервничает. Бог знает что рассказал ему Эрик о семье. Одна только фраза - "Мой брат и моя невестка не разговаривают со мной" была достаточно, чтобы заставить парня понервничать. А еще больше мое детство - полное гей-ненависти, знай свое место эпизод с Джери Спрингером, ощущению властного хозяина в доме. Назвать дядю Эрика - черной овцой в нашей семье, было то же самое, что сказать что поверхность солнца - тепленькая. Или сказать, что я являлась крошечным разочарованием для них.

Обри вел минивэн, что было довольно мило. После того, как он закинул мою одинокую маленькую сумку назад, мы расселись и отчалили. Счастливая толпа семей и друзей осталась позади нас. Я прислонилась к окну и смотрела в чистое ночное небо. Луна была на полпути до полной. Звезд было не очень много.

"Так," сказал Обри. "Я прошу прощения. Вы были близки?"

"Да," сказала я. "Или .. может быть. Я не знаю. Не так близки, что бы он звонил мне и рассказывал как прошел его день. Иногда он проверял меня, что бы удостовериться что не произошло ничего страшного. Иногда он просто появлялся, что бы отобедать вместе, или поесть мороженного или еще чего-нибудь такого же. Мы всегда должны были быть осторожны, что бы не привлекать внимание моего отца. Поэтому, я думаю, мы виделись бы чаще, если бы он мог."

Обри прибавил газу, когда вывел минивэн на хайвэй.

"Он защитил меня." Сказала я достаточно тихо, не думая что Обри услышит, но он услышал.

"От чего?"

"От меня" - сказала я.

Вот история. В середине старших классов я провела почти шесть месяцев тусуясь с плохими парнями. На мой шестнадцатый день рождения, я очень очень сильно напилась и очнулась через два дня в гостиничном номере с татуировкой на пол спины и в чужой одежде. Эрик был там со мной. Он сказал моему отцу что у меня грипп, и научил меня, как сохранить мою тату незамеченной.

Я осознала, что сижу молча. Обри смотрел на меня.

"Эрик всегда появлялся, когда что-то готово было выйти из под контроля." - сказала я. "Ввод охлаждающих стержней."

"Да" сказал Обри - "это похоже на него."

Обри улыбнулся глядя на шоссе. Похоже он не думал об этом, так что улыбка выглядела настоящей. Я могла понять, почему Эрик был с ним. Короткие, вьющиеся волосы цвета меда. Широкие плечи. То, что моя мать назвала бы добрым ртом. Я надеялась что он сделал Эрика счастливым.

"Я просто хочу чтобы вы знали" - сказала я, "это нормально для меня, что он был геем."

Обри удивился.

"Он был геем?"

"Оп.." сказала я "А он не был ?"

"Он никогда не говорил мне."

"Ох," сказала я, мысленно перебирая воспоминания. "Может он и не был. Я предположила...то есть, я просто подумала, поскольку мой отец так говорил о нем, знаете, мой отец человек старой школы. Где школа означает заветы предков. Он никогда не придерживался этих убеждений - возлюби ближнего как самого себя."

"Я знаю такой тип," сказал он. Его улыбка была обращена ко мне теперь, и она казалось подлинной.

"Это было после большой ссоры три года назад." сказала я. "Дядя Эрик позвонил домой, чего почти никогда не делал. Отец ушел около обеда и вернулся выглядя глубоко разозленным. После этого.. были непонятные вещи. Я просто предположила..."

Я не рассказала Обри, как отец собрал нас всех в гостиной - меня, маму, моего старшего брата Джея и младшего Кертиса - и сказал что бы мы никогда больше не имели дел с дядей Эриком. Ни один из нас. Никогда.Что он извращенец и мерзость перед Богом.

Мама побелела как белый лист. Мальчики просто кивнули и сидели как на похоронах. Я хотела встать перед ним и сказать, что дядя Эрик это наша семья, что отец в корне неправ и лицемерен. Но я не сделал этого. Это был не тот бой, который я могла выиграть.

Но Обри знал его достаточно хорошо, чтобы иметь набор запасных ключей, и он не думал что Эрик был геем. Может быть отец имел в виду что-то другое. Я пыталась вспомнить, что же заставило меня думать так, но в голову не приходило ничего подходящего.

Обри свернул с шоссе и ехал через лабиринт извилистых улочек. Одноэтажные бунгало с акуратно выглядевшими дворами теснились друг напротив друга. Больше половины панорамных окон было с незакрытыми шторами, это было как ехать через диораму в музее Американской Семьи. Некоторые со старыми парами сидящими под хрустальными люстрами. Другие с двумя головами на диване и настенным плакатом с Брюсом Уиллисом, выглядевшим обеспокоенно и героически. Еще двое подростков близнецов гонялись друг за другом. А потом мы сделали резкий поворот и въехали в гараж рядом с кирпичным домом. Такой же газон, такая же архитектура. Ни в одном из окон не горел свет.

"Спасибо", сказала я, поворачиваясь, чтобы взять мою сумку.

"Хочешь ли ты.. я имею в виду, я могу показать тебе немного вокруг. Если ты хочешь."

"Мне кажется, я просто собираюсь принять душ и заказать пиццу, или что нибудь подобное" сказала я. "Распаковка. Ну вы понимает."

"Хорошо", сказал он, роясь в своем кармане. Он достал из него кожаный брелок с двумя ключами и протянул его мне. Я взяла его. Кожа была мягкая и теплая. "Если вам что-нибудь понадобиться, у вас есть мой номер?."

"Да." сказала я. "Спасибо за доставку."

"Если есть что-нибудь, что я могу сделать.."

Я со щелчком открыла дверь. Зажегся свет в плафоне.

"Я дам вам знать." сказала я. "Обещаю."

"Ваш дядя," сказал Обри. "Ваш дядя был очень необычный человек."

"Я знаю" - сказала я.

Казалось он хочет сказать что-то еще, но вместо этого он просто заставил меня еще раз пообещать ему, что бы я звонила , если будет нужна какая-либо помощь.

В почтовом ящике было не так много почты - объявления и счета за воду. Я сунула их под мышку, пока сражалась с замком. Наконец я смогла открыть дверь и шагнула внутрь, моя сумка мягко толкнула меня сзади.

Тусклая прихожая. Темнеющая гостиная прямо передо мной. Кухонная дверь слева, приоткрыта. Справа холл ведущий в спальню, ванную и туалеты.

"Хай " сказала я ничему и никому. "Я дома."

Я НИКОГДА так бы не сказала, но мой дядя был убит в очень подходящее время. Я ненавидела себя за то, что посмела даже подумать об этом, но это была правда. Если бы не вызов от его адвоката, и если бы я не смогла приехать сюда, мне пришлось бы перебиваться ночлегами у случайных знакомых из колледжа. Дома сейчас мне не были бы рады. Я не зарегистрировалась на следующий семестр в Университете Аризоны, что технически означало, что я бросила учиться там.

У меня не было работы и жениха. У меня был гараж в Фениксе и сумка, и недостаточно денег, чтобы оплатить его аренду больше чем на следующий месяц. Однако с такой удачей как сейчас, я смогла бы остаться здесь в его доме, пока решаются вопросы с наследством дяди Эрика. В его завещании даже могло оказаться достаточно денег, для того чтобы я могла жить в его доме. Он появился в последний раз, чтобы вытащить меня из огня. Эта мысль заставляла меня грустить, но то же время быть благодарной и немного стыдной.

Они нашли его в переулке в северной части города. Его адвокат сказал мне, что было открыто расследование. По всей видимости его видели в баре с кем-то разговаривающим. Или это просто был грабеж, вышедший из под контроля. То или другое, его друг Обри смог опознать тело. Эрик оставил инструкции в своем завещании о похоронах, заранее позаботившись об этом. Он всегда был очень аккуратным. Все держал в порядке.

В доме было также аккуратно. Вещей было не слишком много и это давало простор. Кровать была аккуратно заправлена. Рубашки, пиджаки, брюки - все висели в шкафу спальни, некоторые еще в пакетах из химчистки. В ванной висели полотенца, безопасная бритва лежала на раковине, с небольшими остатками волос и мыла на лезвии.

Я нашла шкаф с предметами домашнего обихода, даже с запасной зубной щеткой. Еда в холодильнике почти вся испортилась, но я добыла банку говяжьего супа, который я бухнула в простую черную пиалу, и съела, собрав последние остатки с помощью хлеба, который был не слишком черствым. Телевизор стоял в гостиной, и , я пробежалась по каналам - показывал яркое, сверкающее дерьмо. Я не чувствовала себя вправе с ногами забраться на диван.

Потом я включила ноутбук и нашла вай-фай сеть. Я угадала ключ подключения с третей попытки. Это было номер городского телефона. Я проверила почту и не нашла никаких сообщений для меня. Тогда я открыла программу обмена сообщений. Несколько человек было в сети, включая моего бывшего приятеля. Самое плохое что я могла бы сделать - это начать разговор с ним. Это снова напомнило бы мне о моем одиночестве. Я напечатала.

ДЖАЙНХЕЛЛЕР: Привет. Ты там?

Через несколько секунд его значок мигнул - показывая что он набирает ответ.

КЭРИОНАНДОН: Я не здесь. Собираюсь отключиться.

ДЖАЙНХЕЛЛЕР: ОК. У тебя будет время, что бы мы могли поговорить ?

КЭРИОНАНДОН: Может быть. Не сейчас.

Его имя исчезло из списка людей на связи. Я немного поиграла в бесплатную игру со подбором слов, мысленно ведя с ним разговоры, в которых последнее слово всегда оставалось за мной, потом пошла спать, чувствуя неприятное чувство в своем животе.

Я позвонила адвокату утром, и около полудня она была у двери. Около пятидесяти, серый костюм, цветочные духи с землистыми тонами, и яркой улыбкой, как свеженаточенный топор. Я откинула волосы назад, когда она вошла, и пожалела что не одела что-то более формальное, чем синие джинсы и розовую футболку от Мартина.

"Джайн", сказала она, как если бы мы были старыми знакомыми. Мое имя она сказала как "Джейн". Я не стала поправлять ее. "Это может быть тяжело для вас. Я так сожалею о вашей потере."

"Спасибо." Сказала я. "Может быть пройдем на кухню? Думаю немного чая я могу сделать."

"Это было бы прекрасно," сказала она.

Я зажгла огонь под чайником и порылась на полках. Там не было чая, но я нашла свежую мяту и один из металлических шаров для заварки, так что я заварила ее. Адвокат сидела за кухонным столом, ее портфель был открыт, маленькие стопки бумаги выглядывали из него как солдаты на параде. Я принесла две одноцветные черные кружки, осторожно, что бы не пролить.

"Спасибо, дорогая" сказала она, беря горячую кружку из моих рук. "Как вы добрались? Все было в порядке? Может вам что-нибудь нужно?"

"Все хорошо", сказала я садясь.

"Хорошо, тогда вернемся к делам. Здесь у меня есть копия завещания. Вы захотите держать его у себя. Здесь, я сожалею, будет много бумажной работы. Некоторые иностранные правила довольно сложные, но не волнуйтесь, мы все сделаем".

"Хорошо," сказала я, задавшись вопросом о чем это она говорила.

Здесь перечень наиболее сложных передач. Хорошая новость, что Эрик распорядился про наиболее ликвидные активы, как продажа в случае смерти, и ситуация с налогами довольно простая, нам не надо будет утверждать завещание. С остальной частью имущества ситуация более сложная. Я также принесла ключи от другой собственности в Денвере. У меня есть копия свидетельства о смерти, так что вам нужно будет только сходить в банк и заполнить карточку подписей, прежде чем вы сможете сделать что-то с фондами. Этого достаточно, чтобы увидеться через один или два дня?

Она дала мне в руки заполненный лист бумаги. Я пробежала пальцем по списку. Адреса в Лондоне, Париже, Бомбее, Афинах..

"Прошу прощения", сказала я. "Я не хочу быть занозой в заднице, но я не понимаю. Что это значит?"

"Это список самых трудных передач имущества." сказала она отчетливо выговаривая слова, что бы я лучше поняла. " Некоторые иностранные законы требуют большего количества документов."

"Это все дяди Эрика?" спросила я." У него есть дом в Лондоне?".

"У него есть собственность по всему миру дорогая. Вы не знали?"

"Нет" сказала я, "Не знала. Что я .., я имею в виду, что я должна сделать с этими вещами ?"

Адвокат отложила ручку. Между ее бровями появилась складка. Я отхлебнула мятного чая и он обжег мне язык.

"Вы и ваш дядя не обсуждали этого?" спросила она.

Я покачала головой. Я почувствовала,как мои глаза удивленно распахнулись. "Я думала он был геем." сказала я. Мне пришло в голову, насколько неподготовленной я была, для заполнения такой кучи документов.

Адвокат откинулась назад в кресле, расмтривая меня как- будто только что увидела, и явно не впечатленная увиденным.

"Ваш дядя был очень богатым человеком." сказала она." Он оставил свои активы исключительно и специально вам. И вы не знаете, что таков был его замысел ?"

"Мы не разговаривали много." ответила я. "Он оставил это мне? Вы уверенны? Я хочу сказать, спасибо конечно, но вы уверенны?"

"Большинство его собственности уже зарегистрированно как совместное владение с вами. И вы уверенны, что он никогда не упоминал об этом?"

"Никогда."

Адвокат вздохнула.

"Мисс Хеллер." сказала она. "Вы очень богатая молодая женщина."

Я моргнула.

"Ум." сказала я."Хорошо. О каких объемах мы вообще говорим здесь?"

Она ответила мне: общая стоимость, ликвидные активы, собственность.

"Хорошо." сказала я, ставя кружку. "Твою мать."

Я ДУМАЮ победители лотереи чувствовали себя так же. Я внимательно слушала что говорила адвокат, но половина слов пролетала мимо. Мир расплывался перед глазами. Мне хотелось смеяться или плакать, или свернуться в клубок и обнять себя. Я не хотела - НЕ ХОТЕЛА - проснуться и узнать что это был всего лишь сон.

Мы проговорили еще два часа. Мы составили список того, что я должна сделать и она одолжила мне шестьсот долларов - на первое время, пока я не смогу добраться до банка и выполнить необходимые формальности, что бы получить доступ к достаточному количеству денег, что бы сделать все, что я захочу. Она оставила мне список активов Эрика в полдюйма толщиной и ключи от другой его собственности в Денвере: двух складов и апартаментов в ,как она сказал мне, модном и подходящем районе.

Я закрыла за ней дверь и опустилась на пол. Холодные плитки пола атриума холодили мои ладони. Эрик Александер Хеллер, мой дядя и защитник - оставил мне больше, чем я мечтала. Деньги, безопасность и множество мест, в которых я могла бы жить, если бы захотела.

Все на самом деле, но причина ?

Я вернулась обратно за кухонный стол и прочитала завещание. Я не очень хорошо разбиралась в юридических терминах, но как я могла разобрать все было так, как сказала адвокат. Все что было его, теперь принадлежало мне. Только мне. Без вопросов. Сейчас, когда я осталась одна, в голове завертелись тысячи вопросов. Почему он оставил все мне ? Почему не сказал мне обо всем этом? Как он заработал все эти деньги?

И в самом начале списка вопросов - что, имея столько денег, сколько составляет бюджет маленькой страны, он делал в дерьмовом баре в грязной части Денвера, и как все эти деньги, которые упали мне в руки, связаны с его убийством.

Я взяла ключи, которые она оставила мне. Одиночный ключ от дома был зацеплен за кольцо, вместе с пластиковой табличкой, на которой был написан адрес на улице Инка. Два ключа от гаража были от двух разных компаний.

Если бы был кто-нибудь, с кем я могла поговорить, я позвонила бы им. Моим родителям, другу, жениху, кому-нибудь. Год назад у меня был бы список длиной с половину моей руки. За год мир сильно изменился. Иногда он сильно меняется всего за один день.

Я прошла обратно в спальню и посмотрела на мою одежду, призрак дискомфорта с адвокатом все еще преследовал меня. И, клянусь Христом, я не собиралась идти в футболке. Я взяла одну из белых рубашек из шкафа, поднесла к лицу и глубоко вздохнула. Она ничем не пахла. Я сняла футболку, нашла простую белую майку в комоде Эрика и надела на себя, вместе с хорошей белой мужской рубашкой на пуговицах. Я надела ее навыпуск над джинсами, и хотя она была немного великовата, я могла засучить рукава и все еще выглядеть более уверено, чем в моей одежде. Более уверенно, чем я себя чувствовала.

Я чувствовала себя немного странно, одетая в рубашку мертвого мужчины. Но она теперь принадлежала мне. Он дал мне ее. Его поддержка в моей жизни кончилась. От этой мысли комок застрял у меня в горле.

"Пойдем, маленький помидор", я взяла кольцо ключей. "Ты и я против всего мира."

Я вызвала такси, вышла на тротуар - потом в машину, и через сорок пять минут стояла на улице Инка, перед таинственными апартаментами.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/60889/288371

Переводчики: Shua