Готовый перевод Claire Merle The Fall / Клэр Мерле Падение: 21. Тенджери

Они добрались до болот только к вечеру. Приближаясь к смотровой башне, Ана отыскала в зарослях палку и крепко сжала ее обеими руками. Коул с удивлением посмотрел на нее, но она заметила, что его собственная рука, удерживающая трость, дрожит.

Дверь восьмиугольного здания стояла открытой. Внутрь башни дневной свет проникал сквозь прорехи в высоких окнах. Не видно было никаких признаков человеческого присутствия и ничего не изменилось, с тех пор как вчера они покинули строение. Ана взглянула на тайник. Так как походная сумка и вся еда все еще лежали на хранении на станции "Ливерпуль стрит", припрятанная снедь, которую они здесь оставили, могла бы помочь им пережить ночь.

Над головой скрипнули половицы. Коул предостерегающе посмотрел на Ану. Несмотря на то, что они шли на встречу с Лайлой, оба были как на иголках.

С верхнего этажа донесся звук шагов. Закачалась лестница. Кто-то спускался вниз. Сквозь открытые пролеты ступеней Ана разглядела одетую в темное фигуру. Плотный черный корсаж. Прямые черные волосы.

- Лайла? - произнес Коул.

- Коул?

Девушка поскакала по лестнице, но, увидев брата, остановилась. На лице радость сменил испуг.

- Это я, - сказал он. - У нас на лице импланты.

Некоторое время Лайла изучала его, затем медленно преодолела последние несколько ступеней. Они встали лицом к лицу. Девушка осталась стоять на первой ступени, чтобы не пришлось смотреть на него снизу вверх. Через секунду Лайла протянула руку и ткнула пальцем в подбородок, затем в выпуклый лоб. Из нее вырвался нервный смешок. Она сместила взгляд на Ану и широко раскрыла глаза.

- На улице я бы просто прошла мимо, не узнав вас, - сказала она.

Коул улыбнулся и притянул ее к себе. Как только она оказалась в привычных объятиях, ее тело расслабилось. Затем Лайла отстранилась от брата и обняла Ану.

- Это была ты? - спросила она. - В "Трех мельницах"?

- Что ты здесь делаешь? - сказал Коул, пресекая ее вопрос. - С кем ты пришла?

- Со мной.

Ана с Коулом повернулись и увидели стоящую в дверном проеме Клеменс, ее светлые глаза блестели. Солнечный луч озарил ее лицо. То же тревожное чувство, которое Ана испытала во время первого знакомства с Клеменс, снова посетило ее.

Коул выглядел удивленным:
- Ты не должна была приводить Лайлу.

- Вряд ли это было так же опасно как то, что вы сделали, - запротестовала сестренка. - Видео из "Трех мельниц" повсюду. Люди сходят с ума. В центре Города прошел небольшой бунт. Похищенную "чистую" девушку отвезли в больницу. Нашли ее родителей. И начали процедуру закрытия комплекса.

У Аны подогнулись колени. Тэмсин в безопасности. Слава богу.

- Ана? - сказал Коул, обняв ее, чтобы успокоить.

- Думаю, нужно немного поесть.

Клеменс передала Ане с Коулом термос с еще теплым домашним бульоном, который принесла с собой. Пока они уничтожали его, Лайла рассказывала об эвакуации из "Просвещения", затем в подробностях описала протекающий дом, в котором они остановились с Симоной, Рафферти и другими, наряду с несколькими установленными рядом в поле палатками, потому что не смогли все поместиться в доме и соседних амбарах.

Похлебав суп, Ана снова почувствовала твердую почву под ногами. Она внимательнее присмотрелась к Клеменс. Коул тоже наблюдал за ней. В конце концов, Клеменс попросила Лайлу сходить на болото и набрать воды, чтобы они смогли приготовить чай.

- Так почему ты все-таки здесь? - спросил Коул, когда они остались втроем.

- Тенджери просит разрешения поговорить с Аной, - сказала она.

Какое-то время Ана не могла сообразить, о ком говорит Клеменс. Затем поняла: Тенджери - шаман Нганасана. Странный трепет от предвкушения пробежал по ней.

Лицо Коула стало непроницаемым, как твердая чистая стена.

- Он здесь? - спросила Ана с сомнением.

- Нет, - сказала Клеменс.

- Но как... - Ана осеклась. Несколько недель назад Лайла рассказала ей о Взгляде Коула. Она утверждала, что когда Коул спал, шаман помог ему выйти в духовный мир, показав на дверь. Коул прошел через нее и словно перенесся в будущее.

Ана скрестила руки.
- Он хочет поговорить со мной во сне? - скептически спросила она. Клеменс кивнула. Ана посмотрела на Коула. Его лицо было красным и напряженным. Он очень мало говорил о Взгляде, но Ана всегда думала, что это невероятное событие. Тревожное и странное, да. Но в основном, экстраординарное. Испытывая противоречивые чувства, Ана направилась к сигнализации. Та тихо пикала, потревоженная приходом Клеменс и Лайлы. Девушка отключила ее, как показывал Сетон. Она почувствовала на себе взгляд министра "Просвещения". Часть ее хотела знать, кем был Тенджери - человек, отдавший секте всю свою веру. Действительно ли у него была эта странная сила или он просто был искусстным фокусником? Мог ли он найти ее во сне?

- Ана, - сказал Коул, подойдя к ней. - Давай выйдем. - Она последовала за ним, пройдя мимо Лайлы, с любопытством глядевшей на них. С минуту они шли, молча, и остановились у края болота.

- Я не уверен в этом, - сказал он, потирая затылок. - Мне это не нравится.

- Но ты же прошел через это, - сказала она. - Что не так?

- Все эти истории про ангела зашли слишком далеко.

- Ты думаешь, Клеменс передала Теджери, что я ангел и поэтому он хочет со мной поговорить?

- Ты не ангел, Ана.

- Я знаю, - сказала она. - Но ты боишься, что я могу им быть.

Коул поморщился, затем оглянулся через плечо на башню. Клеменс стояла в проеме, ее лицо было слишком далеко, чтобы можно было что-то на нем прочесть.

- Так что там случилось в Писаниях? - спросила Ана.

- Загадка, - сказал Коул, начиная ходить взад-вперед. - Я... Большинство толкований трактует, что ангел умирает, вызвав Падение.

Внутренне Ана осталась спокойной. Вот почему он не хотел, чтобы она это делала. Коул считал, что шаман мог ей что-то показать, что повлияет на ее образ мышления и направит ее на путь, откуда нет возврата. Но было ли лучше жить в неведении или рисковать, зная? Он не может заставить ее сделать то, чего она не хочет.

- Коул, - сказала она, поймав его за руку и остановив. - Если бы у тебя был выбор вернуться на восемь лет назад и отказаться от Взгляда шамана, сделал бы ты это?

Коул опустил голову.
- Нет, - наконец произнес он.

Ана взяла его руку и пропустила сквозь нее пальцы.
- Я не собираюсь бежать от того, что меня больше не пугает. Так я поступала раньше и жизнь вокруг меня просто исчезала. - "Она исчезает до тех пор, - подумала она, - пока ты не станешь чем-то маленьким, скрюченным в темной комнате, в надежде, что никто не включит свет".

- Не знаю, Ана. Ты должна понимать, что у Тенджери есть какая-то цель. Если он тебе что-то и покажет, то это, потому что он хочет повлиять на твои решения.

- Но это мои решения. Ты сам так говорил, Коул. Будущее не предначертано. Ни в наших генах, ни в звездах. Все зависит от нас.

Минуту они стояли, наблюдая как утки глубоко ныряют в воду. Вдали Лайла оттеснила Клеменс из смотровой башни и побежала в их направлении.

- Твой отец, - задыхаясь, произнесла она, когда добралась до них. - С ним все в порядке, но он попал в какую-то странную аварию. Он в больнице. Показали по новостям.

*

Позднее, когда Ана лежала рядом с Коулом в односпальном мешке, ее мысли перескакивали с последнего разговора с отцом к тому, что он находится в больнице со сломанной ногой. В новостях сообщили, что причиной послужила неполадка в тормозах, отчего машина на скорости съехала с дороги, но Ана подозревала, что отец с Домбрантом таким образом пытались уйти от спецслужбы Коллегии. Что она не могла понять, так это почему? Ана думала над тем, зачем главе Коллегии арестовывать знаменитого доктора Барбера или бесконечно держать его где-то под замком. Но отец не был так самонадеян.

С того утра в ней начало расти чувство. Все началось, когда она увидела Хелен и Тэмсин, и глубоко укоренилось, когда она узнала о присутствии в день смерти матери Председателя, которая впоследствии затеяла с Аной свои игры. Девушка жаждала справедливости. Ей хотелось открыть, каким монстром являлась Эвелин.

- Нервничаешь? - прошептал Коул, которому тоже не спалось. Она переживала, но и хотела, чтобы это быстрее произошло. Если шаман действительно сможет прийти к ней во сне, что он позволит ей увидеть?

*

Ана стояла возле теплой походной плиты в центре палатки, ощущая дезориентацию. Девушка не могла вспомнить, как здесь очутилась. Палатка по форме напоминала конус и поддерживалась двумя большими деревянными жердями, связанными вместе высоко в центре и спускающимися к креплениям на земле. Стены покрывала светлая холстина. С металлической цепочки, натянутой между опорами палатки, свешивались горшки. В одном углу были разбросаны постельные принадлежности, меха животных и подушки. С другой стороны - потрепанный стол, деревянный стул, стеклянные чашки, миски, сложенные коробки.

Девушка нахмурилась. У нее было чувство, что она должна знать, что здесь делает, это вертелось на кончике языка, крутилось в мыслях. Но когда она попыталась сосредоточиться, девушка поняла, что не знает ничего конкретного - ни откуда она, не своего имени, ни возраста. Было ли это важно? Она не была уверена.

В палатке было темно. Свет лился только из установленной высоко в центре простой лампадки. Она сделала шаг по шаткому полу из незакрепленного деревянного настила в поисках двери. Когда девушка отошла от плиты, на нее повеял ветерок. Напротив спальной зоны, с другой стороны палатки, на холщовой стене между жердями собрались свободные складки. Девушка отодвинула ткань и увидела разрыв между слоями. Скользнув вглубь, один из слоев закрыл за ней вход. Она отодвинула второй сгиб материала и вынырнула на воздух настолько холодный, что у нее перехватило дыхание.

Ана находилась в огромной долине, окруженной горами с покрытыми снегом вершинами. Вдали на другом берегу реки разросся густой сосновый лес. Впереди воздух облизывали языки костра. Собака породы хаски стояла перед палаткой, выжидающе за ней наблюдая.

- Привет, - произнесла девушка. Собака развернулась и потрусила по сочной траве к огню. Через несколько шагов она остановилась, ожидая пока девушка за ней последует.

Собака привела ее к пожилому человеку с кожей цвета корицы, длинными волосами и высокими скулами. Он расположился у огня, тряся что-то похожее на высохшую тыкву, наполненную семечками. Его грязный плащ хлопал на ветру.

Первая хаски присоединилась ко второй и вместе они принялись что-то вынюхивать в траве.

- Я сплю, - сказала Ана.

- Тогда, возможно, ты могла бы согреть небо, - ответил мужчина. - Здесь холодно. Сейчас лето, но все равно холодно.

- Вы тоже спите?

- Сплю ли я? - он перестал трясти своей погремушкой и пристально посмотрел на нее. Мужчина был моложе, чем ей сначала показалось. У него были темные волосы, а не седые. Нос был длинный, с плоской переносицей и широкими ноздрями. Морщины вокруг глаз, казалось, пульсировали, будто появляясь и исчезая, как волны в море. - Возможно, - сказал он. - Не уверен.

- Кто-нибудь еще здесь есть? Кажется, кто-то должен был меня ждать.

- Возможно, - сказал он.

Девушка огляделась вокруг. Мутноватый солнечный свет лениво разлегся на горы, бороздя сосны и купаясь в реке. Никаких признаков других палаток или людей не проявлялось в их величественных изгибах.

- Ты любишь музыку? - спросил он.

- Да.

- Каждая душа как музыка. Состоит из тех же основных нот, а звучит по-разному. - Мужчина внимательнее вгляделся в нее. Девушка вздрогнула, когда поняла, что его глаза покрыты пеленой. Он был слеп. - Я уже не вижу, так как раньше, - произнес он. - Связь со многими вещами нарушилась. Но разруха сейчас повсюду. Да, - прошептал он. - Да, ты тоже видела это. Теперь я знаю, кто ты.

Его слова отразились эхом, и отчетливо проявились в воздухе. Дым от костра взметнулся вверх. Глаза Аны накрыло белым облаком, а когда туман стал рассеиваться и мир снова приобрел свои очертания, она уже находилась на пригородной улице с обшарпанными домами из темного камня и побелки. Улица была пустынна: ни пешеходов, ни велосипедистов, ни припаркованных машин. Всюду валялся мусор.

Ей не хотелось быть здесь. Это место давило, словно гравитация тут была значительно сильнее. Она хотела вернуться к мужчине, красивым горам, обжигающему морозному воздуху и едкому запаху костра. Девушка медленно брела, но резко остановилась. Из окна наверху тишину нарушил отдаленный барабанный бой. Она подняла голову и увидела мужскую фигуру, плавающую в затемненном окне второго этажа.

Ана находилась внутри себя, но не отвечала за принятие решений. Она была посетителем, свидетелем, переживающим то, что уже случилось. "Это прошлое, - подумала она. - В этот день я убежала из суда от Коула и меня окружили арашаны, двигавшиеся, словно люди из того странного сна".

Это чувство охватило ее и утвердилось. "Вернись". Она спорила сама с собой, потому что "назад" означало идти к Коулу. Но вскоре девушка, спотыкаясь и поскальзываясь, повернула обратно. Нога подвернулась на стеклянной бутылке и ее лодыжку пронзила острая боль.

Она обернулась на тот дом, где заметила в окне мужчину и увидела, что кто-то выходит из парадной двери. Адреналин хлынул по ее рукам, заставив кончики пальцев заныть от избытка энергии. "На самом деле этого нет, - подумала девушка. - Я во сне". Но паника была настоящей. Она проникла внутрь, заставив ее побежать.

Из другой двери появилась еще одна фигура. На этот раз - ближе. Почти из каждой двери домов по всей улице вылетали люди - словно какие-то твари из разворошенного гнезда. Не сводя с нее глаз, они выходили на ступеньки домов, двигались по дорожкам к тротуару.

Как только они стали приближаться, все исчезло.

Девушка стояла в двери спальни, освещенной свечами, размером с десять квадратных футов. В воздухе витало раздражение. Коул склонился над походной плитой, что-то помешивая в котелке. Лайла сидела на единственной кровати, сердито сложив руки на груди.

Внутри Аны зашевелилась вина. Снова прошлое. Атмосфера была полна напряжения, и она являлась тому причиной.

- Вчера, после слушания... - ее губы зашевелились, произнося слова, которые она не могла изменить. - Когда ты посадил меня на свой мотоцикл, кто были те люди?

Коул покачал головой, явно не в настроении разговаривать.

- Какие люди? - спросила Лайла.

Ана попыталась подвигать руками, сказать что-то другое. Она словно оказалась в ловушке, запертая внутри деревянной куклы.
- Когда я узнала, что в тот вечер, когда Джаспера похитили, Коул шел следом за мной, - произнесла она, - это меня напугало. Вот я и убежала, а потом оказалась на улице, где из домов выходили странные люди-зомби.

- Арашаны? - ахнула Лайла. Она быстро посмотрела на Коула и снова повернулась к Ане. - Ты зашла на улицу арашанов и смогла уйти?

Ана попыталась сместить взгляд. Она разговаривала с Лайлой, но хотела еще раз увидеть лицо Коула, каким оно было до имплантов. Зачем Тенджери показывает ей это?

- А что такое эти арашаны? - спросила она.

- Эксперимент военных, - сказала Лайла.

- Никто точно не знает, - голубые глаза Коула устремились на нее, и обе ее сущности вспыхнули от этой связи.

- Там где они живут, что-то передается по воздуху, - не унималась Лайла, - что останавливает все мысли и движения. Немного пожив с этим, человек снова получает возможность действовать и думать, но остается отрешенным, замедленным, сонным. Эксперимент проводит специальный отдел психпатруля.

- Никто точно не знает, - повторил Коул.

Ана почувствовала внутреннюю борьбу. Образы затуманились. Она уходила, снова перемещаясь сквозь время. Теперь девушка стояла у костра в долине. Мужчина выглядел старше, волосы стали седыми, кожа на лбу покрылась морщинами, глаза от возраста приобрели молочный оттенок, слепота исчезла.

- Ваши люди кое-что нашли, - сказал он, - вибрацию, которую они отправляют, медленно разделяющую миры. - Мужчина бросил что-то в огонь. Крохотные цветные вспышки взметнулись в темную воронку дыма над ними. Они жарко зашипели, ослепительные в своей неповторимости, составив цвета радуги, прежде чем развеяться как серый пепел. - Если разрушение будет продолжаться достаточно долго, мы превратимся в остров, бороздящий в темных глубинах вселенной.

- В людей со странными глазами, которых я видела...? Арашанов?

- Да. Они уже начали меняться. Ты не сможешь разрушить что-то, не уничтожив малую толику всего.

Вдруг вокруг нее все завертелось. Не медленное весомое давление прошлого, а быстрые образы, сквозь которые она пролетала, словно свет, проходящий сквозь воду. Удлиненные цвета накладывались один поверх другого, покрытые рябью красные, синие, зеленые, фиолетовые, сворачивающиеся внутрь и наружу вокруг друг друга. Отделанные побелкой коридоры. Мраморные полы. Женщина в сером костюме, разглядывающая что-то в руках Аны. Смотритель Домбрант, следующий за женщиной с электрошокером. Молодая девушка, вышедшая из-за стены. Операционный стол. Врачи. Двухлетний мальчик с огромными черными глазами. Зеленая карта на его бритой голове. Надрез. Кровь. Тяжелый вдох. Тяжелый выдох.

Мальчик. Спаси мальчика!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/63656/313498

Переводчики: Miledifire