Готовый перевод Percy Jackson's Greek Heroes / Греческие герои. Рассказы Перси Джексона.: Геркулес совершает двенадцать глупых вещей

С чего бы мне начать историю об этом парне?
Даже его имя, и то труднопроизносимое. Я буду называть его Геркулесом, так как большинство знает именно его римское имя. Греки же называли его Гераклом. Но даже это не его настоящее имя. При рождении он был назван то ли Алкидом, то ли Алкеем (в зависимости от того, какую историю вы читали), вот только "Великий герой Ал" – не то имечко, которым можно похвастаться.
В любом случае, перед тем, как Как-Его-Там-Зовут родился, в южной Греции шла целая мыльная опера. Помните Персея, парня, который отрезал голову Медузе? Став царем Аргоса, он объединил половину городов-государств – Тиринф, Пилос, Афины, Батткиквилль и тому подобные – в мощное царство под названием Микены. (Звучит, как май-си-ни; почти в рифму с манкини (прим. mankini - мужские бикини)). В каждом городе был собственный царь, но также был верховный царь, который управлял всем народом. Верховный царь мог быть из любого города, но он должен был быть старшим из потомков Персея.
Уже запутались? Я тоже.

К тому времени крутилось уже третье поколение клана Персея. Ведущими претендентами на звание Верховного царя были два брата из Тиринфа. Одного звали Амфитрион, другого – Сфенел. С такими-то прозвищами, можно подумать, что они были призваны к награде верховным царством как люди с самыми труднопроизносимыми именами.
Амфитрион был старше на несколько дней, поэтому все думали, что он получит это звание. Потом он все испортил, случайно убив своего тестя.
А произошло это следующим образом: Амфитрион вел переговоры с тем чуваком, Электрионом, прося разрешения жениться на его дочери, Алкмене. Как только они заключили сделку, Электрион позвал Алкмену, чтобы сообщить ей эту добрую весть.
ЭЛЕКТРИОН: Алкмена, знакомься, твой будущий муж, Амфитрион!
АЛКМЕНА: Знаешь, заблаговременное предупреждение было бы кстати.
ЭЛЕКТРИОН: Не будь такой мрачной. Скоро этот юноша станет верховным царем! Он щедро за тебя заплатил! К тому же он любит тебя, ты ведь любишь ее, так?
АМФИТРИОН: Ага.

АЛКМЕНА: Но мы ведь только познакомились.
АМФИТРИОН: Ага.
АЛКМЕНА: Ты можешь говорить что-нибудь, кроме "Ага"?
АМФИТРИОН: Ага.
АЛКМЕНА: Отец, этот юноша - болван.
АМФИТРИОН: Но я люблю тебя! Я ТАК СИЛЬНО тебя люблю! (Он раскидывает руки, нечаянно бьет Электриона в лицо и убивает его.)
АМФИТРИОН: Упс.
АЛКМЕНА: Ты – идиот!
Когда новости разошлись по царству, другой претендент на трон, Сфенел, увидел возможность захватить верховное царство. Он публично обвинил Амфитриона в убийстве и самолично возглавил большую клеветническую кампанию с постерами, городскими глашатаями и телевизионной рекламой: "ЭТОТ БОЛВАН УБИЛ СВОЕГО ТЕСТЯ. МОЖЕТЕ ЛИ ВЫ ДОВЕРИТЬ ЕМУ ПРАВЛЕНИЕ НАШЕЙ СТРАНОЙ?" В конце концов, страсти накалились до предела, и Амфитриону пришлось бежать из Микен.

Он потащил с собой свою жену, Алкмену, которая не очень-то этому обрадовалась.
Они поселились в Фивах, городке к северо-западу от Афин, находящемся за пределами владений Микены. Амфитрион стал самым главным полководцем города, но это мало о чем говорит, так как Фиванская армия по силе сравнится только с копами из супермаркета.
Алкмена явно не была по уши влюблена в своего мужа. Технически они были женаты, но этот дурак убил ее отца и их обоих сослали.
– Мы ни за что не заведем детей, – сказала ему Алкмена. – Так как мы рискуем снизить уровень IQ всей греческой цивилизации.
– Я докажу, что это не так! – пообещал Амфитрион. – Что мне сделать, чтобы ты поверила?
Алкмена задумывались об этом.
– Отправься покорять города. Покажи мне, что ты хороший лидер. Можешь начать с уничтожения Тафоса. Мои братья напали на этот остров несколько лет назад и были убиты. Отомсти за них.

Амфитрион запутался в ее длинной речи и не понял, что она сказала после первых нескольких слов.
– Чего?
Алкмена сказала.
– Тафос. Иди убивать!
– Ладно.
Амфитрион собрал свою армию и пустился в кучу приключений, в которые я не хочу вдаваться. В них участвовали лис, которого не могли поймать, и чувак с длинными светлыми волосами, которого не могли убить. Не обошлось и без крови, увечий и разбоя. Довольно много для обычных выходных в Древней Греции.
Амфитрион убивал людей и разрушал все вокруг, пока не понял одно – он доказал себе, что стал достойным Алкмены. Затем он развернул свою армию и двинулся на Фивы. Ему не терпелось вернуться домой (ведь у него медовый месяц). Они с Алкменой были женаты уже год, но еще даже не целовались.

Тем хуже для него, поскольку еще кое-кто хотел провести медовый месяц с его женой. Наш старый друг Зевс, бог неба и милых девушек, наблюдавший за Алкменой. Ему понравилось то, что он увидел.
Зевс поклялся Гере (уже тридцать раз), что он перестал дурачиться со смертными женщинами.
Конечно, он не собирался сдержать свою клятву, но все же он понимал, что, посещая Алкмену, ему лучше быть вне поля зрения. Поэтому он решил, что проще всего показаться девушке в образе ее мужа. Зевс превратил себя в клон Амфитриона и полетел в Фивы.
– Милая, я дома! - сообщил он.
Алкмена вошла в гостиную.
– Что ты здесь делаешь? Гонцы сказали, что ты еще со своей армией. Я не ждала тебя раньше, чем через три дня.

– Три дня? - задумался Зевс. – Отлично!
– Я вернулся пораньше! - объявил он. – Давай праздновать!
Зевс заказал пиццу. Он открыл бутылку шампанского и включил что-то из репертуара Джастина Тимберлейка. Сначала Алкмена не поверила. Ее муж казался не таким маразматиком, как раньше. Но ей пришлось признать, что она предпочитает эту версию. Может быть он чему-то научился в своих приключениях.
Они провели чудесный романтический вечер вместе. На самом деле он был настолько замечательным, что в один прекрасный момент Зевс извинился, взял телефон в ванную и настрочил смс Гелиосу, богу солнца: Бро, возьми отгул на пару дней. Мне нужно, чтобы эта ночь продолжалась!
Гелиос ответил: Ты с Алкменой?
Зевс: Точняк.
Гелиос: ОМБ! Она красотка.
Зевс: Я знаю.

Гелиос оставил солнечную колесницу в гараже на ближайшие семьдесят два часа. Когда рассвет, наконец, наступил, Алкмена страдала от недосыпа и чрезмерного прослушивания Джастина Тимберлейка.
Зевс разбудил ее утром поцелуем.
– Ну, было здорово, детка! Но я должен идти. Надо проверить ... армейские вещи.
Он ушел через переднюю дверь.
Спустя десять минут вошел настоящий Амфитрион.
– Дорогая, я дома!
Алкмены взглянула на него расплывающимся взглядом.
– Так быстро? Ты что-то забыл?
Амфитрион надеялся на чуть более теплый прием.
– Эм ... нет. Я только что вернулся с войны. Может ... отпразднуем?

– Не говори ерунды! Ты же вернулся вчера! Мы всю ночь провели вместе!
Амфитрион был далеко не самым умным, но даже он понял, что тут что-то неладное. Он и Алкмена посетили местного жреца, который с помощью гадания определил, что первым Амфитрионом на самом деле был Зевс.
Римские рассказчики посчитали эту ошибочную ситуацию забавной. Они целые комедийные пьесы об этом написали. Вы даже можете представить, как это происходило. Алкмена смотрит на зрителей типа: "Это был не мой муж? УПС!" И куча мужиков в тогах катаются по полу от смеха.
Во всяком случае, Амфитрион ничего не смог поделать. Он и Алкмена отмечали свой медовый месяц. К тому времени, когда Алкмена была уже на шестом месяце беременности, она узнала (способом, которым иногда пользуются мамаши), что вынашивает близнецов. Она подозревала, что один ребенок от Зевса, а другой – от Амфитриона. И если у нее будет ребенок от Зевса, то ее ждут большие неприятности.

Тем временем, в Микенах, кузен Сфенел все еще пытался стать верховным царем. Он думал, что после изгнания Амфитриона станет единственным кандидатом на эту должность, но никто не любил Сфенела. Он был жесток и труслив.
Кроме того, его имя было очень трудно произнести. Знать не поддержала его. Простолюдины глумилась над ним. Сфенел пытался урегулировать вопрос с общественным голосованием, но он занял третье место после двух вписанных кандидатов: Микки Мауса и городского кота Пушка.
Единственной хорошей новостью для Сфенела было то, что его жена Никиппа собиралась родить их первого ребенка. Если родится мальчик, он будет старшим сыном старшего из потомков Персея (не считая Амфитриона, конечно). Это означало, что у его сына был шанс стать верховным царем, даже если у Сфенела это не получилось.
Наверху, на горе Олимпе, Царица Гера мыслила в том же направлении. Она узнала о любовной связи Зевса с Алкменой. Вместо того, чтобы прийти в ярость, она решила действовать равнодушно и скрытно.

– Зевс, вероятно, хочет, чтобы внебрачный ребенок Алкмены стал верховным царем Микен, - она ворчала про себя. – Ну, этого не произойдет.
На следующую ночь, она сделала все, чтобы поднять настроение Зевсу. Она исполнила его любимый альбом Тимберлейка, приготовила его любимое блюдо – блинчики с амброзией с соусом из амброзии и с обеих сторон прожаренные в амброзии.
– Мой Сладкий Маффин? - прошептала она ему на ухо, пока массировала его плечи.
– Хм? Глаза Зевса закатились в блаженстве.
– Не мог бы ты издать маленький божественный указ для меня?
– Божественный указ ... о чем?
Она сунула ему в рот клубничку, покрытую амброзией.
– О, я просто думала, что в царстве Микен должно быть немного мира и процветания. Разве это не здорово?
– Мм-хмм. - Зевс проглотил клубничку.

– Что если ты издашь указ о том, что тот потомок Персея, который родится первым, станет верховным царем? Все стало бы проще, разве нет?
Зевс подавил улыбку. Он знал, что близнецы Алкмены родятся с минуты на минуту. А ребенок Сфенела родится еще как минимум через неделю. Он просто не знал, что Гере все известно.
– Да, конечно, дорогая. Нет проблем!
В ту же ночь, божественные оракулы всей Микены сообщали последние новости от Зевса: первый же родившийся потомок Персея мужского пола станет верховным царем! И нет, общественности нельзя голосовать за кота Пушка.
После ужина Гера умчалась на землю, где ее дочь Илития, богиня родов, как раз прибыла в дом Алкмены.

– Остановись! - завопила Гера. – Не дай Алкмене родить!
Илития отступила, прижимая к себе аптечку.
– Но она уже рожает. Ты помнишь, как это больно?
– Плевать! - сказал Гера. – Она не может родить – по крайней мере до того, как родится сын Сфенела.
– Но согласно моему расписанию она не родит до следующей недели.
– Просто отправляйся со мной в Тиринф. Сейчас же!
Илития привыкла иметь дело с драмой родов. А вот с драмой Геры не совсем. Оставив Алкмену в постели, кряхтящую, потеющую и проклинающую их, две богини полетели в город Тиринф.
Оказавшись там, Илития взмахнула волшебной детской игрушкой от Ламаз, и жена Сфенела, Никиппа, сразу же начала рожать. Бум! Пять минут спустя она держала мальчика на руках. Самые легкие роды в истории.

Они назвали ребенка Эврисфеем, потому что это было самым непроизносимым именем из всех, что они могли придумать в короткие сроки. Он, в действительности, оказался первым из ожидаемых потомков Персея мужского пола, так что малыш был немедленно коронован в качестве верховного царя, хотя трудно было найти диадему, достаточно маленькую для головы новорожденного.
Что касается Алкмены, Гера заставила ее страдать в родах навечно. Да она просто воплощение любви. Но Илития сжалилась над ней. Сразу было ясно, что у Геры были свои планы на вопрос о верховном царстве. Илития предоставила Алкмене безопасные и легкие роды.
Первый из рожденных близнецов был Геракл (правда в то время его звали Ал), следом за которым родился его младший брат Ификл.
Гордый отец Амфитрион смотрел на новорожденных. Он сразу привязался к обоих, хотя Алкмены предупредила его заранее, что кто-то из детей, вероятно, Зевса.

– Так какой из них мой, а какой Зевса? - поинтересовался он.
Ификл заплакал. Ал/Геркулес размял свои мышцы новорожденного и ударил брата в лицо, как бы говоря: "Заткнись".
– Я думаю, тот, что мускулистый, – Зевса, - сказала Алкмена.
Амфитрион вздохнул.
– Да, наверное, ты права.
На следующий день пришла весть из Тиринфа: новый верховный царь, Эврисфей, родился всего за несколько часов до Геркулеса.
– Гера, должно быть, зла на меня, - догадалась Алкмена. – Вот почему мои роды длились так долго.
Лежа на ее руках, младенец Геркулес закричал, "РАРРР!" и тут же наложил в подгузник.
Алкмена отшатнулась из-за запаха.
– Это что, редакторский комментарий? - спросила она ребенка. – Тебе не нравится Гера?
– РАРРР! - и еще больше какашек.

Это беспокоило Алкмену – и не только потому, что она понятия не имела, что ее ребенок успел съесть. Она слышала все рассказы о том, как Гера мучила смертных любовниц Зевса. Ее сложные роды были подтверждением тому, что Гера пытается достать ее. Ее новорожденный ребенок Ал/Геркулес мог ее убить. В момент страха и слабости, Алкмена поступила так, как слишком многие родители поступали тогда с нежеланными детьми. Она тайком ушла из дома, забрала ребенка, удобно расположив его в пустыне и оставив беззащитного на скале умирать.
Младенец Геркулес был сильно раздражен. Он корчился на скале несколько часов, орал, ругался на детском языке, и дрался со всяким диким зверем, что осмеливался к нему подойти.
К счастью, Зевс отыскал мальчишку и разоблачил маленький обман Геры, связанный с избранием младенцев на верховное царствование. Он пробормотал про себя: "Оу, ты хочешь войны? Ладно, Сладкий Маффин, она началась". Он отправил Афину, богиню мудрости, на землю, чтобы забрать малыша.

Геркулес смотрел на Афину и лепетал, но вдруг его живот начал урчать. Афина, не будучи образцовой мамашей, не знала, что с ним делать.
– Мне нужна кормилица, - пробормотала она. – Кто-то, кто любит детей. Мда ...
У нее возникла очень странная идея. Она отнесла ребенка Гере.
– О, моя госпожа! - сказала Афина. – Я нашла этого бедного неизвестного ребенка брошенным в пустыне. Разве это не ужасно? Я не знаю, как его кормить, а он так голоден!
Гера не знала, кем был этот ребенок. Взглянув на малыша лишь разок, у нее пробудились материнские инстинкты.
– Ах, бедняжка. Дай его сюда. Я буду кормить его.
В те времена не производили детские бутылочки и смеси. Когда ребенок хотел есть, его кормили грудью. Конец истории. Обычно вскармливанием занималась мама ребенка, но если мамы не было рядом, другая женщина могла сделать это за нее.

Гера, будучи богиней материнства, полагала, что справится с этой задачей. Она прижала Геркулеса к груди и позволила ему немного испить из сосуда божественного молока. Ребенок пил его с удовольствием, пока Афина не сказала:
– Спасибо, Гера!
Это был первый раз, когда она произнесла имя Геры в присутствии ребенка. Геркулес изо всех сил укусил чувствительную плоть Геры, заревел "РАРР!", покакал, и все это одновременно, в результате чего Гера взвизгнула и отбросила ребенка.
К счастью, Афина – хороший ловец.
Некоторые легенды гласят, что грудное молоко Геры распылилось по небу и создало Млечный Путь. Не знаю. Звучит так, будто все множество солнечных систем возникло лишь из одной струи. Что можно утверждать с уверенностью: те несколько глотков чудного напитка наделили Геркулеса божественными силой и здоровьем, комплиментами от богини, которая ненавидела его больше всего.

Афина отнесла ребенка обратно в дом его матери. Она поставила его на пороге, позвонила в дверь и улетела. Алкмена открыла дверь. Малыш Геркулес усмехался на ней, его лицо было в молоке.
– Эм, ладно...- Алкмена решила, что это знак от богов. Она забрала ребенка в дом и никогда больше не пыталась избавиться от него.
Следующие несколько месяцев были относительно спокойные. Геркулес научилась ползать. Он научился пробивать кирпичные стены, сгрыз несколько лошадиных седел, ввел тайм-аут для того чтобы ломать руки няне и даже произнес первые слова: калечить.
Однажды ночью, когда он и его брат Ификл, спали, Гера решила избавиться от ненавистного ей малыша раз и навсегда.
"Если я позволю этому ребенку вырасти, - думала она, - от него будут одни неприятности. Зевс наблюдает за ним, поэтому я не могу просто испепелить мальчишку. Хмм. Знаю! Я устрою правдоподобный несчастный случай – пара ядовитых змей в детской комнате. Так все время бывает, я уверена!"

Две мерзкие гадюки заползли через трещину в стене и направились прямо к детским кроватям.
Ификл проснулся первым. Он почувствовал, как что-то проскальзывает по его одеяльцу, и закричал.
Так как спальня располагалась под детской комнатой, Алкмена его услышала. Она вскочила с постели и начала будить мужа.
– Амфитрион, что-то не так в детской!
Родители бросились туда, но было слишком поздно.
Геркулес обо всем позаботился сам. Располагая слишком быстрыми для ребенка рефлексами, он схватил обеих змей и удушил их.
Когда же его родители оказались в комнате, Геркулес уже стоял на кровати, ухмыляясь и размахивая мертвыми змеями. "Пока-пока!"
Что касается Ификла, тот забился в угол, под одеялко, крича и рыдая.
Амфитрион вздохнул.
– Ну все, Ификл, я рядом. Прости, малыш, у тебя мои гены.

После той ночи наш герой-змееудушитель получил новое имя. Он больше не Алкид, Алкей или что там еще на Ал. Он стал известен как Геракл (в римской версии - Геркулес), что означает Слава Гере. Ведь именно благодаря Гере, он стал знаменит еще до того, как выпустился из детского сада. Гере, должно быть, это понравилось.
По мере взросления, у Геркулеса появилось несколько действительно хороших учителей. Его отец, Амфитрион, научил его управлять колесницей. Полководцы Фив научили его сражению на мечах, стрельбе из лука и борьбе.
Единственное, что ему не удавалось, это музыка. Родители наняли лучшего лирника в городе, Линуса, который был сводным братом Орфея, но Геркулес был нулем в музыкальном искусстве. Его пальцы были слишком большими и неповоротливыми для работы со струнами. В конце концов, Линус потерял терпение и закричал:
– Нет, Нет, нет! Эта игра на уровне тройки!
Линус вырвал лиру из рук мальчика и ударил ею Геркулеса по лицу. (К вашему сведению, попадание лирой в лицо это больно.)

Геркулес выдернул лиру обратно.
– ПОГЛЯДИТЕ-КА НА ЭТОТ УРОВЕНЬ!
Он бил Линуса ею по голове до тех пор, пока лира не разлетелась на кусочки, а учитель музыки не умер.
Геркулесу тогда было двенадцать. Он был предан суду за тяжкое убийство. Если это не самый что ни на есть хардкор, то я не знаю, что это. К счастью, Геркулес был умен и сослался на самооборону, так как Линус первым его ударил. Он легко отделался, ему назначили шесть лет работ на ранчо за городом.
На ранчо было не так плохо. Геркулесу нравилось работать на природе: много свежего воздуха и никаких уроков музыки. Его родители также обрадовались тому, что удачно спихнули его туда, где он не сможет привлечь ядовитых змей в дом, устроить преподоцид или случайно уничтожить город.

Геракл был освобожден от ранчо в возрасте восемнадцати лет. К тому времени он стал самым большим, высоким, сильным, крутым фиванцем в истории Фив. Он был за городом в течение долгого времени и по-настоящему не настроился на то, что происходило в городе, поэтому, когда он вернулся домой, то был потрясен, увидев плачущих горожан на площади, сгоняющих весь свой скот, будто они были на аукционе. Геркулес узнал многих коров, так как вырастил их за годы работ на ранчо.
Он нашел свою семью в толпе.
– Папа! - позвал он Амфитриона. – Что случилось с коровами?
Отчим поморщился.
– Сын, пока тебя не было, у нас была война с минийцами. Ты знаешь людей, живущих в этом городе, – людей царя Эргина?
– Да? И?
– Мы потерпели поражение, причем серьезное. Чтобы не дать минийцам уничтожить весь наш город, царь Креонт согласился уплачивать им ежегодную дань в сто коров.

– Что? Это безумие! Я вырастил этих коров. Вот Пятнашка, а это Лютик. Вы не можете отдать Лютика!
Сто коров – возможно это не похоже на крупную сделку, но тогда это было, как сто домов или сто Феррари. Коровы стоили больших денег. Они были одними из самых важных инвестиций, которые можно было вложить. И помимо всего этого – Лютик! Чувак, нельзя отдать корову, которой Геркулес удосужился дать имя.
– Мы должны сражаться! - сказал Геркулес. – На этот раз мы победим этих злых минийцев!
Его болезненный брат, Ификл, заговорил:
– Но они забрали все наше оружие. Это тоже является частью мирного договора.
– Все наше оружие? - переспросил Геркулес. Затем он обратился к царю Креонту, который стоял рядом со стражей. – Меня не было всего несколько лет, а вы уже сдаете все наше оружие и наших коров? Бросьте, Ваше Величество!
Царь покраснел и уставился в землю.

– Мы должны что-нибудь сделать, - настаивал Геркулес.
– Уже слишком поздно, - сказал Ификл. – Они здесь.
Толпа расступилась, когда дюжина крупных минийцев в полном обмундировании зашагали по площади, вышвыривая стариков со своего пути, расталкивая старушек и воруя чуррос (прим. сладкая обжаренная выпечка из заварного теста) у уличных торговцев.
Царь Креонт ничего не предпринял, чтобы их остановить. Как и стража. Даже отец Геркулеса, великий полководец Амфитрион, просто стоял и смотрел, как минийцы издеваются над народом на пути к загонам.
В конце концов, Геркулес не выдержал и закричал: "ПРЕКРАТИТЕ!"
Минийцы остановились. Они в смятении наблюдали за тем, как Геркулес загораживал проход – большой, волосатый подросток, одетый в простую кожаную тунику и плащ пастуха.
– Ты смеешь говорить с нами? - спросил лидер минийцев. – Мы – твои хозяева, пастух! Склонись и целуй мои ноги.
– Этому не бывать. - Геркулес хрустнул суставами пальцев. – Уходите сейчас же, и мы не будем проливать кровь. Вы больше не заберете наших коров.
Минийцы рассмеялись.

– Слушай сюда, малец, - сказал лидер. – У нас есть мечи, а у тебя нет. Мы забираем сотню коров, как сказано в мирном договоре. В следующем году мы вернемся еще за сотней. Как ты нас остановишь?
Геркулес врезал парню в лицо, тот мгновенно упал. Остальные минийцы потянулись за своими мечами, но Геркулес опередил их. Не успев даже обнажить лезвия, все двенадцать минийцев лежали на земле с разбитыми носами, фингалами и пятьюдесятью процентами зубов.
Геркулес конфисковал их оружие.
Затем (ПРЕДУПРЕЖДАЮ: ЭТО ОТВРАТИТЕЛЬНО!), использовав меч их предводителя, он отрезал каждому минийцу нос, уши и руки. Он собрал отрезанные части в омерзительные ожерелья и повесил их на шеи своим пленникам. Удивительно, что он не убил их. Как только они пришли в себя и могли идти, Геркулес поднял их на ноги.

– Возвращайтесь к царю Эргину, - велел он. – Скажите ему, что единственная дань, которую он получит от Фив – эти жуткие конечности, висящие на ваших шеях!
Он шлепнул их лидера по заднице плоской стороной меча и отправил изувеченных минийцев в путь.
Изумленная толпа фиванцев очнулась от шока. Молодежь ликовала и плясала вокруг только что освобожденных коров. Пожилые граждане, видевшие слишком много войн, были в меньшем восторге.
– Сынок, - сказал Амфитрион, – Царь Эргин никогда не простит этого. Он вернется со всей своей армией.
– Отлично, - проворчал Геркулес. – Я убью их всех.
Царь Креонт доковылял до него. Его лицо было болезненно-зеленым.
– Мальчишка, что ты наделал? Я вытащил тебя из ссылки, позволил вернуться к семье. Я подарил тебе дом. А ты ... Ты обрек нас на гибель!
– Сэр, не беспокойтесь об этом, - сказал Геркулес. – Я позабочусь о минийцах.

– Как? - спросил царь. – У тебя... сколько, всего двенадцать мечей? Тебе не победить минийскую армию с таким количеством!
Геркулес не помнил, чтобы царь Креонт был таким нытиком, но решил это не комментировать.
– Храм Афины, - сказал Геркулес. – Разве на его стенах не висит куча брони и оружия?
Амфитрион нервно взглянул на небо, ожидая божественной кары.
– Сынок, это церемониальное оружие. Оно посвящено богине. Минийцы не взяли его, потому что нужно быть глупцом, чтобы использовать священное оружие. Тот, кто использует его, будет проклят Афиной!

– Неее, мы с Афиной давно знакомы. Кроме того, она богиня-покровительница нашего города, не так ли? Она бы хотела, чтобы мы защищали свой город!
Геркулес повернулся и обратился к толпе.
– Мы не должны жить в страхе перед минийцами! Кто со мной, идемте в храм Афины и снарядимся! Мы растопчем наших поработителей!
Фиванская молодежь ликовала и окружала Геркулеса. Даже Ификл, который всегда был слабым, болезненным и боялся собственной тени, шагнул вперед, чтобы схватить меч. Постыдившись, многие пожилые фиванцы решили присоединиться.
Амфитрион положил руку на плечо Геркулеса.
– Ты прав, сынок. Я позабыл о своем мужестве до этого момента. Давай сразимся за нашу Родину!

Они ворвались в храм Афины за оружием и броней. Богиня не поразила никого намертво, так что они восприняли это как хороший знак. Геркулес вел свое поспешно сформированное войско из города, пока они не обнаружили узкий проход, где дорога вилась между двумя крутыми утесами. Фиванцы выстроили баррикады и вырыли ямы на дороге. Затем Геркулес расставил большую часть своих людей вдоль утесов, расположенных по обеим сторонам дороги. Через такой узкий проход многочисленная минийская армия не сможет отступить.
На следующий день царь Эргин лично повел свою армию на Фивы. Как только они оказались в проходе, Геркулес выскочил из западни. Битва была кровавой. Отчим Геркулеса, Амфитрион, погиб в бою. Погибли и многие другие фиванцы, но минийская армия была полностью уничтожена.
Однако Геркулес на этом не успокоился. Он двинулся на город минийцев и сжег его дотла.

Геркулес с триумфом вернулся домой. Царь Креонт был так благодарен, что в качестве награды познакомил Геркулеса со своей старшей дочерью, Мегарой. Даже боги были впечатлены. Они спустились с Олимпа и завалили Геркулеса такой кучей подарков, что даже неловко. Гермес подарил ему меч, Гефест выковал набор доспехов, Аполлон предоставил ему лук и колчан. Афина даровала ему царскую мантию и любезно согласилась никого не убивать за осквернение своего храма. Это был большой давно забытый Олимпийский фестиваль щедрости.
Геркулес и Мегара поженились, и у них родились двое детей. Какое-то время жизнь была хороша. Геркулес, став главным полководцем вместо своего покойного отца, возглавлял фиванскую армию во множестве успешных кампаний. В одном из сражений, его брат, Ификл, пал, оставив вдову и малолетнего сына по имени Иолай, – но, эй, по крайней мере, Ификл умер храбро.

Геркулес принес честь и славу своему родному городу.
Все предполагали, что после Креонта Геркулес станет новым царем Фив.
Если бы история закончилась на этом моменте, Геркулес вошел в историю как один из величайших греческих героев. Но неееет, он только разогревался.
Как и Гера. На горе Олимп царица богов кипела от злости из-за успехов Геркулеса. Гера не могла допустить его счастливого конца. Поэтому она решила сделать его жизнь настолько ужасной, трагический и запутанной, насколько это было возможно,чтобы однажды Перси Джексон серьезно замучился, пока будет об этом писать.
Ненавижу Геру.
Пока Геркулес рос как фиванский пастух, Эврисфей, его кузен, рос верховным царем Микен. Кланяющиеся тебе люди, подчиняющиеся всем твоим приказам еще со времени твоего младенчества – звучит классно, но Эврисфея это сделало вспыльчивым и высокомерным.

Несмотря на это, Гера думала, будто он самое крутое, что можно было придумать после свежевыжатого оливкового масла. Она благословила его царство на мир и процветание, а еще каждый год на день рождения отсылала ему по двадцать драхм. Кроме того, она убедилась, что Эврисфей слышал все раздражающие новости об успехах Геркулеса, так как хотела, чтобы верховный царь был хорошим и завистливым.
Когда Эврисфею исполнилось восемнадцать, Гера нашептала ему во сне призыв выбить немного спеси из своего знаменитого кузена.
– Вызови Геркулеса к себе во дворец, - сказала богиня. – Требуй, чтобы он послужил тебе выполнением десяти сложнейших заданий! В противном случае, он никогда не признает твое царствование.
Эврисфей проснулся.
– У меня отличная идея, - сказал он себе. – Я вызову Геркулеса в свой дворец и потребую, чтобы он послужил мне выполнением десяти сложнейших заданий! В противном случае, он никогда не признает мое царствование!
Эврисфей послал гонца в Фивы с приказанием Геркулесу отправиться в столицу Тиринфа к нему на службу.

Геркулес проявил сдержанность, не отрубив гонцу уши, нос или руки. Он просто отправил послание с ответом: "ЛОЛ. Нет".
Эврисфею это не понравилось. К сожалению, Фивы были вне его юрисдикции. Ему ничего не оставалось, кроме как объявить войну, но даже Эврисфей был не настолько глуп, чтобы начать войну против Геркулеса.
В ту ночь Гера снова объявилась во снах верховного царя и заговорила с ним: "Просто наберись терпения. Геркулес склонится перед тобой. Я позабочусь об этом".
В течение следующих нескольких недель, каждый раз, когда Геркулес отправлялся в храм, жрецы и жрицы предсказывали ему страшные знамения: "Боги хотят, чтобы ты служил своему кузену Эврисфею. Нет, серьезно. Тебе лучше отправиться в Тиринф или произойдет что-то недоброе".

Конечно же, за этим стояла Гера. Она была королевой по части издевательств. Она убедилась, что Геркулес получал это предсказание десятки раз в день из десятков разных источников.
Поначалу Геркулес игнорировал знамения. Он был слишком важным и сильным, чтобы служить такому мелкому червяку, как Эврисфей. Но знамения продолжали поступать. Случайные ребята стали останавливать его на улице, говоря скрипучими голосами, как будто они были одержимы: "Отправляйся в Тиринф. Служи царю!"
Жена Геркулеса начала волноваться.
– Милый, - сказала Мегара, – неразумно игнорировать богов. Может быть тебе стоит пойти к Дельфийскому Оракулу, и, знаешь, выслушать еще одно мнение.
Геркулес этого не хотел, но, чтобы успокоить свою жену, он отправился в Дельфы.
Это было ужасное путешествие. Подношения стоили больших денег. Дельфы погрязли торговцами, толкавшими дешевые сувенирчики. Наконец, Геркулес добрался без очереди до главного входа к Оракулу, и она сказала ему то же, что он слышал в течение нескольких недель: "Отправляйся в город Тиринф. Служи Верховному Царю

Эврисфею выполнением десяти сложнейших заданий по его выбору. Спасибо, хорошего вам дня".
Геркулес был так зол, что выбил у Оракула треногий табурет и гонялся за ней по комнате с ним.
– Дай мне нормальное пророчество! - закричал он. – Я хочу нормальное пророчество!
Аполлону пришлось лично вмешаться. Его божественный голос сотряс пещеру: "ЧУВАК, ЭТО НЕ КРУТО. ОТДАЙ ОРАКУЛУ ЕЕ ТРЕНОЖНИК!"
Геркулес глубоко вздохнул. Ему не нравилась перспектива смерти от золотой стрелы, так что он отложил треногу и умчался.
Когда он вернулся в Фивы, его нервы были на пределе. Его терпение иссякло. Он шел по улицам, и все спрашивали его, "Это правда? Десять заданий для верховного царя? Вот отстой".
Как только он вошел в дом, Мегара спросила его:
– Как все прошло, милый? Ты должен отправиться в Тиринф?

Геркулес сорвался. Он впал в смертоносную ярость и убил всех в доме, начиная с жены. Я знаю. Эта книга полна сумасшедших, ужасных поступков, но чтобы настолько? Это ненормально. Некоторые истории гласят, что Гера навлекла на него безумие, поэтому он не знал, что делал.
Возможно, но я думаю, что это всего лишь оправдание. Мы уже знаем, что у него были проблемы с управлением гневом. Он убил своего учителя музыки арфой, отрубил конечности минийским гонцам.
Гере и не пришлось сводить его с ума. Ей нужно было лишь подтолкнуть его ближе к грани.
В любом случае, Геркулес расправился с Мегарой одним ударом и убил слуг, которые пытались его остановить.
Двое его сыновей закричали и побежали, но Геркулес взял свой лук и выстрелил в них, убежденный в своем извращенном уме, что они были врагами.

Единственным, кому удалось сбежать, был его племянник Иолай, который жил у Геркулеса с тех пор, как умер Ификл. Иолай спрятался за диваном. Когда Геркулес нашел его и натянул тетиву, мальчик крикнул:
– Дядя, прекрати!
Геркулес замер. Может быть, Иолай напомнил ему его брата Ификла, те старые времена, когда они были детьми. Геркулес всегда защищал Ификла от хулиганов. Когда Ификл умер, Геркулес поклялся защищать Иолая, как родного сына.
Его ярость улетучилась. Он в ужасе уставился на трупы своих детей, затем посмотрел на лук, который держал в руках – лук, дарованный ему Аполлоном, оружие бога пророчеств. Это предсказание не могло быть настолько прямым: "Мы предупреждаем тебя, что-то нехорошее случится, если ты не послушаешься".

В полном отчаянии Геркулес покинул Фивы. С разбитым сердцем он вернулся в Дельфы и бросился на пол перед Оракулом.
– Прошу! - умолял он, все его тело тряслось от рыданий. – Что мне сделать, чтобы искупить свои грехи? Есть ли возможность получить прощение?
Оракул ответила:
– Отправляйся к верховному царю, как было сказано. Служи ему и выполни любые его десять заданий. Один только Эврисфей по своему усмотрению может решить, когда каждое задание будет выполнено. Когда все десять будут завершены, тогда и только тогда ты будешь прощен.
Геркулес облачился в нищенские лохмотья, обмазался пеплом, а затем отправился в Тиринф, где склонился перед троном верховного царя.
– Сир, я согрешил, - сказал Геркулес. – Я не прислушался ни к вам, ни к богам. В ярости я убил свою собственную жену и детей. Дабы покаяться, я пришел, чтобы выполнить любые ваши десять заданий, какими бы трудными, опасными или глупыми они ни были.

Эврисфей холодно улыбнулся.
– Кузен, очень жаль твою семью, но я рад, что ты наконец пришел в себя. Десять глупых заданий говоришь? Давай начнем!
Эврисфей ликовал. Он мог назначить Геркулесу любое задание, причем неважно, насколько опасное, и, при удаче, Геркулес умрет мучительной смертью! Таким образом, устранится большая угроза для трона, так как Эврисфей был уверен, что его знаменитый кузен, в конечном итоге, попытается захватить Микены.
Даже если Геркулес не умрет, Еврисфей мог внести несколько жестких пунктов, чтобы вычеркнуть его из списка дел. Это словно получить джина, вылезающего из бутылки и исполняющего десять желаний ... Фиванского джина с надутыми мышцами, бородой и без магии.
– Первое задание! - объявил Эврисфей. – В районе Немея, к северу отсюда, огромный лев сеет хаос. Я хочу, чтобы ты убил его.

– У этого льва есть имя? - спросил Геркулес.
– Так как он живет в Немее, мы называем его Немейским Львом.
– Ого, как креативно!
– Просто убей его! - приказал Эврисфей. – Конечно же... если сумеешь.
На заднем плане заиграла жуткая органная музыка, так что Геркулес понял: "В этом задании какой-то подвох", но он повесил лук на плечо, пристегнул меч и двинулся оттуда в Немею.
Это был прекрасный день для убийства льва.
Холмы Немеи переливались в солнечном свете. Прохладный ветерок шелестел в деревьях, оставляя узоры из золота и зелени по всему лесу. Посреди луга, устланного полевыми цветами, огромный лев поедал коровью тушу, разбрасывая повсюду ошметки окровавленного мяса.
Этот лев был больше самой крупной лошади. Под его блестящей золотой шерстью напрягались мышцы. Его когти и зубы сверкали серебром – скорее сталь, чем кость. Геркулес не мог не восхититься величественным хищником, но он пришел туда по делу..

– Это существо убило корову, - напомнил он себе. – А я люблю коров.
Он выхватил свой лук и выстрелил.
Стрела угодила льву в шею. Она должна была разорвать шейную вену зверя и мгновенно убить его. Вместо этого, она разлетелась на куски от удара об львиную шкуру, как сосулька, брошенная в кирпичную стену. Лев повернулся к нему и зарычал. Геркулес стрелял, пока не закончились стрелы, целясь в глаза, губы, нос, грудь льва. И каждая рассыпалась от удара об того. А лев просто стоял на месте, порыкивая немного с раздражением.
– Ну тогда, - Геркулес выхватил меч. – план Б.
Он атаковал льва. Имея достаточно сил, чтобы расколоть красное дерево пополам, Геркулес обрушил свое лезвие на лоб зверя, и оно сломалось. Лев просто стряхнул удар.
– Глупый Лев! - завопил Геркулес . – Этот меч был подарком Гермеса!
С ревом Немейский Лев набросился на него, выпустив когти. Геркулес успел отскочить и избежал распотрошения. Его нагрудник был растрепан, как туалетная бумага.

– Нет! - прокричал Геркулес. – Это же подарок Гефеста!
Лев снова зарычал. Геркулес зарычал в ответ. Он врезал льву промеж глаз.
Лев попятился, встряхивая головой. Он не привык чувствовать боль, отступать, но решил, что Геркулес не стоит возни. Коровы были более легкой добычей. Он отвернулся и умчался в лес.
– Нет, не уйдешь. - Геркулес побежал за ним.
Он преследовал его, пока лев не скрылся в пещере примерно на полпути к склону. Вместо того, чтобы ворваться внутрь, Геркулес осматривал окрестности. "Если бы я был тем львом, - думал он, - я бы выбрал пещеру с двумя выходами, чтобы не попасть в ловушку". Он разведывал округу. Конечно же, зазубренная черная трещина вела в ту пещеру с другой стороны холма. Как можно тише, Геркулес повалил несколько валунов, блокируя выход.
– Теперь тебе некуда бежать, киса. - Геркулес вернулся к главному входу и крикнул: "Есть кто-нибудь дома?"

Рычание отозвалось эхом из темноты, типа: "Нет, это автоответчик. Пожалуйста, оставьте сообщение". Геркулес двигался внутрь, заставляя Немейского Льва отступать до тех пор, пока отступать стало больше некуда из-за кучи валунов.
Итак, дети, загонять в угол диких животных – это обычно плохая идея. Из-за этого они становятся слегка безумными и смертоносными. Геркулес был экспертом по части безумств и смертоносности. Он согнулся в бойцовской позе.
– Жаль, киса, - сказал он. – Ты прекрасная машина для убийств, но Верховный Царь Придурколицый желает твоей смерти.
Лев зарычал (очевидно, он не задумывался о Верховном Царе Придурколицем) и набросился, но Геркулес был обучен лучшими борцами Греции. Он увернулся от когтей и проскользнул по львиной спине, сжимая ногами грудную клетку зверя и сдавливая его косматую шею в удушающем захвате.
– Похоже, ничто не может пройти через твою шкуру, - прорычал Геркулес в ухо льву. – Но давай поглядим, что будет с тобой, когда воздух перестанет проходить через твою глотку.

Он сжал ее со всей силы, и лев рухнул. Когда Геркулес убедился, что лев мертв, он встал, тяжело дыша, и начал восхищаться красивым львиным мехом.
– Его шкура могла бы послужить превосходной накидкой, - сказал он. – Но как я сниму ее? - Его взгляд переместился к поблескивающим львиным когтям. – Хм, интересно ...
Он использовал когти льва, чтобы разрезать его шкуру. Правда, это заняло у него часы жуткой, изнурительной работы, но в конце концов Геркулес приобрел новую шубу и достаточно львиных стейков, чтобы заполнить морозильную камеру. Вы, наверное, думаете, что львиный мех слишком теплый для повседневного использования, особенно в Греции, где лето бывает душным. Но новая накидка Геркулеса была удивительно легкой и прохлаждающей. В ней было намного приятнее, чем в бронзовых доспехах. Геркулес использовал голову льва как капюшон и завязал его передние лапы на своей шее.
Геркулес любовался своим отражением в ближайшем пруду.
– Оу, да. Модный и неуязвимый, детка!

Он направился обратно в Тиринф, чтобы отчитаться верховному царю. Если все задания пройдут так хорошо, закончится тем, что он, возможно, основательно обновит свой гардероб. Геркулес побрел в город и вызвал волнение. В своей накидке из шкуры Немейского Льва он походил то ли на зверя, то ли на человека, то ли на какого-то льва-оборотня из чокнутой серии "Настоящей крови" (прим. True Blood - американский драматический телесериал с элементами фильма ужасов и чёрного юмора, основанный на серии романов «Вампирские тайны»). Люди кричали и разбегались. Стража выпускала стрелы, но они рассыпались на куски о его плащ. Эврисфей, находившийся в это время в тронном зале, услышал шум. Его стражники разбежались, охваченные ужасом. Когда грузный силуэт человека-льва появился в дверях, царь подал прекрасный пример мужества: он нырнул в большой бронзовый горшок рядом с троном. Геркулес практически ничего не слышал и не видел из-за надетого капюшона из львиной головы. Он добрался до царского помоста, откинул мохнатый капюшон и с удивлением обнаружил, что трон пуст.

– Эврисфей? - позвал Геркулес. – Эй, есть здесь кто-нибудь?
Стража и слуги тряслись за гобеленами. Наконец, один из более смелых царских глашатаев, парень по имени Копрей, вышел, размахивая белым платком.
– Эм, приветствую, Ваша – Ваша Волосатость. Мы не знали, что это вы.
Геркулес осмотрел комнату.
– Где все? Почему гобелены трясутся? Где верховный царь?
Копрей вытер лоб.
– Эм, царю... нездоровится.
Геркулес взглянул на помост.
– Он прячется в декоративном горшке, не так ли?
– Нет, - сказал Копрей. – Возможно. Да.
– Ну, передай Его Величеству, что я убил Немейского Льва. Я хочу узнать про второе задание.
Копрей поднялся по ступеням помоста. Он прошептал в бронзовый горшок. Горшок прошептал в ответ.
– Горшок говорит ... - Копрей замялся. – То есть, верховный царь говорит, что вы должны перейти болото Лерна и убить чудовище, которое там обитает. Гидру!

– Кого? - Геркулес подумал, что, возможно, слышал это слово в фильме Капитан Америка, но не знал, каким образом оно относилось к нему.
– Гидра - это чудовище с множеством ядовитых голов, - объяснил Копрей. Она убивает наших людей и наш скот.
Геркулес нахмурился.
– Я ненавижу монстров, убивающих коров. Я вернусь (прим. I’ll be back).
На пути из города Геркулес осознал, что он понятия не имел, где находится Лерна. Он стоял на месте, пытаясь что-нибудь придумать, когда с ним поравнялась колесница, запряженная черными лошадьми.
– Подвезти?
Молодой человек с поводьями выглядел очень знакомо, но Геркулес был далеко от Фив так долго, что едва узнал своего юного племянника.
– Иолай? - Геркулес рассмеялся, не веря своим глазам. – Что ты здесь делаешь?
– Привет, Дядя! Я слышал о твоих Десяти Подвигах, и хочу помочь.
Сердце Геркулеса скрутилось, как крендель.
– Но ... я пытался убить тебя. Зачем тебе помогать мне?

Выражение лица мальчика стало серьезным.
– Это не твоя вина. Гера навлекла на тебя безумие. Ты самый близкий мне человек, как отец. Я хочу сражаться вместе с тобой.
Глаза Геркулеса жгло от слез, но он пытался скрыть это под своим львиным капюшоном.
– Спасибо тебе, Иолай. Я – Я мог бы прокатиться. Ты знаешь, где найти это болото Лерна?
– У меня есть GPS. Залезай!
Вместе, Геркулес и его верный напарник, уехали из города в новоиспеченном
Геркулесомобиле.
– Я слышал об этой Гидре, - сказал Иолай. – Якобы у нее девять голов. Восемь из них можно убить, но девятая голова бессмертна.
Геркулес нахмурился.
– Как именно это работает?
– Понятия не имею, - сказал Иолай. – Но если отрубить одну из смертных голов, на ее месте вырастут две.
– Нелепость!
– Да, ну ... похоже, скоро мы это выясним.

Колесница остановилась на краю болота. Туман льнул к земле. Чахлые деревья тянулись вверх из мха и грязи. На расстоянии, большая фигура шмыгнула сквозь завесу из проса.
Высокая трава расступилась, и самое странное чудовище, которое Геркулес когда-либо видел, приближалось, загромождая болото. Девять змеиных голов гипнотически колыхались на длинных шеях, изредка нанося удары по воде, чтобы подхватить рыбу, лягушек и небольших крокодилов. Тело чудовища было длинным, толстым и пестро-коричневым, как у питона, но оно двигалось на четырех тяжелых когтистых лапах. Девять пар светящихся зеленых глаз прорезали туман, как фары. С его клыков капал желтый яд.
Геркулес вздрогнул, вспоминая кошмары, которые снились ему с детства после удушения тех змей в детской комнате.
– Которая из голов бессмертная? Они все выглядят одинаково.
Иолай не ответил. Геркулес оглянулся и увидел, что лицо его племянника стало белым, как кость.

– Сохраняй спокойствие, - сказал Геркулес. – Все будет в порядке. Ты взял с собой факелы?
– Ф-факелы ... Да.
Дрожащими руками Иолай достал пучок покрытых смолой камышей. Он поджег его край искоркой из кремня. Геркулес вытащил полдюжины стрел из колчана и завернул их наконечники в промасленную ткань.
– Я собираюсь спровоцировать монстра, чтобы заставить его напасть на нас.
– Ты хочешь, чтобы монстр напал?
– Лучше сражаться здесь, на твердой земле, а не там, где я могу поскользнуться в грязи или упасть в зыбучие пески.
Геркулес зажег свою первую стрелу. Он выстрелил ею в просо, которое тут же вспыхнуло стеной огня. Гидра зашипела. Она бросилась прочь от огня, но Геркулес запустил еще одну стрелу прямо перед ней. Вскоре болото превратилось в ад. Чудовищу было некуда идти, кроме как прямо к ним. Оно атаковало, дым катился по его пятнистой коричневой коже.
– Оставайся здесь, - сказал Геркулес своему племяннику, когда Иолай пытался удержать лошадей, чтобы не понесли. – Кстати, я могу одолжить твой меч? Мой сломался.

Геркулес схватил меч мальчика и выскочил из колесницы.
– Эй, спагетти-головая! - позвал он Гидру. – Сюда!
Девять голов Гидры зашипели в унисон. Монстру не понравилось сравнение с пастой.
Она бросилась вперед, и Геркулес на мгновение засомневался. Зловоние яда жгло ему глаза.
Головы чудовища двигались в разных направлениях, и он не знал, с какой начать. Он обернул свой накидку вокруг себя и побежал в бой.
Пасти Гидры кусали его накидку, но ее ядовитые клыки не могли проткнуть львиный мех.
Геркулес уворачивался и извивался, ожидая подходящего момента. В следующий раз, когда одна из змеиных голов набросилась, Геркулес отрезал ее.
– ХА! На, получай ... о, черт.

К сожалению, сведения Иолая подтвердились. Еще до того, как отрубленная голова ударилась о землю, кровоточащий обрубок начал пузыриться. Вся шея была разорвана напополам, как сыр "косичка", разорванный на части, и каждая новая шея отрастила змеиную голову. Весь процесс занял, может быть, секунды три.
– Да ладно тебе! - закричал Геркулес. – Так не честно!
Он уворачивался и рубил, пока земля не была усеяна мертвыми головами змей, но чем больше он отрубал, тем больше новых вырастало. Геркулес продолжал, надеясь, что попадет в бессмертную голову. Возможно, если бы он отделил ту самую от всего тела, монстр умер бы; но он понял, что не сможет сделать это путем проб и ошибок. Запах яда вызывал головокружение. Десятки пар зеленых глаз то всплывали, то исчезали из его поля зрения. Это был только вопрос времени, когда Гидра поразит противника, вонзив свои клыки в его тело.

Геркулесу было необходимо остановить раздваивание голов.
– Иолай! - закричал он. – Иди сюда с факелом и ... ААААА!
Одна из шей монстра пронеслась в сторону, свалив Геркулеса с ног. Он откатился, но другая шея обвилась вокруг его ног и оторвала от земли. Геркулесу удалось вырваться, и он обнаружил себя лазающим по тренажеру "джунгли рептилий со склизкими шеями и кусающимися головами". Он бил и пинал монстра, но не решался использовать свой меч – пока нет.
– Иолай! - закричал он. – Как только я отрублю ей голову, мне нужно, чтобы ты запрыгнул с факелом и прижег обрубок, чтобы она не смогла заново вырасти. Понял?
– К-к-краб! - сказал Иолай.
Геркулес вспотел от напряжения. Он ударил другую змеиную голову и кувырнулся через одну из шей.
– Краб?

– Краб!
Что он несет? Я его спрашиваю "да" или "нет", а он отвечает "краб"?
Геркулес решил обернуться к своему племяннику.
Выскользнув из грязи, прямо перед Иолаем, очутился краб. Он был большой, как колесо колесницы, его рот пенился, а клешни щелкали.
Геркулес никогда не слышал о существовании гигантских крабов и что они живут в болоте. Впрочем, и змеи обычно не заползают в детские спальни.
– Гера, должно быть, опять пытается мне помешать, - проворчал Геркулес. – Держись, Иолай!
Он прорезал себе выход из лабиринта шей Гидры. Зная, что это приведет только к росту новых голов, Геркулес все же не мог допустить, чтобы его последнего оставшегося в живых племянника съело ракообразное. Он набросился на краба с ударом налету и занес ему пяткой прямо между глаз. Его панцирь треснул. Геркулес пробил ногой мозг краба, мгновенно убив его.

– Фу! - Геркулес извлек ногу из этой жижи. – Ладно, парень, приготовь факел и ...
– Берегись! - закричал Иолай.
Геркулес увернулся, когда Гидра набросилась на него. Только накидка из шерсти Немейского Льва спасла его от десятка новых пирсингов.
Геркулес отрубил ближайшую голову.
– Давай, парень!
Иолай направил факел на обезглавленную шею и прижег рану. Из почерневшего обрубка ничего не выросло.
– Отличная работа! - сказал Геркулес. – Осталось только пятьдесят или шестьдесят голов!
Вместе они вырезали головы Гидры, пока воздух не наполнился едким дымом и запахом жареной рептилии. Наконец, у чудовища осталась лишь одна голова, окруженная венцом испепеленных, обугленных горошин.
Геркулес пробурчал.
– Ну конечно, бессмертная голова будет последней.
Он полоснул по ее шее, и монстр целиком рухнул в кучу. Все еще живая голова шлепнулась в грязь, шипя и плюясь ядом.

– Тяжелая, - сказал Иолай. – Что будем с ней делать?
Геркулес хлопнул его по плечу.
– Ты молодец, племянничек. Присмотри-ка за болтающейся головой секундочку. Не дай ей уйти. У меня есть идея ...
Геркулес собрал несколько мертвых змеиных голов с земли, расстелил кожаный брезент и тщательно выдоил яд из клыков Гидры. Затем он завернул этим брезентом наконечники своих стрел, нанося таким образом на них смертельный яд. Он связал стрелы и положил их обратно в колчан.
– Отравленные стрелы могут однажды пригодиться, - сказал он Иолаю. – Ну, что насчет этой бессмертной головы Гидры – я полагаю, нет никакого способа уничтожить ее?
Иолай пожал плечами.
– Наверное, поэтому ее и называют бессмертной.
– Тогда мы должны убедиться, что она никогда больше не причинит неприятностей.
Геркулес вырыл глубокую яму, закопал голову и накрыл захоронение тяжелым камнем, чтобы никто случайно не раскопал эту неприятную вещицу.

Затем они с Иолаем вернулись в Тиринф.
Согласно легенде, эта голова Гидры все еще жива и извивается где-то возле Лерны под большим валуном. Лично я бы рекомендовал вам не искать ее.
Вернувшись во дворец, они обнаружили, что Верховный Царь Эврисфей, наконец, вылез из своего декоративного горшка.
Геркулес объяснил, как он сокрушил Гидру. Он показал царю несколько мертвых змеиных голов и образцы первоклассного крабового мяса, которое они бы собрали из пенистого дружка Геры.
Глаза Эврисфея сверкнули.
– Ты говоришь, что твой племянник помог тебе?
– Ну ... да. Он сжигал обрубки, а я...
– НЕВЕРНЫЙ ОТВЕТ! - Царь стучал по подлокотнику. – Никто не может помогать тебе с заданиями! Этот подвиг не засчитывается!
Сухожилия на шее Геркулеса затянулись, как канатами.
– Ты издеваешься?
– О, нет! Оракул сказала тебе, что только я могу решать, когда задание выполнено правильно. А это задание выполнено неправильно! У тебя все еще осталось девять глупых заданий!

Эврисфей торжественно улыбнулся, по-видимому не понимая, как сильно Геркулес сжимал кулаки. Он хотел отплатить за инцидент с горшком-тайником. Ему не нравилось выглядеть идиотом. (Не то, чтобы ему для этого требовалась помощь Геркулеса). Он хотел, чтобы Геркулес страдал.
– На границах моего королевства, - продолжал он, – огромный кабан причиняет всякие беды, разоряет деревню, бодает моих крестьян...
– Вы хотите, чтобы я его убил, - догадался Геркулес.
– О, нет! Герою с твоим талантом нужно более трудное задание. Я хочу, чтобы ты привел ко мне кабана живым!
Геркулес молча посчитал до пяти: именно столько раз он хотел врезать по зубам верховному царю.
– Хорошо. Где я могу найти этого монстра-свинью?

– Он обычно бродит по земле кентавров рядом с горой Эриманф. Из-за этого, мы его называем...
– Дай угадаю. Эриманфский Вепрь.
– Именно! И не бери своего племянника на этот раз. Выполнить задание один!
Геркулес поплелся из дворца. С неохотой он сказал Иолаю остаться в городе и продавать свое первоклассное крабовое мясо, пока он охотился на кабана.
Спустя неделю нелегкого путешествия, Геркулес достиг земли кентавров. Он беспокоился об отношениях с туземцами, поскольку кентавры слыли дикими и грубыми. Но первым, кого он встретил, был старый жеребец по имени Фолос, оказавшийся очень хорошим.
– О, боги милостивые ! - воскликнул Фолос. – Сам Геркулес! Я ждал этого дня!
Геркулес поднял кустистые брови.
– Ждали?
– Конечно! Я был бы счастлив дать вам направление к Эриманфскому Вепрю, но для начала окажете ли вы мне честь, отужинав в моем скромном доме?

Геркулес был уставшим и голодным, поэтому он последовал за Фолосом в его пещеру. Пока Геркулес устраивался поудобнее,кентавр зажег жаровню и положил туда несколько ребрышек. Затем он встал на лошадиные передние ноги и вычистил грязь на полу, пока не раскопал дверь люка.
– Под ней мой секретная кладовая, - объяснил Фолос. – Это прозвучит странно, но поколения назад мой прадед услышал пророчество, что однажды его потомки будут развлекать важного гостя по имени Геркулес!
– В пророчестве говорилось обо мне?
– О, да! Мой прадед отложил этот кувшин вина на такой случай... - Фолос достал керамический пифос, покрытый пылью и паутиной. – Оно выдерживается в этой кладовой уже более ста лет, ожидая вас!
– Я – Я польщен, - сказал Геркулес. – Но что, если оно превратилось в уксус?

Фолос откупорил сосуд. Пещера наполнилась сладким ароматом зреющих под летним солнцем виноградных лоз, легких весенних дождей над полем свежей травы и редких специй, сушившихся над огнем.
– Ух ты, - сказал Геркулес. – Налей мне бокал!
Они выпили. Оба согласились, что это было лучшее вино, которое они когда-либо пробовали. Фолос как раз собирался рассказать Геркулесу, где искать Эриманфского Вепря, когда пять кентавров-копьеметателей примчались в пещеру.
– Мы учуяли запах этого вина! - сказал один из них. – Дайте сюда!
Фолос поднялся на копыта.
– Дафнис, ты и твои хулиганы-дружки не были приглашены. Это марочное вино специально для моего гостя.
– Поделись! - завопил Дафнис. – Или умри!
Он возвел свое копье и бросился на Фолоса, но Геркулес был быстрее. Он выхватил свой лук и выстрелил пятью отравленными стрелами, убив злоумышленников.

Фолос уставился на кучку мертвых кентавров.
– О, дорогой. Не так я представлял наш особенный ужин. Спасибо, что спасли меня, Геркулес, но я должен похоронить их.
– Зачем? - спросил Геркулес . – Они же пытались убить тебя.
– Они все еще мои сородичи, - сказал старый Кентавр. – Семья – это семья, даже если они угрожают убийством.
Геркулес не мог с этим поспорить. У него был кое-какой опыт с семьеубийством. Он помог Фолосу выкопать могилы. В тот момент, когда они уже укладывали последнего кентавра на покой, Фолос вытащил одну из стрел Геркулеса из ноги трупа.
– Поосторожнее с ... - сказал Геркулес.
– Ой! - Фолос порезал палец наконечником отравленной стрелы. Старый кентавр тут же свалился с ног.
Геркулес бросился в сторону Фолоса, но у него не было антидота против яда гидры.
– Друг мой, я – Мне так жаль.
Старый кентавр слабо улыбнулся.
– Это был особенный день. Я выпил отличное вино и поужинал с героем.

Вы найдете вепря к востоку отсюда. Используйте ... используйте снег.
Глаза Фолоса закатились.
Геркулес чувствовал себя ужасно. Он соорудил погребальный костер для Фолоса и вылил последнее вино в костер как жертву богам. Он не понял последний совет Фолоса – использовать снег – но он направился на восток в поисках вепря.
"Семья есть семья", - думал Геркулес. И все же, если бы Эврисфей не послал его на этот дурацкое задание, этот добрый старый кентавр, может быть, все еще был жив. Геркулес хотел придушить своего царя-кузена.
Он нашел вепря, протопав вокруг холмов на востоке, как и говорил Фолос. Я описал достаточно гигантских вепрей в этой книге, так что вы, вероятно, можете догадаться, как он выглядел. Ведь Древняя Греция кишела гигантскими злобными смертоносными свиньями. Эриманфская была такой же большой, щетинистой, уродливой и злой, как и все остальные. Убить ее – для Геркулеса не проблема. Схватить живьем ... это было сложнее.

Геркулес провел несколько недель, преследуя вепря по пустыне. Он попытался вырыть яму-ловушку для вепря, использовал сети, силки, комплекты для ловли вепрей Акме с наковальнями и пилами. Но вепрь был слишком умен для всего этого. Он наслаждался, мучая Геркулеса, позволяя ему подобраться достаточно близко, прежде чем снова сбежать, перепрыгнув через его растяжки и визжа свиным хохотом.
"Это существо может унюхать сделанные человеком ловушки за милю", - подумал Геркулес. - "Но как же мне остановить его?"
К этому времени он преследовал вепря на возвышенностях горы Эриманф. Однажды вечером он взобрался на хребет, надеясь прилечь на землю, и заметил крутой овраг ниже, наполненный снегом.
– Ха, - понял Геркулес. – Использовать снег ...
Он прошептал молитву благодарности кентавру Фолосу.

Геркулес дважды попытался, но с помощью огненных стрел и множества выкриков ему, наконец, удалось загнать гигантского вепря в овраг. Вепрь бросился прямо в снег и безнадежно застрял, как прибор в формованном пенопласте.
Если бы у Геркулеса была достаточно большая картонная коробка и немного ленты для обвязки бандеролей, он мог бы просто отправить вепря Эврисфею через Федерал Экспресс* (прим. - американская компания, предоставляющая почтовые, курьерские и другие услуги логистики по всему миру). Поскольку он этого не сделал, он потратил много времени, осторожно откапывая вепря и связывая его ноги и рыло. Затем, использовав всю свою огромную силу, он вытащил чудовище из сугроба и поволок его в Микены.
Купцы Тиринфа были рады увидеть, что Геркулес вернулся в город с огромной свиньей. Сначала он принес им львиные стейки. Потом он заполнил магазины первоклассным крабовым мясом. А теперь на протяжении нескольких недель в меню будет свинина!

Эврисфей не очень-то обрадовался. Он завтракал, когда Геркулес ворвался в тронный зал и бросил Эриманфского Вепря, как шар для боулинга, прямо к царскому помосту.
Скользя, вепрь остановился у самых ног Эврисфея, его красные глаза поравнялись с лицом короля, а острые, как бритва, оказались клыки в нескольких сантиметрах от его паха. Эврисфей завизжал и нырнул в целях безопасности прямо в свой большой бронзовый горшок.
– Ч-что это значит? - потребовал он , его голос эхом звенел внутри горшка.
– Это Эриманфский Вепрь, - ответил Геркулес. – Живой, как и просили.
– Да! Отлично! Убери его!
– А мое следующее задание? - спросил Геркулес.
Эврисфей закрыл глаза и захныкал. Он ненавидел героев. Они были такими раздражающе ... героическими.
Он спрашивал себя: "А что, если он мог бы просто приказать Геркулесу убить самого себя. Нет, богам, вероятно, это не понравится.
Разве что..." - У Эврисфея появилась блестящая идея. Что, если он попросит Геркулеса сделать что-то такое, за что боги убьют его?

– Керинейская Лань! - воскликнул царь. – Принеси ее мне.
– Что? - спросил Геркулес.
– Просто иди! Выясни! Загугли! Мне плевать! Принеси мне эту лань, живой или мертвой!
Геркулес никогда не был хорош в поиске чего-то в Интернете, поэтому он поспрашивал городскую округу о Керинейской Лани.
Его племянник Иолай ответил ему:
– О, да, я слышал эту историю. Лань – это самка оленя.
– Самка оленя, - повторил Геркулес. – Олениха. Женщина-олень.
– Верно, - сказал Иолай. – Она пасется в Керинее. Вот почему ее назвали...
– Керинейской Ланью. - Геркулес вздохнул. – Эти люди всегда называют своих животных в честь мест с очень сложными названиями. Хоть бы раз схватить чудовище по имени Джо или Тимоти.
– Как бы там ни было, - продолжил Иолай – эта лань считается очень быстрой, настолько быстрой, чтобы обогнать стрелу. У нее золотые рога...
– Разве у самок оленей есть рога?
– У этой есть. И бронзовые копыта. Кроме того, эта лань является священным животным богини Артемиды.

– И если я убью оленя...
– Артемида тебя убьет, - подтвердил Иолай.
– Эврисфей пытался обмануть меня. Я ненавижу этого парня.
– Ты уверен, что не хочешь, чтобы я шёл с тобой?
– Неа. Я не хочу снова быть дисквалифицированным. В любом случае спасибо, парень.
Так Геркулес отправился в одиночку, чтобы найти волшебную лань, которую не зовут Тимоти.
Задание было не настолько опасное, как длинное, тяжёлое и скучное. Геркулес преследовал оленя в течении года по всей Греции, вплоть до замёрзших земель Гипербореев, южной части Пелопоннеса и обратно. Он много тренировался, но так и не подобрался к лани. Его сети, ловушки и набор Acme для поимки оленей не сработали. Он попробовал старый трюк "кабан в снегу", но олень проворно, не провалившись, пробежал по ледяной корке.

Лань замедлялась только тогда, когда пересекала реки. Может быть она не хотела намочить свои блестящие бронзовые подковы, потому что она всегда колебалась пару секунд прежде чем прыгать в них.
Это давало Геркулесу возможность подстрелить животное, но так как он не смог убить её - это не помогло.
"Что если ..." - задумался Геркулес, "я могу остановить лань, не убивая её."
Это был не самый лёгкий и безопасный план, но Геркулес должен был дать ему выстрелить (если так можно выразиться).
Он рылся в своих пожитках, пока не нашёл хорошую леску - самый крепкую, самую лёгкую верёвку, которая у него была. Он привязал один конец к оперению стрелы. Затем он побежал за оленем. На расчёт правильного времени понадобилось несколько дней. Геракл должен был полностью обследовать местность, чтобы он прекрасно в ней ориентировался. Он должен был предвидеть по какому пути побежит лань.
Затем опередить её до ближайшей реки, чтобы во время выстрелить.

В итоге ему удалось занять позицию. Он встал в в ста ярдах вниз по течению, его лук будет наготове, как только лань достигнет воды.
В течении нескольких мгновений, она колебалась. Даже для лучшего лучника, было до смешного сложно выстрелить, но у Геркулеса не было выбора. Он пустил стрелу в полёт.
Он попал точно меж мембран двух голеней, запутывая задние ноги леской. Она споткнулась. Прежде чем она смогла восстановить равновесие, Геракл подбежал к берегу и схватил бронзовые копыта животного. Он осмотрел раны и вздохнул с облегчением. Он взял немного крови, но так, чтобы лань не страдала от такого повреждения.
Геркулес взвалил оленя на плечи и направился обратно в Тиринф.
Он прошёл только милю, когда голос позади него сказал:
—Куда ты собрался с моей ланью?
Геркулес обернулся. Позади него стояла молодая девушка в серебрянный тунике, с луком на спине. Рядом с ней стоял энергичный парень в золотой робе. Он тоже был вооружён луком.

— Артемида, - сказал Геркулес, подавляя желание закричать и убежать. — И Аполлон. Смотрите, ребята, я сожалею, я должен был поймать этого оленя, но...
— "Но." - Артемида мельком взглянула на своего брата. — Разве ты не любишь, когда смертные говорят: "Извините, но..."? Как будто они могут оправдать свои преступления! Она уставилась своими холодными серебрянными глазами на Геркулеса. — Очень хорошо, герой. Объясни мне, почему я не должна убить тебя на месте.
— Эврисфей дал мне десять тупых заданий, - сказал Ягеркулес. — Я имею в виду, десять прекрасных подвигов. Не важно. Он сказал мне принести ему Керинейскую лань, живой или мёртвой. Конечно я знал, что она священна для тебя. Я бы никогда не убил её. Но я метался между выполнением эти десяти подвигов, как повелевало пророчество Аполлона...
— Эть правда, - признал Аполлон.
—... И оскорблением великой богини Артемиды. Эврисфей меня подставил. Он хотел, чтобы я убил лань, а вы убили меня.

Но если ты позволишь отнести к нему лань и завершить моё испытание, я обещаю не нанести ей больше никакого вреда. Я отпущу её сразу же после того как покажу её королю.
Костяшки Артемиды побелели на её луке. – Я ненавижу, когда смертные используют нас в своей грязной работе.
– Смерть от бога, - проворчал Аполлон. - Мы не киллеры. Мы не можем говорить кого убивать, а кого нет.
Артемида развела руками. - Геркулес, забирай лань. Сдержи своё обещание и больше никаких проблем. Но этот Эврисфей... Я надеюсь, что не помаю его за охотой в лесах. Я не буду так же милостива.
Боги исчезли в мерцающем свете. Геркулес продолжал свой путь, пока его колени не перестали дрожать. Только дурак не будет боятся Артемиды и Аполлона, и даже при всех его недостатках, Геркулес не был дураком. Ну, большую часть времени, неважно.
Когда Геркулес нёс Керинейскую лань в тронный зал, он мечтал, что Эврисфей спрячется в своём горшке, потому что так будет интереснее.

Вместо этого, высокий король просто пожал плечами. —Так, ты выполнил своё задачу удовлетворительно. Я буду держать лань в своём зверинце.
— Вы что? - спросил Геркулес.
— Мой личный королевский зоопарк, болван! Каждому королю нужен зверинец.
— Ну-э-э. Я обещал Артемиде отпустить лань. Если вы хотите держать лань в зоопарке, вам нужно отвести её туда самому.
— Это часть твоего задания!
— Нет, это не так. Ты сказал просто пройти испытание.
— Ох, прекрасо! Я забираю лань.
Король поднялся со своего трона. Он уже прошёл половину ступеней, когда Геркулес поставил оленя на копыта и разрезал леску, связывающую её ноги.
— Иди сюда, Эврисфей. Будь осторожен. Она...
Лань вылетела из комнаты в виде бело-золотого пятна.
— ...быстрая

Король закричал и начал топать ногами, что было так смешно, как если бы он прыгнул в горшок. Лань гнала обратно в дикую природу, из-за чего Артемида была счастлива.
Эврисфей закричал. — Ты лживый герой! Я сделаю твоё следующее задание невозможным!
—Я думал, что последние четыре были невозможными.
— Это будет на много невозможнее! Рядом с городом Стимфалия есть озеро, окружённое стаей демонических птиц...
— Если их зовут Стимфалийскими птицами...
— Их зовут Стимфалийскими птицами!
— Меня сейчас стошнит.
— Тебя не стошнит! Ты освободишь озеро от каждой птицы. Ха, ха! Копрей, мой глашатай...
Глашатай короля прибежал запыхвашись. — Да, мой лорд?
— Что говорят люди, когда желают кому-то удачи, но имеют в виду,что это с сарказмом?
— Эм, удачи с этим?
— Да! Удачи тебе с этим, Геркулес! Ха, ха!
Геракл ушел, бормоча себе под нос.

Как только он приблизился к Стимфалии, он заметил, что на них не было никаких зерновых культур. Не было никакого обычного дерева на котором были фрукты.
Затем он начал находить трупы: белок, оленей, коров, людей. Они были расцарапанными и разорванными на кусочки. У некоторых из шей торчали перья. Геркулес выдернул одно из перьев. Оно было такое же жёсткое и острое, как дротик.
Когда он прибыл на озеро, у него упало настроение. Долина была похожа на миску шириной с милю, заполненную хлопьями, окружённую лесистыми холмами и заполненную тонким слоем воды. Острова болотной травы истерзанные чёрным пунктиром - миллионами и миллионами размером с ворона птиц. Деревья вдоль берега покачивались под тяжестью стаи. Их визги повторялись взад и вперёд, как сонар через воду.

Геркулес пробрался к ближайшему дереву. Клювы и когти птиц сверкали, как отполированная бронза. Один из маленьких демонов заметил его своими жёлтыми глазами. Он визгнул, раскрывая свой корпус, шквал из перьев мчался к нему. Если бы не плащ из шкуры льва, Геркулес уже был бы на вертеле.
— Это действительно не возможно, - сказал Геркулес. — В мире нет столько стрел, чтобы убить так много птиц.
— Тогда используй своё остроумие, - сказал женский голос.
Геркулес обернулся. Позади него стояла женщина с длинными тёмными волосами и штормовыми-серыми глазами. Она держала щит и копьё, как будто была готова сражаться, но её улыбка была тёплой и знакомой.
Геркулес поклонился. — Афина, прошло много времени.
— Привет, - сказала богиня. — Я вижу ты сменил царскую мантию, которую я сделала на львиную шкуру.
— Ох, гхм, без обид.

— Я не обижена, мой герой. Ты поступил мудро, использовав плащ, как броню. Кроме того, ты работал очень тяжело, чтобы не расстроить меня. Я до сих пор посмеиваюсь из-за того времени, когда Гера пыталась тебя накормить. - богиня заколебалась.
— Ох, дорогой...ты всё ещё, э-э, обделываешься, когда слышишь её имя, не так ли?
Геркулес покраснел. — Нет, я преодолел это, когда был ребёнком.
— Хорошо, хорошо. Во всяком случае, этот инцидент был очень забавным. Я сегодня здесь, потому что Зевс подумал, что тебе понадобится моё руководство.
— Это прекрасно! Итак в чём секрет этих птиц?
Афина повиляла своим пальцем. — Я сказала остроумие. Я не сказала, что вручу тебе ответ. Ты должен использовать свой ум.
— Ба.
— Думай, Геркулес. Что может заставить этих птиц улететь?
Геркулес потеребил свой галстук из лапы льва. — Птицы побольше?

— Нет.
—Тысячи кошек?
— Нет.
— Недостаток еды?
Афина сделала паузу. — Это интересно. Возможно, в конечно счёте, птицы сами мигрируют, когда у них закончатся источники еды. Но ты не можешь рассчитывать на это, тебе нужно, чтобы они ушли сейчас. Поэтому что ты можешь сделать?
Геракл вспомнил свои дни на ранчо крупного рогатого скота. Он потратил много времени, наблюдая за стаями птиц на пастбище
— Однажды, во время шторма, - напомнил он, — прогремел гром и тысячи ворон взлетели с пшеничного поля и улетели прочь.
— Прекрасно.

— Но...как я смогу сделать шум настолько ужасным? - Геркулес снова вернул свой разум в детство. Его обвиняли за то, что тогда он делал довольно ужасные звуки. — Мой старый учитель музыки говорил, что я играю настолько ужасно, что спугну любую публику. Я бы хотел, чтобы моя лира сейчас была со мной, но я сломал её о голову Линуса.
— Хорошо, у меня нет лиры, - сказала Афина, — но у меня есть что-то, что сможет помочь.
Из складок своей мантии, богиня вытащила стержень, скреплённый с рядами маленьких колокольчиков, похожий на негабаритных размеров змею-погремушку отлитую из бронзы. — Гефест сделал это. Это самый ужасный музыкальный инструмент, который он когда-либо изобретал. Даже Аполлон не захотел его, но я чувствовала, что когда нибудь он окажется полезным.
Она вручила погремушку Геркулесу. Когда он потряс ею, его барабанные перепонки свернулись в черепе и умоляли о смерти. Каждый колокольчик создавал тон, который совершенно не звучал с последующим. Если бы пять газонокосилок собрались вместе и организовали группу, их дебютный альбом звучал бы так же, как эта погремушка.

Все птицы в радиусе сто ярдов рассердились и разлетелись, на как только Геркулес перестал создавать шум, они снова обосновались на деревьях.
Геркулес нахмурился. —Это работает временно, чтобы избавится от всех этих птиц мне понадобиться больше колокольчиков.
Афина содрогнулась. — Ни один смертный не должен произносить слова "больше колокольчиков". Но возможно погремушка только часть ответа. Что если ты будешь стрелять в них,когда они будут бежать.
— Я не могу подстрелить их всех! Их слишком много.
— Тебе не нужно стрелять во всех. Если ты просто убедишь птиц, что это место не лучшее для ночёвок.
— Ха! Понял. Спасибо, Афина! - он побежал к озеру, размахивая погремушкой и крича: "БОЛЬШЕ КОЛОКОЛЬЧИКОВ!"
— И это намёк на то, что мне пора идти, - Афина исчезла в облаке серого дыма.

Геркулес потратил дни, бегая вокруг озера со своей погремушкой и луком. Когда Стимфалийские птицы поднимались в воздух, напуганные ужасной божественной музыкой, он стрелял столько сколько мог отравленными стрелами.
После недели колокольчик и ядов, вся стая взлетела в чёрном облаке и полетела в сторону горизонта.
Геркулес побыл там ещё несколько дней, просто чтобы убедиться, что пернатые демоны не вернутся.
Затем он собрал прекрасное ожерелье из тушек птиц и вернулся в Тиринф.
— Верховный король! - заявил Геркулес, когда ворвался в тронный зал. — Я очень рад буду дать вам птицу, я имею в виду птиц во множественном числе. Стимфалийское озеро теперь свободно для плавательного сезона.

До того, как царь успел ответить, публика в комнате разразилась аплодисментами и возгласами. Придворные толпились возле героя с просьбами об автографе и глянцевыми фотографиями Геркулеса. Многие из королевских охранников показывали свои футболки КОМАНДА ГЕРКУЛЕСА, только, хотя Эврисфей запретил им нарушать дресс-код.
Король стиснул зубы. С каждым тупым, выполненным заданием, Геркулес становился популярнее и становился большей угрозой. Народ Микен поклонялся ему.
Возможно, Эврисфей шёл не в том направлении. Вместо того, чтобы убить Геркулеса, возможно он должен назначить Геркулесу настолько отвратительное и унизительное, что герой станет объектом насмешек.
Верховный король улыбнулся. — Хорошая работа, Геркулес. Теперь твоё следующее задание!
Толпа притихла. Они с нетерпением ждали, когда король объявить с каким монстром будет сражаться Геракл дальше, и какой сорт экзотического мяса они смогут увидеть на обеденных столах.

— Мой друг Афгий - король Элиды, знаменит из-за своего стада, - сказал Эврисфей, — но я боюсь, что его коровник немного...испачкался за прошедшие годы. Поскольку у тебя есть опыт работы в качестве владельца ранчо, я хочу, чтобы ты почистил сараи. Сам. Без помощи.
Некоторые из толпы отошли от Геркулеса назад, как будто он уже был покрыт коровьим навозом.
Глаза Геркулеса могли прожечь дыру на лице короля. — Это моё следующее задание?Ты хочешь, чтобы я почистил коровник.
— Ох, извини. Один день честной работы ниже твоего достоинства? - Эврисфей не мог знать что такое один день честной работы и если такое происходило с ним, он звенел в колокольчик, но толпа пробормотала, - Ооооооо, сжечь.
— Прекрасно, - проворчал Геркулес. — Я почищу стоила.
Он дал ещё пару автографов, отдал мёртвых стимфалийских птиц в качестве сувенира, затем приобрёл галоши
и лопату.

В чём заключается ирония? Король Авгий, чьё имя означает светлый, был самым грязным, худшим и не светлым королём во всей Греции. Он разводит крупный рогатый скот уже тридцать лет, и не разу не удосужился почистить свой амбар.
Отчасти, потому что коровы в этом не нуждались. Они произошли от божественных коров отца Авгия - титана солнца Гелиоса, поэтому они могли жить в любых условиях, в чистоте или грязи, и никогда не болели.
Но в основном, Авгий не чистил коровники, потому что был он был скрягой и ленив. Он не хотел платить никому за работу. И так как работа была худшей, мало людей шли на уступки.
Из-за небесного здоровья коров, они много гадили, так что после тридцати лет коровники выглядят, как ряды гор из коровьих лепёшек с таким густым роем мух, что вы бы не смогли разглядеть животных.

Геркулес почувствовал запах королевства Авгия ещё за пятнадцать миль до того как добрался туда. Когда он прибыл в город Элида, все местные суетились вокруг с шарфами, закрывающими их носы и рты, чтобы препятствовать вони. Рыночный бизнес был ужасен, потому что никто не хотел посещать или проезжать через город Пуков.
Геркулес решил разведать амбары до того, как поговорит с королём. Он быстро сообразил, что его пары галош и лопаты будет недостаточно. Загоны занимали большую часть города. Они располагались на западной окраине города, на своего рода полуострове, где река Алфей изогнута в гигантскую С-образную форму.

Геркулес чувствовал себя ужасно. Ни одно животное, божественное оно или нет, не должно жить в таких условиях. Он шесть лет занимался скотоводством, поэтому немного знал о том как расположены коровники, даже если не мог их разглядеть под слоем навоза. Он провёл измерения вдоль реки, сделал несколько инженерных расчётов и использовал приложение для поднятия духа на своём смартфоне, пока в его голове не начало формироваться решение.
Затем он отправился в королевский дворец.
Он едва смог пройти через двери в тронный зал, потому что место было сильно заставлено хламом. Несколько охранников в недоумении блуждали в поддержанной униформе, ориентируясь между каньонами старых газет, сломанной мебели, обветшалой одежды и поддонов с кормами для домашних животных с истёкшим сроком годности.

Геркулес прикрывал нос. Он пробрался к помосту, где на шатком металлическом складном стуле в качестве трона восседал царь Авгий. Его мантия возможно когда-то была голубой, но она была настолько испачкана, что в этом нельзя было быть уверенным. В бороде полно крошек и мелких тварей. Рядом с ним стоял молодой человек, может быть его сын, чье выражение лица, казалось, навсегда застыло в акте рвоты. Геркулес не мог винить парнишку. Во дворце пахло в коробке из-под испорченного молока.
— Приветствую, Царь Авгий, - поклонился Геркулес. — Я слышал, вам нужна помощь с уборкой коровников.
Стоявший рядом с царем юноша вскрикнул: "Слава богам!"
Авгий нахмурился.
— Молчи, Филей! - царь повернулся к Геркулесу. —Мой сын не знает, что говорит, незнакомец. Нам не нужна помощь с уборкой.

— Отец! - протестовал Протей.
— Тише, мальчик! Я не заплачу никому за эту работу. Цена будет слишком высокой. Кроме того, у моего стада прекрасное здоровье.
— А у твоих людей нет, - пробормотал принц. - Они умирают от вони.
— Сир, - прервал Геркулес, — я могу выполнить эту работу за разумную цену.
Геркулес не планировал просить об оплате, но сейчас он понял, что может тоже. Работа была ужасной и король заслуживал заплатить за то, что держал коров в таких ужасных условиях. — Тебе это обойдётся всего лишь четвертью твоего стада.
Король вскочил со своего стула, стряхивая крошки и грызунов со свой бороды — Возмутительно! Я не отдам тебе даже сотую часть от своего стада!
— Одну десятую, - возразил Геркулес. — И я сделаю работу за один день.
Король Авгий чуть не начал стрелять оскорблениями или не схватил сердечный приступ, когда Филей взял его за руку.

— Пап, это же отличная возможность – золотая середина! Это мизерная цена за столь огромную работу, и как он сможет закончить за день? Просто скажи ему, что он не получит плату, если не сможет выполнить работу в срок. Тогда, если он потерпит неудачу, то вы ничего не теряете: мы все же получим сараи частично очищенными.
Геркулес улыбнулся. — Ваш сын умен. Заключаем сделку?
Авгий хмыкнул. — Очень хорошо. Стража, принесите мне пергамент, чтобы я мог составить контракт. И не самая приятная новость. У меня есть кучи использованного пергамента там, под теми мешками кошачьего туалета.
— Кошачьего туалета? - переспросил Геркулес.
— Никогда не знаешь, когда они могут понадобиться!
Геркулес и Авгий подписали контракт. Принц Филей послужил в качестве свидетеля.
На следующее утро Геркулес взял лопату для коровников, а Филей увязался за ним.
Принц осмотрел горы какашек. — Вы, мой друг, заключили очень плохую сделку. Нет никакого способа очистить все это до заката.

Геркулес просто улыбнулся. Он направился к северу от загонов и начал копать яму.
— Что ты делаешь? - спросил Филей. - Весь навоз здесь.
— Смотри и учись, принц.
Геркулес был сильным и энергичным. К полудню, он вырыл большую траншею от северного конца загонов к верхнему берегу реки, оставляя лишь тонкую подпорную стенку, чтобы вода не проникла внутрь. Весь остальной день он потратил на прокапывание другой траншеи с южного конца загонов до дна С-образной кривой Алфеи, где река текла из города. В том же месте Геркулес оставил немного земли, чтобы вода не просочилась в траншею.
К вечеру, Филей становился всё более нетерпеливым. Геркулес чуть не провалил работу из-за того что не выкопал ни одной лопаты навоза.

— Итак, вы выкопали две траншеи, - сказал принц. — Как это поможет?
— Что произойдет, - спросил у него Геркулес, — когда я выбью северную подпорную стену и выпущу реку?
— Вода ... Ах! Я понял!
Филей следил, прыгая вверх и вниз от волнения, когда Геркулес подошел к северному берегу.
Одним ударом лопаты Геркулес сломал подпорную стену. Река затопила траншеи, мчась навстречу загонам. Геркулес был осторожен с измерениями. Уклон и высота оказались верными. Вода бурлила через коровники, разваливая горы навоза, расталкивая отходы через южный желоб в нижнюю излучину реки, где их подхватило течение.
Геркулесом был изобретен самый большой в мире туалет. Одним смыванием он вычистил тридцатилетний клад экскрементов из сараев, оставив лишь сияющее поле грязи и тысячу очень смущенных, начисто вымытых коров.

Фелей завопил от восторга. Он сопроводил Геркулеса обратно в тронный зал, желая поделиться хорошими новостями. — Отец, он сделал это! Коровники чистые! Город больше не пахнет, как завод по переработке сточных вод!
Король Авгий оторвался от жестяных банок от бобов, которые он расставлял. — Э? Я не верю.
— Я был там! - настаивал Фелей. — Я твой свидетель. Ты должен заплатить этому человеку - одну десятую твоего стада, как ты обещал в контракте.
— Я не знаю о чём ты говоришь, - сказал король. — Я не подписывал никакого контракта. Я ничего не обещал этому человеку.
Фелей стал таким же зелёным, как глаз Гидры. — Но...
— Ты мне не сын! - завизжал король. — Ты принял сторону путника и идёшь против меня? Я прогоню вас за измену. Стража!
Стражники не появились, возможно потому что они потерялись в тронном зале среди груд мусора.

Геркулес повернулся к Фелею. — Ты кажешься разумным человек. Если бы ты был королём, ты бы очистил этот дворец?
—В мгновении ока.
— Ты будешь хорошим правителем?
— Да.
— Ты будешь выполнять свои соглашения?
— Ещё бы.
— Хорошо, это всё что мне нужно было услышать.
— Это возмутительно! - кричал король Авгий. — Стража! Кто-нибудь!
Геркулес поднялся на помост. Он ударил короля Авгия в лицо, мгновенно убив его и стряхнув несколько не открытых видов грызунов с волос на лице.
Геркулес взглянул на Фелея. — Извини. Он действовал мне на нервы.
Фелей стал королём. Он сразу же приказал вынести из тронного зала всю испортившуюся еду для домашних животных, старые газеты и ржавую броню. Он объявил об отмене смертной казни.

Город Элида был тщательно вымыт, а Геркулес получил десятую часть королевского стада.
Когда Геркулес вернулся в Тиринф с миллионом драхм: оплатой за рогатый скот, а не покрытый пятнами навоза, Эврисфей был в ярости.
— Что произошло? - потребовал он.
Геркулес рассказал ему историю. - Я почистил коровники. Я стал богатым. Все счастливы.
— Я несчастен! Подвиг не считается! Ты получил компенсацию!
Геркулес сдержал свою ярость. - Ты никогда не говорил, что я не могу взять оплату.
— Даже так, ты не выполнил работу сам. Река сделала работу за тебя.
— Чем использование реки отличается от использования лопаты? Это тоже инструмент.

Высший король затопал ногами. - Я сказал, что подвиг не считается, я высший король! Если тебе так сильно нравится рогатый скот, я дам тебе другое задание, относящееся к коровам. Иди к королю Крита - Миносу. Убеди его отказаться от подаренного быка. Это должно занять тебя на время!
Гнев Геркулеса подступал к груди. Конечно, он соглашался с наказанием за убийство своей семьи. Конечно, он был непослушным полубогом. Но теперь его десять глупых заданий раздулись на двенадцать глупых заданий. и он выполнил только половину списка. Он хотел убить своего кузена. С большими усилиями он убрал руку с рукояти меча.
— Один Критский бык, - ворчал он. — Сейчас будет.
У короля Миноса была ужасная репутация и сильная армия, поэтому Эврисфей надеялся, что король убьёт Геркулеса на месте за смелость попросить о его призовом быке. Как оказалось, миссия быка была только куском пирога.

Геркулес приехал в Кносс, вошёл в тронный зал и рассказал о его поиске королю Миносу.
— Короче говоря, Ваше Величество, я должен принести вашего ценного быка Высшему Королю Пряток в Горшке.
— Возьми его, - скзал Минос.
Геркулес моргнул. — Серьёзно?
— Да! Возьми быка! Скатертью дорога!
Уже давно пора. Белый бык был подарком от Посейдона, но Геркулес приехал после того, как Королева Пасифая влюбилась в быка и родила от него Минотавра, поэтому теперь подаренный бык был постоянным напоминанием Королю Миносу о его позоре и бесчестности. Он хотел избавиться от него. Также у него было предчувствие, что будет если бык когда-нибудь будет свободно разгуливать по Греческому материку. Эврисфей получит больше, чем ожидал.

Геркулес отплыл назад в Микены со связанным белым быком в грузовом отсеке. Когда они достигли доков, он взял быка и перекинул его через голову, как мешок муки и понёс его во дворец. — Куда его поставить?
На этот раз король решил не паниковать. Он сидел на троне, делая вид, что читает журнал. — Хм?
— Критский бык, - сказал Геркулес. — Куда ты хочешь, чтобы я его поставил?
— Ох, - Эврисфей подавил зевок. — Оставь его здесь. рядом с окном.
Геркулес неуклюже двигался к окну.
— Я передумал, - сказал король. — Он будет лучше смотреться рядом с диваном.
— Здесь?
— Немного левее.
— Здесь?
— Нет, мне больше нравилось, когда он был у окна.
Геркулес подавил желание бросить его на трон. — Здесь, или?
— Знаешь, бык не сочетается с моим декором. Оставь его за городом и отпусти.

— Ты хочешь, чтобы он тут свободно бродил? Это дикое животное с острыми рогами. Оно уничтожит имущество и убьёт людей.
— Делай, как я говорю, - приказал король. — Затем придёшь за следующим заданием.
Геркулесу это не понравилось, но он выпустил его в Греческую сельскую местность. Конечно же он буйствовал и сеял все виды разрушений. В конце концов он набрёл на марафон и стал известен, как "Марафонский бык", убивал и разрушал всё безнаказанно, пока Тесей наконец не выследил его, но это было гораздо позже.
Геркулес вернулся в тронный зал. — Следующее тупое задние, Ваше Сиятельство?
Эврисфей улыбнулся. В последнее время он слышал слухи о фракийском короле Диомеде, который вырастил лошадей людоедов, кормя их плотью своих гостей. С тех пор у Эврисфея были приятные мечты о том разрывают Геркулеса на кусочки.

— Я понял, что у Диомеда - царя Фракии есть отличные лошади, - сказал он. — Пойди туда и принеси мне четырёх из его лучших кобыл.
Геркулес ущипнул себя за нос. Он чувствовал, как подступает мигрень. — Ты не мог подумать об этом раньше, когда я был во Фракии в погонях за Киренийской ланью?
— Неа!
— Прекрасно. Фракийские кобылы. Неважно.
Геркулес снова направился туда, желая, чтобы кто-нибудь изобрёл самолёты или скоростные поезда, потому что его сандали становились изношенными из-за всех этих походов через всю Грецию.
В этот раз он решил попытать удачу в мореходстве. Он арендовал трирему и нанял экипаж добровольцев, обещая им приключения и сокровища на пути во Фракию. Он взял своего племянника тоже, потому что Иолай превратился в опытного командующего войсками. Геркулес беспокоился, что Эврисфей объявит этот поиск недействительным, если экипаж поможет ему захватить лошадей, поэтому он решил, что когда они достигнут Фракии, он оставит их на борту корабля и встретится с Диомедом самостоятельно.

По пути, у Геркулеса было несколько второстепенных приключений. Он основал Олимпийские игры. Он вторгся в некоторые страны. Он помог богам победить армию бессмертных гигантов. Я думаю, что смог бы рассказать вам об этом , если бы у меня было пятьсот лишних страниц, но мне самому пришлось бороться с некоторыми из гигантов, и я не совсем готов затрагивать эту тему.
Когда Геркулес наконец добрался до Фракии, он оставил свой флот на борту, как и планировал и один отправился во дворец Диомеда. Поскольку прямой подход с королём Миносом в Крите хорошо сработал, Геркулес решил попробывать ещё раз.
— Эй, Диомед, - сказал Геркулес, — можно мне твоих лошадей?
Диомед улыбнулся. Психотический блеск в глазах выглядел также дружелюбно, как у светильника Джека. — Ты слышал о моих лошадях, а?
— Эм, они должны быть самыми лучшими. Высший Король Тупости микенов отправил меня сюда, чтобы добыть четырёх твоих кобыл.

— О, нет проблем! Пойдем со мной!
Геркулес не мог поверить в свою удачу. Два простых квеста подряд? Класс!
Следуя за Диомедом, он замечал все больше и больше стражников, строем следовавших за ними. К тому времени, как они добрались до конюшен, перед ним выстроилась свита из пятидесяти фракийских воинов.
— Мы на месте! - Диомед гордо раскинул руки. — Мои кони!
— Ого, - удивился Геркулес.
По сравнению с конюшнями Диомеда коровники царя Авгия были Диснейлендом. Пол был усеян кровавыми ошметками мяса и костей, лошадиные копыта и ноги забрызганы кровью. Их глаза были дикими, хитрыми и злобными. Увидев Геркулеса, они заржали, щелкая перед ним острыми, в красных пятнах зубами. Ближайшие кобылы пытались вырваться из своих стойл. Только толстые бронзовые цепи на шеях держали их в узде, привязанными к ряду железных столбов.

— Мои малышки сильные, - сказал Диомед. — Вот почему я должен держать их на цепи. Они любят человеческое мясо.
— Прелесть, - пробормотал Геркулес. — И полагаю, основное блюдо сегодня – я?
— Ничего личного, - сказал король. — Я поступаю так со всеми пленниками, гостями и большинством родственников. Стража! Бросьте его в стойло!
Пятьдесят на одного. У стражников не было шансов. Геркулес бросал их одного за другим в стойла, предоставив лошадям пятьдесят блюд из фракийских воинов.
В итоге из людей остались только Геркулес и Диомед. Царь был загнан в угол. — Подожди! Давай поговорим .
— Говори со своими лошадьми, - ответил Геркулес. — Потому что я не слушаю.
Он подхватил царя и метнул его в стойла. Вообще-то лошади были сыты, но они как-то нашли место для десерта.
После такого количества вкусной еды лошади стали сонными и ручными. Геркулес выбрал четырех лучших кобыл, запряг их и привел к причалу, где его ждал корабль.

Плывя в обратный путь по побережью, Геркулес и его матросы попали в некоторые стычки с фракийцами. Конечно, Геркулес победил их всех, но некоторые из его добровольцев были убиты. Один парень, Абдер, сражался так отважно, что Геркулес построил ему огромную гробницу и основал город в его честь.
Абдеры стали главным портом на Фракийском побережье. Этот греческий город существует до сих пор – просто на случай, ну, знаете, если окажетесь в стране Диомеда, убивая время.
Геркулес привел плотоядных кобыл Эврисфею, но царь был слишком напуган, чтобы использовать их. Он выпустил их в лес возле горы Олимп. Одни истории гласят, что лошади были съедены еще более крупными хищниками. Другие же повествуют о том, что потомки лошадей были по-прежнему там, спустя столетия, пока не пришел Александр Македонский и не запряг их. Что я знаю из личного опыта, так это то, что вы все еще можете найти плотоядных лошадей, если будете гулять по плохим районам. Мой совет: не делайте этого.

В тот момент Эврисфей впал в панику. У него заканчивались проблемы, которые решил бы Геркулес.
Местность была очищена от монстров. Все злые цари были либо избиты до смерти либо скормлены собственным лошадям. Геркулес лишь продолжал становиться все более и более известным и оставаться до раздражения живым.
Еще один источником раздражения верховного царя: его супер-избалованная дочь-подросток Адмета, ноющая несколько недель о том, как она хочет пояс из настоящего золота, который бы подошел к ее новому платью.
— Я хочу лучший пояс в мире, папочка! Пожалуйста?
Так, когда Геркулес предстал перед ним, ожидая следующего задания, эти мысли смешались и закрутились у Эврисфея в голове: "Убить Геркулеса. Золотой пояс. Опасное задание".

Вдруг у него возникла замечательная идея, злобная идея. У кого есть самый лучший золотой пояс в мире? И кто любит убивать героев-мужчин?
— Геркулес, - сказал Эврисфей, — я хочу, чтобы ты оправился в земли Амазонок. Забери пояс их королевы и принеси мне для моей дочери.
Позади трона, Адмета аплодировала и прыгала вверх-вниз.
Свирепый взгляд Геркулеса соответствовал его львиному капюшону. — Твоя дочь хочет стать королевой Амазонок?
— Нет. Она просто хочет блестящий пояс, чтобы носить с платьем.
Геркулес вздохнул. — Вы понимаете, что я мог остановится в Амазонии на обратном пути из Фракии, не так ли? Я мог сэкономить время, и расстояние, и... Не важно. Золотой пояс. Хорошо. Хотите ещё картошку фри вместе с ним, Ваше Величество?
— Что такое картошка фри?
— Забудьте.

Геркулес ушёл, снова. Единственная хорошая новость - Эврисфей не пожаловался на корабль полный добровольцев, которых Геркулес нанял, чтобы они помогли с Фракийским квестом, поэтому он может сделать так снова.
Он взял с собой команду, своего закадычного племянника Иолая и отбыл в Амазонию, на южный берег Чёрного моря.
Геркулес хотел избежать боя. Он устал от того, что люди умирают из-за исполнения желаний Эврисфея. Особенно, он не хотел начинать войну из-за модного аксессуара для избалованной принцессы.
С одной стороны, он знал, что Амазонки уважают силу, поэтому когда корабль пришвартовывался возле берега, его люди гребли собственными силами.
Они встали в ряды с щитами и копьями.
Амазонские разведчики наблюдали некоторое время. Королева Ипполита и её армия были готовы.

Сестра королевы Пентиселея думала, что они просто должны подать сигнал и начать убивать, но Иполлита отнеслась с осторожностью. Она слышала истории о Геркулесе. Она хочет узнать, что Греческий герой должен сказать.
Она взяла пять своих охранников и отправилась в сторону греческих колонн под флагом перемирия. Геркулес и некоторые из ребят отправились им на встречу.
— Hola (с исп. Привет), - сказал Геркулес. — Смотрите, я знаю это глупо, но есть одна принцесса-подросток в Греции, которая хочет твой пояс.
Он объяснил ситуацию. Сначала Ипполита была возмущена. Затем, когда стало ясно, что Геркулес ненавидит высшего короля и его задания, она повеселела. Когда Геркулес назвал Эврисфея, — Верховный Король Коровьих Вечеринок, - Ипполита даже громко рассмеялась.
— Так, - сказала королева, — я поняла, что ты однажды поймал Керинийскую лань.

— Это правда.
— Ты пообещал Артемиде, что отпустишь лань целой и невредимой, и ты сдержал своё слово?
— Да.
— Это строит о тебе хорошее впечатление. Артемида наша богиня покровительница. Если я одолжу тебе свой пояс, поклянёшься ли ты своей честью, что вернёшь его назад? Это поможет избежать не нужного кровопролития, да?
Геркулес начал расслабляться. — Да. С радостью. Это было бы круто.
Они прекрасно поладили. Ипполита была впечатлена большим, мускулистым Геркулесом в своей львиной шкуре, вооружённым с ног до головы золотым оружием. Геркулес тоже считал Ипполиту очень горячей. Если бы всё сложилось по другому, они могли бы остепенится и завести опасных детей.

Но нет. Наверху в своей ситуационной комнате на горе Олимп, Гера наблюдала. После её вмешательства в миссию Гидра, у неё были не приятности с Зевсом, примерно такие: "Сделай так ещё раз снова, и я свяжу тебя с ног до головы над ямой Хаоса", что то в этом роде. Она сделала всё возможное, чтобы держаться подальше. Она продолжала надеятся, что Эврисфей сможет убить Геркулеса без её помощи. Но сейчас герой снова одержит лёгкую победу.
— Давайте, Амазонки, - пробормотала богиня про себя. — Где же ваш боевой дух?
В итоге она больше не могла стоять в стороне. Она превратилась в Амазонского воина и полетела вниз, чтобы присоединиться к ним. В то время, как Геркулес и Пентиселея вели переговоры и флиртовали, передвигалась между Амазонок и нашёптывала им в уши:
— Это трюк. Геракл возьмёт королеву в заложники.
Амазонки стали беспокоиться. Подозрение к мужчинам у них было естественным. Они доверяли слухам.

Королева разговаривала с этим большим пижоном в накидке из шкуры льва слишком долго. Что-то было не так.
Пентиселея подняла свой меч. - Мы должны защитить королеву! В атаку!
Геркулес делал комплимент Иполлите насчёт её золотых наголенников, когда его люди забили тревогу.
Амазонки пошли в атаку.
— Что это значит? - спросил Геракл.
Королева выглядела удивлённой. — Я не знаю.
По ту сторону поля, Пентиселея подняла копьё. — Я спасу тебя, сестра!
Отчаявшись, чтобы остановить войну, она закричала, —Нет, это ошибка! Не...
Она встала перед Гераклом, когда Иполлита метнула своё копьё. Остроконечник копья прошёл прямо через нагрудник, и королева Амазонок упала замертво у ног Геркулеса.

Пентиселея вопила от горя. Амазонки врезались в греческую колонну.
У Геркулеса не было времени, чтобы разбираться что вообще происходит. Он взял золотой пояс с трупа Ипполиты и приказал своим людям отступить.
Амазонки сражались, как демоны, но Геркулес прокладывал кровавую дорогу сквозь их ряды. Десятки греков погибли. Сотни Амазонок пали. Геркулес сдерживал врага, чтобы его люди добрались до лодок и гребли назад к короблю. Затем он погрузился в море и плыл к нему, пока стрелы и копья разрушались о его шкуру льва.
Греки спаслись, но они чувствовали себя победителями.
По пути домой, у Геркулеса было ещё несколько побочных приключений. Он сразился с морским монстром, спас город Троя, убил парочку ребят на ринге...бла, бла, бла. Когда он вернулся в Тиринф, он кинул пояс Амазонок к ногам Эврисфея.
— Сотни честных воинов погибли из-за этого пояса. Надеюсь твоя дочь счастлива.

Принцесса Адмета схватила его и станцевала свой победный танец. — О боже мой, он прекрасен! Не терпится его примерить!
Она умчалась, чтобы показать его друзьям.
— Ну, это хорошо, - сказал Эврисфей.— Давай посмотрим, Геркулес...сколько теперь подвигов? Восемь?
— Нет, ваше Величество, - сказал Геркулес медленно. — Это был девятый подвиг. Я должен был сделать ещё один, но так как вы по своей ограниченной мудрости сбросили со счетов два..
— Ещё три подвига, - сказал король. — О, не смотри так мрачно. Ты знаешь, мне тоже трудно. Не легко придумывать для тебя всё более крупные и тупые задания.
— Вы всегда можете освободить меня раньше.
— Нет, нет. У меня есть ещё одно.
— Я клянусь если ты отправишь меня обратно в Фракию или Амазонию..
— Не волнуйся! Это в противоположном направлении! Я слышал слухи о чудовищном человеке по имени Герион, который живёт далеко на западе - в Либерии!

Геркулес уставился. - Ты ведь шутишь, правда?
Сегодня, Либерию мы называем Испанией и Португалией. Для Греков, она была концом исследованного мира. Она была, как Небраска или Саскачеван- вы слышите о них время от времени, но не можете поверить, что там вообще живут люди. За Либерией, настолько далеко насколько знали Греки, не было ничего кроме бесконечного океана, кишащего монстрами.
— Этот человек Герион, - продолжил король. - Якобы у него есть стадо ярко красного рогатого скота. Ты можешь представить? Я надеюсь, что они дают клубничное молоко. В любом случае, Я хочу, чтобы ты привёл ко мне его стадо.
— Что у тебя не так с коровами? - спросил Геркулес.
— Просто сделай это!
Геркулес арендовал ещё один корабль с другой группой добровольцев. Забавно, что кроме Иолая, никто с последнего приключения не хочет путешествовать с ним снова. Он отплыл на конец света, чтобы найти коров с ароматом клубники.

В те времена переплыть Средиземное море считалось делом опасным. Корабль Геркулеса шел вдоль побережья Африки, поскольку, казалось, это лучший способ не потеряться. По пути он убил кучу злых царей и чудовищ, бла, бла, бла.
Когда он добрался до Туниса, то наткнулся на того большого уродливого сына Посейдона, Антея, явно не числящегося в списке родственников, которым я отправляю открытки на Рождество.
Мама Антея – Гея, богиня земли. Не спрашивайте меня, почему или как Посейдон и Гея завели ребенка. Представлять это слишком ужасно. Все, что я знаю, это то, что Антей похож на свою маму. Он был кровожадным, злым и очень большим. Любой, кто проходил через территорию Антея, был вынужден бороться с ним до самой смерти, наверное, потому что по Тунисскому телевидению не было ничего занимательного.

Геркулес мог бы просто избежать этого противостояния, проплыв мимо, но он не любил оставлять кровожадных убийц на других людей. Он причалил к берегу и бросил Антею вызов.
— РАР! - Антей бил кулаками в грудь. — Ты не сможешь победить меня! Пока я касаюсь земли, я мгновенно исцеляю свои раны!
— Совет на будущее, - ответил Геркулес. — Не начинай битву, объявив о своей роковой слабости.
— Каким образом это является слабостью?
Геркулес атаковал. Он обхватил руками Антея за пояс и поднял борца таким образом, чтобы никакая часть его не касалась земли. Антей изо всех сил пинался и выбивался, но Геркулес сжимал его так крепко, пока что-то в груди Антея не лопнуло. Антей обмяк. Геркулес ждал, чтобы убедиться в действительности его смерти и, и только поотом бросил тело на землю.
— Глупый борец. - Геркулес плюнул на труп и вернулся на корабль.

Наконец, он добрался до побережья Средиземного моря, где северная оконечность Африки почти соприкасалась с южной оконечностью Иберии. В честь своего невероятно смешного квеста Геркулес установил два столба в виде ворот. Он назвал их – вы угадали – Геркулесовыми столбами.
Некоторые истории утверждают, что Геркулес создал ущелье между Европой и Африкой, надавив на части континентов. Другие истории гласят, что он сузил проход, поэтому большие морские чудовища не смогли попасть в Средиземное море из Атлантического океана.
Верьте, во что хотите. Лично я не горю желанием снова посетить Геркулесовы столбы. В прошлый раз меня чуть не обезглавил летающий ананас. Но это уже другая история.
Прибыв в Иберию, Геркулес оставил своих людей на борту корабля и бродил в одиночку несколько месяцев в поисках красных коров. Однажды в жаркий день он посмотрел вниз с вершины холма и увидел стадо ярко-красных животных в долине.

— Должно быть это они, - промямлил Геркулес. — Пожалуйста, пусть это будет они.
Он побежал в долину, усталый и раздраженный. Он почти добрался до скота, когда свирепый двухголовый пес выскочил из высокой травы, рыча и оскалив соответствующие наборы клыков.
Геркулес обычно любил собак, но эта двухголовая не казалась дружелюбной. И у нее на шее не висело никаких бирок о прививках от бешенства.
— Воу, мальчик. Эм ... мальчики? В насилии нет необходимости.
— Это мне решать! - Большой чувак, громыхая топором, подошел после собаки.
— Ты Герион? - спросил Геркулес.
— Нет, я работаю на Гериона, - сказал мужик с топором. — Меня зовут Эвритион, а это моя собака, Орфо.
— Ладно. - Геркулес поднял ладони и постарался выглядеть дружелюбно, что было не легко для него при наличии арсенала оружия и капюшона из львиной головы. — Я пришел, чтобы поторговаться за этот красный скот. Верховный царь Пузан Микен хочет их.

— Боюсь, это невозможно, - ответил Эвритион. — Мой господин оставил мне строгий наказ: все нарушители должны быть убиты на месте. Ты проделал долгий путь, чтобы умереть.
— Обломись, - сказал Геракл.
Фермер и его собака напали одновременно. И умерли одновременно. Геркулес выбил их одним махом.
Он вытирал кровь с палицы, когда другой голос крикнул: "НЕТ, НЕТ, НЕТ!"
Герой посмотрел вверх. Прямо к нему сорвался парень, который выглядел так, будто его переехал мультяшный каток. Его ноги были нормальные. Голова тоже. А Все, что посередине, было расплющенным и бесформенным. Его шея была привязана к широким плечам, которые распространялись на три отдельные груди, бок о бок. Каждая была облачен в разноцветные рубашки – красную, зеленую и желтую. Его руки торчали из левой и правой груди, что, должно быть, не позволяло ему застегнуть среднюю рубашку.

Три отдельных живота были объединены в одну сверхразмерную талию, из-за чего казалось, что у него пояс 82-ого размера. Два меча висели у него по бокам.
— Что с тобой такое? - спросил Геркулес, искренне обеспокоенный.
— Что со мной... – парень выглядел недоуменным, а потом возмущенным. — Ты имеешь в виду мое тело? Я родился таким, ты – бесчувственный дебил! Зачем ты убил моего фермера и его собаку?
— Они первые начали.

— Аргх! Ты знаешь, как трудно найти хорошего помощника в Иберии?
— Ты Герион?
— Конечно, я Герион! Повелитель Иберии, сын Хрисаора Золотого, хозяин ярко-красных коров!
— Впечатляющий титул, - сказал Геркулес. — Хозяин ярко-красных коров. Кстати, я хочу купить их. Сколько они стоят?
Герион зарычал. — Отлично, ты заплатишь. Ты заплатишь кровью!
Красно-коровий хозяин вынул свой меч и напал. Геркулес не хотел нападать на человека с синдромом трех-телья, но он разбил своей палицей среднюю грудь Гериона. Его ребра сломались с противным хрустом. Это должно было убить его, но грудь Гериона просто выскочила обратно на место.

— Ты не сможешь убить меня! - сказал он. — У меня три набора органов! Я слишком быстро исцеляюсь.
— Совет на будущее, - ответил Геркулес, — Не рассказывай людям о своей роковой слабости.
— Как это может быть роковой слабостью?
— Мне просто нужно убить все три твоих тела одновременно, верно?
Герион замялся. — Проклятия! Ненавижу героев!
Он кричал и нападал, махал мечами во все стороны, что стал похож на Аляскинского королевского краба-самурая.
Геркулес бросил свою палицы и выхватил лук.
У Гериона не было никакой возможности увернуться. Как только он покатился вперед, Геркулес отошел в сторону и выпустил стрелу прямо под левую руку фермера. Стрела прошла через все три груди, пронзив его сердца, и Герион упал замертво.
— Прости, чувак, - сказал Геркулес. — Я же тебе говорил.

Он загнал ярко-красных коров на свой корабль и отплыл домой. На этот раз он следовал вдоль северного побережья современных Испании, Франции и Италии. У него были еще приключения. В Альпах он убил несколько человек, пытавшихся украсть его коров. Рядом с тем местом, где однажды построят Рим, он убил огнедышащего великана по имени Какус. Он основал несколько городов, уничтожил несколько народов и бла, бла, бла.
Наконец, он вернулся в Тиринф. Эврисфей был разочарован, обнаружив, что красное скот не дает клубничное молоко, но он зачел Геркулесу это задание как завершенное.

— Десять заданий выполнено, - сказал Верховный царь. — А это значит, что у тебя остались только два бонусных подвига!
— Бонусные подвиги?
— Первое, - сказал царь, — у меня страсть к яблокам. Ты принес мне все эти изысканные мясные продукты – краб, дики вепрь, корова, птица...
— Полагаю, ты не ел Стимфалийских птиц!
— Мой врач говорит, что мне необходима фруктово-овощная диета. Я хочу, чтобы ты нашел сад Гесперид. Принеси мне золотые яблоки со священной яблони Геры.
— Геры, - повторил Геркулес. — Богини, которая ненавидит меня больше, чем кто-либо в мире. Ты хочешь, чтобы я украл ее яблоки.
— Да.
Капюшон Геркулеса из львиной шкуры стал теплее, чем обычно. Пот стекал по его шее. — И где именно этот сад?
— Понятия не имею. Я слышал, что далеко на западе.

— А я как раз был на западе! Я был на самом далеком западе!
— Геспериды – дочери титана Атласа, - сказал услужливо Эврисфей. — Пожалуй, ты мог бы спросить у Атласа, где найти сад.
— И где мне найти Атласа?
— Я думаю, тебе придется спросить кого-нибудь, кто знает про Титанов. Счастливой охоты!
Геркулес не знал, как найти Атласа. У титана не было профиля в фейсбуке и про него ничего не было в википедии. Даже надежный племянник Геркулеса Иолай был в тупике.
В конечном счете, Геркулес проконсультировался с жрецом Зевса, надеясь на какие-то указатели.
— Если ты хочешь найти титана, - сказал священник, — вероятно, следует спросить у другого титана.
Геркулес почесал бороду. — Ты можешь назвать хоть одного? Потому что я думал, что большинство титанов сброшены в Тартар.
— Есть один титан, который может помочь, - сказал священник. — Он всегда был дружелюбен к человечеству. Он также удобно прикован к горе, благодаря чему его легко найти.

— Ты говоришь о Прометее, титане, что даровал людям огонь.
— Дай ему за это печеньку, - сказал жрец.
— У вас есть печенье? - с надеждой спросил Геркулес.
— Нет, это просто такое выражение. Однако Прометей – это лучший вариант. Ты найдешь его в горах Кавказа. Я нарисую тебе карту.
Естественно, горы Кавказа были в миллионе миль оттуда. Спустя месяцы путешествий и приключений, Геркулес, наконец, нашел Прометея – это был мужчина ростом в десять футов в грязном тряпье – с прикованного цепью к скале лодыжками и запястьями. На его лице были шрамы от старых когтистых отметин, но действительно ужасным зрелищем был его живот.

ВНИМАНИЕ! ОТВРАТИТЕЛЬНАЯ СЦЕНА!
На груди Прометея сидел огромный золотой орел, пробивая кишки бессмертного титана и поедая вкусные кусочки. Вы знаете эти дешевые дома с привидениями, в которых делают поддельные кишки из остывших спагетти, виноградин без кожицы и томатного соуса? Выглядело также ... за исключением того, что это была не подделка.
Геркулес подошел к Прометею. — Мужик, это выглядит болезненно.
— Это... - Прометей испустил крик, сотрясший всю гору. — Прости. Трудно...
концентрироваться.
Геркулес ему сочувствовал. У него было много дней, когда он чувствовал, что его заклевывают до смерти. — Я ненавижу просить, но я ищу Атласа. Мне нужны золотые яблоки из сада Гесперид.
— Я... мог бы... помочь, - сказал Прометей, пот лился по его лицу. — Но... этот... орел ...
Геркулес кивнул. — Как давно ты прикован здесь? Тысячу лет?
— Что-то – ОЙ! – вроде того.

— Если я убью орла, ты расскажешь то, что мне нужно?
— С удовольствием. АРГХХ!! Да.
Геркулес посмотрел на небо. — Отец Зевс, я никогда у тебя ничего не просил. Всеми эти глупыми заданиями для Эврисфея я оплачиваю свой долг и страдаю молча. Ну ... в основном. В любом случае, у Прометея есть необходимая мне информация. Я считаю, что он был достаточно наказан. Сейчас я убью этого орла, чего обычно не стал бы делать, потому что орлы классные. Но от этого орла у меня мурашки по коже.
Царственный голос раздался с небес: "НУ, ЛАДНО".
Уверенный, что получил разрешение отца, Геркулес выхватил лук и выстрелил в орла. В мгновение живот Прометея исцелился. Облегчение захлестнуло его лицо. — Благодарю тебя, дружище. Ты благородный таракан!
— Что?
— Извини. Я имел в виду человек. В любом случае, вот что ты должен сделать. Иди на северо-запад, мимо земли Гипербореев, на самый край известного мира.
— Был там. Убил монстров. Получил футболку.

— Ах, но Атлас обитает на горе, которую люди не могут найти... если только они не знают, где именно искать. Я дам тебе указания. Как только ты окажешься там, то увидишь рядом сад Гесперид, но не пытайся заполучить яблоки сам. Дракон Ладон сторожит дерево, и никто не может его убить, даже такой сильный герой, как ты. Кроме того, если ты заберешь яблоки силой, Гера получит полное право убить тебя на месте.
— Так что же...
— Так что ты должен убедить Атласа принести тебе яблоки. Геспериды – его дочери. Он может с легкостью посещать сад. Дракон не станет ему мешать.
— Но разве Атлас не застрял, удерживая небосвод?
Прометей улыбнулся. — Ну, я не могу разрешить все твои проблемы. Тебе придется разобраться с этим самому.

Получив указания, Геркулес поблагодарил неопрятного титана и продолжил свой путь. В пути у него было много времени на раздумья, и потому, наконец, обнаружив Атласа, он уже знал, что сказать.
Старый титан сидел согнувшись на вершине горы в темных просторах северных пустошь.
Атлас до сих пор носил поврежденные в битве, расплавленные молнией доспехи времен войны с богами, шедшей тысячу лет назад. Его кожа была темной, как старые пенни, давно вышедшие из оборота. Он опустился на колени с поднятыми руками и удерживал на спине огромный клубящийся смерч – торнадо, который занял все небо. Наверное, потому, что это и было небо.
— Великий Атлас! - позвал его Геркулес. И он вовсе не рассыпался в комплиментах. Атлас был вдвое больше Прометея и вдвое мускулистей. Даже спустя тысячелетие жестокого наказания, он выглядел внушительно.

— Чего ты хочешь, жалкий смертный? - загудел голос титана.
— Яблоки, - ответил Геркулес.
Атлас хмыкнул. — Я полагаю, ты имеешь в виду яблоки из сада моих дочерей.
Титан указал подбородком. Геркулес не сразу заметил, но по другую сторону горы, в долине, расположенной примерно в миле от того места, красивый сад пылал красновато-фиолетовый светом, как вечный закат. Крошечные фигурки – женщины в белом – танцевали среди цветов. В центре сада огромная яблоня тянулась к небу. Даже с такого расстояния Геркулес видел золотые плоды, поблескивавшие в ее ветвях, и змеевидную форму Ладона, дракона извивавшегося вокруг ее ствола.
Геркулеса так и манило пойти туда, убить дракона и забрать себе яблоки. Казалось, это так просто. Но он понимал, что Прометей не солгал ему. Даже если он сможет убить дракона, Гера испепелит его, как только он сорвет плод.

— Да, - подтвердил Геркулес. — Эти яблоки.
— Тебе никогда не получить их самому.
— Прометей мне подсказал.
Атлас нахмурил свои потные брови. — Ты знаешь Прометея?
— Я застрелил орла, что питался его печенью. Он объяснил мне, как тебя найти.
— Да ты настоящий фанат титанов, а? Вот что я тебе скажу: так как ты помог Прометею, я помогу тебе. Но не все так просто. Тебе придется подержать небо за меня, пока я не принесу яблоки.
Геркулес этого и ожидал. — Хорошо. Но ты должен поклясться рекой Стикс, что вернешься.
Атлас хмыкнул. — Не доверяешь мне? Я тебя не виню. Ладно, клянусь рекой Стикс, что вернусь сюда с яблоками. Но ты уверен, что сможешь удержать вес неба? Ты очень маленький.
— Пфф. - Геркулес развязал свой плащ из львиной шкуры и отшвырнул его в сторону. — Передай его мне.

Вы, наверное, думаете: Чувак, это небо. Как ты сможешь держать его или хотя бы взять в руки? И, если оно было настолько тяжелым и тягостным, почему Атлас просто не сбросил его и не ушел?
Все не так просто. Поверьте мне.
Если бы Атлас сбросил небо и попытался бежать, то оно бы рухнуло и расплющило все на своем пути, включая титана и его дочерей. Что касается того, как его удержать ... ну, трудно описать тем, кто этого не делал. Представьте, что на вашей спине спиннинг весом сорок миллионов тонн, а его острый наконечник вонзается вам между лопаток. Это очень отстойно, но вам приходится удерживать его вес изо всех сил, иначе вас раздавит.
Геркулес опустился на колено рядом с Атласом. Медленно и осторожно Атлас переложил груз с плеч на Геркулеса. Герой был маленьким, но он не рухнул под этим бременем.

— Я впечатлен, - сказал Атлас.
— Просто принеси яблоки, - хмыкнул Геркулес. — Оно тяжелое.
Атлас ухмыльнулся. — Как будто я не знаю. Я мигом.
Представления Атласа и Геркулеса о миге явно не совпадали. Титан легкой походкой направился в сад Гесперид, где в течение долгого времени болтал со своими дочерьми, медленно наслаждался пикником, провел некоторое время поглаживая дракона Ладона и только затем собрал охапку яблок. Между тем, мышцы Геркулеса превращались в шпаклевку, конечности дрожали, пот стекал к глазам. Небо сверлило, впивалось ему в спину так сильно, что оставило бы неприятный синяк. Геркулес никогда не чувствовал себя таким слабым. Он начал сомневаться, сможет ли продержаться.
Наконец, Атлас вернулся, посвистывая на ходу. — Благодарю тебя, дружище! Я уже забыл каково это, чувствовать себя свободным!
— Отлично. А теперь забирай небо обратно.
— Ну, вот в чем дело. Я поклялся вернуться с яблоками, что я и сделал. Но я не давал обещаний, что заберу небо и отпущу тебя.

Геркулес пробормотал несколько нецензурных ругательств.
— Тише, тише, - сказал Атлас. — Не груби. Ты отлично справляешься! Я просто собираюсь забрать своих дочерей, собрать армию и уничтожить Олимп.
— Ладно, - сказал Геркулес. — Ты выиграл.
— Да!
— Но, пожалуйста, выполни последнюю услугу, прежде чем уйти. Я помог Прометею выдержать его наказание. Меньшее, что ты можешь сделать, это создать мне чуть более комфортные условия, чтобы выдержать твое.
Атлас замялся. — Что ты имеешь в виду?
— Этот заостренный кончик неба режет мне спину.
— Я слушаю, дружище!
— Мне очень нужна подушка.
— Знаю. Я умолял богов о подушке королевского размера с экстра наполнителем. Они меня не послушали.
— Ну, тогда, вот твой шанс доказать, что ты более милосерден, чем боги. Забери небо на секунду. Позвольте мне сложить свой плащ из львиной шкуры и положить его за шею. И тогда я заберу небо обратно навсегда. Клянусь.

Атласу следовало бы просто рассмеяться и уйти.
Но титан не был совсем уж бессердечным. Он не питал ненависти к смертным вроде Геркулеса. Он ненавидел только богов. И, возможно, он чувствовал себя немного виноватым за возложение своего наказания на маленького полубога.
Или ему просто понравилась идея оказаться более щедрым, чем Зевс.
— Ладно, - сказал он. — Я чересчур мягок.
— Ты лучший, - согласился Геркулес.
Атлас положил золотые яблоки на землю, опустился на колени рядом с полубогом, и Геркулес перенес вес неба обратно на плечи титана. Геркулес доковылял до золотых яблок и собрал их в свой капюшон из львиной шкуры.
— Спасибо, Атлас. Увидимся.
— Что? - взревел Атлас. — Ты поклялся...
Я не клялся рекой Стикс. Брось, чувак. Это же Уловка 101. Счастливо тебе вечность удерживать небо.

Даже на расстоянии пятисот миль Геркулес все еще слышал, как Атлас осыпает его проклятиями.
Наступило время для последнего глупый подвига!
Вы взбудоражены? Геркулес точно. Он был готов покончить с этим бредом. Как и тот несчастный придурок, что описывал все это дальше. Ой, постойте ... это ж я.
Когда Геркулес вернулся в Тиринф с золотыми яблоками, верховный царь Эврисфей был бледным, потным и не выспавшимся. Несколько недель он думал о том, что случится, когда Геркулес выполнит свое последнее задание. Как только он станет свободным, ничто не помешает ему метнуть Эврисфея в ближайший мусоропровод и вступить в должность верховного царя. Все королевство пойдет псу под хвост.
У Эврисфея был последний шанс. Ему было нужно совершенно невыполнимое задание, чтобы убедиться, что Геркулес погибнет с позором и не вернется.
Ему в голову пришла безумная идея. Смерть. Никогда не возвращаться. Пойти псу под хвост...
— Последний поиск! - объявил царь. — Отправляйся в загробный мир и приведи ко мне сторожевого пса Аида, Цербера.

— Очень смешно, - сказал Геркулес. — Ну, так какое там задание?
— Это и есть твое задание! И не возвращайся с каким-нибудь обычным трехголовым псом. Я хочу настоящего: самого Цербера. Апорт!
Последняя фраза была просто подлой, но Геркулес не собирался терять хладнокровие, будучи так близко к финишу. Он повернулся на каблуках и вышел.
Сначала он побывал в храме Аида в Элевсине, чтобы получить несколько советов о подземном мире. Затем он посетил собачий дисконт-центр и запасся Манчи Боунз (прим. Munchy Bones - печенья для собак) со вкусом бекона.
По некоторым рассказам, он еще взял отгул и отправился в плавание с Ясоном и Аргонавтами. Я не могу винить его. По сравнению с вторжением в Подземное Царство, опасное морское путешествие, наверняка, звучало как спокойный отдых.

Наконец, Геркулес закалил нервишки, нашел ближайший разлом в земле и спустился в Эреб. Переправа через реку Стикс оказалась не проблемой. Паромщик, Харон, был его большим фанатом. Он согласился взять героя в обмен на запись с голосовым приветствием Геркулеса на свой Айфон.
Геркулес добрался до черных врат и нашел Цербера. Его было трудно не заметить – огромный черный трехглавый адский зверь с хвостом-змеей и горящими красными глазами.
Геркулес хорошо ладил с собаками. Он сказал Церберу сидеть. И Цербер сел. Геркулес вытащил пахнущие беконом Манчи Боунз и бросил по одной каждой из голов Цербера. Цербер по ним тащился.

Геркулес мог просто забрать его и уйти, но он хотел сделать все по возможности вежливо. Он решил спросить разрешения у Аида. Он знал, что это рискованно, но еще он знал, что сейчас зима, а это значит, что Персефона в Подземном Царстве. Как дочь Зевса, Персефона технически была единокровной сестрой Геркулеса, так что она может сделать ему поблажку. Он решил, что стоит попробовать.
— Я вернусь, малыш, - сказал он Церберу. — Никуда не уходи.
Цербер стучал своим змеиным хвостом по земле, из-за чего у змеи началась головная мигрень.
Пока Геркулес бродил по полям Асфоделей, ему случилось наткнуться на Тесея, героя Афин, который сидел на скале, парализован от шеи и до самого низа. Он не мог пошевелиться уже несколько лет.

— Помоги, - сказал Тесей.
Геркулес нахмурился.
— Ты ведь Тесей, не так ли? Что ты здесь делаешь?
— Длинная история. У моего друга была эта дурацкая идея похитить Персефону, и я пошел вместе с ним. Мой друг ... ну, он превратился в камень и рассыпался. А я с тех пор застрял здесь. Ты можешь вытащить меня отсюда?
Геркулес попытался вытащить его, но задница Тесея, похоже, приросла к скале.
— Хмм. Дай мне поговорить с Аидом и Персефоной. Посмотрим, что я могу сделать.
— Спасибо, чувак. Я буду здесь.
Геркулес гулял во дворце Аида и обнаружил короля и королеву мертвых за игрой в Голодных Бегемотиков (прим. Hungry Hungry Hippos - настольная игра) на маленьком столике между их тронами.
— Не помешаю? - спросил Геркулес.
Аид вскинул руки в воздух.
— Нет. Она меня убивает в этой игре!
— Все дело в кистях, дорогой.

Аид повернулся к Геркулесу. - Ты не мертв. И не ты приносишь мой послеобеденный чай. Кто ты?
— Я Геркулес, мой господин. Я здесь, потому что верховный царь Микен Рохля хочет, чтобы я привез ему вашего пса, Цербера.
Улыбка дернула уголки рта Аида.
— Ого, это смешно. Я чуть не рассмеялся.
— Я и сам желаю, чтобы это было шуткой, - сказал Геркулес. — К сожалению, мне дали эти двенадцать глупых заданий...
— О, мы знаем о них все, - сказал Аид. — Моей жене вот нравится твоя работа.
Персефона улыбнулась.
— Я следила за тобой с первых дней! Я восхищалась тем, как ты отрезал минийцам руки, уши и носы ...
Геркулесу пришлось покопаться в памяти, потому что это было, кажется, шестьдесят страниц назад.
— Ага. Отрезал, ведь так и было?
— И Гидра! Это было волнующе. Мы смотрели твой бой по каналу На Грани Смерти.

— Канал На Грани Смерти?
— Мы боялись, что твоей душе придется заплатить нам за визит, но ты выжил! Я горжусь тем, что ты мой брат.
Аид наклонился вперед, заговорщически.: — Знаешь,Геркулес, она только о тебе и говорит эти дни. Ну, типа "Я его сестра”.
Персефона шлепнула мужа по руке: — В любом случае, мы будем рады одолжить тебе Цербера, не так ли, дорогой?
Аид пожал плечами: — Конечно. Просто отпусти его, когда закончишь. Он знает дорогу домой.
— Это очень здорово с вашей стороны, - сказал Геркулес. — О, кстати, тут еще один герой, Тесей, застрял в Асфоделях. Хорошо бы и его отпустить? Ему скучно.
Аид почесал лоб: — Тесей все еще здесь? Да, конечно. Забирай его.
И так, оставив несколько автографов и дипломатично позволив Аиду выиграть игру Голодные Бегемотики, Геркулес прошел через Поля Асфоделей, освободил Тесея и вернулся к вратам Подземного Царства, чтобы забрать Цербера.

— Идем, малыш.
Пес возможно учуял Манчи Боунз в карманах Геркулеса, и потому, повиляв своим змеиным хвостом, последовал за ним.
Когда они добрались до верхнего мира, Геркулес и Тесей разошлись, пожав на прощание руки. Геркулес сказал ему быть осторожнее, но Тесей был настолько СДВГшным, что не уделил его словам особого внимания. Он уже отвлекся на то, как ярок мир смертных, и озабочен возвращением в Афины.
Геркулес повернулся лицом к Церберу, который щурился на солнце и рычал на деревья.
— Ладно, приятель, - сказал Геркулес. — Я собираюсь схватить тебя и нести, но просто для галочки. Рычи,отбивайся и притворяйся, будто я тащил тебя сюда. Однажды, художники сделают кучу керамических изделий с нашим изображением, и будет выглядеть глупо, если ты будешь вилять хвостом и выпрашивать у меня Манчи Боунз.
Цербер, казалось, понимал все. Геркулес подхватил его и втащил в Тиринф. Цербер выл и извивался, как профи. Когда они добрались до города, все убирались с их пути.

Люди запирали двери и прятались под кроватями. Стражники побросали оружие и убежали.
Геркулес ворвался в тронный зал. ‘Эврисфей, играть мертв!’
Верховный царь с визгом нырнул в бронзовый горшок.
Геркулес усмехнулся. Он рассчитывал на очередное погружение в горшок.
— Уберите его! - кричал король. — Забери это адское чудище отсюда!
— Ты уверен? Не хочешь проверить его зубы или посмотреть жетон на его ошейнике и все такое?
— Нет! Я тебе верю! Ваши задания завершены. Ты освобожден от службы. Идите с миром, пожалуйста!
Геркулес не знал, что думать. Он работал на царя более восьми лет, несколько раз объездил весь мир. Долгое время он мечтал убить Эврисфей каждый раз по завершению подвига, но сейчас, глядя на дрожащий бронзовый горшок рядом с троном, он просто чувствовал жалость и милосердие вместе кое с чем, чего он не чувствовал уже давно: счастье.
Он повернулся к Церберу: — Ступай домой, приятель. Вот, возьми мой последний Манчи Боунз.

Цербер лизнул Геркулеса в лицо тремя слюнявыми языками, а затем выскочил из тронного зала.
Геркулес обратился к горшку: — Благодарю тебя, Эврисфей. Ты помог мне искупить смерть моей семьи. Ты испытал меня в ситуациях, которые я и представить себе не мог. Более того, ты доказал мне, что я никогда не захотел бы оказаться на твоем месте. Быть Верховным царем – это не для меня. Можешь оставить себе трон. Я счастлив быть героем.
Он вышел из дворца, не оглядываясь.
Счастливый конец? Боги, после всего вы надеетесь на счастливый конец?
Но не тут-то было.
Геркулес решил, что хочет снова жениться и остепениться. Он слышал о дальнем маленьком городке под названием Эхалия, которым правит царь по имени Эврит. (Конечно, парня звали Эврит. Ничего удивительного, в особенности после фермера Эвритиона, Верховного царя Эврисфея и русского медведя Юрия или кто там еще был в этой истории.)

В общем, царь Эврит устроил состязание по стрельбе из лука. Главным призом была его дочь Иола, которая была очень красивой. Хорош папаша, да? О, милая, ты не возражаешь, если я отдам тебя в качестве приза в состязании по стрельбе из лука? Это будет хорошая реклама для королевства. Здорово. Спасибо.
Геркулес пришел в город и легко выиграл состязание, но Эврит отказался отдать свою дочь.
— Слушай, Геркулес, - сказал король. — Ничего личного, но ты убил свою предыдущую жену и детей.
Это моя дочь. Я не могу отдать ее за такого, как ты.
Очень трогательно, что Эврит обзавелся совестью после того, как решил отдать свою дочь в качестве приза в состязании, но неважно.
Геркулес мог убить царя, но был слишком шокирован. Он увидел Иолу. Она была очень горячей. Он уже представил себе их красивую совместную новую жизнь.
— Ты берешь свои слова обратно? - спросил он Эврита. — Ты пожалеешь об этом!
Он бурей умчался из города.

Спустя несколько недель у Эврита пропал весь рогатый скот. Конечно же, царь заподозрил Геркулеса.
— Вот мерзавец! Я подступлюсь к его родному городу и уничтожу его!
Его сын Ифит, который был единственным здравомыслящим человеком в семье, поднял руку.
— Э-э, папа ... я не думаю, что это сделал Геркулес. Я говорил тебе выполнить обещание и отдать ему Иолу. Я думаю, что пропажа скота – это просто наказание богов.
— Ложь! - воскликнул царь. — Война!
— Ну, зайдем с другой стороны... - продолжил Ифит. — Геркулес живет в Тиринфе со своим двоюродным братом, царем Микен. Их царство примерно в двадцать раз мощнее нашего. Так что война будет самоубийством.
— Ох. - Царь ненавидел моменты, когда нужно смотреть правде в глаза. — Ну, и что ты предлагаешь?
— Позволь мне поговорить с Геркулесом, - сказал Ифит. — Я проясню этот вопрос. Но если выяснится, что он не брал наш скот, тебе придется отдать ему Иолу.
Царь согласился.

Ифит отправился в путь на встречу с Геркулесом.
Принц старался быть как можно более дипломатичным.
— Слушай, мужик, я на твоей стороне. Я знаю, что ты не брал скот моего отца. Я просто пытаюсь доказать это, так мы сможем очистить твою репутацию.
Очистить твою репутацию.
Геркулес кипел от злости. Ему было стыдно за дисквалификацию из состязания по стрельбе из лука, и еще он чувствовал себя обманутым. Он провел восемь лет, расплачиваясь за содеянное, совершая глупые подвиги, чтобы очистить свою репутацию, и как только он попытался создать для себя новую жизнь, его снова упрекают за старые преступления.
— Иди за мной, - прорычал Геркулес. Он повел Ифита к вершине городской стены и показал ему вид. — Отсюда можно разглядеть всю округу. Ты видишь где-нибудь своих коров?
Ифит покачал головой.
— Нет. Их здесь нет.
— Ну вот. До свидания. - Геркулес оттолкнул Ифита от стены. Падая, молодой принц кричал очень недипломатичные вещи, пока не разбился насмерть.
Еще один плохой поступок Геркулеса, но что я могу сказать? Опять его знаменитые проблемы с гневом.

На следующий день боги наслали на него страшную болезнь как наказание. У него поднялась температура. Он потерял вес. Его кожа зудела, запущенные болячки и все белые угревые прыщи во Вселенной поселились на его носу.
— Ох, здорово... - Дрожа и мучаясь от тошноты, Геркулес накинул на себя свою накидку из львиной шкуры и, шатаясь, вышел из города, направляясь к Дельфийскому Оракулу.
Пифийская жрица не обрадовалась его очередному появлению. Она незаметно открыла сумочку, чтобы на случай, если ситуация обострится, суметь достать перцовый баллончик.
— Мне очень жаль! - сказал Геркулес. — Я столкнул невинного парня с городской стены и теперь у меня прыщи. Что мне делать, чтобы избавиться от этой болезни – еще двенадцать подвигов?
— Ну ... вот хорошая новость, - тревожно ответила Оракул. — Никаких больше подвигов! Чтобы искупить свой грех, все, что тебе нужно сделать, – это продать себя в рабство на три года. Отдай вырученное от продажи семье Ифита в качестве компенсации.

Ситуация обострилась.
Геркулес сошел с ума и начал разрушать храм. Он гнался за Оракулом по комнате, стараясь запустить в нее ее же трехногим табуретом. Жрица вскрикнула и прыснула из перцового баллончика.
Аполлон сошел с Олимпа и попал прямо под струю. Он и Геркулес стали драться друг с другом, бросать на пол, посылать друг другу стрелы в задницу. Вся эта сцена походила на дневное скандальное ток-шоу.
В итоге, Зевс положил этому конец. Молния с наклоном вылетела в пещеру и ударила в пол между Геркулесом и Аполлоном.
— Довольно! - прогремел голос Зевса. — АПОЛЛОН, ОСТЫНЬ! ГЕРКУЛЕС, УВАЖАЙ ОРАКУЛА!
Геркулес успокоился. Скрепя сердце, он и Аполлон пожали друг другу руки. Геркулес прибрал в Дельфах, а затем согласился продать себя в рабство.

Гермес, бог торговли, провел аукцион. Победителем торгов стала царица Омфала, правившая царством Лидия в Малой Азии. Поскольку женщины-правители в те времена были редкостью, Омфала была рада приобрести такого головореза, как Геркулес, для уверенности в том, что люди подчинятся ей.
Геркулес выполнил много ее поручений – обычные войны, освобождение территории от монстров, доставка пиццы и убийства. Один из самых известных инцидентов: эти двое сумасшедших карликов-близнецов, Керкопы, – Акмон и Пассал – вызывающие всевозможный хаос в царстве. Они грабили купцов, крали вещи из магазинов и устраивали розыгрыши, такие как подмена дорожных знаков или замена армейского оружия игрушечными копьями (прим. Nerf - компания, производящая мягкие игрушки). По сути они были неприятностью пятой категории, поэтому Омфала послала за ними Геркулеса.
Геркулес нашел их довольно просто, но их трудно поймать. Эти коротышки были скользкими, как выдры, а их зубы такими же острыми.
В конце концов, Геркулесу удалось связать их обоих.

— Отпусти нас! - завопил Акмон. — Мы дадим тебе блестящие подарки.
— Заткнись, - проворчал Геркулес.
— Мы расскажем тебе шутки! - предложил Пассал.
— Вы пойдете к царице, - сказал Геркулес. — А у нее нет чувства юмора.
Он привязал Керкопов к концу палки за лодыжки, так что они висели вниз головой, а затем перекинул их через плечо, словно бродяжий мешок. Он переходил спуск, и Керкопы сразу же лопнули со смеху.
— Чернозадый! - сказал Акмон. — О, боги, ХА-ХАХАХАХАХА!
— Все это имеет смысл! - воскликнул Пассал. — Мама была права! ХАХАХАХАХА!
Геркулес остановился: — Почему вы, два идиота, смеетесь?
Карлики близнецы указали на задницу Геркулеса. Его туника задралась на пояс с мечом и, поскольку греки не носили нижнее белье, Геркулес шел, демонстрируя свои булки на весь экран.
— Ты такой загорелый, что у тебя зад черный! - Акмон плакал от восторга.

Геркулес нахмурился: — Ты смеешься над моим задом?
— ДА! - Пассал смеялся до слез. — Несколько лет назад наша мать предупредила нас о пророчестве: "Остерегайтесь чернозадого!" Мы не знали, что это значит, но теперь поняли.
— Отлично, - пробормотал Геркулес. — А теперь, заткнись.
— Чернозадый, чернозадый! - Близнецы дразнили его всю дорогу. Сначала это раздражало, но спустя некоторое время это было так смешно, что показалось Геркулесу забавным.
В сумерках он остановился на ужин. Когда он сидел у костра, Керкопы рассказывали ему смешные истории и глупые шутки, пока у Геркулеса бока не начали болеть от смеха. "Почему Химера переходит дорогу?" "Сколько спартанцев нужно, чтобы поменять лампочку?" Карлики знали все типичные шутки.
— Ладно, вы двое, - сказал Геркулес. — Я заключу с вами сделку. Если вы обещаете никогда не причинять мне неприятностей в королевстве Омфалы, я освобожу вас. Вы слишком забавные, чтобы вас убивать.

— Ура! - сказал Акмон. — Мы забавные!
— Да здравствует чернозадый! - воскликнул Пассал.
Геркулес их отпустил и пошел своей дорогой. Он был очень доволен своим поступком, а потом он обнаружил, что Керкопы украли его меч и все его деньги. И все же он не мог удержаться от смеха. Миру нуждался в шутниках.
Наконец-то Геркулес окончил свою многолетнюю службу у Омфалы. Она предложила ему жениться на ней, но он вежливо отказался. Трудно было смириться с тем, что они начали свои отношения как раб и госпожа.
Он решил искать себе жену в другом месте.
Вы, наверное, догадываетесь, что из этого вышло ...
Геркулес странствовал довольно долго, убивая бандитов и случайных монстров, пока не наткнулся на город Калидон.

Вы, наверное, помните это место благодаря знаменитой охоте на смертоносную свинью. Царской семье выпали тяжелые несколько лет. Мелеагр и большинство других принцев погибли, но у царя Ойнея была еще и прекрасная дочь Деянира. Они с Геркулесом сразу полюбили друг друга.
Геркулес сделал ей предложение, когда подавали десерт.
Вся семья была в восторге. Конечно, у Геркулеса была плохая репутация, но и у калидонцев тоже.
— Есть только одна проблема, - сказал царь. — Деянира просватана за местного речного бога Ахелоя. Мне пришлось пообещать ему свою дочь, чтобы уберечь город от затопления.
Геркулес хрустнул суставами пальцев. Впервые за эти годы он чувствовал, что он берет на себя задание, которое действительно его заботило, потому что это было нужно ему самому: — Предоставьте этого речного бога мне.
Он спустился к берегу и позвал: — Ахелой!
Бог поднялся из воды. С головы до пояса он принимал облик человека с рожками, выступающими на лбу, а от талии и ниже – быка.

— Что тебе нужно? - спросил Ахелой.
— Жениться на Деянире.
— Она моя.
— Мы будем бороться за нее. Тот, кто проиграет, должен пообещать не мстить ей, ее семье или городу.
— Хорошо, - сказал Ахелой. — Я боюсь ни одного смертного. Как тебя вообще зовут?
— Геркулес.
Речной бога побледнел: — Ах, черт.
Геркулес набросился на человека-быка. Они бились в течение нескольких часов, пытаясь убить друг друга, но, конечно, Геркулес был сильнее. Он вырвал у бога один из его рогов, а затем удерживал в удушающем захвате, пока Ахелой не уступил.
— Никакой мести, - сказал Геркулес. — Такова сделка.
Речной бог хмурился, потирая место слома рога: — О, я не буду мстить. Мне и не придется. Ваш брак закончится катастрофой. Деянире было бы лучше со мной.
— Ага, как скажешь.

Геркулес вернулся на Калидон с триумфом. Сломанный рог Ахелоя стал рогом изобилия, способным извергать все виды пищи, напитков и безглютеновых закусок. Геркулес принес его в жертву богам в честь своего брака, и в течение нескольких недель он и Деянира были безумно счастливы ... пока Геркулес опять не облажался.
Однажды вечером они ужинали в Калидонском тронном зале, как обычно, когда мальчик-прислужник нечаянно пролил холодную воду на руки Геркулеса.
— Черт! - Не посмотрев, кто разлил воду, Геркулес накинулся и швырнул мальчишку в другой конец зала, мгновенно убив его.
Этот инцидент испортил вечер. Геркулес был подавлен, тем более что мальчик был родственником царя. Придворные посчитали, что смерть было не преднамеренной. Отец мальчика простил Геркулеса.

Но Геркулес все еще чувствовал себя виноватым. Он решил покинуть город, поскольку изгнание было обычным наказанием за убийство. Царь Ойней особо не возражал. У него было ощущение, что Геркулес стал бомбой замедленного действия.
Так Геркулес и Деянира отправились в город Трахин. Геркулес слышал, что царь искал для этого города нового полководца, и, казалось, это отличное место, чтобы начать новую жизнь (уже в который, в двадцатый раз? Я уже сбился со счета).
По пути они дошли до широкой реки, перейти которую представлялось не простой задачей. Геркулес и Деянира шли вдоль берега, ища мост или мелководье, но не нашли.
— Я могу переплыть, - предложил Геркулес. — А ты держись за мою шею.
— Дорогой, это мое лучшее платье, - ответила Деянира. — В этой сумке все, что у меня есть. Если нам придется плыть, многие вещи в ней испортятся.
Голос из леса сказал: — Я могу помочь!
Кентавр шагнул вперед. У него была дружелюбная улыбка и ухоженная борода, что было хорошим признаком для кентавра.

— Меня зовут Несс, - сказал он. — Я все время переправляю пассажиров через реку на спине. Просто заплатите мне, сколько считаете уместным.
— О, Геркулес, - сказала Деянира, — это идеально!
Геркулес в этом не был уверен. Ему приходилось иметь дело с множеством кентавров. Некоторые, такие как старый Фол, которые бы поделились своим вином, были очень хорошими, а другие – не хорошими.
— Можете мне довериться, - пообещал Несс. — Боги наградили меня этой работой, потому что у меня такой великолепная репутация. Ничего, кроме пяти-звездочных отзывов на Yelp *(прим. Yelp - веб-сайт для поиска на местном рынке услуг, например ресторанов или парикмахерских, с возможностью добавлять и просматривать рейтинги и обзоры этих услуг). Залезайте!
Геркулес по-прежнему чувствовал себя неловко, но Деянира просила, и отзывы на Yelp – это звучит очень впечатляюще.
— Хорошо. Сначала переведите мою жену. Будьте осторожны! Постарайтесь на совесть, и я хорошо вам заплачу.
— Считайте, что уже сделано, босс!
Деянира забралась на спину кентавра и он перешел реку вброд.
К сожалению, Несс наврал о своей репутации. Отзывы на Yelp были такими: ОЧЕНЬ РАЗОЧАРОВАН. УЖАСНОЕ ОБСЛУЖИВАНИЕ КЛИЕНТОВ. Я НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ БУДУ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ УСЛУГАМИ ЭТОГО КЕНТАВРА.

Добравшись до противоположного берега, Несс сбежал. Деянире пришлось крепко держаться во избежание падения и получения травмы.
— Теперь ты моя, детка! - завопил Несс. — Это отличная платы!
Деянира закричала. Переходя через реку, Геркулес схватил свой лук. Кентавр был точно в тумане за деревьями на противоположном берегу. Такой выстрел невозможен для большинства героев. Если бы Геркулес промахнулся, то мог бы случайно попасть в свою жену. Тем не менее, он прицелился и выпустил стрелу. Он попал Нессу прямо в грудь, пронзив его сердце. Кентавр споткнулся и рухнул. Деянира вывалилась на землю, умудрившись не сломать себе шею.
Прямо перед ней задыхался кентавр, из груди которого лилась кровь.
— Девчонка, - захрипел он, — подойди ближе.

— Н-нет, спасибо, - ответила Деянира.
— Прости, что я тебя похитил. Ты такая красивая. Слушай ... прежде чем твой муж сюда доберется, у меня есть для тебя подарок, в качестве извинения. Кровь кентавра является мощным любовным зельем. Возьми немного моей. Потом ... если тебя когда-нибудь станут терзать мысли о том, что твой муж уходит от тебя, помажь немного крови на его одежду. Как только моя кровь коснется его кожи, он вспомнит свою любовь к тебе и забыть всех других женщин.
— Ты лжешь, - сказала она.
Несс открыла рот, но ничего не сказал. Он умер с остекленевшим взглядом, уставленным на нее.
Геркулес звал через весь лес: — Деянира?
Деянира вздрогнула. Второпях она рылась в своей сумке и нашла старый флакон духов.
Аккуратно, стараясь не касаться крови кентавра, она набрала небольшую струйку в сосуд, а затем закрыла пробкой. Она сунула пузырек обратно в сумку как раз когда появился Геркулес.

— Ты в порядке? - спросил он.
— Н-да. Спасибо.
— Глупый Кентавр. Он тебя обидел?
— Нет. Давай забудем об этом. Мы...мы должны идти.
Больше они не говорили об инциденте с кентавром. Геркулес с Деянирой добрались до Трахина, где Геркулес получил работу в качестве нового царского полководца. Он выиграл кучу войн. На какое-то время жизнь снова пришла в порядок.
Но до Деяниры начали доходить слухи ... слухи о том, что ее муж не всегда был ей верен, когда находился в военных кампаниях. Иногда он забирал женщин в качестве военных трофеев, но использовал их не в качестве личного повара или домработницы.
Деянира стала беспокоиться о том, что муж ее бросит. Она не верила тому, что сказал ей кентавр Несс, но чувствовала себя все более и более отчаянно.
Последняя капля была, когда Геркулес начал войну с городом Эхалия. Это то место, где царь Эврит провел конкурс по стрельбе из лука и унизил его.

Геркулес по-прежнему держал обиду на царя, а потому был рад уничтожить город и поработить его народ. Он забрал принцессу Иолу в качестве личной прислуги и отправил ее в Трахин в цепях, вместе с кучей других трофеев.
Груз прибыл с посланием для Деяниры:
"Привет, детка. Возвращаюсь домой с армией. В это время, пригляди за той новой девушкой, что я схватил. Когда вернусь, я проведу большую церемонию. Не могла бы ты убедиться, что моя лучшая рубашка чистая?
Целую, Геркулес".
Прочитав письмо, Деянира пришла в бешенство. Лучшую рубашка Геркулеса – это его свадебная рубашка.
Она прекрасно знала, кто такая Иола – девушка, на которой Геркулес пытался жениться до женитьбе на Деянире.
Глядя на Иолу, которая была еще молодой и красивой, Деянира не сомневалась о том, какая именно будет "церемония". Геркулес планировал развестись с ней и жениться на Иоле.

Охваченная паникой, Деянира перерыл свои вещи в поисках старого флакона с кровью Несса. Она обмазала ею изнанку свадебной рубашки Геркулеса. Кровь высохла и сразу стала невидимой.
— Ну вот, - сказала она себе. — Геркулес наденет ее и вспомнит, что любит меня.
Несколько дней спустя Геркулес вернулся домой со своей армией. Он надел свою свадебную рубашку, схватил Иолу и сказал: — Ну давай, мы идем в храм! Деянира, я вернусь позже.
Но Геркулес не планировал свадьбу. Он просто хотел посвятить свои трофеи Зевсу, в том числе свою новую рабыню, Иолу. Прямо посреди церемонии, когда он молился Зевсу, Геркулес почувствовал запах дыма.

— Дядя! - крикнул Иолай, который все еще служил лейтенантом у Геркулеса. Ты тлеешь!
Кровь кентавра оказалась не приворотным зельем, а самым сильным ядом в мире – как смесь цианида и серной кислоты. Кожа Геркулеса покрылась волдырями и варилась. Агония пронзила его тело. Он кричал и пытался снять рубашку, но она вцепилась в его тело, и поэтому кожа сдиралась вместе с тканью (Упс. Простите. ВНИМАНИЕ: ОТВРАТИТЕЛЬНАЯ СЦЕНА).
— Я умираю, - сказал Геркулес, ползая вверх по ступеням к алтарю. — Иолай, прошу, окажи мне еще одну услугу.

— Ты не можешь умереть! - воскликнул Иолай.
Но Геркулес был явно при смерти: он мучился от боли, терял кровь и чувствовал запах, будто мертвец жарится в микроволновке.
— Прошу, сооруди для меня погребальный костер. Позволь мне умереть с достоинством.
Народ вопил и рыдал, потому что Геркулес победил для них во многих сражениях. Под руководством Иолая они соорудили огромный костер и Геркулес поднялся на вершину своими силами.
— Прощай, - сказал он. — Скажи моей жене, что я люблю ее.
Костры зажгли, и величайший из всех героев ушел в пламени.
Когда Деянира услышала эту новость и поняла, что сама убила своего мужа, то пришла в такой ужас, что повесилась.

Зевс с Олимпа наблюдал за тем, как умирает его сын. Он объявил другим богам: — Это мой мальчик там. Он делал и страдал больше любого другого героя! Я сделаю его Богом. Есть возражения?
Он посмотрел на Геру, но царица небес не сказала ни слова. Ей пришлось признать, что Геркулес настрадался. Все ее попытки сделать его жизнь несчастной только сделали его сильнее и известнее. Она знала, когда бросить эти попытки.
Дух Геркулеса вознесся на Олимп. Он стал бессмертным и получил работу стража Олимпийских ворот. Когда Геркулес стал служить вышибалой на Олимпе, незваные гости уже перестали быть проблемой. Он женился на Гебе, богине юности, и, наконец, получил немного покоя и тишины. Ему поклонялись как богу греки, римляне и создатели фильмов категории В (прим. фильмы категории В - малобюджетные коммерческие кинокартины).

Насколько я могу судить, всех, кто умудрился прочитать всю эту главу до конца, тоже следует сделать бессмертными в качестве награды за боль и страдания, но олимпийцы не спрашивали моего мнения.
Единственную награду, которую я могу предложить, – это перейти к последнему герою – парню, который лично мне очень нравится. Он делит имя с моим приятелем. Кроме того, то,что кто отправляется в опасное путешествие, чтобы получить ковер из овчины – это нормальное явление в моей книге.
Давайте отправимся в круиз с Ясоном.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/63873/322404

Переводчики: kasumovanailya1, milka3341, o_oleg