When Rabbit Howls / Когда воет кролик: 2. An Odd Increase in Energy

2. Необъяснимый прилив сил.

Необъяснимый прилив сил наполнял его несколько дней после беседы. Много раз он ловил себя на том, что бежал, когда в обычном состоянии просто бы ходил. Его мозг, работавший на ускоренных оборотах, казалось, был неспособен спать. Доктор Филлипс винил во всем перспективу, которая открывалась перед ним, при начале терапии с этой женщиной. Она не только хорошо выражала свои мысли и воспринимала то, что ей говорили, но и проявляла завидное упорство держаться и бороться со своими проблемами.

Titanex 12.06.16 в 18:14

Время от времени он отматывал назад запись, уверяя себя, что, возможно, внутреннее напряжение и груз бремени были причиной того, что женщина не могла ничего вспомнить, когда речь заходила о половой жизни.
В то же время он мог бы приписать её манеру и мимику "излишней эмоциональностью", но ему в голову не приходило ни одно рациональное объяснение детскому голову. Едва он прозвучал на записи, как доктор отложил диктофон. Дальше ему не давала покоя его собственная память.

Titanex 13.06.16 в 13:15

В четверг они записали встречу на видеокассету. Женщина принесла с собой желтые листки бумаги. Через некоторое время показалось, что она о них напрочь забыла. Как и во время предыдущей беседы она продолжила говорить о "людях" с ноткой опаски или страха. Доктор Филлипс пытался не подать вида, что был удивлен. Женщина, сидевшая напротив, управляла агентством по недвижимости, в котором работало семь риэлторов, и при ведении переговоров с клиентами была себе на уме, но сейчас она не верила в себя и постоянно задавалась вопросами по поводу собственных мотивов или же видела результат в мрачных красках. Практически всё пугало её. Хотя будучи подростком, она ушла от матери, не имея понятия о том, как она себе раздобудет деньги на пропитание, а затем намного позже почти что без какой-либо подготовки разорвала несчастливый брак.

Titanex 13.06.16 в 15:20

В ходе первой записи беседы на плёнку Роберт Филлипс снова услышал изменение голоса со взрослого на детский. И он сказал об этом ей. Женщина отмахнулась, сказав, что не заметила никаких изменений. Также казалось, что она не замечала, что, говоря о себе, всегда использовала местоимение "мы". Когда он на это указал, то женщина отметила, что совсем недавно покупатель то же самое ей сказал. Она сказала ему, что подразумевала себя и семерных агентов по недвижимости. А кого же еще?
После второй беседы, которая была записана на плёнку, доктор пристальнее начал рассматривать свои же пометки, сделав упор на записях: "Отстраненная" и "Отдалилась от собственного прошлого". Его не покидало ощущение, что женщина придала им новое значение.

Titanex 13.06.16 в 15:31

Случалось так, что она плакала, но затем выглядела удивленной от того, что по её щекам текли слезы. "Дистанцироваться" от собственных чувств не означает забыть то, что произошло буквально пару минут назад. Но очень часто, казалось, что она именно забывала. Ему приходилось постоянно напоминать себе, что её обследовали на наличие чуть ли не всех известных науке болезней и её проблема носила не медицинский характер.
Теперь по прошествии нескольких недель доктор Филлипс ждал её в своем кабинете в университете. Пришло время записать их сеанс в третий раз. Представлялось невозможным узнать всю её историю жизни. Они только начали углубляться в суть проблемы, и выяснилось, что перед ним сидел пациент, у которого было так мало основных воспоминаний, с которыми можно было бы работать. Такого человека он еще ни разу в жизни не консультировал.

Titanex 13.06.16 в 15:41

С двух лет она жила на ферме, но не могла вспомнить ни единого животного, которое там обитало. Помимо расплывчатых утверждений общего характера она не могла вспомнить предметы, которые учила в школе, одежду, которую носила, а также описать лица матери, отчима или своих единокровных брата и сестёр. Когда же её настоятельно просили вспомнить обычный обед с матерью или то, как звучал её голос, то женщина обычно наклонялась вперед из своей позы йога и плакала от безысходности.

Titanex 13.06.16 в 15:50

У неё был невероятный запас энергии. Несмотря на провал в памяти с двух лет и восемнадцатичасовой рабочий день, ей удалось передать Роберту Филлипсу больше шестидесяти страниц напечатанного текста, заметив, что ей бы хотелось написать книгу по мере продвижения лечения. Ему оставалось только аплодировать её усилиям.

Titanex 13.06.16 в 15:53

Найти время, чтобы их прочесть было другой трудностью. Посматривая на часы, он склонился над страницами, которые она ему передала.
Женщина писала:
"Доктор Филлипс, я приняла решение. Сидеть и писать что-либо личного характера всегда причиняло мне физическую боль. Не уверена, что мы сможем обращаться к Вам на этих страницах ни как к "доктору Филлипсу", ни по Вашему имени. Каким-то образом это приводит Вас и авторитет, который Вы олицетворяете, слишком близко ко мне, от чего мне становится плохо. Если Вы не возражаете, я выбрала другое имя - "Стэнли". Знаю, что оно похоже на имя безобидного безжизненного существа. Так и должно быть. Потребуется год или даже больше, чтобы написать книгу из моего дневника, и нам потребуется для этого личное пространство. "Стэнли" будет держать Вас на безопасном расстоянии.

Titanex 13.06.16 в 16:01

Отчим говорил, что я врала с самого начала. Ему вторила и моя мать. Думаю, поэтому мне кажется, что каждое слово, написанное на этих страницах, должно быть, тоже ложь, потому что они отражают мою жизнь с ними. Когда тебе так часто говорят, что ты лжешь, это заставляет дважды перепроверять каждое слово не только на достоверность, но и на правильность моей точки зрения. И я действительно не сомневаюсь в собственном мнении и вместе с этим безусловно в своем праве говорить нелестные вещи о своей матери. Возможно, говоря мне, что я вру, она описывала себя как образец добродетели. И в течение долго времени я в это верила.

Titanex 13.06.16 в 16:22

Люди одаривали меня удивленными взглядами, когда я путалась и начинала говорить ещё более размыто о жизни на двух фермах, где я выросла. По правде, я, возможно, рассказывала об этом всего лишь три раза за всю свою жизнь и то очень коротко. Как-то я сказала своей однокласснице, что мой отчим был сволочью и что ему не следовало вообще появляться на свет. Она посмотрела на меня и затем отвернулась, потому что мы обе не знали, как на это реагировать. Я помню, что отчаянно хотела продолжить, рассказать ей дальше... и я должна Вам сказать, Стэнли, что мой разум просто застопорился на этом моменте.

Titanex 18.06.16 в 18:37

Во второй раз я хотела рассказать всё мужчине, с котором долго встречалась после того, как ушла из семьи. Он был очень добрым с прекрасными манерами и невероятно интеллигентным. Мы проводили много времени вместе. Он в основном говорил, а я слушала и узнала, что следовало прочесть "Войну и мир", Шопенгауэра и Ницше. Однажды я начала объяснять ему, каким в точности был мой отчим. Я не помню, насколько мне это удалось. Я помню, что он держал меня за руку, а затем мы пошли гулять под дождем, потом зашли в бар, где пили до самого его закрытия. Я чувствовала себя тогда очень странно. Не знаю почему.

Titanex 18.06.16 в 18:42

Следующий разговор на эту тему состоялся с моим мужем восемь лет назад. Он не придумал ничего лучше, чем сказать: "Заткнись". Он боялся, что то немногое, что разворошил психоаналитик, могло навредить его бизнесу и расстроить нашу дочь Пейдж, которой тогда было всего лишь шесть лет. Помимо того, что мне практически нечего было сказать, я просто чувствовала себя бесчувственной. Ничто не беспокоило меня. Я Вам говорила, что не верю в то, что я обладаю тем, что люди называют чувствами и эмоциями. Только отвратительный страх, вина, причину которой я не могу определить, и чувство обреченности.

Titanex 18.06.16 в 18:53

Стэнли, я собираюсь записать это всё, не принимая во внимание Ваше мнение. Вы сами можете решить для себя, сумасшедшая я или нет. Они это тоже говорили, моя мать и отчим, что я сошла с ума.

Titanex 18.06.16 в 18:55

Та квартира на втором этаже, где я жила со своей матерью и настоящим отцом... Кажется, будто я всё видела буквально вчера. Рыбные рынки, мастерские по ремонту обуви, швейную фабрику и фабрику по производству мороженого - всё это и не только было втиснуто между жилыми домами на людной главной улице. Мне нравилось смотреть из окна на наш задний двор, вдыхая аромат перезрелой дыни, и слушать разносчиков, старьевщиков и продавцов. Их голоса доносились с улицы каждое утро, смешиваясь с цокотом копыт лошадей, запряженных в телеги. Клаксоны автомобилей практически не было слышно. Автомобили были для людей состоятельных, а на нашей улицы таких было немного. Несмотря на то, что жили мы скромно, моя мать настаивала на покупке только качественной еды. Соседка всегда хохотала над тем, как я слизывала сливки с бутылок, наполненных молоком. Моя мать говорила, что они идут на пользу моему здоровью, и она была права. Даже где-то была фотография меня в возрасте одного года, на которой я сижу на коленях у бабушки, пухлая с ямочками на щеках, с маленькими золотистыми локонами и восточным разрезом глаз.

Titanex 18.06.16 в 19:12

Писать это, Стэнли, это словно всматриваться в детский разум и знать, как он работает в возрасте двух лет. В два года всё, что ты делаешь, это наблюдаешь. Ты не знаешь значение слов "мама" или "папа" и какое отношение эти слова имеют к тебе. Поэтому, думаю, что я не скучала по своему отцу, когда мы ушли от него.
Я знаю лишь то, что мы отправились жить на ферму, моя мать и я, с мужчиной, на коленях у которого я сидела.

Titanex 19.06.16 в 13:21

У самого дома была тёмно-коричневая гонтовая кровля, а по краям он был окрашен в белый цвет. Он расположился чуть подальше от дороги, по обеим сторонам которой выстроились ряды камней. Высокая старая яблоня, к которой крепились качели, сделанные из веревок и плоской расщепленной доски посередине, росла справа от дома.
Как только мы туда въехали, моя мать начала высаживать огромное множество цветов вдоль дома и подъездной дорожки. Я помню анютины глазки, их бархатистые лепестки. Они были красивыми, и я рада, что вспомнила о них сейчас. Потому что вскоре после того, как мы перебрались в тот первый дом, мои воспоминанья начали становиться всё более смутными.

Titanex 19.06.16 в 13:41

Я точно помню, как моя мать рассказывала мне, каким добрым и любящим был мой отчим, что он не пил и не курил и всегда добросовестно приносил домой все заработанные деньги. И в отличие от моего родного отца он всё свое свободное время проводил с нами, а не пропадал на рыбалке, охоте или с другими женщинами.

Titanex 19.06.16 в 14:09

Каким-то образом мне и сейчас не слишком приятны эти качества, если я их подмечаю в других людях, и, конечно, будучи ребенком, мне они тоже не нравились. По правде говоря, когда моя мать расписывала мне его хорошие черты, мне хотелось ломать, крушить, разрушать всё, что находилось передо мной. Она рассказывала мне, когда я была постарше, что мой отчим так со мной хорошо ладил, что мы боролись, играли и смеялись часами. Я этого не помню. Когда мне было четыре года, ей хотелось узнать, почему я не могла вести себя нормально, когда он подходил ко мне, вместо того, чтобы кричать и плакать. Я не помню свои детские истерики, как их называла моя мать.

Titanex 19.06.16 в 14:18

Я помню кипящую ярость внутри себя.
Инспектор по делам несовершеннолетних проезжал мимо фермы и настаивал на том, что ребенок моего роста должен быть в школе. Детский сад был странным и неприятным местом. Я крала вещи. Особенно ножницы. Моя мать заставляла меня возвращать их и признаться в том, что я их украла. Из-за этого я ненавидела её наравне со своим отчимом. Теперь у нас есть ножницы в каждой комнате и очень острые на дне каждой сумочки. Я не могу вспомнить, откуда они взялись, я просто знаю, что не покупала их.

Titanex 19.06.16 в 14:36

Иногда я не хотела идти в школу. Однажды, когда солнце нагрело половицы в гостиной, а мои куклы ждали меня, чтобы я с ними поиграла (отчим был тогда в городе, а это означало, что меня никто бы не прервал), я бросилась на пол, потому что школьный автобус как раз подъехал к дому. Плача и пинаясь, я кричала, что не сдвинусь с места. Моя мать настаивала на том, что я пойду туда по-хорошему. А затем она подошла и начала меня пинать с неописуемой яростью моё распростертое тело. Я помню, что это было для меня полнейшей неожиданностью. Она всё время говорила, что любит меня. Я не чувствовала её любви. Я чувствовала её каблуки на своём позвоночнике.

Titanex 19.06.16 в 14:52

Примерно в то же время, только поздно ночью, я услышала голоса матери и отчима и увидела, что на кухне горел свет. Моя кровать находилась в тёмной гостиной. Я некоторое время их подслушивала. Моя мать заметила, что я могла ещё не спать, а мой отчим рассмеялся.
- Она, возможно, там играет сама с собой, - сказал он.
- Ну, если бы ты не таскался за ней всё время, то она бы ничего об этом не знала, так ведь? - заявила ему моя мать.

Titanex 19.06.16 в 14:55

Стэнли, что-то тут не так. Все эти годы (несмотря на своё смутное ощущение о имевшем место насилии) я чувствовала, что должна была не говорить своей матери о том, что со мной делал мой отчим. А сейчас я вижу этот разговор на кухне, написанный на этих страницах. Я должна была понять, что моя мать всё это время знала обо всём. Но, Стэнли, я не знала. Либо моя память похожа на губку, либо я одна из тех медлительных людей, немного "того", возможно, которая не может сопоставить одно с другим. У меня есть всего лишь одно воспоминание о том чёртовом кукурузном поле и, возможно, одно-два не моего отчима вместе со мной.
Итак, что именно я сказала своей матери спустя годы, в тот день, когда я ушла совсем? Я помню, что была с ней на кухне, что-то ей рассказывала, но не помню что именно. Ничего не ясно.

Titanex 19.06.16 в 15:19

Я говорю теперь о целой жизни. Вынужденная всматриваться в неё я поняла суть того, что Вы говорили пару дней назад, о том, что мои воспоминания должны быть где-то. Вы попросили меня рассказать Вам о своей жизни, и я попыталась сделать это, но мне нечего было сказать. Какая у людей история, Стэнли, чем наполнена их жизнь? Я не глупа. Я знаю, что в ней должно быть, все эти вещи, которые есть у других и которые они обсуждают каждый день, имеющие отношение к их взаимоотношениям с друзьями, близкими и полными незнакомцами. Вот, что есть у них. Так куда всё это делось у меня?

Titanex 19.06.16 в 15:28

Количество моих записей растет стремительно. Почему в моем дневнике так много страниц и почему я возвращаюсь к печатной машинке, хотя, когда я пытаюсь оглянуться назад, ничего не выходит?"
Доктор Филлипс положил листки, выругавшись на выдохе. Её слова "здесь ничего нет" повторяли то, что она пыталась ему сказать в ходе их первой встречи. Тогда он услышал панику в её голосе, а теперь прочитал её на этих страницах. Следовало ли ему продолжать, делая поправку на давление и внутреннее напряжение или принять её слова на веру? Она излагала всё предельно чётко.

Titanex 19.06.16 в 15:38

Исходя из того, что у неё не было проблем в общении, у неё в прямом смысле было крайне мало воспоминаний и того, что она называла вспышками, обрывками всей своей жизни. Детали, хотя и немного, могли затем появиться от кого-то другого помимо этой женщины. Могла ли она быть множественной личностью?
Было смехотворно думать об этом понятии, основываясь на столь невысоком личном контакте с пациентом. К тому же её исследовали специалисты. Кто-то бы точно заметил. Её семья заметила бы.

Titanex 19.06.16 в 15:51

И затем Роберт Филлипс вспомнил, что она сказала ему на прошлой неделе: "Я не поддерживаю, как Вы их называете, постоянных контактов с кем бы то ни было. И никогда не поддерживала. Не хотела. Люди наводят на меня скуку. Разговоры ни о чём, болтовня о том о сём, взаимные любезности - для меня они невыносимы. Никто не рассуждает об идеях, концепциях, чём-то необычном, невозможном, которое стало бы возможным, если бы о нём чуть-чуть бы заикнулись, Вы меня понимаете? Поэтому я всегда спешу, ограничивая каждую встречу парой часов. С Норманом было просто. Он всегда был в мастерской, вытачивая что-то, превращая это нечто в щепки. В бизнесе время - деньги, поэтому люди не склонны тратить его на то, чтобы побольше узнать о тебе".
Разнообразие её манер и выражений слишком мягко переходили друг в друга. Помимо того, что она производила впечатление женщины, которая была не в ладах с собой, (с одной стороны, испуганной до смерти, а с другой - достаточно напуганной, чтобы бежать), чёткие признаки никак не проявлялись. За исключением голоса маленького ребенка.

Titanex 19.06.16 в 16:09

Он положил листки в свой портфель и подготовился отправиться на очередной сеанс под камерой с женщиной. Если бы страницы были написаны от руки, а не на печатной машинке, то его подозрения могли бы подтвердиться. Перед ним тогда могло быть большое число разных почерков. Записи из дневника были переданы ему не женщиной, а её людьми, то есть другими личностями, "частью" которых она сама являлась.
Сивилла и Ева открыли миру понятие множественной личности. "Войска" собирались предоставить Роберту А. Филлипсу, мл., кандидату наук, врачу-психотерапевту, известному также как "Стэнли", совсем другую историю.

Titanex 19.06.16 в 16:17