Готовый перевод The Collector / Коллекционер: Страницы 1-10

Иногда,когда она приезжала из своего интерната,я видел ее почти каждый день,так как их дом находился прямо напротив здания муниципалитета.

Она и ее младшая сестра много раз входили и выходили из него, часто с молодыми людьми, которые конечно же мне не нравились

Когда мог отвлечься от папок и бухгалтерских книг, я стоял возле окна и часто смотрел вниз на дорогу сквозь заледеневшее стекло и иногда я видел ее

По вечерам я отмечал это в своем дневнике наблюдений, по началу называя ее буквой Х, а когда узнал имя,то М.

Так же я встречал ее несколько раз на улице

Однажды я стоял прямо за ней в очереди в публичной библиотеке, которая вниз по Кроссфилд Стрит

Она ни разу не посмотрела на меня, но я видел ее затылок и волосы, собранные в длинную косу

Которая была бледная и шелковистая как коконы Пестрянки Таволговой.

Коса спускалась практически до талии,иногда впереди,иногда сзади.

В другой раз она собирала ее на макушке.

Только однажды,перед тем как она стала моим гостем здесь, я имел честь, видеть ее косу распущенной, и это перехватило мое дыхание,такой прекрасной она была,как русалка.

Однажды субботним днем я собрался в Музей естественной истории, и возвращался домой поездом.

Она сидела сбоку,тремя сиденьями позади меня,и читала книгу,так я смог наблюдать за ней целых тридцать пять минут.

Видеть ее,всегда было для меня как будто ловить некий раритет, заботясь о нем очень осторожно,от чего душа уходит в пятки,как говорится.

Например как Желтушку Луговую.

Я думал о ней всегда также, то есть как о неуловимой,случайной и очень изысканной, не такой как другие

Только для настоящего ценителя.

В тот год, когда она еще посещала школу,я не знал,кто она такая,только то,что ее отец был доктор Грей, а мать-алкоголичка, о чем я подслушал на встрече клуба энтомологов.

Я слышал, как ее мать однажды разговаривала в магазине, у нее был нарочито манерный голос, и было ясно,что она из той категории пьяньчужек с большим количеством макияжа на лице и так далее.

Ну и еще о ней было немного в местной газете,о стипендии,которую она выиграла и о том как умна она была, и ее имя,такое же красивое как и она сама-Миранда.

Так я узнал,что она собиралась в Лондон,изучать изобразительное искусство.

Она действительно всё изменила, та газетная статья.

Казалось,мы становились близкими друзьями,хотя мы еще не были знакомы в обычном понимании.

Не могу сказать,что это было когда я увидел ее впервые,я просто понял-она одна единственная.

Конечно, я не сумасшедший, я знал, что это была лишь мечта, и оставалась бы такой навсегда, если бы не деньги.

Я имел обыкновение грезить о ней днем, вспоминал случаи, когда мы встречались, делал то, что она обожала, женился на ней и все такое.

В этом не было ничего непристойного до одного момента,про который объясню позже.

Она рисовала картины, а я присматривал за моей коллекцией(в моих мечтах).

Она была всегда любящая меня и мою коллекцию, рисующая и раскрашивающая их; работа вместе в красивом современном доме в большой комнате с одним из тех огромных стеклянных окон; встречи там секции насекомых, где вместо того, чтобы почти ничего не говорить, если делал ошибки, мы были известными хозяевами.

Она такая прелестная со своими белокурыми волосами и серыми глазами и, конечно же, все мужчины вокруг зеленели от зависти.

Только однажды у меня не было о ней хороших снов, когда я увидел ее с неким молодым человеком, типичным школьным выскочкой со спортивной машиной.

Они все вели себя так.

Я видел, как они вместе садились в машину, или вместе выезжали на ней в город. В такие дни я забывал про дневник этимологических наблюдений (все это было до того, как она уехала в Лондон, там она его бросила).

В те дни я позволил себе плохие мечты.

Она плакала и обычно падала на колени.

Один раз я позволил себе мечту,о том как бью ее по лицу, как я видел сделал один парень в телевизионной пьесе.

Возможно тогда то все и началось.

Мой отец погиб в автокатастрофе.

Мне было два года.

Случилось это в 1937.

Он был пьян, но тетя Эни всегда говорила,что в его пьянстве виновата моя мать.

Они никогда мне не рассказывали, что произошло на самом деле, но вскоре после этого она исчезла из моей жизни, оставив меня с тетей Энни, она лишь хотела легкой жизни.

Моя кузина, Мэйбл, однажды сказала мне (в ссоре, когда мы были детьми), что она была гулящей женщиной и путалась с одним иностранцем.

Я был глуп, и пошел и спросил напрямик у тетушки Эни, и если она могла уйти от ответа, она это, конечно, делала.

Сейчас мне все равно, жива ли она все еще, я не желаю с ней встречаться, меня это совсем не интересует.

Тетушка Эни всегда говорила, что это счастливое избавление, и я соглашался.

Итак, меня воспитали тетушка Энни и дядя Дик со своей дочерью, Мэйбл.

Тетя Эни была старшей сестрой моего отца.

Дядя Дик умер,когда мне было пятнадцать.

Это случилось в 1950 году.

Мы пошли на водохранилище Тринг порыбачить, как и обычно я шел со своей сетью и прочими принадлежностями.

Когда я проголодался и вернулся к месту, где оставил его, там была группа людей.

Я подумал,что он поймал какую-нибудь громадину

Но у него случился удар.

Они привезли его домой,но он так не сказал ни слова и собственно никогда нас больше не узнавал.

Дни, которые мы проводили с ним вместе, ну, не совсем вместе, потому что я всегда уxодил ловить бабочек, а он сидел возле своих удочек, хотя ужинали и ездили туда и обратно мы всегда вместе, те дни (после тех, о которых я собираюсь рассказать) были определенно самые лучшие в моей жизни.

Тетя Энни и Мэйбл относились с презрением к моим бабочкам, когда я был ребенком, но дядя Дик всегда поддерживал меня в этом.

Он всегда восхищался моей коллекцией.

Он чувствовал то же, что и я, когда бабочка становилась взрослой, он сидел и смотрел, как она расправляет и сушит крылья, и как мягко пробует их, также он выделил мне место в своем гараже для моих банок с гусеницами.

Ну,я не буду продолжать, он был мне как отец.

Но этого не случилось.

Еженедельно я по-прежнему зарабатывал по 5 шиллингов.

Старина Том и Кратчли никогда мне не нравились.

Старина Том - скользкий тип, постоянно расхаживающий в органах местного самоуправления и грубо льстящий мистеру

Уильямсу, городскому казначею.

У Кратчли был извращенный ум и садистские наклонности, он никогда не упускал возможности подшутить над моим увлечением, особенно если вокруг были девушки.

"Фрэд выглядит уставшим, у него были грязные выходные с Капустницей," - имел обыкновение говорить он. Или: "Кто была эта Репейница, которую я видел с тобой прошлой ночью?" Старина Том хихикал, и Джейн, девушка Кратчли из отдела Очистки, она всегда была в нашем офисе, тоже.

В ней было всё, чего не было у Миранды.

Я всегда ненавидел вульгарных женщин, особенно девушек.

Итак, я подал свою заявку на участие, как я сказал.

Чек был на 73 тысячи 91 фунт, несколько шиллингов и пенсов.

Я позвонил мистеру

Можно сказать, что он был зол, что я ушел таким образом, однако сначала он сказал, что доволен, он был уверен, что все были довольны, насчет чего я был другого мнения.

Я сделал то, что предлагали люди из объединения, направился прямиком в Лондон с тётей Энни и Мэйбл, пока не утихнет суета.

Я отослал старине Тому чек на 500 фунтов и попросил его разделить их между Кратчли и остальными.

Я не ответил на их благодарственные письма.

Вероятно они подумали, что я скупой.

Единственной отдушиной была Миранда.

Она была дома во время победы, на каникулах от художественной школы, и я видел её только субботним утром великого дня.

Всё время мы проводили в Лондоне, и, проводя его там, я думал, что больше не собирался её видеть; тогда то, что я богат, было хорошей спецификацией мужа; с другой стороны я знал, что это смешно, что люди женятся только по любви, особенно такие девушки, как Миранда.

Временами я даже думал, что забуду ее.

Но забыть нельзя по собственной воле, это приходит со временем.

Только со мной этого не произошло.

Если ты по натуре захватчик и безнравственен, как большинство в наши дни, полагаю ты можешь прекрасно проводить время с кучей денег, если они к тебе приходят.

Но я могу сказать, что никогда таким не был, я никогда не был наказан в школе.

иногда.

Тётя Энни позволяла мне курить сигареты одну за другой, когда я вернулся из армии, но сама она никогда не любила этого.

Даже со всеми этими деньгами она продолжала говорить, что их трата против её принципов.

Я никогда особенно не думал о женщинах до встречи с Мирандой.

Я знаю, что у меня нет того, чего ищут девушки; я знаю, что такие парни, как Кратчли, которые казались мне простыми и грубыми, хорошо с ними ладили.

Было ужасно отвратительно видеть, как некоторые девушки из Аннекса одаривали его похотливыми взглядами.

Это некое грубое животное начало, которое не было мне дано от рождения.

(И я рад этому, ибо я считал, что если бы было больше таких людей, как я, мир стал бы лучше.)

Если у тебя нет денег, ты всегда думаешь, что все кардинально изменится, если они появятся.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6443/19506

Переводчики: elo4ka, Starsailor, SamoZvanka, Tyroesse

Baben, Neskle