Готовый перевод Cruel Beauty / Жестокая красота: Глава 4

Глава 4

Никто не ответил.

Все мое тело сковывал страх. Я была уверена, что в любой момент двери распахнутся, или потолок начнет трескаться, или его голос прозвучит прямо позади меня...

Я оглянулась, но за спиной так же никого не было. Не было слышно ни звука, кроме моего хриплого дыхания из-за тугого корсета. Взглянув вниз, я поморщилась от вида своей груди, так бесстыдно выставленной напоказ, словно я была блюдом в меню собственного мужа.

Мой страх постепенно начал тонуть в испепеляющей обиде. Даже на пуговицах корсета были нарисованы розы: ведь жертвы Милостивого Лорда должны иметь достаточно живописный вид.Словно подарок на день рождения, а Милостивый Лорд, будто капризный мальчишка, не беспокоится, что его уже ждут!

Тяжело вздохнув, я опустилась на пол и прислонилась к холодной стене. Возможно, моего мужа даже нет дома, и он совершает свои сделки с глупцами, которые думают - как когда-то мой отец - что они могут избежать расплаты. По крайней мере, у меня есть еще немного времени перед встречей с ним.

Муж. Я сжала кулаки, и страх вернулся вместе с воспоминаниями о наставлениях тетушки Теломаш. Я знала, что милостивый Лорд очень отличается от остальных демонов, что при взгляде на него ты не теряешь рассудок. Но кто-то утверждает, что у него змеиная пасть, козлиные глаза и клыки кабана, так что даже самые отважные не могут отказаться от его сделок. А другие люди говорят, что он безумно красив, что даже наимудрейшие старцы верят ему. Так или иначе, я не позволю ему прикоснуться ко мне.

(Отец никогда не рассказывал о самом процессе сделки. Однажды я осмелилась спросить его, как выглядит мой враг. Он взглянул на меня, как на милую букашку и спросил, какая польза от моих предположений и фантазий?)

Я впечатала кулак в стену. Было больно, но я почувствовала себя немного лучше. Если бы я только могла ударить мужа, когда придет время...

Если бы только Пророчество было правдой...

Я не верила в него. Не верила, но вытащила кинжал из ножен и медленно водила им из стороны в сторону, чувствуя вес в своей руке. Отец никогда не учил меня использовать в бою нож; он никогда не обучал меня тому, что считал бесполезным для исполнения его плана. Но Астайя ловко воровала ножи с кухни и просила меня практиковаться - что означало с визгом размахивать ножом в воздухе. Бесполезное занятие.

Я знала, что отец прав, и я должна избавиться от кинжала, но теперь было уже поздно - я заперта в пустой комнате. И все же, это был последний подарок моей сестры. Если я не могу себя заставить любить ее, то могла хотя бы носить ее подарок, как знак того, что я не сдамся (Ей всегда нравились истории о воительницах).

Я сунула кинжал обратно в ножны и поправила юбки. На меня навалилась дикая усталость. Я отчаянно боролась со сном, но тепло комнаты сморило меня. Вокруг все еще стояла тишина; не было и признака монстра поблизости. Поэтому я провалилась в сон.

"Кто-то укрыл меня одеялом, - это первая мысль, которая посетила меня, когда я проснулась. - Тяжелым, теплым одеялом. Что-то щекотало мою шею, и я обернулась.

Одеяло отшатнулось.

Остатки сна тут же испарились. В одну секунду я поняла, что мою шею щекотали черные вьющиеся волосы, а одеяло оказалось горячим телом - Милостивый Лорд безмятежно обнимал меня и дремал, словно ленивый кот, положив голову мне на плечо.

Он поднял голову и улыбнулся. Люди, называвшие его "прекрасной погибелью" не лгали - это было самое красивое лицо, которое я когда-либо видела: острый нос, высокие скулы, обрамленные растрепанными чернильно-черными волосами, и эта мягкая, манящая аура юноши, которому невозможно отказать. Он был одет в длинное черное пальто с кружевными молочными манжетами и белый галстук, повязанный вокруг шеи. Если бы он был человеком, я приняла бы его за джентельмена.

Но его глаза с кошачьими зрачками искрились малиновым цветом.

Сердце отчаянно выпрыгивало из груди. Всю жизнь меня готовили к этому моменту, но я не могла ни двинуться, ни выдавить хоть звук.

- Добрый вечер, - он первым нарушил тишину. Его голос напоминал сливки: легкие, но такие густые.

Я медленно села. Он тоже сел, но с каким-то томным изяществом.

- Что? - только и смогла выдавить я.

- Ты так сладко спала, - ответил он. - А мне стало скучно, и я задремал. А теперь разговариваю с тобой.
Он наклонил голову.
- Из тебя получилась отменная подушка, но бодрствующей ты мне нравишься больше. Как тебя зовут, прелестная жена?

Жена. Его жена. Я чувствовала тяжесть кинжала на бедре, но он словно был недостижимо далеко. И даже если бы он был в моей руке, я должна была подчиняться мужу.

- Никс Трескелион. Дочь Леонида Трескелиона.

- Ммм, - он наклонился ближе. - Я видел и покрасивее, но ты исправишься.

- Значит, мой муж - эксперт? - слова слетели с языка раньше, чем я поняла, что делаю. Это было прямо противоположно тому, что я должна была делать: ублажать его, льстить ему.

"Ему доставит удовольствие думать, что ты беспомощна", - говорила тетушка Теломаш.

- У твоего мужа уже было восемь жен, - он наклонился еще ближе, и я смогла кожей почувствовать его взгляд. - Но ни одна из них не была.. - его рука скользнула под мою юбку на бедро, - так.. - я сжала свои зубы, приготовясь вытерпеть все, что бы ни произошло, - подготовлена.

И он выхватил кинжал из ножен. Прокрутив клинок в руке, он швырнул его в стену. Лезвие вошло в дерево по самую рукоять на высоте, по меньшей мере, двадцати футов.

Затем, он снова посмотрел на меня.

И в этот момент я должна была взмолиться о прощении.

- Всего один кинжал? - спросил он. - Благоразумный солдат взял бы два. Или я его пропустил? Моя дама не будет возражать, если я проверю? - и Лорд снова склонился надо мной.

И я ударила его кулаком в лицо.

Удар был такой силы, что он упал на спину. У меня перехватило дыхание; первым желанием было извиниться - даже перед самим дьяволом. Я вскочила на ноги, хоть и сердце мое бешено билось, и поняла, что двери все еще заперты, а кинжал я достать не смогу, поэтому я обрекла себя на смерть, а свою миссию - на провал.

Когда он снова сел, я упала на колени. Я могла сделать только одно. Я начала расстегивать пуговица корсета, а потом просто распахнула его.

- Я сожалею, - сказала я, глядя в пол. - Я только... Мой отец взял с меня обещание взять кинжал, и... и... - я заикалась отчасти потому, что сидела перед ним полуголая. - Я твоя жена! Я жажду твоей ласки! Я жажду твоей любви! - я даже не знала, откуда берутся эти страшные слова, но не могла остановиться. - Я сделаю все, что угодно. Я....

И тут я заметила, что он смеется.

- Ты ничего не делаешь наполовину, так ведь? - скорее сказал, чем спросил он.

- Я даже наполовину не убила тебя, но верни мне кинжал, и я исправлю эту оплошность. - Я скрестила руки на груди и вспомнила, что корсет все еще распахнут, но не собиралась показывать ему свое смущение.

- Заманчиво, но нет. Если я сделаю это, мне придется убить тебя, а мне хотелось бы, чтобы моя жена дожила хотя бы до ужина. - Он бодро стянул мой корсет назад, чтобы я была хоть немного прикрыта, и потянул меня за руку, чтобы я поднялась на ноги. - Пришло время показать тебе твою комнату.

Он взмахнул рукой. Жест был похож на зов, но там ведь никого не было.

Что-то произошло. Я чувствовала это, словно жужжание полуживой мухи в соседней комнате. Он призывает своих демонов? Или они уже здесь? Я окинула взглядом комнату.

Мое внимание привлекла тень Лорда. Несмотря на рассеянный свет, длинный силуэт был четким, как и тень от алхимической лампы.

Мой муж поднял руку, но тень не шелохнулась.

Демоны - это тени.

Горло сковал ужас, когда тень зашагала от Лорда прочь - если это движение по стене можно назвать шагами - и ее длинные пальцы схватили мое плечо. Прикосновение было похоже на ледяной порыв ветра. Когда я попыталась освободиться, поняла, что это невозможно - меня словно сковали железными путами.

Нельзя смотреть на тень слишком долго, ты можешь заглянуть в глаза демона.

- Тень отведет тебя в твою комнату.
Из кармана своего черного пальто Лорд достал серебряный ключ и бросил его тени, которая ловко поймала его.
- Покажи ей свадебное платье, - добавил он, когда тень открыла дверь, украшенную розами и гранатами. - И приведи ее к ужину.
За дверью показался обшитый деревянными панелями коридор со множеством дверей. Тень повел меня по коридору в самый его конец.

- И убедись, что она наденет новое платье!" - крикнул он вслед прежде, чем дверь за нашими спинами захлопнулась.

Сначала, пока Тень быстро вел меня по коридору, я едва ли могла заметить что-то, кроме стука моего собственного сердца. Каждый шаг беспощадно отдалял меня от внешнего мира, ведя все глубже во владения Милостивого Лорда; меня словно сжигали заживо. Я не могла оторвать взгляд от Тени, стискивающей мою руку - он был похож на обычную тень и ощущался как легкое дуновение ветра, но тащил меня за собой так легко, словно я весила не больше листа с дерева. Страх сковывал от осознания противоестественности этого существа.

"Избавь нас от глаз демонов" - это первая молитва, которую учат дети, и не важно, каким богам они поклоняются и к какому сословию принадлежат. Все потому, что каждый - герцог или крестьянин - мог попасть под удар.

Это происходит нечасто. Один из ста изредка может встретить демона. Но и этого достаточно.

Я помню людей, которых приводили к отцу в кабинет: девочку с напряженными костлявыми руками и ногами; мужчину, который что-то писал без остановки, молча, но лишь потому, что он уже выкричал весь свой голос. Иногда, отцу удавалось немного помочь им, а в других случаях он мог лишь посоветовать родственникам накачивать несчастных опиумом. Никто из них не пришел в себя. Но их можно было назвать счастливчиками - а может и нет - тех, кто выжил после встречи с демонами.

Многие умирали.

Сейчас я сама была в лапах демона. Но с каждым шагом мое сердце продолжало биться. Сознание прояснялось. Желание выцарапать себе глаза и сгрызть ногти на руках постепенно утихало. Подавить крик внутри меня становилось легче. Я снова могла думать. Он сказал, что не желает моей смерти до ужина, в этих словах заключался весь смысл.

Я рассматривала силуэт Тени, скользящего по стене и исчезающего, когда мы проходили через двери. Это выглядело, будто тень отбрасывал живой человек, идущий передо мной и держащий меня за руку. Но мое запястье не охватывала чужая рука, лишь темная дымка; и никого не было на много метров вокруг меня.

Лишь эта движущаяся тень.

Никто не знал, как выглядят демоны Милостивого Лорда, потому что никто и никогда еще не смог сохранить рассудок после встречи с ними, чтобы рассказать о них. Но Тень не был похож на существо, которое может свести с ума одним только взглядом. И я начала понемногу расслабляться.

Мой взгляд теперь был прикован к коридору. Прежде всего, меня удивил воздух: он был наполнен ясным, ленивым теплом летнего бриза - непохожим на тепло очага - хоть поблизости не было видно ни одного окна. Это было странно. Двери ровными рядами выстроились вдоль стен. На первый взгляд, они выглядели вполне обычно, но потом я поняла, что они были уже и выше, чем двери в моем доме. И мне показалось, или дверные перемычки были перекошены?

Как долго мы уже идем? Я видела конец коридора, но он, казалось, совсем не приближался.

Погодите, вдалеке слышится эхо чьего-то смеха?

Тень казался не таким ужасающим, как теплое безмолвие коридора.

- Ты настоящий демон, или лишь творение Милостивого Лорда? - резко спросила я. И тут же почувствовала себя глупо: как он должен был мне ответить?

- Или ты - его часть? У всех повелителей демонов есть живые тени, когда они сбегают из Тартара? - продолжала я, пытаясь сделать вид, что первый вопрос был риторическим. - Полагаю, это имеет смысл, что существа, порожденные тьмой...

Тень остановился так неожиданно, что я споткнулась. Серебряный ключ громко звякнул, когда открыл одну из дверей; мы вышли на узкую винтовую каменную лестницу. Холодный, влажный воздух хлестнул по лицу, пахнуло кислым, будто от старого аквариума. Я посмотрела вверх. Там, очень высоко ступени скрывались в темноте, и им не было конца.

- Он хочет убить меня бесконечным подъемом? - пробормотала я. Тогда Тень потянул меня вперед и я последовала за ним, но уже без спешки, чтобы успокоить дыхание.

Мы поднимались и поднимались, пока мышцы моих ног не заныли, а пот не полился по спине, несмотря на холодный воздух. Я перестала пересиливать искаженное напряжением лицо и отрывисто задышала. Весь мир свелся к усиленному переставлению ноющих ног одну за другой, чтобы не свалиться вниз в темноту. Тень же скользил рядом - плавно и неумолимо. Только когда я почувствовала, что не смогу сделать еще хоть шаг, лестница, наконец, кончилась и мы, пройдя сквозь узкую арку, вошли в пустую комнату с белыми стенами и деревянным полом. Я не удержалась и упала на колени.

- Прошу вас, - слова больше походили на карканье, а горло пересохло.

Он отпустил мою руку. С тяжелым вздохом я повалилась на спину. Не знаю, сколько я смотрела невидящим взглядом в потолок, пытаясь отдышаться. Наконец, пот высох, сердце забилось медленнее, а вздохи стали размеренными и глубокими.

Когда мне стало легче, я заметила Тень, стоящего на коленях рядом со мной. Его силуэт виднелся на стене.

Его холодное прикосновение почувствовалось на лице, а пальцы аккуратно убрали с глаз выбившийся локон. Я смогла лишь схватить воздух перед собой и резко сесть.

- Я не нуждаюсь в парикмахере, - проворчала я. Сердце снова учащенно забилось, а кожа под его прикосновением покрылась трепетными мурашками. Движение было очень нежным - но он все же был существом, и если не демоном, то, по крайней мере, он был слугой Милостивого Лорда. Его доброта, как и доброта хозяина, была предвестником жестоких мучений.

Так же поступали отец и тетушка Теломаш, когда говорили Астрайе о пророчестве. Они только дали мне возможность ранить ее еще больнее.

Я поднялась на ноги.
- Пойдем, тебе нужно заточить меня, - я взглянула вниз на Тень, его силуэт на стене выглядел сгорбленным.

Он поднимался медленно, пока не оказался на голову выше меня, как и Милостивый Лорд. Он снова взял меня за руку, но в этот раз помедлил; мне показалось, что он пристально смотрит на меня. Сейчас его профиль был четким, нос, губы и плечи красиво вычерчивались на стене. Неожиданно для себя, я поняла, что, хоть он и был монстром, в нем было много от человека; щеки залил румянец, а свободной рукой я сжала обрывки моего корсажа.

Он видел, как я распахнула корсет. Смотрел ли он, как Милостивый Лорд...

Мне показалось, что он немного сжал мою руку, будто пытался меня поддержать или извиниться. Но демон - или тень демона - конечно, не проявил бы ко мне доброту. Затем, он снова потянул меня за собой, но уже мягче, чем раньше.

Мы оказались в большом круглом бальном зале. Стены украшала золотистая, витиеватая лепнина, на полу блестела мозаика из синего и золотого стекла, на потолке красовались сцены из легенд о Богах: пухлые руки и ноги кокетливо выглядывали из-под ярких одежд. Морозный, тихий воздух пускал мурашки по коже. Мои шаги эхом отдавались в высоком куполе и разносились по залу.

За залом следовала бесконечная череда комнат и коридоров. В каждой новой комнате воздух менялся: обжигающий или холодный, свежий или затхлый, пахнущий розмарином, ладаном, гранатом, старой бумагой, маринованной рыбой или корой кедра. Ни одна из них не пугала меня так, как тот первый коридор. Но иногда - когда солнечный свет проникал в резные окна - мне казалось, что я слышу далекий смех.

Наконец, пройдя коридор, обшитый панелями из вишневого дерева и изобилующий окнами-бойницами, мы вошли в мою комнату. И я поняла, почему Милостивый Лорд назвал эту комнату "гнездышком для новобрачных". На стенах красовались серебряные росписи с голубями и сердечками, а большую часть комнаты занимала огромная кровать под балдахином - более чем огромная для двоих. Столбы, поддерживающие балдахин, были вырезаны в форме прекрасных дев, обвитых легкими прозрачными одеждами, с безмятежными лицами. Они напоминали кариатид, охраняющих вход в священный храм. Полог кружевным водопадом спускался до пола и подхватывался малиновыми лентами. На прикроватном столике благоухал букет прекрасных роз. Лепестки раскрылись так широко, что обнажили золотую середину, испускавшую тяжелый мускусный аромат.

Эту постель сделали исключительно для наслаждения, как и мое платье, и меня бросило в жар и в холод от одного взгляда на нее. Не сразу я заметила большое окно слева от кровати, выходящее прямо на мою деревню. Я мигом очутилась около окна, прижав ладони к стеклу. Дома были такими маленькими и кукольными, что мне казалось, я могу протянуть руку и схватить их.

Мне должно было быть приятно смотреть на свой дом. Но из деревни замок Милостивого Лорда выглядел разрушенным. Стоя перед окном и собственной брачной постелью, невидимая для глаз крестьян в деревне - я чувствовала себя привидением.

Я прислонилась лбом к стеклу, с трудом сдерживая слезы. Возможно, я должна так чувствовать. Сейчас - нет, всегда - я существую, чтобы убить Милостивого Лорда. Астрайя - глупая девчонка, если думала, что я рождена любить ее.

Что-то дотронулось до моего локтя. Я обернулась и увидела Тень, скользящего по стене - это было его прикосновение, я знаю. Его очертания размылись из-за комода у стены, но мне показалось, что он потирал свои руки.

- Я в порядке, - успокоила я его, отойдя от окна.

Конечно, я была в порядке. Меня вырастили для этой миссии. Я в порядке, иначе и быть не может.

И тут я поняла, что веду себя так, будто ему есть до меня дело. Я скрестила руки на груди.

- Иди, доложи хозяину, что ты выполнил его волю.Или ты хочешь остаться и посмотреть, как я переодеваюсь?

Тень дрогнул - похоже, он слабо кивнул - и удалился, оставив меня в одиночестве. Я села на кровать с глухим стуком. Комната закружилась перед глазами; я все еще не могла поверить, что все вокруг меня - реально, что я и правда сижу в замке Милостивого Лорда, и что у меня на столике стоит фарфоровая пастушка в голубом платьице и с румяными щеками.

У Астрайи есть похожая, только одежда у нее - розовая.

Ногти врезались в ладонь. Когда я уходила навсегда, на ее лице читалась не только боль, но и абсолютное непонимание. Она не могла поверить, что ее любимая сестренка, которая всегда улыбалась, осыпала ее поцелуями и заботой, пыталась причинить ей боль. И больше всего она не могла поверить, что тетушка Теломаш и отец лгали ей.

"Она любила тебя" - жестокая мысль засела в голове. Ты лгала ей, поэтому она думала, что все будет хорошо. До последней минуты, когда ты выплеснула на бедняжку всю свою зависть.

На этот раз я не заплакала, но отвратительное чувство, пронзившее меня насквозь, было в сотню раз хуже. Мне хотелось содрать с себя кожу, разбить несчастную пастушку, хотелось от отчаяния биться о стену. Но это означало - показать слабость, а не ее ли последствия я недавно наблюдала? Так что я уселась напряженно и неподвижно, пытаясь задушить в себе гнев и стыд, пока, наконец, не ощутила состояние ледяного спокойствия.

Зубы непроизвольно сжались, когда я отыскала в гардеробе платье из струящегося синего шелка с глубочайшим декольте. Я разбила сердце своей сестры. И я никогда не увижу ее, поэтому никогда не заслужу ее прощение. Ненависть так долго терзала меня, что я даже не предполагала возможности научиться любить ее. Но она не принадлежала Милостивому Лорду и не боялась демонов, она могла смотреть на настоящее солнце над головой.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/64578/328078

Переводчики: Wild_Lise, Darkbloom_V