Готовый перевод The Walk / прогулка: русский перевод

Листья и ветки хрустят под ногами при каждрм шаге; это не мягкий шелест, а резкие, цепляющие звуки безвозвратной, неповторимой потери — как будто вколачивают в мой мозг факт, что никто больше не пройдет в этом направлении какое-то время. Каждый шаг возвещает, что не будет никакой помощи, никакого вмешательства, никаких отвлекающих факторов.

Мне плохо. С тех пор, как мы вылезли из машины, меня донимает тошнота. Частью сознания я продолжаю надеяться, что у меня получится ускользнуть: повалившись на месте., никогда больше не встать. Тело не повинуется, оно упрямо прет вперед, словно в мире нет занятий легче,чем переставлять ноги по тропе, как будто чувство равновесия не нарушилось, как если бы тошнота и головокружение были всецело порождены моей фантазией.Я мог его одурачить: осесть на землю и отказать идти дальше. И все закончится.

Но я этого не делаю.

Потому что не хочу, чтобы все заканчивалось.

Я попытался снова

-Послушай Картер, ты станешь богачом. Я буду работать на тебя до конца жизни. Своей, а не твоей.Так сделка выглядит честнее. Ты хоть знаешь, сколько я заработал для Финна за шесть месяцев? Полмиллиона.Считай они твои.

Он не отвечает. Я прекращаю идти, и поворачиваюсь к нему лицом. Он останавливается тоже, держа между нами дистанцию. Картер не выглядит, как палач. Ему вероятно около шестидесяти: седоволосый, с выветренным, почти добрым лицом. Он по-прежнему отлично сложен, но похож на какого-нибудь спортивного деда, боксера или футболиста лет сорок назад, занятый в сейчас садоводством.

Он спокойно покачал на меня пистолетом.

-Дальше.
Мы пересекли зоны туалетов, но туристы, сельские жители . . . Вы не можете быть слишком осторожны.

Я колебался. Он удостоил меня мягким, наставляющим взглядом. А если бы я стоял на своем? Он застрелил бы меня прямо здесь, и нес тело оставшуюся часть пути. Я вижу, как он с трудом,тащит мой труп, небрежно перекинутый через плечо. И тем не менее ,он может показаться достойным, только на первый взгляд, на самом деле этот человек - гребаный робот: у него есть какой-то нервный имплантант, некая форма причудливой религии; все знают это.

Я шепчу: "Картер, пожалуйста."

Он поводит пистолетом.

Я разворачиваюсь и начинаю снова идти

Я до сих пор не понимаю, как Финн поймал меня. Я думал, что был лучшим хакером,которого он имел. Кто мог последовать по моим следам, извне? Никто! Должно быть, он посадил кого-то внутри одной из корпораций, просто так, чтобы проверить меня. Параноидальный ублюдок. И я никогда не брал больше десяти процентов. Я желал взять пятьдесят и хотел это сделать несмотря ни на что.

Я напрягал свой слух, но я не мог забрать ни малейшего намека на движение, теперь; только пение птиц, насекомых, треск из веток под ногами. Сраная природа. Я отказываюсь умирать здесь. Я хочу закончить свою жизнь как человек: в реанимации, максимум на морфине, в окружении очень дорогих врачей и тяжелых, безмолвных аппаратов жизнеобеспечения. Потом труп может вылететь на орбиту — желательно вокруг Солнца. Меня не волнует, сколько это стоит, просто пока я не в конечном итоге часть любого, блядь, естественного цикла углерода, фосфора, азота. Земля, я разведусь с тобою. Иди сосать питательные вещества из кого-то другого, до кого дотянешься сука!

Напрасный гнев, потерянное время. Пожалуйста, не убивай меня, Картер: я не могу быть поглощенным обратно в бездумную биосферу. Я действительно ее двигаю.

Что, тогда?

-Мне двадцать пять лет, мужик. Я даже не жил. Я провел последние десять лет возясь с компьютерами. У меня даже нет детей. Как можно убить того,у кого еще даже нет детей?’ На секунду я повелся на мою собственную риторику, я всерьез думал потребовать лишиться девственности — но это перебор . . . и это звучит менее эгоистично, менее гедонистично, отстаивать свои права на отцовство, чем ныть о сексе.

Картер засмеялся.
- Ты хочешь бессмертия через детей? Забудь. У меня два сына. Они совсем не похожи на меня. Они совершенные другие люди.

-Да? Печально. Но я все равно должен иметь шанс.

-Шанс, для чего? Для того, чтобы сделать вид, что вы будете жить через ваших детей? Для того, чтобы обмануть себя?

Я понимающе рассмеялся, стараясь, чтобы это прозвучало так, словно мы разделяем шутку, которую способны оценить только два циника-единомышленника.

- Конечно, я хочу шанс обмануть себя. Я хочу врать себе ещё пятьдесят лет. Для меня это очень даже неплохо.

Он молчал.

Я немного замедлился, сократив шаг, делая вид, что это из-за неровной местности. Зачем? Я всерьез думаю, что несколько лишних минут дадут мне шанс разработать какой-то ослепительно блестящий план? Или я просто так, без всякой цели, тяну время? Просто продлеваю агонию?

Я почувствовал внезапные рвотные позывы и остановился; спазмы были глубокими, но не вызвали ничего, кроме слабого кислого вкуса. Когда они закончились, я стёр с лица пот и слёзы и попытался унять дрожь - больше всего я злился, что мне не наплевать, умру ли я в луже рвоты, плача, как ребёнок, или нет. Как будто дорога к моей смерти - это всё, что сейчас имеет значение; как будто эти последние несколько минут моей жизни заслонили всё остальное.

Однако, они есть,так ведь? А всё остальное - в прошлом, ушло.

Да - и это тоже пройдёт. Если я умру, мне незачем примиряться с собой, нет причины готовиться к смерти. Я встречу своё исчезновение так же быстротечно и так же бессмысленно, как встречал любой другой момент своей жизни.

В это минуты имеет смысл только одно - пытаться найти способ выжить.

Тогда я задерживаю дыхание, я стараюсь растянуть паузы между вдохами..

-Картер, сколько раз ты это делал?

-Тридцать три.

Тридцать три. Это достаточно трудно принять, даже когда какой-то обманутый фанат оружия нажимает на спуск своего автомата и поливает толпу огнём, но тридцать три неспешных прогулки в лес...

-Так скажи мне: как большинство людей принимают это? Я действительно хочу знать. Они блюют? Они плачут? Они клянчат?

Он пожал плечами.
-Иногда.

-Неужели они пытались подкупить тебя?

-Почти всегда.

-Но ты неподкупен?

Он не ответил

- Или никто не сделал правильного предложения? Чего же ты хочешь, если не денег? Секса? Его лицо осталось невозмутимым, без гримасы отвращения, так что, вместо того, чтобы отшутиться - такое отступление могло бы разозлить его, я, как в бреду, продолжил. Это так? Ты хочешь, чтобы я... ? Если так, я это сделаю.

Он снова укоряюще взглянул на меня. Ни презрения к моей жалкой мольбе, ни отвращения к моему нелепому предложению, только лёгкое раздражение от того, что я напрасно трачу его время.

Я слабо рассмеялся, чтобы скрыть своё унижение от этого абсолютного равнодушия, этого отказа признать меня даже ничтожеством.

Я сказал:"Значит, люди принимают это довольно плохо. И как тебе это?"

Он невозмутимо ответил: " Я это довольно хорошо понимаю."

Я снова протер лицо.
- Бля, ты сделаешь это не так ли? Это что чип в твоем мозгу для этого? Позволяет спать по ночам после того, как сделали это?

Он мнется, потом говорит:"На дорогу. Но это не так просто".
Он размахивает пистолетом.
-Двигайся. У нас еще есть куда двигаться дальше.

Я оцепенело оборачиваюсь. Я только что сказал одному человеку, который мог бы спасти мою жизнь, что он безумный недочеловек, машина для убийства.

И я пошел снова.

Я оглянулся по сторонам, раз, в пустое идиотское небо, и отказался от потока воспоминаний связанных в моей памяти с этой поразительной синий. Все это исчезло, все кончено. Никакого Прустовского воспоминания, нет Билли Пилигрима с путешествиями во времени для меня. У меня нет необходимости бежать в прошлое: я собираюсь жить в будущем, я смогу это пережить. Как? Картер может быть беспощадным и неподкупным — в таком случае, мне просто придется его осилить. Возможно, я вел сидячий образ существования, но я моложе больше чем на половину его возраста; и это должно что-то значить. По крайней мере, я должен быстрее бегать. Пересилить его? Борьба с заряженным пистолетом? Может быть, не получится, может быть, я получу шанс бежать.

Картер говорит: "Не тратьте свое время, пытаясь придумать способы торговаться со мной. Этого не будет. Вам бы лучше думать о том, чтобы принять неизбежное."

-Я не желаю, блядь, принимать это

- Это не так. Вы не хотите, чтобы это произошло — но это произойдет. Так найдите способ справиться с ним. Вы должно быть, думали о смерти, до сих пор.

Жалостные консультации от моего убийцы - это именно то, что мне нужно.
- Если хочешь знать правду - ни разу. Это - ещё одно, что я не удосужился сделать. Так что, может дашь мне пару десятилетий чтобы с этим разобраться?

- На это не понадобится десятилетие. Это займёт совсем немного времени. Взгляни на это вот как: тебя же не беспокоит, что за пределами твоей кожи есть пространство - а тебя в нём нет? Что ты приходишь к внезапному концу на верхушке твоего черепа - и тогда там нет ничего, только воздух? Конечно, нет. Так почему тебя должно беспокоить, что настанет время, когда тебя нигде не будет - больше, чем то, что существует пространство, не занятое тобой? Ты думаешь, твоя жизнь будет уничтожена - каким-то образом исчезнет просто от того, что она имеет конец? Разве пространство над твоей головой исключает существование твоего тела? Всё имеет границы. Ничто не длится бесконечно - ни в каком направлении.

Я рассмеялся, сам того не желая: от жестокости он перешёл к сюрреализму. - Ты, действительно, веришь в эту чушь, да? Ты на самом деле так думаешь?

- Нет. Я мог бы; это продаётся, и я всерьёз подумывал это купить. Это вполне обоснованная точка зрения... но в итоге мне она не кажется правильной - и я не хочу, чтобы казалась. Я выбрал нечто совершенно иное. Остановись здесь.

-Что?

-Я сказал стоп.

Я растерянно оглянулся, отказываясь верить, что мы уже пришли. Это не было какое-то особенное место - обычное, окружённое уродливыми эвкалиптами, по колено в засохшем подлеске - а чего я ожидал? Искусственной полянки? Места для пикников?

Я обернулся к нему, прочёсывая свой парализованный мозг в поисках хоть какой-нибудь стратегии, чтобы добраться до его оружия - или выбраться из зоны досягаемости прежде, чем он сможет выстрелить, когда он, совершенно искренне, сказал: - Я могу помочь тебе. Я могу облегчить это. Секунду я пристально смотрел на него, потом неуклюже, задыхаясь, разрыдался.

Он терпеливо ждал, пока я, наконец, не смог выдавить: - Как?

Левой рукой он залез в карман своей рубашки, вытащил маленькую вещь и на ладони протянул мне, посмотреть. На мгновение, я подумал, что это капсула, какое-то лекарство, но это было не так.

Не совсем так.

Это был аппликатор нейронного импланта. Через прозрачную оболочку я смог разглядеть серую крупинку самого импланта.

У меня было одно мгновение, и яркая фантазия пргонеслась вперед, чтобы принять это: мой шанс, наконец, обезоружить его.

- Лови. Он бросил это устройство прямо мне в лицо, а я поднял руку и на лету поймал его.

Он сказал: - Конечно, это на твоё усмотрение. Я не собираюсь заставлять тебя его использовать.

Я внимательно разглядывал эту вещь. На моё лицо садились мухи, и я отмахнулся от них свободной рукой.
- Что мне это даст? Двадцать секунд космического блаженства перед тем, как ты вышибешь мне мозг? Какие-то галлюцинации, достаточно яркие, чтобы заставить меня думать, что всё это было сном? Если ты хотел облегчить мне боль от понимания, что я умру, тебе нужно было просто выстрелить мне в затылок пять минут назад, когда я думал, что у меня есть шанс.

Он сказал: - Это не галлюцинация, это система... отношений. Философский подход, если хочешь.

- Что ещё за философия? Вся эта чушь о... границах в пространстве и времени?

-Нет. Я говорил тебе. Я не покупал это.

Я почти сорвался. - Так это твоя религия? Ты хочешь обратить меня прежде, чем убьёшь? Хочешь спасти мою проклятую душу? Вот так ты справляешься с теми, кого убиваешь? Думаешь, ты спасаешь их души?

Он беззлобно покачал головой. - Я не называл бы это религией. Бога нет. Душ нет.

- Нет? Ну, если ты предлагаешь мне все утешения атеизма, мне для этого имплант не нужен.

-Ты боишься умереть?

- А ты как думаешь?

- Если воспользуешься имплантом - не будешь.

- Ты хочешь сделать меня смертельно храбрым, а потом убить? Или неизлечимо тупым? Я предпочёл бы кайф.

- Не храбрым. И не тупым. Понимающим.

Возможно, у него не было ко мне сострадания, но я всё ещё был человеком в достаточной мере, чтобы оказать ему эту честь.
- Понимающим? Думаешь, купиться на какую-то жалкую ложь о смерти - это правильно?

Не ври. Этот имплант не изменит ваших убеждений по любому вопросу

-Я не верю в жизнь после смерти, так что-

-Чью жизнь?

-Что?

-Когда ты умрешь, будут другие люди продолжать жить?

На мгновение, я просто не мог говорить. Я борюсь за свою жизнь — а он считает, что все это некие абстрактные философские дискуссии. Я почти кричу: Перестань играть со мной! Покончим с этим!

Но я не хотел конца

А до тех пор, пока я мог продолжать говорить с ним, всё ещё оставался шанс, что я смогу заинтересовать его, отвлечь его внимание, возможность какого-то чудесного спасения.

Я сделал глубокий вдох.
-Да другие люди будут продолжать жить

-Миллиарды. Возможно, сотни миллиардов, в грядущих столетиях.

- Без дерьма. Я никогда не верил, что Вселенная исчезнет, когда я умру. Но если вы думаете, что это большое утешение—

-Насколько разными могут быть два человека?

- Я не знаю. Вы чертовски разные.

-Ты думаешь, что среди всех этих сотен миллионов , ты думаешь, что среди этих миллионов будут такие же люди, как ты?

-О чем ты вообще вообще говоришь ? Реинкарнация ?

- Нет. Статистика. Не может быть никакой “реинкарнации”, нет души, чтобы возродиться. Но в итоге совершенно случайно кто-то придет, кто будет воплощать все то, что определяет тебя.

Я не знаю, почему, но это чем безумнее это все становилось, тем большую надежду я ощущал - как будто изувеченная сила картеровских рассуждений могла бы сделать его уязвимым в других отношениях.

Я говорю: "Это просто не соответствует действительности. Как кто-то может в конечном итоге иметь мои воспоминания и мой опыт?

"Воспоминания ничего не значат. Твой опыт не определяет твою сущность. Случайные детали твоей жизни являются поверхностными, как и твой внешний вид. Они могут иметь форму того, чем ты являешься , - но не быть неотъемлемой частью твоей личности. Это ядро, глубокая абстракция.

-Душа по другому.

-Нет

Я неистово качаю головой. Там нет ничего, чтобы угодить ему, я слишком плохой актер, чтобы сделать аргумент убедительным - и он может только купить мне немного больше времени.

-Ты думаешь, что я должен чувствовать себя лучше при мысли о смерти, потому что, когда-нибудь в будущем, у меня будут общие, абстрактные мысли с незнакомыми мне людьми?

-Ты говорил, что хочешь ребенка

-Я лгал

-Хорошо. Потому что это не ответ.

- И я не должен получить больше комфорта от мысли о том, кто никогда никакого отношения вообще, без каких-либо воспоминаний у меня, нет чувства общности

- Сколько у тебя общего теперь, с самим собой, когда тебе было пять лет?’

-Не так много

-Не думаешь ли ты, что там должно быть тысячи людей, которые бесконечно больше похожи на тебя, чем ты есть сейчас. Даже более того - больше, чем, когда ты был ребенком?

-Возможно. В некотором роде, может быть.

- А когда тебе было десять? Пятнадцать?’

-В чем вопрос? Хорошо люди меняются. Медленно. Незаметно.

Он кивает.
- Незаметно — точно! Но разве менее реально? Кто проглотит эту ложь? Видеть жизнь тела, как жизнь одного человека это иллюзия. Идея о том, что “вы” это все события начиная с рождения - ничто кроме полезной фантастики. Это не персона: это композит, мозаика.

Я пожал плечами. - Возможно. Это все-таки ближе всего к ... личности . . . чем что то другое.

- Но это не так! И это отвлекает нас от истины!
Картер говорил с воодушевлением, но без фанатизма. Мне почти жаль, что он начнет разглагольствовать — но вместо того, продолжает он, более спокойно, более разумно, чем когда-либо. Я не говорю, что память не имеет никакого значения; конечно, имеет. Но есть часть вас, что независимая от них — и эта часть будет снова жить. Однажды кто-то, где-то, будет думать как ты, действовать, как ты. Даже если это всего лишь на секунду или две, то он будет тобой.

Я покачал головой. Я начинал чувствовать себя не много ошеломленным от этой неумолимой логики сновидений - и в опасной близости от потери связи с тем, что поставлено на кон.

Я категорически сказал:"Это фуфло. Никто не мог подумать этим путем".

- Вы ошибаетесь. Я делаю. И вы можете — если вы хотите’.

- Ну, я не хочу.

"Я знаю, это кажется абсурдным, сейчас - но я обещаю вам, что имплант изменит все это. Он рассеянно массирует свое правое предплечье. Его должно быть свело от удерживания пистолета. "Вы можете умереть боясь, или вы можете умереть успокоенным. Это ваше решение.

Я закрываю свой кулак над аппликатором. "Вы предлагаете это всем своим жертвам?"

Не всем. Некоторым

И как много ты использовал?

- Никто не знает до сих пор.

- Я не удивлен. Кто захочет умирать? Обманывать сам себя?

-Ты сказал ты будешь

- Жить. Я сказал, что хочу жить, обманывая себя.

Я убираю насекомых с моего лица, в сотый раз; они бесстрашно летят снова. Картер в пяти метрах; если я делаю шаг в его сторону, он выстрелит мне в голову, без малейшего колебания. Я напряг свой слух, и не слышал ничего, кроме сверчков.

Использование импланта купит мне еще немного времени: четыре или пять минут, прежде чем он сработает. Что мне терять? Нежелание Картера, убивать меня, непросвещенного? В конце концов, это ничего не меняет, раз уже было тридцать три раза. Моя воля, остаться в живых? Может да, может нет. Изменения в моих взглядах о смерти не нужно доказывать мне, даже верующие в славную загробную жизнь, как известно, тяжело борются, чтобы отложить поездку.

Картер сказал мягко: "Разбуди свой мозг. Я буду считать до десяти."

Шанс честно умереть? Шанс цепляться за собственный страх и смятение до самого конца?

Блядь. Если я умру, то нет никакой разницы, как я встречу это. Это моя философия.

Я говорю: "Не мешай". Я толкаю аппликатор глубоко в мою правую ноздрю, и нажимаю на спусковой крючок. Чувствую как имплант прокалывает мою носовую мембрану, направляясь к мозгу.

Картер засмеялся с восторгом. Я чуть не присоединился к нему. Из ниоткуда, у меня есть еще пять минут, чтобы спасти мою жизнь.

Я говорю: "Хорошо, я сделал то, чего вы хотели. Но все, что я говорил раньше, остается в силе. Дай мне жить, и я сделаю тебя богатым. Миллион в год. По меньшей мере."

Он качает головой.
-Ты фантазируешь. Куда мне идти? Финн найдет меня через неделю.

-Вам не нужно будет никуда идти.Я б покинул страну - и я платил бы свои деньги на ваш Орбитальный счет"

-Да? Даже если вы сделали это, какая польза была бы от этих денег мне? Я не мог бы рисковать их тратить.

-После всего, вы могли бы купить некоторую безопасность. Купить некоторую независимость. Начните отвязывать себя от Финна.

-Нет
Он снова рассмеялся.
-Почему ты все еще ищешь выход? Разве ты не понимаешь? В этом нет никакой нужды.

В настоящее время, имплант должно быть выдавил наномашины, укрепляя связи между моим мозгом и крошечным оптическим процессором, чья нейронная сеть воплощает причудливые убеждения Картера. Раз и его маразм влезет мой мозг. Но это неважно — я всегда могу удалить, это проще всего в мире. Если это все, чего я хочу.

Я говорю: "Там нет необходимости в чем-либо. Там нет необходимости тебе, убивать меня. Мы можем по-прежнему выйти отсюда. Почему ты действуешь как будто у тебя нет выбора?"

Он качает головой.
-Ты фантазируешь.

-Пошел на хуй! Послушай меня! Все что Финн имеет - это деньги. Я могу погубить его, если это то, что нужно. С другой стороны мира!

Я даже не знаю, лгал ли я больше в жизни. Могу ли я сделать это? Для того, чтобы спасти свою жизнь?

Картер наконец говорит тихо: "нет".

Я не знаю, что сказать. У меня нет больше аргументов, нет больше просьб. Я хотел повернуться и убежать, но я не могу этого сделать. Я не могу поверить, что я убежал бы — и я не могу себя заставить его нажать на курок на мгновение раньше.

Солнце ослепительно, я закрываю глаза от света. Я еще не сдался. Я притворюсь, что имплант не сработал — что огорошит его и купит мне еще несколько минут.

И что?

Волна головокружения захлестывает меня. Я шатаюсь, но возвращаю свой баланс. Я стою, глядя на свою тень на земле, мягко покачиваясь, чувствуя себя невероятно легким.

Затем я смотрю вверх, щурясь. ‘
-Я

Картер говорит:"Ты умрешь. Я собираюсь стрелять в твою. голову. Ты меня понимаешь?"

-Да.

- Но это не конец. Не конец то, что важно. Ты веришь в это, не так ли?’

Я киваю нехотя.
-Да.

-Знаешь, что умрешь, но ты не боишься?

Свет все режет глаза и я снова их закрываю. Я смеюсь устало.
- Ты ошибаешься, я до сих пор боюсь. Ты солгал мне, так? Ты говно. Но я понимаю. Все, что ты сказал имеет смысл сейчас.

И он это делает. Все мои возражения кажутся абсурдными, сейчас прозрачно непродуманными. Меня возмущает то, что Картер был прав — но я не могу притворяться, что мое нежелание поверить ему было продуктом какой угодно, но недальновидности и самообмана. Что потребовалось нейронный имплант, чтобы позволить мне видеть очевидное и это только доказывает, как озадачен я был.

Я стою, закрыв глаза, чувствуя тепло солнца на затылке. Жду.

- Ты не хочешь умереть . . . но ты знаешь, что это единственный выход? Ты принимаешь, это теперь? Кажется, он хочет мне верить, а если он найдет мою смену мнения слишком хорошей, чтобы быть правдой.

Я кричу ему:" - да, пошел ты! Да! Так покончим с этим! Покончим с этим!"

Он некоторое время молчал. Затем мягкий стук, и грохот падения.

Насекомые на моих руках и отрешенное выражение лица.

Через мгновение я открываю глаза и опускаюсь дрожа на колени. На какое-то время, я рыдаю, бью о землю кулаками, рву горстями траву, кричу на птиц за их молчание.

Потом я встал на ноги и подошел к трупу

Он верил всему, что он утверждал, что верит — но ему все еще нужно было что-то другое. Более абстрактной надежды на кого-то, когда-то, где-то на планете, попадая в расклад — стать им — по чистой случайности. Ему нужен кто-то еще придерживающийся тех же убеждений, прямо перед глазами в момент смерти — кто-то другой, кто знал, что он собирался умереть и еще кто-то кто просто боится, как и он.

И во что мне верить?

Я смотрю на небо, и воспоминания отбрасываю подальше, прежде чем,все начало кувыркаться через голову. От ленивых детских праздников, до самого последнего выходного, что я провел со своей бывшей женой и сыном, такой же душераздирающий синий цвет проходит через них все. Объединяет их всех.

Не так ли?

Я смотрю вниз на Картера, пинаю его ногой, и шепчу, кто умер сегодня? Скажи мне. Кто действительно умер?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/65172/327891

Переводчики: hoeo, nvs1408, Anubis777