Готовый перевод Radiance / Сияние истины: Глава 51: Законодатель

Когда я прислушалась к соседней двери, Аманда была дома, и, похоже, выпнула Альберта - не думаю, что он ушел бы сам, по своей воле, но мог уйти, если она потребовала. Я постучала.

- Уходи, Альберт, - приглушенно донесся голос Аманды.

- Это Элспет, - сказала я.

Спустя некоторое время дверь открылась. Аманда посмотрела на меня, Джейка и Лорел, и сказала:
- Я не хочу ни с кем из вас сейчас говорить. Бекки уже...

- Они здесь как мои телохранители, они не хотят ничего сказать, - сказала я. - Поговоришь только со мной?

Аманда замешкалась, скривив рот в невыразимом раздражении, но наконец отошла в сторону и впустила нас. Джейк и Лорел остались позади, у двери, а я села с Амандой за стол.

- Бекки уже тут была? - спросила я, надеясь, что она начнет говорить обо всем и у меня будет более ясная картина происходящего.

Аманда кивнула.
- После того, как я выгнала Альберта. Он взял Еву и ушел с ней на Север или куда-то еще, наверное. Бекки пришла от его лица. Не думаю, что он прямо просил ее, скорее она сама это сделала, но это же все равно одно и то же, верно? Однажды меня похитили, буквально с улицы, потому что мой рейс домой был уже на следующий день, а они не могли позволить ему отправляться ухаживать за мной, как за местными девчонками... и с тех пор моя жизнь заключала в в том, чтобы быть запечатленной Альберта. И все, кто живут тут, считают, что это оправдывает мое существование. Если бы я вышла замуж за человека, босс моего мужа не показался бы, чтобы сказать дать ему шанс, - она посмотрела на меня и вздохнула. - Полагаю, соседи тоже.

- Извини, - прошептала я.

- Ты не похищала меня. Ты была здесь, во сколько, в три годда, и выглядела на одиннадцать, когда меня поймали? - фыркнула Аманда.

- Я хотела сказать... вы были счастливы, разве нет, до... недавних пор? - сказала я.

- Наверное. Когда я больше не хотела возвращаться домой к семье, меня захватила сказочная сторона этого. Волшебный парень-оборотень, который не мог не любить меня вечно и желал поддерживать меня, в то время как я жила в тайном поселении, полном дружелюбных людей, работающих под началом гребаных иллюминатов? Думаю, я провела пару минут в размышлениях на тему "погодите, я собираюсь получить степень и устроиться социальным работником?" прежде чем Челси заразила меня Альбертом головного мозга до такой степени, что ничего не было сравнимо с тем, чтобы остаться здесь. Потому что разумеется Альберт не мог переехать, чтобы мне было удобно, даже хотя предполагалось, что я центр его вселенной, да? Альберту надо было жить с его стаей. И похоже, это до сих пор так.

- Ты хочешь вернуться в Канаду? - неуверенно спросила я.

- Мне не важна именно Канада. Меня все еще не заботят мои родственники, кроме мысли, что Ева должна получить шанс узнать их, но они рассеяны по всему Онтарио, так что непохоже, чтобы я могла жить рядом с мамой, папой и еще кем-нибудь из родственников. Но я хочу получить образование. И не хочу быть ограниченной теми учебными заведениями, что находятся на расстоянии плевка от Нигде, Вашингтон, а мой итальянский не так хорош, чтобы идти в здешний университет, а стая Джейка привязана к тебе и ты будешь постоянно передвигаться, так что... все сводится к тому, чтобы оставить Альберта, даже пусть он и хороший парень и отец Евы, который мне не так уж и не нравится, пусть даже он не является больше альфой и омегой моей жизни. Ну или сделать вид, что "ой, наверное, мне нормально с тем, чтобы отказаться от всего, что было у меня украдено, чтобы служить кому-то, Нигде, Вашингтон, жди меня" и родить еще четырех-пятерых щенков, поскольку это похоже модно, больше ничего не добившись в жизни.

- Я... не думаю, что это все возможные варианты... - сказала я.

Аманда закатила глаза и отвела взгляд.
- Бекки сказала мне, что Рэйчел ходила в колледж в Спокане, и он на разумном расстоянии от Ла Пуш и вполне хорош. Но я не думаю, что Бекки понимает... она вышла замуж, когда ей было восемнадцать, чтобы съехаться с, не помню, как его там...

- Калеб, - сказала я.

- С Калебом, в штате, который она никогда ранее не посещала, и она была полностью счастлива насчет этого, пока в первый раз не перекинулась. Бекки никогда не ходила в колледж, не говоря уже о высшей школе. Рэйчел ходила в колледж, который был настолько далеко от дома, насколько она могла добраться, все еще оставаясь в пределах штата, если я правильно помню географию.

- Извини, - снова выпалила я.

- За что? - спросила Аманда.

- Я не была осторожна, когда депрограммировала всех...

- Ты извиняешься за то, что вернула мне разум, поскольку я могу все затруднить? - сварливо сказала она и я съежилась.

- Нет, - сказала я. - Я извиняюсь, потому что ты несчастлива и я думаю, что это моя вина.

Аманда нахмурилась и вздохнула.
- Я все еще люблю Альберта, - сказала она неуверенно, после чего покачала головой и повторила более уверенно. - Я теперь просто не люблю его больше чем все остальное в мире, вот и все.

Я осторожно прикусила губу и сказала:
- А почему вообще каждой стае надо держаться вместе?

- Ты у меня спрашиваешь? - поинтересовалась Аманда.

- У Джейка, - сказала я.

Джейк кашлянул в руку.
- Эм, - сказал он. - ... По большей части. То есть, до резни мы все жили в Ла Пуш. Сейчас, у некоторых из нас есть причины отправиться куда-то еще, но мы все равно можем оставаться в группах.

- По большей части, - повторила Аманда, вставляя недоверчивые паузы между словами.

- Ну, это, и у нас своего рода культура такая... и Ева тоже должна иметь ее, - добавил Джейк. - Если ты пойдешь учиться в Бостон или куда-то еще, а Альберт и Ева отправятся с тобой, Ева не вырастет как щенок, вообще-то.

- А разве она не научиться всему, когда активируется? Если активируется? - возразила Аманда. - Вы же телепаты!

- Ты бы этого хотела, если бы Альберт мог последовать за тобой куда угодно? - спросила я, напряженно размышляя.

- Я бы подала документы в ряд университетов и молилась, чтобы хоть один принял их, - сказала Аманда. - Если считать время, проведенное мной тут как "годичный" перерыв, случайно включающий в себя замужество и ребенка. В основном я бы искала учебу в Онтарио, наверное, но мне надо еще посмотреть, что там есть и составить список, где лучшие условия...

- Моя мама планирует создать одну из региональных столиц в Квебеке, но еще не выбрала конкретное место, насколько я знаю, - сказала я. - Если ты поступишь где-то поблизости от этой части Онтарио, и столица будет недалеко, а Альберт будет в стае Джейка, а не Бекки, то он мог бы работать в столице. Возможно, присматривать за резиденцией, пока в ней больше никого нет. Насколько я знаю, в конце концов мама планирует перевести все столицы на полноценный режим работы, но у нее пока не хватает работников.

- Я мог бы даже присмотреть нескольких других волков туда на полное время, - вызвался Джейк. - Особенно из тех, кто хотел бы усыновить сирот, но не может, поскольку считают, что было бы плохо для них постоянно перемещаться место на место, так что они могут захотеть осесть где-то в качестве профессиональных оборотней. Лорел?

- Может быть, - сказала Лорел, не меняя предупредительной позы, но явно что-то мелькнуло в ее глазах.

- И, возможно, Нина с Кельвином, - сказал Джейк. - Если будет возможность, то может посмотрим среди тех, кто хочет уйти с другими стаями. Например, Делани, возможно Вивиан и Айрис, они в основном остаются в здесь в деревне потому что у них дети - но у них нет запечатленных, так что они тут ни к кому не привязаны семейными отношениями, как те парни с женами-итальянками или те, кто был запечатлен в Штатах, Вольтерре или Ла Пуш. Нет какой-то особой причины держать стаю в одном месте географически.

- Тогда Квебек будет постоянно открыт, а остальные будут меняться, пока не наберется достаточно народа, чтобы держать и их открытыми постоянно, - сказала я. - Если мама пойдет на это.

Мама пошла.
- Мы можем постепенно добавлять людей в столицы по одной за раз, - сказала она. - И вполне можно начать с Квебека, раз так удачно совпало.
Правда перед этим она раздраженно закатила речь, что волки явно не вели себя так, словно разделение стай является подходящим вариантом, когда спорили всю ночь о том, куда идти.

Джейк позвал Дафну, передав ей пост телохранителя на пару часов, чтобы предупредить всех об изменившихся обстоятельствах и дать возможность переосмыслить ситуацию. Я провела это время в компании обоих девушек-волков, рассказывая им про архитектурные планы Эсме, мою работу в ОООО департаменте и прочем.

- Ты бы хотела, чтобы тебя удочерили, - спросила я Дафну во время паузы в разговоре. - Если бы все это произошло три-четыре года назад?
Дафна была второй по молодости среди волков, ей было тринадцать, а только что активировавшейся Эшлин - двенадцать, и она провела ранние вольчи годы в деревне как одна из сирот на Севере. Я знала, что она считала себя взрослой после первого перекидывания, и никто всерьез не предполагал, что активным волкам ее возраста нужно удочерение, но у нее могли быть мысли по этому вопросу.

- Может быть, - сказала она, не став уточнять сразу, но когда мы с Лорел не стали отводить взгляд от нее, продолжила. - Сначала в деревне было только три ребенка, они были маленькими и я особо не думала о них, но потом они стали старше и я поняла, что иметь семью, а не просто быть одной с Севера было бы неплохо. А потом парни стали запечатлеваться, появились щенки и это тоже выглядело хорошо. О нас заботились и все такое. Но похоже, что для людей, которые присматривали за нами, мы выглядели группами. Я была в середине Гвен-Дафна-Эшлин группы, потому что мы девочки и одного возраста.

Я кивнула и глянула на Лорел, думая, спросить ли кого она хочет усыновить, но решила, что наверное для нее будет непрофессионально обсуждать такое, пока она на службе.

Наступил вечер, Дафна и Лорел сменились на Келли и Грегори, и я уснула.

На следующий день прибыла еще одна семья. Я начала привыкать объяснять и сумела удержать их относительно спокойными, пока рассказывала, что произошло с их дочерью/сестрой/женой/мамой (дети женщины были уже взрослыми, к счастью; я старалась не думать, как буду разговаривать с маленьким сыном Бенито). Они единодушно хотели, чтобы я попробовала "первый вариант" - вложив их воспоминания в их потерянную родственницу, в надежде, что она очнется и будет похожа на себя.

Адди должна была сделать это, поскольку были шансы, что если воспоминания будет собирать она, то они переймут часть интенсивности вампирского разума, чего я не могла сделать. Она прочла всех родственников, взяла мою силу, пару минут собирала нужные порции памяти и ударила по пациентке, вложив все в один удар.

Ничего не произошло. Адди полезла в карман, где лежал кусок Аро. Прикоснулась ко лбу женщины и нахмурилась.
- Не сработало, - мрачно сообщила она.

- Попробуешь еще раз? - сказала я.

Она попробовала, после чего переслала сборку памяти мне, чтобы мы могли ударить по пациентке одновременно, что и сделали, держа перед той зеркало, но безо всякого успеха. Она не реагировала, и каждый раз проверка Адди показывала, что информация просто ускользала из ее сознания.

Семья была разочарована, некоторые плакали, но похоже, они поняли, что мы (почти) не сотворяем чудес. (Наверное, еще снова помогло то, что они не знали, что Адди была ответственна за всю ситуацию, и считали это случайностью. Это было достаточно близко - поскольку Адди не целилась в людей - так что Сила дергала меня лишь чуть-чуть.)

После еще одного обсуждения с небольшим спором, но без криков, семья постановила, что их перегруженная памятью родственница мертва, а их шанс свелись к уходу за ней в качестве овоща или "пожертвованию ее тела науке". Так оказалось, что она все равно собиралась сделать последнее, пусть и более привычным способом.

Мы сошлись на том, что нам разрешено превратить ее в любого по нашему выбору, если выйдет, и у них нет интереса в знакомстве с их новым генетическим родственником.

- Ладно, - сказала Адди. - Теперь все, что осталось - решить, кого, и надеяться, что сработает.

- Думаю, нам также надо позвать семью братьев, дать им знать, что один из вариантов не сработает, - сказала я.

- Я займусь, - сказала Адди, снова копируя мою силу и доставая один из телефонов.

- Спасибо, - сказала я и пошла (с Джейком и Аароном, сопровождающими меня) увидеть, чем занята мама.

Мама размышляла как разместить ее силы, чтобы не только распространить новости о новом вегетарианском порядке, но и присматривать за этим. Вампиры обычно были склонны хотя бы поверхностно знать о ближайших соседях, так что слухов должно было быть достаточно.

Питер и Шарлотта соберут своих соседей и расскажут им, и вместе с Денали (которые все отправились домой), вся Северная Америка должна постепенно получить информацию. Британские вампиры уже были достаточно хорошо проинформированы и могли передать сообщение на основную часть Европы. Сукутай и ее пара отправились домой в центральную Африку, так же как Абдельмаджид в Морокко; Бенджамин и Тиа тоже знали несколько ковенов и одиночек на этом континенте, пусть в основном это были те, кто жил в средне-восточной части. Качири и Сенна (которая не сумела убедить их прежнюю сестру пойти с ними и в конце концов решила присоединиться к Золотому Ковену, нежели навсегда остаться отдельно от сестры), плюс Нагуэль и Хуллен, могли покрыть Южную Америку. И так далее. У нас был доступ к представителям большинства регионов.

Но многие вампиры жили уединенно и не желали выходить на контакт с остальными, так что не было невозможным, чтобы кто-то поселился на ненужной никому территории и веками не встречался с другими вампирами. Даже ближайшие соседи могли не знать о существовании такого вампира. Их было бы найти труднеее. И каждая неделя без контакта и их перехода на вегетарианство означала людские смерти. Мама, видимо, считала, что промедление в этом является серьезной трагедией, но сказала, что есть неприемлемое неудобство в том, чтобы издавать указы до того, как будет возможность привести их в исполнение.

Натан был ключом к ее стратегии справиться с этим, хотя она до сих пор крайне неохотно принимала, что могут понадобиться годы или десятилетия, прежде чем до всех дойдет новость о Золотом Ковене, так же как дошла новость о Вольтури. Натан, в своей роли Императорского Министра Чрезвычайных Дел, или Адди с его силой, могли координировать Рази или Элис - наши два способа понять, что происходит где-то далеко. Он делал это, предлагая верные моменты, чтобы посмотреть на ряд местоположений. (Сила Натана говорила ему только когда это было лучше для него делать разные вещи, но сказать "сейчас" союзнику, чтобы получить нужный ему исход, считалось как его действие, так что подобным непрямым способом он мог комбинировать свою способность с другими). Таким образом они понемногу обрабатывали районы в мире, на которые не претендовали никто из известных вампиров, которые узнали бы новости из слухов.

Рази и Элис могли тогда оба передавать сообщения, на стене в тронной зале было краткое изложение нового порядка, которое Элис на данный момент передала через видения четырем вампирам. Рази посетил только двоих (один из которых, к его забаве, пытался его убить). У него уходило больше времени, чем у Элис, потому что ему приходилось рассказывать своими словами, но мама планировала отпечатать для него брошюры, чтобы ускорить процесс. Как только со всеми подобными вампирами будет закончено, Элис переключится на чистую роль поддержки - следить, что новые правила исполняются.

Разумеется, она сама первая признавала, что не сможет постоянно следить за всеми. Однако она могла проверить цвет глаз нескольких тысяч вампиров раз в неделю (контактные линзы вампиру легко было заметить свои зрением, а недели было недостаточно, чтобы животная кровь полностью убрала следы вкусного правонарушения), и тогда любой проступок удостоится пристального внимания. (Сукутай, одаренная с силой маскировки, была единственной, кто мог бы помешать такой проверке, поскольку ее изменения цвета были куда незаметней линз, когда она того хотела. Но она казалась искренней в желании следовать новому порядку, когда ее допрашивали, или иначе она бы вообще не была никуда отпущена).

Пристальное внимание по большей части выражалось в форме Рази, опять же, который ворчал под нос, что у него слишком много работы. Он мог доставлять предупреждения, не боясь ответной агрессии, и также должен был быть палачом, когда понадобится (для закоренелых рецидивистов или тех, кого поймали на горячем). Более мягкие случаи - когда кто-то просто проговорился или нарушил какое-то из мелких правил - наказывались скрытием на то или иное время. Пера с ворчанием согласилась на временное одалживание пальца руки или ноги для Адди, при необходимости, так что Адди могла телепортироваться с силой Рази, скрыть нарушителя силой Перы, и телепортироваться обратно (либо через забравшего ее Рази, либо аналогично взяв палец у него).

Мама немного волновалась, что Адди, вооруженная кусками Перы и Рази, могла бы распоясаться, прими такое решение вне радиуса моего папы, чтобы уловить ее намерение, но в конце концов решила, что команда из Элис, Перы и Рази сумеет победить Адди за несколько попыток, если такое произойдет. Адди, похоже, ничуть не задело подобное подозрение.

Адди не могла скрывать одаренных, так что Пере придется самой отправлятся на случаи нарушения правил одаренными. Но среди общего населения вампиров было сравнительно мало таковых, а Вольтури еще и собрали наиболее сильных, так что это не должно было быть частыми случаями. Элис будет проводить немного времени скрытой каждую неделю тоже, чтобы с выгодной позиции можно было проверить, не причиняют ли проблем "узники". Если они продолжали свою линию поведения, то от скрыта наказание менялось на смертную казнь. Все остальное, что могло не дать вампиру нарушать правила либо занимало у кого-то слишком много времени (особенно поскольку мама хотела, чтобы Алек работал в ОООО, анестезируя обращаемых вампиров) или было слишком мучительно. Держать вампиров в виде кусков пусть и было теоретически осуществимо, явно было непрактично, что показали недавние события.

Что заставляло маму ощущать себя еще хуже в перспективе использования смертной казни, так это факт, что она не могла найти способа не применять его сразу к двум вампирам, если те были парой. Она могла оставить невинную половинку вампира-нарушителя в живых, но это вообще не было милосердием во-первых, и совершенно не мотивировало оставшегося в живых следовать законам, во-вторых. Я была уверена, что она при этом вспоминала Ирину и Лорана.

- Мы можем разбирать каждый случай отдельно, смогут ли они жить, если их половинка умрет, - медленно сказала она, когда дошла до этого в разговоре. - Я смогла существовать, и не, по некоторому размышлению, желать смерти, когда думала, что Эдвард мертв. Я могу быть и не уникальна. Но по большому счету, если скрывать одного, то и его половинку тоже, и если казнить, то тоже только обоих, - она вздохнула. - При некоторой удаче это принудит более тщательно следовать законам.

Моя охрана сменилась и еще один день подошел к концу.

- Она уже встала? - первое что я услышала, проснувшись двадцатого июля.

- Кто, я? - спросила через Кельвина. - Не думаю.

- О, полагаю, встала, - сказала Мэрилин. - Доброе утро, Элспет.

Я выглянула из комнаты узнать, кто хотел узнать, встала ли я. Рядом с моей ночной страже стоял Коди, нервно переминаясь с ноги на ногу.
- Привет, - неловко сказал он.

- Привет, Коди, - сказала я. - Что-то хотел? Кроме как увидеть меня?

- Та женщина, - сказал он. - В резиденции. Я слышал, что ее семья, эм, пожертвовала ее науке и она будет еще одной реинкарнированной, - я знала, что он попросит за долю секунды, как он сделал это. - Мои родители.

Я прикусила губу и отвела взгляд.
- Это не мне решать.

- Ты можешь это сделать, - сказал он. - Если это возможно, то ты можешь. И у тебя не будет неприятностей. Тебе сойдет с рук что угодно. И если ты сделаешь это, они не накажут ее...

- Я спрошу, - сказала я.

- А если она скажет нет? - потребовал он. - Что если она хочет, чтобы кто-то, мертвый тысячелетия, вместо этого, о ком никто не скучает...

- А что если она хочет перекрасить волосы пациентки в блондинистый и вернуть Ирину, у которой три сестры, два брата и один свояк, которых она никогда не имела шанса узнать? - спросила я.

- Ирина пыталась убить всех волков!

- Потому что несколько из них убили ее половинку - так что едва ли она ответственная за это...

- Они убили его потому что он охотился на людей! Даже когда он присоединился к вегетарианскому ковену и имел все шансы остановиться... и... и Ирина все равно слишком старая, а ее пара не был сохранен! Мои родители идеально подходят...

- Я даже... погоди, а почему ты вообще просишь? Разве Челси не добралась до тебя? - изумленно воскликнула я.

- Я не думаю, что она слишком тщательно работала, - убито сказал Коди. - Наверное потому что я пришел по своей воле, еще до того, как вас поймали в Нью-Йорке. Она позволила моим брату и сестре скучать по мне. Не думаю, что она сделала что-то с тем, что Блэки скучали по маме, потому что Вольтури не убивали ее, она умерла, когда они были детьми. И я... не хотел замечать тот факт что мои родители, они убивали. Само-защита и все такое. Ли и Сэт не собираются тебя просить. Челси отрезала это от них. Но я хочу маму и папу обратно, а а там леди, которая может выглядеть похоже на нее, при помощи накладного носа, линз и прически, и есть чуть больше месяца ее вампирских воспоминаний внутри твоей головы. И ты можешь взять одного из тех мужчин, что похожи на моего отца, чтобы они могли быть вместе.

- Я спрошу, - тихо повторила я. - Но из женщин, кроме Дидим, среди жертв только одна, так что если будут другие женщины-вампиры, которых мы... которые будут нужны больше... тогда она скажет нет и не думаю, что мы хотели бы возвращать твоего отца без твоей мамы.

- Верно, - прошептал Коди. - Верно.

- Хочешь пойти со мной, когда я буду спрашивать у нее? - мягко предложила я.

Коди покачал головой, его завязанные в хвост волосы мотались позади него.
- Нет, спасибо, - смущенно сказал он. - Эм. Извини, что накричал.

- И ты меня, - вздохнула я. - Эм, нет смысла просить прямо сейчас, потому что мы не знаем, есть ли кто-то у оставшихся трех мужчин кто-то, кто "пожертвует" их, и не узнаем, пока семья братьев не придет еще раз или кто-то из родственников другого парня, сегодня днем.

- Пойдет, - сказал он подавленно.

- Ты собираешься отправиться в Ла Пуш? - спросила я.

- Наверное, - сказал он. - Я наверное хотел бы встретиться с твоим дедушкой. Он дружил с моим отцом.

- Я бы тоже хотела, - призналась я. - И с бабушкой. Полагаю, скоро я с ними увижусь.

- Через пару дней, - мягко согласился Коди.

- Хочешь позавтракать? - спросила я.

- Конечно.

Я поела с Коди (и Кельвином и Мэрилин), мой видовой собрат отпускал шутки, но лишь с долей прежней веселости. Он, казалось, ощущал себя неудобно рядом со мной, но я не была уверена, из-за того ли, что мы недавно спорили, или из-за того, что с последней нашей встречи я стала принцессой, или из-за чего-то еще. После еды я подождала в квартире, пока не проснется Джейк, он произвел смену стражи, и я пошла с Джейком и Даниэллой в резиденцию, поговорить с мамой.

Она дорабатывала правила, регулирующие то, как вампиры должны обращать других, так, чтобы это они были согласованными, и отвечала на аргументы тех традиционалистов рядом с ней, кто думал, что нет никаких причин просто похитить и насильно обратить человека, если тот чья-то пара.
- Пары - это другое! - возражал Бенджамин, прижимая к себе Тиа, когда я вошла. - Тиа уже давно была бы мертва, если бы я не обратил ее, и тогда я был бы бесполезен для всех, и что бы тогда было с твоими планами по созданию одиннадцати огромных зданий под столицы?

- Пришлось бы отложить недели на полторы? - саркастично предположила мама, указав на Адди, которая помогала Натану, Рази и Пере в подготовке инвентаря для изолирования вампиров. - Тиа, - сказала она, повернувшись к брюнетке рядом с элементалистом. - Если бы Бенджамин попытался, ты бы согласилась сама пойти с ним?

Тиа задумчиво посмотрела на свою пару.
- Наверное, - прошептала она. - Трудно сказать, когда сейчас я так люблю его.

Бенджамин поцеловал Тиа в лоб.
- Бел... Ваше Величество, будьте разумны, - сказал он. - У вас есть моя поддержка в любом другом вашем начинании, но заставлять невиннных переживать потерю их половинок - из-за старости! - более чем отменяет тот факт, что вы избавились от Джейн по сути из-за ее безжалостности... И я говорю даже не из собственного интереса. Это все смехотворно потому что обращенная половинка фактически гарантированно согласна в ретроспективе!

- Если кому-то не нравится возможность привязаться к тому, кто не хочет становится вампиром, они могут просто избегать встречи с людьми, которые не хотят становиться вампирами, - предложила мама. - Это должно быть теперь проще, раз теперь никто не должен питаться людьми, так что должно быть просто для тех, кого это беспокоит, избегать всех, кроме прошел через процесс обследования и желает обратиться.

- Как ты собираешься наказывать за это? - спросила я, вспомнив то обсуждение, что пары можно наказывать только вместе.

- В идеале, - сказала мама. - мы будем ловить нарушителя пока жертва все еще в процессе обращения, и прятать его, оставляя жертву свободной. Думаю, имеющиеся свидетельства показывают, что жертва не привязывается к своему создателю, пока не увидит его, что скрытие предотвратит. Тогда жертву не придется наказывать, и скрытый будет наказан, выйдет вполне аккуратно. Если, - она вздохнула. - Мы не поймаем их вовремя, то, боюсь, очередного умного трюка у меня в рукаве нет, - я посмотрела на ее рукава. Она одевалась весьма обыденно для императрицы, в однотонную хлопковую и джинсовую одежду, с ее обычными украшениями. - Так что приговор должен быть достаточно суровым, чтобы служить устрашением, и важно, чтобы никто не знал, когда на неделе проводится проверка глаз, чтобы не было возможности точно гарантировать уход от присмотра.

Эмметт тоже зависал в тронной зале, похоже просто наблюдая за происходящим с бывшего трона Аро, с Розали сидящей на его коленях.
- Большая Сестра следит за тобой, - пошутил он, глянув на Элис.

- Я понимаю ход твоих мыслей, Белла, - сказала Розали с небольшим напряжением в голосе. - Но как насчет случаев как у меня с Эмметтом? Это был несчастный случай; он умирал и едва был в сознании. У меня вряд ли бы хорошо вышло выпросить его разрешение.

- Ты бы получила его, любимая, - сказал Эмметт, взъерошив ее золотые волосы.
Она улыбнулась, но с ожиданием продолжила смотреть на маму.

- В таком случае, - медленно сказала мама. - ...Если я разрешу обращение, то вампиры будут иметь мотив навредить упрямому человеку.

- Да кто бы такое сделал? - спросил Бенджамин.

Мама подняла бровь.
- Если бы Тиа была смертной, и не хотела иметь с тобой ничего общего, и ты не мог бы убедить ее, как бы ни старался, что она должна стать вампиром... и была бы одна дыра в законе, что ты либо позволишь ей медленно умереть из-за ее человеческой природы, или почти умереть из-за осторожно нанесенных ран, а потом быть обращенной и любить тебя вечно, простив за все, что ты сделал?..

Бенджамин поежился и зарылся лицом в волосы Тиа.
- Я не говорю, что это было бы распространено, - марчно сказала мама. - Но я не хочу создавать прецедент. Возможно делать исключения, если мы сможем проверить, что вампир не мог ничего поделать с ранениями, но как общая политика - нет. Несчастные случаи не будут пропуском к обращению без согласия. Мне жаль, Розали, - сказала она, глядя на сестру. - ... Но если уж на то пошло, в твоем случае Эдвард бы сумел подтвердить, что Эмметт не имеет ничего против, чтобы остаться с тобой навсегда.

Розали серьезно кивнула. Больше протестов от Бенджамина не было.

В наступившей паузе я передала просьбу Коди.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/65201/330825

Переводчики: Remlin