Готовый перевод R.L. Stine / Р. Л. Стайн. Ночь оживших марионеток.: 24

Я заставил себя дышать. У меня закружилась голова. Слабость. Кошмарные мысли шумом отражались у меня в голове.

— Это значит... я почти марионетка, — я сказал, шевеля губами вверх-вниз.
Я потер ноющий лоб. На ощупь он стал, как твёрдая древесина.

— Мы должны отвезти тебя к Калебу, — сказала Дженни. — Скорее!

Птица схватил в одну руку чемодан с куклами, а другой подхватил меня. Дженни взяла меня под руку с другой стороны. Они повели меня к автобусной остановке.

Слабость в ногах не позволяла мне идти самому. Я уставился на маленькие металлические кольца в моих руках.

К счастью, автобус подъехал, как только мы добрались до автобусной остановки. Птица и Дженни помогли мне подняться по ступенькам. Мы уселись в центре автобуса. Там были только два других пассажира. Двое мужчин в рабочей одежде, один спереди, один сзади. Оба мирно дремали.

Не так много людей ездят на городском автобусе субботним утром. В прошлом году по субботам я ездил на утреннем автобусе на уроки игры на гитаре. Но мой учитель переехал, и с тех пор я не ездил на автобусе.

Забавно, но несмотря на неприятности, в голове крутятся совершенно обычные мысли. За окном мелькали дома, а я думал об уроках игры на гитаре, хотя постепенно превращался в марионетку!

Птица и Дженни молчали. Дженни то и дело поглядывала в мою сторону. Я знал, на что она смотрела. На маленькие металлические кольца, которые торчали из моей кожи.

Автобус наехал на кочку, и мы дружно подпрыгнули на наших местах. Мои руки взлетали в воздух, а моя голова качнулась. Я знал, что она превратилась в дерево. Было ощущение, что теперь она весит две тонны.

Дома исчезли. Теперь автобус ехал мимо больших серых заводов. Я взял глубокий вдох и уставился в окно. Я знал, что пока я продолжаю дышать, я всё ещё остаюсь человеком.

Я думал о марионетках, запертых в чемодане. Были ли они когда-то живыми? Что если они тоже были настоящими детьми? Вдруг другие куклы тыкали им свои носы в уши, превращая их в марионеток?

Или этот парень, Эдуардо Калеб, сделал это с ними?

Могут ли они думать? Могут ли они видеть? Меня передёрнуло. Что если я стану таким же? Буду висеть в шкафу, или меня уберут в чемодан.

Автобус остановился, и один из рабочих вышел. Я посмотрел в окно. Нас окружали высокие кирпичные здания, небольшие рестораны и обветшалые магазины.

Я прочитал вывеску — ДРУЖЕСТВЕННЫЙ ЛОМБАРД. На соседнем здание было окошко с табличкой — ОБНАЛИЧИВАНИЕ ЧЕКОВ ЗДЕСЬ. На двух следующих магазинах окна и двери были закрыты металлическими ставнями. Ставни были покрыты граффити.

— Я думаю, мы уже близко, — сказала Дженни. — осталось проехать всего несколько кварталов.
Она сжимала карточку Калеба между пальцев, то и дело поглядывая на адрес.

Мы миновали пустырь, заваленный мусором. А потом еще несколько магазинов, которые, казалось, были заброшенными. Через весь следующий квартал тянулся длинный забор. Кто-то уже написал красной краской на нём — ФРЕДДИ ЖИВ! Огромными буквами.

— Приехали. Давайте выходить, — сказала Дженни.

Она и Птица помогли мне добраться до передней двери. Водитель свернул на обочину и остановился. Но он не открывал дверь.

Он изучал нас. У него были усталые голубые глаза и серая щетинистая борода.
— Вы уверены, что хотите выйти здесь? — спросил он. — Здесь не дружелюбный народ.

— Мы будем осторожны, — сказала ему Дженни.

— Мы... должны встретиться кое с кем, — объяснил Птица.

Водитель пожал плечами, нажал кнопку, и двери распахнулись.

— Спасибо, — сказал Птица. Он помог мне спуститься на тротуар. Дженни присоединилась к нам, и автобус уехал.

Я начал оглядываться вокруг, но из-за пронзительного крика у меня перехватило дыхание.

Я ахнула, когда я услышал оглушительный треск. Металлический скрежет.

И мужской голос закричал:
— БЕРЕГИСЬ!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/65213/328209

Переводчики: Akimvigr