Готовый перевод Diana Gabaldon Lord John and the Private Matter / Лорд Джон и Личное дело: Глава 16.

Глава 16.

РАСПУТСТВО – ЭТО КЛЯТВОПРЕСТУПЛЕНИЕ

ПОТРЕБОВАЛОСЬ НЕМАЛО УСИЛИЙ, чтобы убедить фон Намцена и Тома Бёрда, что он способен передвигаться самостоятельно и не упадет наземь лицом на улице – тем более, что сам Джон не был полностью уверен в этом. Однако в конце концов Том Бёрд неохотно отправился на Джермин-стрит, чтобы упаковать сумку, а фон Намцен с еще меньшим желанием позволил себя убедить, что его долг – внимательно изучить содержание стола Майрхофера.
– Никто больше не способен прочитать документы, которые могут находиться там, – настаивал Грей. – Этот человек мертв, и, скорее всего, шпион. Я немедленно пришлю кого-нибудь из полка, чтобы наложить арест на имущество… Но если в этих бумагах обнаружится что-то срочное...
Фон Намцен сжал губы, но кивнул.
– Вы будете беречь себя? – спросил он искренне. Поместив большую теплую ладонь на затылок Грея, он наклонился и проникновенно заглянул ему в лицо. Глаза ганноверца были встревоженными и невеселыми, с маленькими морщинками беспокойства вокруг них.
– Буду, – ответил Грей и приложил все усилия, чтобы улыбнуться в подтверждение.
Он нацарапал записку Гарри Кворри, попросив прислать человека, говорящего по-немецки на Мекленберг-сквер, вручил ее Тому и откланялся.

Глубоко дыша, чтобы справиться с головокружением, когда садился в наемный экипаж, он думал, какой из трех вариантов выбрать. Поехать в офисы Ост-Индской Компании на Лэмбс-Кондуит-стрит? Отправиться к главному человеку в бизнесе Тревельяна, парню по имени Ройс, который держал офисы в Темпле? Третьим вариантом был сука-Нейл.
Солнце почти зашло, его жар приглушал вечерний туман, походивший на горячий дым от только что выпущенного пушечного ядра. Это и решило дело, так как Грей понимал, что раньше, чем все разъедутся по домам на ночь, добраться до Вестминстера или Темпля надежды нет никакой. Но он знал, где живет Стэплтон, поскольку потрудился выяснить это после того тревожного разговора с Боулсом.
– Что вам нужно?
Когда Грей постучал в дверь Стэплтона, тот спал, потому что стоял в одной рубашке и босой. Нейл потер костяшкой пальца один заспанный глаз, с недоверием разглядывая Грея другим.
– Названия и даты отплытия всех судов, имеющих лицензию Ост-Индской Компании, покидающих Англию в этом месяце. Сию минуту.
Теперь Стэплтон продрал оба глаза. Он медленно моргнул, почесывая ребра.

– Откуда я могу знать такое?
– Думаю, что не знаете. Однако информацией может владеть кто-нибудь из служащих Боулса, и, надеюсь, вы без лишних проволочек сможете узнать, кто. Вопрос срочный.
– О, неужели? – Нейл скривил рот, слегка выпятив нижнюю губу. Он едва ощутимо переместил вес и внезапно оказался совсем близко. – Насколько... срочно?
– Слишком срочно. Не до забав мистер Стэплтон. Оденьтесь, пожалуйста; на улице ждет экипаж.
Нейл не ответил, но улыбнулся и, подняв руку, коснулся лица Грея, обхватил ладонью его щеку, томно проведя большим пальцем по краю его рта. От парня исходило тепло и пахло постелью.
– Но не до такой же степени мы торопимся, Мэри?
Грей схватил его за руку и убрал от своего лица, так крепко сжав, что костяшки хрустнули в его ладони.
– Вы немедленно пойдете со мной, – произнес он очень четко, – или я официально сообщу мистеру Боулсу об обстоятельствах, при которых мы встретились в первый раз. Я ясно выразился, сэр?

Джон смотрел на Стэплтона глаза в глаза. Теперь мужчина проснулся: синие глаза ярко и неистово вспыхнули. Он рывком высвободил руку из хватки Грея и отступил на полшага назад, дрожа от гнева.
– Вы не посмеете.
– А вы проверьте.
Стэплтон провел языком по верхней губе – не пытаясь флиртовать, а от отчаяния. Свет угасал, но совсем не исчез, и Грей мог четко видеть лицо Стэплтона, разглядев под яростью глубоко сидящий страх.
Оглядевшись и убедившись, что никто их не подслушивает, Стэплтон схватил Грея за рукав и увлек в дверной проем. Оказавшись столь близко, Джон понял, что у парня под рубашкой ничего нет: в открытом вороте виднелась гладкая грудь, золотистая кожа, уходящая в соблазнительные тени дальше вниз.
– Вы знаете, что может со мной случиться, если сделаете это? – прошипел он.
Грей знал. Потеря положения в обществе и полное разорение – наименьше, что могло произойти; лишение свободы, публичная порка и позорный столб – самое вероятное. А если вскроется, что беспорядочные связи Стэплтона способствовали злоупотреблению доверием во время исполнения его обязанностей, (а именно это Грей и подбивал его сделать), то… ему повезет, если он избежит виселицы за измену.

– Я знаю, что произойдет с вами, если вы не сделаете, что я велю, – холодно ответил Грей и, отдернув руку, отступил назад. – Побыстрее; мне некогда терять время впустую.

ПРОШЛО НЕ БОЛЬШЕ ЧАСА, прежде чем они добрались до обветшалого здания в темном переулке, где размещалась запертая на ночь типография с закрытыми ставнями. Не взглянув на Грея, Стэплтон выпрыгнул из кареты и постучал в дверь. Через мгновение между щелями ставней появился свет, и дверь открылась. Стэплтон что-то прошептал вышедшей старухе и проскользнул внутрь.
Грей устроился поглубже в тени, надвинув фетровую шляпу, чтобы скрыть свое лицо. Экипаж был наемным и достаточно ветхим, но все же являлся диковинкой для этой округи. Джон надеялся, что Стэплтон достаточно быстро справится с поручением, и они смогут убраться отсюда, прежде чем какой-нибудь любознательный разбойник вздумает попытать удачу.
Грохот повозки и вонь нечистот распространились в воздухе, и Грей подтянул окно вверх, чтобы защититься от них.

Он почувствовал облегчение от того, что Стэплтон сдался без борьбы: парень был достаточно умен, чтобы понимать, что меч, который Грей держал над его головой, был обоюдоострым. Правда, Грей утверждал, что посещал «Лэвенд-Хаус» только для наведения справок… А единственный человек, который мог доказать обратное – тот парень с темными волосами… Но Стэплтон этого не знал.
Однако если бы это привело к конфликту утверждений между ним и Стэплтоном, не будет никаких сомнений в том, кому поверят, – и Стэплтон, очевидно, тоже это понял.
Столь же очевидным было то, о чем парень не догадывался: что Ричард Касуэлл являлся одной из мух в паутине Боулса. Грей готов побиться об заклад и поставить полугодовой доход, что этот толстый маленький паук с мутными голубыми глазками знал имя каждого, кто когда-либо входил в двери «Лэвенд-Хауса» – и чем занимался там. От этой мысли по спине у Джона пополз холодок, и, вздрогнув, несмотря на теплую ночь, он поплотнее запахнул мундир.

Внезапный шлепок в окно рядом с ним привел Грея в вертикальное положение, он выхватил пистолет и взвел его. Рядом никого – только отпечаток руки. Вымазанные экскрементами пальцы оставили на стекле длинные темные полосы, когда скользили вниз. Сгусток злотворных отбросов медленно потек вниз по стеклу, и ржание ночных говночистов смешалось с воплями кучера.
Карета качнулась на рессорах, когда возница встал, затем раздался удар кнута, и кто-то на земле резко взвизгнул от удивления. «Вот тебе и не привлекать внимание!» – мрачно подумал Грей, откидываясь на спинку сиденья и слыша, как глухо застучали о стенку кареты комья дерьма, а ночные чистильщики заулюлюкали и что-то затараторили, словно дикие обезьяны, когда кучер выругался, вцепившись в поводья, чтобы успокоить лошадей.
Грохот у двери кареты заставил Грея снова положить руку на пистолет, но это оказался всего лишь раскрасневшийся и запыхавшийся Стэплтон. Молодой человек плюхнулся на скамью напротив Грея и швырнул исписанный листок бумаги ему на колени.

– Только два, – сказал он резко. «Антиохия» – отправляется из Лондонского Пула через три недели и «Нампара» из Саутгемптона – послезавтра. Это вы хотели знать?
Кучер, услышав, что Стэплтон вернулся, натянул поводья и присвистнул лошадям. Уже давно готовая бежать от шума упряжка устремилась вперед, карета подпрыгнула, швырнув Грея и Стэплтона в кучу на пол.
Все еще крепко сжимая листок бумаги, Грей быстро высвободился и взобрался на свое место. Покачиваясь на четвереньках, Нейл сверкнул глазами, глядя на него с пола кареты.
– Я спросил… это вы хотели знать? – голос едва слышался в грохоте колес экипажа, но Грей достаточно хорошо понял, что он сказал.
– Да, – ответил он. – Благодарю вас.
Джон мог бы протянуть руку и помочь Стэплтону встать, но не сделал этого. Молодой человек, покачнувшись длинным телом, поднялся сам и тоже уселся на свое место.
Всю обратную дорогу в Лондон они молчали. Стэплтон, откинувшись на спинку сиденья, скрестил руки на груди и, повернув голову, смотрел в окно. Тусклый свет от полной луны касался орлиного носа и чувственного, испорченного рта под ним. «Красивый молодой человек, что и говорить», – подумал Грей… и Стэплтон также знал это.

Лорд Джон размышлял, должен ли он попытаться предостеречь Стэплтона? Грей чувствовал себя виноватым за то, что использовал этого человека… И все же, если он предупредит парня, что Боулс, несомненно, знает о его истинной ориентации, то ничего не добьется. Паук будет держать эту информацию при себе, накапливая, пока и если не примет решение использовать. И как только он сделает это, неважно, по какой причине, никакая сила на земле не освободит Стэплтона из паутины.
Экипаж остановился около жилья Стэплтона, и парень вышел, не произнеся ни слова, а только бросил один единственный сердитый взгляд на Грея непосредственно перед тем, как дверь кареты закрылась.
Грей постучал в потолок, и окошко кучера отодвинулось.
– На Джермин-стрит, – приказал он и молча просидел весь обратный путь, почти не замечая, как вокруг него воняет дерьмом.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/65785/408925

Переводчики: Zanoza2016