Готовый перевод Dearly Devoted Dexter / Дорогой друг Декстер: Глава 19

ПОСПЕШНО ПРОБОРМОТАВ ИЗВИНЕНИЯ, Я ПОКИНУЛ РИТУ И ВЫШЕЛ ПОДОЖДАТЬ СНАРУЖИ. Дебора сдержала слово, и через пять с половиной минут мы двигались на север по Дикси Хайвей.

“Их нет на Майами-Бич,” сказала она мне. “Доакс сказал, что он подошел к парню, Оскару, и рассказал ему, что происходит. Оскар говорит, позвольте мне подумать об этом, Доакс говорит хорошо, я вам позвоню. Но он следил за дом через улицу, и десять минут спустя парень выходит из двери и садится в автомобиль с дорожной сумкой.”

“Зачем ему теперь сбегать?”

“Разве ты не сбежал бы, зная что Данко на тебя охотится?”

"Нет," сказал я, счастливо представляя, что мог бы сделать, если бы встретился лицом к лицу с Доктором. “Я поставил бы на него ловушку, и позволил бы ему приехать.” А затем…, подумал я, но не стал говорить Деборе вслух.

“Ну, Оскар не ты,” сказала она.

“Как и некоторые из нас,” сказал я. “Куда он направляется?”

Она нахмурилась и покачала головой. “Пока что он просто ездит кругами, а Доакс следует за ним.”

“И куда, по твоему, он нас приведет?” спросил я.

Дебора покачала головой, обгоняя старый Кадиллак с матерчатым тентом, нагруженный вопящими подростками. “Это не имеет значения,” сказала она, и съехала на скоростную автомагистраль Пальметто, вжав педаль газа к полу. “Оскар - все еще наш лучший шанс. Если он попытается уехать из города, то мы возьмем его, но до тех пор мы должны присматривать за ним, чтобы увидеть, что случится.”

“Очень хорошо, действительно потрясающая идея — но что конкретно, по нашему, должно случиться?”

“Я не знаю, Декстер!” вызверилась она на меня. “Мы знаем, что этот парень рано или поздно станет мишенью, так? И теперь он тоже об этом знает. Так что возможно, он просто проверяет, следят ли за ним, прежде чем сбежать. Дерьмо,” сказала она, и обогнала старый грузовик загруженный корзинами, полными цыплят. Грузовик шел около тридцать пять миль в час, не имел задних фар, на вершине груза сидело трое мужчин, держась одной рукой за поношенные шляпы, а другой за груз. Обгоняя их, Дебора выдала им быстрый взрыв сирены. Это не возымело никакого эффекта. Мужчины даже не мигнули.

“Так или иначе,” сказала она, погладив руль и снова прибывав скорость, “Доакс хочет, чтобы мы прикрыли его со стороны Майами. Тогда Оскар не сможет ничего отчебучить. Мы поедем параллельно вдоль Бискайн.”

Это имело смысл; пока Оскар находился в Майами-Бич, он не мог убежать ни в каком другом направлении. Если он попытается выскочить на тротуар или направиться на север к дальней стороне Парка Халовер и перекрестку, то мы поймаем его там. Если у него где-нибудь не спрятан вертолет, то он загнан в угол. Я позволил вести Деборе, и она быстро двигалась на север, практически никого не убив.

У аэропорта мы свернули на восток по 836. Движение здесь немного усилилось, и Дебора виляла туда - сюда, отчаянно концентрируясь. Я держал свои мысли при себе, и она демонстрировала годы обучения езды в часы пик Майами, побеждая в практически безостановочнуой общедоступной высокоскоростной игре в цыпленка. Мы благополучно пробрались через I-95 и выкатились на бульвар Бискейн. Я глубоко вдохнул и осторожно позволил воздуху выйти, когда Дебора вернулась в уличное движение и снизила скорость до нормальной.

Радио щелкнуло, и из спикера раздался голос Доакса: “Морган, что там с двадцатым?”

Дебора сняла микрофон и ответила: “Бискейн у бульвара МакАртур.”

После короткой паузы Доакс ответил: “Он остановился у разводного моста на венецианском тротуаре. Вы его перехватите со своей стороны.”

“Десять четыре,” сказала Дебора.

Я не смог сдержаться, “ когда вы так говорите, я чувствую себя таким официальным.”

"Что это значит?" - сказала она.

“Ничего, так пустяки” сказал я.

Она взглянула на меня серьёзным полицейским взглядом, но ее лицо было все еще молодо, и мне на мгновение показалось, что мы снова дети, сидим в патрульной машине Гарри и играем в полицейских и грабителей — за исключением того, что на сей раз я собирался быть хорошим парнем, очень тревожное чувство.

“Это не игра, Декстер,” сказала она, поскольку разумеется, разделила со мной то же самое воспоминание. “Жизнь Кайла под угрозой.” Её лицо снова скрыла маска Серьезного Лица Большой рыбы, когда она продолжила: “Я знаю, что для тебя это вероятно не имеет смысла, но я забочусь об этом человеке. Он заставляет меня чувствовать так … Дерьмо. Ты женишься, но всё равно никогда этого не поймешь.” Мы проехали светофор на 15-ой С.В. улице и она повернула направо. Внезапно надвинувшись слева промелькнула аллея Омни, и перед нами оказался Венецианский тротуар.

"Я не очень хорошо разбираюсь в чувствах, Деб", сказал я. "И вообще не разбираюсь во всех этих свадебных штучках. Но мне не нравится, когда ты грустишь."

Дебора остановилась напротив небольшой пристани для яхт за старым зданием Геральда и оставила автомобиль сзади от венецианского Тротуара. Она замолчала на мгновение, и затем сказала, “я сожалею.”

Ее фраза застигла меня врасплох, потому что я сам собирался сказать что-то в этом роде, просто чтобы смазать колесо взаимоотношений. Я бы, конечно, сформулировал это поумнее,но в том же ключе. "О чем?"

“Я не подразумеваю — я знаю, что мы разные, Декс. Я действительно пытаюсь привыкнуть к этому — но ты - все еще мой брат.”

“Принято,” сказал я.

“Это - дерьмо, и ты знаешь это. Ты - мой брат. И я знаю, что ты здесь только из-за меня.”

"Вообще-то, я надеялся, что ты скажешь "десять-четыре" по радио позже."

Она фыркнула. "Ладно, мудак. Но все равно спасибо."

"Не за что."

Она взяла радио. "Доакс. Что он делает?"

После небольшой паузы, Доакс ответил: "Похоже он говорит по мобильному телефону."

Дебора нахмурилась и посмотрела на меня. "Если он скрывается, с кем он разговаривает по телефону?"

Я пожал плечами. "Он может организовывать выход из страны. Или..."

Я остановился. Идея была слишком глупой, чтобы задумываться о ней и я автоматически выбросил ее из головы, но почему-то она оказалась(???) в сером веществе и размахивала маленьким красным флагом.

"Что?" Спросила Дебора.

Я покачал головой. "Невозможно. Глупо. Просто дикие мысли, которые не хотят уходить."

"Ладно. Насколько дикие?"

"Что если - я же сейчас сказал, что это глупо."

Куда глупее вести себя как мудак", резко ответила она. "Что за идея?"

"Что если Оскар звонит доброму Доктору и пытается откупиться," сказал я. И я оказался прав, это звучало глупо.

Деб фыркнула. "Откупиться чем?"

"Ну, Доакс сказал, что он собрал сумку. Так что у него могуть быть деньги, облигации, коллекция марок. Я не знаю. Но, вероятно, у него есть что-нибудь более ценное для нашего хирургического друга"

"Например?"

"Возможно он знает где прячется остальная часть старой команды"

"Дерьмо," сказала она. "Сдать кого-нибудь в обмен на свою жизнь?" Она закусила губу, как будто обдумывала это. Через минуту она встряхнула головой. "Это весьма надумано," сказала она.

"Надумано - большой прогресс от "глупо"," сказал я.

"Оскар должен знать как связаться с Доктором"

"Ты смотрела "Индификацию Борна". Один шпион всегда найдёт способ найти другого: есть списки, базы данных и знакомые."

"Да, но откуда мы знаем, что Оскар смотрел его?"

"Я только сказал, что это возможно"

"Ага," сказала она. Она выглянула в окно, задумалась, потом скривилась и встряхнула головой. "Кайл сказал кое-что - что скоро ты забудешь в какой ты команде, как в дворовом бейсболе. Так что ты подружишься с парнями с той стороны, и - Черт, это глупо."

"На чье бы стороне не был Данко, Оскар найдет способ добраться до него."

"Ну и что, черт подери. Мы не можем," сказала она.

Мы оба молчали несколько минут после этого. Я предполагал, что Дебс думает о Кайле и гадает, сможем ли мы найти его вовремя. Я попробовал представить такое же беспокойство о Рите с ее стороны, но у меня ничего не вышло. Как наблюдательно подметила Дебора, я был обручен и до сих пор не понял этого. И никогда не пойму. Я всегда ощущал, что для меня предпочтительнее думать мозгом, чем другими органами, находящимися южнее. Ну серьезно, разве люди не замечают самих себя, шатающихся вокруг, несущих чепуху и сонных, все с плаксивыми глазками и слабовольные, оказывающиеся в идиотских положениях по любому поводу? Даже у животных достаточно чутья для того, чтобы закончить побыстрее, чтобы перейти к более целесообразным занятиям, например поиску пищи.

Ну, как все мы согласились, я этого не понял. Так что я только посмотрел через воду на приглушенный свет домов на дальней стороне дамбы. Там было несколько высотных строений рядом с будкой оплаты, а потом рассеяные, почти как высотные, дома. Возможно, если бы я выиграл в лотерее, я мог бы нанять себе агента по недвижимости, чтобы он показал мне что-нибудь с маленьким подвалом, достаточно большим для одного фотографа-криминалиста, неудобно умещенного под пол. И как я и думал, этот тихий шопот исходил от моего внутреннего голоса, но я ничего не мог с этим поделать, кроме как, пожалуй, апплодировать луне, повисшей над водой. И над этой раскрашенной луной водой разносился звук звенящего колокола, возвещающий о том, что разводной мост начал подниматься.

Радио затрещало. "Он движется," сказал Доакс. "Необходимо запустить разводной мост. Следите за ним - белая Тойота 4Runner."

"Я его вижу," сказала Дебора в радио. "Мы за ним."

Белый внедорожник пересек дамбу и выехал на 15-ю улицу за мгновения до того, как мост начал разводиться. После небольшой паузы, чтобы дать ему отъехать, Дебора вырулила и поехала следом. На бульваре Бискайн он повернул направо и через мгновение мы за ним. "Он движется на север по Бискайн," сказала она в радио.

"Понял," сказал Доакс. "Я возьму его отсюда."

Внедорожник двигался с нормальной скоростью, не превышая ограничение скорости больше чем на 5 миль в час, которое в Майами считается туристической скоростью, достаточно медленной, чтобы оправдать шквал гудков от водителей, обгоняющих его. Но Оскару похоже было все равно. Он подчинялся всем правилам движения и держался в правой полосе, разъезжая так, как будто ему не надо было никуда ехать и он просто выехал прокатится после обеда.

Как только мы приехали на 79-ю улицу Казвэй, Дебора подняла радио. "Мы проезжаем 79-ю улицу," сказала она. "Он не торопится, следует на север."

"Десять-четыре," сказал Доакс, и Дебора взглянула на меня.

"Я ничего не говорил," сказал я.

"Ты подумал об этом," сказала она.

Мы двигались на север, дважды останавливаясь на светофорах. Дебора осторожно обогнала несколько машин, что при таком движении в Майами не считалось подвигом, где большинство машин стараются подрезать, обогнать или протиснуться между остальными. Пожарная машина пронеслась навстречу, завывая сиреной на перекрестках. Это могло подействовать на водителей также как блеянье ягненка. Они не обращали внимания на сирену и гудок на своих завоеваных с таким трудом местах в этом движении. Человек позади пожарной машины, будучи сам водителем в Майами, просто нажал на гудок, и он исполнил "Дуэт для движения".

Мы достигли 123-й улицы, последней точки, чтобы вернуться в Майми бич до того, как 826-я пересекает Норд Майами Бич, а Оскар направлялся на север. Как только мы проехали ее, Дебора заговорила по радио с Доаксом.

"Куда он, черт подери, направляется?" пробормотала Дебора, положив радио.

"Может он просто катается по округе," сказал я. "Сегодня чудесная ночь."

"Ну да. Хочешь написать соннет?"

При обычных обстоятельствах я бы нашел замечательный ответ на это, но, возможно, из-за захватывающего характера нашей погони, я промолчал. И в любом случае, Дебс выглядела так, словно она могла использовать победу, пусть и маленькую.

Через несколько кварталов Оскар неожидано ускорился, перестроился в левый ряд и повернул налево через встречную полосу, вызвав тем самым ураган разъяренных гудков от водителей с обоих направлений.

"Он движется," сказала Дебора Доаксу, "на запад по 135-й улице."

"Я срезаю за вами," сказал Доакс. "По Броад Казвэй."

"Что на 135-й улице?" удивилась вслух Дебс.

"Аэропорт Опа-Лока," сказал я. "Пара миль по прямой."

"Дерьмо," сказала она, и схватила радио. "Доакс, Аэропорт Опа-Лока в другой стороне."

"Уже в пути" сказал он, и я смог услышать вой ключающейся сирены перед тем, как он отключил радио.

Аэропорт Опа-Лока долгое время был популярным местом торговли наркотиками, а так же контрабанды. Весьма удобно, учитывая, что грань между этим зачастую весьма расплывчата. У Оскара очень легко мог быть маленький самолет, готовый вывезти его из страны в почти любое место на Карибском море, в Центральной или Южной Америке — со связью с остальной частью мира, хотя конечно, я сомневался, что он отправится в Судан или Бейрут. Место где-то на Карибах было более вероятным, но в любом случае покинуть страну было разумным ходом при текущих обстоятельствах, и аэропорт Опа-Лока был логичным местом, чтобы начать.

Оскар двигался немного быстрее, хотя 135-ая улица не была столь же широка и хорошо проходима как Бульвар Бискейн. Мы подъезжали к мостику через канал, когда Оскар спустился с другой стороны и внезапно ускорился с визгом покрышек объезжая поток машин по S-образной траектории.

“Проклятье, что-то его спугнуло,” сказала Дебора. “Он наверное, заметил нас.” Она прибывила скорость, все еще держась позади на два или три автомобиля, несмотря на то, что теперь стало бессмысленно притворяться, что мы за ним не следим.

Что-то действительно напугало его, потому что Оскар ехал грубо, опасно близко к столкновению или выскакиванию на тротуар, и совершенно естественно, Деб не собиралась позволить себе проиграть в этом соревновании. Она двигалась за ним, уворачиваясь от автомобилей, которые все еще пытались оправиться от встречи с Оскаром. Только что он метнулся в крайний левый ряд, вынудив старый Бьюик завертеться, выскочить с дороги и сокрушив забор, остановиться во дворике светло-голубого дома.

Неужели вид нашей неприметной машины заставил Оскара так себя вести? Мысль об этом была приятной и заставляла почувствовать свою значимость, но я в это не верил – до сих пор он действовал расчетливо и хладнокровно. Если бы он хотел избавиться от нас, скорее всего он бы сделал какой-нибудь внезапный хитрый ход, например перескочил бы через разводной мост, когда он поднимался. Итак, почему он внезапно запаниковал? Просто чтобы что-нибудь сделать, я наклонился вперед и посмотрел в боковое зеркало. Прописные печатные буквы на зеркальной поверхности подсказали мне, что объект был ближе, чем ожидалось. Очень несчастливая мысль, потому что в настоящее время в зеркале отражался только один объект.

Разбитый белый фургон.

Он следовал за нами и за Оскаром. Придерживаясь нашей скорости, виляя туда – сюда по дороге. "Отлично", сказал я, “в конце концов не так уж и глупо.” И я повысил голос, чтобы быть услышанным через визг покрышек и сигналы автомобилистов.

О, Дебора?”, сказал я. “Не хочу отвлекать тебя от водительских хлопот, но не могла бы ты на минуточку взглянуть в зеркало заднего обзора?”

“И что бля это должно значить,” забрюзжала она, но мазнула глазами по зеркалу. Чистая удача, что мы были на прямом отрезке дороги, потому что в течение целой секунды она забыла про руль. “О, дерьмо,” прошептала Деб.

“Да, я тоже так подумал,” сказал я.

Переход I-95 пересекал дорогу прямо впереди, и непосредственно перед тем, как пройти под ним, Оскар яростно перескочил сразу через три ряда вправо и свернул в переулок, ведущий параллельно автостраде. Дебора матюгнулась и вывернула руль, чтобы не отстать. “Скажи Доаксу!” рявкнула она, и я покорно поднял рацию.

“Сержант Доакс,” сказал я. “Мы не одни.”

Радио зашипело. “Что бля это значит?” сказал Доакс, словно услышав слова Деборы и восхитившись ими так, что решил их повторить.

“Мы только что повернули направо на 6-ую авеню, и нас сопровождает белый фургон.” Никакого ответа, и я повторил: “я упоминал, что фургон - белый?”, получив на сей раз большое удовлетворение от ворчания Доакса: "Ублюдок".

“Вы читаете наши мысли,” заявил я.

“Пропустите фургон вперед и следуйте за ним,” приказал он.

“Ебтит,” буркнула Дебора сквозь сжатые зубы, а затем сказала кое-что похуже. Я тоже испытывал желание сказать что-то подобное, потому что как только Доакс выключил рацию, Оскар поднимающийся на I-95 с нами на хвосте, в последнюю секунду дернул свой автомобиль назад на въезд и на 6-ую авеню. Его 4Runner подпрыгнул от удара по дороге, на мгновение пьяно покачнулся, затем выправился и набрал скорость. Дебора ударила по тормозам, мы наполовину развернулись; белый фургон скользнул перед нами, заставил отскочить вниз по склону, и закрыл промежуток с 4Runner. Через полсекунды Деб выровняла машину и последовала за ними.

Проселочная дорога здесь была узкой, с рядом зданий справа и высокой желто-цементной набережной слева с I-95 на вершине. Мы промчались вперед несколько кварталов, набирая скорость. Пара крошечных старичков, держащихся за руки, сделала паузу на тротуаре, чтобы наблюдать за нашим странным ракеным парадом. Возможно, это только мое воображение, но они, словно трепетали на ветру от автомобиля Оскара и проходящего фургона.

Мы немного сократили разрыв, белый фургон тоже приблизился к 4Runner. Но Оскар набирал темп; он включил стоп-сигнал, оставляя нас объезжать вокруг пикапа, который вращался по кругу в попытке избежать столкновения с 4Runner и фургоном. Грузовик сделал неуклюжий поворот и врезался в пожарный насос. Но Деб только сжала напряженную челюсть и просвистела вокруг грузовика сквозь ограждение, игнорируя рожки и фонтан воды из разорванного гидранта, и снова сократив промежуток у следующего квартала.

Несколькими кварталами впереди Оскара я заметил красный свет главной поперечной улицы. Даже отсюда я видел непрерывный поток машин, двигающихся на перекрестке. Никто, конечно, не живет вечно, но если ставить на голосование, это был не тот способ, которым я хотел бы умереть. Просмотр телевизора с Ритой внезапно показался мне весьма привлекательным. Я попытался придумать вежливый, но очень убедительный способ убедить Дебору на мгновение остановиться и понюхать розы, но как раз тогда, когда я нуждался в этом больше всего, мой могучий мозг словно забуксовал, и прежде, чем я смог снова его завести, Оскар приблизился к светофору.

Видимо Оскар был в церкви на этой неделе, потому что свет стал зеленым, когда он вылетел на перекресток. Белый фургон следовал впритык позади него, сильно тормознув, чтобы увернуться от маленького синего автомобиля, пытающегося проскочить, затем была наша очередь, уже на полностью зеленый. Мы вильнули вокруг фургона и почти объехали его — но это был Майами, в конце концов, и цементный грузовик идущий на красный позади синего автомобиля, возник прямо перед нами. Я с трудом сглотнул, пока Дебора стояла на педали тормоза и вращалась вокруг грузовика. Мы едва не выскочили на обочину, на мгновение подняв вверх оба левых колеса прежде, снова упасть на дорогу. “Отлично,” сказал я, когда Дебора снова прибавила скорость. Весьма вероятно она бы выбрала эту секунду, чтобы поблагодарить меня за комплимент, если бы белый фургон не решил в тот момент использовать в своих интересах наше замедление, чтобы броситься позади нашей машины и подрезать нас. Бампер нашего автомобиля повело налево, но Дебора снова выровнялась.

Фургон снова толкнул нас, сильнее, прямо позади моей дверцы, и поскольку я покачнулся от удара, дверь широко распахнулась. Наш автомобиль повернул и Дебора тормознула - что возможно было не лучшей стратегией, так как фургон в это время ускорился и на сей раз ударил мою дверь настолько жестко, что она оторвалась полетела отдельно, словно деформированное колесо, плюющееся искрами и ударилась около заднего колеса фургона с твердой закуской.

Я увидел как фургон слегка содрогнулся, и услышал слабый звук грохота унесенной шины. Потом боковина белого врезалась в нас еще раз. Наш автомобиль, яростно сопротивляясь, покачнулся влево, прыгнул через ограждение и разнес забор из цепей, отделяющий дорогу от ската, ведущего вниз на I-95. Мы вращались по кругу, будто шины были из масла. Дебора оскалившись боролась с рулем, и мы почти вывернулись. Но конечно, я не был в церкви на этой неделе, и когда оба наших передних колеса зависли за ограждением далеко за асфальтом, большой красный SUV столкнулся с нашим задним бампером. Мы завращались над травянистой областью у автострады, окружавшей большой водоем. У меня был всего момент, чтобы заметить как подрезанная трава словно поменялась местами с вечерним небом. Потом автомобиль подпрыгнул и пассажирская воздушная подушка взорвалась мне в лицо. Ощущение такое, словно я дрался подушками с Майком Тайсоном; я был все еще ошеломлен, когда автомобиль перевернулся на крышу, рухнул в водоем, и начал заполняться водой.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/665/3180

Переводчики: bbrodriges, VoFFka, bitari, Forlink_kun

medsun, radiobite